Можно аккуратно, но не слишком осторожно

Венти хмурится, опираясь плечом о бетонную стену. Может, Сяо сам сейчас ничего, даже себя не осознавал, но Венти неприятно вдруг стало видеть его не таким, каким он его знает — привычно холодным и сдержанным, а каким то неуверенным что ли. Будто это и не он вовсе был, не он сейчас стоял и оправдывался перед Венти. Врал. Да, и оправдывался ли? Кажется, Венти снова выворачивает все не так. Стоит, хмурится, а у самого сердце сжимается и трепыхается как подбитая птица в агонии все еще живой первой любви. Это состояние затянулось, когда эта ебучая птица уже сдохнет? Венти же переменчив, так какого хуя. Или любовь это всегда долго? Он пытается всеми силами внушить себе, что ничего нет, что все нормально, но не получается. Венти происходящее с ним только мешает, потому что, когда Сяо поднимает на него глаза, сердце начинает трепыхаться сильнее. Внимание, внимание! ВНИМАНИЕ! Если ты ничего не сделаешь с этим, я просто остановлюсь. Внешне Венти не реагирует, но внутри у него творится чертова революция, под кожей огнём горит. Что такое любовь? Венти не знает ответ на этот вопрос, но ему щемит сердце так, что становится больно, когда он думает о Сяо, его глазах и его худой шее. Венти не замечает, что он готов уничтожить весь ебанный мир, лишь бы Сяо был рядом с ним. Вся любовь Венти сосредотачивается на Сяо и его янтарных глазах. Они стоят, опираясь о старый, съеденый ржавчиной, но ещё рабочий автомат с газировкой. Зачем, зачем, зачем? Венти не решается это сказать, но это вязкое тягучее ощущение распространяется по всему телу и достигает кончиков пальцев электрическими разрядами. Венти сдается. Юношеская любовь всегда несчастна. Она навсегда обречена быть нарывом на сердце. Венти прикрывает глаза, поджимает губы, судорожно перебирая в голове всё. Тишина давит со всем сторон и подросток хочет сжаться до размеров атома, лишь бы не чувствовать это чувство. Но знает, не поможет. Венти хочется закричать, заплакать, попросить Сяо не уходить, что бы он был рядом. Венти знает причину избегания, но ничего не говорит. Потому что так будет лучше. Он же поклялся не поднимать ничего, связанного с собственными чувствами. - Сегодня тебя не было в школе, хотя, судя по всему ты уже выздоровел. - Венти выгибает тёмную бровь, вопросительно глядя на друга, а у самого руки неприятно горят от желания проехаться по чужой скуле, что бы кровью харкаться начал. Чёртов Сяо. - Получается, завтра ты уже придёшь? - Венти натягивает на лицо привычную улыбку, губы нервно подрагивают, а кончики пальцев покалывает