Лунный серп

Фемслэш
R
Завершён
17
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
7 страниц, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
17 Нравится 4 Отзывы 2 В сборник Скачать

Черный лебедь

Настройки текста
Наши грехи — наши маски. Люди придумали бесчисленное количество способов для скрытия своей истинной сущности. Маски, деньги, секс. Только подумайте, они сотворили собственными руками место из крови тщеславия и гордыни. Эту кровь они разлили по фужерам и спили до дна. Открыли ворота в замок, породивший грязь, и теперь даже Сатане не под силу смыть следы человеческого вранья. Открыли ворота на бал-маскарад, полный дьяволов с искаженными лицами. Она это видела, слышала, чувствовала, поглощала в себя и находилась в клетке. В такой же клетчатой, как пиджак молодого господина с бокалом шампанского. Как решетки на окнах, или плиточный пол. Кружевные, черные платья и на всех без исключения — маски. Маски, выдающие их. У дамы в белом — белая маска, затмившая высокими впредь до потолка перьями её правду. У джентльмена в черном — черная маска, бессердечная. У Джиу — такая же белая в серебряной оправе — деликатная, трепетная. И у всех можно заметить особенность, разделенную на каждого — бессовестность. А может это только Джиу давала ассоциации и вешала ярлыки? С целью опасения, чтобы обойти их жадность и ярость, вылитую вином на белые скатерти. Было скользко. Джентельмен целовал её, сминал губы, обтираясь грубой щетиной об юные щеки. Джиу запомнила: поддаваться, контролировать, чтобы он вкушал целиком уверенность. Так её учила давно мертвая мать, но не учил всё ещё живой отец. Слова матери — океан. Глотай воду, солоноватую, горькую. Глотай. Ныряй и глотай. И жениху создай океан, чтобы он глотал воду литрами. Оторвись от него. На шаг, или на два, сколько посчитаешь нужным, столько и делай шагов. Отдались, чтобы вернулся. Протяни руку чужаку. Джиу протягивает. Ныряет не в воду, в широкую ладонь, обтянутую бархатной перчаткой. Они встретились. Черный и белый лебедь. — Позвольте. Черная маска, осевшая на открытом для глаз лице блеснула под люстрой желтых огней. Здесь Джиу оказывается приглашенной на бал, потанцевать, скрасить одиночество, ступать в унисон за партнером. — Вы, должно быть, заскучали. - алые губы растянулись в искренней улыбке. — Вы девушка? — Как грубо, - тяжелая голова склонилась над плечом Джиу, — я только хотела потанцевать. Вы отказываетесь? Очерчиваются её глаза. Джиу думает: темнее ночи. Полный мрак скатывается под ужасающей маской. Лезут кошмарные сцены с удушением под их сиянием. Снова опасается. — Так вы отказываетесь? Рука держала крепко, может, вселяла надежду, страсть. Однако, волновала больше тайфуна, сжимала в кулак всевозможные слова. Ничего не сказать. — Прошу простить за мою безрассудность, госпожа. Я вас не потревожу. Незнакомка поклонилась, обернулась и Джиу поторопилась схватить её обратно. Нахально. — Нет, всё же потанцуем. Музыка заиграла громче. Та, кто намеревалась не тревожить, соглашается с улыбкой, проваливающейся сквозь скалы аккуратных ямочек. Джиу запоминает, всю её запоминает, как она флегматична, осторожна... Запоминает... В танце запоминает, как туфли вступают в контакт с каблуками. — Не сочтите за наглость, но вы довольно бледна. Я могу поинтересоваться вашим состоянием? - дыхание черного лебедя осело на шее. — Всё отлично. — Вы соврете, если так скажете. — Почему это? Ладонь приобняла талию, — потому что... - пальцы вскарабкались по тонкой линии запястья, — ваши руки и глаза говорят, что вы совершили преступление. Джиу растворилась. — Как вы думаете, что за преступление? — Убежать от своего джентльмена это тоже преступление. Душевное преступление. Джиу скрепляет пальцы в незамысловатое кольцо, перебирает, изучает. — Да что вы? Я сбежала? — Подозреваю. — В чем вы ещё меня подозреваете? — Lo terrò nascosto. - шепотом, пробирающим в глубину океана. — Знаете итальянский? — Более чем. Грудь прижимается к другой. — Мне не нравятся секреты. — А вы хотите познать всё-всё? — Допустим. Затягивает в глубину ещё больше, массивом, разносящим вдребезги грудную клетку. Глазами, накалывающими на штыки. Руками, вшитыми в шею. Она опаляет, а могла бы и сжечь напрочь. — Тогда совершенно секретно вам скажу: ваш джентльмен просто дьявол. — Поражаете. — Поражаю. - растягивается в улыбке. В этот момент Джиу начинает слышать: как по скрипке небрежно ходит смычок, как дышит черный лебедь, как тела сливаются в трении. Как звучит безмолвие. Обрывается: — Вы, вижу, согласны. Напористо. Пугающе. Она пугала с самого начала. Никто бы не решился дурно говорить о спутнике статной леди. — А вы, вижу, очень смелы. — Как знать. Джиу разворачивают спиной, — разрешите. - ладони, укутанные в королевские перчатки спустились вдоль по шелку платья. Внутренняя сторона бедра, поясница, пах. Показала свою смелость в полной мере. Показала величие, которого стоит страшиться. — Вам нравится? — Это вульгарно. — Но вам нравится. — Вы заставляете меня совершить ещё пару преступлений. — Заставляю. Не тщеславие и не гордыня. В ней похоть. Джиу запоминает. — Покажете мне, что под маской? — Пустота. Снова лицом к лицу и за руку. — Ваши глаза говорят, что там гораздо больше. — Они вам врут, - она прикасается губами к скуле, — и вы врете. На мероприятии принято соблюдать дресс-код, вы это знаете, - пальцы смахнули с плеча короткий рукав платья, — я могу снять маску только там, где позволено. Где темно, где безлюдно. Знаете. Джиу не отвечает. — Молчите... — Думаю вы спешите. Я даже не знаю вашего имени. — С вашего позволения, - черный лебедь прикасается впадинкой под губами к тыльной стороне ладони, разглаживает, целует, — называйте меня Ив. — Крайне любопытно. — Любопытно что? Ив ведёт Джиу в сторону, чтобы скрыться в чужих телах от джентльмена. — Это ведь не ваше имя. — Не моё, вы правы. Давайте оставим истину в секрете, как бы вы их не любили. — За секреты вам придется расплатиться. Ив саркастично улыбается, — как же? — Поцелуем. — Преступница. Черный лебедь прижимается, магнитится и гуляет поцелуями от щеки до губ, а потом всё, затягивает в водоворот. Проникает языком внутрь, обводит зубы, по закону надменной случайности трогает и подчиняет к себе, чтобы не сбежала. Джиу думает: поймалась. Поцелуй с тяжелым дыханием при всех присутствующих. Это истина похоти. И заключается она не в сексе. — Вас устраивает? - губы отлипли. Тело полыхало, Джиу стало крайне тесно. — Ив... Вам здесь хорошо? — Почему задаете такой вопрос? — Подумайте. Джиу вырывают из танцующей толпы — по коридору — направо — в зал с музыкальными инструментами. Мрачно. Холодно. Ив на неё смотрит, но этого невидно. — Я могу сделать вас счастливой всего на одну ночь. — Только на одну? — На одну. — И ничего более? — Ничего более. Одна ночь и я превращусь в пустоту. Сомнительно. — Я согласна. Голос продрожал в сгибе бурлящего вулкана. До чего же жутко... Ив нападет первой, прикоснется и Джиу окажется в той же клетке. — Я не сниму маску, вы и на это согласны? — Да. — Уверены? — Стопроцентно. — Как мне вас называть? — Как вам вздумается. И вот... Джиу оголяет лицо, Ив делает толчок и вжимает её в закрытое пианино, поднимает и тянется к ключицам. Водоворот знакомо затягивает, морозит. Джиу — тонущий Титаник. Ив — громадный айсберг. Ломает по частям, запуская ладонь под кружевное платье, позволяет снять с себя пиджак. Устраивает кораблекрушение. — Не пытайтесь снять с меня маску, подобно пиджаку, прошу вас. На выдохе послышалось, — не посмею. Она взяла руку Джиу, поочередно облизала каждый палец и подтащила за предплечье к себе, расстегнула пуговицы на спине и обнаженная леди в миг выпорхнула из заточения ткани. Джиу кривилась от блаженства, которого не испытывала давно, но Ив молчала, обкусывала кожу, молчала и молчала... Тело отдавалось, ответом — молчание, никаких эмоций. Кружева платья ерзали по рубашке, толчки усиливались, серп луны выглянул из окна, прикрытого шторами, осветил глаза Ив. Тогда-то Джиу и поняла, что Ив не совсем человек. Она Сатана этого бала, задача которой — пополнять пустоту своим наблюдением и действиями. Она словно делала то, что должна была сделать, словно это её долг. Соблазнять, захватывать, оставлять за собой боль. Обманывать, что останется лишь пустота. Джиу не врала. Ив врала. Врала чувствами, касаясь бледными губами коленей, груди, каждой частицы. А когда жертва пылает, эмоции расходуются и потребляются нападающим. Жертва никогда не узнает, какой она была по счёту. Ей остается только спросить... — Какое количество грехов я совершила? И получить: — Колоссальное. Тут же нападающий затыкает поцелуем. А когда ваш ритуал закончен, и он самостоятельно принес тебя в жертву... — Наша с вами связь будет вечной. Помните об этом. Пустота обнуляется. Джиу возвращается к той же цепи. Кроме вранья, обещание о счастье на одну сумрачную ночь — святая правда. С этого момента она помнит вечно: луну в глазах и вороную маску.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.