Агава

Слэш
PG-13
Завершён
30
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
30 Нравится 0 Отзывы 4 В сборник Скачать

-

Настройки текста
Примечания:
Тихий шелест салфеток под сухими пальцами, запах свежесваренного кофе и приглушенные голоса людей, которые через полчаса сольются с толпой на дорогах шумного города, как кубики сахара растворяются в темном кипятке на самом дне кружки. Возможно, Инуи уже и не услышит никогда некоторые переливы, чьи-то восхищенные вздохи или невзрачные удивления в трубку телефона. Возможно, заливистый смех, доносящийся из самого дальнего угла маленькой кофейни, никогда более не ляжет на барабанные перепонки тонким слоем прозрачного нечта, вселяющего в сердце какую-то непонятную радость. Возможно, шепот откуда-то с первых столиков, нервно повествующий о травмирующих событиях, никогда более не проберется под ребра, низким тембром щекоча кожу изнутри. Было в этом что-то особенное, расслабляющее, но вместе с тем заставляющее слабо пошевелить извилины в убаюканном пряным ароматом мозге и осознать оду простую истину: каждый день прекрасен. И ценен. Он любил это место. Приевшиеся, затертые голубыми глазами до дыр столики на двоих, бежевые обои, не раздражающие уставшее к вечеру зрение, и вечные звуки жизни, доносящиеся будто бы откуда-то из-под воды, из-за стеклянной стены. Не навязчиво, но и не совсем пусто. Не как дома, если крохотную однушку на отшибе города можно считать таковым. Он любил это место. Потому что сюда приходил Коконой. Потому что Коконой знал все прекрасно и приходил сюда уже в большей степени из-за него, а потому Инуи каждый день вставал хоть и нехотя, но заставлял себя отскрестись от матраца хотя бы ради одного: увидеть парня вечером. Увидеть этого бедного студента, вымотанного морально после длительных пар, сделать ему уже не уточняя капучино без сахара и неизменно написать что-нибудь на бумажке, подложив ее под чашку на блюдце. Глупо. Нелепо. Стыдно. Было поначалу. Потом Инуи как-то свыкся, а Коко и ни разу не сказал ему ничего, даже косо не смотрел, лишь ухмылялся пару раз после того, как глаза от скачущего почерка отрывал. А когда Инуи писал что-то действительное теплое и вдохновляющее, до скрипа в зубах банальное, но, кажется, как кислород жизненно необходимое, парень и вовсе мог оставить пару лишних монеток. Хоть и прекрасно понимал, что вечно не эмоциональный бариста вовсе не нуждается в его жалких подачках. Инуи было под тридцать. У Инуи за жизнь не было ни одних отношений, кроме неудачных попыток подружиться хотя бы с самим собой, со своей головой больной, к черту отлетающей с каждым годом все больше и больше. У Сейшу нездоровая привязанность к каждому, кто хоть какую-то толику внимания ему отдаст, кто хоть раз с перекосившей лицо нервной улыбкой - которую мужчина искаженно воспримет как что-то доброжелательное - рядом с ним воздухом подышит. У него под ребрами дыра кровоточащая, остатки какого-то слабо пульсирующего органа, занявшего черной пустотой все пространство грудной клетки. У него выражение лица не сменяющееся ни черта, будто нерв на нем перманентно защемило, не отпуская и не давая показать хоть какую-то эмоцию. У него глаза стеклянные, смотрящие в никуда, и ни единого представления о завтрашнем дне, кроме мыслей о работе и о том студенте у окна. Коконою было двадцать. У него вся жизнь впереди и каждая дорога, многочисленными бронхиолами ветвящаяся где-то в необозримом будущем, перед глазами. У него друзья и какие-то планы на последующие года, амбиции на каких-то пожеванных бумажках и размытые цели, написанные кривым дрожащим почерком. У него холод извечный в съемной однушке, потому что без открытого окна спать не получается, и помятая пачка сигарет в оттянутом кармане, где всегда неизменно лежат последние две недокуренные сигареты, кочующие в следующую пачку. - Тебе прочитать мои конспекты по банковскому делу? - голос из динамиков льется хоть и криво, с небольшими дребезжаниями, но невероятно расслабляет и непроизвольно вызывает мягкую улыбку, - или эссе по философии? Инуи почти тридцать. И каждую свою течку он звонит двадцатилетнему Коконою по вечерам с одной единственной просьбой. - Мне без разницы, - он звучит слабо и безвольно, раздражая себя самого такими переменами в этот треклятый период, но сделать ничего не может, лишь сильнее закутываясь в одеяло и придвигая лежащий рядом телефон ближе к подушке, - мне главное слышать твой голос. Засыпает под тихое бормотание из трубки, под какие-то непонятные термины и слабые смешки, когда парень нервно выдыхает в динамик, не в силах разобрать свой же почерк. Засыпает в сладком самообмане, с вертящимся на языке именем и едва ощутимой горечью где-то в горле, пока Коконой доучивает вслух свои конспекты и говорит в пустоту безразличное "спокойной ночи", сбрасывая звонок.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Tokyo Revengers"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования