Наш лидер, наш друг

— Как я и думал. Там нет ни шкуры, ни волос этого ублюдка. Все в порядке? Поехали. Леви выругался, как после налета на здание. Они разрезали и прострелили мышцы ног каждого члена внутри, лишая их способности ходить. И в конце обыска они не нашли ни единой зацепки о местонахождении группы подавления. По крайней мере, они захватили офицера, отвечающего за базу. Затем Леви пинком отбросил его к дереву, а Эрик принялся протирать лезвия тряпкой. — Это у тебя какие-то усы, приятель. Мы же не хотим все испортить, не так ли? Так скажи мне, где Кенни? — Грубо спросил Леви. — Вы убили моих людей? Офицер ответил вопросом на вопрос: Сильно кашляет. — К сожалению, нет. Мы не хотели проходить через все неприятности, связанные с их смертью. Они живы, но не в том состоянии, чтобы помочь твоей заднице. Это уж точно. При этом большая часть сил подразделения 1 должна выйти из строя «. Леви скрестил руки на груди. Депутат усмехнулся. — Хех, ты думаешь, что у тебя есть яйца, не так ли? Резать всех безоружных полицейских. что, по-твоему, делает тебя каким-то героем? Я скажу вам, что в тех помещениях было много слуг и служащих, которые ничего не знают. Без сомнения, они были среди тех, кого вы взломали без какой-либо дискриминации. Он сердито сплюнул. Леви, казалось, было все равно. — Это факт? Тогда им очень жаль ввязываться в ваши неприятности. Честно говоря, мне их очень жаль. Но что мне действительно жаль больше всего, так это… — Леви на мгновение остановился, а затем засунул половину ноги в рот мужчины. Сломав несколько зубов. Другие не волновались. — НРРФФГГГХХ… — крик депутата от боли был перекрыт мозолистой ногой Леви. -… это твой рот. Потому что то, что с ним сейчас произойдет, — самое жалкое из всего. Я вежливо ответил на ваш первый вопрос. Я предлагаю вам отплатить мне тем же, пока вы не потеряли способность нормально говорить. А теперь скажи мне, где отряд подавления? Леви сердито посмотрел на него. Затем он медленно вытащил ногу изо рта мужчины. Он упал на землю, кашляя. Корчась от боли, он выплевывает несколько зубов. — Вы… Это бесполезно… Это бессмысленно, говорю вам… Что бы вы ни делали. .единственное, что вы, гребаный корпус разведки, можете сделать, это бегать по этим стенам, пытаясь выползти из куч лошадиного дерьма, под которыми вы живете… и… ммпфффхх… — Прежде чем он успел закончить свою тираду, ему в лицо швырнули большой ком грязи и травы. — Ради всего святого, пожалуйста, избавьте нас от ваших беспрестанных стенаний. Голос застонал рядом с деревом, к которому прислонился плачущий член парламента. Все это время его лицо было скрыто ночной тьмой. — Эй, узнаешь меня? — Спросил он, даже не глядя на него. Мужчине не нужно было опускать челюсть. Грязь, забившаяся ему в лицо, уже заставляла его рот открываться. — Эрик… Лэнгфорд! Он долго колебался. — Мы уже знаем, что совет взбесился. И половина разведывательного корпуса уже арестована. Вы думаете, мы этого не знаем. Как ты думаешь, насколько мы глупы? Тот факт, что сцена казни уже готовится для нашего командира Эрвина Смита, уже дошел до нас. — После этого Эрик топнул ногой. -Уаахх! Как. как ты до сих пор жив?!» Он упал в замешательстве. Эрик убрал ногу с руки мужчины и встал перед ним. — Твоя глупость не знает границ. Вся ситуация внутри стен переворачивается прямо у вас под носом. Я расскажу тебе кое-что забавное. День казни Эрвина. Это будет день, когда монархия будет пресмыкаться и корчиться у наших ног. Да, выбивать дерьмо из вас, подонков, в значительной степени бесполезно. Я полагаю, что Кенни и команда по борьбе с личностями — единственные, кто что-то делает, а теперь прекрати нести чушь и скажи мне, где они! Эрик плюнул ему в лицо. Другие видели сдерживаемый гнев, кипящий в ледяных голубых глазах Эрика. Депутат встал. Затем положил обе руки Эрику на плечи. Разница в их росте была разительной. — Убери от меня свои грязные руки, придурок. Низкий злобный голос вырвался изо рта Эрика. — Ты такой человек, Эрик? Говорили, что ты настоящий герой. Воин, выигравший первую битву человечества. Вы известны тем, что превыше всего цените человеческие жизни. Неужели ты позволишь умереть своим драгоценным коммрадам? — Опусти руки. — Пожалуйста, выслушайте меня. Если ты сдашься и назовешь все свои действия глупыми отчаянными трюками, предпринятыми по собственной воле… Я могу договориться с ними и пощадить жизни твоих коммрадов. Даже твой командир. — В последний раз… — Неужели ты не видишь, что все это бесполезно? Все твои интриги ни к чему хорошему не приведут. Ты собираешься… — Он снова не смог договорить, потому что чья-то рука схватила его за лицо и ударила о дерево, достаточно сильно, чтобы услышать треск изо рта и расколоть дерево. — Я ЖЕ СКАЗАЛ, МНЕ ПЛЕВАТЬ! НЕ СМЕЙТЕ, СУКИ, МЕНЯ СЛУШАТЬ! Вы думаете, что вы на вершине всего. Что король абсолютен? Вы, ребята, так высоко забрались, что даже не видите, как устроен мир. Просто кучка гребаных идиотов. Эрик вскрикнул, схватил его за руку и вывернул назад. Сначала достаточно, чтобы причинить боль, но потом щелкнул ею так, что его передняя рука стала параллельна спине. ~трещина ~ щелчок ~ перерыв ~ -ГЯАААААААААХХХ! Мужчина вскрикнул, когда из его руки донеслись тошнотворные звуки. — Вы, ублюдки, пытались убить меня! После всего этого, если ты думаешь, что я не отомщу, убив каждого члена церкви, который выступит против меня, твой череп набит арахисом. Хех. Это больно? Это ничто по сравнению с тем, через что мы прошли. Он снова отводит руку назад и яростно толкает локоть в противоположном направлении, скрежеща суставами. Еще один душераздирающий крик. — В человеческом теле 206 костей. Это было 4. Мне еще нужно сломать еще 47, прежде чем ты потеряешь сознание. А теперь перестань ныть и скажи мне, где прячется Кенни. Неужели он такой важный парень, что ты никому не скажешь? Эрик пригрозил, что в следующий раз сломает ему лопатки. -УААХГГ! ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАНОВИСЬ. «Я НЕ… Я НЕ ЗНАЮ, ПОЖАЛУЙСТА… А-А-А… КЕННИ АККЕРМАН ОЧЕНЬ ОСТОРОЖЕН… Я… ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ… Я НЕ ЗНАЮ, ГДЕ ОН, ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАНОВИСЬ «. Убедившись, что он не лжет, Эрик отпустил его только с 6 переломами и вывихами суставов. Леви поднял руку, жестом приказывая Эрику успокоиться. — Аккерман? Так вот как фамилия Кенни? Леви ворчал, а Микаса, задыхаясь, слушала издалека. — Хорошо, капитан. Мы ничего от него не получим, — сказал Эрик, вытирая грязь и кровь с тела. Леви вздохнул. — Наверное, вы правы. Избавься от него. Все это дерьмо только для того, чтобы узнать его гребаную фамилию. Я устал, пойдем немного поспим. — Сказал Леви, отворачиваясь. Полицейский увидел, как Эрик потянулся к спусковому крючку, спрятанному в ножнах, а не в плечевой прорези, — нет, пожалуйста, вай… -слэш- Прежде чем он успел увидеть его, один разрез, и он потерял всякое чувство в ноге и рухнул. Он увидел, что Эрик уже убирает меч обратно. — Эй, что ты со мной сделал… я… я не чувствую ног. — Воскликнул он. — Я перерезал нервы на обеих твоих ногах. Если только король не сможет это исправить, ты никогда больше не будешь ходить. — Резко ответил Эрик, когда его черный плащ исчез из виду. Затем, чтобы втереть в рану соус табаско, было оставлено леденящее душу объявление. — ГРЯДУТ ПЕРЕМЕНЫ, И ЕСЛИ ВЫ, ПЕРВЫЕ БРИГАДИРЫ, ДУМАЕТЕ, ЧТО ВАШ КОРОЛЬ ОКАЖЕТ ВАМ ЧЕСТЬ. ЕДИНСТВЕННОЕ, ЧТО ВЫ ПОЛУЧИТЕ, — ЭТО АБСОЛЮТНОЕ ОТЧАЯНИЕ ПЕРЕД ЛИЦОМ ПЕРЕМЕН И БУДЕТЕ БЕЗЖАЛОСТНО УНИЧТОЖЕНЫ». Единственное, что еще нарушало ночную тишину, был пронзительный крик злого человека. — Тебе не кажется, что это был слишком злой Мороз. Ты сломал ему все кости в руке и сломал ноги. — Спросил Леви у Эрика, который в конце концов покраснел от осознания этого. -Ой, виноват. Похоже, я переборщил. — Леви отвернулся, но его поразил ужасный образ. В темном месте лежало тело, грудь которого была полностью разрублена. Рядом с этим трупом стоял невысокий мальчик с седыми волосами, полностью забрызганный кровью и дрожащий от ужаса, держа единственный меч, направленный на тело. Он стоял босиком на траве, одетый в окрашенную кровью белую рубашку и черные брюки. Пот и кровь капали с его лица на землю. Слезы бесконечно текли по его голубым глазам, когда он смотрел на свою работу с невообразимым страхом. Он тяжело дышал и хватал ртом воздух. Леви оглянулся и несколько раз хлопнул себя по голове, чтобы прогнать эту картину. Сам чувствуя страх, он посмотрел на спину Эрика, который действительно дрожал. Леви проглотил это беспокойство и положил руку ему на плечо. — Что бы вы ни видели, сэр, пожалуйста, не говорите им об этом. — Голос Эрика был невероятно низким, когда он сжал кулаки. — Конечно… Черт, берегись! — Закричал Леви, когда все они бросились назад, когда с дерева в них выстрелили. Слабое лицо Эрика тут же исчезло и сменилось хмурым выражением, когда он исчез из виду. Отряд рассеялся, и прежде чем кто — нибудь заметил… «AAAAAAHHHHH» Эрик кричал, как он порезал массивного куска ствола дерева и пнул полноразмерное дерево. Сверху донеслись новые крики, и Эрик прыгнул прямо в него. Раздалось несколько выстрелов. Огромный всплеск