Want

Слэш
Перевод
NC-17
Завершён
36
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
7 страниц, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
36 Нравится 1 Отзывы 7 В сборник Скачать

Want

Настройки текста
Примечания:
— Что ты только что сделал? Тэхен отрывается от Луны и смотрит на Чонгука, который лениво растянулся на диване. Луна, воспользовавшись его отвлечением, вырывает у него веревочную игрушку и удирает с ней, агрессивно качая головой на ходу. — Что я сделал? - спрашивает Тэхен, откинувшись на руки. — Ну… - Чонгук нерешительно прижимается губами к тыльной стороне ладони. - Губами, вот так. На Луне. Что это? — Ты имеешь в виду поцелуй? — Я не знаю, поэтому и спрашиваю. Прошло всего несколько дней с тех пор, как Чонгук поселился в доме, и, за исключением той части, где Тэхену приходилось постоянно объяснять ему, что это за вещи и как ими пользоваться, он был не плохим гостем в доме. Немного уполномоченный и бесполезный, но, по крайней мере, он не является затратным. Плюс, как бы это ни было утомительно, секс с ним очень, очень хорош. — Поцелуй это… поцелуй, - Тэхен пытается объяснить. - Это как знак привязанности. Я целую Луну, потому что она хорошая девочки и я люблю ее. Брови Чонгука взлетаю вверх: — Это тоже самое, что ты делаешь с моей шеей, пока мы трахаемся? — Ага. Ты действительно инкуб, который не ничего не знает о поцелуях? Тэхен заметил, что общее отсутствие у него знаний об устройстве мира является его больным местом. Чонгук приподнимается на локте, изображая крайнюю заинтересованность к своим ногтям. — Если это не связанно напрямую с сексом, зачем мне это знать? — Это довольно прямо связано с сексом. — Недостаточно, чтобы это считалось, - возражает явно обиденный Чонгук. - Почему ты покупаешь уже мертвых цыплят вместо того, чтобы убить их самим? — Это не тоже самое- — Ты, наверное, даже не знаешь, как убить курицу. Это делает тебя глупым человеком или для тебя приемлемо не быть экспертом во всем? — Хорошо, хорошо. Ты высказал свою точку зрения, - тяжело вздохнув, Тэхен неловко встаёт с пола. Он вздрагивает, когда его колени хрустят. - Я понял, это не обязательно. Когда он забредает на кухню, чтобы начать мыть посуду, Чонгук заползает за ним и садится на пустое место на столешнице между раковиной и посудомоечной машиной. Тэхен вынужден маневрировать вокруг него, пока он загружает посуду. — Не пей свой чертовый сок на стойке, — говорит он, шлепая Чонгука по голому бедру. - Это дерьмо чертовски трудно убирать. Чонгук игриво шлепает его, но его меткость невероятно плохая, и в итоге он стучит костяшками пальцев по крану: — Это не попало бы на прилавок, если бы твой член был во мне. — Это было бы буквально повсюду. Я ценю твое стремление к гладкому опыту, но никому не нужно столько смазки. На этом разговор замирает, что необычно, потому что если Чонгук и любит что-то делать, так это дразнить его случайным образом в течение дня. Тэхен смотрит на него после того, как поставил пару тарелок в посудомоечную машину, не ожидая увидеть такое задумчивое выражение на его лице. Он возится с манжетами рукавов, протыкая ногтями нити. — В чем дело? - наконец спрашивает Тэхен. Чонгук дергает ткань в руках. — Почему ты целуешь меня только тогда, когда мы трахаемся? — Ты даже не знал, что такое поцелуи, еще пять минут назад. — Так? Я все еще могу задавать вопросы, не так ли? Ты целуешь Луну все время, но меня ты целуешь только во время секса. У тебя нет секса с Луной — какая разница? — Это… это не одноплановая вещь, — неловко бормочет Тэхен. - Например, я целую Луну, потому что она моя собака и я люблю ее. Это люди делают со своими питомцами. Но поцелуи тоже могут быть сексуальными. Я просто избегаю твоего рта из-за твоих чертовых зубов. Чонгук, похоже, продолжает недоумевать. — Зачем ты поцеловал