Сапфировый коралл

***

      … Пока Чун Юнь грыз мороженое, я читал прелестный роман господина Нацуме Сосеки «Ваш покорный слуга кот». Невероятная сатира! Так интересно, уже половину прочёл за три часа! Аж лекцию прослушал по анатомии, так зачитался… Но ничё, Сян Лин обещала дать списать за кило тигровых креветок, благо у меня всё схвачено.       Юнь-Юнь какой-то напряжённый сегодня. Пыхтит чёт и пыхтит, молчит, только и зыркает на меня. Я смотрю, спрашиваю: «Что такое?», а он молчит и продолжает бурлить как чайник. Ох уж эти демоны гнева…       Я их иногда не пойму, гневливых этих. Спрашиваешь в лоб, по-чёртовски, нормальным языком: «Эй, ты чё молчишь? Скажи хоть чё-нибудь!», а они молчат и тупо смотрят. И как, блин, прикажете реагировать? А я с их представителем встречаюсь между прочим!.. Но я обещал ему, что какими бы разными мы не стали, мы будем вместе всегда.       Так уж вышло, что верховные демоны Ада — господа своенравные. Я мечтал стать демоном гордыни всё своё детство, а в итоге я в ранге алчности… Зато у меня много денег. Деньги тоже приносят счастье.       Чун Юнь со мной дружит ещё с первого класса школы, уже тогда прикинул, что его вероятно сделают демоном гнева. И мои предсказания на удивление сбылись. Но мой дражайший партнёр не стал взрывным и неконтролируемым бычарой, как Дилюк например, а остался спокойным и рассудительным. Ну, бывают конечно взрывы, но я научился их либо избегать, либо умело контролировать. Он сразу остывает, когда я становлюсь на колени и с умоляющими глазами обещаю, что куплю ему фуру фруктового льда на день рождения, пусть только не убивает. И ведь срабатывает каждый раз!       Кстати говоря, о Дилюке. Я знаю его недавно, может месяца четыре, но он мне прям как старший брат стал. Несмотря на его бурные всплески эмоций, я умудрился не помереть. Так мало того, мы с ним ведём дискуссии о новинках литературы, порой обсуждаем натуру Гнева, а иногда и Похоти.       Вообще Похоть как ранг меня привлекает, но с одной оговоркой. Они ужасно нестабильные. Сегодня значит им подавай киску, а завтра они уже члены по углам сосут. Иногда даже не демонические.       Дилюку прямо конкретно повезло: его брат Кэйа — демон похоти. И не абы какой! Чёрт, не любя я Чун Юня, я бы трахнул Кэйю разочек. Ладно-ладно, ну может два разочка…       Потому что Кэйа, мать его, просто сексуальность во плоти. Смотрю на него бывало в этом его пиджаке на голый верх и слюни размазываю по лицу… Но это временно. Потому что знаю, что этот горячий чертила доступен только одному Дилюку. Как и мне Юнь-Юнь.       Я и Дил от природы собственники. То, что наше — это только наше и больше ничьё. Но если у меня это хоть в каких-то разумных границах, то вот у Дилюка… Я не раз становился свидетелем лютых скандалов между ним и Кэйей. Ссорятся стабильно раз в неделю, зато потом стонов, м-м-м-м, красота! Кэйа как поёт прям, когда стонет. Хотя мне по душе больше всё-таки голос Юнь-Юня в наши нежные минуты; как и ему мой, наверное.       Не думайте, что я такой наглец: сижу и пялюсь, как двое братьев трахаются у себя в общаге, нет!.. Мне очень везёт заставать их в библиотеке, в те самые часы, когда мне нужны одиночество и тишина. Поначалу чертовски бесило, потом я им всё высказал и они стали вести себя чуточку потише. Чу-у-уточку. Поэтому сижу в берушах. Спасибо Юню… Эх, он у меня такой заботливый.       И вот, после лекций пошёл я значит в библиотеку дочитывать книгу. Как назло забыл беруши, а Чун Юнь и Сян Лин пошли на курсы по психологии. Сел к ближайшему от выхода столу, открываю книжку на закладке, читаю… А потом слышу хлопки. Довольно ритмичные. Ну вы знаете. Как в ладоши, но ни хрена не в ладоши.       От природы парень любопытный, я-таки пошёл на звук, просидев смирно ещё минут пять. Какого было моё удивление, когда я увидел Кэйю с Дилюком в конце третьего стеллажа. «Японская классика. Двенадцатый век». Стандартная поза собаки, стоя. В этот раз Кэйа активничает, а Дилюк прячет голову в полку, ибо книжек там нет. Какая хорошая звукоизоляция. Жаль не учли, что я всё равно приду и распидорашу их за любой шум, стесняющий мою ауру. — Ой, Син Цю! Какая милая встреча! Мы тебя отвлекаем? — Нет, что ты, Кэйа! Просто пришёл посмотреть, кто кому аплодирует…       Кэйа как-то утробно рассмеялся; услышал приглушённое рычание Дилюка. Бессовестные, даже не прекращают… Решил уйти подальше, не могу я смотреть на чужие голые задницы, какими бы красивыми они не были.       Я поначалу думал, увидев их ещё на первых потоковых лекциях, что они прям парочка-парочка. Кэйа постоянно к Дилюку прижимался, шутил, а тот молча писал и изредка злые взгляды кидал. Потом-то уже выяснилось, что они сводные братья. Многие сразу по углам зашептались: «У-у-у-у, инце-е-ест, какой кошма-а-а-ар». Ну и что? Мы — демоны, нам законы морали человеческие не писаны! Что хотим, то и делаем.       Чун Юню некомфортно рядом с Дилюком и Кэйей. Он не раз говорил мне, что будто чувствует двойное давление: внутричерепное и сексуальное. Да, Кэйа умеет смутить, но всего на пару минут. Лично меня. Юнь-Юнь же его избегает как может.       Просто проблема в том, что демонам похоти нужна подпитка в виде энергии, чтобы быть красивыми, сексуальными. А этой энергии полным полно у демонов гнева. Уже давно доказано, что после демонов гордыни — у которых бесконечное количество энергии в ауре, — гневливые являются самыми питательными господами по меркам похотливых леди и джентльменов. А тут у Кэйи два потенциальных партнёра-энергоносителя: дражайший брат Дилюк и дражайший партнёр хорошего друга Син Цю. У которого много денег и их можно взять в долг. Да, чёртов Альберих — самый наглый неплательщик среди всех моих клиентов! Но мне Юнь-Юнь дороже денег. Поэтому чаще всего я кружусь около братьев-любовников один.

***

      Син Цю спокойно кушает в столовой, когда к нему садится мрачный Дилюк. От тяжёлой ауры друга демон алчности невольно отодвигается в сторону. — Что-то не так, дражайший Дилюк? Опять поругался с Кэйей? — Угу, — Дилюк кладёт ладони на лицо, с минуту подержав опускает руки на стол, — Видите ли сегодня ему надо срочно на тусовку куда-то в Ли Юэ… Ближний, блять, свет. — Если ты беспокоишься, могу нанять агента. Проследит за ним, чтобы приключений не нахватался на пьяную жопу, — предлагает Син Цю с ухмылкой, при этом деловито потирая ладошки. — И за всё опять платить мне, да? — Конечно, мои услуги небесплатны. Зато я надёжный как швейцарские часы! — Сколько. — Полторы тыщи моры, — Дилюк цокает и отрицательно мотает головой. — Многовато для одного агента. — Ничё не знаю, сейчас у всех расценки такие, — отмахивается Син Цю, — Если не устраивает, то и не надо… Ну пососёт Кэйа член-другой, ну попадёт в передрягу, с кем не бывает, а? В этом весь кайф пьяных тусовок, особенно в Ли Юэ! — Ты сейчас допиздишься, — угрожающе говорит Дилюк, скаля зубы и хмурясь. — А чё? Я ничё, — прикидывается Син Цю, мило улыбаясь, — Я направляю тебя на путь истинный. Зная, как ты Кэйю любишь, лучше за ним подглядеть. Ты так не думаешь?       Дилюк вдруг мягчеет, его лицо расслабляется. Син Цю кивает сам себе на это и шустро достаёт листок с ручкой. — Это что?.. — Контракт. Так и быть, сделаю скидку. Тыща двести пятьдесят. Пойдёт? — Да… Хорошая скидка, — отмечает с особой интонацией Дилюк, расписываясь в нужной графе. — Чисто из уважения к тебе, — натягивает лыбу Син Цю, забирая листочек себе, — Как парни будут готовы я позвоню тебе тогда. Дальше сам разберёшься. Оплата по карте, номер мой знаешь. — Угу… Спасибо, Син Цю, — Дилюк со слабой улыбкой благодарит демона алчности и встаёт из-за стола. — Приятно иметь с вами дело, господин Рагнвиндр!       На большом расстоянии от стола за происходящим наблюдал Чун Юнь. Но зоркие глаза демона алчности всегда находят золото, особенно если оно живое, и неважно каково расстояние. Син Цю пальцем показывает, что Чун Юнь может к нему подойти. Демон «холодного гнева», по эпитету Сян Лин, садится около своего партнёра и в неком недовольстве жуёт губы. — Не переживай, мой дражайший Юнь-Юнь, нас двоих не пригласили в этот раз на бдсм-вечеринку. — Ещё бы, блять, пригласили, — фыркает Чун Юнь, мотнув в сторону головой с явным раздражением, но затем снова смотрит на партнёра, — Ты мне лучше скажи, что за хрень ты Дилюку отдал. — Всего лишь деловой контракт на оказание услуг специального агента. Чтобы следил за Кэйей, ну, ты же знаешь Дила. По лицу не видно, а в душе беспокоится… — Везде выгоду находишь, — комментирует вполголоса Чун Юнь. Син Цю красиво показывает руками на себя и мило улыбается. — Предпринимательская жилка на роду написана, что поделать… У меня даже слиток чистого золота есть! — Не припомню такого предмета в твоих вещах, — задумчиво смотрит в потолок Чун Юнь, невольно прикладывая пальцы к подбородку, — Или ты его втихаря где-то купил и мне не сказал просто?.. — Пф, это не вещь!.. Это ты, Юнь-Юнь, — с особой улыбкой воркует Син Цю, — В мире нет такого золота, как ты, такового чистого!.. — Да ну тебя… — бурчит Чун Юнь, несильно краснеет и отводит глаза куда-то в сторону, Син Цю же мило смеётся на это. — Прости, если смутил… Пойдём прогуляемся? — Да… Да, конечно, — демоны встают и уходят из столовой, обсуждая прошедший день.

