Последний день лета

      Чонгук уехал рано утром, на рассвете, даже не успев попрощаться с Тэ.       Бабушка с дедушкой недоумевали, отчего их внук начал сильно плакать, когда они стояли на остановке, дожидаясь автобуса, который, к слову опаздывал, вызывая у мальчика идею бросить здесь всё и побежать к Киму. Но взрослые не давали этого сделать, поэтому он стойко стоял, с пеленой перед серебренно-голубыми глазами.       Автобус приехал и ребёнок сёл в автобус, предварительно попрощавшись сначала с дедушкой, а потом и с бабушкой. Маршрутка тронулась с места и поехала в следующий пункт назначения, а Чонгук лишь смотрел на пейзаж за окном, мечтая лишь о том, чтобы старший появился здесь, рядом с ним. Но этого не произошло, поэтому из глаз новой порцией хлынул водопад слёз.       Ресницы давно склеились между собой, глаза и нос покраснели, а губы стали чуть больше от долгих покусываний. Губы... Он отчётливо помнит вкус Тэхёна. Как он кусал его, обнимал и плакал на его плече. Чон так сильно хочет прямо сейчас в эти объятия, забыться в них, но не получится, ведь он уже подъезжает к первой своей остановке в ближайшем городе. Сейчас он сядет на поезд, а потом будет ехать несколько часов до своей остановки, где на вокзале его встретят родители и спросят как прошло его лето в деревне, а он даже ничего ответить не сможет, ведь ещё тогда, перед домом Чонов, они договорились не рассказывать никому из родных. А Чонгук обещания держит. Особенно, данные Тэ.       Некоторые прохожие удивляются самостоятельности мальчика, который сам билет покупает на поезд и без чей-либо помощи садится в поезд. А этот самый мальчик, уже смотря из окна поезда, думает лишь о любимом, что сейчас, наверное, проснулся и наверняка тоже плачет от грусти и одиночества. Даже сделать ничего нельзя...       Чон растёгивает молнию на куртке, чтобы не было сильно жарко — всё таки на улице ещё не холодно, а даже довольно-таки жарко — и достаёт из правого кармана телефон и, разблокировав его, смотрит на номер старшего, словно пытаясь увидеть его лицо.       В голове флэшбэки, как они купались на речке, бегали по полю, сидели у друг друга дома, пока на улице шёл ливень с громом и грозой... Он прижимает телефон к груди и обнимает, представляя на его месте любимого. Глаза слипаются от недосыпания и он, устроившись поудобнее, закрывает глаза, под которыми картинки из прошлого меняются с неимоверной скоростью, призывая вспомнить все моменты близости с хёном...

      Flashback

      — Хён, — кричит мальчишка с чердака. Бабушка и дедушка Чонгука уехали по делам в город, оставляя друзей ответственными за дом, а они, не теряя возможности подурачиться без третьих лиц, решили полазить по чердаку, надеясь на то, что найдут что-нибудь интересное. Что-нибудь, что можно делать только когда старших нет дома — Я нашёл какую-то книжку! Нести?! — минутой ранее Тэ спустился вниз, чтобы попить воды, поэтому мальчику ничего не осталось, только как кричать через слой пыли, летающий в воздухе и вызывающий на очередной чих, вниз.       — Неси! — слышится с первого этажа.

***

      — Итак, посмотрим что это за книженция такая, — предвкушение окутывает обоих, заставляя непроизвольно задержать дыхание, когда Тэхён убирает толстый слой пыли на обложке, проводя по ней рукой — Сказки для маленьких принцесс... — тихо читает название — Что за фигня, Чон? — кидает книгу в сторону — откуда она у твоих стариков?       Младший тушуется.       — Не знаю я. Мне бабушка говорила, что когда моя мама забеременела, они надеялись на внучку, поэтому и накупили всяких вещей для девочек. Уверен, что наверху можно ещё что-то девчачьего найти. — он крутит книжку в руках, пока Ким мило хмурится, сложив руки на груди. Он надеялся на что-нибудь поинтереснее, а не на какие-то романтические сказки — Представляю как они расстроились, когда узнали, что родился я. — грустно улыбается, немножко показывая свои маленькие крольчачьи зубки.       Тэ переводит на него взгляд. Что ещё за "расстроились"? Он берёт младшего за руки и придвигает к себе, заставляя обнять. Чонгук начинает часто хлопать своими кукольными глазами, когда чувствует как алеют его щёчки. Брюнет начинает глубоко дышать, когда только думает о том, что Чонгуку могли быть не рады.       — Не говори глупостей! — сильнее обнимает — Они тебя любят! — "также, как и я тебя" остаётся не озвученным.       — Тэ... — хватает в кулачки майку старшего — Я так люблю тебя, хён.       — Я тебя тоже, — говорит не задумываясь — я тебя тоже... — совсем тихо, куда-то в макушку.       И оба подумали что признание другого — дружеское, хотя сказали это от всего сердца. По любви.

End flashback

      Чонгук распахивает глаза, когда чувствует что поезд приехал. "Может, тогда хён признался по-настоящему?", размышляет, когда выходит из вагона вместе с портфелем и сумками, которыми наградила его бабушка на обратную дорогу.       Глаза опухли, тело отекло, душа болит. Но он всё равно одевает улыбку на лицо, когда видит родителей, машущих ему в зале ожидания. Он подходит ближе.       — Привет, Чонгук-и, — улыбается мама и обнимает сына — Дай-ка на тебя посмотрю, — хватает за плечи и начинает вертеть туда-сюда, разглядывая — Ох, как ты вырос. Каждый день кашу небось ел? — она берёт в руки личико своего сына и на секунду переводит беспокойный взгляд на отца (у которого теперь тоже улыбка пропала), возвращая внимание Чону — Зайка, что-то случилось?       Мальчик не хочет смотреть в глаза матери. Если он посмотрит, то точно расплачется и всё расскажет, а так он не выполнит обещание. Но он не выдерживает, когда:       — Хочешь обратно в деревню?       И падает в объятия, обильно выпуская слёзы.

***

      Уже пошёл третий день после приезда в город. Вчера они ездили закупаться к новому учебному году, но это не отменяет того факта, что Чонгук стал сам не свой: стал чаще прятаться в комнате, мало улыбаться и вообще перестал смеяться. Поэтому, естественно, родители стали беспокоиться о здоровье своего чада. Завтра в школу, и если так и дальше пойдёт, то что в итоге станет с мальчиком?       Родители сидят в гостинной, с грустью обдумывая своё решение.       — Чонгук-и, зай, подойди сюда. — ласково зовёт мама.       Через несколько секунд дверь детской открывается, показывая родителям заплаканное лицо, следы которого усердно стирают тыльной стороной руки. Сын запрыгивает на коленки женщины, что сидит на стуле.       — Маленький мой, — она убирает спавшие тёмные локоны за ушко — Ты опять плакал? — смотря на красные и немного влажные от слёз глаза.       Чонгук шмыгает носом и отрицательно мотает головой, на что получает беспокойное лицо родителей.       — Милый... — она обнимает его сильней — Ты плачешь с того момента, когда только приехал к нам. Что случилось? Пожалуйста, скажи нам. — отпускает сына и заглядывает в слезящиеся глаза, призывая быть честным.       — М-мама... — нижняя губа начинает опасно дрожать — М... Можно м-мне обратно в... в деревню? — заикаясь, на грани очередной истерики шепчет малыш.       — Ну, не плачь, — она успокаивающе, как в детстве, начинает гладить по спине — И скажи почему ты туда хочешь.       Чон начинает нервничать и заметно сомневаться, ведь если он сейчас расскажет о Тэхёне, то не выполнит обещание, и...       — Не бойся, маленький мой, ты можешь нам всё рассказать. Мы поймём.       Они поймут... Точно, это же родители, которым можно всё доверить. Чонгук шмыгает носом и глубоко вздыхает. Ладошки потеют.       — Мама, папа, я влюбился.       Неопределённая, но явно счастливая реакция настигает лица родителей. "Он всего лишь влюбился", думают оба.       — Правда? — улыбается женщина — И как её зовут? — голос приобрёл облегчение от услышанного.       — Ким Тэхён.