Тень луны, или Парень тоже может быть Золушкой

Чем стремительнее приближалась карета к дому Торквудов (между прочим, один из древнейших Родов королевства) тем ощутимее зубы Кристиана высказывали протест против столь небрежного обращения с вверенным юноше природой и родителями телом. Жесткое и холодное сиденье почему-то ассоциировалось с тюремными лежаками, а грохот колес по мостовой «доносил» визгливые осуждающие смешки. Что? Что заставило его, разумного и осторожного человека пойти на поводу у крестной? Рыцарство? Ложь и лицемерие не к лицу аристократу, даже совсем зеленому. Трусость. Да, он трус. Заяц-ушан, слепой от рождения. Впереди замелькали огни фейерверка, и вскоре карета замедлилась, а позже и вовсе остановилась. Немой слуга услужливо открыл дверь и склонился, подставляя ладони. Раздраженно махнув на него, Кристиан шагнул вперед, расцарапав локоть. Громко зашипев, он едва не упал и, если бы не цепкая рука на прострелившем болью локте, о конспирации можно было бы забыть. Остановиться, глубоко вдохнуть, кивнуть. Теперь можно попробовать еще раз. Аккуратно подцепив рукой юбки, «леди» засеменила к центральным дверям, на страже которых горой возвышался церемониймейстер. Окинув вновь прибывшую презрительным взглядом, он протянул ладонь: - Прошу ваше приглашение. - Руки убрал, болван, - прошипел Кристиан, вручая карточку. - Леди Анджела Виндженс, - громко объявил лакей, бестактно поворачиваясь спиной. - Мужлан! Леди Торквуд несколько вымученно склонила голову в легком поклоне, приветствуя гостью. Мелькнувшее в глазах беспокойство и мучительная попытка вспомнить стоящую перед ней женщину были тщательно скрыты под полуопущенными ресницами. - Леди Виндженс, рады видеть вас на нашем скромном вечере. - Безусловно, леди Торквуд. Ведь скромность – единственное, что может себе позволить сельская аристократия для создания контраста с роскошью столичных балов. Ох уж это безудержное расточительство древних Родов! Прошу прощения, я вижу старую знакомую, с которой мне непременно необходимо переговорить. Кристиан поспешно удалился, стараясь сохранять на лице глуповатую улыбку. Щелчок сломанного хозяйкой веера стал его наградой за пренебрежение со стороны церемониймейстера. Непривычный гомон оглушал. Д’Лонгу потребовалось почти полчаса, чтобы начать различать в гуле отдельные голоса и вычленить знакомые. - Сегодня в гарнизон прибывают офицеры из столицы… - Урожай зерновых в прошлом году не окупил затрат на мага. Семейство Гринбергов на грани разорения… - Вы заметили, Д’Лонги сегодня в новых украшениях! – Кристиан замер, прислушиваясь. - Как мило! Жених Хельги оказался щедрее ее скупого братца. - Говорят, он страшен как Темная сторона Многоликой! - Да, и держит сестер с мачехой на хлебе и воде. Как они смеют? Это… это возмутительно! Светские леди на поверку хуже базарных торговок. Глаза юноши сузились. Неторопливо подойдя к склонившимся друг к другу девушкам, он уронил веер: - Ах, какая я неловкая. Прошу прощения. О, какое очаровательное колье. Вы не скажете мне адрес мастера? Уверена, у него найдется немалый запас жемчужной пыли, которую он использовал для создания этой изумительной подделки. Какие оттенки, подлинное искусство! - Это настоящий жемчуг! – возмутилась пепельная блондинка. - Конечно, - успокоил ее Кристиан. – Как правило, мастера используют при создании искусственного жемчуга специальный лак, придающий блеск, а здесь натуральная крошка. Я десять лет замужем за владельцем небольшой флотилии. Мой супруг специализируется на жемчуге, так что я знаю, о чем говорю. О, меня зовут, я отлучусь на пару минут, но обязательно вернусь за именем мастера! Посмеиваясь про себя, Д’Лонг отошел, скрывшись от девушек за колонной. Карла д’Эвре он обнаружил только через полчаса блужданий по залу. Сделав максимально незаинтересованное лицо, отчего два офицера, стоявших на его пути, дружно шарахнулись в стороны, Кристиан стал подбираться к своей жертве. А та с азартом обсуждала с бароном Торквудом последние сплетни о разводе лорда Нетвора. Десять минут. К спорам о качестве таллиского бархата присоединился граф Дорчет, и вся компания неспешно переместилась в зал с игровыми столиками. Корсет неимоверно жал, и хотелось пить. Тридцать минут. Барон Торквуд откланялся. А шпион леди Каролины узнал значительно больше, чем когда-либо мечтал, о ножках столичных певичек. Господа вернулись в зал. Чувствуя, как горит спина от необходимости держать осанку, Кристиан, прихрамывая, двинулся за ними, держась стены. Час. Несвоевременно начавшийся сезон дождей похоронил надежды драгуна Корвета на ежегодно устраиваемые скачки в графстве Роз. Карл д’Эвре похвастался молодняком в табуне. Глаза защипало, а горло перехватило от волны ярости. - Осторожнее, леди! – покачнувшегося Д’Лонга придержал за локоть высокий мужчина. Кристиан закрыл глаза, сосредотачиваясь. Открыл. Полюбовался натертым паркетом бальной залы Торквудов. Перевел взгляд на сапоги из тонкой кожи, затем на черный костюм-тройку из блестящей ткани, оценил дорогое кольцо-печатку на длинных ухоженных пальцах и, наконец, добрался до лица. Оно принадлежало довольно молодому мужчине и было невыразительным, грубоватой лепки. Мелькнула и исчезла мысль, что кое-кто тоже стремится выдержать стиль «а-ля невидимка». Глубоко вдохнув, Д’Лонг кивнул своему спасителю. - Вы нуждаетесь в свежем воздухе. Помочь вам выйти на балкон? - Напомните, убийство в состоянии аффекта будет считаться преступлением? – цедя сквозь зубы, спросил Кристиан. - А кого вы собрались убивать? – хладнокровно поинтересовался его собеседник. Не убирая рук. - Вас. Карл д’Эвре кивнул Торквуду и отступил в тень, скрываясь за колонной, где, по детским воспоминаниям Кристиана, находилась дверь, ведущая на второй этаж особняка. - Давайте все же выйдем на балкон. Там свидетелей меньше, и убивать проще. «Вот ведь, непрошибаемый» - с завистью и раздражением констатировал Кристиан. Выждал паузу, но мужчина не отвел взгляда, лишь легко улыбнулся. - Веди, о готовящийся встретиться с Многоликой, - смирился юноша с твердолобостью собеседника. Не могло же ему вечно везти на проклятом балу. Хорошо еще, что хозяева не проявили интереса к посторонней. Д’Лонг позволил мужчине взять на себя роль тарана, двигаясь вслед за ним. Балкон встретил их темнотой и прохладой. Долгожданная свобода обернулась легкой дезориентацией, и, чтобы не упасть, юноша вынужден был схватиться за перила. Его спутник прислонился к косяку и не торопился предпринимать какие-либо действия. - Если вы сейчас скроетесь за дверью, то я могу передумать и отменить вашу встречу с Многоликой. - Я рискну остаться. Даррелл д’Анж, к вашим услугам, - мужчина склонился в поклоне. - К… Анджела Виндженс. Юноша отвернулся. Глаза пробежались по темному саду, уперлись в стену, проследили путь наверх. Выступы на стене позволяли легко подняться на второй этаж. Мужчине позволяли. Троллье платье! Д’Анж, лаская, провел рукой по обнаженной коже плеча «леди». Пальцы Кристиана нащупали тяжелую серебряную пепельницу. Будь благословенна мода на воскурение трав Владычицы зеленых равнин!* Он повернулся к собеседнику и неловко потянулся к его волосам, погладил затылок: - Ученые говорят, что во время удара действием внешних сил можно пренебречь, тогда полный импульс тел сохраняется. - Что? – д’Анж замер и поднял на него удивленный взгляд. - А еще обещают легкую амнезию, - с этими словами Д’Лонг ударил Даррелла пепельницей. Раздался противный глухой звук, побежала струйка горячей крови. Сведя глаза к переносице, мужчина рухнул на руки Кристиана. Тяжелый, зараза! - Вот навязался на мою го… пятую точку. Или у тебя репутация такова, что ни одна старая грымза не подпустит к тебе свою обожаемую детку? Мда, в таких случаях не принципиально, за кем ухлестывать... Тогда извини, мне еще младшую надо замуж пристроить, и я должен заботиться о репутации семьи. А ты фактор риска, понимаешь? Сделай милость, отдохни до завершения бала здесь, в тенечке. Даррелл застонал. Следовало торопиться. Пристроив бедолагу на кресло, Д’Лонг снял туфли и засунул их за пояс. Возвращаться он не собирался, а потому, вздохнув, ощупал ближайший выступ, пробормотал, что по завершении миссии отправится в длительную экспедицию с ближайшим кораблем, и поставил голую ступню на холодный камень. На пятом «шаге» один туфель благополучно свалился вниз, стукнув Даррелла, начавшего приподнимать голову, по лбу. Мужчина громко выматерился и, не удержав равновесия, завалился под стол. Счет к крестной рос в геометрической прогрессии. Только когда за Кристианом тихо захлопнулась дверь балкона второго этажа, д’Анж поднялся с пола и поднял снаряд, которым его приложили. - Ваше Величество, - тихо окликнули его из темноты. - Терренс? - Вы в порядке? Рассматривая туфлю, на глазах становящуюся мужским ботинком, Торион Даррелл Карвионский, лорд д'Анж, больше известный как Торион Тихий, в недоумении покачал головой. - В полном. Доложите обстановку. - Карл д'Эвре передал документы. Прикажете арестовать женщину или взять по-тихому? - А? Нет, нет. Проследить за ее перемещениями, но пока не трогать. И откуда ж ты взялась на мою голову? _______________________________________ * Владычица равнин - имеется в виду Степь, степные травы соответственно