автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
93 Нравится 15 Отзывы 19 В сборник Скачать

***

Настройки текста

ау, алло, мы на проводе,

но никто не слышит

      — Вы дозвонились Игорю Грому, — хрипло доносится из динамика. Звук ужасный, сразу понятно, что записывали на допотопный кирпич, но Сергей без труда разбирает каждое слово в ворохе уличных шумов.       Два предложения, двадцать пять слов, в сбивчивой спешке наезжающих друг на друга, орущие сигналки на фоне — с недавних пор он знает эту короткую отговорку наизусть. Раньше нетерпеливо нажимал «отбой», едва заслышав привычные нотки, теперь же, буравя стену невидящим взглядом, механически бьёт кончиками пальцев по гладкому экрану, снова и снова повторяя вызов.       «Вы дозвонились Игорю Грому, но мне сейчас абсолютно некогда говорить».       «Вы дозвонились Игорю Грому».       «Вы дозвонились…»       Не дозвонился.       И не дозвонится больше никогда.       ...От гроба его, трясущегося, бледного, нервно хватающего ртом воздух, оттаскивал Прокопенко. Наверное, когда-то ему точно так же пришлось уводить Игоря с этого же участка, обнесённого кованой оградой. С промозглых небес, похожих на грязные комки ваты, моросил гадкий осенний дождь. Капли дробно стучали по блестящему лакированному дереву.       «Гром Константин Игоревич» — светились белые буквы на соседнем памятнике. С тёмного камня грустно и серьёзно смотрел на толпу бравый полицейский, чудовищно сильно похожий на него.       Ждал своего часа крест, приставленный к забору. Фотографии не было. Не нашли. Даже с паспорта увеличить не получилось.       — Я нарисую, — хрипло пообещал Сергей тогда, стеклянными глазами сверля неровные глинистые края холодной ямы у своих ног.       «Гром Игорь Константинович» — жуткой реверсией чернело на бронзовой табличке. А ниже — два ряда цифр через тире. Сергей подумал тогда отстранённо: вся жизнь — всего лишь длинный прочерк между двух дат.       «Вы дозвонились Игорю Грому…»       Впервые нажав на клавишу вызова — в истерике, в отчаянии, не до конца осознавая, что делает — Сергей втайне надеялся, что услышит лишь механическое: «Абонент временно недоступен», и это отрезвит его. Но нет. Сигнал какой-то вышки, затерянной в сосновых кронах на отшибе города, чудом дотянулся до края кладбища, пробился сквозь толщу земли. И когда после мучительно долгих гудков в трубке неожиданно отозвался родной хриплый голос, Сергей, кажется, вмиг потерял сознание.       Тогда, у гроба, под ледяным дождём, почерневший от горя Прокопенко с болью смотрел на его руку, до нытья в пальцах стискивающую старенькую «звонилку», и горько качал головой — но отбирать не стал.       Сергей не знает, сколько ещё протянет батарея древней «нокии». Он старается не думать о том, что с каждым новым прикосновением к экрану дорогого смартфона где-то далеко, на расстоянии двадцати километров по прямой и двух метров вниз, в вечной сырой темноте снова и снова начинает возиться побитый, поцарапанный мобильник, светясь зелёными пикселями и противно жужжа. Сергей, сколько себя помнил, ненавидел этот звук из-под подушки, который каждое утро поднимал Игоря на работу. Сейчас он готов затолкать все свои тогдашние упрёки себе же в глотку.       Жужжи. Звони. Гуди часами напролёт, только разбуди его.       Не разбудит.       «...мне сейчас абсолютно некогда говорить. Ловлю преступников не по уставу и продолжаю нарушать служебные инструкции, чтобы город продолжал спать спокойно…»       — Наш город справится без тебя, — шепчет Разумовский в мёртвую трубку, не слыша собственного голоса. — Спи спокойно.       Когда-нибудь аккумулятор всё-таки выдохнется, и этот до боли знакомый голос, смешанный с воем ветра и мигалок, навсегда сменится на безжизненное: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Пока этого не случилось, Сергей сохранил запись автоответчика сотню раз. В памяти смартфона, на бесчисленных жёстких дисках и в каждом облаке, в разделе файлов чрезвычайной важности — верная Марго бережёт эти десять секунд едва ли не больше, чем резервные копии Vmeste.       Случись что — код можно будет написать заново хоть тысячу раз.       Голос Игоря — последнее, что осталось от него на этой земле.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Майор Гром / Игорь Гром / Майор Игорь Гром"

Ещё по фэндому "Майор Гром: Чумной Доктор"

Ещё по фэндому "Майор Гром: Трудное детство"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования