ID работы: 12210530

Rhyolite (to keep you safe)

Слэш
Перевод
PG-13
Завершён
1375
переводчик
J.D. бета
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
24 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
1375 Нравится 25 Отзывы 433 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Примечания:
В комнате темно; единственным источником света является круг восковых свечей, расставленных на холодном полу, а их пламя мерцает и едва успевает осветить самые темные углы комнаты. И пол, и стены сделаны из камня, и, несмотря на все свечи, они сохраняют холод. Солнце палит по другую сторону этих стен, но внутри комнаты морозит. В центре круга свечей лежит Джисон, истекающий кровью на полу. — О, демон, я взываю к тебе, я взываю к твоему духу… Джисону требуется гораздо больше усилий — в чем он не хочет признаваться, — чтобы поднять голову и посмотреть на фигуру в плаще по другую сторону круга. Его голос, кажется, эхом разносится по комнате, когда он читает древний текст, который держит в руках, а лицо под капюшоном облито оранжевым светом от свечей на полу. Он высокий, намного выше самого Джисона, а длинная черная мантия делает его похожим на какого-то жуткого священника из фильма ужасов. «Может быть, сравнение не такое уж далекое», — думает про себя Джисон, снова опуская голову на пол. В конце концов, парень действительно похитил его и порезал ему обе руки, чтобы использовать его кровь в каком-то ритуале, который они сейчас проводят. У Джисона кружится голова, поэтому ему трудно оставаться сосредоточенным на чем-либо. Он закрывает глаза. Если ему суждено умереть вот так, он не хочет видеть, как это произойдет. — Порождение ада, я взываю к тебе… Мужчина так и не заканчивает свою фразу. Внезапный удар эхом разносится по комнате, и сильный порыв ветра почти выбивает книгу из его рук и заставляет капюшон упасть, обнажая лысую голову. Мужчина смотрит на что-то позади Джисона расширенными глазами, но быстро отряхивается и снова открывает рот. — О, нечистый демон, я призвал твою душу, чтобы ты помог мне… — Ты ужасно смелый для того, кто ни хрена не призывал. Второй голос заставил бы Джисона подпрыгнуть, если бы у него оставалось больше энергии. Сейчас же он только и может, что обратить взгляд в ту сторону, откуда доносится голос, не в силах даже поднять голову от земли. Потеря крови действительно сказывается на нем. Он ожидал увидеть демона, ведь именно для этого они здесь, верно? Но чего он не ожидал, так это того, что демон будет выглядеть так… обыденно. Таким обычным. Конечно, Джисон может признать, что его лицо гораздо красивее, чем у обычного человека, с этими идеально очерченными скулами и кошачьими глазами, но в нем нет ничего демонического. Ни третьего глаза посреди лба, ни пламени, извергающегося, когда он открывает рот. Он даже одет в обычную одежду: серую толстовку и темные джинсы. Он вполне мог бы быть кем-то из колледжа Джисона. Человек в длинном плаще несколько раз открывает и закрывает рот. Джисон слишком занят, любуясь красивым лицом демона, чтобы заметить тот факт, что демон на самом деле пристально смотрит на жуткого мужчину, но как только он это осознает, то понимает, почему человек внезапно оказывается неспособным говорить. Если бы демон так смотрел на Джисона, он бы тоже потерял дар речи. — Демон, я вызвал тебя, — снова пытается мужчина. — Я вызвал тебя, и ты связан со мной… — Связан с тобой? — прерывает его демон. — Ладно, во-первых, у меня есть имя, придурок. Не то чтобы ты заслужил право знать его. А во-вторых, не ты меня вызвал. Это сделал он. Демон кивает головой в сторону Джисона, но не отрывает взгляда от лысого мужчины, словно хочет увидеть тот самый момент, когда он поймет, что именно пошло не так. На губах демона играет небольшая ухмылка, как будто он этим наслаждается. — Я… но… но ты… — заикается мужчина, переводя взгляд с Джисона на демона, поскольку он чувствует, что ситуация утекает сквозь пальцы. Книга выскальзывает у него из рук и с глухим стуком падает на пол, но он никак не реагирует. Демон наконец-то переводит взгляд на лежащего на полу парня, рот открыт, словно он собирается что-то сказать, но он делает паузу, когда его взгляд скользит по Хану. — Почему ты порезал ему все руки? Демон практически визжит в этот момент и перешагивает через свечи, чтобы упасть на колени рядом с Джисоном на полу. Его руки парят над чужим телом, как будто он боится прикоснуться к нему. Джисон слишком устал, чтобы сказать ему, что все в порядке. — Девственная кровь! — защищаясь, кричит мужчина. — Для ритуала нужна кровь девственника! Джисон не уверен, галлюцинации это или просто демонские штучки, но глаза демона вспыхивают красным, прежде чем он снова поворачивается лицом к мужчине. — Во-первых, девственная кровь не означает кровь того, кто никогда не занимался сексом. Какого черта демонов волнует, был ли в тебе член или нет, или же твой член был в ком-то другом? Это абсурд! Лысый мужчина отшатывается от гнева в голосе демона, делая шаг назад, чуть не спотыкаясь о собственную мантию. У него нет возможности что-либо сказать, так как демон почти сразу же продолжает: — Девственная кровь означает, что ее никогда раньше не использовали в других ритуалах. Можно использовать свою собственную кровь только один раз за всю свою жизнь — вот что значит девственная кровь. Ты мог и должен был использовать свою кровь, если хотел вызвать меня, тупица. Демон рычит на лысого — он на самом деле чертовски рычит, — и пока мужчина карабкается к двери, демон снова смотрит вниз на Джисона. — Привет, — говорит он, а голос теперь намного мягче, вся злость полностью исчезла из его тона. — Меня зовут Минхо, и твоя кровь призвала меня. Ничего, если я подлатаю твои руки? Возможно, останется шрам, но, по крайней мере, ты не умрешь от моей руки. Это было бы обидно. Ты слишком мил, чтобы умереть до того, как у меня появится шанс узнать тебя получше. Вялый мозг Джисона не воспринимает комплимент, и он бормочет что-то невнятное, но Минхо, похоже, воспринимает это как разрешение продолжать его лечить. Тело Хана уже отключилось, и не прошло и нескольких минут, как его мозг последовал за ним, а весь мир померк.

***

Когда Джисон просыпается, он уверен, что все это было просто дурным сном. Он садится на диван и оглядывается вокруг, видя солнечный свет, льющийся через окно его гостиной. Растения на его подоконнике выглядят такими же, как всегда: яркими и цветущими. Джисон пытается вспомнить, что произошло вчера, но все, что приходит в голову — он пропустил свой последний урок, чтобы вернуться домой раньше. Следующее, что произошло, должно быть кошмаром, потому что нет никакого способа… — Надеюсь, ты не возражаешь, что я ворвался в твою кухню? Джисон поворачивает голову так быстро, что опасается, как бы не свернулась шея. Широко раскрытыми глазами он смотрит на фигуру, стоящую у входа в его кухню, и внезапно вчерашние события перестают казаться ему сном. Его действительно похитили и использовали в ритуале по вызову демона. Джисон опускает взгляд на свои руки и видит злобные красные линии, бегущие по ним. Он поднимает руку, чтобы потрогать недавние раны, и шипит от боли, которая возникает при этом. — Прости за это. Я остановил кровотечение, но не смог полностью исцелить их. У тебя в шкафу есть обезболивающие, хочешь, я принесу их тебе? Джисон почти забыл о Минхо. Его взгляд снова поднялся, и он пялится на демона, который наклоняет голову в ожидании ответа на свой вопрос. Когда Джисон только и делает, что смотрит, Минхо поднимает брови. — Алло? Обезболивающие, да или нет? Джисон снова опускает взгляд на свои руки, пытаясь осмыслить все, что произошло с ним за последние двадцать четыре часа. Он молча осматривает гостиную, а затем снова останавливается на растениях, и тут его осеняет озарение. — Где Фиона? — спрашивает он, поворачиваясь к Минхо. Демон пристально смотрит на него. Когда Джисон ничего не объясняет, он несколько раз моргает и снова наклоняет голову. — Фиона? — повторяет Минхо; похоже, он сбит с толку. — Я должен знать, кто это? — Это моя кошка, — объясняет Джисон, садясь на диван и выпрямляясь. — Она серая, любит сидеть на холодильнике, постоянно грызет мои растения и оставляет следы листьев по всей квартире… На лице Минхо появляется выражение понимания. — Ах, да, я встретил ее сегодня утром! Она очень милая, хотя поначалу относилась ко мне с подозрением. Уверен, что сейчас она сидит на холодильнике. Услышав это, Джисон снова опускается на диван. — О, хорошо. Минхо делает шаг в гостиную, наблюдая за лицом Джисона, как будто ждет, словно тот скажет, что ему нельзя подходить ближе. Когда Хан умолкает, он подходит к дивану и останавливается перед парнем. — Как сегодня твои руки? — спрашивает он. — Ну, я сейчас не истекаю кровью в подвале какого-то жуткого парня, так что я бы сказал, что намного лучше, чем вчера, — Джисон встречается взглядом с Минхо и слегка улыбается. — Кстати, спасибо, что спас меня. — Да. Тот парень понятия не имел, что делает. Большинство людей не знают, если честно. Минхо присаживается рядом с Джисоном и оглядывает комнату, будто он гость, пришедший сюда с визитом, а не демон, который был призван кровью Джисона менее суток назад. — Кстати, мне нравится твой дом. Он очень… уютный. — Спасибо, — прочищает он свое горло. — И что будет теперь? Ты просто… вернешься к себе домой или что-то еще? Минхо поворачивается, встречаясь с ним взглядом. — Нет, — отвечает он. — Теперь я связан с тобой до конца своих дней. Джисон чуть не подавился слюной. — Подожди, что?! Нет, нет, я не хочу… Ты не должен этого делать! Ты можешь вернуться к своей жизни, я не собираюсь держать тебя здесь как заложника! Я не хочу, чтобы ты застрял здесь! Разве я не могу освободить тебя или что-то в этом роде? Минхо ухмыляется и ждет, пока Джисон перестанет болтать. Как только он замолкает, Ли произносит: — Джисон, — Джисон уверен, что никогда не называл Минхо своего имени, но, видимо, тот узнал об этом каким-то другим способом. Его это не удивляет, учитывая тот факт, что Минхо буквально демон. — Я не застрял здесь. У меня до сих пор есть свобода воли, и я все еще могу пойти туда, куда захочу. — Так… Тогда как ты связан со мной? — Твоя кровь была использована, чтобы призвать меня, и она может быть использована снова для этой же цели. Вот почему для ритуалов требуется девственная кровь: как только ты свяжешь свою кровь с демоном, она будет скована с этим демоном навсегда. Ты не можешь использовать свою кровь для вызова более чем одного демона. Теперь твоя кровь связана со мной. — Я бы не хотел вызывать другого демона, — тихо говорит Джисон, но Минхо все равно его слышит. Он растягивает губы в улыбке: — Рад за тебя, потому что это невозможно. Джисон вглядывается в черты лица Минхо, а после коротко кивает. — Хорошо. Думаю, ты хочешь вернуться к своей собственной жизни? — Имею в виду, у меня есть несколько королевских экзаменов, которые мне еще нужно сдать, — говорит Минхо, хотя его это не радует. — Так что да, я, наверное, должен вернуться в Ад. — Королевские экзамены? — повторяет Джисон. — Ты типа демон королевской крови или что-то в этом роде? Минхо ухмыляется, вставая с дивана. Джисон заметил, что он часто так делает — ухмыляется. Это заставляет его выглядеть очень сексуальным, но Хан никогда не признается в этом вслух. — Вроде того. Наверное, можно сказать, что я как принц Ада. Эта ситуация становится все более и более странной. Джисон не может дождаться, когда останется один на несколько часов, чтобы попытаться осмыслить все, что с ним происходит. А происходит многое. — Вау… Это… Джисон пытается найти нужные слова, а Минхо смеется, понимая, что он хочет сказать. — Да, это так, — он делает паузу, как будто что-то обдумывает, а затем снова смотрит в глаза Хану. — Если хочешь, я могу дать тебе пузырек с моей кровью, чтобы ты мог вызывать меня, когда понадобится. Джисон не уверен, для чего ему нужно будет вызывать Минхо, но это выглядит так, словно он скован с демоном без возможности связаться с ним. Тем не менее, он не решается принять это предложение. — Пузырек твоей крови? Мне нужна твоя кровь, чтобы вызвать тебя? Разве ты не связан со мной сейчас, из-за чего я могу просто использовать свою собственную? Минхо тормозит. — То есть, я думаю… — он прерывается и качает головой. — Не знаю, я просто подумал, что было бы неплохо не резать тебе руку снова, чтобы вызвать меня. — О. — Да. Это действительно имеет смысл, и Джисон рад, что Минхо подумал об этом, потому что он сам точно не думал. Хан не хочет проходить через что-то подобное тому, что ему пришлось пережить в подвале того жуткого парня, только чтобы снова увидеть Минхо, если тот может помочь. — Ну, тогда, наверное, это неплохая идея? Лицо Минхо светлеет.

***

Джисон носит кофты с длинными рукавами до конца лета, по крайней мере, когда он находится на людях. Его друзья бросают на него обеспокоенные взгляды, когда подобное происходит в первый раз, но в конечном итоге они достаточно тактичны, чтобы не спрашивать. Единственный человек, которому Джисон рассказывает всю историю, — это Чан, потому что Чан ведет себя с ним как настоящий родитель, в отличие от его биологических. Чан знает почти обо всем, что происходит в жизни Джисона, так почему бы ему не узнать и об этом? На самом деле, Чан не единственный, кому он рассказывает эту историю. Хенджин, бывший враг Джисона, похоже, обладает своего рода радаром, который определяет, когда Хан был кем-то обижен, и, чтобы спасти себя от взглядов Хенджина, Джисон предлагает ему вкратце рассказать о том, что произошло. Не так подробно, как он рассказывает Чану, но достаточно, чтобы Хенджин перестал волноваться. К началу осенних занятий прошло более двух месяцев с тех пор, как он видел Минхо, и Джисон наполовину уверен, что все это было лихорадочным сном. Единственное, что говорит об обратном, — это шрамы на руках, и иногда ему удается убедить себя, что это просто царапины от Фионы, когда у нее был плохой день. Затем он смотрит на пузырек с кровью Минхо, который он стал носить на шее, и другого объяснения не находит, поэтому он вынужден признать, что все это действительно произошло. — Джисон? Прием? Сынмин машет рукой перед лицом Джисона, прерывая ход его мыслей и заставляя его вернуться в настоящее. Хан гримасничает, когда Сынмин отдергивает руку и прислоняется спиной к скамейке, на которой они сейчас сидят. — Прости, — бормочет Джисон. — Что ты хотел сказать? Сынмин бросает на него взгляд, но потом решает, что с Джисоном все в порядке, и продолжает говорить: — Мы могли бы встретиться в одной из комнат с фортепиано, когда у тебя будет готов текст, и вместе придумать аккорды и мелодию, если ты не против. — Да, звучит неплохо. Джисон и Сынмин выполняют совместный проект по написанию песни на одном из общих занятий, поскольку они учатся в одном колледже и оба специализируются на музыке. Хан должен написать песню для Сынмина, но они решили, что оба займутся сочинением, а затем споют ее дуэтом. Поэтому они сейчас здесь. — Пятница тебя устраивает? — спрашивает Сынмин. — У меня нет занятий во второй половине дня. — Конечно! Тогда после обеда? — Звучит неплохо, — Сынмин смотрит на свой телефон, затем снова на Джисона, и улыбается, замечая, что Джисон следит за его взглядом. — Извини, я жду звонка от своего парня. Он сказал, что зайдет позже. — Иди! — говорит Джисон, ухмыляясь, и пытается отмахнуться от Сынмина, словно он какая-то надоедливая птица, а не один из его близких друзей. — Мне нужно продолжать работать над текстом, и мы уже закончили строить планы, так что иди и позвони ему! Сынмин смеется, когда Джисон практически сталкивает его со скамейки, прося еще раз убедиться, что Хан не против, а затем уходит и исчезает в толпе студентов. Сынмин нечасто видится со своим парнем, поскольку он ведьма, а его парень — демон, а Джисон хочет, чтобы его друг был счастлив. Он никогда не встречался с парнем Сынмина, но они делают друг друга счастливыми. Он это знает. После ухода Сынмина Джисон некоторое время наблюдает за всем, что происходит вокруг него в кампусе. У него есть представление о том, как он хочет, чтобы звучали эти тексты, но это еще не что-то осязаемое, поэтому он позволяет своему разуму блуждать в ожидании вдохновения. В тот момент, когда он достает блокнот, чтобы начать писать, склонившись над своей сумкой на земле, над ним появляется силуэт, загораживающий солнце и отбрасывающий тень на скамейку, где он сидит. — Хан Джисон. Джисон поднимает голову, которая немного кружится, поскольку кровь слишком быстро приливает в мозг, и ему требуется секунда, чтобы понять, что с ним говорит незнакомец. Он хмурится. — Эм, привет? Мы знакомы? Парень перед ним высок и строен, что немного пугает, тем более, что взгляд у него не совсем дружелюбный. На самом деле, он выглядит взбешенным. — Воу! — кричит Джисон, когда парень хватает его за руку и резко тянет вверх. У него нет возможности сопротивляться, так как незнакомец тащит его за собой, не останавливаясь, пока они не оказываются на лужайке за скамейкой, частично скрытой несколькими деревьями. Их не видно из здания колледжа, и Джисон думает, что это, вероятно, сделано специально. Что бы ни желал этот парень, он не хочет, чтобы об этом кто-то знал. — Это ты сделал моего брата геем. Джисон слишком долго не может вспомнить, кого напоминает ему этот парень. Он никогда раньше не видел этого человека, но что-то в его лице кажется ему смутно знакомым, и Хан пугается, когда понимает, о чем идет речь. Он не очень любит заводить отношения, но в прошлом семестре у него был один парень. Они просто целовались, а потом тот парень попросил Джисона никому об этом не рассказывать, так как он еще никому не признался, и Хан согласился. После этого они больше никогда не общались. Нетрудно догадаться, что произошло. Человек, который сейчас перед ним, — брат того, с кем он целовался несколько месяцев назад, а парень с вечеринки, очевидно, больше не скрывает свою ориентацию. Джисон едва успевает понадеяться на то, что парень в безопасности, раз уж он решил все рассказать, учитывая, что от его брата исходят очень гомофобные флюиды, прежде чем тот отталкивает его. — Ты не собираешься ничего говорить, а? Он смотрит на Джисона, который отходит от него, пытаясь не споткнуться о собственные ноги. Он смутно ощущает, как что-то мокрое стекает по его груди, но его разум слишком занят этим гомофобом, чтобы думать о том, что это может быть. — Эй, прекрати, давай поговорим об этом! — пытается Джисон. — Я не делал твоего брата геем, это так не работает. Неправильно подобранные слова. Парень рычит на Джисона, а тот вздрагивает. Это было бы слишком просто. Джисон ведьма — не то чтобы он часто пользовался своей магией, — поэтому достаточно было бы произнести несколько слов шепотом, и он был бы в безопасности, но сейчас ему не хочется выставлять себя ведьмой, да и идея использовать свою магию против другого человека ему не по душе. Это неправильно, независимо от того, что этот человек ему сделал. Парень поднимает кулак, и Джисон как раз собирается подготовить заклинание, чтобы защититься, поскольку у него уже нет выбора, когда их прерывает голос: — Я бы на твоем месте не стал этого делать. Не знаю, заметил ли ты, но Хан-и сейчас сожжет твои волосы. У Минхо непринужденное выражение лица, руки в карманах, будто сцена, с которой он сейчас столкнулся, совершенно нормальна. Единственное, что выдает его чувства на самом деле, — его горящие глаза. Высокий парень настолько отвлекся на внезапное появление Минхо, что не заметил, как Джисон отошел от него в сторону Ли. Минхо делает несколько шагов ближе и обхватывает Хана за плечи, словно защищая. Пока парень еще не оправился от неожиданности, Минхо наклоняется к Джисону и бормочет ему на ухо: — Ты не рассердишься, если я выверну его кожу наизнанку? Джисон поворачивается и смотрит на него. — Да, рассержусь! Не делай этого! Минхо надувается, но кивает. — Ладно, хорошо. Достаточно ли будет, если я сотру его воспоминания? Я бы не хотел, чтобы он приходил за тобой и снова пытался тебя избить. — Ты можешь это сделать? Джисон смотрит на него широко раскрытыми глазами, но Минхо уже не обращает на него внимания, поворачиваясь к парню перед ними. Он что-то бормочет себе под нос, слегка взмахивает рукой, и парень падает. — Минхо! — восклицает Джисон, глядя на потерявшего сознание парня со смесью ужаса и восхищения. Не похоже, что ему стерли память, а скорее выглядит так, словно он просто дремлет на траве. Джисон делает шаг вперед, чтобы посмотреть на парня, и Минхо вынужден сбросить свою руку с его плеч. — Не беспокойся о нем, с ним все будет в порядке, — Минхо делает шаг назад, чтобы получше рассмотреть Джисона, и его взгляд становится таким напряженным, что Хан вынужден сдерживать дрожь, когда замечает его. — Ты в порядке? Он ведь ничего тебе не сделал? Взгляд Минхо останавливается на чужой груди, и Джисон смотрит вниз, наконец-то вспоминая о влажности, которую он почувствовал ранее. К его удивлению, грудь покрыта кровью. — Я… — начинает он, и тут к нему возвращаются воспоминания. — Он толкнул меня. Думаю, пузырек разбился. Минхо моргает. — Пузырек? Ты имеешь в виду тот, в котором была моя кровь? Джисон кивает. — Она висела у меня на шее. Не знаю, мне показалось небезопасным оставлять ее где-то… — Ты уверен, что все это моя кровь? Осколки могли проткнуть твою кожу, когда пузырек разбился, и часть крови может быть твоей. Джисон не уверен, почему Минхо так беспокоится об этом, но, возможно, он чувствует себя виноватым. Это самое логичное объяснение, которое он может придумать на данный момент. — Даже если и так, ничего страшного, ведь это не больно. Я буду в порядке. Рубашка просто немного липкая. — Хочешь, я провожу тебя до дома, чтобы ты мог взять чистую рубашку? Хан несколько мгновений таращится на лицо напротив, пытаясь понять, насколько серьезен сейчас Минхо. Когда в выражении его лица ничего не меняется, он кивает. — Да, было бы неплохо. Спасибо.

***

Прогулка от колледжа Джисона до его квартиры занимает пятнадцать минут, и большую часть этого времени они идут молча. Только когда они проходят мимо подъезда Феликса — еще одного близкого друга Джисона, который живет всего в одном квартале от него, — он начинает говорить: — Иногда мне кажется, что все это был сон, галлюцинация или что-то в этом роде, — признается он, не глядя на Минхо. — Я не знаю, с того дня все было так нормально. Просто… не знаю. Когда я думаю об этом, мне кажется, что это нереально. Минхо не поворачивает голову к нему, продолжая смотреть вперед, но Джисон знает, что тот его услышал. Не может быть по-другому. — Я рассказал о тебе своей семье, когда вернулся домой в тот день, — в конце концов говорит Минхо. — Это, знаешь ли, большое дело — вызывать демонов. — И как они отреагировали? — спрашивает Хан. Он ожидал, что Минхо скажет, что они были расстроены или разочарованы тем, что Джисон не пытался вызвать Минхо, но вместо этого он видит, как на лице Минхо появляется улыбка. — Моя мама злилась, что я не взял твой номер. Она хочет встретиться с тобой, думаю. Я сказал ей, что знаю, где ты живешь, поэтому могу просто вернуться и попросить твой номер, но мой младший брат сказал, что это будет жутко, так что да. Он решил, что мне стоит подождать, пока ты сам вызовешь меня. — Я не буду против, если ты придешь ко мне в гости, — Джисон не понимает, о чем он говорит, пока не произносит это вслух, и поворачивается, чтобы встретиться взглядом с Минхо; они оба одновременно останавливаются. — Я в курсе, что не знаю тебя, но ты хороший. Ты спас меня уже дважды. И ты нравишься моей кошке, так что вот так. — Я пришел только потому, что ты меня вызвал, — говорит Минхо, а для Хана это звучит так, будто он пытается преуменьшить значение своих собственных действий. — Как я уже сказал, я не против, если ты придешь меня навестить, — он ждет, пока Минхо посмотрит на него, прежде чем продолжить: — Тебе не нужно ждать, пока я вызову тебя в следующий раз. Ты можешь просто прийти, или мы можем узнать номера друг друга, чтобы иметь возможность планировать встречи. Минхо улыбается. — Да, хорошо. С удовольствием.

***

После этого Джисон никогда не сомневался, было ли то, через что он прошел, реальностью или нет. Видимо, в Аду нет проблем с интернетом, потому что Минхо пишет ему ежедневно, а иногда и не один раз. Чаще всего он ведет светскую беседу, задавая вопросы вроде «как дела» или «что ты сегодня делаешь». Иногда он присылает фотографии камней странной формы и говорит глупости вроде «он похож на тебя». Джисон сходства не замечает, но все равно подшучивает над этим. Джисон в некотором роде лицемер, потому что, как бы он ни высмеивал Минхо и его странные камни, он не может сказать, что сам он лучше. Однажды он послал Минхо фотографию белки с подписью: «Смотри, я нашел своего близнеца!» Минхо ответил: «Что это за хрень?». И так Джисон узнал, что в аду нет белок. Довольно странная деталь, но забавно наблюдать за замешательством Минхо, когда он пытается понять, что за странное существо прислал ему Джисон. Иногда, когда они переписываются, Минхо спрашивает, может ли он приехать, и до сих пор Джисон каждый раз отвечал положительно. Для начала это странно. Они не знают друг друга, и всегда трудно найти темы для разговора, когда не знаешь человека, но если Джисон обычно чувствует себя неловко в незнакомой компании, то Минхо явно не такой. В первый раз, когда он приходит, он просит — скорее, требует — у Джисона рассказать ему три факта о себе, а затем предлагает то же о себе в ответ. Они сидят на полу в Джисоновой гостиной, по обе стороны от журнального столика, и Хан несколько секунд размышляет, пытаясь придумать, что сказать. — Я одержим чизкейком, музыка моя жизнь, и я не переношу острую пищу. Минхо кивает, улыбаясь. — Вот видишь! Я уже чувствую, что знаю тебя гораздо лучше. Джисон смеется над этим, а затем просит Минхо поделиться своими фактами. — Ну… Я люблю острую пищу, но обещаю, что не буду делиться ею с тобой. Не люблю многие фильмы, но мне нравятся ужастики, и я люблю кошек больше, чем большинство людей. — Тебе нравится Фиона больше, чем я? — спрашивает Джисон, не успевая остановить себя. Он отводит глаза, как только вопрос слетает с его губ, и занимает себя тем, что смотрит на растения на подоконнике. Джисон не может вспомнить, поливал ли он их сегодня. Может быть, ему стоит это сделать? — Хан-и, — говорит Минхо, а Джисон чувствует, что вынужден снова посмотреть на него. На лице Минхо улыбка. — Ты исключение. Джисон не может сдержать улыбку и изо всех сил старается не покраснеть, но, несмотря на все усилия, он чувствует, как его щеки пылают. — Хорошо, — это все, что он говорит.

***

Большую часть времени они проводят в квартире Джисона, но в последнее время стали выходить на улицу вместе. Сейчас середина октября, и солнечный свет потерял львиную долю своего тепла. Минхо появляется у входной двери Хана в кожаной куртке, которая слишком хорошо на нем смотрится, из-за чего Джисон вынужден отвернуться, цепляя Минхо за руку и выходя за дверь. Минхо дал ему новую пробирку с кровью, и Джисон носит ее на шее, пряча под тканью толстовки. Благодаря своему упрямству Хан убедил Минхо принять пузырек с его собственной кровью тоже, и демон носит его на шее, несмотря на попытки убедить парня в том, что в этом нет необходимости. Узнав, что Минхо действительно может использовать кровь Джисона для вызова, он не мог позволить ему одному отдавать пузырек своей крови. — Как прошел ваш проект с Сынмином? — спрашивает Минхо, поскольку Джисон много говорил об этом на прошлой неделе. В связи с приближением срока сдачи проекта Джисон был вынужден тратить много времени на сведение трека, и ему не удавалось часто разговаривать с Минхо. — Великолепно! Думаю, мы уже закончили. Я отправил трек Чану на замечания, но ему нечего сказать. — Это замечательно. — А что насчет тебя? Чонин все еще пытается убедить всех, что ты умер? Чонин — младший брат Минхо, и создается впечатление, что они всегда ссорятся. Редко бывает что-то серьезное, просто подшучивание между двумя братьями, которые всю жизнь провели вместе. Сейчас же Чонин пытается убедить людей в своем королевстве в Аду, что его брат мертв, к большому раздражению самого Минхо. — Уже нет. В последнее время я так много путешествую, что, думаю, все уже видели меня на улицах. Никто больше не верит Нин-и. Джисон смеется. — О, как жаль. В этот раз я действительно болел за твоего брата. Минхо игриво толкает его плечом, а Джисон крепче вцепляется в его руку, чтобы не упасть, заставляя старшего засмеяться. Когда они снова успокаиваются, Джисон смотрит на Минхо, на чьем лице появляется улыбка. — Если ты вытолкнешь меня на улицу, я заберу тебя с собой. Минхо хмыкает. — Да, я в этом не сомневаюсь. Джисон тянет его за собой через перекресток, и Минхо впервые оглядывается вокруг с тех пор, как они покинули квартиру. Он не так много времени проводит в мире людей и определенно не знаком с улицами Сеула. Минхо совершенно не понимает, где они сейчас находятся. — Наверное, мне следовало спросить об этом раньше, но куда ты меня ведешь? Джисон ничего не отвечает, только ускоряет шаг и ухмыляется Минхо. — Тебе понравится, обещаю. Не волнуйся. У Минхо не остается выбора, кроме как позволить утащить себя, но вскоре Джисон замедляет шаг и останавливается перед дверью. Она сделана из темного дерева, и на ней нет никаких знаков или чего-то еще, что могло бы стать подсказкой того, что находится по ту сторону. Джисон ухмыляется Минхо и открывает дверь. Сначала это напоминает книжный магазин. Вдоль стен стоят книжные полки, до краев заполненные литературой, и хотя помещение не очень большое, оно вмещает в себя сотню разных миров. Минхо заходит в здание вслед за Джисоном, и дверь за ним закрывается. Большая часть света исходит от небольшой люстры в середине комнаты. Свечи на ней настоящие, а комната освещена светом огня. — Где мы? — спрашивает Минхо низким голосом. Джисон жестом показывает на дверь по другую сторону комнаты, между двумя книжными полками, которую Минхо сначала не заметил. — Мы идем туда, — говорит ему Джисон, что не совсем отвечает на вопрос Минхо, но он считает, что рано или поздно в любом случае все узнает. — Разве здесь не должен быть кто-то? — спрашивает он, пока они проходят комнату, глядя на пустой стол, стоящий справа от них. Похоже, что именно там должен находиться кассовый аппарат, если это книжный магазин, но стол пуст, и в комнате больше никого нет. — Это место принадлежит моим друзьям, — отвечает Джисон и ведет Минхо через открытый дверной проем в задней части помещения. И снова это не является ответом на вопрос Минхо. Следующая комната, в которую они входят, сильно отличается от первой. Это больше похоже на кафе, хотя Минхо до сих пор не видит ни одного места, где можно было бы за что-нибудь заплатить. По всей комнате расставлены мягкие кресла и диваны, а между сиденьями стоят маленькие круглые столики, и это занимает почти всю комнату. И на левой, и на правой стене есть двери, но они закрыты. — Это кафе, — говорит Джисон, подводя его к одному из столиков. — Предыдущая комната — книжный магазин. Или, ну, это больше похоже на библиотеку. Можно торговать книгами, если хочешь, но большинство людей просто берут их взаймы. На самом деле, я не уверен, что все это считается магазином, потому что тут ни за что не платишь. Это больше похоже на место для тусовок ведьм. — Тогда почему здесь пусто? Джисон улыбается и жестом приглашает его сесть в одно из кресел, присаживаясь напротив него. — Потому что сейчас это место технически не открыто. Один из моих друзей, Чан, иногда проводит уроки магии вон в той комнате, — Джисон показывает жестом на одну из закрытых дверей, — а Чанбин использует эту комнату для работы над зельями. Он поворачивается и машет рукой в сторону второй двери. — Так что, да, — продолжает Джисон. — Пару дней назад я спас несколько бездомных кошек и оставил их здесь, потому что они были слишком напуганы Фионой, чтобы оставаться в моей квартире. Я подумал, что, может быть, ты захочешь с ними познакомиться? — С кошками или твоими друзьями? — С кошками. Не думаю, что мои друзья сейчас здесь, но я не удивлюсь, если Чан снова заснул в рабочей комнате, — Джисон встает со своего места и усмехается. — Подожди здесь, я пойду за кошками. Пока Джисон исчезает за дверью, где, по его словам, Чан проводит уроки магии, Минхо осматривает комнату. Окна есть только в одной стене, а подоконники заставлены цветочными горшками. Зеленые лианы вьются по темному деревянному полу, а обилие цветов, похоже, дело рук ведьм, ведь в квартире Джисона все точно так же. А может быть, это просто дело рук Джисона. Возможно, именно он украсил это место, ведь он дружит с хозяевами. Проходит не более минуты, и Джисон снова открывает дверь, но на этот раз не закрывает ее за собой. Вместо этого он приседает на пол, и Минхо видит двух кошек позади него. Джисон пытается выманить их из комнаты. Это занимает немного времени, но в конце концов оба питомца решаются прыгнуть в неизвестность и подходят к Минхо за столом, настороженно глядя на него. Они оба рыжие с белыми пятнами, но пятна разные, и их легко отличить. Пока Минхо наклоняется, чтобы дать им понюхать свою руку, он видит, что Джисон не подошел вместе с котами к нему, а по-прежнему сидит на полу у двери. Минхо замечает, что есть и третий кот, немного меньше первых двух. Джисон поворачивает голову и встречается взглядом с Минхо, улыбаясь ему совершенно лучезарно. — О, эти двое — Суни и Дуни! — говорит Джисон, когда видит, что первые две кошки стоят у ног Минхо. — Суни более рыжий, а у Дуни мордочка белее. Суни подходит очень близко к Минхо, поэтому он наклоняется, чтобы взять его на руки, и кот безропотно позволяет себя поднять. На другом конце комнаты Джисон берет Дори на руки и подходит к нему с крошечным котенком. Он снова садится напротив Минхо, на этот раз их окружают три кошки. — Если хочешь что-нибудь поесть, я могу сходить за чем-нибудь на кухню. Я знаю, где они прячут чизкейк. Джисон ухмыляется, и Минхо не может сдержать улыбку от его озорного тона. — Да, знаешь, — комментирует он. — Конечно. Чизкейк звучит неплохо. Оказывается, это один из самых приятных дней Минхо за долгое время, и не только из-за кошек.

***

С Минхо легко. Чем больше они узнают друг друга, тем лучше они ладят, а та катастрофическая первая встреча, кажется, почти вылетела у них из головы. Однако, несмотря на то, что они не говорят о том, как были связаны друг с другом через кровавое подношение, Джисон все еще видит кошмары о похищении. Он вскакивает всякий раз, когда идет по улице и рядом с ним тормозит машина, и хотя он пытается объяснить это тем, что он просто пугливый, на самом деле все гораздо серьезнее. Минхо спрашивал его, сообщал ли он о похитившем его парне, но Джисон не делал этого. Отчасти потому, что не может объяснить, что произошло, и еще потому, что не знает, как объяснить полицейскому, что демоны существуют, и что его кровь была использована для вызова одного из них. Джисон просыпается, задыхаясь, и сбрасывает с себя одеяло. Комната, в которой он очнулся, такая же темная, как и та, что была в его сне. Он почесывает шрамы на руках, уверенный, что ощутит кровь, и впивается ногтями в кожу. Наверное, останутся следы, но ему нужно убедиться, что это реальность, и то, что ему только что приснилось, было не более чем кошмаром. Он протягивает руку и нащупывает край тумбочки, даже не трудясь включить свет и пытаясь найти свой телефон, чтобы позвонить Чану. Вместо этого его пальцы нащупывают что-то холодное, и прежде чем он успевает сообразить, к чему прикасается, он бросает это на пол. Пробирка с кровью Минхо, понял Джисон секунду спустя. Он уже в панике, и звук бьющегося стекла только взбудораживает его. Звук негромкий, но в тишине его спальни он кажется оглушительным. Он подтягивает ноги к телу, обнимает их руками и зарывается лицом между коленями, пытаясь набрать воздуха в легкие. Вдох получается коротким, и он быстро теряет связь с реальностью. Влага с его лица остается на коленях, когда он прижимает их к глазам. Вероятно, слезы. Хан уверен, что сейчас он, наверное, выглядит ужасно, но трудно думать об этом, когда он едва чувствует свое присутствие. — Эй-эй, ты в безопасности. На его плечо опускается рука, и Джисон отпрыгивает назад, глядя на человека, стоящего перед с ним. Он не сразу узнает Минхо, его сознание отказывается видеть что-либо, кроме лица похитителя, но как только зрение проясняется, он снова опускает голову на колени. — Прости, я должен был сначала спросить. Могу я до тебя дотронуться? Джисон едва может дышать, не говоря уже о том, чтобы говорить, поэтому он просто кивает. Рука Минхо снова ложится ему на плечо, и он чувствует, как прогинается матрас, когда Минхо садится рядом с ним. Они молчат. Минхо немного передвигается и устраивается у изголовья кровати Джисона, его рука по-прежнему лежит на плече Джисона. Проходит несколько минут, прежде чем Джисон перестает чувствовать, что вот-вот потеряет сознание. Странно, но присутствие Минхо не мешает ему успокоиться, как это бывает с большинством людей. По какой-то причине с Минхо все иначе. Может быть, это потому, что Минхо уже видел его на грани смерти, а может быть, дело в чем-то другом. Джисон не знает. — Чувствуешь себя лучше? — спрашивает Минхо, голос которого тих, как будто он не хочет нарушать тишину ночи, окружающую их. Джисон поднимает голову и вытирает лицо, после чего снова кивает. — Думаю, да. Да. Его голос хриплый как от паники, так и ото сна, и Минхо смотрит на него несколько секунд. В его глазах есть что-то, что Джисон не может истолковать. Беспокойство? Нежность? — Спи, — говорит он, перекладывая руку с плеча Джисона на его голову и поглаживая ее. — Я буду здесь, когда ты проснешься. Джисон слишком устал, чтобы спорить. Он ложится на кровать рядом с Минхо и устраивается поудобнее, а Ли подстраивает свое положение так, чтобы продолжать играть с волосами Джисона. Так Джисон засыпает, окруженный теплом Минхо.

***

— Я вообще-то хотел извиниться перед тобой за кое-что. Наступило следующее утро, и Джисон проснулся оттого, что Минхо ждал его на кухне, готовя завтрак для них обоих. Это было лучшее утро за долгое время, а он проснулся всего десять минут назад. Они сидят по обе стороны кухонного стола Джисона, едят приготовленную Минхо еду, и внезапно Хан прекращает есть и смотрит на Минхо, не в силах осмыслить сказанные слова. Он не может понять, за что Минхо должен извиняться, и спешит сказать ему об этом: — Но ты же не сделал ничего плохого? Минхо ерзает на своем месте и кладет палочки для еды. Его взгляд блуждает по кухне и смотрит на все, кроме Джисона. — Ну, я думаю, я воспользовался тобой в некотором смысле? Он говорит очень неуверенно, поэтому Джисон просит его объяснить. — Среди демонов есть традиция давать своему любимому пузырек своей крови, чтобы он носил его на шее. Отчасти для защиты, а отчасти просто как символ вашей преданности друг другу. Так поступают только в случае серьезных отношений или очень близких друзей, поэтому я прошу прощения за то, что дал тебе пузырек при первой встрече. Это было неуместно. Прости. — Да все круто, наверное. Минхо поднимает глаза и смотрит на Джисона. У него снова такой пристальный взгляд, от которого Хан начинает дрожать. — Круто? — повторяет он, после чего хмурится. — Ты уверен? Разве ты не должен быть более расстроенным из-за этого? Джисон пожимает плечами. — Я имею в виду… может быть? Не знаю, может, я просто не понимаю ваших традиций. Может, у нас с тобой и нет серьезных отношений, но ты был очень предан этой дружбе, так что не знаю, я не вижу в этом проблемы. И поскольку Минхо все еще смотрит на него так, будто у него выросла вторая голова, он не может не добавить: — Кроме того, я уже знаю, что я тебе симпатичен. Просто скажи, что пытаешься со мной пофлиртовать, и уходи. Это, кажется, выводит Минхо из ступора, и он поднимает брови. — О, да? Это я в тебя влюблен? Ты что, забыл, сколько раз я ловил тебя на том, что ты смотришь на меня? Джисон пренебрежительно машет рукой, пытаясь скрыть жар, который пробирает его лицо. — Это ничего не доказывает, — говорит он, хотя доказывает многое. — Я не слепой и могу сказать, что ты красивый. Но это ничего не значит. То, как Минхо ухмыляется, говорит об обратном. — Да? Ты считаешь меня красивым? Джисон простонал. — Заткнись или я возьму свои слова обратно! Минхо смеется, но, видимо, жалеет его, потому что перестает дразниться и возвращается к еде. До конца трапезы все проходит спокойно, но, пока Минхо убирает за ними, Джисона посещает еще одна мысль. — Минхо? — зовет он. Минхо оборачивается и смотрит на него с того места, где он стоит у раковины. — Да? — Значит ли это, что ты не достанешь мне новый флакон? Минхо заканчивает мыть тарелки и выключает кран, собираясь вытереть руки об одно из кухонных полотенец Джисона, прежде чем наконец ответить. — Но если тебе это неприятно, то, наверное, я не должен… — Это не так. Правда. Минхо смотрит на него несколько секунд, как бы пытаясь определить, лжет тот или нет, а затем коротко кивает. — Хорошо. Тогда я дам тебе новый. Джисон улыбается ему в ответ. — Спасибо!

***

— А демоны празднуют Рождество? Сейчас начало декабря, и Джисон ведет Минхо на экскурсию по городу. Минхо продолжает настаивать на том, что он уже видел город за те месяцы, что они встречались, но Джисон отказывается это признавать, утверждая, что совершенно другое впечатление, когда все покрыто снегом. Минхо только притворяется, что его это раздражает, поэтому он легко позволяет Джисону выиграть этот спор. Сейчас они гуляют по одному из парков, в руках у каждого из них по чашке горячего какао. Многие деревья украшены гирляндами, и парк выглядит как будто из сказки. — Не совсем Рождество, — отвечает Минхо, делая глоток какао. — В Аду другая погода. Снег никогда не выпадает, но зимой становится холоднее, и у нас есть нечто под названием Уинтерфест, который мы празднуем. — Хотел бы я навестить тебя там, — надувая губы, говорит Джисон. У них уже был подобный разговор. Это была одна из первых их встреч, и Минхо рассказывал Джисону о том, что такое Ад, когда парень спросил, можно ли ему посетить дом Минхо. — На несколько часов и только раз в месяц, — отвечает Минхо с грустной улыбкой. — Это как радиация, или загрязнение воздуха, или что-то в этом роде. Человеческие тела не могут с этим справиться. Ты бы, наверное, смог продержаться подольше, поскольку ты ведьма и все такое, но я бы не хотел, чтобы ты рисковал своим здоровьем. Минхо правда не хочет рисковать здоровьем Джисона, но он также хотел бы показать Джисону свой дом. Может быть, в будущем, когда он закончит королевскую учебу и его отца больше не будет рядом. Его отец — не очень приятная личность, и он не хочет рисковать, не хочет, чтобы тот столкнулся с Джисоном. Пока его отец в Аду, он ни за что не приведет туда Джисона. Это слишком опасно. — Когда будет безопасно, обещаю, я покажу тебе свой дом, — говорит Минхо, и лицо Джисона светлеет. Это восхитительно, как легко определить, что именно чувствует Джисон. Если он счастлив, он улыбается. Если ему грустно, он показывает это. Не нужно гадать, что он чувствует. Ну, за исключением одного аспекта: те чувства. Романтические. И Минхо не может просто так взять и спросить Джисона, есть ли у него романтический интерес к нему, потому что будет слишком неловко, если ответ будет отрицательным, а Минхо не готов рисковать дружбой, которую они стабильно строили в течение последних нескольких месяцев. Может быть, позже, когда придет время. Пока же он счастлив просто прогуливаться по парку рядом с Джисоном, смотреть на снег и гирлянды и потягивать горячее какао, которое Джисон купил для них.

***

Еще только февраль, но снег уже тает. Может быть, это просто более жаркий год, чем обычно, а может быть, это из-за изменения климата, но тем не менее это происходит. Джисон спускается по лестнице из своего дома и нагибается, чтобы собрать немного тающего снега в стеклянную банку, затем закручивает ее и снова встает. Он приносит растаявший снег к себе в квартиру, где берет с кухонного стола небольшой риолит, который затем бросает в банку вместе с растаявшим снегом. В тот момент, когда он заканчивает свое увлекательное дело, раздается стук в дверь, и Джисон вскакивает с улыбкой на лице. Минхо едва успевает произнести «привет», как Джисон обхватывает его руками, душит в объятиях и почти втаскивает их обоих в коридор. Проходит мгновение, прежде чем Минхо обнимает его в ответ, пытаясь разобраться в том, как Джисон вдруг оказался рядом с ним. — Привет, — говорит Джисон, когда они отстраняются друг от друга, и ухмыляется Минхо. Он хватает старшего за руку и затаскивает его в квартиру, прежде чем тот успевает ответить, закрывая за ними дверь. Минхо поднимает брови. — Чего это у тебя сегодня такое хорошее настроение? — спрашивает он, пока Джисон ведет его к кухонному столу, где он практически силой усаживает Минхо на место и жестом показывает на банку, стоящую в центре стола; Минхо хмурится. — Я что, должен знать, что это такое? — Это риолит в талом снегу! — взволнованно говорит ему Джисон, подбегая к кухонному столу, где он берет кусок нитки. Минхо с любопытством наблюдает за ним. — Ты делаешь браслет или что-то вроде того? — Да! Джисон, кажется, доволен, что Минхо так быстро догадался, хотя Минхо все еще не знает, что особенного в камне или талом снеге. Он присаживается рядом с Минхо и протягивает ему нитку. — Я делаю тебе браслет. Можешь надеть его на запястье и сказать, сколько мне нужно отрезать, чтобы он был тебе по размеру? Минхо моргает, принимая нитку от Джисона, и смотрит на нее так, будто никогда раньше не видел кусок черной нитки. Он переводит взгляд на Джисона, который ободряюще кивает ему, а затем делает то, что сказал парень, и надевает нитку на запястье. — Примерно здесь, — говорит он, передавая нитку обратно Джисону и держа ее в том месте, где она должна быть отрезана. — Заметано. Джисон встает, берет ножницы и отрезает ее, затем кладет ножницы на стол и тянется к банке. — Не то чтобы я не ценю это, потому что все ровным счетом наоборот, но зачем ты вымачиваешь камень в снегу? — спрашивает Минхо, наблюдая за тем, как Джисон несколько раз встряхивает банку. — Ну, — начинает Хан, — из-за магии. Минхо хмурится. — Что? — Я делаю для тебя не просто браслет, я делаю талисман. Магия в нем защитит тебя от боли. Его нужно пропитать первыми признаками весны, что означает либо талый снег, либо свежие цветы, но у меня сейчас был только талый снег. Это действительно одна из самых добрых вещей, когда-либо сделанных для Минхо, и он не знает, как выразить свою благодарность словами, но Джисон имеет способность понять его даже тогда, когда он не может найти подходящих слов. — Спасибо, — бормочет он, наблюдая за тем, как Джисон откручивает крышку банки. Джисон поворачивается и улыбается ему, после чего высыпает содержимое банки на кухонный стол, и Минхо едва успевает приподняться на локтях, как на него сыпется поток талого снега. — Прости, — говорит Джисон, хотя его слова звучат не очень раскаянно. Он достает камень из водяного месива, и Минхо замечает, что тот блестит так, как, по его мнению, камни не должны блестеть. Джисон прикладывает указательный палец к камню и что-то бормочет. Минхо не понимает, что происходит, пока Джисон не достает нитку, чтобы завязать риолит, и в камне вдруг появляется маленькое отверстие, которого раньше не было, что позволяет легко надеть его на нитку. Заканчивая завязывать узел, он протягивает его Минхо с яркой улыбкой. — Вот, примерь! Минхо берет его и натягивает на руку. Он задается вопросом, не наложил ли Джисон еще какое-нибудь заклинание, потому что, похоже, оно магическим образом подстраивается под его запястье, а также облегает по форме его руку, когда он надевает и снимает его. Он снова смотрит на Джисона и мягко улыбается. — Выглядит отлично, Хан-и. Спасибо.

***

Сейчас неподходящий момент, но Джисон не уверен, что когда-нибудь наступит время лучше, поэтому он пытается отогнать все сомнения, которые у него могут быть, прежде чем разбить пузырек. Сейчас два часа ночи, он слишком плохо спит, чтобы вести разговоры, и Минхо наверняка спит, но если он не сделает это прямо сейчас, Джисон не уверен, что сделает хоть когда-либо. Минхо обладает способностью телепортироваться между Землей и Адом, и вот он появляется посреди гостиной Джисона. Нет ни огромного взрыва, ни вспышки света, только небольшой порыв ветра проносится по комнате, прежде чем его глаза находят Джисона. — Что случилось? — первое, что говорит Минхо. — Мне грустно, — Джисон ждет, пока Минхо аккуратно расположится рядом с ним на диване, прежде чем продолжить. — И мне очень жаль, что я разбил пробирку и потратил твою кровь только ради этого, но… — Ты никогда ничего не делаешь зря, — перебивает его Минхо; кажется, через секунду он понимает, что это было слишком резко, и его щеки окрашиваются в розовый цвет, но он продолжает: — Даже если ты просто хочешь поговорить или показать мне одну из своих смешных картинок. — Они называются мемами, — бормочет Джисон. — В любом случае для меня это не пустая трата времени. Я всегда приду, если это ради тебя. Я думал, ты это уже знаешь. — Ну… — Джисон не уверен, что ответить на это, и теряется в догадках, что он вообще хотел сказать. Возможно, ему следовало подготовиться к тому, что он хотел сказать. Уверенность Минхо заставляет его мысли разбегаться, и он не может уловить ничего из того, о чем думал, когда решил позвать Минхо. — Так что случилось? Почему ты грустишь? Джисон почти забыл, что именно так он начал этот разговор. — О, да. Мы ведь друзья, верно? Минхо выглядит смущенным. — Да? Я бы сказал, что да. — Круто, просто уточняю. В любом случае. Да, наверное, мне просто было одиноко, я устал и хотел тебя увидеть. Минхо смотрит на него, чувствуя, что есть что-то еще, но не настаивает. — Хорошо. Ну, теперь я здесь. Не хочешь поболтать о проекте по истории искусств, на который ты жаловался последние несколько дней? — О боже, не напоминай мне! — Джисон двигается на диване подальше от Минхо. — Пожалуйста, выруби меня нахрен, может, это даст мне повод прогулять. Минхо, похоже, воспринимает его просьбу буквально, потому что хватает подушку и, прежде чем Джисон успевает остановить его, сует ее Хану в лицо. Джисон пытается перевернуться, что почти сбивает Минхо с дивана, и заставляет его поднять ногу, а затем положить ее по другую сторону от Джисона так, что теперь он лежит на нем. Ли смеется, отбрасывая подушку и любуясь раскрасневшимся лицом Джисона, а тот смотрит на него. Они гораздо ближе, чем могли бы подумать, и теперь, когда они не пытаются сбить друг друга с дивана, это становится гораздо более очевидным. Минхо не знает, куда ему деть руки. В итоге он наклоняется вперед и кладет их на плечи Джисона, и пока он пытается решить, лучше это или хуже неловкого нависания над Ханом, тот говорит: — Ты собираешься меня поцеловать? Минхо тормозит, его взгляд скользит по губам Джисона, а затем возвращается к его глазам. Его мозг уже работает в замедленном режиме, просто услышав вопрос из уст Джисона, но его мысли полностью останавливаются, когда он видит, что глаза младшего смотрят на его собственные губы. — Можно? В ответ Джисон протягивает руку к затылку Минхо и притягивает его к своим губам. — Я просто подумал, что ты должен знать, — говорит Джисон, когда они отстраняются друг от друга, их лица раскраснелись, а волосы растрепались. — Это ведьмовская культура — дарить тому, кто тебе интересен, заколдованный драгоценный камень, так что технически я уже признался тебе. Минхо помогает Джисону подняться с дивана. — Я не уверен, что это можно считать признанием, — говорит он. — Кроме того, если рассуждать формально, то я первый признался тебе. Джисон бросает на него недоверчивый взгляд. — Как? — Я солгал, когда сказал, что только люди, состоящие в серьезных отношениях, носят кровь друг друга на шее. Демоны дарят эти флаконы друг другу, чтобы признаться в любви. — Но это не считается, — возразил Джисон. — Ты отдал ее мне, когда мы впервые встретились, ты не мог испытывать ко мне тогда никаких чувств. — Хорошо, но это не только способ признания, это больше похоже на… просьбу о разрешении ухаживать за тобой, если это имеет смысл? — О, — Джисон перестает двигаться и таращится на Минхо. — Окей. — Окей? — Да. Окей. Минхо наклоняет голову и смотрит на Джисона. Их колени соприкасаются, пока они сидят друг напротив друга на диване, а пространства между ними почти не остается. — Значит ли это, что у меня есть разрешение ухаживать за тобой? Джисон улыбается. — Да, значит. У меня есть разрешение ухаживать за тобой? Минхо поднимает руку, чтобы помахать ею перед лицом напротив. — Я ношу твой браслет, разве нет? Джисон смеется и тянет Минхо на себя, а тот вскрикивает, что звучит совсем не по-демонически, заставляя Джисона хихикать. Минхо кладет руку на его плечо и позволяет ему прижаться к себе, пока им обоим не станет удобно. Джисон зевает и закрывает глаза, а Минхо наблюдает за ним с нежностью на лице. — Иди спать. Ведьмам уже давно пора баиньки, — говорит он, приглаживая рукой волосы младшего. — Ты все еще будешь здесь, когда я проснусь? — Да. Я буду здесь, обещаю.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.