Зачёт по литературе

Декабрь. Зимний холод без особой нежности обжигает щёки прохожих на улице, рисует завораживающие узоры на стёклах, заставляет носить кофты и свитера даже в помещениях. На часах шесть вечера, зимнее солнце садится, погружая городок во тьму. Кажется, что холодная атмосфера успокаивает шумные толпы. Местный колледж не был исключением: опустевшие коридоры, по которым в такое время изредка шатаются студенты, пытаясь поправить свои оценки, будто обретают что-то таинственное. Воздух наполняется тишиной, которую изредка нарушали звуки обуви, что отбивала обычный ритм шага на паркете. Но не в этот раз. Умиротворённую атмосферу прерывает громкий звук распахнувшейся двери в кабинет литературы. Звук не на шутку напугал преподавателя, сидевшего за учительским столом в опустевшем кабинете. - Эдди! – учитель нахмурился, он не любил, когда его звали подобным образом во время работы. - Мне тут помощь нужна.. В ответ на слова студента последовал лишь шумный вздох. Казалось, в нём выражались все эмоции, что чувствовал парень за столом. Он с раздражением отодвинул заполняемые бумаги, складывая руки на груди, всем своим видом показывая негодование и недовольство. - Я же просил тебя. Работа и дом – две разные вещи, неужели настолько трудно запомнить, где и как меня стоит называть, Фэнг? Закатив глаза на очередные поучения, азиат зашёл в кабинет, закрыв за собой дверь. Подойдя чуть поближе к учительскому столу, он нагибается, подпирая щёки ладонями, чтобы быть на одном уровне с сидящим собеседником. Ох, по мнению Фэнга преподаватель был чертовски красив: тёмные волосы, прикрывающие один глаз, аккуратно покрашенные в чёрный ногти, деловой костюм и уже привычный шарф, без которого парень не выходил из дома никогда. Лёгкая усмешка мельком проскользнула на губах студента, который уже тянулся к чужим волосам, с нежностью взъерошивая их и отодвигая от глаза, зачесав на макушку. - Хватит нудить, Эдгар, не чужие же люди.. Да и нет здесь никого, кроме нас, успокойся! Лучше послушай, чего мне от тебя надо.. – спешно проговорил азиат, доставая из кармана свою зачётную книжку и небрежно кидая её перед носом учителя. - И зачем это мне? Не говори только, что ты пришёл получить зачёт по литературе, два раза побывав на парах? – голос Эдгара выражал явное недовольство. Фэнга тут же выдала его улыбка, после которой он радостно начал кивать в ответ на слова спутника. Юноша не видел в подобных вещах никакой наглости, а зря, потому что от такого заявления уставший за день учитель пришёл в ярость. Бледные щёки налились румянцем и вовсе не от смущения. Если бы преподаватель был паровозом, то из его ушей повалили клубы дыма, словно в диснеевских мультиках. Эдгар с такой же небрежностью, что и собеседник, отодвинул от себя чужую зачётную книжку, обратно утыкаясь носом в бумаги для заполнения. - Ты глуп, если надеялся, что отношения между нами помогут тебе хоть как-то в учёбе. – сдерживающаяся агрессия будто вот-вот вылезет наружу, однако учитель смиренно старался удерживать всё в себе, чтобы лишний раз не сорваться на возлюбленного, что казалось сейчас невозможным. – Я не собираюсь ставить тебя выше других, а то и на халяву зачёты ставить. Как и ожидалось, такой ответ азиата мало того, что не устроил, так ещё и разозлил, ведь в его понятиях отношения – вещь, в которой каждый поддерживает друг друга и помогает, а не заставляет читать скучные произведения ради оценок и удачной сессии. Установившуюся в кабинете тишину прерывает громкий стук кулака по столу. От неожиданного звука бумаги валятся на пол, на что учитель лишь усмехается, поднимая их с трясущимися руками. Только вот руки трясутся совсем не от страха, а скорее от очередной попытки сдержать собственную злость, которая всё же выливается наружу. Учитель поднимается с кресла, оставляя бумаги на столе и явно закипая от злости. - Да что ты себе позволяешь?! - громкий тон был редкостью для Эдгара, поэтому такого зрелища зачастую был удостоен исключительно Фэнг. – ты врываешься ко мне в кабинет и нагло просишь поставить зачёт, хотя я блять ни разу не видел тебя на парах! Ты серьёзно пришёл лишь два раза! Когда я заболел и когда уезжал на стажировку в институт! - Ты чего разорался? Тебе жалко что-ли парню своему зачёт поставить по доброте душевной, Эдди? - А тебе было жалко на пары к своему парню сходить, урод? Каким образом ты вообще на стипендию попал с такими-то умственными способностями?! Злости Эдгара, казалось, уже не было предела. Он разозлился настолько, что даже края его шарфа начали недружелюбно трястись, будто готовясь к атаке. Фэнг же старался оставаться спокойнее, уж больно страшен его возлюбленный в гневе, а по лицу шарфом лишний раз получить неохота. - Ну Эдгар! Ну пожалуйста! Всё зависит от тебя и твоего решения.. Сделай правильный выбор и помоги мне! Мир не схлопнется! – чувствовать себя жалким было не про наглого студента. Даже, когда азиат умолял своего преподавателя – парня, он чувствовал себя гордым человеком, что естественно не состыковывалось с ситуацией, но тому было плевать, лишь бы выйти сухим из воды и остаться со стипендией. - Такие как ты зарабатывают оценки, словно шлюхи! Ох, знал бы ты, сколько девушек предлагало мне отсосать за ебаный зачёт по литературе! - Ха! И ни одной не дал? – спрашивает студент, складывая руки на груди, в превосходящем жесте брови вскидывая. Как и ожидал Фэнг, учитель отрицательно качает головой. Ещё бы! Изменять своему возлюбленному с какими-то девушками, которым просто нужен жалкий зачёт по литре. Только вот Фэнгу он нужен не меньше, чем этим дамам. Азиат отлипает от учительского стола, обходя его и вплотную приближаясь к Эдгару. На его лице царит усмешка, что явно не предвещает ничего хорошего. - Ни одной говоришь.. Ха.. Позвольте мне быть первым, господин учитель. Такая интонация заставляет молодого преподавателя занервничать, уж больно его возлюбленный отбитый на голову, поэтому вслед за словами могли пойти самые разные вещи, о которых было даже сложно подумать. Фэнг не собирался терять времени. Он без особой осторожности толкает Эдгара в учительское кресло, всё ещё никак не пытаясь объяснить собственные действия. Учитель в замешательстве краснеет, когда студент усаживается перед ним на колени, руки кладя на ляжки возлюбленного, с хитрой ухмылкой поглаживать их начиная. - Неужели ещё не понял мои намерения? – усмехаясь спрашивает Фэнг, руками подбираясь к ремню от чужих брюк. - Мне плевать, что придётся сделать ради этого блядского зачёта. Злость на лице преподавателя постепенно переходит в заметное смущение. Глаза бегают по комнате, не желая останавливаться на предмете своего обожания, что вызывает сейчас как злость, так и приятное возбуждение. Он с осторожностью снимает со студента кепку, что тот носит в любое время года, небрежно сбрасывая её на пол. Эти приятные на ощупь волосы.. Эдгар хотел бы зарыться в них и утонуть, но сейчас ему дозволено лишь нежно поглаживать азиата по голове в ожидании, когда тот приступит. Однако в голову лезет здравый смысл, мешающий очередной волне возбуждения и учитель немедленно пытается его выразить, отталкивая студента. - М-мы не можем сделать это здесь! Меня уволят, если кто-то заметит.. А в другой колледж бездаря, вроде тебя не возьмут.. Было бы только Фэнгу дело до колледжа, работы и оценок. Парень будто вцепился в чужие ляжки, не имея пути назад. Наконец вновь добираясь до ремня на брюках парня, азиат расстёгивает его, лисьим взглядом наблюдая за чужой реакцией, надеясь, что тот больше не будет ругаться, а то и толкать своего возлюбленного. Спустя пару мгновений студент с лёгкостью оголяет уже стоящий член Эдгара, на что вновь усмехается, уж больно забавляет факт, что возбудить того слишком легко. Аккуратно обхватывая ствол пальцами, Фэнг начинает лёгкое движение, заскользив по всей длине, всё стараясь уловить смущение и звуки, издаваемые учителем. - Мне нет до всего этого дела, Эдди. Я всего лишь хочу получить свой зачёт по литературе. Спешить азиату было некуда, потому он принимает решение подразнить возлюбленного своими действиями: он с нежностью целует головку, а затем проводит языком по всей длине органа. Ему нравится заставлять своего парня дрожать от нетерпения и возбуждения, что с каждым прикосновением накатывает на обоих. Посчитав, что для разогрева было уже достаточно, Фэнг с нежностью берёт небольшую часть органа в рот, заставляя спутника шумно выдохнуть от долгожданного тепла. Осторожно начиная непринуждённое движение, студент вновь чувствует на своей макушке руку, что сжимает его волосы в кулак. Ему это нравится. Послышавшиеся стоны заставляют смутиться обоих парней, только вот Фэнг не хочет оставлять это просто так. Желание поиздеваться берёт вверх, поэтому он отстраняется от парня, освобождая рот. - Неужели тебе так нравится, когда он у меня во рту? – вслед за словами послышалось ехидное хихикание, смущающее учителя лишь сильнее. Он тянет азиата за волосы, призывая вернуться обратно к своей работе, так как хочет закончить это всё побыстрее, переживая за собственную карьеру. - Заткнись и соси уже.. Недовольное мычание раздалось в комнате. Студент даже не думал возвращаться к своей работе, желая лишь сильнее помучить возлюбленного, что у него выходит отлично. - Какой нетерпеливый мальчик.. - не без издёвки в голосе произнёс Фэнг. - Я сейчас самостоятельно тебя в рот поимею.. - Ммм? А сил то хватит поиметь меня? – такое заявление не на шутку рассмешило азиата. Пусть акты, где он был снизу и случались, Фэнг каждый раз удивляйся чужой упорности и желанию занимать доминирующее положение в сексе. - Неужели хочешь повторить прошлый раз, Фэнг? - теперь уже голос учителя звучал гораздо увереннее, в нём можно было уловить нотки желания и возбуждения. Такой вопрос заставил Фэнга впасть в ступор, что было заметно. Он остановился в своих действиях, а после еле слышного «хочу» тут же отстранился от чужого паха, поднимаясь и в темпе принимаясь раздеваться. На пол полетела фиолетовая толстовка, за ней так же спешно отправились и брюки вместе с бельём. Эдгар лишь скинул с плеч пиджак, чтобы в процессе было не так жарко. Обнаженный наполовину студент явно немного стеснялся своего тела. До паха его прикрывала обычная чёрная футболка, однако это смущало не менее. Учитель жестом руки призвал азиата подойти к нему, чему на удивление тот поддаётся, послушно подходя. С особой аккуратностью Фэнг залезает на чужие колени, между делом нежно чмокая преподавателя в губы, желая выразить свои чувства. Времени на растягивание не было, от чего момент проникновения был достаточно затруднительным из-за отсутствия смазки и хорошей подготовки, однако спустя некоторое время юноше всё же удаётся усесться на член возлюбленного, сопровождая это болезненным стоном, вырвавшимся из уст пассии. Укладывая руки на бёдра возлюбленного, Эдгар слабо надавливает на них, дабы усадить парня на всю длину своего органа, с тихим мычанием достигая желаемого. На привыкание к ощущениям так же понадобилось время, однако по его истечению азиат начал медленное движение, как бы пробуя делать лёгкие толчки внутрь, раскачиваясь. Когда орган преподавателя стал входить без особой сложности, оба выдохнули, а движение стало быстрым и ритмичным. Фэнг поднимался и снова опускался на член учителя, звучно постанывая от каждого толчка внутрь. Комнату заполняла расслабленная и горячая атмосфера, будто на улице не конец декабря, а самая середина июля. Шумные вздохи и мычание Эдгара, стоны и тихие всхлипы Фэнга всё больше накаляли обстановку. Подобный процесс показался азиату слишком однообразным и скучным. Пусть поза была не самой обычной и удобной, секс всё равно выглядел однообразно, что не устраивало пассию. - Эй, господин учитель.. – сквозь стоны промычал студент, с осторожностью приподнимая собственную футболку. – не хотите потрогать их? Смущённый взгляд Эдгара упал на накачанную грудь его пассии. Он видел её не впервые, не впервые её трогал, однако сейчас это казалось чем-то необычным и до жути манящим. - Извращенец.. - довольно промурлыкал учитель, послушно укладывая руку на одну из чужих грудей, к другой же припадая самостоятельно, сначала целуя, а затем и вовсе примыкая к соску, с нежностью начав посасывать. Фэнг уже привык к тому, что преподавателю нравится его грудь, заранее зная, что тот всегда будет не против коснуться её лишний раз, однако когда возлюбленный присасывается к одному из сосков, и вовсе теряет самообладание, приостанавливая движения бёдрами, ныне лишь ёрзая на чужом члене от ощущений. Не ожидая того, что подобные действия так сильно смутят азиата, он с довольным лицом подаёт голос, периодически сквозь стоны проговаривая имя возлюбленного. - Т-ты никогда так не делал.. Довольные постанывания студента дают Эдгару понять, что действия подобного рода понравились пассии, поэтому останавливаться он не собирается, продолжая нежно посасывать один из сосков на груди возлюбленного, спокойно прикрыв глаза. Рука Фэнга тянется к тёмным волосам своего парня, аккуратно зарываясь в них, с любовью начиная поглаживать, однако движение возобновить никак не может, будто растаяв от мягких прикосновений и ласк преподавателя. - Самое время попробовать что-то новое. – с улыбкой произносит Эдгар, отстраняясь от груди возлюбленного, решая и второй сосок без внимания не оставлять, к коему тут же присасывается. Возбуждаясь от одного лишь взгляда учителя, азиат закатывает глаза с шумным вздохом. Подобные ласки, кажется, для него превыше всего. Думать тяжело. Возбуждение до краёв заполнило голову студента, совсем выбросив мысли о нужном зачёте. Его цель давно уже поменялась. Сам Эдгар решил не настаивать на продолжении акта, понимая, что может принести возлюбленному удовольствие путём обычных ласк. - Н-не могу вернуться к п-прежнему темпу из-за тебя.. – сквозь довольные постанывания протянул Фэнг. Ему и вправду было тяжело вновь начать движение. Тело будто стало ватным, а каждое действие невыносимо тяжёлым. Мысли о том, что его же преподаватель имеет парня в своём кабинете, лишь сильнее возбуждали. Возбуждали до такой степени, что член Фэнга встал ещё давно. Жарко. Было жутко жарко между этими двумя. Тяжёлое дыхание азиата нарушало зимнюю тишину. Аккуратно кладя руку к себе на живот и втягивая его, Фэнг чувствует чужой орган, что упирается в чувствительную точку. Он медленно ёрзает, желая получить как можно больше удовольствия в такой момент. - Он т-так глубоко.. Я не могу, Эдди.. Учитель наконец отлипает от груди парня, довольно усмехаясь, завидев чужую донельзя смущённую и возбуждающую мордашку. Такие усмешки смущают Фэнга. Ох, он наконец чувствует себя жалким, ведь полностью отдаётся кому-то другому, не имея возможности противоречить. Постепенно очередная волна возбуждения накатывает и учителя. Концы шарфа нежно обвивают ляжки студента, приподнимая того и вновь опуская на орган. От начавшегося движения Фэнг заскулил, словно собака. Такая реакция нравится Эдгару, и он это знает. Возобновившиеся действия до жути смутили азиата: он покраснел пуще прежнего, а голос стал подавать гораздо громче, чем раньше. Учитель с осторожностью поправляет его бёдра так, чтобы каждый раз задевать чувствительную точку внутри организма пассии. Эти стоны.. Громкие, гортанные стоны доносятся с уст Фэнга. Преподавателю стоило бы его заткнуть во избежание риска, но он не мог этого сделать, наслаждаясь чужим столь горячим видом. - Неужели тебе настолько нравится его ощущение внутри? Ах, какая же ты шлюха, Фэнг. Эдгар так же не упускал возможности поиздеваться над пассией, особенно в такой-то момент. Замечая вставший член возлюбленного, учитель решает принести тому ещё больше удовольствия, аккуратно обхватывая возбуждённую плоть пальцами, заскользив по всей длине и переводя взгляд на парня, чтобы реакцию чужую увидеть. Переизбыток эмоций у Фэнга выражается сразу же. Громкие стоны, больше похожие на довольные вскрики, вызывающие слёзы на глазах, нарушают тишину пустых кабинетов. Парень, часто для таких ситуаций и вовсе начинает бредить, от удовольствия говоря те вещи, о которых в последствии ему будет жутко стыдно вспоминать. - Да! Да! Я ваша шлюха, господин учитель! Накажите меня так же, как поступают с подобными мне! – чуть ли не кричал Фэнг, закатывая глаза от каждого нового толчка. Подобные «грязные» разговоры Эдгар обожал. Он обожал, когда его пассия выходит из себя под пеленой удовольствия. Чужую просьбу о наказании преподаватель решил не оставлять в стороне, на некоторое время и вовсе задумываясь о том, что же сделать для удовлетворения студента. Так называемое «наказание» не заставило себя долго ждать. С помощью шарфа, что обвивал ляжки спутника, Эдгар насаживал пассию на член более отрывистыми и резкими движениями, максимально прижимая чужие бёдра к себе, чтобы орган входил как можно глубже, задевая чувствительную точку. Однако посчитав, что и этого недостаточно, преподаватель подключает к процессу незанятую ладонь, начиная шлёпать парня по заднице, делая это аккуратно, дабы понять, нравится ли парню такое вообще. Резкие толчки сводили Фэнга с ума. Улыбка в совокупности со слезами от удовольствия и грязными речами заводила обоих лишь сильнее. Им хотелось продолжать этот акт вечность. Подобная грубость порой была гораздо нежнее милых словечек. Вскрики от шлепков раздавались всё громче и громче. Всё это сводило с ума. Сводило с ума обоих. Будучи на собственном пределе, азиат вновь закатывает глаза от удовольствия, ощутимо дрожа. - Ты прекрасен, Эдди! Прошу, заполни меня полностью! - Ещё рано, Фэнг. Преподаватель вновь злорадствует. Ему нравится находиться в доминирующем положении, ведь даже такого гордого парня, как Фэнг, он может заставить скулить под собой. Замечая, что возлюбленный уже на пределе, Эдгар решает помучить того вновь. Чтобы партнёр не кончил прежде, чем акт подойдёт к концу, преподаватель внаглую обхватывает чужой член пальцами и сжимает те возле его «корня», блокируя пассии возможность излиться, вновь начиная наблюдать за азиатом. - Н-не рано, Эдгар.. Я больше не выде- Фэнг даже договорить не успевает, как учитель снова уделяет внимание чужому соску, присасываясь к нему с нежностью. От таких ощущений студент готов кончить, к чему, собственно, и готовится, однако сделать этого не удаётся из-за чужих пальцев, кои замечает на своём члене. Эйфория накрывает азиата с головой, ведь возбуждение от резких толчков и жуткого желания кончить нарастает лишь сильнее. Парень из последних сил хватает учителя за запястье, пытаясь оттянуть чужую руку от своего органа, сопровождая это жалобным скулежом. - Эдди, я больше не смогу.. П-прошу, дай мне кончить.. Я не могу больше сдерживаться, умоляю тебя.. Казалось, что подобные мольбы - самое унизительное для студента. Он не просто просит, а буквально умоляет своего возлюбленного о том, чтобы тот позволил ему кончить. - Терпи, малыш. - остаётся непреклонным преподаватель, который сам находится почти на пределе. Сдерживаясь из последних сил, Эдгар с особой грубостью «вдалбливается» в нутро своей пассии, стараясь напоследок принести тому как можно больше удовольствия, то время как сам Фэнг чуть ли не кричит от удовольствия, безуспешно стараясь подавить большую часть звуков. Жар в кабинете достигает своего предела, как и преподаватель. Он отпускает член студента, заставляя того мгновенно кончить с полным удовольствия криком, наконец прижимая бёдра азиата к себе до упора, с тихим, но довольным стоном изливаясь внутрь. Еле живой и жутко уставший Фэнг лишь прижимается к возлюбленному, тяжело дыша после столь бурного акта, а Эдгар с довольной усмешкой целует его, взъерошивая спутанные фиолетовые патлы. С момента прихода Фэнга в кабинет прошёл час. Нет, больше. На улице окончательно стемнело, снег падал на землю мягкими хлопьями, всё так же обжигая людей морозной свежестью. Они возвращались домой, совсем не внимая этому холоду, совсем забыв о зачёте по литературе, забыв обо всём. Придя домой, азиат опомнился. Он забыл свою зачётную книжку где-то на столе у Эдгара, а как пришёл забирать, напротив литературы красовалась аккуратная надпись «зачёт» и подпись преподавателя.