Красавица и чудовище

Гет
NC-17
В процессе
14
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 12 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
14 Нравится 4 Отзывы 1 В сборник Скачать

Глава 1

Настройки текста
Подготовка ко дню рождения Елены Гилберт. Худшее уже позади, скорбь по Дженне постепенно проходит, а надежда Елены на то, что Стефан все ещё жив и его можно найти нет. Но в этом и есть вся суть Гилберт, она любит его и боится потерять, потому что уже и так много чего потеряла. Елена будет пытаться его найти даже если пройдёт целое столетие. Кэролайн, Тайлер и весёлая девчонка с шоколадными кудряшками, а также по совместительству близняшка Джереми помогают Елене украшать дом Сальваторе к её празднику. Они все что-то бурно обсуждают, а затем Тайлер решает резко перевести тему и поговорить об отношениях Елены и Деймона. О которых ещё недавно и речи не могло быть, но все постепенно меняется. Гилберт, попытавшись сохранить самообладание, смущённо отводит взгляд. А Кэролайн и Хейли нарочито показательно прокашливаются, намекая оборотню поскорей заткнуться. — Но ты же поцеловала его. Дала ему «надежду». — усмехается Локвуд, и Форбс, стоящая рядом с ним, легонько пихает его в плечо, давая ему немой намёк «Лучше помолчи». — Я поцеловала его, потому что думала, что он умрёт. — твёрдо и с абсолютно невозмутимым лицом парирует Елена. — Ведь именно на волоске от смерти человеку нужны поцелуйчики. — ядовито усмехается Хейли и посылает своей старшей сестре воздушные поцелуи, а та смотрит на неё отнюдь не добрым взором. Кэролайн, поняв, что обстановка становится напряжённой, пытается улучшить эту ситуацию: — Давайте не будем говорить о Деймоне или о поцелуях, которые уже давно пора забыть. — она грозным взглядом посматривает на своего парня и на сестрёнку Елены, а потом продолжает: — Лучше вспомним хорошие и тёплые воспоминания нашей жизни, если такие ещё остались. — Ну, если вспомнить то время, когда нам всем было по пять лет, то, да, хороших воспоминаний там полно. — задумчиво хмычет Хейли, издавая нервный смешок. — Я думаю, что мы поищем хорошие воспоминания где-нибудь поближе. — сердито отзывается Форбс, нахмуренно смотря на младшую Гилберт. — Я помню как в пятнадцать лет мне понравилась одна девочка, и я отчаянно пытался добиться её внимания. — тихо смеётся Тайлер и полностью уходит в себя, проигрывая в своей голове какую-то нерассказанную историю. — Интересно, и как же ты пытался добиться её внимания? — с неподельным интересом спрашивает Хейли. — Ну… Каждый день клал в её почтовый ящик небольшой букетик ромашек, а потом выяснилось, что это даже не её дом. — увлечённо рассказывает Локвуд, а все три девушки начинают раскатисто и громко смеяться, от чего он недовольно бурчит на них. — Никаких хи-хи, меня до сих пор передергивает от того, что я носил цветы восьмидесятилетней старушке, которая заметив меня, начала ко мне клееиться. — О черт, Локвуд, не знала, что тебя на старушек тянет, — плотоядно ухмыляется младшая Гилберт, — что ж ты раньше-то не сказал, моя соседка давно одинока и ищет себе жениха. — Тайлер бросает в её сторону яростный взор, а она лишь отвечает ему ещё более ядовитой ухмылкой. — Тайлер, на всякий случай, не советую рассказывать такие истории при моей сестрёнке, — предупреждающе произносит Елена. — А то она потом всю жизнь будет тебе это припоминать. — Буду иметь ввиду. — коротко отзывается Локвуд и, схватив пустую коробку, уходит в другую комнату. Кэролайн, Хейли и Елена решают передохнуть и присаживаются на диван, уставившись в одну точку и размышляя каждая о своём. Хейли все вспоминает тот день, когда узнала о существовании сверхъестественного. Это был день смерти Дженны. Она все ещё не может забыть взгляд своей тёти, когда тот вампир вонзил ей кол прямо в сердце. Девушка рыдала, сидя на холодной земле рядом с её телом и не хотела отходить от неё. Она кричала и не могла поверить, что Дженны больше нет. А хуже всего это только то, что она знала, что тётя умрёт. У неё была какая-то чуйка или ещё что-то, но это точно был знак, предсказывающий её смерть. Но Хейли посчитав себя сумасшедшей, не стала придавать этому особое значение, а потом хныкала возле её тела и на всех языках мира проклинала того вампира, имени которого не знает и не особо-то хочет знать. Хейли быстренько выйдя из транса, откидывается на спинку дивана, прогоняя из головы этот мучительной кошмар. — Кстати, Елена, есть новости, что там со Стефаном? Елена устало качает головой, — Как обычно ничего нового. Деймон помогает мне с его поисками, но пока что все тщетно. — Деймон помогает, значит. — загадочно улыбается младшая Гилберт. — Забудь про Деймона, Хейли, — цокает языком в ответ Кэролайн, встревая в их разговор, — лучше расскажи как там у тебя с Айзеком. Она растерянно отводит взгляд и даже не знает какие слова подобрать для ответа. Вот о ком, а своём уже бывшем парне говорить ей не хочется. — Мы пока взяли паузу в отношениях. — Или в переводе с твоего языка: «Я отшиваю бедного парня, потому что он очень и очень хороший, а я подросток, который начитался подростковых романов и мечтает теперь о бэдбое». — шуточно расмахивает руками Форбс. Хейли, непонятливо хмурясь, тут же строго возражает на её слова, — Нет, все не так, как ты только что сказала. — её старшая сестра издаёт короткий смешок, пытаясь сдержать смех, который норовит вырваться. — Айзек несомненно замечательный, но после того, что я узнала об этом мире и после всего остального, я кое-что для себя поняла. Мне нужны отношения, которые будут интересными и непредсказуемыми, загадочными и захватывающими, понимаете? — резюмирует она, мечтательно погрузившись в свои фантазии. — Тогда тебе нужен вампир. — красноречиво проговаривает Елена. — Или оборотень. — шутит следом за ней Кэролайн. — Очень смешно. Младшая Гилберт закатывает глаза и как бы всем своим видом твердит «О нет, никаких вампиров, а уж тем более оборотней». Затем томно вздохнув, произносит: — Ничего личного, но я хочу, чтобы в отношениях меня любили, а не пытались съесть. — Здесь я с тобой соглашусь, — соглашается старшая Гилберт и горько усмехается, — встречаться с вампиром то же самое, что и подписать себе смертный приговор. Поэтому, Хейли, даже не смей хоть когда-нибудь заводить отношения с каким-нибудь сверхъестественным существом. — её голос становится твёрже, а взгляд строже. — Не волнуйся, Сестрёнка, я же не ты. — лениво отмахивается Хейли. — Тогда тебе подходит только Айзек, — подытоживает Форбс и, немного подумав, продолжает, — Тем более, вы с ним очень красиво смотритесь и он тебя любит. — Ладно, пойду я лучше, а то ещё свадьбу мне сейчас организовывать будут. — отрезает в ответ младшая Гилберт и встаёт с дивана, направляясь к двери, — увидимся на вечеринке. — помахав рукой на прощанье, она тут же поспешно убегает прочь, оставляя свою сестру и её лучшую подругу наедине.

***

Однажды возвращаясь из школы, Хейли встретила сумасшедшую копию своей сестры, которая пыталась её убить, чтобы поиздеваться над Еленой. Выжить-то она выжила, все хорошо, но после того случая девушка начала слышать звенящие, громкие и душераздирающие голоса, не дающие ей покоя. Списывая все на шок от пережитой ситуации, она не придавала этому никакого значения. Но, предсказав смерти собственной тёти, Хейли уже не была уверена, что она сумасшедшая или просто шокированная.

***

Собирается на день рождения своей сестры Хейли прямо в доме Сальваторе, потому что все будет там и так намного удобнее, чем потом тащиться из своего дома в этот. Она рисует себе стрелки на глазах, красит губы, затем решает выпрямить плойкой свои волосы. И таким образом, становится практически копией старшей сестры. Ей с детства твердят, что они сильно похожи и прямо сейчас это сходство видно невооружённым взглядом. Удивительно, что несмотря на то, что родители Елены вовсе не Грейсон и Миранда, она и Хейли все равно похожи. Надев чёрный полупрозрачный топ и джинсы того же цвета, она включает экран своего телефона, смотря на время, которое показывает, что уже пора выходить. Выйдя из комнаты, девушка бродит по дому в поисках Елены, чтобы вместе с ней отправиться на вечеринку. Заглядывая в каждую комнату этого огромного особняка, она устало вздыхает, не понимая куда могла пропасть её сестра. Наконец, Хейли видит приоткрытую дверь и, заглянув в неё, изумленно приподнимает брови, ухмыльнувшись. В комнате стоят двое: Деймон и Елена. Вампир, которого ещё недавно Гилберт презирала и боялась, надевает на её шею кулон, некогда подаренный Стефаном. Конечно, нарушать такую интимную обстановку и отличный романтичный момент девушке не хочется, но делать нечего. И раскрыв эту дверь, она встаёт у стены и прокашливается, намекая на свое присутствие. Деймон и Елена тут же оборачиваются. А Хейли все ещё ухмыляясь, приветливо машет им ладошкой. Её старшая сестра закатывает глаза, скрывая смущение, которое испытывает из-за того, что здесь только что произошло. А Сальваторе смотрит таким грозным взглядом на неё, будто она ему помешала. Елена выходит в коридор, а он намеревается выйти вслед за ней, но Хейли выставляет свою руку вперёд, не пропуская его. — У меня есть к тебе разговор, Деймон. Недоумевающе нахмурившись, вампир насмешливо отзывается, — Малышка Гилберт, я не даю частных уроков на тему «Как научиться целоваться». Девушка хмурится и цокает языком, — Идиот, я не об этом, — он ядовито ухмыляется, а она закатывает глаза, — Я хочу поговорить о Елене. Не смей делать ей больно. Предупреждаю. Деймон открывает рот, чтобы что-то ответить, но не успевает, так как Хейли перебивает его, ткнув пальцем в его грудь, — Она моя сестра. И за неё я убью любого. Даже если это будет вампир, который в тысячу раз сильнее меня. Понял? Он ничего не отвечает, а просто сдержанно кивает. Затем выйдя наконец-то в коридор, хватает Елену под руку и они вместе, улыбаясь, идут вперёд. А за ними плетется младшая Гилберт, предвещая, что праздник точно будет очень весёлым. Её предупреждение для Сальваторе — это не просто пустые слова. Ведь он прекрасно помнит, то, когда она узнала о том, что он пришёл к ним домой и убил Джереми — эта бойкая девчонка собственными руками выстрелила в него из арбалета Аларика. Сейчас, конечно, эту историю все вспоминают смеясь, но тогда все было серьёзно.

***

Уже вечереет, праздник в самом разгаре, да и Елена похоже счастлива. В гордом одиночестве допивая свою бутылку с пивом, Хейли изучающим и оценивающим взглядом обводит зал и, увидев своего брата, который так же как и она один, подходит к нему, при этом хлопнув его по спине. Джереми тут же испуганно оборачивается и, приметив эту самодовольно ухмыляющуюся мордашку, расслабленно выдыхает. — Прошу, Хейли, не пугай меня так больше. Она издаёт короткий смешок. — Я что, такая страшная? — Нет, но в последнее время… — Джереми резко осекается, поджимает губы и просто молчит, не продолжая свою фразу. — В общем… не важно. Сведя брови к переносице, сестра подозрительно косится на него, — Эй, ты чего! Давай колись, что с тобой. Он все ещё молчит, но, когда она пихает его в плечо, отчего слышится негромкое «Ай!», то сдаётся: — Хорошо, хорошо, я сейчас расскажу. — Джереми делает паузу, чтобы немного выпить для храбрости, а Хейли выжидающе наблюдает за ним, скрестив руки на груди, — у тебя когда-нибудь было ощущение, что ты будто сходишь с ума. Она полминуты думает, а затем быстро отзывается, — Это ощущение преследует меня с самого рождения. — Конечно, мы же Гилберты, а они все чокнутые, — тихо смеётся её брат, — но после того как Бонни воскресила меня, я начал видеть что-то очень странное. — интригующе проговаривает он. Хейли заинтересовавшись, поддается ближе к нему и словно задает немой вопрос «Что именно?». — Как тебе сказать… Анну и Вики. — Ты видешь своих умерших бывших девушек? — Да, и это меня очень настораживает. — Они что-нибудь тебе говорят? — настороженно спрашивает сестра, строго нахмурив брови. — Нет, — отрезает Джереми. — Просто появляются из ниоткуда и странно глядят на меня. — В прошлом я бы сказала тебе, что ты пересмотрел ужастиков, но сейчас могу сказать только одно, — Хейли обречённо выдыхает и сочувственно смотрит ему прямо в глаза. — Нужна помощь нашей ведьмочки Бонни, Джер. Он нервно усмехается, — Я и без тебя это знаю. Всё, иди, маленький монстр. — «Маленький монстр»? — обиженно переспрашивает она, — мне уже давно не пять лет, болван. — они оба весело смеются, и Хейли идёт по помещению дальше, надеясь найти в темноте выход. Проходя толпу танцующих и пьяных людей, она натыкается на жалобный взгляд, похожий на котенка. Эти голубые глаза в конце коридора умиленно наблюдают за девушкой, что ей скорее хочется куда-нибудь спрятаться или заживо похоронить себя, но только не видеть его глаза. Неловко улыбнувшись, она неподвижно стоит на том же месте и также неловко машет парню рукой. Удивительно, что люди, которые знают друг друга много лет, сейчас ведут себя как совершенно незнакомые друг другу. Он все же решается подойти к ней, а она хочет сбежать отсюда подальше. Но не делает этого. — Привет, Хейли, — робко проговаривает парень, — очень классная вечеринка у твоей сестры. — Привет, Айзек, — здоровается в ответ Хейли, — да, спасибо. Я передам ей. — и наступает та самая неловкая пауза между людьми, которые недавно ещё встречались. Прокашлившись, Айзек наконец произносит: — Слушай, Хейли, ты сказала, что тебе нужен перерыв и я все понимаю, ведь у тебя недавно умерла тётя… И наверное, не стоило мне этого сейчас говорить. — он издаёт нервный смешок. — Ничего страшного, но ты прав, мне нужен перерыв. — соглашается Гилберт, а светловолосый парень поднимает на неё свой взгляд. — Я хочу, чтобы пока что мы с тобой остались друзьями. Ты же не против? — интересуется она в надежде услышать «да», но он просто согласно кивает. — Отлично, теперь мы с тобой друзья. — Но я же могу проводить тебя до дома? Как друг? — осторожно спрашивает парень, словно это что-то плохое. — Конечно, можешь, — улыбнувшись, примирительно отвечает Хейли, — я тут ещё немного пьяная и… — она тихо смеётся, пряча лицо в ладонях. — Ладно, всё, пошли отсюда. — Давай руку, я помогу тебе. — Айзек протягивает ей свою руку, и она обхватывает её, прижимаясь к его плечу. Уголки его губ медленно поднимаются вверх от действий Гилберт, а на душе становится приятно и спокойно. Они выходят на улицу, и холодный, морозный воздух ударяет прямо в лицо, резко отрезвляя девушку. Она неуютно дергается, будто только что проснулась. Айзек ведёт её к своей машине и усаживает на сиденье, а следом садится за руль. Сев поудобнее и откинувшись на спинку, Хейли подает голос: — Можно я включу радио? — Конечно, и вообще ты все ещё можешь чувствовать себя в этой машине как в своей. — Ага, вот только у меня нет своей машины. Они оба начинают весело смеяться. А после этого снова тишина. И неловкая пауза. — У меня в бардачке есть кое-что,  —проговаривает парень, — Это для тебя. — он застенчиво отводит взгляд и следит за дорогой. Заинтересовавшись, младшая Гилберт открывает бардачок и, увидев шуршащую яркую упаковку, радостно восклицает. — Боже мой, мой любимый мармелад! Но где ты его достал? Его можно купить только в Бельгии. — Моя тётя живёт там, и я попросил её привезти. — отзывается Айзек, — Тебе нравится? — заметив горящие глаза девушки, он радуется. — Спасибо, Айзек, — поддавшись нахлынувшим эмоциям, она чмокает его в щёчку, отчего он тут же заливается красным цветом. — Только ты всегда знаешь как поднять мне настроение. — И всегда буду тебе его поднимать, чтобы ни случилось. И всегда хочу быть рядом с тобой. — Я тоже хочу всегда быть рядом с тобой. Машина резко тормозит около дома Гилбертов. И Хейли, обняв парня на прощанье, поспешно убегает домой, а он смотрит вслед ей тоскующим взглядом.

***

Прошло уже два дня с дня рождения Елены и так получилось, что с сестрой она с того дня так и не общалась. Потому что Елена временно живёт в доме Сальваторе, а Хейли в доме Гилбертов вместе с Джереми и Алариком. А, если честно, то младшая Гилберт за это лето заметила, что сёстра стала закрытой, немного замкнутой и редко с ней общается. Скорее всего это все из-за Стефана, который укатил с Клаусом невесть куда, а Гилберт все ещё пытается его найти. Эти размышления сбивают Хейли и мешают спокойно делать уроки, которые она уже давно и не делает. А просто сидит на кухне, что-то черкая карандашом на листке. Вот только что именно она рисует неизвестно даже ей. Заправив прядь волос за ухо, Гилберт продолжает старательно чертить какие-то линии. Она настолько сильно сжимает в своих руках карандаш, что создаётся ощущение, будто сейчас вместо одного у неё будет их два. — Хейли, все в порядке? — вопрос, заданный Алариком, который только что зашёл на кухню, резко выводит девушку из транса. Она поднимает на него свой взгляд и словно поначалу не может понять, где находится. — Я думал, что ты ушла с остальными на вечер приколов. — Нет, сейчас такие развлечения не для меня. — отчеканивает в ответ Хейли, а затем приглядевшись к нему, недовольно выпаливает, — Ты что опять сегодня пил, Рик?! Я, мой брат и моя сестра уже потеряли родителей и тётю — не хочу, чтобы послезавтра мы похоронили и опекуна из-за алкогольного отравления. Устало вздохнув, Зальцман откидывается на спинку стула, — Я просто пытаюсь таким образом оплакивать свою погибшую девушку. Я брошу, но не сейчас. — Рик, всем сейчас тяжело без Дженны. Я тоже безумно скучаю по ней, но нужно жить дальше. — девушка обречённо заглядывает в его глаза, — А ещё я вообще-то переживаю за тебя, учитель-алкоголик. Он издаёт нервный смешок, — Я вижу как вы живёте дальше, Мисс Гилберт. — она укоризненно смотрит на него, явно не понимая о чем он говорит. — Закрылась ото всех, никуда не ходишь и сидишь на кухне в полном одиночестве. — Эй, я — это совсем другое. Да и к тому же, мне сейчас никто не нужен. Так мне намного комфортней. — Ладно, прости, Хейли. Но давай закроем этот разговор раз и навсегда? — С радостью. — Отлично. Что рисуешь? — интересуется Аларик, чтобы поскорее переключиться на другую тему. Хейли хмурит брови и выглядит очень растерянной. Она пожимает плечами, давая понять, что сама этого не знает, а Зальцман настороженно берет в руки один из листов, лежащих на столе. И видит, что там не рисунки, а каракули и вечно повторяющиеся одни и те же цифры. — Что это за цифры? — задаёт вопрос он, но девушка снова пожимает плечами. — Так, а вот это уже серьёзно. — Я не помню даже как начала их писать. — тихим голосом проговаривает она и начинает перебирать целую кипу листов, — Их тут около сотни?! И везде одни и те же цифры. Семнадцать и шесть. Что это может быть? — Не знаю, но, кажется, у меня есть догадки. — отвечает Зальцман и уходит в себя, раздумывая над этой странной загадкой. Гилберт выжидающе наблюдает за ним, но уже проходит минут пять, а он все ещё молчит. — Прошу тебя, не молчи! Если я схожу с ума пусть так и будет, но не молчи! — её терпение уже совсем подходит к концу, а нервы сдают. — Что это может быть? — Семнадцатое июня. — наконец-то произносит Аларик, а затем на выдохе добавляет, — дата смерти Дженны. После этих слов она больше не слышит ничего. Дыхание останавливается. Руки трясутся. Колени дрожат. А во рту появляется металлический привкус крови. Зальцман испуганно осматривает девушку и осознает, что у неё начинается приступ паники, — Хейли? Все нормально? — Да. Всё хорошо. Мне просто нужен… — она резко встаёт со стула и тычет пальцем в сторону двери, — воздух. Пойду на улицу и подышу немного. — дрожащим голосом резюмирует Хейли и поспешным шагом выбегает из комнаты. — У тебя точно все хорошо? — вновь вопрошает Аларик, но она уже не слышит его. Выйдя на улицу, ей становится немного полегче, так как свежий воздух нормализует дыхание. Но постояв ещё какое-то время, Хейли чувствует, что прямо сейчас готова разрыдаться. Внезапно она снова вспоминает смерть Дженны, всю ту боль, которую она тогда испытала. Скорбь, боль, шок — все это смешивается воедино в её голове. Эмоций настолько много, что, не выдержав, она обесиленно падает на землю и закрывает глаза, пытаясь прогнать эти жуткие воспоминания. — Успокойся, Хейли, прошло уже три месяца. Просто забудь. — дрожащим голосом твердит девушка себе. Вдруг почувствовав холодок, прошедший по спине, она раскрывает глаза и, ошарашенно открыв рот, отскакивает в противоположную сторону. Рядом с ней стоит Дженна. А точнее, её призрак. Хейли трясёт головой, не веря, что на самом деле видит свою тётю. И повторяет только одно: Тебя здесь нет. Тебя здесь нет. Тебя здесь нет. Тебяздесьнеттебяздесьнет. — Я не сумасшедшая, нет. Со мной все в порядке. — обжигающие слезы начинают незаметно стекать по её щекам, и теперь она наконец-то осознает, что с ней что-то не так. Она ненормальная. Гилберт решается посмотреть на свою погибшую тётю и видит лишь какой-то образ, это не Дженна, а всего лишь призрак. Её глаза стеклянные, а тело серое, холодное, застывшее. А слова, которые она произносит отдаются эхом и противным шёпотом в голове Хейли, заставляя поморщиться, будто от боли. Потому что это и вправду очень больно. Затем призрак Дженны отворачивается от неё и идёт вперёд, приказывая ей идти за ней. Хейли сдаётся и, встав с земли и вытерев слезы, направляется вслед за тётей. А голоса в голове все ещё мезрко шепчут, не останавливаясь: Смерть. Смерть. Смерть. Ты должна спасти их. Помоги.

***

Словно загипнотизированная девушка идёт по дороге. Силуэт Дженны уже исчез, а шепот прекращается только тогда, когда она переступает порог старшей школы Мистик Фолз. И гипноз также неожиданно пропадает, и Хейли оглядывается по сторонам, совершенно не понимая как здесь оказалась. Но какое-то неведомое чувство подсказывает ей, что здесь что-то должно случиться. Ведь она не могла прийти в школу просто так. Значит, что-то не так. Добежав до кабинета истории, Гилберт достаёт из ящиков Аларика деревянный кол на всякий случай. Потому что она понимает, что, если имеется проблема, то она связана с вампирами. Поэтому кол может пригодиться. Её сердце колотится с бешеной скоростью. А дыхание настолько тяжёлое и прерывистое, что вампиру легко будет услышать её. Она боится за свою жизнь. Любой бы испугался. Конечно, жить, зная, что на свете существуют существа-чудовища, которым ничего не стоит лишить жизни человека — это вовсе не её мечта. В шестнадцать лет никому не захочется так жить. Но девушка пытается не подавать виду, что ей до жути страшно. Если враг не знает твоих настоящих чувств, ты сможешь его обыграть. Она осторожно крадется по пустому коридору, спрятав кол под кофточкой. Тишина непроницаемая. И это её поражает. Внезапно Хейли хватается за живот, чуть вскрикнув от боли. Только не это. Она помнит это чувство, означающее смерть где-то здесь неподалёку. Теперь ей ещё страшнее. Посреди абсолютно пустого помещения вдруг появляется фигура, а это значит её шаги услышали. Хейли бежит в обратную сторону, надеясь, что её не заметят. Но знаете что? Удача вообще хреновая штука. Её резко хватают за руку грубой хваткой и тащат за собой по коридору школы. Сглотнув болезненный ком в горле, Гилберт решается посмотреть кто это. И видит блондинку со странной ухмылкой. — Поразительно настолько сильно ты похожа на Петрову, — удивлённо шепчет ей прямо в ухо эта блондинка. — Я даже сначала подумала, что двойников этой Татии нынче двое, а оказывается ты, куколка, просто очень симпатичная пародия на неё… — А как тебя зовут? — соблазнительным голосом резко вопрошает она. Хейли молчит. Она не собирается говорить свое имя встречной незнакомке. Но та не унимается и, покрепче сжав ей руку, ожидает ответа. — Хейли. Меня зовут Хейли, а теперь отпусти мою руку, пожалуйста. — чуть вскрикнув от боли, отзывается девушка. — А я Ребекка. Но я не могу тебя отпустить, для начала я должна познакомить тебя с моим братом. — загадочно проговаривает в ответ Ребекка и продолжает до хруста сжимать ей руку. — Слушай, блондиночка, — раздражённо начинает Хейли и, заметив её гневный взор, тут же осекается, — то есть, Ребекка. Лучше отпусти меня, я безполезная и скучная и ничем тебе не пригожусь. А ни с какими братьями я знакомиться не хочу. — устало резюмирует она. Но блондинка не слышит её и раскрывает дверь спортивного зала, поспешным шагом заходя внутрь. А затем швыряет младшую Гилберт на пол, как какую-то ненужную куклу. — Клаус! — громко кричит Ребекка. И он, Елена и Стефан оборачиваются на её голос, а затем переводят взгляд на перепуганную девушку, лежащую на полу. — Ты только посмотри какую милашку, крадущуюся в коридоре, я нашла. — наигранно-радостно продолжает она. Елена, увидев, что это её сестра, истерично восклицает, — Не трогайте её! Она здесь не причём, не нужно вмешивать её в это! — кажется, что ещё чуть-чуть и она разрыдается. Клаус не обращая внимания на слова Гилберт, подходит к Хейли, заинтересованно взирая на неё, — Я помню тебя. Помню как ты безвыходно рыдала над телом мёртвой тёти. Младшая Гилберт, я полагаю? Хейли хочет плюнуть ему прямо в лицо. Её злость и гнев смешиваются в ней от его слов. Она помнит его. Помнит тот день, помнит все. И именно призрак мёртвой тёти привёл её к нему. Неожиданно Клаус поднимает её с земли и тащит в центр зала, где Стефан и Елена стоят так, словно ожидают своего приговора. — Так, так… — издевательским тоном произносит Майклсон. — На чем вы с вами остановились, детишки? — весело спрашивает он. Но всем остальным вовсе сейчас не до веселья. Наступает мрачная тишина. — Точно, вспомнил. У вашей ведьмы осталось пятнадцать минут до того, как Тайлер умрёт. Смерть. Смерть Тайлера. Вот о чем шептали голоса. — А пока у нас так много времени, мы ещё вдоволь успеем повеселиться. — Клаус смотрит на Гилберт и Сальваторе, а затем переводит взгляд на Хейли, хищно ухмыльнувшись. — Отпусти их. Тебе нужен я, а не они. — спокойно просит Стефан, намекая на девушек, поневоле попавших во весь этот удивительный сверхъестественный мир. Удивлённо вскинув брови, Клаус издаёт короткий смешок, — Нет, так не пойдёт. Я не могу делать что-то просто так. Сначала ты должен доказать мне, что потрошитель все ещё здесь. — выжидающе наблюдает он за Сальваторе, по глазам которого можно понять, что он сейчас делает важнейший выбор внутри себя. — Давай же, Стефан. Подойди ко мне и убей сестру Елены. После этих слов сердце младшей Гилберт замирает. А Майклсона наоборот вся эта ситуация только забавляет. Он монстр. Хуже любого чудовища или вампира. кричит её внутренний голос, пока она пытается достать из-под кофты деревянный кол. Елена прикрывает рот рукой, пытаясь не заплакать. Она боится того, что может сейчас произойти. Сальваторе поджимает губы, раздумывая над его словами, а затем твёрдо отрезает, — Нет. Я не собираюсь этого делать, Клаус. — Ты уверен? — переспрашивает он, смотря на вампира, — что ж, тогда я сделаю это сам. — резюмирует Клаус и хватает Хейли за шею, перекрывая ей кислород. Елена кричит и пытается бежать к нему, но Стефан не пускает её, крепко держа за руку. Он знает на что способен первородный и боится подпускать её к нему. — Это твой последний шанс, Стефан. Или я легко могу свернуть ей шею. — угрожающе проговаривает Майклсон, но Стефан все ещё стоит на месте, не зная что делать. Младшая Гилберт начинает задыхаться и чувствует, как земля уходит из-под её ног. Но вдруг у неё получается достать кол, и она со всей силы вонзает его первродному прямо в грудную клетку. Он рычит от боли и отталкивает девушку от себя, отчего она летит в стену и ударяется об неё головой. Удивлённо ахнув, её сестра ошарашенно округляет глаза. — Молодец, девочка, что догадалась взять с собой деревянный кол. Вот только есть одно «но», — говорит Клаус, вытаскивая из себя кол и все ещё негромко рыча от боли. — Меня нельзя убить простой палкой. Я — первородный гибрид, мне тысяча лет. Но твоя попытка меня приятно удивила. — ядовито ухмыляется он. Хейли, пытаясь прокашляться после того, как её чуть не задушили, презрительным взглядом осматривает его. И не может понять откуда в нем столько злобы и жестокости. Неужели если ты обременен жить вечно, то должен быть обязательно злодеем? Сил в её теле совсем нет и, чувствуя ноющую боль, она обморочно засыпает. Майклсон, потеряв к девушке всякий интерес, медленно подходит к Стефану, — Придётся попробовать другой метод, — задумчиво хмыкнув, произносит он. — Отключи свои эмоции. Сальваторе противится его внушению и со злобным рыком отталкивает первородного от себя, — НЕТ! Но ему это не нравится, и теперь он внушает ещё более настойчивей, — Я сказал ОТКЛЮЧИ ИХ! В этот раз Стефан окончательно сдаётся и, раскрыв свои глаза, превращается в кровожадного монстра. — Стефан… — сипло проговаривает Елена. — Что ты с ним сделал? — недовольно нахмурившись, обращается она к Клаусу. — Вернул его настоящую сущность. Потрошителя. — с неким энтузиазмом отзывается он и, подойдя к Гилберт, добавляет: — Стефан, а теперь ты можешь укусить свою возлюбленную. — резюмирует Майклсон и уходит. — Стефан, нет! Ты ещё можешь бороться! — испуганно восклицает Елена, но на неё смотрит уже не Стефан Сальваторе, а кровожадный потрошитель, который уже даже не слышит её, а лишь мечтает вонзить свои клыки в её шею. Эту ночь они все запомнят надолго. Ужас этой ночи ещё долго не будет отпускать их. И пока Никлаус Майклсон строит свои злодейские планы и радуется тому, что его мечта создавать свою армию гибридов наконец осуществится, Хейли Гилберт лежит без сознания под капельницей в больнице. А рядом с её койкой сидит парень по имени Айзек, жалобно смотря на неё в надежде, что она поправится. И это только начало.
Примечания:

Ещё по фэндому "Дневники вампира"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования