На кончиках пальцев

Гет
NC-21
Завершён
99
Размер:
239 страниц, 23 части
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
99 Нравится 46 Отзывы 38 В сборник Скачать

Глава 17.

Настройки текста
Лея уже три минуты смотрела на автомат с батончиками, стоя в торговом центре. Совершенно позабыв, что хотела вытащить, – ее рука бесцельно лежала в кармане. Мысли девушки были в палате Кристины, и эпизодами прокручивали то, как она прятала руку под одеялом. Те обследования, что успели провести, показали, что нет кровоизлияния в мозг, но у пациентки жуткие головные боли из-за гематомы. Поэтому врачи оставили ее на несколько дней в больнице под наблюдением. Ребята пытались подбадривать подругу, но вид Кристины с перебинтованной головой и открывшаяся тайна черного куска ткани не делали их речь убедительной. Костя бледной тенью сидел в углу палаты и подал голос, только сказав, что останется. Врачи протестовали, но он им положил пачку крупных купюр. Никто спорить не стал. Кир понимающе посмотрел на друга и пожелал Кристине скорейшего выздоровления. С чувством такта и полной уверенности, что этим двоим нужно поговорить, они с Леей вышли. Кир хотел что-то сказать, пока они оба стояли в белом и холодном коридоре больницы, но не стал. Только когда Лея направилась к выходу, он догнал ее и грубо спросил: – Куда-то собралась? – Нужно купить наряд для показа. – Угу, а мне переодеться, – все их вещи остались в раздевалке. Парни приехали в больницу в форме. – Едем, я вызову такси. Когда уже машина остановилась у торгового центра, Кир процедил сквозь стиснутые зубы: – Лея, поговори со мной. Тебя кто-то коснулся? Тебе причинили боль? Прошу, не молчи... – почти умоляющим тоном закончил он. По его напряженным пальцам, стиснутым в кулаках, и нахмуренной переносице, Лея вдруг ощутила и смогла полностью осознать, что Кир испугался за ее жизнь тогда. Ведь, даже не переодевшись, парень побежал на шум толпы. Но Лея совсем не думала о себе в тот момент. Ее мир будто перевернулся, и в нем не осталось никакой надежды, только гулкое и безнадежное отчаяние, в котором тонул человек. И едва заметно мотнула головой вместо ответа. Лея не представляла, как поговорить с подругой, но точно знала, что нужно это сделать. – Ее рука, – и Лея не смогла продолжить. Сглотнув вязкую слюну, лишь задала бесполезный вопрос: – Почему она это сделала? – Я не знаю, – в тоне Кира она слышала нотки тревоги. А во взгляде не увидела осуждения. Он выражал боль и сожаление, а еще будто затягивал все вокруг в свою черноту. Кир тоже не знал, что случилось с подругой детства и заметил следы увечья только сегодня вместе со всеми. То, что Киру не все равно, и что он до сих пор хорошо относится к другу детства, согревало сердце. Однако, казалось, что парень после ее озвученных слов ушел глубоко в себя. Как будто сам вернулся к вопросу, что его мучил годы и опять всплыл. Но снова перед ним он оказался бессилен и не имел ответа. Лея чувствовала, как будто реальность машины исчезает и их отдаляет друг от друга. А все, что оставалось в этом мире – это бесконечное одиночество. И рука Кристины, которая являлась его физическим проявлением. Стоя у автомата, она, наконец, вспомнила про карточку, которая впивалась в сжатый кулак в кармане худи. Лея достала руку и расплатилась за «Сникерс». Ее разворот был слишком резким, что прохожий не сумел его предугадать, а Лея настолько глубоко была погружена в себя, что попросту его не заметила. «Сникерс» вылетел из пальцев, как и рюкзак. Собираемое девушкой барахло звякнуло, падая на пол. Ее рюкзак успел забрать Кир, перед отъездом на скорой. Он сбегал за ним до автобуса, где Лея оставила сумку на время матча. Как будто знал, что Лея не сможет долго обходиться без своих ножей. Плечо слегка онемело от удара, и она, конечно, отпрыгнула сразу же на безопасное расстояние. Незнакомец поднял сумку Леи и батончик. Извинившись, он протянул их ей. Только сейчас девушка увидела черные волосы, торчащие во все стороны, густо подведенные глаза черным карандашом и руку в кожаных перчатках «без пальцев». От его взгляда цвета битого стекла Лея содрогнулась. Они напомнили ей отчима. Фиолетовый шарф обматывал шею поверх черной обтягивающей кофты. Голову задрать она не удосужилась. Лее пришлось смотреть