Подарок

— Красивый букет… Даниил Маркович как именинник стоял на пороге кабинета Этери с шикарным букетом из миллиона мелких маленьких розовых розочек. Этери на миг залюбовалась ими обеими — и Даней и букетом. Потом себя одернула — не ее. Ни Даня. Ни букет. — Красивый букет… Когда тебе только подарить успели? — Не мне. И не успели. Даня прошел вглубь кабинета и вложил флору в руки Этери. — Послушай. В нашей семье была традиция — в День моего рождения мы с папой всегда поздравляли маму. Ведь, если так разобраться, это совсем не мой праздник. Моей заслуги в нем нет никакой. Это всегда был мамин праздник. День Рождения — праздник человека, который подарил тебе жизнь. Я ее всегда благодарил так за этот подарок. Даня опустил взгляд. Громко выдохнул. Она накрыла его ладонь поверх розового цвета в жесте поддержки. Все равно он останется для нее самым близким человеком. Помолчали в память о Даниной маме. И папе. — Этери… их сегодня нет со мной… Но. Есть человек, который продолжает мне дарить жизнь. Жизнь новую, чудесную. Профессия — это жизнь. Лед — это жизнь. Ты — жизнь. Без тебя бы ничего не было. И он взял накрывшую его ладошку и нежно поцеловал пальчики. — Спасибо тебе, родная, за жизнь. Спасибо… Я собирался тебе его подарить с самого утра, сразу после того, как ты проснешься. А ты куда-то умотала. Он так и стоял, держа ее руку в своей, и между словами прижимая ее ладошку нежно к губам. Не самый удобный был момент. Но когда если не сейчас? Она должна подарить ему свой подарок. Свой главный подарок. — Я ушла от тебя. Все. Вот так просто. Сказано. Дороги обратно нет. — Да я понял, что ушла. Куда можно уйти с утра пораньше? Я не ждал, что ты проснешься раньше восьми. А я букет держал в ведре в шкафу всю ночь, чтоб не завял. И улыбнулся своей мальчишеской улыбкой. Она не сдержалась и улыбнулась ему в ответ. Нельзя вот так вот сразу перестать реагировать на это всё. Это как безусловный рефлекс. Какой же он мальчишка. И нужна ему девчонка — молодая, без морщин на шее, как пишут в интернетах об Этери. — Дань…ты меня не понял. Это мой для тебя подарок. Это была вторая попытка. — Да все я понял. Расхохотался Даня и показал посылку. — Когда мне курьер под Хрустальным вручил вот это, как он повторил дважды, от анонимного доброжелателя, я сразу вспомнил в чьем шкафу видел такую подарочную бумагу. А ну как посмотрим, что там? Даня развернул упаковку. Этери стояла и выглядывала из-за букета. — С этим согласен. Спасибо. — отложил он туалетную воду, и поцеловал ее в щеку. — А с этим несогласен. — И показал на свитшот. — Но мы сейчас все исправим. И Даниил Маркович, взяв черный маркер со стола Этери, подкоррективровал надпись на принте. «Я свободен» превратилось в «Я не свободен» и снизу приписал «Я люблю Этери» — Вот теперь порядок! Сиял Даня как новая копейка. — Ты же ее теперь никуда не наденешь. Донеслось откуда-то из середины букета. Этери, как пчела, опыляла цветы своим носиком. — Не плачь девчонка! У нас остались внутренние старты. Вот туда и будем эту красоту выгуливать! — Ты представляешь, что скажут люди! Даня в подтверждение своих слов, снял верх, в котором пришел, надел подарок. И прижал ее к себе вместе с букетом. — А насрать! Что скажут люди. Их мало, а нас — рать. И мы за нас повоююем! Какие были сладкие эти губы. Как не хотелось от них отказываться. Но. Она себе пообещала, что отпустит его на волю. Он ей как-то так и сказал — хочется легкости и свободы, посетовал, что он их теряет. Имел в виду общую обстановку вокруг, проблемы, упадок сил. Все что угодно, только не то, что напридумывала себе Этери. Вернее ее мнительность, которая все восприняла на свой счет. Пришло время предпринимать третью попытку. Она неловко путаясь в словах приступила к ней — Данечка, посмотри на меня. Я старая. — Херня! Безапелляционно прижал он ее еще ближе к себе. — Пишут, что у меня желтая кожа… — Еще одна херня… — Дань, я серьезно, у меня морщины. — А это правда. — неожиданно для нее согласился Даниил и протиснул ладонь под джинсы сзади. — Морщина на месте. Одна. Вертикальная. С ней мы вечером разберемся. Этери замеялась и смех упал мелкой росой на мелкие розочки. — Данечка, ты сам хотел легкости и свободы. Я тебе ее дарю. Это мой подарок. Фраза «Я ухожу» затонула в водовороте губ и языков. — Этери, подари мне свободу от твоих предрассудков. Ладно? — Сказал ей прямо в глаза, целуя веки. — Тогда и появится легкость. Люблю тебя. — С Днем Рождения, счастье мое. — Наконец-то вспомнила. Подколол свою любовь Даня. **** Вечером в машине под домом. — Закрой глаза. — Я больше на это не поведусь! Ты опять будешь целоваться! У меня уже губы опухли за день. Радостно пожаловалсь Этери, немедля закрыла крепко оба глаза и подставила уста. Но Даня схитрил. И самая нежная нежность опустилась в район декольте. — Что это? Этери держал в руках и рассматривала тончайший шелковый платок. — А этим я тебя буду привязывать, чтоб ты перестала думать, как от меня сбежать. Поиграем? — Поиграем. — облизнулась она. Странно получается. Именинник сегодня он, а подарки для нее. Даня приблизился к ней вплотную и прошептал — Наконец сбываются все мечты. Лучший мой подарочек — это ты. Ну, заяц, ну погоди! И укусил ее нежно за ушко.