ID работы: 12227965

День (не)святого Валентино

Слэш
R
Завершён
16
автор
Размер:
3 страницы, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Поделиться:
Награды от читателей:
16 Нравится 5 Отзывы 2 В сборник Скачать

День (не)святого Валентино

Настройки текста
Покрасневшие от частых в последнее время слёз глаза главного извращенца на улицах и в публичных домах, но только не наедине с собой вновь наполнились щиплющей их розоватые уголки солёной влагой. Раздражённо тряхнув длинной белой чёлкой, Энджел тихо всхлипнул, зарываясь мокрой мордашкой в прохладную подушку. Одеяло давно покоится на полу, наверное, как обычно, в углу тесной комнатки, отведённой в качестве личного пространства Даста. Без него слишком холодно, так и хочется свернуться в маленький незаметный комочек, который никто никогда не найдёт и не сможет в очередной раз разорвать в клочья, причиняя адскую боль, после которой сама Преисподняя покажется Раем. Раем, где не гремят каждые триста шестьдесят пять дней слова о грядущей зачистке Ада. Раем, где нет жалкого отродья под личиной приторно-ласкового подчинителя робких и слабых, пытающихся пробиться в массы хотя бы самыми непристойными способами. Валентино. Только благодаря ему голова «ангельского кексика» всё ещё держится на предоставленной ей тонкой белоснежной шейке, перетянутой похожим на ошейник блестящим чокером. Без него крошечное ангельское сердце, будучи пронзённым сверкающим под алыми небесами райским оружием, давно перестало бы содрогаться от мучительных спазмов после каждой бурной ночи с теми, кого Энджел предпочёл бы никогда в лицо не видеть. И, честно говоря, именно это Даст предпочёл бы вместо частых прогулок к аппарату с заветными пакетиками с цветастыми порошками. Наркотики были единственным, что могло помочь ему забыться, выпасть из ненавистной для него загробной реальности. Но нецелесообразно будет тратить на них все заработанные своими ночными похождениями деньги, лишь бы обеспечить себе хотя бы несколько дней, лишённых болезненных позывов скучающего по опасным, но манящим веществам организма. И приходится, отчаянно впиваясь нежными пальчиками в пропахший духами с персиковым ароматом матрас, прислушиваясь к единственному звуку, что нарушает гробовую тишину съёмной «пещерки» Энджела, — его собственному плачу. Он готов был разрыдаться от боли, от морального одиночества посреди окружающих его каждый день бесчувственных уродов, которых привлекает только его тело и которые ежедневно плюют ему в душу жгучей кислотой. Наверное, со временем она и вправду истлеет к чертям и останется на растерзание маньякоподобным любителям свежей плоти. Очень хотелось выплакать слёзы, которых больше совсем не осталось. Как и сил на то, чтобы продолжать мучаться в чужих грубых руках, выворачивающих наизнанку всё его существо... Послышался мягкий скрип медленно приоткрывающегося окна — и на пол комнаты с тихим шлепком приземлилось маленькое, но шустрое существо, которое, вцепившись в простыню, быстро вскарабкалось к Энджелу на кровать. В темноте блеснул его отливающий красным единственный глаз без зрачка, прикрытый длинными тёмными ресницами. Послышался приятный высокий голос, по которому сразу можно было понять, кто решил наведаться к Дасту в столь поздний час: — Энджи... Ты спишь?... Тебе плохо?... Кто угодно бы понял, что Энджела пришла навестить его лучшая подруга Черри Бомб, что в кругу неведомых ей демонов буквально превращается в огненную бестию, готовую крушить всё на своём пути, но наедине с ним всегда осторожная, ласковая и нежная. Кто угодно, но только не сам Энджел... — ЧТО?!? НЕТ!!! НЕ ПОХОДИ КО МНЕ!!! — резко дёрнулся в сторону Энджел, чуть не сорвавшись со своего ложа прямо на грязный пол. Пытаясь вжаться головой в свою любимую розовую подушку, он зажмуривает отказывающиеся видеть что-либо от непередаваемого страха глаза. От животного страха, окончательно завладевшего его помутнённым сознанием. После того, что с ним делает Валентино после каждого выступления в студии(неважно, удачным оно было или нет), он боится чужих прикосновений, боится любых фактов присутствия кого-то другого на его личной территории, поскольку велика вероятность, что это будет он, Валентино. Который уже не раз доказывал, что способен найти своего «ангельского крошку» где угодно, чуть ли не из-под земли достать, из-за чего Даст почти забыл, что такое «чувствовать себя в безопасности». — Тише... Тише, мой малыш... Это я, Черри... Не узнаёшь?... Боязнь всего вокруг сковала ноющие челюсти паучка, отчего тот не мог произнести ни слова в ответ. Чувствуя во всём теле мелкую дрожь, он нерешительно оторвал промокшую насквозь мордашку от подушки-спасительницы и поднял заплаканные глаза на собеседника. — Тебе больно?... Тебя сегодня кто-то ранил?... — продолжала осторожно задавать вопросы Черри. В ответ послышалось лишь жалобное скуление, после чего девчонка сама заметила на мохнатой спинке Энджела свежие царапины, которые ещё даже не успели затянуться. Ахнув и про себя возмутившись, насколько же жестокими даже для демонов бывают повелители ада, Черри ползком подобралась к отвернувшемуся от неё и от окна Дасту и нежно поцеловала каждую рваную царапинку, кровавой трещиной перерезающую белоснежный мех. От каждого её прикосновения Энджел слабо вздрагивал, до сих пор не веря, что чувствует чужую ласку и заботу после стольких часов всевозможных видов насилия. Он предпочёл не двигаться, приняв роль стороннего наблюдателя, как он обычно и делал всегда во время ночных «пыток», получаемых от жаждущих насладиться им богатых извращенцев. Те воспоминания до сих пор часто посещают его кошмары, заставляя просыпаться в холодном поту и шарахаться от несуществующих порождений его больного сознания. Конечно, в темноте воображение часто разыгрывается до такой степени, что и самого себя не помнишь от страха. Но до чего же удивительно: когда рядом с тобой твой самый близкий демон, ты и твои страхи словно оказываются по разные стороны непробиваемого барьера, и ты даже готов подразнить их, мол, не доберётесь до меня, не сможете. Сейчас Энджел был ещё слишком далёк от этого состояния, но уже несмело ластился к подставленной ему ладони красноглазой девчонки, словно домашняя кошечка. Будь он кошкой, он, наверное, тихо замурчал бы от удовольствия. А пока он способен лишь на то, чтобы судорожно прижиматься к крепко обнимающей его подруге. Он по-прежнему жутко боится чужих прикосновений, но прямо сейчас в нём борются два противоположных желания. Он в отчаянии мечется между двух огней. Что ему сделать: поддаться условному рефлексу избегания всего, что способно вызвать у него дискомфорт, или перестать быть жертвой собственной боязни и окунуться с головой в слова, что нежно шепчут ему прямо сейчас на ушко: «Не бойся... Я здесь... Я с тобой... Здесь только ты и я...»? От слов, которые прямо сейчас говорит его единственный близкий демон во всём аду, пропитанное манящими запахами наркотиков сердце Энджела начинает тихо трепетать, боязливо ускоряя своё робкое биение. Теперь ему больше не чудится, что каждое невинное поглаживание по плечу или поцелуй в шейку оставляет на его теле болезненный ожог. Нет, все эти действия будто заживляют его давние раны, дарят то, чего так не хватает с момента попадания в Адское Пекло его измученной душе. Прерывистое дыхание постепенно приходит в норму и становится ровным и спокойным. Последний слабый вдох — и Энджел погружается в спасительный сон, согревающий его истерзанное нутро. Почувствовав, что друг уже спит, Черри осторожно, чтобы не разбудить, отпускает его и подходит к окну, из которого яркий лунный свет падает на оставленную ей тёмно-лиловую сумку, в которой лежит заранее приготовленный подарок для её лучшего друга. В конце концов, завтра особенный день, самый чудесный праздник для всех, кто влюблён или жаждет любви, — День святого Валентина. Поставив на тумбочку возле кровати Энджела железную баночку персиковой газировки(она знает, что Энджи обожает такую, не зря же он фотку с ней в своём Инстаграме выложил) и коробочку шоколадных конфет, она кладёт рядом небольшой конверт, украшенный цветочками, в котором лежит записка, гласящая следующее: «Я знаю, что сейчас ты очень нуждаешься в любви и духовной близости, которой, наверное, следовало бы временно заменить физическую. Я была уверена, что сегодня тебе досталось не меньше, чем в прошлые будни. И, наверное, не только в будни. Поэтому я здесь. Поэтому я прямо сейчас хочу подарить тебе капельку счастья, мой милый друг. Я принесла тебе подарок, ведь скоро наступит особенный праздничный день — День святого... нет, лучше не буду говорить, кого, а то вдруг у тебя с этим и другими подобными именами исключительно отрицательные ассоциации. Желаю, чтобы в этот день тебе снились только самые желанные сны. И чтобы они когда-нибудь нашли отражение в твоей реальности... С огромным желанием, чтобы твоя жизнь наладилась, твоя Черри». И в конце милая подпись — огромная извилистая буква «Ч» с кружевным сердечком на конце. Подумав, что сейчас друга ни в коем случае не следует оставлять в одиночестве, от одного упоминания которого у него мурашки по коже, Черри соглашается с идеей провести ночь рядом с ним. Прикорнув рядом с ним на краешке постели, она, утомлённо прикрыв глаза, посмотрела на спящего Энджела. Каким спокойным и умиротворённым он выглядит сейчас. В сознании он давно перестал быть таким. Она счастлива, что он до сих пор не разучился искренне улыбаться благодаря возможности погрузиться в царство грёз, где его потаённые мечты обволакивают его многострадальное сердце целиком и полностью. Длинная белая чёлка прикрывает его плотно сомкнутые глаза с изредка вздрагивающими веками. Время от времени Энджел начинает тихонько стонать и, бормоча что-то неразборчивое себе под нос, принимается беспорядочно шарить рукой по прохладной простыни. Тогда Черри сразу придвигается ближе и, крепко и уверенно сжимая его дрожащую руку, нежно приобнимает его за плечо. Тогда «ангелочек» сразу успокаивается и продолжает мирно спать. Интересно, о чём он сейчас думает?... Его агрессивное поведение... Его милые кошачьи повадки... Его вздрагивающие от каждого прикосновения чувствительные и такие мягкие ушки... Так хочется погладить их наяву... Так хочется зарыться носиком в пушистый мех на его серой грудке, прижимаясь к нему всё сильнее... Так хочется поцеловать его блестящий чёрный носик... Что ж, надежда ещё не потеряна...
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.