меня в губы? — Неужели ты серьезно никогда за все свои вуайеристские авантюры не видел двух людей со сплетенными ртами во время секса? Поджимая губы, Чонгук закатывает глаза к потолку и несколько раз ударяет пяткой по шкафам. — …Да, наверное, видел. — Это поцелуи. — И что это… делает? — Что ты имеешь в виду? - спрашивает Тэхен. — Ты целуешься, и? Почему? Что это дает вам? Тэхен пожимает плечами и достает из раковины последние пару мисок. — Поднимает людям настроение, полагаю. Это интимно. Добавляет еще один слой в торт под названием секс. — Ты целовался с Чимином? Чонгук давит, и Тэхен вздыхает. — Да. Я много целовался с Чимином. У него глупые, чертовские, предназначенные для поцелуев губы, и я бы хотел, чтобы ты не поднимал этот вопрос. — Тогда почему ты не целуешь меня так? Ставя последнюю миску на металлическую полку, Тэхен закрывает посудомоечную машину и поворачивается, чтобы полностью сосредоточиться на Чонгуке. — Ты никогда не поднимал эту тему, и я не думал об этом. Ты можешь просто прямо сказать, чего ты хочешь, вместо того, чтобы вести себя так, как будто я замышляю заговор против тебя или что-то в этом роде? Чонгук спрыгивает со стойки, прижимая Тэхена к ней, сводит их ноги вместе и крепко обнимает Тэхена за талию. — Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, как ты целуешь Чимина. Этот странный комплекс неполноценности, который есть у Чонгука, когда дело доходит до Чимина, задевает Тэхена за живое, и он надеется, что это не станет главной проблемой. Это не имеет ничего общего с Чимином конкретно, либо тот факт, что он бывший Тэхена. Знание о том, что у них был секс, и точка, по-видимому, достаточно, чтобы довести его до белого каления. Может быть, жизнь в одиночестве в болоте в течение многих лет не особенно хорошо повлияла на психику Чонгука. — Я поцелую тебя, - отвечает Тэхен, - но я не буду целовать тебя так, как целовал Чимина. Скуление вырывается из горла Чонгука еще до того, как он заканчивает говорить, и Тэхен затыкает его, прежде чем он успевает пожаловаться. — У нас с тобой может быть собственный поцелуй, это только между нами двумя, — говорит он, проводя пальцами по волосам Чонгука. Веки Чонгука закрываются: — Держу пари, ты просто так говоришь, и все поцелуи абсолютно одинаковы. — Ты собираешься целовать людей, просто чтобы узнать это? - спрашивает Тэхен. — Может быть. Может быть, я поцелую Юнги. Знаешь, он хочет меня трахнуть, — мурлычет Чонгук, бесстыдно потираясь о бедро Тэхена. - Он хочет наполнить меня своим членом и трахнуть, пока я не смогу ходить. Тэхен думает, что если бы Чонгук даже предположил это, что если бы именно эти слова сорвались с его причудливого рта, глазные яблоки Юнги выскочили бы прямо из его черепа и закатились бы под ближайший диван. — Тебе не кажется, что ты немного проецируешь? — Думаю, я хочу взять оба твоих члена, — стонет Чонгук. - Блин, я чертовски хочу, чтобы меня разорвали. Чимин… Чимин тоже. Хочу заставить его умолять кончить в меня. Мысль о том, что Чимин что-то умоляет, заставляет Тэхена фыркать. — Думал, ты хочешь поцеловаться. Чонгук моргает затуманенными глазами: — Д-да. Хочу этого тоже. Тэхен убеждается, что крепко сжимает челюсть Чонгука, прежде чем нежно сжать их губы вместе. Прошло так много времени с тех пор, как Тэхен кого-то целовал, и после интенсивного марафонского секса, который у них был, что-то мягкое и целомудренное… освежает. Чонгук быстро замечает, прикасаясь губами к губам Тэхена, сжимая пальцами его рубашку сзади. Так длится несколько мгновений. Они просто тихонько чувствуют друг друга. Нет неуклюжего подросткового первого поцелуя со стороны Чонгука - он легко следует примеру Тэхена. Возможно, инкубы просто от природы предрасположены к сексу. Если бы у Тэхена был такой талант, он бы продвинулся намного дальше с некоторыми людьми в старшей школе. — Так? - шепчет Чонгук, когда они расстаются, и Тэхен думает, что он хочет, чтобы это звучало немного снисходительно, но слова выходят нуждающимися, как будто его тело говорит ему, что есть нечто большее, и он очень близок к тому, чтобы получить это. — Не должно быть, - отвечает Тэхен. Когда он снова смыкает их рты, он языком уговаривает Чонгука раздвинуть губы, чтобы он мог проскользнуть внутрь. Его встречает слегка ванильный вкус смазки, которую выделяет тело Чонгука, и странное, нечеловеческое ощущение его языка. Тэхен прижимается языком к развилке, трется о кольцо, проткнутое в центре, а Чонгук дрожит рядом с ним. Два кончика его языка обвиваются вокруг языка Тэхена, желая привлечь больше внимания. Тэхен не может сдержать ухмылку, втягивая язык Чонгука в свой рот, посасывая один хвост, затем ища другой. Он такой мягкий и непритязательный, сочащийся ванилью, который становится только слаще, чем больше Тэхен его стимулирует. Когда они, наконец, разъединяются, язык Чонгука совершенно безвольно свисает изо рта. Тэхен изо всех сил пытается отдышаться, вытирая дорожку скользкой слюны, стекающей по его подбородку. — Достаточно хорошо для тебя? - спрашивает Тэхен. Когда он двигается, удовольствие пронизывает его позвоночник, твердый член трется о бедро Чонгука. Уже неудивительно возбуждаться вот так, как похотливый подросток, который не может себя контролировать. Но, по крайней мере, ему не нужно беспокоиться о том, чтобы бежать в ванную, чтобы подрочить. Чонгук, вероятно, откусил бы свой член, если бы даже подумал о том, чтобы тратить сперму на бумажные салфетки. — Пока ты меня трахаешь, - безумно бормочет Чонгук, - сделай это. Тэхен изо всех сил пытается поднять его и отнести на диван, чтобы он мог немедленно выполнить эту просьбу. Демоны, должно быть, по-другому относятся к гравитации, потому что, хотя Тэхен и видел, как Чонгук прыгает на крышу и врезается в деревья с кошачьей грацией, каждый раз, когда он пытается поднять Чонгука, это все равно, что нести мешок со свинцом. Извивающийся мешок со свинцом, член которого трется о живот Тэхена, и в настоящее время это основная причина несчастных случаев в семье. Но на этот раз они добираются до дивана, и Тэхен не спотыкается о край коврика, и Чонгук прижимает ноги к груди, пока Тэхен освобождает из-под спортивных штанов пульсирующий член. Он примерил нижнее белье в первый же день, и это не особо понравилось, так что с тех пор он обходился без него. — Пожалуйста, - бормочет Чонгук, дырка сжимается, когда Тэхен трется о нее, все ещё не входя. - Пожалуйста, ох, пожалуйстапожаоуйстапожалуйста, мне это так нужно, пожаааааалуйста. Тэхен стонет, водя кончиком члена по краю Чонгука. Острая стимуляция обостряет его удовольствие. — Насколько сильно он тебе нужен? — Я умру без него, Тэхен. Я, черт возьми, умру, если ты не кончишь в меня. — Ты умрешь? - дразнит Тэхен. Он скользит своим членом между ягодицами Чонгука и толкается в его дырочку, постанывая от того, насколько мокрым она уже стала. Он еще даже не внутри, а с Чонгука капает. - Мм, бля. Что, если я просто сделаю это вот так, а потом кончу в тебя, когда закончу? Чонгук отчаянно стонет, выпуская одну ногу, чтобы ударить его: — Дай мне свой член. Хочу почувствовать его во мне. Хочу, чтобы ты трахнул меня. Тэхен наклоняется, чтобы снова поцеловать его, и это ужасно грязно, потому что смазка тоже сочится с его языка и скапливается во рту Чонгука, пока не стекает по его подбородку и груди. Их губы скользят и скользят, как утки по льду, пока язык Чонгука не присоединяется к вечеринке и почти не проникает в горло Тэхена. Это было бы что-то, не так ли? Язык Чонгука скользит по его пищеводу, свернувшись в животе. Хватит ли для этого времени? В любом случае, это, вероятно, убило бы его. Наконец он «возвращается домой», глубоко в тепле Чонгука, стонет вокруг своего языка. Сжимая бедра Чонгука в качестве рычага, Тэхен жестко и быстро входит в него, как им обоим это нравится, и целует, пока не становится слишком сложно одновременно концентрироваться на толчках и дыхании. Тэхен подбирается прямо к краю, подталкивает себя так близко, чтобы излиться в Чонгука, затем останавливается, отдыхая, чтобы набрать немного воздуха и немного опуститься, пульсируя в мягких стенках Чонгука. Чонгук выгибает спину и сгибается, пытаясь заставить его закончить: — Т-ты так близко, черт, ты так близко… Тэхен, пожалуйста… Тэхен затыкает его поцелуем, и поначалу Чонгук чувствует нужду и отчаяние, но достаточно нескольких мгновений насильно вялых движений, чтобы успокоить его. Тэхен глубоко целует его, прижимая их языки друг к другу не для того, чтобы оттолкнуть друг друга, а чтобы попробовать. Чувствовать. Когда он выпрямляется, чтобы снова ввести член, внутри него вспыхивает огонь. Он входит в Чонгука с пылающим намерением, мчась к краю и достигая кульминации с низким стоном в рот Чонгука. Это зажигает его, как коробок спичек, и он вонзает ногти в бедра Чонгука, пока тот останавливается и снова ловит волну, ускоряя темп, пока не погрузится во второй дрожащий оргазм. Вещи, которые Чонгук позволяет ему делать - максимумы, которых он позволяет ему достичь, - это не то, что он мог чувствовать раньше. Однажды он даже испытал третий оргазм и задается вопросом, можно ли поймать себя в бесконечной петле оргазма, и считает, что именно так люди обычно умирают, когда дело доходит до секса с Чонгуком. Буквально затрахали себя до смерти. Тэхен падает на грудь Чонгука, его бока вздымаются, член дергается. Он не выпрямляется, оставляя его согреться внутри Чонгука, но Тэхен оставляет слабый поцелуй на его челюсти. — Поцелуи во время секса, да или нет? Чонгук гладит его так же, как он видел, как Тэхен делал это с Луной. Если бы его спросили, Тэхен мог бы в шутку сказать, что у него две собаки, но иногда ему кажется, что он другой питомец, а не Чонгук. Иллюзия контроля Тэхена имеет тенденцию исчезать в такие моменты, как сейчас, когда он наиболее уязвим. Сразу после того, как он кончил, Чонгук добровольно решает больше не заставлять его жестко. Как будто он хочет, чтобы Тэхен был рядом еще немного. И Тэхен очень благодарен, потому что он тоже хотел бы остаться здесь подольше. — Очень даже да, - отвечает Чонгук. - Но я думаю, ты должен целовать меня и вне секса. Ты должен целовать меня все время. — Ты говоришь это только потому, что поцелуи возбуждали тебя, и в итоге я трахнул тебя. — Ты бы все равно меня трахнул. Поворот сюжета — я всегда возбужден. Тэхену требуется несколько минут мысленной подготовки, чтобы убедить себя встать. Он садится, высвобождая свой чувствительный член из неряшливой дырочки Чонгука, и отодвигается; он обязательно должен принять душ. Опять таки. Или просто перестать принимать душ, чтобы ему не приходилось тратить воду попусту, но он скорее умрет, чем сделает это. Чонгук остается на диване, где его оставил Тэхен, где он лежал раньше, до того, как все это произошло, но теперь он наебался и насытился на данный момент. Пока он неизбежно не решит, что снова голоден, и не найдет новый, творческий способ получить то, что он хочет. Тэхен останавливается посреди гостиной и какое-то время просто смотрит. — Ты уже знал, как целоваться, - выпаливает он, обвиняюще тыча пальцем в Чонгука, потому что он просто ни хрена не умел. - Ты, черт возьми, знал. «И я попался на это». Самая дерзкая, самая дерьмовая ухмылка расползается по лицу Чонгука, и он подносит одну руку к лицу, открывая глаз на ладони, чтобы торжествующе уставиться на него. — Виновен. Тэхен кидает в него коробку салфеток.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования