Сын Синего Алмаза: Стать Человеком

Наконец этот момент настал. Корабль Синего Алмаза достиг близости к Солнечной Системе, достаточной для телепортации. Скоро Орион посетит родину своего отца. Свой новый дом. Было страшновато, но все его поддерживали. Вместе с ним к телепорту пошли Жемчуг, Первая, Девятая, Десятая, Семнадцатая и Восемнадцатая. Меньше минуты перемещения в столбе света, и вот они уже на месте. Вокруг поле травы, а вдалеке кустарники, деревья. По голубому небу медленно проносятся облака и летают птицы. Солнце согревает кожу. Дует ветер. Ориона пробрала дрожь. — Ух, сколько тут новых ощущений. И тут все это чувствуют? Тепло, движения воздуха, столько запахов. — Да. Это запах растений, они тут почти везде, — важно и улыбкой сказала Десятая, она то родилась на этой планете. — А ещё у людей под воздействием солнца может измениться цвет кожи, — взглянула она на Ориона, у которого была бело-бледная кожа. Благо не было проблем со здоровьем от отсутствия ультрафиолета, благодаря препаратам имитирующим его. — О, глядите. Земля. Прямо под ногами. Так быстро её нашли, — опустился он на землю и начал её трогать. — Твердая, но рассыпчатая. Прям как засохшая еда. — Хм, действительно, — присоединилась к нему Семнадцатая. — Так, нуу... Дайте и мне места, — присела к ним Восемнадцатая, и они играли с землей уже втроем. Жемчуг смотрела на это с улыбкой, пока Первая оглядывалась по сторонам. — Будьте наготове, здесь могут быть дикие органики, — сказала она всем. И в этот же момент где-то послышался треск, шуршания листьев, и это становилось всё громче и приближалось к ним. — Оооооориииииоооооооон! — послышался эмоциональный крик, и все увидели, как после прыжка, затмив собой солнце, в небе появилась Розовый Алмаз, что постепенно парила к земле. Видимо наученная тем, что может что-то сломать. — Орион, Жемчуг, ляписы! Привет всем! — Взглянула она на окружающих, что едва не запустили в неё водяные пули. — Кхм, выскажусь вместо Первой, она явно не озвучит это в лицо Алмазу, — начала Семнадцатая, всё ещё сидя на корточках. — А погромче нельзя было кричать, чтобы нас точно вся планета услышала?! Вы, простите, сошли с ума?! У нас тут конспирация! — Розовая стояла, выпав в осадок. Никто. Никто никогда к ней так не обращался, кроме некоторых людей. Но чтобы самоцвет, и такого ранга. — Эээ, — она просто не знала что говорить. В подобных ситуациях с сестрами она чаще просто молчала и ждала что ей скажут, если была неправа. А тут она точно оплошала. — Ну ладно, всякое случается. Да и мы же выбирали место где не будет никого лишнего, — сказал наконец что-то Орион. — Привет, Розовая! А ты большая. — А ты маленький. О, точно! — она достала что-то из кармана. — Вот, выпей эти пять таблеток и сделай две инъекции. Это чтобы твой иммунитет стал крепче и ты не заболел. Правда какое-то время тебе может быть плохо, но это пройдет. И это лучше не откладывать. Ох, надо было раньше отправить телепортом... — стукнула она себя ладонью по лбу. — Да ничего, — принял он лекарства, начав их употребление. Девятая протянула ему конус левитирующей воды, чтобы запить. — Мы благодарны вам за всю оказанную помощь, Розовый Алмаз, — сказала Первая, сложив руки в форме ромба. — И мы клянемся исполнить волю Синего Алмаза и её.. супруга. — Хихи, какие молодцы. Эх, я буду очень скучать по Синей, очень-очень. Но я рада, что она стала такой счастливой. И из её счастья появился Ориончик! — обняла она вышеназванного, едва не помешав ему сделать укол себе в руку. — По людским обычаям, я должна называть его племянником, а он меня тетушкой, или тетей. Вот. Надеюсь мы классно проведем время! Хотя у меня его немного, управление колонией, уф. Зато вот мои друзья тебе точно помогут! Я тебя с ними познакомлю, ну или хотя бы скажу где их искать. — Так, а чем мы займемся сейчас? — спросил человек. — Ну, для начала познакомимся... со всем. Взгляните на то, что вас окружает! Этот телепорт кстати не просто так здесь стоит, я подумала что в будущем вы могли бы здесь жить! Здесь почти нет людей на многие мили, а животные довольно безобидны. Правда и съедобного тут мало, но с этим думаю у вас проблем не будет, — она рассказывала и обводила руками пейзаж вокруг. Пролески и поляны были среди скоплений кустарников и редеющего леса, переходящего в густой лес. Некоторые рощи здесь были настолько высокими, что среди них вполне можно было бы спрятать большой корабль. — Я сама выбирала место, довольно долго сидела просматривая местность планеты, — слегка гордо сказала она. — Круто. Идёмте, посмотрим всё тут! — сказал он, взяв Жемчуг за руку. Та даже не ответила вслух, но всё было понятно по радости в её эмоциях. — Чтож, хорошо, мы последуем вашему совету, — поклонилась Первая. — А ещё кстати лежать в траве довольно приятно, насколько я помню. Один раз так упала и лежала, — высказалась Десятая. И они начали изучать флору планеты, её рельеф, сам воздух и землю под ногами. Они смотрели на птиц, насекомых. Рвали цветы и нюхали их. А тем временем за всеми наблюдала Розовая. Она хорошо проводила время со своими друзьями, но вот такого не видела ещё никогда, чтобы человек и самоцветы так хорошо ладили, понимали друг друга с полуслова и порой действовали как единое целое, продолжая действия друг друга. И при этом Орион не боялся и не стеснялся своих сопровождающих, всегда брал за руку если хотел отвести и показать что-то интересное, или просил взять его на руки и подлететь к дуплу в дереве. Он был таким свободным, хоть провёл всю жизнь в заключении корабля. Хоть он был алмазом. Или потому что был наполовину, потому он был таким. Сказать честно, Розовая завидовала. Ей до сих пор было трудно завести дружескую беседу со своей Жемчуг, потому что ответы той всегда были в духе: «А о чем вы хотите поговорить? А куда вы желаете пойти? Не стоит обо мне беспокоиться, моё желание это быть рядом с вами». А Орион спокойно подбегал к Восемнадцатой и вручал ей букет ромашек, пока Десятая предложила связать из него обруч для головы, как они делали с поделками из углеволокна. Все веселись вместе, даже Первая немного расслабилась и могла не осматривать местность на предмет опасности, а любоваться. А когда Орион с непривычки запинался и едва не падал, его без промедлений ловил поток воды, исходящий от Восемнадцатой. Лазуриты не могут сами быстро создавать воду в больших объемах, но она брала её прямо из окружающих растений, без раздумий иссушая их жизнь, чтобы Орион не поранился. Розовая думала, что он только продолжит спотыкаться, но через час он уже более-менее хорошо ходил по пролескам. Видимо она снова неправильно поняла принцип человеческого обучения, ей казалось что без мотивации в виде набитых шишек он не будет учиться. Но её мысли не так уж неверны, мотивация у Ориона была, а именно - не напрягать сильно своих подруг, и как можно лучше провести с ними время. Наступил вечер, повсюду доносились громкие звуки стрекочущих насекомых. У Ориона устали ноги, и потому его на спине несла Восемнадцатая, пока они неспеша возвращались к порталу. — Классная планета. Столько цветов, органиков, иногда правда кусачих, — потирал человек свои красные укусы от насекомых. — Буду так счастлив, когда мы сможем придти сюда со всеми! — обнял он покрепче ляпис и улыбнулся, закрыв глаза. — Сможем ведь? Или остальным надо будет следить за кораблем? — По протоколу, разумеется, надо, — сказала Первая. — Но ты важнее протоколов, так что оставим корабль на автопилоте, если отправимся исследовать планету все вместе, — сказала она, сдерживая улыбку. Она ещё годы назад поняла, что Орион захочет провести здесь время со всеми ними, так что была к этому готова, достаточно улучшив бортовой компьютер. — Ура! Крутотень. Ах, люблю вас всех! — в очередной раз удивлял он Розовую. Может он ещё ребенок, но она редко видела чтобы люди так открыто выражали эмоции, чаще они были скрытными, задумчивыми, угрюмыми. А раскрывались лишь в кругу семьи. Выходит, лазуриты стали для него семьей?

***

И вот наконец то эта команда разведки вернулась на корабль. Все в венках из цветов, даже Первая, с полными карманами шишек, камушков, веточек, листиков и прочей атрибутики. Разумеется многие ждали от них подробностей, ведь сами пока что корректировали орбиту корабля, чтобы оставить его на автопилоте, раз уж они долетели до места. И они рассказывали, показывали фотографии с планшетов, добытые трофеи, говорили о своих ощущениях и о влаге в растениях. Впечатления, не считая насекомых, были положительными. — Так, мы прилетели. И что дальше то? — спросил наконец Орион, и ответила ему Четырнадцатая. — Дальше? Просто жить, узнавать каково быть человеком, ну и, самоцветом, мы всё ещё не поняли как раскрыть твои способности, а у тебя они точно есть, — последнее Орион не мог отрицать, даже сейчас он почувствовал тепло от Четырнадцатой, и насколько он знал, ни другие люди так не умеют, ни лазуриты не умеют посылать свои эмоции другим. — Розовая говорила про своих друзей, они точно помогут, — сказала Десятая и многие её поддержали. — Угу, понятно. Так и... мы будем вместе? Вы теперь не отправитесь по важным самоцветным делам на планете? Хоть наверно я много хочу, раз хочу всегда быть с вами... — говорил Орион, и с каждым словом его голова опускалась ниже, а голос становился тише. — Ты - наше самое важное дело. Даже если бы внезапно объявилась твоя мама и сказала нам отменить миссию или что она закончена, мы бы отказались и остались с тобой. Так ведь? — спросила у всех Пятнадцатая, и услышала лишь поддержку. — Так что да, мы с тобой, — улыбнулась она и развела ладонями, а после подлетела к нему и легла головой ему на колени. — А ты будешь с нами? — Конечно! Эм, ну, там как получится, нам же надо скрываться, но я хочу проводить время со всеми вами. — Ах, люблю этого человека! — взяла его Пятнадцатая за руку. — Хе, и я тебя люблю! И всех вас! — буквально излучал он волны счастья на окружающих. — Воаааааа, ой, правда сейчас уже хочу спать. — Ладно, отнесу тебя в комнату. Посплю с тобой? — Да, конечно. — Класс! — сказала лазурит и они улетели в дыру в потолке. А остальные тем временем остались на обсуждении последних событий.

***

Их голосования и оповещения. Ох как же сильно они помогли не натворить глупостей и не разругаться. Может самоцветы и были существами коллективными, но им не чужда была гордость и целеустремленность, жажда достижения собственного успеха, и порой зависть. И потому никто не делал с Орионом того, что не устроило бы других. А если кто-то всё же делал что-то новое, значит это могли делать и остальные, когда будет возможность. Так система оставалась в равновесии и царил мир, и хоть сперва у многих была в мыслях нерешительность, стеснительность, со временем все стали честнее со своими чувствами и желаниями. Всем всё нравилось, они были счастливы. И надеялись, что также всё будет и на Кристалле.