Пепел счастья

Джен
NC-17
В процессе
1
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Мини, написано 6 страниц, 2 части
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Макс даже не удосужился закрыть входную дверь, выбегая из квартиры. Торопился. Ведь единственный магазин поблизости закрывался через 15 минут. Но открытая дверь меня не смущала. Во-первых, он вернётся через 10 минут, а во-вторых, на моём этаже жил только старик, который мало того, что почти ничего не видел, так ещё и ходил медленнее, чем Макс в самом нетрезвом его состоянии. Так что закрываться не было смысла. Я распахнул окно. Пару минут тишины, которыми меня щедро одарил друг были потрачены на рассматривание дыма от сигареты. На самом деле я не любил тишину. Она усиливала и без того давящее ощущение пустоты. Мой дом стоял на окраине города, так что сквозь открытое окно не было слышно даже гула машин, тем более в такой час. Тишина будто обволакивает тебя, кажется, что ты оглох, но в тоже время в ушах стоит непонятный гул, который въедается в голову. Я пытался бороться с тишиной. Включал музыку, но она мешает концентрации. Потом ставил на фон телевизор, это работало, но увидев месячный счёт за электроэнергию, эта идея была отсеяна. Теперь же я всегда насвистываю что-то под нос, или разговариваю сам с собой. Иногда просто издаю какие-то звуки, лишь бы убедиться, что всё ещё могу слышать. Макса сначала раздражала эта моя странность, сейчас же она его даже забавляет. На этом моменте с режущим слух скрипом открылись двери лифта, и от туда гордо вышел Макс с двумя, даже на взгляд очень тяжёлыми пакетами. Он потряс ими, на случай, если я вдруг забыл за чем он уходил. Бутылки со звоном стучали друг об друга, уверен, этот звук было слышно даже на первом этаже. Протянув руки вперёд и вручая мне свою добычу, он переступил порог. «Я итак продрог, он ещё и окно открыл» - звучал недовольный голос. «И кассирша эта…» он глубоко вдохнул, видимо пытался подобрать более приличное описание. «Грымза старая. Паспорт-паспорт. Пришлось ей ещё три сотки докинуть». Наконец развязав шнурки, и скинув кеды так, что они полетели в противоположных направлениях, он уселся на диван и закутался всё в то же одеяло. Я принялся расставлять на стол содержимое пакетов. 10 бутылок амстердама и коньяк. Стандартный набор, хотя коньяк был редкостью. Но и коньяк в этот раз был хороший, видно, что не дешёвый. Проследив за моим взглядом, Макс с довольной улыбкой сказал: «Зачётное пойло, да? Три с половиной тысячи, это ещё по скидке, а так четыре. Ну сегодня можно, повод есть». Последний раз я пил нормальный коньяк на дне рождение Макса, пока его дед вещал мне про сложности ведения бизнеса, и пророчил светлое будущее. Взгляд упал на торт, который так и стоял в упаковке, но теперь окружённый алкоголем. «Сначала чай и торт, потом бухло. Я не хочу снова караулить тебя возле унитаза» - я сказал это без какого-то либо укора, скорее в шутку. Макс немного стушевался, но тут же выпалил: «Тогда режь торт, не заставляй гостя ждать». Пепельница и пиво - набор, который оказывался на столе каждый визит друга. Интересно то, что он всегда приходил с пустыми руками, но спустя несколько минут разговора, находился повод, и Макс уже бежал в ларёк. Однако в этот раз привычное содержимое стола украшали торт и дорогой алкоголь, а это значит, что повод и вправду был. Макс почти залпом опустошил кружку с чаем и так же быстро съел торт. Я уговорил его съесть ещё кусок, чтобы перестраховаться. С уже привычным звуком открылась железная крышка, и хмельной напиток ощутился приятным холодом внутри. Макс увлеченно рассказывал сначала про новую машину отца, за рулём которой ему довелось посидеть, потом про родственников, приезжавших на прошлых выходных, и плавно перешёл к девушке, которую встретил возле какого-то бара. Он всегда перескакивал с темы на тему, а градус пива уже не оставлял мне шанса запомнить дальнейший монолог. Поняв, что я не улавливаю сути его историй, Макс достал гитару, которую оставил у меня много визитов назад. Я играть не умел, он даже пытался меня научить, но после второго урока, вынес вердикт, что «Играть это не твоё, а вот поёшь ты хорошо, как бы это сказать… душевно что-ли». Задев гитарой бутылку коньяка, он чуть не уронил её, однако я спас драгоценный напиток, который тут же был выхвачен из моих рук и налит в внезапно появившиеся на столе стаканы. Залпом опустошив стакан, Макс со стуком поставил его на деревянную поверхность и склонился над гитарой. Мне всегда нравилось как он играл, инструмент будто оживал в его руках, или это он оживал с инструментом в руках, я так и не определился. Но одно можно было сказать точно - зрелище действительно завораживающее. Склонив голову и согнувшись над инструментом, он играл что-то тихое, лучше сказать наигрывал, как бы привыкая к струнам. Его светлые волосы свисали вниз достаточно, чтобы я не видел его лица. Это было досадно, ведь его лицо в эти моменты хотелось рассмотреть очень внимательно, так, чтобы ничего не упустить. На нём как будто не было эмоций и одновременно с этим были они все и сразу. Страх, боль, радость, спокойствие, всё это было на его лице. По крайней мере, так я запомнил. Не менее интересными, чем лицо, были его руки. Тонкие, поразительно длинные пальцы, как у многих музыкантов. Они блуждали по струнам, ударяли, глушили их. За его руками можно было наблюдать вечность, я пользовался шансом, пока он у меня был. Как будто паук ползущий по струнам, плёл невидимую сеть, с узором из звуков. И каждый, кто смог бы увидеть эту паутину, был бы уже не в силах отвести взгляд.Настолько завораживающе он играл. Но больше всего в эти моменты, мне нравилось закрывать глаза. Так музыка ощущается лучше. Его мелодии всегда были грустными. Играя, он как будто становился настоящим, обнажал свою душу, поэтому я старался даже дышать очень тихо, лишь бы его не потревожить. Он будто находился не здесь, а совершенно в другом месте, там, где ему было очень хорошо, и кто я такой, чтобы лишать его этого. Да я и не хотел. Не знаю сколько времени прошло, пока я слушал его игру. Стараясь не шуметь, я достал из пачки сигарету и подкурил. Макс резко остановился, и выхватил сигарету из рук. - Нет-нет-нет. Потом покуришь. Сейчас будешь петь.                                 Он положил окурок в пепельницу. Оставалось ещё больше половины сигареты, поэтому я затушил её с мыслью, что докурю позже. Он начал играть хорошо знакомую мелодию. - Белые крылья… - сказал он очень тихо, будто сам себе.                     Он обожал «Порнофильмы», и именно с этой песни всегда начинался наш своеобразный концерт. Голова шла кругом, коньяк и вправду был хорошим, не таким отвратительным, как то, что я пью обычно. Горечь сковывала горло, сладкое послевкусие всё ещё ощущалось во рту. Я закрыл глаза, чтобы не видеть плывущие очертания комнаты, и начал петь. Голос стал хриплым, хотя песню это не портило. Петь я не умел, и думаю, что не попадал в ноты, но открывая глаза, видел спокойное лицо Макса, и губы, сложившиеся в еле заметную улыбку. Прозвучал последний аккорд, пальцы медленно опустились со струн. - Как же ты поёшь… -И как же? - с тихой усмешкой спросил я - Правильно, именно так, как нужно. Что это значило, я не знал, но меня это особо и не интересовало. Мы молчали, курили. После песен, Максу всегда становилось жарко. И вот он уже сидит в одних трусах, конечно же какого-то дорогого бренда. Я каждый раз предлагал ему футболку, но каждый раз слышал один и тот же ответ: «Настоящий мужик должен ходить по дому в трусах», единственное, что менялось это интонация, в зависимости от степени опьянения. Мы переместились с дивана на пол. Поскольку концентрация алкоголя в организме была уже слишком высокой. Было сложно удерживать тело в вертикальном положении, а на диване не хватало места, чтобы мы оба могли лечь. Пол был холодным, а тело горячим. Макс, наотрез отказавшийся одеваться, не вылезая из одеяла, сел спиной к дивану и запрокинул голову. Не глядя, стянул со стола очередной стакан, и стал вертеть его в руках. Вспомнив, что коньяк вообще-то нужно пить со льдом, он на четвереньках дополз до холодильника и распахнул морозилку. Взвизгнув от холода, он быстро достал лёд, и резко захлопнул дверцу. Лёд - пожалуй, единственная вещь, которая всегда была в моём холодильнике. Готовить я не умел, обычно, довольствовался лапшой быстрого приготовления, или заказывал доставку. Так что холодильник был