***

      Мне крайне тяжело сдерживать энергию Ян, когда вижу Син Цю и Кэйю рядом с ним. При виде этих вызывающих нарядов блудника прям злоба берёт!.. Но держусь, держусь… Постоянно тереблю косичку, которую Цю подарил мне ещё когда мы были друзьями. Мой успокаивающий талисман.       Но сегодня ночью я впервые за долгое время сорвался и выплеснул всю свою накопившуюся энергию на… Альбериха, да. Этот похотливый баран припёрся в комнату и стал приставать ко мне! КО МНЕ! «Юнь-Юнь, дай мне-е-е-е, Дилюк меня бро-о-о-осил, а я хочу любви-и-и-и», — так он ныл под дверью около получаса. Я всё это время сидел на краю кровати и судорожно перебирал волоски косички, а Син Цю лежал около моих колен и звонил Дилюку: просил забрать своего непутёвого брата-алкаша.       В итоге этот красный гад послал нас на хуй, видите ли он не в общаге сейчас, а ехать в лом. Ну я не долго думая вскочил, открыл дверь и пару раз ударил Альбериха ногой по его бесстыжей жопе.       Ору было… Все сбежались. Впервые получил нагоняй от Ху Тао и потом утром долго слушал лекцию от Чжун Ли о вреде насилия. Будто я, блять, не знаю! Впервые за тысячу лет сорвался, и все на меня накинулись! Почему они не ругают Дилюка?! Это он виноват в том, что его пьяный брат тут всем мешает!       Син Цю долго меня убеждал, что я должен сменить гнев на милость и понять Кэйю. «Ну чешутся у него причинные места, и что теперь, забить на все жизненные потребности? Ты же когда хочешь поесть идёшь кушать, верно? А он когда хочет полюбиться с кем-то — идёт любиться».       Моего мнения этот разговор не поменял. Отрезать этому Альбериху член. И жопу зашить. И язык его пошлый отрезать. Возможно тогда и проблем у него поубавится.       В обед следующего дня Дилюк вызвал меня на разговор. У него было такое… Виноватое лицо. Возможно даже стыд проявился. Ну, не сказать что я в шоке, но я охренел. — По поводу ночного происшествия… — Прости что сорвался, — решил перебить: опережаю возможную драку. Хрен этого Рагнвиндра знает, — Ты же знаешь, во мне две энергии бушуют, тяжело контролировать… — Да, знаю, — Дилюк кивает мне и как-то тяжело вздыхает, — Поэтому тоже прошу прощения… За его и моё поведение. И в целом наши выходки. — Всё нормально, — нет, ни хера не нормально, но зачем усугублять положение? А то ещё в лоб прилетит. — Я тут крафтовое пиво принёс, в качестве извинения…       Дилюк достаёт из рюкзака красивую бутылку, как из мозаичных кусочков. «Ангельский гнев. Безалкогольное пиво». Уже и забыл, что на нём семейный бизнес: целая винокурня. Неудивительно почему его брат постоянно ходит поддатый на пары. — Круто! Спасибо!.. А оно надеюсь без всяких жгучих штук? — Нет-нет, не переживай! — Дилюк сразу меня разуверил, на душе легче стало, — Это вам с Син Цю, вместе попьёте. — Ещё раз спасибо, Дилюк. И передай Кэйе извинения от меня, у него теперь болит одно место… — Ему полезно, может одумается, — как-то криво ухмыляется он. И как они умудряются жить вместе и продолжать любить друг друга? Странно это всё…       Цю очень обрадовался подарку, немного выпил с ним вечером… Не любитель пива, но это прям вкусным оказалось. После него правда захотелось чего-то покрепче, а мы потом и пошли в алкомаркет за «чем покрепче». В итоге напились вдрызг и… Я ни хрена не помню. Зато Син помнит. И когда спрашиваю, что я делал, то только и ржёт, не отвечает. Похоже я никогда не узнаю правду о моих пьяных выходках. По крайней мере точно не от Цю.

***

      Сян Лин наслаждалась приготовленной ей самой пастой «Карбонара» на общей кухне блока общежития, когда около неё вальяжно присаживается Кэйа. — Здравствуй, дорогая Сян Лин, приятного тебе аппетита. — Пасиба, Ки. Как дела? — Прекрасно. Я хотел попросить у тебя лайма штучки три. — Хочешь соляночку сготовить? — Текилочку попить, — улыбается игриво Альберих, — Я пью её только с лаймом. — Хм, ладно… А Дилюк не против будет?.. — Не-е-е-ет, что ты, милая, он только за. — Хорошо. Докушаю и отдам. — Я подожду, дорогуша.       Спустя время демонесса чревоугодия приносит Кэйе три лайма из своих личных запасов, а вместе с ними горстку конфет с яркой зелёной обёрткой. — У-у-у, это всё мне? — хихикает Кэйа с довольством на лице, — Какие интересные сладости!.. — Это рассол в виде желе! — Так ты ещё и кондитер, Сян Лин? Чудесная задумка, дорогая, я даже заплачу тебе за это! — Не надо, Ки, ты беден как церковная мышка, — отмахивается Сян Лин с лёгкой ухмылкой, — Потом расскажешь, помогут они тебе или нет. — Обязательно, Лин, о-бя-за-тель-но! Уже бегу пробовать, хе-хе-хе!

***

      Кэйа… Снова напился. Пришёл наполовину голый и опять лезет целоваться. Сделал из меня секс-раба, блять, и радуется жизни. Пользуется мной, и ведь знает же, что люблю его, подонка такого. Ничего не могу с собой поделать…       Сижу на кровати, он — передо мной на коленях. Судя по блеску в глазах, пьян некритично, но близок к тому. От запаха спирта в глотке жжётся, терпеть не могу это ощущение… — Дилюк, ты же любишь меня, м? — Да. — Как брата? — Мы это уже обсуждали, — говорю сквозь зубы: гнев накатил на меня, могу сорваться в любую секунду. — Знаю, знаю, просто… Между нами всё так сложно. — Не ищем лёгких путей. — Дилюк, я тебя люблю, ты помнишь? — Конечно… И я тебя люблю, Кэйа. Всегда буду. — Даже когда я мудак? — Ты всегда мудак.       Он так звонко смеётся. Даже остывать начинаю. Люблю его смех… Вдруг вижу знакомый огонёк в глазах. Желание. И какой уже раз за день я вижу его жажду похоти?..       Жить с демоном похоти даже врагу не пожелаешь… Вечно выжат как лимон, быстро кончаешь, а нормальное желание появляется только после долгого времени воздержания. Самый большой срок, когда я не занимался сексом с Кэйей — где-то полгода. Не буду подробно описывать что было, когда мы наконец встретились… Мне до сих пор никто не верит, что я без еды и воды провёл с ним в постели двое суток. Потому что не все знают демонов похоти так хорошо, как их партнёры по сексу. Или их братья и сёстры… Или всё сразу.       И вот опять, третий раз за день, он лезет в мои штаны, чтобы занять свой рот чем-то другим, кроме спирта. Я не против, но порядком устал. «Я быстро», — слышу его шёпот; похоже увидел и понял моё состояние.       Я так привык смотреть на лицо Кэйи, что уже не чувствую прежнего стыда или трепета. Мне приятно, это абсолютно. Но пресытился его переглядками со мной, улыбкой и причмокиваниями.       После превращения в демона гнева я стал черствее, чем был раньше. Но свои чувства глубоко не закопаешь, если постоянно открываешь чувства партнёра. Кэйа каждый день заставляет меня думать о нём, а я его — о себе. Наверное, в этом и состоит наша тяга друг к другу. После самых тяжёлых событий, трудных разговоров мы рано или поздно всё равно оказываемся вместе, как бы не рассорились, расставляем точки над i и миримся. До очередной ссоры или приступа ревности с моей стороны… Хочу начать ходить на курсы психологии. Кэйю тоже надо отвести, думаю нам помогут…

***

      Сян Лин врывается лавиной на кухню блока, вся красная от злости, в её глазах сверкают молнии. Син Цю деловито строит башенки из моры на столе, Чун Юнь же обыденно грызёт фруктовый лёд со вкусом мяты. Заметив подругу парни отвлекаются. — Дражайшая Сян Лин, ты сама не своя! Что-то ужасное стряслось? — Дилюк!.. Кэйа!.. — демонесса задыхается, тяжело дышит, — Вообще обнаглели!.. — Они это? — Син Цю показывает пальцами непристойный жест, Чун Юнь тут же кривит лицо и невольно вынимает мороженое изо рта. — Скорее это, — Сян Лин демонстрирует ещё более непристойный жест: ударяет плоской ладонью по кулаку, акцентируя внимание на степени ритма и силы ударов. Очередь Син Цю кривить лицо. — И где же, стесняюсь поинтересоваться? — В столовой, на кухне!.. Я пошла к холодильнику чтобы взять овощей на солянку, а эти двое мне путь загородили своими тушами! Вы должны мне помочь, парни, я с голоду помру, если не покушаю в ближайшие полчаса! — Если мы их прервём, то велика вероятность, что мне или Юнь-Юню прилетит огненный кулак в лицо, — отмечает Син Цю. — Или нам обоим, — добавляет Чун Юнь, — И не только в лицо. — Ну и хер с вами, пойду за Аяксом тогда! АЯ-А-А-А-АКС! — Сян Лин убегает с лютым воплем. — Я хочу посмотреть на эту жесть, — на лице демона алчности вдруг расцветает жуткая улыбочка. — Пиздилово Аякса с Дилюком? — вскидывает бровью «холодный гнев», Син Цю кивает на это, — Ну, можно… — А если ещё и заснимем, то можно будет продать потом кому-нибудь! — Цю, давай не будем… — А что? Охеренная идея между прочим! Никто не откажется взглянуть на такое шоу, — Син Цю вскакивает с места, хватает партнёра за руку и тянет за собой, — Бежим скорее, мы будем чертовски богаты! — Да чтоб тебя, блять!..