Обычный весёлый день

Утро. Очередное грустное, наполненное серыми красками утро. Я встал в полной тишине, так несвойственной своей квартире. Обычно меня будит или крик мамы на младшего брата, или мой пёс, Сато, ну или просто стук сковородок и тарелок, ведь мой отец уходит из дома рано, поэтому и завтракать ему приходится раньше всех. Но это утро было особенным. Ни криков, ни лая, ни лязга посуды я не слышал. Встав и аккуратно заправив свою кровать я отправился как обычно бесцельно бродить по комнате с сонными, закрытыми глазами в поисках двери, чтобы затем отправиться умыться и лениво пойти завтракать. Но этим утром всё было не так. Пока я шёл к двери, моя нога коснулась чего-то мерзкого и липкого, мокрого и холодного. После этого я споткнулся о что-то тяжёлое. Обернувшись я с ужасом обнаружил Сато, лежащего в луже собственной крови. У него не было всех лап, перерезана глотка и вспорот живот. Такого жуткого зрелища я в своей жизни ещё не видел. С ужасов сдерживая крик, я попытался встать. Руки и ноги не слушались меня, ведь маньяк мог всё ещё быть в квартире. Я, медленно поднимаясь и снова падая всё-таки смог доползти до выхода из комнаты. Кто же это был? Напившийся отец? Сошедшая с ума мать? Или же мой младший брат, который подумал, что так сможет отомстить мне за то, что я не беру его с собой гулять? И тут я услышал неразборчивый голос, доносящийся из другой части квартиры. Голос был жуткий, хоть и принадлежал мужчине, а не какому-нибудь монстру. А может и не мужчине, мой мозг отказывался соображать. С каждой секундой моё тело становилось всё тяжелее, двигаться становилось тяжелее, даже дышать становилось тяжелее. Но я продолжил бороться над собой и всё-таки выполз из комнаты. Многие вопросы покинули меня, как и остатки разумности. Как только моя рука коснулась пола в коридоре, который всё ещё был вне моего поля зрения. Рука снова коснулась того мерзкого вещества, в котором лежал мой любимый питомец в середине моей комнаты. Высунув голову и посмотрев направо я увидел жуткое зрелище. Маленькое тело 8-ми летнего ребёнка лежало в жуткой неестественной позе. Казалось, что все кости в его теле были сломаны. Каждый палец был тщательно отделён от тела и лежал отрубленным на полу в луже крови. Глаза были проткнуты чем-то острым. Скорее всего иглами, которые лежали рядом в той же луже. Казалось, что глаза моего милого младшего брата проткнули ещё при его жизни. Еле сдерживая крик и слёзы, я всё-таки смог подняться. Медленно идя по коридору и оставляя кровавый след на стене своей рукой, не обращая внимание на разбитую мебель и разбросанный везде мусор, я дошёл до кухни. Это было единственное помещение в доме, которое выглядело нормально, пока мои глаза не упали на морозильную камеру. Из неё медленно капала кровь. Открыв её я увидел настолько изуродованное тело, что Дзюндзи Ито захотел бы взглянуть на это, чтобы использовать в своих дальнейших работах. Тело моего отца было превращено в что-то похожее на куб из плоти. Как я понял, что это мой отец? «Это» всё ещё шевелилось и пыталось позвать помощь тем, что осталось от связок этого человека. Не в силах больше сдерживаться я заплакал и заорал. Но мой мозг абсолютно рационально оценивал всю ситуацию. Я не испытывал ни страха, ни сожаления. Я был пуст. Ни о чём не думая я дошёл до второй комнаты в квартире. Открыв дверь всё моё спокойствие ушло, как будто его и не было. На кровати лежало тело моей мамы, на котором сидел какой-то школьник 2 метра ростом. Чёрные волосы, большие, голубые глаза. В белой, окровавленной рубашке, заправленной в узкие штаны. В одном кармане у него всегда пачка сигарет, а в другом хорошо заточенный нож, весь в крови.