«Ты жив?»

Рэйзор и Беннет – частые посетители у Катерины. Два неугомонных мальчика всегда старались взять какое либо задание на уровень выше их, дабы проверить свои умения, однако с каждым разом они возвращались с поражением и множеством ссадин или того хуже – ран. Беннет всегда винил себя и свою неудачу, что приносит, а его единственный друг, Рэйзор, лишь махал рукой на очередное такое заявление. Ему было все равно, что мальчишка приносит: радость или несчастье, удачу или поражение. Они стали друг другу братьями не по крови, а по делу. Можно сказать, даже родственные души, ведь Беннет понимал мальчика-волчонка с полуслова, когда другие, как казалось, вовсе не замечают этого беднягу. Владелец пиро глаза Бога всегда пытался приободрить друга, когда тот пытался заговорить с кем-то, но те не обращали никакого внимания, делая странно в груди. Рэйзор не понимал этого чувства, ведь волки не расскажут, каково это... Быть человеком. Взяв очередное задание у Гильдии Приключений и не думая ни о чем плохом, парни направились к пику Буревестника, дабы очистить его вершину от пары попрыгунь, которые мешали монахиням собирать нужные травы, что растут лишь там. – Рэйзор, как думаешь, мы справимся? – горящий от одной мысли, что они скоро одолеют монстров и их похвалят, да ещё и в следующие разы дадут более сложные поручения, Беннет улыбался во все тридцать два зуба, держа руки за головой. – Рэйзор думает, что у Беннета все получится, – волчонок, как улыбающийся парень порой называл его, чесал себя за ухом и думал о том, как бы побыстрее пойти поесть. – Я хотеть есть. Давай охотиться! – Хэй, позже! У нас ещё поручение не выполнено! – подходя все ближе и ближе к нужному месту обнажал свой клинок белокурый. Увидев двух крио попрыгунь, парнишки поняли, что дело тут на две минуты, ведь их глаза Бога подходили тут как нельзя кстати. Меч, полностью покрытый огнем, ударил по ледяному щиту одному из монстров. Вода, образовавшаяся при взаимодействии льда и огня, попадала на одежду, а ветер, что всегда был на пике, заставлял Беннета слегка растеряться, хоть и было тепло, но из-за него становилось невероятно холодно. Ещё свою лепту давали удары ледяными шарами от этих попрыгунь. Рэйзор тоже не собирался стоять в стороне, особенно когда его друг, даже нет, семья, в опасности. Выпустив из себя электро волка, который появлялся, когда парень был полон решимостью и желанием защитить других, наносил удары по второму монстру, приближающемуся к Беннету. Сероволосый хочет сделать всё, дабы на теле друга не появлялись новые раны, синяки и шрамы. Ему больно смотреть каждый раз, когда такой весёлый, добрый и жизнерадостный человек через улыбку пытается остановить кровь, а он не может ничего сделать, ведь не знает как. Каждый раз всплывающая картинка как Беннет плачет, но улыбается и делает всё, дабы волчонок не переживал, заставляла Рэйзора выть не из-за луны, как учили его братья животные в детстве, а из-за злости. Бежит спасать своего лупикала. Настоящего лупикала. Ради него он готов пожертвовать даже жизнью и не пожалеть об этом, ведь главное, как говорил: «Беннет должен улыбаться. Беннет не должен получать раны. Беннет хороший и удачливый». Поток электро силы рвался наружу и наносил удары один за другим по попрыгунье, заставляя ту подбираться ближе к краю пика и падать вниз, разбиваясь и исчезая. – Рэйзор, помоги! – Беннет уже не может держать оборону, хоть и атакующий монстр на последнем дыхании делает хоть что-то. Беннет уже активировал взрыв стихий и пытается повысить свои жизненные показатели, чтобы вновь не тревожить Барбару из-за своих ран. Ему становится каждый раз неловко, когда он приходит в церковь истекающий кровью и жалобно зовёт сестру, пытаясь всё также улыбаться, как и всегда. Вёл, как казалось самому же, как ребёнок, который без помощи родителей даже на ноги встать не может, однако сегодня решил уберечься и не лезть на рожон. Не выходя из особого круга ни на шаг, пытается из него наносить урон попрыгунье, которая вновь активировала свой крепкий щит. Сероволосый вновь бежит, пытается как можно сильнее замахнуться двуручным мечом, дабы покончить раз и навсегда с этим монстром и убедиться, что с белокурым всё хорошо. Один шаг. Второй. Третий. Рэйзор не замечает, как попадает по попрыгунье и та летит вниз, как и её соратница, однако с ней летит и он. Не рассчитав силу удара, мальчишка под тяжестью собственного оружия падает, кубарем летит за этой виновницей. Всё таки, парнишке стоило ещё потренироваться, но уже поздно. Ветер развивает волосы, одежду, проникая под неё и щекоча кожу, заставляя покрываться её мелкими пупырками. Так тихо. Так спокойно. Рэйзор ещё не понимает, что происходит. Смотрит вверх, где стоит его друг, и тянет руку в попытках схватиться, однако уже поздно. Падая на твердую землю последний раз вдыхает такой чистый воздух Мондштандта, что даровал ему Анемо Архонт. Глаза сами закрываются, а острым слухом слышит лишь оборванную фразу: «Живи, прошу.» Беннет, что есть силы пытается быстрее добраться до своего единственного друга, надеется, что он жив. На всю жизнь запомнит как Рэйзор тянет руку, но не может ни за что ухватиться, падая все ниже к земле, разбиваясь об неё. Слёзы сами начинают литься из глаз, когда видит бездыханное тело волчонка. Взяв ещё его на руки, молился Архонтам, дабы друг ещё раз смог сделать глубокий вдох и сердце его вновь забилось, как и раньше. Дабы они вновь пошли к Катерине и взяли поручение или кое-как успели до закрытия «Хорошего охотника» и насладились рыбацкими бутербродами, или же просто лежали на поляне и смотрели как семена одуванчиков развиваются на ветру, будто бы танцуя. – Нет-нет-нет, пожалуйста, Рэйзор, потерпи ещё чуть, мы скоро будем у Барбары, она тебя вылечит, всё будет в порядке. Не покидай меня, Рэйзор... – глаза уже начинают краснеть, а голова идёт ходом. Парень не хочет принимать того факта, что Рэйзора не спасти, что он умер. Шепчет лишь то, чтобы он терпел, что помощь уже будет скоро. Сам понимал – помощь уже тут не нужна. Ноги становятся ватными, но он продолжает идти, сквозь пелену пытается рассмотреть дорогу и всё же доходит до собора. Чувствуя запах крови и видя то, как руки все в ней, всё больше понимал – уже некого спасать. Открыв плечом дверь, врывается, пугая сестёр, что находилось внутри. – Барбара, сестра Розария, прошу помогите, прошу! – на крик срывается паренёк, чьё тело не слушается, чьи руки дрожат, но держат прохладное тело друга. Глаза бегают в поиске лекарши, но лишь замечает то, как все странно смотрят на него. Что случилось? Почему никто не подойдёт? Разве они не замечают, что у него на руках окровавленное тело подростка? Неужели всем всё равно?.. Проклиная себя и свою неудачу, Беннет врывается в одну из комнат в соборе и находит там ту, которая ему нужна. Весь запыхавшийся, красный, злой на судьбу и себя, в слезах, смотрит на Барбару, которая лишь вопросительно повернула голову и ничего более. Не понимая, что происходит, кладет тело на диван, который стоял посреди комнаты, и бежит к ней. – Барбара, спаси Рэйзора! Почему ты стоишь?! – голос ломается при крике, что аж девушка закрывает уши. – Кого? Ты о чём, Беннет? Ты почему плачешь? – лёгкий смешок недомогания или непонимания срывается с уст сестры. – Тебе дать воды, может у тебя жар? – Какой к черту жар?! Рэйзор умирает! Вот же он, – указывается на диван, где якобы лежал волчонок, пытается понять, что происходит. – Но там никого нет, Беннет... – тихо шепчет Барбара. Посмотрев ещё раз на диван и поморгав пару раз, понял, что там и правда никого нет. Глянул на руки и на них не оказалось крови Рэйзора, которого он нёс после битвы с монстрами. Не было и даже намёка на то, что Рэйзор был где-то рядом. Не пахло жареным мясом, которое он так любил; не пахло волчьим клоком и мокрыми волосами; не пахло кровью. Ничего, что чувствовал Беннет, когда нёс своего друга в собор. Абсолютно ничего. Упав на колени, смотрел в пол и не понял, как же такое возможно. Вот же, пять минут назад мальчишка нёс другого и молил, дабы тот оставался жив. Что произошло? Думая, что это все какая-то шутка, посмотрел на диван и ничего не обнаружил вновь. – Всё таки дать воды? – из размышлений выводит женский голос. – Барбара, с ним всё нормально? – вечно молчащая Розария спрашивает у младшей сестры, но та не может дать ответа. – Нет, спасибо, я пойду... – встав, Беннет не оглядываясь уходит прочь из комнаты, в которую так грубо вошёл. – Простите за беспокойство. Выйдя из собора и сев на его ступени, взялся за голову и пытался сложить весь пазл, что образовался за такой короткий период времени. Эмоции внутри бушевали, но некогда улыбающийся парень, вовсе не показывал их. Возможно, так шок сыграл злую шутку и теперь он даже не может издать и звука. Подняв голову, увидел, что давно стемнело и яркие звёзды украшали ночное небо. Повернул её влево, ожидая, что рядом будет сидеть Рэйзор и спрашивать, что же огни делают на небе и зачем они там, а Беннет в сотый раз отвечать на этот вопрос, лишь вызвал очередную реку слёз из глаз. – Неужели ты, Рэйзор, был только в моей голове? – видя перед собой живого и здорового волчонка, который также смотрел на звёзды, как и белокурый секунду назад, дал сам себе ответ.