крови с предсмертным криком разорвал холодный ночной воздух. Отделение и Леви смотрели, как на мгновение все стихло. Пять темных предметов были подброшены в воздух. Третий орал по-человечески. Двое других с грохотом упали на землю. Куски трупа. — Трое живут. Хватай их! — Крикнул Леви. Микаса, Армин, Джин, Саша и Конни, не теряя времени, прыгают на них и удерживают. Вскоре из темноты выскочил Эрик. — Их было четверо! Вы их получили? — Крикнул Эрик, держа в руках пару окровавленных клинков с бьющимся сердцем, насаженным на один из них. — ЭЙ-Эй, ИЗБАВЬСЯ ОТ ЭТОГО! — закричал Леви, пятясь назад. Через несколько минут трое выживших нападавших были схвачены. Они были членами первой бригады, но полными аматурами, которые тоже ничего не знали. Они остались травмированными и сломленными после того, как Эрик расправился с ними, так что они прижались друг к другу, дрожа от страха. Эрик был вынужден смыть все до последней капли крови со своего оружия, пока Леви думал, как от него избавиться. Наконец, придя к выбору, у него на лице появилось почти извиняющееся выражение… почти. Он приказал Джин, Конни и Саше собраться и отдал им худший приказ в их жизни. С совершенно невозмутимым лицом. — Убей их. — Сэр?! Жан — Что?! — воскликнул Саша. — Серьезно? Конни. — Какого хрена? Эрик — Что, черт возьми, ты говоришь? Микаса. Армин просто стоял неподвижно, в то время как остальные замерли. Вбежал Эрик, схватил Леви за руку и потащил прочь. — О чем вы думаете, сэр? Нельзя же ожидать, что они будут убивать людей ни с того ни с сего. — Прошептал Эрик Леви. — Я отдал приказ Фросту. Вы собираетесь возражать против этого? — Холодно ответил Леви. — Но, сэр. Они еще не готовы. Нервно сказал Эрик, глядя через плечо Леви, наблюдая, как трое стоят как статуи, словно парализованные. — Никто никогда не готов убить в первый раз. А ты был? Микаса, Армин или Эрен? Никто не готов. — Повторил Леви, не обращая на них внимания. — Но все же… Все это были вынужденные обстоятельства. Они. они просто не должны сталкиваться с чем — то подобным, если могут. . — Голос Эрика дрожал. — Значит, ты пошел на все эти убийства только для того, чтобы им не пришлось этого делать? Ты все еще цепляешься за эту последнюю каплю наивности. У нас еще будет время встретиться лицом к лицу с этими парнями, вооруженными снаряжением наводчика. Чего вы ожидаете от них? Сядьте поудобнее и наблюдайте. Будет лучше, если они научатся этому сейчас, и ты это знаешь. Вы говорите это только потому, что пытаетесь подавить этого человека, убивающего монстра внутри вас. Не будь таким рассеянным. Я знаю, что это зло. Но это необходимое зло. Мне очень жаль, но не все обладают целительскими способностями, как ты и Микаса. — Э-э? Эрик потерял дар речи, когда Леви подошел к ним и протянул винтовку. Остальные трое уставились на него почерневшими глазами. (На следующее утро) — Ха-ха… ха-ха… ха-ха… — задыхаясь, пыхтел толстяк, пробегая по обшарпанным улицам великого города Троста, превратившегося теперь в жалкую колонию. — Черт. как, черт возьми, меня заметили? Я такая идиотка. Он побежал за угол и оказался в закрытом переулке между двумя заброшенными зданиями. — Дерьмо — это тупик. — Устало пробормотал он. Полицейские, которые преследовали его, наконец-то добрались до него. Их было трое, все вооруженные винтовками. Старший офицер хитро ухмыльнулся и шагнул вперед. — Да, ты действительно тупой. Но еще глупее то, что ты думаешь, будто сможешь сбежать от нас, укрывшись в заброшенном здании в этой дыре города. Что ж, я все равно буду вам благодарен, потому что это избавляет меня от большой работы, Флегель Ривз. — Лукаво спросил он. Флегель прижимался спиной к стене, пытаясь найти выход. Сердце его учащенно билось. От напряжения бега, а также от страха перед этими людьми. — Черт побери! — выругался он. Лицо солдата исказилось от боли. — Ну что ж… Это действительно помогает, несмотря ни на что. … Я подумал… Когда понял, что тебе удалось сбежать от нас. Я действительно думал, что умру. … что они убьют меня за то, что я все испортил. — Его голос сорвался, он упал на колени и, уткнувшись лицом в землю, драматически зарыдал. «Что не так с этим мелодраматическим психопатом?» — размышлял Флегель, наблюдая, как человек выставляет себя дураком, плача и крича на земле. Но потом он встал и вытер слезы с глаз. — Я действительно думал, что умру. Поэтому я благодарю вас от всего сердца, Флегель. А теперь умри. Полицейский вскочил на ноги и приставил дуло винтовки к голове Флегеля. Отступать ему было некуда, и он принялся отчаянно махать рукой. -Уааахх. Эй, пожалуйста, подожди. У меня еще есть кое-что напоследок. пожалуйста, прежде чем ты убьешь меня, пожалуйста, скажи мне, почему убили моего отца? Был ли за всем этим центральный парламент? — В панике пробормотал он. Его сердце забилось быстрее, а на лбу выступил пот. — Ха? Ну и какая от этого польза? Все, что нам от тебя нужно, — это твой маленький толстый трупик. Солдат самодовольно усмехнулся. Флегель сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. — Эй, ну же… Ты только что сказал, что я все упростил. А если я умру, тебе не придется беспокоиться о том, что твоя жизнь в опасности. Так что давай, приятель, теперь ты можешь проявить хотя бы такую же вежливость, не так ли? Я хочу знать, почему мой отец заслужил смерть?! Флегель заговорил дрожащим голосом: Член парламента казался удивленным. — Разве он тебе не сказал? Он предал нас по неизвестной причине и перешел на сторону разведывательного полка. Он ответил: -Б-б-предали?! Неужели депутаты приказали ему похитить кого-то из разведывательного корпуса? Флегель был в шоке. — Совершенно верно. Думаю, он не потрудился ничего рассказать своему придурковатому сыну. При последнем слове Флегель прищурился. — А если он скажет «нет»? — Тихо сказал он. Военный полицейский почесал в затылке и сказал: — Ну, учитывая полученную им информацию, от него все равно бы избавились. Независимо от того, преуспел он или потерпел неудачу. Обычно третьи лица довольно полезны для этой работы, но, черт возьми, иногда я просто думаю, что мои хозяева — кучка идиотов, которые используют такую никчемную кучку, как ты. Это такие ребята, как вы, которые устраивают такой большой беспорядок и такие сложные ситуации, что теперь мы должны пачкать руки. У тебя определенно есть дурацкая глупость твоего отца. Он должен был просто собрать свою семью и деньги и бежать на север, но нет, он просто должен был делать бизнес для этих дешевых, обедневших ублюдков и этого дерьмового мусорного города. Хух, какого черта я все еще говорю? Я уверен, что вы не поймете. Флегель медленно опустил подбородок. Вся его дрожь прошла. Он твердо стоял и смотрел вооруженным людям в глаза. — Не говори так, будто ты все знаешь. За эти пару дней я многому научился. Одно из них — от моего отца. Чтобы быть хорошим торговцем, он учил меня, что очень важно хорошо разбираться в людях. Вот почему я выбрал тех людей, которых выбрал. Я выбрал людей, которым доверял мой идиот-отец! Он повысил голос, но стоял твердо. — ТЫ ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, С КЕМ ТЫ СВЯЗАЛСЯ, ФЛЕГЕЛЬ РИВ?! А ТЕПЕРЬ ЛОЖИСЬ НА ЗЕМЛЮ И ВИЗЖИ, КАК СВИНЬЯ! Депутат закричал от гнева. — И ЕСТЬ ЕЩЕ ОДИН ПАРЕНЬ. ОН НАУЧИЛ МЕНЯ, ЧТО ЕСЛИ Я НЕ БУДУ ПРОТИВОСТОЯТЬ ТАКИМ СЛАБЫМ ЗАСРАНЦАМ, КАК ТЫ, ТО НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИТСЯ! ПОСМОТРИ ВВЕРХ, ПРИДУРОК! ЭТО ДЛЯ ЛЭНГФОРДА, ВЫ, ТУПЫЕ ГОВНЮКИ! — с криком ответил Флеге, когда солдаты подняли головы и увидели две тени, катящиеся к ним. Их шестеренчатые оси вращаются, когда они прыгают вниз и пинают двух других членов прямо им в головы, заставляя их разбивать маленькие ножки о каменную мостовую. Звук треска. Неизвестно, был ли это камень или кость. Одинокий солдат бросился назад и попытался прицелиться в женщину из этой парочки. Но она приблизилась и уже миновала ствол пистолета. Он нажал на спусковой крючок, но выстрел был бесполезен, так как она уже приблизилась и ударила со всей силой своего существа. Солдат тяжело упал навзничь. Она закричала от радости, а также от боли от сломанной руки и челюсти мужчины. — Это! . …ЭТО… ЭТО, БЛЯДЬ… ХУУУУУРРРРРТ. Она взревела. — Командир отделения, мне кажется, вы немного переборщили. Ты уверен, что не пил перед тем, как прийти сюда? Ты всегда так срываешься, когда пьян. — Крикнул помощник, прижимая к земле одного из мужчин. К удивлению Флегеля, еще несколько человек из роты Ривза вступают в бой, чтобы связать солдат. — Я не пьян. Заткнись, Моблит… Так люди, ты это слышал?» как только Хэндж крикнул, толпы людей начали выходить из переулков, балконов, улиц, и вскоре их окружила толпа мужчин, женщин и детей, смотревших на них с недоверием, страхом и гневом. — Повторил Хэндж. — Вы думали, что это место пустует, не так ли? Как бы это ни выглядело для таких людей, как вы. Жители троста до сих пор живут в таких местах. Так ты теперь в это веришь? Хэндж посмотрел на них. Подошел крепко сложенный мужчина в белом фартуке и повязанной вокруг лба бандане, похожий на повара. — Да, мы все слышали. Так что все это правда. Именно центральная военная полиция убила президента, а разведывательный корпус пытался защитить его, но в итоге взял вину на себя. … И мистер Ривз рисковал своей жизнью, чтобы защитить жителей этого города и их образ жизни. Все присутствующие здесь являются свидетелями этого факта. Значит, то, что сказал Эрвин Смит, было правдой. Эти продажные ублюдки являются убивают наших героев. — Сказал он, потирая голову. Капитан МП фыркнул. — Ка… — затем он выплевывает окровавленный зуб, который отломил Хэндж. — Герои, а? Ты думаешь, что кучка подонков-слабаков может сделать с нами все, что угодно. Даже если вы объединитесь, лучшее, что вы можете сделать, — это распространить слух на пару дней. … а потом вы все просто исчезнете. Монархия решает правду в этих стенах. Они абсолютны. Вам, ублюдкам, никогда не сойдет с рук проделать это со мной… Неужели вы думаете, что кого-то будет волновать, если кучка обитателей трущоб просто исчезнет в этом мертвом, пустынном ки… .хннннннггггхх. Прежде чем он успел закончить свою тираду, кто-то ударил его по затылку прикладом винтовки, а затем сел ему на голову. Этим человеком был толстый Флегель Ривз. С мертвенно-серьезным лицом он смотрит на людей. — А — а — а. Да заткнись ты к чертовой матери, придурок! Он лает на него. — Не волнуйтесь, этот мудак просто пытается напугать вас своими пустыми угрозами. Может быть, я и не очень силен, но если мы все будем работать вместе со спокойным умом и готовым сердцем, то сможем вернуть город к тому, каким он был когда-то. Я не могу гарантировать вашу безопасность, но с этого момента клянусь, что компания Ривза сделает все возможное, чтобы защитить этот город. Я не допущу жертв тех истинных солдат, которые отдали свои жизни за нас, Эрика Лэнгфорда, который дал нам надежду, и моего отца, который умер, чтобы спасти этот город! Как ваш новый президент я, Флегель Ривз, прошу вас оказать мне искреннюю поддержку. После его заявления наступила минута молчания. Некоторые из пожилых мужчин улыбнулись. Один из них захлопал в ладоши. За ним последовал еще один и еще, пока он не перерос в бурные аплодисменты. — Конечно, господин президент. Мы на вашем попечении. — Объявляет кто-то из толпы. Хэндж подошел к нему и погладил по голове. — Молодец. Это была интересная речь. Эрик научил тебя этому? В любом случае поздравляю тебя с повышением. Флегель не смотрел ей в глаза. — Спасибо, тогда я оставляю военную полицию вам. Желаю удачи. Но он ответил проникновенно: Затем Хэндж ушла, увидев бинты, которые ее ассистентка, не теряя времени, наложила ей на руку. Она завернула за угол, чтобы встретиться с людьми из газеты «Олух», которых она «вежливо» попросила засвидетельствовать это и написать статью. — Ну и что ты думаешь? Офицер пролил все это прямо здесь. И я выполнил свою часть сделки. У вас есть вся информация, которой располагаю я. Теперь все, что осталось, — это послать это послание людям повсюду. Теперь все зависит от тебя. Оставленная в таком состоянии, правда никогда не выйдет наружу. Рой выглядел недовольным и некоторое время молчал. — Ну же, мистер Рой, давайте сделаем это! Это, наконец, наш шанс раскрыть преступления центральной бригады. Чтобы доказать, что разведывательный корпус невиновен! Его ученик Пьер закричал, сжимая кулаки. — Мы не можем. — Испуганно ответил Рой. — Мистер Рой, вы это серьезно?! Pierre. — А РАЗВЕ У НАС ЕСТЬ ДРУГОЙ ВЫБОР?! ЕСЛИ МЫ ЭТО СДЕЛАЕМ, ВЫ, Я И ВСЕ НАШИ КОЛЛЕГИ БУДЕМ УБИТЫ НА МЕСТЕ! ПРОСТО ИДИТЕ ВПЕРЕД И ПОПРОБУЙТЕ! Я НЕ СОБИРАЮСЬ РИСКОВАТЬ СВОЕЙ СЕМЬЕЙ И ЖИЗНЬЮ ТОЛЬКО РАДИ КАКОГО-ТО ВЕЛИКОГО ПРАВОСУДИЯ… — закричал Рой, но тут же осекся, увидев, как лицо Хэнджа потемнело еще больше. Она щелкнула рукоятками спусковых крючков по лезвиям и медленно вытащила один из них. — Эй, эй, командир отделения, подожди. " он никогда не пытался остановить ее. Она держала лезвие над головой, но потом начала дрожать. Повернувшись, она отпустила его, и он упал на землю. Этот отвратительный лязг металла о камень резал слух. Повернувшись к ним спиной, она сказала: Рой, есть кое-что, что я упустил из виду в нашем предыдущем разговоре. Это означает, что наша военная мощь в настоящее время находится в самом слабом состоянии. Мы ничего не сможем сделать, когда произойдет следующее вторжение титанов. Но монархия это делает. Однако они не заботятся о вас. Вы просто жертвенные агнцы, посланные на смерть. Я не лгу, они используют свою силу, чтобы просто закрыться за последней стеной и оставить остальных умирать. Включая тебя и меня. Единственный выход — прийти к соглашению, закрыть стену Марии и расширить наши земли. У тебя нет другого выбора, кроме как выбрать, кто тебя убьет. Депутаты парламента или титаны. Честно говоря, я думаю, что если бы я был на вашем месте, я бы рискнул с депутатами из-за верной смертельной атаки титанов. Она говорила монотонно. Все остались под кайфом. Пьер молча постоял с минуту, прежде чем огрызнуться и схватить Роя за воротник рубашки. — Ты еще не понял?! ЭТИМ ПАРНЯМ ИЗ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ ПЛЕВАТЬ НА ТО, ЧТО С ТОБОЙ ПРОИСХОДИТ! ВЫ ТОЛЬКО ЧТО СЛЫШАЛИ ЭТУ ЖЕНЩИНУ! СТЕНЫ НЕ МОГУТ ЗАЩИТИТЬ НАС, НИ ВОЕННЫЕ, НИ ЭТИ ПРОКЛЯТЫЕ ГОНОРАРЫ! В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ, КОГДА ТИТАНЫ НАПАДУТ, НИКТО НЕ СПАСЕТ НИ НАС, НИ АГЕНТСТВО, НИ ТВОЮ СЕМЬЮ! Я ТОЖЕ БОЮСЬ ЭТОГО, НО Я БЫ ПРЕДПОЧЕЛ РИСКНУТЬ СМЕРТЕЛЬНОЙ УГРОЗОЙ СО СТОРОНЫ ВОЕННОЙ ПОЛИЦИИ, ЧЕМ ТИТАНАМИ, КОТОРЫЕ СОЖРУТ МЕНЯ! Он кричал ему в лицо. (Где-то. Ранее сегодня) — Иди вперед, пока тратишь свои дни на размышления Когда ты падаешь, все встают~ Еще один день, и ты уже сыт по горло тем, что тонешь. С жизнью, хранящейся в твоем~ Руки дрожат от холода Эти руки предназначены для того, чтобы держать~ Поговори со мной, когда все, что тебе нужно сохранить, — это сила~ Двигайся вперед, двигайся вперед, как я знаю, что ты это делаешь. И даже когда твоя надежда исчезла~ Двигайся вперед, двигайся вперед только для того, чтобы пройти через это. Эрик сидел на краю их нынешнего лагеря в лесу, и в голове у него звучала песня. Он нашел небольшой участок возвышенности и сидел там, наблюдая за восходом солнца. Что-то в золотых лучах первых лучей напомнило ему о чем-то. Его сердце наполнилось неуверенностью. Вызвано расстоянием и близостью, которые он чувствует со своими друзьями. Он медленно услышал стук сапог по сухой траве, когда осень подходила к концу, а зима была уже не за горами. Его волосы взметнулись назад, когда поднялся ветер. — Я найду для тебя Историю и верну обратно, обещаю. Его безмолвное провозглашение несет на себе тяжесть всего мира. — Ты научился хорошо скрывать свои эмоции. Девичий голос. Эрик повернул голову и увидел, что к нему подходит Микаса. — Микаса? Что ты здесь делаешь? — Спросил Эрик. — Теперь моя очередь дежурить. Прямой ответ. — Понимаю. Как поживают эти трое? Он искренне обеспокоен психическим состоянием этих троих. — Джин однажды вырвало, но я не могу поверить, что Конни и Саша на самом деле держат свои нервы. — Спросила она, подходя ближе. — Не могу поверить, что они действительно стреляли. Эрик вспомнил вчерашний вечер, когда Леви выставил перед ними винтовку, Конни была единственной из трех, кто подошел и взял пистолет. — Я сделаю это, — сказал он дрожащим голосом. Эрик, Микаса и Армин настроили их на чистый одиночный выстрел. Руки Конни дрожали, когда он прицеливался. Он уже собирался закрыть глаза, но тут Эрик закричал: — Не надо. Если вы собираетесь это сделать, то посмотрите им в глаза. Подумайте о том, за что вы боретесь, и убейте их за это желание. Если ты выбрала это, то должна принять это. — Дрожь Конни прекратилась. Он глубоко вздохнул и сказал: — Спасибо, приятель. Уставившись на депутата холодными стальными глазами, он стреляет. Бах. Солдат получил пулю прямо в центр лба. Конни и остальные стояли, не издавая ни звука. Дело было сделано. Его сердце билось как сумасшедшее, но он не упал. Напряженный взгляд Конни успокоился, он тяжело вздохнул и ушел. Эрик наклонил голову, жестом приглашая Армина следовать за ним. Армин понял намек и пошел за Конни.Надо отдать ему должное, у парня есть мужество. — Леви послал сообщение в голову Эрика. -Зачем ты им это навязываешь? Он докажет свое мужество, если сможет провести хоть один день без рвоты. — А-А-я-я думаю, теперь моя очередь. — Саша вышла вперед. — П-подожди, ты готова к этому? — Спросил Армин. — Я готов, как никогда. Она ответила слабой бледной улыбкой. Она взяла винтовку и прицелилась. — Я не очень хорошо обращаюсь с оружием, лук и стрелы мне больше подходят, но я постараюсь держать их в чистоте. Она перестала улыбаться. Ее глаза блестели в лунном свете, слезы медленно пытались выкатиться наружу. она приняла стойку и прицелилась. С нажимом на спусковой крючок — бац. Еще один солдат умирает. Но цель у Саши была немного не та. Она случайно попала в шею, и из нее брызнула кровь. Саша сглотнула от ужасного результата своих действий. Она зажала рот и побежала в противоположном направлении. Микасе даже не нужно было говорить, когда она пошла за ней. Наконец настала очередь Лис Джин. — Ты не должен этого делать, если не хочешь, — сказал Эрик, глядя на свои напряженные плечи. — Нет, я могу это сделать, — бесстрастно говорит Джин. И медленно подходит к солдату. — Тебе нужна винтовка? — Спрашивает Леви. Жан качает головой. — Нет, сгодятся клинки. — Жан выхватывает меч. Жертвой был старик, который потом начал сходить с ума. Жан встал рядом с ним и с безликим выражением лица занес меч над его головой. Держал его обеими руками. Сделав глубокий вдох, он опустил гильотину. Мгновенно обезглавив мужчину. -Теперь мы закончили. Помоги им выбраться. Леви усовершенствовал эту ментальную коммуникацию. — Черт. В такие моменты ему действительно нравится втирать его в кожу. Я чувствую, что это его сила, а не моя. — Эрик прищурился, глядя на Леви. Эрик положил руку на плечо Джин. — Не жалей об этом выборе. Сосредоточься и сосредоточься. — Эрик был не в настроении утешать парня выше себя. — Я устал ждать. Ну же, Эрик, разве ты не хочешь спасти и Историю тоже? — Нетерпеливо пожаловалась Микаса. Эрик лег на землю и посмотрел на небо. — Если все пойдет хорошо, мы сможем отправиться сегодня вечером. — Ответил Эрик. Микаса начала ощущать чужеродное возбуждение, нетерпение и жажду убийства, сверлящие ее тело. Она чувствовала недостижимый зуд на животе, который все еще был плотно укутан. — Эй, Эрик, я хотел тебя кое о чем спросить. — Сказала Микаса, не глядя на него. — Да? Эрик тоже не оглядывался. — Недавно у меня было видение. И это… беспокоит меня, по крайней мере. Она начала тихо: — Продолжай. — Я или кто-то другой заглядывал в комнату. Судя по солнечному свету, было утро. Я видел тебя. — Окаааай. Эрик сел. — Ты лежала в постели и смотрела на меня… — Мне это не понравится, правда? — Нет. А История сидела прямо на тебе и смотрела с самым красным лицом, которое я когда-либо видел. Эрик мгновенно покраснел и отвернулся. — Гх. это! Подожди, я могу объяснить. Эрик с трудом выговаривал слова. Оглянувшись через плечо, он увидел, что она смотрит на него глазами нарро и игриво ухмыляется. — Она что, дурачится со мной?! Я не знал, что у нее есть эта сторона. Но почему в… о, к мистеру Силе, которая живет внутри меня, пошел ты. Этот эмоциональный перенос был совершенно излишним. Она знает, как я отношусь к подобным вещам. Но потом он увидел крошечную, даже болезненную улыбку на ее лице. Это был первый раз, когда она улыбнулась без Эрена рядом, она улыбнулась так, но все чувства мира были разорваны на куски следующими словами, которые она произнесла. — Так… ты «сделал» ее? При этих словах ветер, казалось, перестал дуть. — А? Делать? Ты имеешь в виду «это»? ХИЕЕЕЛ НЕЕЕЕЕТ!» Он закричал. — Черт возьми, почему ты сейчас говоришь о таких странных вещах?! Ей просто было страшно, поэтому она заглянула ко мне в комнату и провела там ночь. Мы делили постель ни больше ни меньше. То, что вы видели, было смехотворно неловким моментом, увиденным глазами Леви. Мы этого не делали! Боже милостивый! Эрик с покрасневшим лицом поспешно объяснил: — Знаешь, ты выглядишь как милый щенок, когда так краснеешь, — сказала она. — Отлично, я польщен. Какого черта тебя интересует тема отношений между мальчиком и ги… Подожди минутку. Ты не проявляешь интереса ни к чему, что не касается Эрена. Так что если ты на самом деле спрашиваешь меня о таких вещах, как секс… Черт, только не говори мне, что ты всерьез рассматривала эту идею с ним… Ух ты… хех… — Эрик хихикнул, но затем медленно рассмеялся. — Шу… заткнись! Она прижала руку к груди и попыталась возразить. — Все не так… я… я просто… — Ха — ха — ха. — Мне очень жаль. ха — ха — ха — ха. . Мне очень жаль, что все так получилось. кто бы мог подумать, что холодная, стальная Микаса окажется не просто мягкотелой, а извращенной обычной девочкой-подростком… ха-ха-ха… — он упал на землю, схватившись за живот. Микаса вся порозовела. Но Эрик вскоре успокоился. Микаса отвернулась. Он заметил, как по ее лицу скатилась легкая слеза, сверкнувшая в золотых лучах утреннего солнца. Вскоре он почувствовал, как что-то мокрое потекло по его лицу. Он грубо вытирает ее. — Насколько это отстало? Плакать сразу после такого смеха. — Думаю, мы просто ничего не можем с этим поделать. Мы, какими бы сильными мы ни были, без них наши сердца просто разваливаются на части «. Она почти принюхалась. — Мы вернем их обоих. Обещаю. Эрик невольно усмехнулся иронии судьбы. — Я верну тебя, История. Те воспоминания, которые мы пережили вместе. Я хочу сделать больше. Будут все наши друзья. Не умирай из-за меня, Эрен. — Он не мог не плакать и не улыбаться одновременно. Это жалкое мучительное чувство в животе отказывалось униматься. (настоящее время. Королевская столица. Тронный зал.) Пять великих советников, обладавших абсолютной властью в стенах, сидели в своих роскошных креслах. Министр экономики, эрцгерцог культа стены, аристократ, который был главным советником короля, один из двух высших военных премьеров, который явно занял свое место над Уоллесом Закери различными способами и самим королем. Все смотрят вниз на избитого заключенного в окружении депутатов парламента. Пленником оказался не кто иной, как Эрвин Смит, командир разведывательного корпуса. Закованный в цепи и веревки. Вся в синяках. — Эрвин… У тебя есть какие-нибудь последние слова перед смертью? — Спросил советник, в то время как старый король скучающе наблюдал за ним. — Потеря разведывательного корпуса означала бы потерю копья человечества. То, что защищает нас от надвигающейся опасности, — это не щит, а копье, которое устраняет угрозы. Например, если стена роза будет прорвана, у граждан не будет другого выбора, кроме как отступить за последнюю стену. Однако наши утраченные запасы провизии не были пополнены во время предыдущей эвакуации. Как известно, люди снова вступят в борьбу не на жизнь, а на смерть за еду. Короче говоря, если стена розы падет, это вызовет гражданскую войну между двумя фракциями человечества, разделенными стеной розы и стеной сины. Военные будут вынуждены вмешаться, и к тому времени, когда все успокоится, не останется ни одного человека. Решимость Эрвина не поколебалась. — Вы хотите сказать, что, сохранив разведывательный корпус, можно предотвратить эту катастрофу? — Возразил советник. — Полет в сердце врага всегда был обязанностью разведывательного полка. Именно их атака держит титанов в страхе. Но эта тактика пассивной защиты не сработает… Если, конечно, у вас уже нет какой-нибудь другой замечательной стратегии. Эрвин сдержался. — Ваша позиция ясна. Мы предоставим вам это, поскольку вы сохранили свою позицию даже после допроса в центральной военной полиции. Люди из «Ривз корпорейшн» были убиты неизвестными третьими лицами при попытке похитить Эрена и Кристу. Разведывательный корпус не собирался идти против королевского правительства. Расформирование разведывательного корпуса не принесет никакой пользы человечеству. Только вред. До сих пор это были твои слова. Мы можем признать их. Но многое произошло за то время, что вы были заключены в тюрьму, командир. Самое главное, что вчера, сразу после того, как было опубликовано известие о смерти Эрика Лэнгфорда, без вашего ведома стало известно, что ваша правая рука Леви сошел с ума, убил нескольких членов парламента в округе Стохесс и сбежал. Это стало для Эрвина шоком. — Лэнгфорд мертв? И Леви в ярости. Затем министр повысил голос: «Этот поступок недопустим. Он не только отказался сдаться полиции, но и орудует клинками вместо диалога. Как и вмешательство этой призрачной фигуры, связанной со скаутами. Эти незарегистрированные акты прямо бросают вызов миру в этих стенах. По мнению тех, кто представляет народ стен, мы не можем допустить, чтобы такая группа безумцев использовала такую опасную тактику. Затем заговорил военный. — Генерал Пиксис, разведчики и ваш сектор гарнизона действуют на линии фронта и, похоже, установили особую связь. Возможно ли, чтобы вы разделяли одни и те же устремления? Пиксис бросил взгляд на потрепанную фигуру Эрвина и сказал: «Действительно, у нас много общего, и я восхищаюсь их работой. Но я должен это отрицать. Для меня нет ничего важнее солдатской присяги. Я больше не могу соглашаться с их средствами. Этот маленький мир людей чрезвычайно мал, и даже если вспыхнет одна крошечная искра, все будет сожжено дотла. Поэтому, по моему мнению, я не буду вмешиваться в это решение, но сделаю все, что в моих силах, чтобы предотвратить подобный исход. Потому что тогда почти не останется людей, которые могли бы есть, и все, что мы можем сделать, это наблюдать. Остроумное замечание Пиксиса рассмешило мужчину. Он немного посмеялся. — Хорошо сказано, генерал. Пожалуйста, простите мою грубость. Это именно тот результат, которого мы хотим избежать». Пиксис вспомнил их последний разговор перед приездом сюда. — Этого недостаточно, Эрвин. Пока информация, которую скрывает центральное правительство, имеет шанс послужить козырем для человечества, я не могу позволить гарнизону погибнуть. Мне очень жаль, Эрвин, но я боюсь, что если вы не можете гарантировать, что мы получим информацию и технологии, которые правительство держит под замком, я не могу встать на вашу сторону. Существует даже риск того, что великая сила изменять воспоминания и строить стены с титанами может быть навсегда утрачена в этой революции. Если я не могу найти четких результатов для этой проблемы, я вынужден встать на сторону этих членов внутреннего круга… — Это не будет проблемой, генерал Пиксис. Новый голос услышал их разговор, гонец, который сидел и записывал их разговор, пошел открывать дверь. Входит мужчина в длинном коричневом пальто. Он снял шляпу и посмотрел прямо на них. — Ты? Но как? Пиксис был сбит с толку. — Давненько не виделись, не так ли, генерал Пиксис? К несчастью, я случайно подслушал ваш разговор, сэр, и хотел бы вам кое-что сказать. Мужчина говорил официальным тоном. — Значит, это действительно был ты. Эрвин ахнул. — Ты ужасно выглядишь, Эрвин. Эта рука действительно была тяжелым ударом. — Как ты до сих пор жив? — Спросил Пиксис. — Я все объясню позже. Прямо сейчас я здесь, и, пожалуйста, выслушайте меня. Когда это время придет, тебе не придется делать выбор. — Что вы имеете в виду? Пикси. — Я хочу сказать, что ты можешь просто смотреть. Давайте представим им ситуацию, в которой они покажут свое истинное лицо. После того, как вы подтвердите, что они действительно отбросы мира, ваш выбор будет ясен. Я объясню… Вернемся в настоящее. Приговор был вынесен, Эрвина Смита подняли на ноги и отвезли на место казни, построенное в центре города. Найл, присутствовавший в комнате, увидел его жуткую улыбку, когда снаружи послышались громкие шаги. Эти шаги неслись по мраморному коридору, пока не достигли двери. Они останавливаются на мгновение, прежде чем дверь распахивается. В комнату ворвалась молодая девушка из гарнизонного полка с напряженным блеском в глазах. Она отдала солидный салют, прежде чем закричать громким ясным голосом. -СТЕНА РОЗЫ ПРОБИТА! КОЛОССОВЫЕ И БРОНИРОВАННЫЕ ТИТАНЫ ПОЯВИЛИСЬ В ВОСТОЧНОМ РАЙОНЕ КАЛАНЕТА И МГНОВЕННО РАЗРУШИЛИ ОБА ВРАТА! ЖИТЕЛИ ВОСТОЧНОГО РЕГИОНА СЕЙЧАС ВСЕ НА ПУТИ В РАЙОН СТОХЕСС! Найл вспомнил их последний разговор в комнате для допросов несколько часов назад. — Эрвин, посмотри, в каком ты плачевном состоянии. Всего несколько дней назад ты высокомерно проповедовал мне. — Ваша аудиенция с королем решена. Все кончено. Лэнгфорд мертв, а Леви сошел с ума. Скауты будут распущены, и ваше наказание будет объявлено. — Найл, скажи мне кое-что. Твоя жена, твой дом и твои дети. Где они? Возможно, в стохессе. Эрвин, несмотря на то, что висел на стальном ограничителе и был избит до кровавого месива. Найл отказывался это понимать. — Ответь мне, Мэри, твои дети живут в мире? — Да, они… Мэри, с детьми все в порядке. В последнее время я не ходил домой, но с ними все в порядке. Они живут в восточном районе уолл-роуз, недалеко от округа Стохесс. — Нервно ответил Найл. — Понимаю. Это очень плохо. Ты что-нибудь знаешь? Придет время. Некое событие. Когда это событие произойдет, я просто буду наблюдать. Выбор будет за тобой и за ними. До Найла наконец дошел смысл его слов. — НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕКРЫТЬ ПУТИ ОТСТУПЛЕНИЯ! НЕМЕДЛЕННО ПОДНИМИТЕ ЭСКАДРИЛЬЮ ПЕРЕХВАТА ЛИНИИ ФРОНТА! Я ПРИВЕДУ ОСНОВНЫЕ СИЛЫ И ВСЮ ЖИВУЮ СИЛУ ДЛЯ ПОДДЕРЖКИ ВОСТОЧНЫХ РАЙОНОВ! ЗАЙМИТЕ СВОИ ПОЗИЦИИ! БЕЗОПАСНОСТЬ ЭВАКУИРОВАННЫХ ИМЕЕТ ПЕРВОСТЕПЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ! Пиксис немедленно отдал приказ… Но прежде чем хоть один гарнизонщик успел сделать шаг вперед, советник вскочил со своего места и, стоя в центре диаса, закричал: — НЕТ! Все застыли как вкопанные. — ЗАПЕЧАТАЙТЕ ВСЕ ВОРОТА СТЕНЫ СИНА! НИ ОДНОГО ЭВАКУИРОВАННОГО НЕЛЬЗЯ ВПУСКАТЬ! — Приказал советник. — Но. — милорд, а как насчет жителей уолл-роуз? На самом деле мы просто будем стоять в стороне и смотреть, как пожирают половину человечества. — Запротестовал Найл. — Все так, как он сказал. Это может привести к гражданской войне. Это только растратит еще больше драгоценных ресурсов. Это непростительно, но мы не можем допустить новых врагов. — Даже если это всего лишь гипотетический сценарий… — Найл начал тревожно потеть. — Существует большая вероятность того, что это действительно произойдет. Выбора нет. Делайте свое дело, этот указ исходит от нас самого высокого начальства. А теперь иди. Мужчина упрямо отказывал ему. Ропот вырвался наружу, когда порядок начал ломаться пополам. — Что же нам делать? — У нас есть приказ. — Ты собираешься просто бросить людей? — Отказано! Найл встал перед военной полицией и позвонил. — Я не могу бросить народ стены розы. Если мне придется предать короля, чтобы остановить закрытие врат, так тому и быть. — Хорошо сказано, коммандер Док. Можете рассчитывать и на меня. Новый старый голос эхом отозвался в элегантном замке. — Их ответ удивил вас, премьер Закери?! — Спросил Пиксис, оглядываясь назад. Этот человек, Доллас Закери, входит в комнату с полным взводом депутатов главного отделения. Совет казался ошеломленным. — Закери? Что это такое? — Спросил один из них. — Ничего. Нет необходимости тревожиться. То, что только что сообщили, было просто дезинформацией. Никакого продвижения титана подтверждено не было. — Ответил Закери. — ЧТО?! ЧТО ВСЕ ЭТО ЗНАЧИТ?! Они стояли в шоке. — Я видел результаты. Теперь вы можете войти, сэр Лэнгфорд, — заявил Закери. Распространилось еще большее замешательство. — А?! Эрвин поднялся на ноги и сказал: — Значит, все шло по плану… Коннор? В комнате воцарилась тишина. Наступила мертвая тишина, когда тяжелые шаги застучали по блестящему кафельному полу. Дыхание всех присутствующих было почти слышно, когда в комнату вошел человек в длинном коричневом пальто. Его седые волосы и яркие янтарные глаза невозможно спутать. Те, кто узнал его, ахнули, особенно Найл и совет. Король просто лениво сидел на своем троне, даже не подозревая о разворачивающейся ситуации. — К-К-Коннор?! Ты жива? — Пробормотал Найл. — Этот план сработал так идеально, что я уже начал сомневаться, что нас заманили в ловушку, — ответил Коннор. — Эй, давно не виделись, Нил. Он помахал рукой Найлу, который, казалось, был парализован шоком. — ЛЭНГФОРД?! — Закричал член совета. — Как?! Как ты до сих пор жив?! Он просто смущенно улыбнулся. И вдруг его лицо исказилось от ярости. — Ты можешь сказать, что я чудовище, воскресшее из криков людей, которых ты угнетал. Вы, придурки, пытались убить меня, моего сына и мою семью. И все потому, что мы единственные, кто действительно способен одолеть вас, ублюдков. Ты пытался стереть мою семью из истории стен. Этот страх — ваше падение. Вы, придурки, думали, что все вы так высоки и могущественны, что даже не замечаете, как сила утекает сквозь ваши пальцы. Вы так же уязвимы, как и простые люди снаружи. Что это за взгляд? Эти солдаты не стоят за твоей спиной. Они видели свои доказательства. Старики скрипели зубами так, что чуть не ломались. — Да, мы приняли сторону лорда Лэнгфорда по собственной воле. Мы не настолько слепы. Пикси присоединился. — Все здешние лидеры стояли здесь, рискуя своей жизнью. Он предложил нам вызов в зависимости от вашей решимости. Мы были готовы признаться в своих мятежных поступках и принести в жертву свои головы. Но если вы считаете, что ваши собственные активы важнее половины человечества. Тогда у нас нет причин стоять в стороне и ждать, пока нас убьют. Это правда, что мы ничего не знаем о силе титанов и о создании этого окруженного стеной мира, но все же это было бы лучше, чем следовать приказу тех, у кого нет решимости позволить человечеству выжить. — Твердо заявил Пиксис, когда они заметили, что центральные депутаты вокруг них уже арестованы главным отделением. Найл подошел к Коннору и спросил его напрямик: — Кто вы такой? Коннор только улыбнулся и сказал: — Я Коннор Лэнгфорд. Единственный сын в третьем поколении лэнгфордского благородного дома. Дом, который был правой рукой королевской семьи. Истинный предводитель стен для короля. Хранитель «Скремблера». Сила, которой владеет мой сын, приносит человечеству победы. Тот самый, который поддерживает баланс сил в королевском доме. К сожалению, эти хитрые узурпаторы завидовали власти и влиянию Лэнгфордов и использовали свои грязные средства, чтобы уничтожить нас. Это все благодаря информации, которую оставил мой отец, последний Лорд, что я смог сделать это так далеко. И мой сын Эрик, который использовал его в полной мере. Найл снова ахнул, увидев ярость и преданность в его глазах. — СМЕШНО! НУ И ЧТО С ТОГО, ЧТО ВЫ НАС ОПРОКИНУЛИ?! ЛЭНГФОРД — ЗАБЫТОЕ ИМЯ! НЕУЖЕЛИ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО НАРОД БУДЕТ ПОВИНОВАТЬСЯ ТЕБЕ, ПОТОМУ ЧТО У ТЕБЯ ЕСТЬ КАКАЯ-ТО СВЯЗЬ С КОРОЛЕМ? ОНИ СЛУЖАТ ЭТОМУ КОРОЛЮ! ДАЖЕ ЕСЛИ ВЫ ВОЗЬМЕТЕ ПОД СВОЙ КОНТРОЛЬ ПРАВИТЕЛЬСТВО, НЕУЖЕЛИ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО ДВОРЯНЕ ГОРОДА БУДУТ МОЛЧАТЬ! И КАКОЕ ТЫ ИМЕЕШЬ ПРАВО НАЗЫВАТЬСЯ ЛОРДОМ, У ТЕБЯ ДАЖЕ НЕТ ГЕРБА! ВАШ СЫН — ЭТО ТО, ЧТО ОНИ ПРИЗНАЮТ, И ОН МЕРТВ, КАК ЭТИ БРОДЯГИ… — Прежде чем советник смог продолжить, он увидел, как в него швырнули винтовку длиной в два с четвертью фута и ударили в толстый живот. Он упал, кашляя. Никто не двинулся ему на помощь. Закери шагнул вперед. — Сомневаюсь, жирный ублюдок. Эрвин слушает. Он протянул бумагу Эрвину. — Это… Это… — Да, это последняя публикация газетного агентства «Олух». Это вызвало взрывоопасную полемику. В нем сообщается о показаниях Флегеля Ривза, нынешнего президента компании «Ривз». В нем говорится, что он выжил и был свидетелем резни бывшего президента Ривза Димо Ривза. По его словам, депутаты Центризбиркома запугивали его, чтобы он сотрудничал. Говорят, что Эрик и Леви завербовали его в помощь. Поэтому они убили его и обвинили в этом разведывательный корпус. Правда уже вышла на улицы троста и Стохесса. А также правда о том, что правительство манипулировало новостями. И, наконец, показания бригадиров 1-го отряда из самого сердца королевского правительства о том, что нынешний король Фриц — фальшивка и что истинный король скрывается под благородным титулом, изолированным от мира. Но есть еще кое-что. — Закери не остановился. Он вытащил второй лист бумаги и поднял его высоко, чтобы все увидели. — Это глазурь на торте. Полевой отчет непосредственно от Эрика Лэнгфорда. Подтверждая все это. Заявив, что именно разведчики попали в засаду этого секретного противопехотного отряда. Именно военная полиция заманивала разведчиков и неоднократно пыталась их убить. Именно его вмешательство убило депутатов парламента из соображений самообороны. Мужчины стояли оцепенело. Наблюдая, как у них все отнимают. Министр сердито повернулся к королю, который чуть не задремал. — Просыпайся, старый маразматик! Удар ногой по трону заставляет его проснуться. — Что. Что. — не пора ли поесть? Он слабо пробормотал: — Бесполезный дурак. Коннор вернулся к Эрвину, которого освободили от кандалов. — Ты снова выиграл, Коннор. Эрвин, сколько еще ты собираешься меня унижать? — Спросил Найл с легкой улыбкой. Но у Эрвина и Коннора были мрачные лица. — Что случилось? Ты несчастлива. Но тут Эрвин сказал: — Да, но теперь человечество должно идти по еще более опасному пути. Коннор поднял кулак. — Даже в этом случае победа есть победа. Это огромная ноша с твоих плеч, верно? Мы на шаг приблизились к изменению мира». Сказав это, он следует за ним с истинно счастливой улыбкой. Эрвин использовал единственную руку, которая у него была, и закончил удар кулаком. — Действительно, старый друг. И он тоже улыбается. (В ту ночь) Эрик и остальные разожгли небольшой костер и тихо сидели, ожидая новостей о ситуации в столице. Была ли революция успешной или их командир был казнен. Леви сказал, что Эрик останется на вахте. Он прислонился спиной к дереву и неглубоко дышал, чтобы согреться. Обычно он не страдал ни от жары, ни от холода, но… он услышал шарканье в кустах. Плавно снимаю винтовку с плеча и прицеливаюсь. Он шагнул вперед. Возня становилась все ближе и ближе, пока не прекратилась. Эрик ждал, затаив дыхание. Он услышал звуки сопения. Эрик опустил винтовку, предполагая, что это животное. Но его мысли остановились, когда большая тень выскочила из живой изгороди и упала на него. — Га-а-а! Он застонал от существа, которое устроило ему засаду и вцепилось в него мертвой хваткой. Но Эрик понял. Осознание этого заставило его нахмуриться. Этот запах, это твердое тело, этот человек. — Отстань от меня, Хэндж! — Крикнул он. — О, НО Я ТАК ИСПУГАЛАСЬ! Я ТАК СКУЧАЛА ПО ТЕБЕ. Я ПОЧТИ ДУМАЛ, ЧТО ТЫ МЕРТВ! Хэндж взвизгнул от восторга. — Я ЖИВ, Я ПРЯМО ЗДЕСЬ, И ЛЮДИ СМОТРЯТ НА МЕНЯ! ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА! Эрик взвизгнул. Она отпустила его. Хитч и Марлоу, наблюдавшие за этой сценой, были ошеломлены тем, что здесь происходит. Высокий, эксцентричный и частично безумный Хэндж, лежащий поверх невысокой и мощной фигуры Эрика, плакал слезами радости. — Как я понимаю, это сработало? Эрик неловко усмехнулся. Хэндж вытерла слезы и сверкнула яркой солнечной улыбкой. — Ага. Наконец Хэндж встречается с Леви и передает ему сообщение. Эрик уверенно ухмыляется в сторону, в то время как все остальные заглядывают через плечо Леви, пытаясь прочитать сообщение. — Таким образом, разведывательный полк был оправдан, а ваши действия признаны самообороной. Центральное правительство теперь находится под совместным контролем премьер-министра Закери и Коннора Лэнгфорда. Восстание окончено. Мы победили. Обвинения сняты. После этого отряд разражается торжествами. — МЫ СДЕЛАЛИ ЭТО! Все закричали и запрыгали от восторга. Саша прыгнула в объятия Микасы и обняла ее так крепко, как только могла. Жан и Армин обнялись. Конни пинал воздух и размахивал кулаками. Леви просто стоял с выражением умиротворения на лице — впервые за долгое время. Эрик встал перед Леви и поднял кулак. — Я же сказал, капитан. К вечеру все будет кончено. Мы сделали это. — Леви наконец почувствовал себя спокойно и вернул его. — Ага. Хэндж почти почувствовал прилив гордости, видя, как два величайших воина человечества разделяют такой похвальный жест. — Хэндж… Как тебе это удалось? Леви едва не запнулся, подбирая слова. Хэндж улыбнулся ему. — Дело не только во мне. Отец и сын Ривзов. Отец и сын Лэнгфордов. Она посмотрела на Эрика и увидела искреннюю улыбку на его лице. — Пьер и Рой, агентство «Олух», жители троста. Этот отряд, ты, моя команда. Военачальники. Вы не можете принести сдачу за одну ночь. Но действия и выбор одного человека за раз могут по-настоящему изменить мир! — Сказал Хэндж, сияя. — Значит, капитан Лэнгфорд все это время был жив. И он был преданным дворянином. Господи, это объясняет твою вспышку в отношении самой угрозы. Леви смотрит на Эрика. Он же в замешательстве склонил голову набок. — А? Папа сказал, что я унаследовала это от матери. Он ответил: Леви опустил глаза и повернулся к Хэнджу. — Хэндж, приношу свои извинения. … те трое, которых вы мне доверили… Я не смог их защитить. — Мне очень жаль. Тон Леви звучал очень слабо. — Я заметил эту сторону капитана. Не так уж много вещей может поколебать его, но когда дело доходит до потери подчиненных, это тяжелый удар по его сердцу «. Было темно, местность освещалась пламенем факелов. Повсюду стояли ветхие дома. Неба над ними не было. На этой грязной грязной улице через них пробежала троица молодых людей. Все они были одеты в черное снаряжение и длинные черные плащи. Он мог узнать того, кто был посередине. Это был Леви, и выглядел он довольно молодо. Рядом с ним стояла улыбающаяся девушка с зелеными глазами и вьющимися рыжевато-каштановыми волосами, заплетенными в две косички. С другой стороны сидел парень с пепельно-серыми глазами и темно-русыми волосами. Сцена изменилась, когда они на своем снаряжении пролетели через эту темную область. За ними гонится группа солдат в форме. Еще одна сцена, когда Леви разбивает лицо о землю грязной канализационной водой. Майк Захариус придавил его ногой, а Эрвин опустился перед ним на колени и заговорил: Затем за стенами, а затем с брызгами крови он исчезает. — Мои подчиненные, да? Это печально, но вам удалось уничтожить их основные силы. Полагаю, я достаточно долго сдерживал тебя. — Печально сказал Хэндж, но потом встал. — Эрик, твой отец дал тебе добро. Мы готовы. — Заявил Хэндж. Леви одернул себя. — Самое время. Ну же, выкладывай, Фрост. Пришло время вытащить эти гигантские палки, которые ты засунул всем в задницы, когда бросил это напыщенное заявление о том, что знаешь, где Эрен. «Эрик усмехнулся вульгарному способу выражения Леви. — Конечно. Но это долгая история. Давайте начнем с того, что соберем наше снаряжение и отправимся на север. Я все объясню. Но сначала я должен сказать тебе кое-что важное. Если мы вступим в бой с последними членами отряда подавления, нам нужно понять их снаряжение и местность. Прежде всего, наша цель — пещера, похожая на пещеру. Пещера, если быть точным. Это что-то вроде подземного района, из которого вы пришли, капитан. Леви поднял брови. — Подожди, откуда ты знаешь о местности подземного района? — Спросил Армин, но Эрик постучал себя двумя пальцами по левому виску, чтобы расширить свою точку зрения. — Ладно, меня это вполне устраивает, — сказал Леви, скрестив руки на груди. — И еще кое-что. Помнишь, что сказал Эрен бакл, когда мы проводили наш первый неофициальный эксперимент, он сказал что-то вроде «светись, пещера «. — Сияет?! Как такое возможно? Хэндж выглядит смущенным. — Я не знаю, но наше поле битвы будет ярким. И именно эти камни подавляют мою способность обнаруживать Эрена и Историю. — Ну тогда, область пещеры, светящиеся камни и АПМГ, я могу работать с этим. Пойдем, Армин. Хэндж потащил Армина прочь, чтобы составить план. Через несколько часов взвод и снаряжение заперты и загружены. Затем начал собираться в путь, как говорил Эрик. — Это случилось сразу после того, как Кенни и группа подавления убили людей Ривза. Все шло по плану, но наш просчет состоял в том, что они пошлют отряд подавления вместо бригадиров низшего класса. Кенни Акерману каким-то образом удалось разглядеть меня насквозь. Не знаю, как, но он знал о моем американском акценте и внешности. — Держись. Американец? — Спросил Хэндж. — Это своего рода язык, на котором говорила моя семья, прежде чем войти в стены. В любом случае, это не вызывает беспокойства. — Ответил Эрик. — Спросил Леви. — Ты читаешь слишком много нелегальных книг. Эрик почесал в затылке и продолжил: — Двигаемся дальше. Я был вынужден сражаться с ними, но они взяли верх надо мной в этом тесном пространстве с оружием, и моя сила ослабла из-за нестабильности. Поэтому я замер и выстрелил. Вот и все. Кенни схватил меня и перерезал горло прямо на глазах у Истории и Эрена. Он сделал это намеренно, чтобы травмировать их обоих. Я думал, что сейчас умру в этой холодной пещере. Я имею в виду неспособность говорить, двигаться или даже видеть. Твое тело немеет и вспыхивает от боли одновременно. Лежишь в луже собственной крови. Это было опустошительно. Я не думаю, что какая-то другая мысль может тебя ударить. А потом, когда я уже был близок к смерти, кто-то нашел меня. Папа, … Эрик продолжал размышлять о своей невероятной встрече. (Три дня назад, взгляд Эрика) Это была борьба не на жизнь, а на смерть. Просто в этом тихом доме, на этом грязном полу. Физически и морально я был совершенно измотан. Борьба в моем теле была той слабой маленькой искрой силы, которая пыталась предотвратить разрыв моей шеи. Чтобы эти слезы не катились снова, и снова, и снова. Борьба внутри была от депрессии, поражения, чтобы не сдаваться. Все это хвастовство. Все эти разговоры. Стоя перед Леви. Унизить его перед всеми. Все эти обещания Истории, Эрену, Микасе. Я подвел их всех. Думаю, я бы начал проклинать эту силу, она иногда делала меня сильным, а иногда слабым. Сцены прошлого продолжают омывать меня. Играла с Эреном и Армином, когда мы были детьми. Славная битва при тросте, солдаты впервые в жизни могут по-настоящему радоваться. Первое рукопожатие с капитаном Леви и командиром. Мы, четверо друзей, держимся за руки и клянемся принести перемены в мир. В то утро, когда История лежала на мне, ее тепло. Ее запах, ощущение ее твердого тела, прижимающегося к моему. Это заставило мое сердце учащенно забиться. Мое первое убийство титана. Мамина смерть. Сражаясь с бронированным титаном. От этих коротких бесед с Микасой об Эрене до подробных бесед с Армином. Таскать людей за шиворот. Все это. Я смог увидеть его благодаря этой силе. И вот теперь человек, стоящий за всем этим, стоит передо мной. Мой отец, Коннор Лэнгфорд. — Привет, сынок, давненько не виделись. На самом деле семь лет. — Сказал он, успокаивающе поглаживая мои волосы. — Каким образом? … как дела… сст… — Я все еще не мог говорить. Горло обожгло. Это больно. Я невольно поморщился. Я отчаянно наклоняю голову, чтобы посмотреть на него. Его лицо, эта легкая щетина. Эти светло-карие глаза. Эта бледная кожа. Он постарел, но определенно был моим отцом. Еще одна полоса жжения поползла вверх и вниз по моему позвоночнику. Все мое тело было горячим. У меня на спине выступил пот. — Ты через многое прошел, Эрик. А пока отдыхай. Я расскажу тебе все. Тебе понадобятся твои силы. Будущее каждого зависит от вас. Ложись, просто знай одну вещь. Твой отец все еще жив. Вот и все. Шлюзовые ворота распахнулись. Мое горло было не в силах издать ни звука. Дрожит. все больше и больше капель капало на пол. У меня ничего не осталось, поэтому я послушно последовал за ним и заснул. Если мне не изменяет память, я проснулся около вечера. Просыпаюсь с чувством липкости. Как будто все мои суставы страдали артритом одновременно. Ощущение удушья в шее прошло. Мое дыхание снова стало нормальным. Однако этот отвратительный вкус все еще был у меня во рту. На этот раз в комнате было темно, только несколько масляных ламп освещали помещение. Заставляя себя встать я выхожу за дверь и вижу вторую комнату с ним сидит там с подносом еды перед собой. — Наконец-то ты проснулся. Перекусим. Увидев горячую еду из тушеного мяса, хлеба, кофе, картофеля и нутового карри. И почти все, что можно ожидать от приличной еды, все это заставило мой рот наполниться слюной. Я не хотела признаваться в этом, но мой желудок чувствовал себя слабее, чем голова. Не говоря ни слова, я сажусь за обшарпанный стол и начинаю запихивать еду себе в глотку. Она горела каждый раз, когда кусок пищи падал вниз, но голод оползнем побеждал боль. Папа, казалось, наблюдал за этим с удивлением. Кусок хлеба, глоток супа, ложка картофельного карри. Глоток воды, чтобы заглушить все это. Действительно, схватка… (настоящее время) — Ладно, ладно. Я понимаю, что ты устал. Просто дойди до той части, где он начинает говорить. — Пожаловался Леви, пока я бессвязно болтала. — Ри-точно. Наверное, я немного сбился с пути. Я немного заикаюсь» (Тогда) После еды мы сели за стол и уставились друг на друга. Я изо всех сил старался сохранить бесстрастное лицо. Его взгляд не был пугающим. Этого никогда не было. Комната была освещена несколькими свечами. — Так есть вопросы? — Спросил он, почти горя желанием рассказать все. — Ладно, где мы? Я стреляю. — В импровизированном укрытии на юго-восточной стене розы. Прямой ответ. Судя по грязи этого места, его намеренно держали таким образом, чтобы он оставался скрытым. — Кто вы такой? Кто ты для меня? Как бы я ни презирала себя за такой вопрос, другого способа сохранить спокойствие не было. Пока я не узнаю все, если буду относиться к этому человеку как к своему отцу, я не смогу сдерживать свои эмоции. Для этого я должен оставаться невозмутимо серьезным, иначе самообладание, которое я создавал до сих пор, развалится на части. На его лице появилось выражение обиды. Но узлы, образовавшиеся в моем животе, были достаточно плохими. Но он справился с этим. Он ухмыльнулся и сказал: — Меня зовут Коннор Лэнгфорд. Я твой отец. — Мой отец погиб 7 лет назад во время экспедиции. Военные передали нам его тело, и мы похоронили его. «Я гордился тем, что после этого смог сохранить ясную голову. — Того факта, что вы сидите прямо передо мной, достаточно, чтобы сказать мне, что мы взяли не то тело. Он был изуродован, так что мало что можно было принять за признание, кроме вашего значка и солдатского слова. Бывший командир был единственным свидетелем. Я и мама. Мы осмотрели каждое лицо в батальоне. Тебя там не было. Поэтому я делаю вывод, что вы инсценировали свою смерть, вступив в сговор с бывшим командиром, и просто отдали другое тело, которое он нашел, с вашим значком на нем. Поэтому в этот момент у меня возникает вопрос: почему и знала ли об этом мама? — Спросил я, полностью принимая отрицание на свой второй вопрос… — Да. Его ответ взорвал мой разум. Он что, разыгрывает меня? — Что значит «да»? Я быстро подавляю свое удивление. — Я рассказал Эмме все о своем плане. В тот день, когда мы поженились, мы пообещали никогда не скрывать друг от друга никаких секретов. Кроме того, я продолжал посылать ей письма из разных мест вокруг городов-крепостей каждый раз под новым именем. Что? Ты думал, что я настолько честолюбива, что брошу свою семью. Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Мое лицо вспыхнуло. У мамы с папой была такая тесная связь, что ей почти завидовали. — У нее также были средства связаться со мной. Но вы, наверное, уже догадались. — Добавил он. Значит, эти сны о маме и письма на самом деле были их воспоминаниями. — Что касается того, почему я это сделал, то сначала я должен рассказать вам кое-какую историю. 100 лет назад жил человек, который владел координатами». — Начал он, но перед этим у меня есть вопрос. — Подожди, но прежде я хочу знать, что это за координатная штука? Мой «скремблер» или антикоординатор? И все остальные силы титанов. Как они все оказались? — Боюсь, даже я не могу сказать, откуда взялись эти силы, но я могу рассказать вам о координате. Это просто сила, пребывающая в позвоночнике человека. Я до сих пор не знаю его полного потенциала, но у него есть две фундаментальные способности. — Контроль Титана и стирание памяти. Верно? — Правильно. Используя эти силы, человек, известный лишь немногим как первый король стен. Он использовал это в полной мере, чтобы приказать титанам выйти вперед и затвердеть, чтобы создать эти стены. Привел выживших и стер всю историю. — Держитесь, выжившие после чего? Я думал, что король контролирует титанов и где именно. «Нет, как появились титаны». Я смял свой вопрос, но он понял его и пожал плечами. — Я ничего не знаю, но если вы спросите мое мнение, то мой ответ — массовая титанизация почти всех людей мира. Возможно, этот король приложил к этому руку и приказал им съесть всех людей, которых они смогут найти. В каком-то смысле его можно назвать идеальным миром. Он скрестил руки на груди. бах. Я ударяю кулаками по столу. То, что он сказал, привело меня в бешенство. — Идеально? Это просто оптимистическая чушь собачья! — Рявкаю я. У него тоже был разочарованный вид. — В самом деле. Неважно, какой опасности вы подвергаете человечество. Это человеческая природа — уничтожать друг друга. Он верил, что если все формы культуры и религии будут уничтожены, то мы все соберемся вместе и будем жить в этом маленьком, но счастливом мире «. Моя хмурость только усилилась. — Я продолжу. Здесь никто больше не знает его личности, но он доверил власть координаты семье Рейсс. Заговорил папа. — Почему переиздание «всех людей»? — Опять гадание. В то время это была, наверное, самая правая семья. Поскольку он дал им его, некоторые предполагают, что первый король тоже был рейссом. Но как бы лицемерно это ни было, он начал сомневаться. Поэтому он создал нечто большее, чтобы гарантировать, что Рейсс останется в строю. И это было поручено. Да, как вы уже догадались, семья Лэнгфорд. — Ого . мы так высоко поднялись?! Как получилось, что мы оказались в самом бедном районе? Я почувствовал покалывание в спине. — Шаг за шагом, сынок. Позвольте мне объяснить несколько характеристик вашей силы… . . . . . . . . . . . . . . . . . . . (Разговор шел так, как Леви слышал раньше. Проверьте предыдущую главу) Та часть о Рейссе действительно взорвала мой разум. Нет, я не могу так поступить с Историей. Нет, это просто неправильно для любого человека. — Значит, аккерманские и азиатские родословные были благословлены этими силами от первого короля. И Лэнгфорд был поставлен во главе их всех. Благодаря доверию короля и уважению других кровей правление оставалось абсолютным в течение 30 лет. Но затем начали подниматься культы, поклоняющиеся титанам, и люди, жаждущие выйти за стены. Правительство начало бороться еще больше. В конце концов культы титанов были подавлены. Но желающих выйти на улицу не отпускали. Не имея возможности уличить их в том, что они не нарушают никаких законов, трещины начали делить доверие правителей. В этот проем начали просачиваться фальшивые дворяне, в основном состоявшие из богатых людей и семей. Вместо этого они становятся советниками короля, все больше и больше отдаляя Рейсса и Лэнгфорда друг от друга. Отравляя умы друг друга. Создание споров между ними» — Фальшивые дворяне? Нынешний совет. — Правильно. Развращенные люди ищут только власти и процветания для себя. «Лэнгфорд» в конце концов превратился в занозу, которая могла только сбивать их. Они взяли скремблер и разделили его на две части. Потому что у Рейсса все еще было достаточно уважения, чтобы сохранить имя Лэнгфорда. Тем не менее Лэнгфорд начал восстание, чтобы забрать свой семейный приз. Акерманы восстали вместе с ними, за ними последовали другие, и в этот золотой момент богатые захватили власть. Одна половина балансира была потеряна, и «Лэнгфорд» был вытеснен. — Черт. Это плохо. — Ситуация ухудшается по мере того, как новое правительство создает вооруженные силы с тремя ветвями власти. Создание МПС для защиты своих нечестно нажитых активов. Гарнизон, чтобы показать свою способность защиты стен, и разведчики, чтобы выполнить желание людей. Вот как они покорили население. Рейсс наконец понял тщетность этого и пришел в ярость, но потом почувствовал себя слишком побежденным, чтобы спасти то, что осталось. Поэтому они просто оставили это новой власти, стерли память о конфликте из сознания людей и исчезли. С прекращением конфликта истинные дворяне исчезли, и их место заняли те ублюдки, которые сидели в нашем кресле. — Рейссы — трусы. Но одного я не понимаю. Почему они не могут просто приказать всем титанам исчезнуть и позволить людям снова уйти? Я имею в виду, что идеология быстро ударила в грязь лицом. Я почувствовал разочарование. Все это. Что происходит? — Это потому, что в координате есть и темная сторона. Два. Во-первых, эта сила полностью сливается с телом пользователя. Поэтому, чтобы передать власть следующему поколению, нужно титанизировать и поглотить спинномозговую жидкость предшественника. Каким-то образом способности титана можно передать, потребляя. Это также одна из причин, почему титаны не перестают есть людей, потому что один из них может быть оборотнем и позволить им избежать кошмара наблюдения за этим. Вот почему теперь, когда Эрен схвачен, кто-то титанизируется в этих стенах и съест его, чтобы вернуть себе силу. — И то, как идут дела. Его история, кто является мишенью, но. почему именно она из всех людей. Неужели никто другой не может им воспользоваться? Зачем втягивать в это и ее, и Эрена? — В этом-то и проблема. По двум причинам. Один Род Рейсс — трус. Он слишком боится взять власть в свои руки, поэтому сваливает это бремя на твою возлюбленную. Во-вторых, координата принадлежит Рейссу, поэтому использовать ее может только кто-то из рода Рейссов. Даже если Эрену не помешает хоть капля. Он не может раскрыть его истинную силу по своему желанию. Но хуже всего вот что. — Может ли быть еще хуже? — Да. Координата — это больше, чем сила. Это герб семьи. В нем заключены все ответы и тайны мира, доступные только его обладателю. Эта живая книга человеческой истории — ответ на все наши вопросы. К сожалению, за это приходится платить. — Что? — На нем выгравирована идеология первого короля. Любой член Рейсса, обладающий властью, склонится к мысли держать человечество в ловушке в этих стенах, независимо от того, насколько сильно оно испорчено. Вот почему мы должны предотвратить церемонию любой ценой. — Подожди. Церемония? — Да, сынок. В своих воспоминаниях вы не замечали ничего похожего на светящуюся пещеру? Это явно зазвенело у меня в голове. — Ага. Я так и делаю. Я помню безликих людей в белых одеждах и цепях. На стенах висят длинные цепи. — Вот именно. Эта светящаяся пещера находится под поместьем Рейсс, и именно там передается власть короля. Нынешний хранитель будет закован в цепи с широко раскинутыми руками в коленопреклоненном положении, также закован в цепи и с кляпом во рту. Делая невозможным трансформацию и побег. Но никогда еще не было владельца, который боялся бы смерти. На самом деле все они были рады, что их от чего-то избавили. Потребуется подготовка, так что у нас еще есть время, прежде чем это произойдет. За это время… Он объяснил все о том, как атаковать ситуацию столичным и центральным депутатам. — Я понимаю, но как насчет того, что вы упомянули о том, что «скремблер» разделен надвое? Что такое зарядное устройство? Балансир? И прежде всего, как вы получили эту информацию. И это не совпадает с дневником, который вы оставили. Он вздохнул и начал: — Десять лет назад, когда тебе было пять лет, во время экспедиции мы наткнулись на развалины замка. Исследуя его, я по счастливой случайности наткнулся на коробку с моей фамилией. В нем я нашел шприц и записи последнего завещания Лэнгфорда. Я был так потрясен этой информацией. Тогда я вырос в деревне на самой южной стене Марии. Я никогда не знала своих родителей, так как росла с пожилой парой, которая никогда не говорила о моем прошлом. После их смерти я записался в армию из детского желания. Поэтому, обнаружив это, я не мог поделиться им с другими, так как это разрушит весь мир во всем мире, и правительство будет постоянно преследовать меня. Единственная, с кем я мог поделиться этим, была твоя мама. Я бросил бумаги и вернул вещи. Я мог бы использовать зарядное устройство на себе, но твоя болезнь была слишком сильна для меня, и я дал его тебе вместо этого. Пожалуйста, простите этого слабого старика-отца за то, что он взвалил на ваши крошечные плечи нечто столь огромное. Его голос слабел, пока он пытался сохранить самообладание. Я должен был что-то сказать. — Напротив… папа, я благодарен. Действительно. Именно благодаря этой силе я смог снова жить. Чтобы иметь возможность видеть мамино лицо в течение десяти лет. Чтобы съесть ее еду. Чтобы завести друзей, да, дорога была суровой. Но эти чудесные победы. Это наследие. Чтобы… Гм. влюбиться. Чтобы этот огонь горел во мне, чтобы продолжать бороться. Я даже не заметила, как у меня снова потекли слезы, когда я снова смогла улыбнуться. Он вдруг встал, подошел ко мне и обнял. — А? — Спасибо, спасибо, Эрик. За то, что сделал меня таким гордым отцом. Спасибо тебе, Эмма, за проведенное время. Спасибо. его трясло, пока он не успокоился. — Вы говорили о зарядном устройстве. Скажи, в чем дело? — спрашиваю я после нескольких минут молчания. — Да… Да… Скремблер был разделен надвое. Во-первых, это стартовая сила, которую я тебе дал. За 9 лет вы стали таким великолепием. … второй… балансир был… — Понимаю. Зарядное устройство было тем, что запустило мои силы в первую очередь. Но со временем из-за чрезмерного использования его мощность потеряла стабильность, и я страдал от этих атак. Сердце трепещет, несварение желудка, лихорадка. Проблемы с дыханием. Бессонница. Но сегодня утром ты дал мне балансир, не так ли? — Вообще-то я отдал его тебе на месте, в шахте. Эта жгучая боль, которую ты чувствуешь в позвоночнике. Это потому, что эти двое борются за контроль над твоим телом. — А? — Я имею в виду, что зарядное устройство отвергает его внутри вашего тела. Но через несколько дней они срастутся… — И я снова смогу использовать всю свою силу. Правильно. Но будь осторожен. Вам все еще нужен последний элемент. Сыворотка, которая заставляет тебя трансформироваться. — Я трансформируюсь. Возможно ли мне титанизироваться? — В самом деле. Интересно, каким ты можешь быть, если это так. Как только он будет завершен, вы действительно сможете сделать это на полную мощность «. — О да. И как ты добрался до балансира, чтобы сделать мне это? — Способы и средства, мальчик. — Вдруг строго сказал он. Это напомнило мне о старом нем, о том, как он собирал книги. Широкая улыбка расползлась по моему лицу, и я позволил ей соскользнуть. Наше мирное время наконец подошло к концу, когда мы заметили, как пролетело время. Была полночь. — Боже милостивый! Нам действительно нужно немного поспать. — Воскликнул он. Посмеиваясь, мы добрались до комнат друг друга и погасили все огни. . . . . . ~щелк~~щелк~около рассвета Приближался какой-то щелкающий звук. Но потом вся моя кровь застыла в жилах при звуке скрипа открывающейся главной двери. Я непроизвольно задержал дыхание и подумал, что, черт возьми, мне делать? И вдруг громкий треск Бааааааангг.