la vie en rose

      Утро выдалось на удивление спокойным. За окном светило неяркое октябрьское солнце, дул несильный ветер и шептал свои умиротворённые колыбельные. В этот выходной многие студенты решили остаться в Волшебном колледже, чтобы не морозиться лишний раз. Но редко с улицы слышались громкие и весёлые голоса друзей, гуляющих среди осенней листвы и мягких солнечных бликов.       Это короткое мгновение счастья и полной свободы могла испортить только Алиса, внезапно влетевшая в комнату девочек. Она долго сидела перед туалетным столиком Вари, что-то бормоча и роясь в стоящих баночках, спреях и колбочках. Снежка, едва выглянув из кухни, снова понеслась к плите — пробовала новые рецепт плавленного сыра в томатном соусе; Маша, судя по всему, уже не обращала внимания на резкие появления подруги, поэтому мирно сидела на кровати, переворачивая страницы книги.       Одна Варя, услышав звук бьющегося стекла, нехотя открыла глаза, отрывая голову от подушки и оглядываясь по сторонам. Увидев красноречивые цифры на настольных часах, она пару раз моргнула: неужели она действительно проспала до одиннадцати часов утра? Впрочем, с таким странным сном это неудивительно…       Вспомнив красную дверь, родительскую столовую, золотую пыль и спазм внизу живота, Варя помотала головой. Это же всего лишь сон, не нужно так зацикливаться на нём. Но почему тогда ноги сводит при одном лишь воспоминании о помутневшем взгляде Рыжова?       — Почему ты роешься в моей косметичке? — спросила девушка первое, что пришло в голову. А в голове было много мыслей: от «Как мне вести себя с Рыжовым?» до «Откуда у меня те фиолетовые тени?».       Алиса даже не подумала оторваться от созерцания её новой палетки теней, лишь улыбнулась отражению и вдруг застала врасплох даже зашедшую Снежку с полотенцем в руках:       — Я иду на свидание!       Сперва никто ничего не понял, а глупо уставился на чересчур сияющую подругу с немым вопросом. Варя первая отошла от шока и, кашлянув, произнесла:       — Кто этот неудачник? В смысле, — она тут же поправилась под злобным взглядом Алисы, — это так здорово. Ты же отшиваешь Эмиля уже третий год подряд… А больше вариантов я не вижу.       На самом деле, сейчас её мало волновала личная жизни Алисы, когда собственная начинает напоминать глупые подростковые сериалы, которые крутили в кинотеатрах в Мышкине. Воспоминания о весьма странном сне вихрем пролетели в голове, не оставляя за собой никаких мыслей.       — И с кем же ты идёшь? — поинтересовалась Маша, всё так же смотря в книгу. Видимо, она не предавала большого значения радости подруги.       Алиса покраснела, расплываясь в мечтательной улыбке, и с её губ таким глупым шёпотом сорвалось имя избранника:       — С Квирком Кормиком из спортивной команды.       Улыбка медленно сползла с лица Снежки, превращаясь в кривой оскал. Варя, услышав это ненавистное имя, поперхнулась взятой с тумбочки водой. Маша наконец отложила книгу, приподняв брови в изумлении. На их лицах застыло одинаковое недоверие.       — Он такой… интересный человек, образованный и интеллигентный. И такой красавчик! — взвыла Алиса, закатывая глаза. Её лицо выглядело весьма красноречиво, давая понять, что настроена она решительно.       Варя потёрла голову, сгоняя остатки сна. Да уж, тут поспишь, когда твоя и так влюбчивая и эмоциональная подруга умудрилась втрескаться в эгоистичного плей-боя их колледжа, который не упускает момента пофлиртовать с каждой встречной. Чем он только запудрил ей мозги? И как она только согласилась на свидание?..       Наконец Алиса заметила степень неодобрения на лицах подруг и нахмурилась. Всё-таки она предполагала немного другую реакцию на её радостную весть.       — Ой, ничего вы не понимаете! Он адекватный и вовсе не собирается делать ничего запрещённого, — проговорила она, отворачиваясь к зеркалу. — Квирк правда не такой. Может, он и показывает такую свою сторону, но у него есть и другая — романтичная, милая и чувствительная…       — Проблема лишь в том, что у него есть та сторона, что он показывает перед нами. Мне не нравится твоя идея, Алиса, но отговаривать тебя я не буду. Просто имей в виду, что Квирк не такой интересный, каким может казаться, — Маша ободряюще улыбнулась хранительнице времени, возвращаясь к книге.       Казалось, на лице Алисы отобразилось всевозможное непонимание и надежда одновременно. С приоткрытым ртом, сдвинутыми бровями и неуверенным взглядом в зеркале она нашла лицо Снежки, которая улыбалась, поджав губы, косясь в пол.       — Маша права, Алисочка. Ты же знаешь, мы тебя всегда поддержим…       Варя не знала, как надо правильно отреагировать. Как у Маши у неё не выйдет — так по-взрослому, отстранённо, но обеспокоенно; Снежка явно пыталась максимально поддержать подругу несмотря на свои убеждения. Но что сказать ей, Варе?       Если быть честной, она искренне радовалась за Алису, которая слишком часто провожала голодным взглядом парочек колледжа. Это ведь чудесно, что она сама решилась на такой серьёзный шаг, как свидание. Но дело даже не в идиоте-Квирке, сколько в самой Алисе. Та ведь наверняка уже навыдумывала кучу романтической ерунды, которая никогда не сбудется в отношениях с Квирком. Ну не проявляет он чувства в цветочках и посиделках с уютными пледами с горячим чаем.       Она решила промолчать. Варвара встала с кровати, окончательно сгоняя сон, намереваясь отправиться в ванную. Наверное, лучше действительно будет не говорить Алисе про «интересные» похождения её возлюбленного с другими милашками Волшебного колледжа.       Поэтому она игнорирует жалобный взгляд подруги, закрываясь в ванной. В зеркале на неё смотрела уставшая и задумчивая девушка со спонтанными прядями у лица, что вылезли из ночной закрутки для кудряшек.       Варя окунает руки в ледяную воду, морщась — как бы это не освежало, после тёплой кровати такой холод слегка будоражил. Ощущение песка в глазах пропало и она смогла полностью их открыть. В зрачках дул маленький незаметный смерч, перемешивающий тёмный оттенок глаз в центре с мягким по краям радужки. Да, ей определённо нравились собственные глаза.       С чего вдруг в её голове такие странные, нетипичные для утра мысли? Наверное, Алиса со своим настроением навеяла.       Закончив втирать в кудрявые волосы масла, брызгать спреем для укладки, вплетать в волосы специальную ленточку, девушка вздохнула. Она не совсем понимала причины своей усталости и равнодушия ко всему происходящему. Что-то явно изменилось и явно не в лучшую сторону…       В какой-то момент созерцания себя красивой в зеркале Варя подумала, что это банальное переутомление после… чудесного сна с чёртовым Рыжовым. Она тут же поймала себя на мысли, что думает о нём слишком часто для первых тридцати минут после пробуждения.       В дверь настойчиво постучали, и, кажется, кто-то был в гневе.       — Варя, выходи давай! Ты здесь не одна! — у Вари появилось неопределимое желание врезать этому «кому-то».       Передёрнув плечами, она всё же дёрнула ручку, давая свету проникнуть в влажную ванную. Впрочем, весь свет загораживала Алиса, поджимающая кулаки с самым воинственным видом. Бирюзовые глаза злобно прищурились, покрываясь коркой льда. Тонкого, но прочного, непроглядного. Однако за этим льдом скрывалось жгучее отчаяние.       Варя учтиво опустила уголки губ, подняв брови. В голове зарождалась долгая и правильная тирада, успокаивающая, желательно, не только саму Варю, но и нервы Алисы. Та, кажется, была готова разнести всю их комнату, метая молнии во все стороны.       — Что-то случилось, Лиса?       Алиса закатила глаза, проходя в ванную, намеренно толкая её в плечо.       — По-моему, тебе следует выйти. Я собираюсь воспользоваться маской, — она отвернулась к полке с Вариной уходовой косметикой. Среди них была баночка с фирменной маской Триши Тейлор, появившейся недавно на обложке «Красавицы без Чудовища».       Такой тон напомнил волшебнице злую Моргану с её треклятым попугаем, который не раз срывал ей и подругам приятный вечер за просмотром французской классики.       — Моей, между прочим, — облокотилась о дверной косяк Варя.       — Спасибо, без тебя я бы не догадалась.       — Обращайся.       Поджав губы, девушка повернулась к подругам, глазами спрашивая, что случилось в её отсутствие в ванной. Маша пожала плечами, уже не всматриваясь в страницы книги, а бездумно пялясь в стену перед собой. Кажется, что-то действительно серьёзное.       Варя облизала уголок губ, подмечая внезапный аппетит от манящего запаха с кухни. Порешав, что закидоны у Алисы — явление нередкое, а подкрепиться стоит, она прошла на кухню.       Снежка выставляла на стол тарелки с багетом и сыром, баночками с несколькими соусами и большой чайник в центр.       — Варечка, будешь чай с морошкой? Дедушка прислал на днях.       Варя кивнула и подошла к шкафчику с чашками, доставая четыре стакана, похожих между собой. Они появились в этом шкафчике год назад, после одной из ярмарок в столице. Снежка подвела их к неприметной лавке с угрюмым троллем и указала на четыре одиноких стакана в углу стола. Их отдали почти за бесплатно, но волшебницы всунули троллю ещё десять лишних огневушек*.       Вспомнив тот солнечный день, она невольно улыбнулась. Как хорошо тогда было…       — Облепиха ещё не по сезону? — спросила входящая в кухню Маша, перехватывая свой стакан с лилиями и маленькой лягушкой. — Слышала, на Севере стали появляться участки по высаживанию ягод?       — Да, тётя отдала приказ полгода назад, но процесс уже идёт. На каникулах обещали провести меня в один из таких секторов, может, прихвачу побольше трав, — Снежка хихикнула и разлила чай по стаканам.       Варя молча наблюдала за подругами, сидя за столом. Говорить не хотелось абсолютно. В голове варилась каша из мыслей по поводу странных снов, Алисы и её свидания, воспоминаний о предыдущих школьных годах. Впрочем, сейчас её куда больше волновала еда и её ароматный запах. Наверное, лучше отвлечься от гнусных рассуждений и поесть. На голодный желудок в голову лезла только ерунда.       Первой схватившись за ломоть багета, предварительно окунув его в сырную массу, девушка поднесла его ко рту, когда из ванной послышался истеричный крик Алисы:       — Что с моим лицом?! ***       — Это платье слишком короткое.       — Мне не идут эти тени!       — Я похожа на пугало, Великие Часики!       — Я же опаздаю…       — Милая, ты отлично смотришься в этом платье, с этими тенями и совершенно не опаздываешь, — устало вздохнула Маша, складывая уже отвергнутые платья обратно в шкаф.       Алиса покачала головой, хмурясь. Она была готова разрыдаться.       — Не вертись! — Варя смахнула пудру с кисточки. Она сидела перед туалетным столиком, делая макияж Алисе. Но та, будто специально ворочалась на стуле и не давала нормально закончить его. — Послушай, всё будет хорошо. Если ты действительно доверяешь Квирку, значит мы не можем тебя останавливать. Все мы хотим, чтобы ты была счастлива, не так ли? — она повернула голову к девочкам, усердно кивающим на каждое слово. — Ну вот!       — Всё равно, мне кажется, что эта встреча обернётся ошибкой… — протянула Алиса, рассматривая свои хвостики.       — Ну, здесь ты права.       — Варя!       Варя закатила глаза и цокнула языком, продолжая мешать нужный оттенок блеска. Её мнение по поводу свидания Алисы с противным Квирком ни разу не поменялось за все эти два часы, что они собирали подругу. И все эти два часа превратились в пытку для девочек: Алиса определённо не знала, в чём она хочет пойти на это глупое свидание, что она сделает на голове (Варя продолжала надеяться, что там что-то осталось) и каким образом подруги должны догадаться о её образе мечты.       Остановились на розовом платье на бретельках и бантом на спине; недавно отрезанную чёлку-шторку закололи маленькой ракушкой; и в хвостики вплели специальные белые колечки. Из макияжа Алиса выбрала несколько ярких помад, сказала: «Ну, надо лишь помешать немного!» и торжественно вручила их хмурой Варе.       Волшебница до сих пор пыталась проснуться, периодически споласкивая лицо, но выходило из рук вон плохо. А в связи любовной драмы Алисы, её опухший вид остался незамеченным. И к лучшему, думала Варя, дотрагиваясь до губ и вспоминая нежные прикосновения Рыжова.       — Как тебе эти? — она протянула формочку с намешанной помадой Алисе, убирая остальную косметику.       Та долго смотрела на три разных оттенка в палитре, прикладывая формочку к губам, и наконец объявила:       — Этот, — указала на второй вариант, состоящий из красной, кремовой и персиковой помад. Надо сказать, этот цвет ей правда шёл, поэтому Варя незамедлительно нанесла его на тонкую кисть и начала обводить контур губ.       Алиса ровно сидела пять секунд, но внезапно всполошилась:       — Я забыла свои балетки у родителей! Мне придётся идти в чём-то другом?..       Варя усадила её обратно, злобно прищурившись:       — Видимо. Сиди ровно, иначе тон придётся наносить заново!       Подруга скривилась, но успокоилась, и помада была успешно нанесена на её губы.       Снежка тем временем активно штудировала их полочку с обувью. Большинство пар было, конечно, Вари, и они были совершенно не такими, как хотелось бы Алисе. Сама Варвара разумно заметила, что и не собиралась делиться своей обувью, за что получила три осуждающих взгляда.       После ещё десяти минут вся их компания всё-таки смогла найти подходящие светло-жёлтые туфли с помпоном на кончике, и Алиса радостно запрыгнула в них.       Прихорашиваясь перед зеркалом, хранительница времени долго трещала подругам о том, как они ей помогли, как важно ей внимание и что она наверняка опоздала. Маша снова уточнила, что у неё есть ещё полчаса и Квирк сам за ней зайдёт.       Варя сказала пару едких замечаний в его адрес, Снежка пихнула её в бок, Маша незаметно улыбнулась. Алиса цокнула языком, крепко обняла каждую из них и убежала в свою комнату, послав воздушный поцелуй.       Девочки переглянулись и одновременно вздохнули. Всё-таки они были рады за их активную и стервозную подругу, которая, кажется, уже погрузилась в омут любви с головой. ***       Варя, в который раз, проверила имя на открытке, которую нашла под дверью вместе с загадочной посылкой несколько минут назад.

      Да, там было её имя, выведенное красивыми большими буквами. И большой свёрток с чем-то нетяжёлым и плоским, перевязанным фиолетовой нитью.       Имя отправителя не было указано, и сначала она подумала, что это родители решили напомнить о себе. Но где тогда королевская печать и инициалы Штормграда? Может, это тайный поклонник? Или тётя Вики из Шотландии?       Варианты медленно отпадали, и Варе не терпелось посмотреть, что же внутри. Но она хотела сделать это одна, а девочки всё ещё были в комнате. Но, кажется, именно сегодня удача была на её стороне, ведь Снежке пришло сообщение от Васи, приехавшего на выходные в колледж. Маша ушла за компанию, прихватив всю ту же таинственную книгу.       Оставшись наедине со свёртком, Варя улыбнулась, перечитывая открытку. Ничего необычного — те же неаккуратные буквы, странная закорючка в конце, похожая на сердечко и её имя. Но этот почерк показался ей смутно знакомым, и она пыталась вспомнить, видела ли его до этого.       Взяв в руки ножницы, девушка аккуратно разрезала нить, отбросив на тумбочку. Обёрточная бумага скреплялась скотчем, который улетел за нитью. Варя нетерпеливо поджала губы, осторожно избавляясь от бумаги и подмечая её хорошее качество. «Похожа на родительскую».       Может, действительно кто-то из королевства? Хотя некому.       Окончательно справившись с обёрточной бумагой, Варя открыла рот от изумления. Перед ней лежала картина с изображением девушки, сидящей в лодке. Лодка плыла по длинной реке, в воде отражался розовый закат, солнце почти зашло за горизонт. Ветер трепал распущенные волосы девушки, а она сама счастливо улыбалась небу.       В углу была подпись «Шильян Виль».       О Боже, это…       Это была картина того самого Шильяна Виля, который восхищал её своими чудесными картинами. Про которого она рассказывала подругам и Рыжову…       Рыжов…       Варя тут же перевернула холст, и обнаружила небольшой листок с каким-то текстом. Волшебница ухватилась за этот лист, принимаясь читать.

«Привет, Краса! Как дела? У меня лично болят голова и руки, будто я таскал тяжести всю ночь. Однако, ты и сама знаешь, что я занимался кое-чем другим… И, знаешь, я не хочу спрашивать тебя об этом. Не стоит, если ты сама этого не хочешь.

Я долго выбирал картину, которую могу сравнить с тобой, которую не стыдно было бы подарить тебе. И я нашёл эту. Она называется «La vie en rose» — «Жизнь в розовом цвете». Волшебное название, не так ли? Девушка на картине напоминает мне тебя. Такая же красивая, радостная и загадочная… Да, мне действительно нравится такое описание тебя. Как и ты сама, впрочем.

Я хочу, чтобы эта картина всегда была с тобой, как напоминание обо мне и нашей истории. Возможно, наши пути разойдутся, а, может, мы станем ещё ближе. Это будущее, а я не хочу угадывать его.

Я хочу жить настоящим. Нашим настоящим, Варя. Пусть мы и знакомы не так давно, нас связывает многое, ты ведь понимаешь меня?

Я пишу это письмо, представляя твоё лицо, твою красивую улыбку, большие сияющие глаза и ту бабочку на плече. Я видел её. У меня такая же на запястье, ты знаешь.

Я не хочу настаивать или давить на тебя, но прошу встретиться сегодня ночью. Теперь уже в реальности, а не во сне.

Надеюсь, ты в порядке. Живи в розовом, Варя. До встречи!

Я зайду за тобой.»

      Варя улыбнулась, сжимая в руках листок с такими странными, но приятными словами от Рыжова. От принца Сказочного мира, от её глупого и наглого помощника.       И от будущего парня. Уж Варя об этом позаботиться.