Кровь на твоих руках...

- И я тот, из-за кого умерла Киоко – твоя мать. Мужчина молчал, выжидающе глядя на девушку, а она не могла произнести ни слова, ошарашено глядя на него. Голос куда-то пропал, а мысли, как рой взбешенных пчел, носились беспорядочно в голове. - Что это значит? – наконец, сипло произнесла Тсукико, облизнув пересохшие от волнения губы. Стук сердца глухо отдавался в ушах, заглушая посторонние шорохи, а кончики пальцев неприятно заледенели. - Ты ведь даже не знаешь, из-за чего Киоко в тот день убежала из дома, правда? – в голосе Ягами звучала укоризна, но рыжеволосой было не до этого. Вскочив на ноги, она подскочила к решетке, отделявшей ее от похитителя и, вцепившись в металлические прутья – откуда только силы взялись, - закричала. - Я спрашиваю, какое ты отношение имеешь к маме?! Качнув головой, мужчина вздохнул и поднялся на ноги. Настороженным взглядом Сасагава проводила его, но он шел не к ней. Дойдя до шкафа, он достал из него кружку. Оба они молчали, пока японец не налил себе чая – для этого он вышел из комнаты за горячей водой. Только устроившись на кровати и поставив на небольшой столик чай, мужчина посмотрел на ожидавшую ответа на свой вопрос девушку. - Пожалуй, придется начать с самого начала, - отпив из кружки, он поморщился – чай оказался еще слишком горячим. В любое другое время Тсукико бы позлорадствовала, но сейчас было совсем не до этого. – Семь лет назад, по приказу Мастера, я познакомился с женой Десятого Босса довольно крупной мафиозной Семьи под названием Вонгола. Для стороннего наблюдателя их семья казалась идеальной. Работящий муж, хозяйственная жена, красивая дочка. Но на самом деле все было иначе. Тсунаеши днями пропадал на работе, а Киоко на самом деле никогда его не любила, лишь по доброте решив выйти за него. Правда, красота дочери была неподдельной, - Ягами изобразил поклон, но девушка проигнорировала этот жест, ошарашенная услышанным. – Разумеется, когда мы начали встречаться, Савада узнал практически сразу. Он проверил информацию на меня, но ничего не нашел, потому что на время встреч я оборвал все связи с мафией. И он сдался. Он продолжал доверять жене, делая вид, что ничего не знает… - Это не правда… - прошептала Сасагава, оседая на пол, но продолжая сжимать прутья руками. Ее трясло, а перед глазами темнело. Ее мир рушился с каждым сказанным Ягами словом, и больше всего ей хотелось, чтобы он замолчал. Но спокойный, деловитый голос мафиози продолжал достигать ее сознания, а попросить его замолчать у нее почему-то не получалось. - В тот вечер Киоко окончательно решила уйти ко мне, а Савада ее не остановил, потому что окончательно понял – его надежды не сбылись, и Киоко не смогла полюбить его, - безжалостно продолжал мужчина, словно не замечая мучений пленницы. – Но Мастеру она больше была не нужна. Точней, ее смерть была лучшим способом подкосить непобедимого Десятого. Савада Киоко встретила свою смерть под колесами автомобиля, водителя которого нанял я, лично дав необходимые указания. А этот водитель встретил смерть от руки взбешенного Тсунаеши. Вот так все и было, принцесса… Тсукико не могла даже возмутиться тому, что ее опять назвали принцессой. Дрожь лишь усилилась, а конечности холодели, словно вся кровь собиралась ближе к истерично бьющемуся сердцу. Ягами уже давно замолчал, допил чай и благополучно вышел из комнаты, отправившись следить за периметром, а девушка все никак не могла прийти в себя. Рю был прав – ее мир только что рухнул. Почему-то, хоть на словах она и продолжала твердить, что это не может быть правдой, она чувствовала – все так. Мозаика сложилась, являя ей неутешительную картину. «Почему же?..»

***

Ламбо метался по кабинету Занзаса, не в силах успокоиться. - Сядь уже! – наконец, рявкнул Гокудера, и так не обладавший необходимым спокойствием, а бегающий Бовино только добавлял агрессивности Урагану. - Я не могу спокойно сидеть! - Успокойтесь, оба! – Скуало настороженно оглянулся на Босса Варии, но тот делал вид, что дремлет, ровным счетом не обращая никакого внимания на окружающий шум. Впрочем, в одной руке он держал полупустой стакан, и рука его непроизвольно сжималась сильней, грозясь то ли кинуть его в источник наибольшего шума, то ли раздавить ко всем чертям. - Пришли данные от Шоичи, - негромкий голос Ямамото подействовал лучше громового вопля Скуало, и в кабинете воцарилась тишина. Одновременно с этим рухнуло терпение Занзаса, осколками стеклянного бокала осыпаясь на ковер. Приоткрыв алые глаза, Небо Варии мрачно окинул подчиненных и Вонгольских Хранителей, надолго задержавшись на Саваде. Тсунаеши сжал руки в кулаки, разглядывая карту, присланную Шоичи. - Почему тут две отметки? – наконец, нарушил тишину Гокудера, разглядывая карту. – Шоичи вроде говорил, что отследит только номер Тсукико… Взоры остальных присутствующих обратились на молчавшего до сих пор Сого. Парень сидел в углу и единственный не принимал участия в спорах. От шума у него разболелась голова, да еще и сознанием сложно воспринималось виденье мира только одним глазом. Заново приходилось привыкать к ориентированию в пространстве. А привыкать было необходимо. Луссурия сказал, что восстановить глаз и не допустить появления шрама он не сможет даже своим Пламенем Солнца. И Гокудера послушно учился, ни капли не сожалея о своем поступке. Погрузившись в свои мысли пепельноволосый не сразу заметил, когда все замолчали, оглядываясь на него. - Сого, у Тсукико есть второй телефон? – Гокудера-старший решил помочь растерявшемуся сыну. Несколько мгновений оглядывая взрослых людей, ждущих от него ответа, парень все же кивнул. - Она купила самый дешевый пару месяцев назад. Хотела, чтобы для меня, Саюри и Юу был свой, отдельный номер. Она взяла его с собой в поездку. - То есть, один сигнал идет от «пустышки», а второй от настоящего местоположения Тсукико, - удовлетворенно кивнул Савада, вновь окидывая взглядом экран ноутбука. - Врой, Тсуна, почему ты уверен, что твоя дочь и один из телефонов вместе? Может, оба номера – пустышки?! – Скуало был как всегда несдержан, и от его последующего вопля зазвенели стекла. А вопить ему было от чего – Занзас нашарил на столе запасной стакан и привычно кинул его в голову Правой Руки. Скуало, конечно, увернулся – годы практики позволяли ему уворачиваться из любой позы и с любого расстояния. Но вот настроения это ему по-прежнему не улучшало. - Потому что это ловушка, ясно же, ку-фу-фу, - материализовавшийся за спиной Савады Мукуро попытался с ехидной усмешкой обнять Босса за талию, но наткнулся на злобный взгляд Занзаса и сочувствующий – Тсуна знал, что будет с иллюзионистом, если он все же сделает задуманное, - от Десятого. Сделав вид, что просто потягивался, Туман Вонголы отошел в сторону и уже оттуда изобразил ехидство и моральное превосходство над присутствующими. Впрочем, никто не проявил должного восхищения – Небо Варии и Вонголы проигнорировали, Хаято фыркнул и отвернулся, Скуало и Сого сделали вид, что не видели, а Ямамото вновь уткнулся в ноутбук, - и Рокудо огорченно увял. Пробурчав что-то вроде: «Пойду, проведаю сына», прозвучавшее как: «Сволочи вы неблагодарные, не цените мои труды» - иллюзионист исчез из кабинета, судя по всему, действительно направляясь в сторону лазарета. - Итак, отправляем два отряда, - Тсуна выпрямился и оглядел присутствующих. – Гокудера, ты возглавишь один отряд и отправишься к точке «один». Я поведу второй. Выступаем за час до заката. - Слушаюсь! – Гокудера вытянулся и слегка поклонился. А в следующий миг замер, расширенными глазами глядя прямо перед собой. Тсунаеши слегка улыбнулся – всего уголками губ, но этого хватило, чтобы шокировать Ураган. Потому что на протяжении шести лет можно было только мечтать о том, чтобы увидеть подобное. А сейчас… - Я рассчитываю на вас. - Да! – Гокудера вновь вытянулся, но уже с другими чувствами. Если прежде он повиновался Боссу из-за безграничного уважения и признания, что тот будет лучшим Боссом, то сейчас Хаято был и правда счастлив. Выходя из кабинета, Гокудера догнал Ямамото и пошел рядом, поглядывая на него время от времени. - Ну, ты подумал над моими словами? – наконец, не выдержал он, останавливая мечника посреди коридора. Ямамото послушно остановился и оглянулся на подрывника. - Да. Но мне кажется, что тебе лучше обратиться с этим вопросом к Скуало. - Почему?! - Я рад, что в твоем сыне просыпается пламя Урагана. Также я рад, что ты считаешь, что он сможет стать хорошим помощником Тсукико – Одиннадцатой. Но я не лучший учитель. И раз парень даже с одним глазом хочет продолжать тренировки с мечом – лучше Скуало учителя ему не найти, - Ямамото говорил крайне серьезно, вновь машинально прикасаясь к шраму. – Потому что я могу научить лишь азам. Скуало же подготовит его ко всем возможным ситуациям. - Ясно, - Гокудера отпустил Дождь, невольно оглядываясь по сторонам. Скуало в пределах видимости не оказалось, и он решил этот разговор оставить на потом. – Идем, нужно собираться. Кинув, Ямамото первым двинулся по коридору, оставляя Ураган позади. Ему еще нужно было проведать дочь…

***

Дождь мелко моросил, словно погода специально подстроилась под происходящее. Словно Небо оплакивало потерю. Ни единого лучика солнца не просачивалось через плотные тучи, ни капли яркого света не падало на хмурое кладбище. - Мама?.. Тсукико подняла взгляд, широко распахнутыми глазами глядя на то, как люди по очереди подходят к открытому гробу, складывая туда цветы. Позади нее раздавались всхлипывания и тихие перешептывания. «Это сон?..» Поднявшись с колен, девушка на негнущихся ногах подошла ближе к гробу. Мама была такой, какой она ее помнила. Красивой, с нежными чертами лица. Большие и красивые глаза были закрыты, но казалось, что еще немного, и с ее бледных губ сорвется неровный вздох. Рыжие волосы разметались по белой подушке, ореолом обрамляя бледное лицо. С трудом отвернувшись, Тсукико скользнула взглядом по тем, кто пришел проводить Киоко в последний путь. Кто-то откровенно плакал, кто-то старательно сдерживал слезы. Очень много знакомых лиц было в этой толпе, но некоторых Сасагава до сих пор не знала. Неожиданно ее взгляд упал на отца. Он стоял так, как она помнила. Отстраненно, словно не его жену сейчас хоронят, а на бесстрастном лице не читалось ни одной эмоции. Невольно сжав кулаки, Тсукико сделала шаг в сторону родителя… И застыла, осознав. По щекам Тсунаеши текли слезы, хоть он и делал вид, что это просто дождь, а кулаки его были сжаты, и на миг рыжеволосой показалось, что с его рук на землю капает кровь, из-за того, что он слишком сильно впился ногтями в ладони. «Почему ты ничего мне не рассказывал?!» Сделав шаг вперед, Сасагава остановилась, не в силах продолжить движение. На нее никто не обращал внимания, ее просто никто не видел. Но она боялась. Боялась после стольких лет подойти к отцу. И ее пугал даже не тот факт, что он убийца. Она боялась увидеть в его глазах все то, что пережил он после смерти жены, после того, как дочь отвернулась от него. «Прости меня, папа…»

***

Когда Тсукико открыла глаза, по ее щекам все еще текли слезы. В комнате никого не было, и она поспешно вытерла лицо рукавом. - Я слишком много плачу в последнее время… - вздохнула она, стараясь, чтобы голос ее не дрожал. Она считала себя сильной, способной справиться с любой ситуацией самостоятельно. Но стоило приключиться настоящей беде, и ее глаза на мокром месте. - Вот же черт… - проворчала она, садясь на ковер, покрывающий пол комнаты. Прижавшись спиной к стене, она обняла руками ноги и уткнулась лицом в колени. Свернувшись таким вот калачиком, девушка закрыла глаза, внимательно слушая все происходившее вокруг. Хотя, кроме тиканья настенных часов ничего и не было. А потом раздался взрыв.

***

- Гокудера, где Кёя? – Савада в последний раз проверил рацию, поправил маленький наушник. - Самолет только приземлился. Хибари прибудет в ближайшее время сразу к указанной точке, - бодро отрапортовал Хаято, откладывая в сторону мобильный. Кивнув, Небо поправил каштановые волосы и выпрямился, взмахом руки подзывая к себе Скуало и Ямамото. К группе Гокудеры присоединились Бельфегор, Мукуро и Рёхей, изнывающий от нетерпения. Идти решили небольшими группами. Да и для задания больше людей и не нужно было. Расчеты Шоичи показали, что в обеих точках находится очень мало людей, а значит, большие отряды либо не успели сформировать, либо почему-то не стали. - Выступаем, - коротко приказал Савада, оглядывая подчиненных. Получив в ответ утвердительные кивки, Тсуна уселся за руль черного автомобиля. Подождав, пока оба мечника устроятся на своих местах, мужчина кивнул и первым нажал газ. Невольно вздрогнув, когда машина Босса промчалась мимо него, Хаято поспешно запрыгнул во второй автомобиль, где его уже дожидались выбранные им люди. - Поехали, - кивнул Ураган Вонголы скорей себе, нежели чем кому еще, и поспешил вывести автомобиль за ворота Варийского замка. А сверху, через окно, за этим наблюдал Занзас. Шрамы на его лице слегка увеличились, но в целом он выглядел спокойным, насколько это слово вообще применимо к Боссу Варии. Перед уходом Савада сказал ему, что если раньше Саблезубых он предпочитал не замечать, то теперь эта Семья все больше напоминает ему щенка, отчаянно требующего к себе внимания. - Раз они хотят внимания, они его получат, - произнес Тсунаеши, со всей серьезностью глядя на любимого. – И тогда я рассчитываю на твою силу, Занзас. - Ты же знаешь, что я помогу. Не заставляй меня повторять это, Савада, - усмехнувшись, Босс отошел от окна и уселся на свое кресло, даже не заметив, что один из подчиненных уже успел убрать осколки стакана, лежавшие ранее у стола. - Эй, мусор! Я хочу виски! – привычный басовитый выкрик, не относящийся ни к кому, заставил подскочить Леви-А-Тана, не так давно вернувшегося в замок и прилегшего отдохнуть. Выскочив из комнаты, мужчина скользнул взглядом по пятнадцатилетней темноволосой девушке, кого-то напомнившей ему, но не остановился, оставив Саюри ошарашенно стоять посреди коридора, пока ее не утащили близнецы, с первого раза запомнившие, где здесь обитает Луссурия – человек, способный, а главное, желающий накормить почти всегда голодных парней…

