сезон дождей

«Возможно это было опрометчивое решение…», — подумал Марк, когда оказался на острове Тайвань. Путешествие его началось в солнечный августовский день, когда его семья стояла у причала и провожала, радостно восклицая о том, что ждут от него сувениры и подарки. Как только паром вошёл в гавань, то погода резко сменилась тяжёлыми дождевыми облаками. Кто-то сказал, что им повезло и их встречает только серое небо, а не дождь и грозы. Тогда Марк только пожал плечами и достал металлический портсигар. Он посчитал оставшееся количество папирос, цокнул и достал одну. Маленький огонь обжег бумагу, а потом тут же погас из-за упавшей с неба капли. Ли только вздохнул и выкинул испорченную папиросу за борт. На причале молодого писателя встретил водитель, который открыл ему дверь новенького «Форда». Всего в Тайбэе было две машины: одна японского генерала, а другая местного аристократа, который славился своим познанием в области традиционного искусства. Марк волновался, ведь ему предстояла встреча с очень богатыми людьми, поэтому ощущение давящего купола социальной иерархии преследовало Минхёна уже в салоне дорогого авто. Они выехали за черту города, кругом были зелёные леса, которые размывали капли дождя, что упали на окна. Марк задремал, пока думал о том, какие вопросы следует задать, что можно и нельзя делать, как общаться с дамами, можно ли курить в поместье и когда закончиться дождь? Встречать корейца выбежала служанка, которая несла большой зонт. Ее босые ноги утопали в лужах, юбка была мокрая, волосы влажные, а по лицу стекали капли тропического дождя. Минхён вышел из машины и вежливо принял зонт, пуская под него служанку, которая засмущалась и на китайском объясняла, что ей нельзя. Пока они бежали до дома, минуя затопленный палисадник с разными душистыми цветами, Марк заметил, что на крыльце тлеет огонёк, а чья-то фигура, видимо наблюдавшая за ними, быстро скрылась за входной дверью. Как только молодой человек зашёл в дом, то всю его мокрую одежду сняли и вручили сухие носки с мягким полотенцем. Писателя проводили наверх, попутно вытирая влажные следы. Слуги показали комнату, дали сухую одежду и доставили личные вещи. Ли все думал, что сначала его представят хозяину поместья, но потом понял, что появиться в таком ужасном виде не очень культурно. Конечно он не просто переодевался, а старался рассмотреть картины, убранство и вид из окна, который выходил на беспокойное Восточно-Китайское море. Дождь все никак не прекращался. — Господин Ли! Рад нашей встрече! — Хозяин поместья читал газету в столовой, ожидая обеда. Он зашуршал газетой, складывая ее и убирая в сторону. — Вы хорошо добрались? — Благодарю Вас, сэр. Я тоже очень рад нашей встрече. Поездка была спокойной, но в конце пути настиг дождь. — Вам стоит привыкнуть к непогоде. Дожди на Тайване будут вашими вечными спутниками. — Мужчина улыбнулся и зажег сигару. — Вы наверное устали и проголодались в пути? — Да, немного. — Мистер Хуан указал на стул, приглашая Марка присесть. — Скоро подадут обед. Милочка, позови пожалуйста всех к столу. — Мужчина подозвал служанку, а та только успела махнуть длинной косой и скрылась за дверьми. — Как там Корея? Мои дочки хотят поехать туда, посмотреть на украшения и ткани. В отличие от меня и жены их мало интересуют культурные достояния. Вы знаете, когда воспитываешь семь дочерей, то приходиться обращать внимания на детали, значительно меньшие по важности, чем архитектура, живопись и поэзия. Вы не подумайте, они все воспитанные и образованные дамы, но все же любят эти побрякушки и сплетни. Марк только улыбнулся и посмотрел на резной стол. В голове крутилась мысль, словно мистер Хуан сейчас готов сосватать ему одну из своих дочек, нахваливая каждую и отмечая их таланты и необыкновенную красоту. Вот только Минхёна это сильнее заставило волноваться, потому что у него за спиной ни гроша, поэтому не сможет содержать жену из богатого сословия. Да и к тому же ему предстоит увидеть «семь чудес света» с минуты на минуту. Столовая загудела и наполнилась звонким девичьим смехом, как только юные леди зашли внутрь. Действительно все они были красавицы в чудных платьях и дорогих украшениях. Самым последним зашёл юноша, который обмахивал себя веером с кисточкой на конце. Он быстро посмотрел на Марка и сел напротив. У него были восхитительные лисьи глаза и аккуратные черты лица, тонкие запястья и тонкие пальцы. Минхёна привлекли его маленький аккуратный рот и родимое пятно на тыльной стороне ладони. Юноша так томно вздохнул, прикрыл рот веером, что показалось, словно перед Марком сидит восьмая барышня. — Это господин Ли, он приехал к нам, чтобы ознакомиться с материалами, которые помогут ему написать книгу. Он прибыл из Кореи и увлекается китайской культурой. Будьте добры и вежливы с ним. — Приятно познакомиться. — Марк смущённо улыбнулся и оглядел всех. Юноша на это фыркнул и отвёл глаза, смотря в большое окно. Все больше и больше Минхён понимал, что этот молодой человек куда интереснее и красивее своих сестёр. Конечно, такое умозаключение заставило Марка заволноваться и покраснеть, но ведь от себя не убежишь. Ренджун все время смотрел то в тарелку, то в окно, иногда поглядывая на сестёр и родителей. Он брал палочками немного риса, выставлял перед ртом руку и клал еду внутрь, продолжая прикрываться во время жевания. Ли обратил на это внимание, так как так делали только женщины. Но ему это нравилось, нравилось, что юный господин скромно прикрывал рот во время еды, избегал взгляда Марка и томно вздыхал. Словно так было нужно, будто это все было ему привычно и комфортно. Естественное существование в стенах поместья семейства Хуан. После обеда все разбрелись по своим делам. Марк спустился вниз и сел на веранде, что выходила в сад. Дождь барабанил по крыше и зелёным листьям тропических растений и деревьев. Ли просто смотрел на все это и курил сигареты, думая о том, что завтра следует начать работу. — Из всех солнечных дней на Тайване, вы приехали в сезон дождей. — Ренджун подошёл так тихо, сел рядом и зажег кисеру, после чего выдохнул дым и лёг на пол, подперев голову рукой. — Вам не кажется это грустным? — Нет, я просто следую велению судьбы. — Марк пожал плечами и посмотрел на юношу. Тот усмехнулся и сделал затяжку. — Хотите попробовать? — Ренджун протянул трубку и взглянул на старшего. Сейчас казалось, что глаза его стали ещё хитрее, но и прекраснее. — Да. — Марк принял тонкую трубку в руку и зачем-то передал Ренджуну свою сигарету. — И вам нравится курить эти папиросы? — Юноша закашлялся и поморщился. — Отвратительный вкус, ещё и эта мокрая бумага. Какой кошмар! — Настольно плохо? — Посмеялся Марк и растерянно улыбнулся. — Просто ужасно. От меня наверное сейчас воняет? — Марк покачал головой и улыбнулся. — Тогда ладно. Наши спальни рядом, поэтому можете заходить, если будут вопросы. Завтра можем отправиться в город, посмотреть на местный колорит и поесть крабов в ресторане. Такая духота, невозможно..— Ренджун расстегнул пару пуговиц на воротнике чаншаня и прикрыл глаза. Марк отвернулся, когда увидел острые ключицы юноши. Отчего-то сердце кольнуло и внизу живота приятно потянуло. — Простите, но я хотел бы немного отдохнуть. Поэтому я отправлюсь наверх и вздремну немного. — Марк поднялся и выпрямился, поправил свой костюм тройку и поклонился. Ренджун чему-то усмехнулся и оглянулся, чтобы посмотреть на Минхёна перед его уходом. Марк точно не знает как долго он спал, но проснулся среди ночи. Он помнит, как его пытались разбудить к ужину, но усталость была такой сильной, что Ли предпочёл сон еде. За окном все также барабанил дождь, в доме было темно, скорее всего все спят. Минхён подумывал и сам лечь, чтобы поспать до утра, но сначала хотел сходить в туалет. Проходя мимо комнаты Ренджуна в первый раз, Марк подумал, что это скрипит половица, но во второй раз было ясно, что это Хуан. Писатель затаил дыхание и подошёл к двери спальни, чтобы была чуть приоткрыта. Он прикрыл рот рукой, когда увидел нагое тело юного господина. Ренджун лежал на кровати обнаженным и стонал, пока водил рукой по своему члену. Его тело извивалось, бедра двигались навстречу руке. Тени от капель падали на него, делая все таким завораживающим и волшебным. Марк был готов провалиться под землю от охваченного смущения, хотелось отвернуться и забыть увиденное, но он не мог. Не мог оторвать глаз от красивого тела, не мог просто уйти и забыть сладкие стоны и приоткрытый рот. Тонкие пальцы обхватывали ствол, второй рукой Хуан играл с розовыми сосками, покручивая их и иногда оттягивая. Внизу все сжалось и заныло, Марк ругнулся про себя замечая, что на пижамных штанах появился бугорок. Ренджун положил два пальца в рот. Он облизал их и стал опускать руку вниз. Марк громко сглотнул, ожидая, что будет дальше. Хуан сильнее раздвинул ноги и коснулся влажными пальцами своей розовый дырочки. Юноша закусил губы и медленно стал погружать в себя пальцы. Он откинул голову назад, чувствуя заполненность внутри. Джун быстро двигал рукой, казалось, что стоны его стали чаще и громче. Минхён все продолжал смотреть, как господин мечется по постели преследуя оргазм, как он чувствует своё тело. Ренджун сменил позу и теперь стоит на четвереньках, утыкаясь лицом в подушку. Его бедра высоко подняты, а ноги все также широко расставлены. Пальцы погружаются внутрь сфинктера и выходят с хлюпающим звуком. Ли все ещё стоит у двери, держится за дверной косяк, тяжело дышит и двигает рукой по своему члену. Хуан прячет лицо в подушку и дёргается, когда его настигает оргазм. Марк жмурится и выдыхает. Он достаёт руку из пижамных штанов и смотрит, как в тусклом свете с улицы, на его руке блестит вязкая жидкость. Ему сейчас так стыдно и неловко, он боится быть застуканным, но ещё больше боится, что кто-то узнаёт о ночных занятиях Ренджуна, поэтому быстро уходит к себе в комнату. Марк лежит на кровати и пытается уснуть, а перед глазами все ещё стоит голый юноша, его лицо, что расплылось в удовольствии. Минхён открывает глаза, вздыхает и опять просовывает руку в мягкие штаны. Ли искренне надеялся, что между ним и господином Хуаном не будет неловкостей утром и в дальнейшем, но он ещё не знал, что его приключения начались этой дождливой ночью.