исподлобья, так что она различала свои же надбровные дуги. И сейчас снизу вверх вглядывалась в высоченного парня, который со странной улыбкой изучал ее. – Это мне нужно извиниться, – пробубнила Лея, забирая, как обычно, слишком резким движением свои вещи. Прикосновение еще липким отвращением ощущалось на ее теле. Парень заметил этот нервный выпад и выгнул бровь. – Кажется, я Вас где-то видел. – Возможно, в рекламе. – Точно. Вы модель. И с самой смазливой на всем белом свете улыбкой как будто самому себе добавил: – Как я мог забыть? – Мне пора. Еще раз извините, – ни капли не сожалея о своей грубости, Лея сразу поспешила к выходу, решив, что не в настроении продолжать шопинг. Планы купить наряд для важного вечера после показа, где соберется много моделей, фотографов, представителей брендов и даже дизайнеров, придется перенести. Хотя пока Лея ждала на парковке Кира, вспоминала самый первый свой показ. Сейчас уже совсем по-другому воспринимался тот вечер. Тогда Кир впервые сделал ей комплимент. И поцеловал. «Сох по тебе с самого начала». «По Алене он тоже сох», – разрубила она на части слова Кости. Фото их пары отрезвляли, вскрывали раны и проворачивали их тупым лезвием, и, в конце концов, убивали. Кира. Сможет ли он любить ее? Резким торможением «черный конь»* оставил следы на асфальте, будто боялся куда-то опоздать. Молча Лея села в машину, и Кир так же резко дернул «Мустанг» вперед. Парень переоделся в типично Кировскую униформу: черная рубашка без воротника наглухо застегнута на все пуговицы, черные брюки облегают длинные ноги. ________ *Значок «Мустанга» – конь. До больницы они домчались в три счета, и, когда вошли, уже надеялись получить новости о состоянии подруги. Но палата оказалась заперта изнутри. Похоже, разговор старых друзей все еще продолжался, и у Леи кольнуло в груди от того, что между парнями выросла стена. Между ней и Киром тоже. А во всем этом лабиринте – четверых людей разделяла Алена. – Прошу, не молчи, – сказал Кир, сидя на подоконнике. Затылком он опирался об угол стены и смотрел в потолок. «Ты ведь сам все время закрываешься и не даешь даже шанса услышать тебя», – подумала Лея, но вслух произнесла: – Вы встречались? Вопрос не вызвал в парне никакого отклика, ни единого движения и нервного импульса. – У меня никогда не было девушки. И Лея почувствовала, как будто железобетонный груз свалился с ее плеч. – Но это не отменяет всего дерьма, – злобно и обреченно закончил Кир. Встав перед ним, Лея произнесла ровным и спокойным голосом, как будто это была неоспоримая истина. Аксиома. Свершившийся факт: – Не думай, что ты самый плохой человек на свете. Во мне тоже живут демоны. Совершенство – дерьмовый миф, который человечество создало для оправдания изъянов, – Лея выбросила последние слова в сердцах. Тихая злость кипела в ней от несправедливости мира. От того, что люди целую вечность ходят кругами и борются сами с собой. Они придумали стандарты, создали себе кумиров. Кто-то вдруг решил, как будет правильно, и что нужно этому соответствовать. И из-за этого трястись от каждой ошибки. Бесконечно прозябать в мыслях, что с тобой что-то не так. Лея просто ненавидела это чувство в себе. И ненавидела в других. Пока так будет продолжаться, в этом мире, словно проклятие, будет существовать рука девушки, спрятанная под полоской черной ткани. Кир очень долго вглядывался в нее, и в черноте его взгляда вспыхивали звезды, как огоньки надежды. Как настоящая вера, которая не требует объяснений. – Человека определяет только его выбор. И если это то, что тебе нужно, то вот: я приму любой твой выбор, который ты сделал в жизни. Потому что это ты... Она не успела закончить. Кир заключил ее в крепкие объятия и запустил пальцы в волосы на затылке. – Потому что это ты, Кира... – прошептала Лея в его плечо. «Потому что я люблю тебя». – Весь ты. Такой, какой есть. – Лея... – Кир сжимал ее так крепко, будто боялся, что Лея сейчас исчезнет, растворится словно мираж. Как человек принимает прощение, которое думает, что не заслуживает. Так кричит отчаяние перед тем, как уступить место спасению и принятию. Но им пришлось расцепить объятия, потому что открылась дверь палаты Кристины. Все, что могли видеть ребята, так это заплаканные глаза Кости. Парень грустно посмотрел на пару и задержался на Кире. – Схожу за кофе, – тихо произнесла Лея. Потому что сама готова была расплакаться, от чувств, что ее переполняли. И от того, что увидела глаза Кира, когда отстранилась. Они блестели от непролитых слез, заключенных и погребенных глубоко в его сердце. Им предстоит преодолеть все защиты, пока не останется ни одной. Дойти до самого основания, снять слой за слоем, чтобы добраться друг до друга. Ни «Орео», ни карамели здесь не было, поэтому Лея просто в автомате вбила три моккачино. Да она бы все равно не смогла выбрать, какой кофе подойдет под их настроение. Сейчас друзья выясняют между собой, произошедшее три года назад и ещё раньше. Им нужно сказать то, что необходимо услышать каждому из них, и освободиться самим от тяжелой ноши минувших лет. Вечером, когда они уже вернулись в коттедж, Кир отправил сообщение. В нем не было текста. Только песня «Черно-белые дни» группы [AMATORY]. Потом они еще долго обсуждали эту группу и их альбомы, потому что Лея просто влюбилась в исполнителя. Это было потрясающим музыкальным открытием. Наверное, больше потому, что Лея в каждой метафоре их песен видела Кира. Но именно в тот вечер струны ее души задела строчка из отправленного трека: «Жизнь не значит ничего для меня одного». *** – Лучший альбом – это «Книга мертвых»*. ________ *Речь идет об альбоме группы [AMATORY]. – Согласна. – Команда старая, уже давно сменился состав, так что побывать на их концерте не имеет никакого смысла. – Очень жаль, – мысль о том, что они вместе могли бы пойти на концерт любимой рок-группы, сияла как призрачный свет надежды на будущее. – Что ты будешь заказывать? – уточнила Лея, когда они с Киром сидели в кафе рядом с торговым центром. Лее-таки удалось купить платье для вечера после показа. – Суп. – Какой? – Любой. – Такого нет в меню. И Кир усмехнулся. Когда-нибудь он научится слышать свои чувства и делать то, что хочется. И заказал грибной. – Сегодня приедут родственники. Тетя с дядей, – предупредил Кир, пока они ехали в машине. – Мама уже дома. Позвонила, пока я был на тренировке и сказала, что приземлилась, – пояснил он, потому что Ирина улетала в однодневную командировку по срочному запросу. – Кости не было? – спросила Лея. На парах парень не появлялся все прошедшие три дня. Но сейчас Кир заехал за ней в торговый центр после тренировки. И Костя мог ее посетить, ведь на носу уже следующий матч. – Приходил, – кивнул Кир и тут же добавил, предупреждая ее вопрос: – С Кристиной все в порядке. Ее сегодня выпишут. Кровоизлияния в мозг точно нет. Есть сотрясение. Прописали кучу таблеток и сказали явиться к врачу через две недели на проверку анализов. Костя ее заберет. Плечи облегченно опустились от этой новости, и Лея просияла в улыбке. Хоть они и навещали ее каждый день, все равно было тревожно только от вида этих бездушных белых стен палаты. – Что? – спросила она, когда Кир на нее, прищурившись, уставился. – Раньше ты так улыбалась только мне, – с наигранной обидой сказал он, – я и ревновать могу. Лея прикусила губу, чтобы не ляпнуть про то, что его никто не затмит, и только сказала: – На дорогу смотри. А сама завороженно наблюдала за его длинными пальцами, выворачивающими руль. – Тогда не смущай меня и перестань глазеть. – И улыбаться тоже. – Ну, уж нет. Кира резко вырулил в «карман» и затормозил машину. Пока Лея убирала волосы с лица, подавшись вперед по инерции, он притянул ее к себе и прошептал: – Я эгоист, Лея, это только мое, – и она шумно выдохнула от восхитительного вкуса его губ. Внизу живота стало тянуть, как тогда у бильярда. – Какая же ты красивая. Если у человечества не останется никакого оружия, ты сможешь спасти мир своей улыбкой. – Но, чтобы спасти мир, достаточно просто, чтобы не было оружия. – Без улыбки никак, Лея. Люди найдут способ причинить себе вред. А твоя улыбка и твой смех усмиряют даже, – он сделал паузу, и Лея заметила, как дрогнул его кадык, – всех моих демонов. – Повторил он ее сравнение. Возможно, парню хотелось лишь передразнить, но получилось, как серьезное заявление. Поприветствовав гостей и Ирину с Андреем, Лея уже собралась подняться в комнату, но тут из кухни вышла умопомрачительной внешности натуральная блондинка. Алена. – Привет, Кир. – Привет, – моргнув от удивления, сказал он. –Твои родители так редко бывают дома, я не упустила возможности поздороваться с ними. Естественно, она не снизошла до того, чтобы обратить внимание на Лею. Что ж, здороваться с ней ей тоже не хотелось. Эта девушка разбила сердце Косте. И если бы не она, то... Кристина, возможно, никогда бы не попыталась покончить с собой, ведь ее лучший друг был бы тогда рядом. Расправив юбку своего белого платья с торчащей из-под него бордовой пачкой, Лея закинула ногу на ногу в неизменных длинных и массивных бантиках. В комнату она теперь точно не пойдет. И начала расспрашивать Ирину об ее командировке. Как дорога, как работа и какие успехи в области инновации медицины. Своим затылком она почувствовала прожигающий взгляд Алены и ухмылку Кира, который сел рядом на белый кожаный диван, взяв коктейль с накрытого стола. Лея ела оливки, пока Алена пыталась вставить свои фразы, чтобы участвовать в разговоре, но Ирина больше обращалась к ней. Дядя с тетей оказались милыми людьми и похвалили Кира с Леей за рекламу духов. – Вы так правдоподобно сыграли! Как будто настоящие актеры кино. – Спасибо, – с улыбками ответили они, думая об одном и том же. Это была не игра. Реклама вышла четыре дня назад, ее крутили по телевизору и в торговых центрах. Ролик получился просто потрясающим. И Ирина тоже не удержалась от восклицаний: – Мои дорогие, вы такие славные! Я горжусь вами обоими! Андрей сделал какое-то нервное движение головой. И обратился к Алене: – Как твои родители? Нарадоваться не могут, что ты вернулась? Они очень скучали. – Да, им меня не хватало. Спасибо, что Вы подбадривали их своими визитами, – Алена смотрела на него с самой милой улыбкой в своем арсенале. – Отец обмолвился о том, как вы планировали наше будущее. В школе я все время шутила, что Кир будет моим мужем. А сейчас отец всерьез подумывает объединить наши дома и расширить бизнес. Звуки ударов оглушили Лею, отделяя ее от мира. Все происходящее казалось нереальным. И что вот сейчас зайдет в дом отчим и начнет ее избивать. Так что последующие слова Алены звучали как из бочки: – Кир, смотрю, ты все еще играешь в бильярд. Может, сыграем? – и бесцеремонно поднялась, направившись к столу. Но Кир ее остановил своим спокойным и безапелляционным тоном: – Нет, я суеверный, – Лее пришлось поджать губы, чтобы удержать нервный смешок. – И жду особенного игрока. До тех пор ни с кем играть не буду, – Лея почувствовала, как его взгляд пробежал по ее спине, и от этого и его слов кожу начало покалывать. Реальность перестала рябить и собиралась снова, словно пиксели, воспроизводящие картинку. – Так просто покажи нам класс, Кирилл! – отозвалась его тетя. Кир не стал возражать и поднялся со своего места. Подперев колонну, Алена внимательно за ним наблюдала, выставив идеального изгиба бедро в своей короткой юбке в складку. – Кир, что в игре самое главное, хоть расскажи нам? – попросила Ирина. Андрей снова перестал быть причастным к происходящему и уткнулся в планшет. – Самое важное – это чувствовать удар. Здесь нужно понимание, как именно необходимо бить, чтобы шар попал в другой и тот поразил цель, – на этой фразе он наклонился прямо в том месте, где несколько дней назад стояла Лея, и разбил шары. Два сплошных шара залетели в разные лузы. – Еще важно понимать траекторию движения. Просто так в лоб ударить не получится. Нужно видеть углы, преграды из шаров противника и искать неочевидные пути решения. Вот, например, здесь нужно лишь слегка коснуться, – он надавил на это слово, чтобы подчеркнуть, что обращается к Лее, хотя и не смотрел на нее. Но она и так понимала, что он вовсе не об игре говорит. И спокойным касанием «поцеловал» шар, закатив его в боковую лузу. – Пройти по самому краю, чтобы получить желаемое. – Ух, ты! Как же так получилось, что он полетел в другую сторону? – восторженно воскликнула тетя. – К сожалению, здесь нужна всего лишь геометрия, – горько усмехнувшись, ответил Кир. «В отличие от того, как дотрагиваться до тебя». Кир всю свою речь произносил так, как будто кроме них двоих никого не было в гостиной. – И Лея обещала мне помочь с ней, – при этих словах Кир провел пальцами по тому месту, где она лежала в прошлый раз. От вида его выделяющихся вен на руке и воспоминаний о его прикосновениях Лею бросило в жар. Кир уже окончательно развеял пепел от слов Алены. Только где-то в темных уголках, как обычно, остался налет. – Идем, – твердым и слегка грубым тоном произнес он, но только Лея видела веселые огоньки в глазах парня сквозь его холодное выражение лица. Хотя, возможно, не только она. – Увидимся еще, Кир, – с презрительной улыбкой, но с видом победившей королевы, сказала Алена. – Пока, – просто ответил он и попрощался с гостями. Вместо того, чтобы пройти мимо комнаты Леи, он вошел за ней. – Геометрия? – не понимая спросила Лея. Кир поставил обе руки над ее головой и, глядя на губы, прошептал: – А что я говорил по поводу того, чтобы не глазеть на меня и не смущать? – Я не глазела. – Значит, мне показалось, что бильярд у тебя вызвал воспоминания. – Показалось, – перешла на шепот Лея, тая от звука его голоса рядом со своим ухом. – Хорошо, потому что мне просто нужен был предлог, чтобы свалить, – и как будто не он только что представлял собой раскаленный шар, плавящий все вокруг, Кир спокойно сел на ее кровать. – Вообще вместо геометрии у нас с тобой по плану фильмоведение, помнишь? Лея, конечно, помнила, что он хотел ее посвятить. Но такой резкой смены темы не ожидала. – Там же твои родственники. – А я хочу посмотреть фильм с тобой, – так легко сказал он, как будто пояснений тут не требуется и это само собой разумеющиеся вещи. Как то, что у квадрата все стороны равны. – «Властелина колец»? – Ага. Кир лежал на расстоянии полуметра от нее. Уже через тридцать минут фильма он так смотрел на Лею, что грудь в корсете платья начала вздыматься вверх от участившегося дыхания. – На тебе снова проклятый чокер. – Его тоже запретить? Он притянул пальцем ее за черную полоску бархата на шее и прошептал, прежде чем поцеловать: – К черту. Фильмоведение продолжим в другой раз. Сейчас у нас геометрия. *** – Лея, познакомься, это Александр. Очень перспективный и талантливый дизайнер, который известен даже за рубежом, – представила Женя молодого человека после показа. Сглотнув тяжелый ком в горле, она сверлила взглядом того самого парня, который столкнулся с ней накануне в торговом центре. Тогда она подумала, что он какой-то фрик, но никак не известный дизайнер. А сейчас этот Александр весь сиял в своем переливающемся пиджаке, обтягивающих брюках и каких-то совершенно необычных туфлях, явно дизайнерских и стоящих целое состояние. Все с той же масленой улыбкой идеально ровных зубов он улыбался ей, болтая коктейль в длинном стакане. – Бонжур, Лея, – с образцовым произношением поздоровался он. – Здравствуйте, ­– неуверенно произнесла девушка. Ее мысли лихорадочно вспоминали слова Жени, когда она наставляла ее по выбору наряда. Девушка говорила, что будет известный дизайнер, который ею заинтересовался, поэтому нужно выбрать наряд, как следует. Пройдя сотню бутиков, Лея остановились на длинном шелковом платье цвета вина с открытой спиной и высоким разрезом на бедре. Показ прошел отлично. В этот раз уже не было такого волнения, как в первый. Лее досталось два образа. Кожаный костюм цвета хаки, состоящий из коротких шорт и пиджака с большими плечами. И короткое черное платье, обрамленное металлическими кружками. Бретелек у него не было и вырез уходил далеко вниз. Половинки сердечек держались на груди только за счет металлической застежки, скрепляющей ткань с обеих сторон. В такой одежде Лея чувствовала себя легко. В дизайне была дерзость и вызов, которые так любила девушка. Катя сделала ей боевой раскрас из темных теней и собрала волосы множеством косичек, как у валькирий. После они быстро все расплели, и девушка сделала макияж более мягким, но все равно по-вечернему ярким. – Я видел Ваши работы, и после того, как Вы напомнили о себе, – надавил он на последнюю фразу, намекая на их короткий разговор у автомата, – я посмотрел то, что удалось найти в интернете. Очень недурно. На показе все выглядело вполне естественно. Но Вы можете сейчас для меня продефилировать? Не задаваясь вопросами, нормально ли просить о таком в данной обстановке, Лея прошла метров пять вперед и назад. Девушка собрала все вокруг взгляды и проглотила жгучее негодование от того, что этот тип ее проверял. Будто показа было мало. Как будто там она все отрепетировала до автоматизма, а сейчас вот может споткнуться. – Вы мне подходите для моей новой коллекции. Показ пройдет во Франции через три недели. –  Во Франции, – только и смогла выдавить Лея. По учебе у нее будут одни автоматы, поэтому о сессии можно не беспокоиться, – единственное, что она смогла подумать в этот момент. Женя расплылась в улыбке, и чувствовалось, что гордится Леей. Ведь она ее детище. – Подумайте над моим предложением. У Вас два дня, чтобы принять решение. Вылет через две недели. То есть перед новым годом. – Спасибо, – машинально произнесла Лея, до сих пор не веря своим ушам. Она грубо повела себя при встрече, и теперь Александр оказывается дизайнером, открывающим ей будущее, о котором можно только мечтать. Перед ее глазами пронеслись годы нищеты, голода, обносков, насмешек и постоянного чувства стыда за свое существование. Но теперь она сможет обеспечить себе безбедную жизнь. От волнения у Леи даже вспотели ладони. Стоило ей только представить, как она идет по подиуму в Париже, ее замечают знаменитости крупнейших модных домов, и кровь согревает все вены. Огонь бурлит внутри ее тела. Вот так должно быть себя чувствует живой человек. Вот, что чувствует Кир, когда выходит на поле, и болельщики скандируют его имя. – Мон шери*, надеюсь, что после моего показа Вы будет сиять еще ярче, – поддразнил Александр девушку за улыбку, которая непроизвольно играла в уголках ее губ. __________ *Моя дорогая (фр.) Горячая рука коснулась оголенной кожи на спине, и Лея тут же к ней прильнула. Запах Кира и его присутствие она почувствовала еще за мгновение до этого. Парень по-хозяйски притянул ее близко к себе и поцеловал в щеку. Только после этого он протянул руку для пожатия, метая молнии в Александра своими свирепыми глазами. – Кирилл, – произнес он тоном, забивающим гвозди. Во многом Лея чувствовала уверенность на показе потому, что знала: среди тысячи глаз, которые ей было не разобрать в свете софитов, – пара из них принадлежала Киру. И смотрели они на нее, даруя веру, крылья, силы, отвагу двигаться вперед и не сдаваться. И если Кир чувствовал то же самое, когда забивал голы и знал, что где-то там на трибунах на него смотрит Лея, то она каждый раз будет говорить ему о том, что он лучший. Попрощавшись с Александром и Женей, Лея повела Кира к выходу. Он выглядел прекрасно в своей белой рубашке и черных брюках, которые стоили дороже, чем ее айфон. И парень прекрасно вписывался в антураж этого вечера. Но ей хотелось уйти, и быть только с ним в этот прекрасный миг. Ей хотелось разделить с Киром свое новое состояние. Еще никогда Лея не была так уверена в себе, как сейчас. Правда, Кир с ней не резонировал и всю дорогу ехал в напряженном молчании. – Что за урод? Какая ты ему еще «дорогуша»? – его кулаки сжимались и разжимались, пока они поднимались на второй этаж коттеджа. Он был взбешен. Как обычно, типичный Кир. Но Лея улыбалась. Поймав в темном коридоре его руку, она вторую запустила в его волосы и поцеловала, прижав к стене. Кира жадно ответил, но не касался ее руками. – Пожалуйста, скажи, что он тоже гей. – Родители скоро придут? – прошептала Лея, отстранившись и заглядывая в его прекрасные глаза. – Я не знаю. – Тогда не будем терять времени. Лея обняла его шею и поцеловала снова. Тяжело выдохнув в ее губы, он провел пальцами по волосам девушки. Но чувствуя нарастающий темп поцелуя, который задавала Лея, словно пьяная от счастья, уже смело коснулся ее спины. Оголенный участок кожи пронзило мурашками, бегающим по ее нервам, словно по проводам. Крепкие руки Киры заключили ее в стальные объятия, и Лея расслабилась, прижимаясь сильнее к телу парня, чувствуя бедром его желание. – Лея, погоди, я слишком завелся, – сказал он охрипшим голосом, прерывая поцелуй. Но продолжал касаться губами ее лица, будто не в силах оторвать себя от нее. – Мы вчера так и не приступили к геометрии, – припомнила девушка поцелуй в ее комнате, когда их тела были в очень сильной близости друг к другу. И чтобы не переходить черту, Кира ушел. – А сегодня у нас уже новый материал. – Лея... – провел он по пряди волос у лица девушки и большим пальцем погладил щеку, заглядывая прямо в ее глаза своими затуманенными, – я без ума от тебя, – и со страдальческим выражением на лице продолжил, – но не торопись... – Ш-ш... – приложила она палец к его губам. – Я готова. На самом деле она была готова уже давно. Еще тогда, когда пришла к нему. Тогда, когда позволила себя касаться на том бильярдном столе. Уже тогда Лея доверяла ему. Но только в это мгновение поняла насколько. Только сейчас она сдалась чувству, что действительно любит его. Кира взял ее за руку и повел в свою комнату. По пути Лее вспомнилось, что он никогда не водил туда девушек, только в гостевые спальни. И в тот раз, когда они касались друг друга голые, Кира настоял сделать это в своей комнате. Сейчас он снова не стал запирать дверь. С самым серьезным и, в то же время, невероятно чистым и светлым выражением лица он подошел к ней, взяв за подбородок, долго заглядывая в глаза. – Ты уверена? – Да, – дала она твердый ответ. – Раздень меня сама. И Лея начала расстегивать пуговицы на его белоснежной рубашке. Прежде чем ее снять, она коснулась ладонью его груди, почувствовав участившийся ритм сердца. Легкая ткань скользила по его мускулистым рукам, следуя за движением кистей Леи. Попутно она успевала разглядывать узоры его татуировок, которые так любила. – Раздень меня полностью. Я хочу, чтобы ты чувствовала, что контроль в твоих руках. От этих слов Лея закрыла глаза. Сколько уважения в ней вызывал этот человек от того, насколько внимательным он был к деталям. Лею раздевали. Ее насиловали, избивали, ограничивали свободу. Ей не давали выбора и даже шанса на то, чтобы пошевелиться. «Всего лишь геометрия». Но в их близости не было ни игр, ни науки. Только чувства. Только свобода двух любящих тел и взаимное желание. Ее взгляд упал на ремень, и она непослушными пальцами начала его расстегивать. Кира стоял перед ней в одних боксерах, такой потрясающе красивый и мужественный. Подойдя к тумбе и вытащив что-то из нее, он лег на свою огромную кровать с черным постельным бельем из шелка. Лея увидела, что Кира положил на подушку презерватив. И в этот момент комок волнения слегка сдавил ее горло. – Свяжи меня, – Кира лежал на кровати и протягивал ей эластичный бинт, который тоже достал из тумбы. – Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в полной безопасности, и что ты можешь в любой момент уйти. Так вот почему он никогда не запирал дверь. «Ты можешь». Это твой выбор. Как отреагирует ее тело, она не знала. И хотя на Киру реакция уже давно отличается от других людей, все же она была благодарна, что и Кира ей доверяет настолько, чтобы дать себя связать. Морской узел Лея, конечно, не стала мастерить, но, тем не менее, постаралась сделать его более крепким. Даже отвлеклась специально на это занятие, чтобы унять волнение. И когда Кира лежал перед ней, привязанный к кровати, она наконец-то стала снимать с себя шелковое платье. Сначала одну бретель, затем вторю, пока не предстала перед ним в одних кружевных черных трусиках и лакированных туфлях-лодочках. Кира снова смотрел на нее так, как будто видел богиню. В пелене его темных глаз она видела восхищение. И быстрым движением Лея избавилась от всего остального, чтобы сдержать порыв прикрыться. Забравшись на кровать, она начала снимать трусы с Киры, и это было настолько странно. Посмотрев в его глаза, Лея мысленно еще раз его поблагодарила за эти ощущения. Сейчас власть была в ее руках, она делала то, что хочет, поэтому страх все больше отступал. Лея нависла над ним и страстно поцеловала сразу же с языком. Кира приподнимал голову, тянулся к ней, и его руки непроизвольно тоже к ней стремились. Во время поцелуя Лея спрашивала себя: хочет ли она, чтобы они ее касались сейчас? Она провела большим пальцем по нижней губе Кира от чего его взгляд стал ещё темнее. Спустилась ниже до его плеч и начала исследовать мышцы под татуировкой. От ее прикосновений они напрягались, и Лея в очередной раз поражалась тому насколько силён этот парень. Но уже могла быть свидетелем этого в такой близости. Затем она поцеловала его шею, как это уже делал Кира с ней, и его реакция оказалась такой же. Кира застонал, как в тот раз хотелось Лее, но она не осмелилась. Тогда Лея решила продолжить исследование и начала покрывать поцелуями его грудь, уходя все ниже. На ране она остановилась. Слегка касаясь, кончиками пальцев обвела ее и легко поцеловала. Как будто это могло забрать всю его боль себе. Кубики пресса под ее губами сокращались, и Кира прерывисто дышал. Когда она провела подушечкой большого пальца по косой выпирающей мышце, уходящей вниз, Кира снова застонал: – Лея... Взяв презерватив, она его оседлала и вопросительно уставилась на непонятную штуку в упаковке. Кира пояснил, как им воспользоваться, и она растянула резинку по всей его длине. – Ты уверена? – задыхающимся от желания голосом и затуманенным взором спросил он ее еще раз. Вместо ответа Лея начала целовать его мягкие губы и медленно вводить в себя. Не зная, насколько получилось это сделать, она остановилась, почувствовав боль. Кира, казалось, тоже задержал дыхание. И как только удалось выдохнуть, Лея слегка расслабилась, давая себе время привыкнуть к ощущениям. – Расслабься, – шептал ей на ухо Кира, пока она медленно впускала его в себя. И как только ее ягодицы коснулись его бедер, Кира блаженно застонал. Словно странник в пустыне, который нашел оазис. Она начала медленно двигаться, позволяя себе чувствовать и исследовать, как наиболее удобно это делать. Кира, не отрываясь, смотрел на нее и тяжело дышал. Впиваясь руками в его плечи, она поднялась и попробовала двигаться так, – ощущения были другими. – Боже, Лея... – сорвалось с его губ, когда она выгибала спину, усиливая ощущения. И в этот момент она поняла, что хочет его прикосновений. Потянувшись к изголовью, Лея начала развязывать бинт. Кира провел руками по ее волосам, и приподнялся, заключая ее лицо в ладони. Слова были не нужны. То чувство, с которым он смотрел на нее в этот момент, могло взрывать галактики и рождать их. Он поцеловал ее. Бережно, с наслаждением, с чувством, будто впервые ее узнал. И это было сильнее чем страсть. Затем его поцелуи начали покрывать ее шею и спускаться к груди. Когда его губы сомкнулись вокруг соска, Лея ахнула. Кира снова опустился на подушку, притягивая ее к себе. Нежным касанием он провел по ее шраму на спине, и, продолжая целовать, согнул свои ноги. Только тогда он переместил свои ладони на Леины бедра и начал под ней двигаться. – Не сдерживайся, – бархатным голосом он пощекотал ей ухо. И Лея начала стонать. Сначала тихо и неуверенно, но потом все громче. – Моя девочка, – вырвалось у него в порыве страсти. Лея ощущала его внутри и сосредотачивалась на этих чувствах. Так же как во время своих панических атак цеплялась за его прикосновения. Было больно и приятно одновременно. И Лея позволяла себе выкрикивать все с каждым своим стоном, чтобы преодолеть скованность и напряжение. – Вот черт, прости. И Кира задвигался быстро-быстро, прижимая ее к себе и произнося ее имя. Которое звучало как само блаженство на его губах. – Прости, у меня просто так давно не было, – шептал Кира ей на ухо, уже перевернув и оказавшись сверху. – Вернемся к предыдущему уроку по геометрии, – и он начал спускаться вниз. – Кира, – остановила его Лея, – не нужно, мне и так хорошо. Я, кажется, живее всех живых, – говорила она сквозь слезы. Эмоции ее захлестывали, и они были настолько противоречивы, что Лея не понимала, что чувствует. – Я сделал тебе больно? Ты не хочешь меня видеть? Или хочешь ударить? – с испуганным взглядом перебирал он. – Лея, пожалуйста... Тебе плохо? – Нет, мне хорошо, я просто... Не знаю, у меня такие странные чувства. – Потому что я облажался, – утвердительно заключил он, хватаясь руками за лицо. – Нет, Кира, – Лея обняла его за плечи, стараясь не думать о том, что он должно быть удовлетворил всех девушек, кроме нее. – То, что у нас получилось, – это уже очень много. Я не сбежала, у меня не было истерики и приступов удушья. Мне, правда, было очень хорошо. Это же... – запнулась она, прогоняя плохие мысли, что он сейчас ее отвергнет, – не последний наш раз? – Иди ко мне, – Кира притянул ее к себе и посадил на колени, покрывая поцелуями волосы и лицо. А потом поднял на руки и понес в душ. Настроив воду, он начал сам ее умывать, бережно проходя по всем участкам кожи. А затем шоркал и себя. Вытерев их обоих большим белым полотенцем, Кира снова на руках понес ее обратно и уложил в постель. – Теперь я могу сдержать свое обещание и никогда не выпускать тебя из своей комнаты, – ответил он на ее вопросительный взгляд, – ты не против? – Нет, – улыбнулась Лея.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.