пуст, не считая остатков пива, которые Макс не смог допить в прошлые свои визиты. Вернувшись на прежнее место, он закинул сразу четыре кубика льда в стакан. Я подумал о том, что это многовато, но говорить ничего не стал. Мы снова молчали, я курил, он пил небольшими глотками. Будучи пьяным, Макс всегда становился менее разговорчивым. Но с уменьшением количества произносимых слов, увеличивался их смысл. Или только мне так казалось. Ведь я был пьян не меньше его. Спустя минут 10 молчания, Макс заговорил. Голос его стал ниже, и тише, чем обычно. - Саш.. - я лишь хмыкнул в ответ, давая понять, что слушаю его. - Что будет дальше? Вопрос звучал очень тихо и робко. Как будто он боялся, или совсем не хотел его задавать. Это не было чем-то обыденным, он говорил о том, что его тревожило. Речь шла не о ближайшей неделе, или месяце. Он говорил обобщая, «Что нужно делать дальше» - вот что он имел ввиду. Но я не знал. Мои мысли стали слетать с его губ. - Мы закончим школу, сдадим экзамены, поступим в универ, найдём работу. Но для чего всё это.  Действительно ли стоит к этому стремиться. Нам вложили это в голову с самого детства, и теперь очень сложно мыслить иначе. Мне не… - он запнулся на полуслове. Я не смел его перебивать, просто сидел и ждал, пока он продолжит. Макс сделал глубокий глоток и приложив стакан ко лбу, продолжил. - Честно сказать, мне не нравится моя жизнь. У меня вроде есть всё. Моя семья не живёт в нищете, все живы и здоровы. Родители столько в меня вложили, но всё равно есть ощущение, что что-то не так. Как ты думаешь, почему я так часто прихожу к тебе? - он замолчал, будто ожидая моего ответа. Вопрос ввёл меня в тупик, я не знал, что он ожидает услышать. Когда Макс понял, что ответа не последует, он продолжил. - Только в этом месте я чувствую себя хорошо. Может за меня сейчас говорит алкоголь, может я просто несу несвязный бред. Но я будто вижу в тебе часть себя, и от того, твоя компания мне приятна больше, чем любая другая. Хочу чтобы ты знал, что бы ни случилось, ты всегда можешь на меня положиться. Я всегда на твоей стороне, и ты знаешь, что я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь. И я это знал. Я ни на минуту не сомневался в правдивости его слов. Он говорил это от всей души, наконец снимая маску идеального сына богатых родителей. У него внутри всегда бушевало море чувств, переживаний и страданий, которое он скрывал от всех, кроме меня. Не знаю, чем я заслужил такую честь, но я точно знал, что друга лучше, чем он у меня не было и не будет. - Я знаю Макс, знаю. По его щеке скатилась слеза. Мокрый след блестел в полутьме комнаты. Я налил себе ещё коньяка. Оставалось меньше половины бутылки. После принёс ему стакан воды, дабы успокоить захлестнувшие эмоции. Заставив Макса встать, я разобрал диван, и включил телевизор, стоящий прямо напротив. Предложил ему посмотреть какое-нибудь шоу. Ответом стал еле заметный кивок. Я потянулся к бутылке, решив , что на сегодня хватит, но он коснулся моей руки, давая понять, что ещё рано убирать алкоголь. Наказав Максу выбрать, что мы будем смотреть, и предварительно закрыв квартиру, я пошёл в круглосуточный, чтобы купить чипсов и ещё сигарет. Конечно, рискованно было оставлять друга в квартире, ещё и с бутылкой коньяка, но курить хотелось. Круглосуточный находился минутах в семи от дома. Свежий воздух отрезвлял, голова слегка прояснилась. Спустя минуты три, я уже шёл почти ровно, и запнулся всего раза три. Очень сонного вида кассирша не стала спрашивать возраст, только назвала сумму и бросила мне вслед: «До свидания». Путь домой прошёл незаметно, я думал о предстоящей поездке, и опомнился уже возле дверей лифта. Зайдя в квартиру я почувствовал резкий запах спирта. После свежего уличного воздуха, он ощущался особенно резко. Макс полусидя развалился на диване и щёлкал пультом, переключая каналы. Он выглядел намного лучше, чем когда я уходил. Коньяк и стаканы стояли на подлокотнике дивана. - Посмотрим стендап? - Почему нет. Спустя пол часа коньяк закончился, чипсы тоже. Мы смеялись даже с самых глупых шуток, Макс подметил, что комик был похож на хоббита. Примерно к четырём утра мы наконец уснули.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования