Поническая Атака

Комната, в которой меня расположили, видно, была для важных гостей, по типу послов из других стран. Но, похоже, никогда не использовалась по назначению, ведь Ледяной Занавес не позволяет ни войти в Кристальный Город, ни выйти из него. Оставив позади эти мысли, я отправилась прочь из комнаты. Сразу же за дверью меня ждал дворецкий. И сколько он меня тут ждёт? — Молчать, — не дала я ему сказать и слова, — Веди меня к принцессе. Я хочу задать ей пару вопросов. — Хорошо. Следуйте за мной. Через коридоры дворецкий вывел меня в столовую, где Вистерия завтракала, сидя одна за огромным столом, как мне поначалу показалось, потому что рядом сидела крошечная Аморе — наследница Кристального трона. Её Вистерия тут отправила в комнату, когда увидела что я приближаюсь. Аморе поспешила уйти. Я заметила, что у наследницы есть рог, странно, что она унаследовала именно его, ведь мать до аликорнизации была земнопони. Хотя, возможно, дело в другом родителе, о котором я ничего не знаю. — Доброе утро... — проявила свои манеры принцесса, но тут же замолкла, что-то пытаясь вспомнить, — ...похоже, я так и не узнала твоё имя. Прошу прощения. — Меня зовут Рабия. И у меня есть к тебе вопросы. — Задавай. Отвечу на любой. — Ты же жила во времена правления Грогара? — от этих слов Вистерия напряглась, но всеми силами постаралась это скрыть, а я продолжила свой вопрос, — Как наши народы превратились в чудовищ? — Мне тяжело об этом вспоминать. Столько лет я старалась забыть, что происходило в Асцедентире, — увидев мой недоумевающий взгляд, принцесса решила пояснить, — Так называли свою родину народы Империи Грогара. — Я всё ещё жду, когда ты ответишь на мой вопрос. — Почему ты меня об этом спрашиваешь? Умбрумы решили забыть своё прошлое? — Если дашь ответ, то я клянусь устроить тебе аудиенцию с Советом Теней. Чтобы ты сама попыталась установить мир межу Шадоудейлом и Кристальным Городом. — Хорошо. Тысячу лет назад и сотни часов пути на юг жили три народа пони, которые всё время проводили междоусобные войны, до тех пор, пока на земли пони не наступила Орда Асцедентира. Это были двенадцать народов, действовавших как один. Кентавры, минотавры, мантикоры, сирены, грифоны, сатиры, алмазные псы... Не вытерпев бесконечного перечисления, я её перебила: — Хватит. Я поняла, что их было много. — И всех их объединяла космическая магия созвездий, которой, в купе с их огромным числом, нам нечего было противопоставить. Тем более, на их стороне были боги хаоса. — Что? — ошарашенно спросила я, — Мне рассказывали, что они никак не связаны — На самом деле они до магического возвышения были смертными асцедентирцами. Если аликорн — это избранник светлой магии, то бог хаоса — это избранный магии космоса. Когда-то они, как и я, были смертными, а затем возглавили народы Асцедентира. «Если она не лжёт, то похоже умбрумам рассказывают лишь часть правды», — подумала я, а затем решила приостановить рассказ Вистерии: — Хватит рассказывать про устройство их общества. Я хочу узнать как мы стали монстрами. — Да. Я слишком долго оттягивала рассказ о нашем предательстве. Грогар поставил управлять народами пони тех, кто перешёл на его сторону, а сам с ордой отправился захватывать земли драконов. Я была в числе тех предателей и отправляла Асцедентиру ресурсы, которые собирали земнопони. Я не могла ослушаться приказов, потому что тёмная магия колокольчика Грогара изменила меня, превратив в монстра. Спустя время Грогар вернулся в наши земли. Его армии были разбиты. Неуязвимые к любой магии, драконы были не по плечу Асцедентиру. В момент слабости Грогара ему дала отпор единорожка Гасти, забрав тот магический артефакт, в котором была его сила. Тогда чары Грогара спали, и мы стали свободны от контроля тёмной магии, но чудовищная форма наших тел осталась. Нас выгнали с родной земли и изгнали далеко на север вместе с богами хаоса. Там Эрис и Космос строили планы по воскрешению мёртвой Империи Асцедентир и заставляли умбрумов с фестралами их выполнять. А Дискорд желал лишь силы, которую чувствовал в недрах земли. Он заставил нас копать в поисках этой силы, и мы её нашли. Во мне ещё таилась крупица светлой магии, а Кристальное Сердце разожгло его в огромный столб света. Я уничтожила физические воплощения богов хаоса, от них остались лишь три призрака, которые мы назвали Вендиго. — Как удобно получается, что в твоём рассказе нет ни одной причины почему умбрумы и фестралы ненавидят вас. Ты чего-то не договариваешь. — На сегодня хватит разговоров о прошлом, — ушла она от вопроса и тут же обратилась к дворецкому, — Воксил, через сколько я должна выступить с речью? — Через два часа, — ответил дворецкий, предварительно сверившись со списком дел. — Отлично. Есть время привести дела в порядок, — произнеся это, она обратилась ко мне, — прошу прощения, но сегодня полно дел. После того как Вистерия поспешила уйти, я осталась одна в столовой. Ещё несколько минут я молча ругалась на принцессу, а затем решила вернуться в спальню. Пока шла по коридорам, заметила как странно на меня все реагируют. Мне стало дискомфортно от их испуганных глаз, но я старалась этого не показывать. Я поспешила уйти от всех и каждого. Мне хотелось спрятаться от сквозившего, от кристальных пони, скрытого боязливого презрения. Вернувшись в спальню, я отыскала зеркало и взглянула на отражение. Кристальные пони, наверное, видят во мне чудовище. То самое чудовище, что зловеще смотрит на них каждую ночь из темноты. А я вижу в этих очертаниях тени и дыма ту, кто так сильно напоминает молодую Айру — мою маму. Она до сих стоит за границей Занавеса и, наверное, ищет меня. Устав от всего этого, я легла на кровать, осмысляя всё что произошло за два последних дня, и вскоре уснула. Перед собой я увидела Шадоудейл — родной город, сотканный из грозовых облаков. Эта летающая крепость парит ровно над Кристальным Городом, готовясь в любой момент напасть. Город кристальных пони окружали умбрумы-дозорные, в рядах которых я состояла. Буквально всё в умбрумах стремится захватить Кристальный Город. И даже если бы я захотела, то ничто не смогло бы их переубедить. Вдруг послышался звук перепончатых крыльев и перьевых. Этого было достаточно, чтобы понять, кто ко мне приблизился. — Мрачная картина, — произнёс Дискорд смотря на Шадоудейл, — Если бы я здесь правил, то было бы больше цвета, и облака были бы из сахарной ваты. — Перестань болтать. Ты обманул меня. — Не я один. Врут или недоговаривают также умбрумы и, как ты поняла, ещё и кристальные пони, — произнёс Дискорд, полистывая кипу бумаг, которые вчера достал из моей головы. — В колокольчике нет твоей силы. Насколько я поняла, ты не обладаешь и никогда не обладал тёмной магией. — Так и есть. Никто, кроме самого Грогара, не знает о колокольчике больше чем ничего. Но я знаю, что в умбрумах осталась часть той тёмной магии. Никогда не хотела её развить? — В любом случае проваливай из моей головы. — Хорошо. Теперь я появлюсь только если ты сама этого захочешь. А перед уходом я хочу показать тебе фокус, — произнеся это, Дискорд щёлкнул когтями и спустя мгновение был уже одет в костюм фокусника. Сняв с головы цилиндр, он запустил в него руку и высунул оттуда амулет из чёрного железа, изображающий аликорна, украшенного рубинами, — Это мой тебе подарок на прощание. Его создал пони-волшебник с юга, любящий странные шляпы и стремящийся искусственно создать аликорна. Это один из его неудачных попыток. Я его доработал и теперь дарю тебе. Завтра ты найдёшь его на своей кровати. Не успела я ему ответить, как неожиданно для себя проснулась. Окно было открыто, и из него дул холодный ветер. Встав с кровати, чтобы закрыть ставни, я уронила что-то тяжёлое. Это был Аликорний амулет, такой же как во сне. Моего магического чувства хватало, чтобы понять, насколько зловещие чары наложены на этот амулет. Он словно обещает подарить могущество, но, скорее всего, потребует что-то взамен. Не собираясь рисковать, я создала кристалл, в котором спрятала этот амулет. теневые кристаллы не пропускают магию, и даже если сама Вистерия будет проходить рядом, то не почувствует что внутри него.