***

О том, что они угадали, Савада понял еще до того, как они подъехали к заброшенному внешне строению. Об этом ему не говорила – кричала интуиция. И как Босс Вонголы, он не мог не поверить своим чувствам. Легкая тревога передалась и мечникам, настороженно оглядывавшимся по сторонам. - Приехали. С самого начала операции Тсунаеши мало говорил, выдавая только короткие фразы. Но Ямамото понимал его тревогу, а Скуало, детей не имевший, ровно, как и семьи в принципе, просто сосредоточился на задании. - Закрыто, - цыкнул Ямамото, занося катану для удара. - Отойди, - беловолосый мечник воспользовавшись тем, что его меч массивней, легко сбил хлипкий замок, а в следующий миг отскочил назад даже не разворачиваясь и увлекая бывшего ученика на пол. Тсунаеши упал сам, прикрывая голову от обломков внезапно взорвавшейся двери. Когда пыль чуть улеглась, Савада поднялся на ноги и, машинально отряхнув костюм от пыли и мелких осколков, прищурился, вглядываясь в темноту помещения. Но опасения были напрасными. На взрыв никто не явился, словно единственной задачей взрывчатки было указать, откуда пришли враги. Кивнув мечникам, Тсунаеши первым вошел в здание, на всякий случай, держа руки на пистолетах. - Судя по всему, они наверху, - Скуало наметанным взглядом окинул заброшенное помещение. Впрочем, он мог бы не говорить, так как остальные уже поняли это. Переглянувшись, мафиози направились вверх по лестнице, не забывая оглядываться по сторонам. Последний, четвертый этаж разительно отличался от остального помещения. Первая же комната, в которую попали мафиози, наводила на мысль, что весь четвертый этаж в принципе состоит из двух комнат, огромных, и, несмотря на общее состояние строения, аккуратно обставленных. Даже окна были вполне целыми, что снаружи не слишком бросалось в глаза. - Добро пожаловать, Вонгола. Если Тсунаеши поворачивался к хозяину помещения с определенной заготовленной речью, то она просто исчезла, когда он увидел своего противника. - Ягами Рю, - мрачно произнес он, окидывая взглядом черноволосого мужчину. Ямамото и Скуало, будучи в курсе ситуации Десятого с Киоко, на удивление синхронно приподняли брови, разглядывая причину многих несчастий Савады. - Ты не выглядишь сильно удивленным, - с легкой усмешкой, присущей взрослому, знающему себе цену человеку, кивнул Ягами, оглядывая гостей. - Я бы сплясал, да времени не так много, - в тон ему ответил Тсуна и, обнаружив удивление уже на лице Хранителя Грозы Саблезубых, пояснил. – Я почти счастлив, что могу уничтожить тебя, руководствуясь не только причиной «увел жену». Черноволосый понятливо кивнул, но с места не сдвинулся. А Скуало и Ямамото, повинуясь легкому кивку Тсунаеши, бросились в атаку. На самом деле, о Хранителях Саблезубых было известно мало, поэтому мечники, в прямом смысле, бросались на абсолютно неизвестного им противника. И поэтому почти не удивились, когда их мечи, столкнувшись с невидимой преградой, остановились в десяти сантиметрах от Ягами. Отскочив назад, Скуало, как от надоедливой мухи, отмахнулся мечом от пули, просвистевшей в опасной близости от его головы. Усмехнувшись, Акула вновь принял боевую стойку, совсем не обращая внимания на направленный в его сторону пистолет. - Врой! Опять огнестрельное. Нет фантазии у людей! – нарочно погромче возмутился он, изображая оскал не хуже, чем взбешенный Бельфегор. - Это довольно удобное оружие, - изобразил обиду Ягами, внезапно разворачиваясь и стреляя по ногам Ямамото, остановившегося с другой стороны от противника. Впрочем, он не слишком и рассчитывал попасть, поэтому ни единый мускул не дернулся на его лице, когда мечника под прицелом уже не оказалось. - Что это, Скуало? – Такеши приземлился возле бывшего учителя, кивая в сторону их противника. - Пламя Грозы. Защита для Семьи. Значит, при помощи пламени он установил защиту вокруг своего тела, и слабыми атаками до него не достать, - беловолосый усмехнулся, низко пригибаясь, чтобы очередная пуля не попала в него. – Да он играет с нами! Врой! Мысленно согласившись с воплем Варийца, Ямамото так же активировал пламя и бросился вслед за Акулой в атаку… Пока Дождь Варии и Дождь Вонголы отвлекали противника, Тсунаеши скользнул за его спину, следуя интуиции. Вторая комната была ненамного меньше предыдущей, но Савада смотрел уже не на обстановку. Бросившись к клетке, он голыми руками, активировав пламя, сорвал замок, врываясь внутрь и опускаясь возле дочери. А в следующий миг он замер, вспомнив, как она в прошлый раз отреагировала на него. - Тсукико?.. – протянув руку, он прикоснулся к сжавшейся в комок дочери. Приподняв голову, она потерянно на него посмотрела, не спеша реагировать. – Я пришел… Не успел он договорить, как девушка, не поднимаясь, подалась вперед, обхватывая его за шею и прижимаясь. - Ты опоздал, - тихо произнесла она. Немного помедлив, Савада обнял дочь, только сейчас заметив, что все ее хрупкое тело сотрясает крупная дрожь. - Прости, - прошептал он, извиняясь за все сразу. Помедлив, Сасагава кивнула, и мужчина осторожно поднялся на ноги, продолжая прижимать к себе дочь. В комнате, где он оставил Скуало и Такеши, стоял лязг, звон и грохот выстрелов. Когда Савада с Тсукико на руках вышел к Хранителям, мимо него спиной вперед пролетел Ягами, не поцарапанный, но откинутый совместными усилиями двоих мечников. - Ямамото, Скуало, - Тсунаеши негромким голосом привлек внимание Варийца и Дождя Вонголы к себе. – Выведите отсюда Тсукико, я сам здесь разберусь. Сомнения отразились во взгляде мечников. Но, после секундного промедления, Скуало забрал из рук Десятого потерявшую от волнения сознание девушку, первым выбегая из комнаты. Ямамото подобрал оброненный клинок и выбежал следом, бросив последний взгляд на Грозу Саблезубых. - Как это замечательно, - Ягами поднялся на ноги, отряхиваясь от пыли. Хотя его плащу, носившему на себе не один слой грязи, это действие не сильно помогло. – Пожертвовать собой ради дочери. - Кто говорил о пожертвовании? – Тсунаеши удивленно приподнял бровь, активируя перчатки. – Я просто прикрываю Хранителей, обязанных защищать будущую главу Вонголы. Вопрос в другом. Почему ты один? Ягами сжал в руке пистолет, не стремясь направлять его на противника. Тсуна тоже не торопился атаковать, дожидаясь ответа. - Потому что я хотел с тобой поговорить. - Хорошо. Тогда я задам следующий вопрос, - кажется, Десятый даже не удивился этим словам врага, сразу перейдя к делу. – Чего твой Босс добивается? - Он хочет вывести Саблезубых вперед, а для этого нам нужно свергнуть Вонголу, - с готовностью ответил черноволосый, пожимая плечами, словно не понимая, как кареглазый сам не смог додуматься до таких простых вещей. Какой-то камешек хрустнул и откатился в сторону, когда Ягами переступил с ноги на ногу, явно ожидая продолжения разговора. - Тогда последний вопрос, - Тсуна выставил вперед одну руку, готовясь к атаке. Рю неуловимо подобрался. – Зачем тебе нужна была Киоко? - Мне приказали устранить ее. - Икс-сжигатель. Голос Савады был сух, словно он в один момент отключил все эмоции, не давая себе сорваться из-за такого простого, казалось, ответа. Часть наружной стены, находившейся за спиной Грозы, просто вынесло наружу, щедро посыпав задний дворик бетоном. Опустив руку, Десятый огляделся. И замер, обнаружив в трех метрах от себя невредимого Ягами. - На самом деле, от этой атаки не сложно уйти, - признался мужчина, делая шаг вперед и снимая второй пистолет с предохранителя. – Нужно всего лишь выставить защиту, способную продержаться хоть секунду, и уйти в сторону от огня. Ты засиделся в кабинете, Савада. Ты потерял форму. В голосе черноволосого промелькнуло сожаление, словно он рассчитывал на более продолжительную схватку. Подняв оба пистолета и направив их на Десятого, он на миг прикрыл глаза. - Прощай. Грянул выстрел. Растерявшись, Тсуна отпрянул назад, понимая неприятную правоту слов противника. - Травоядное! – рык заставил мужчину распахнуть глаза, глядя на знакомую спину, закрывшую его от пуль. - Хибари… Сказать, что Хибари был зол, значит, ничего не сказать. С трудом удержавшись от того, чтобы не послать Гокудеру еще во время телефонного разговора, Облако собрался в рекордно быстрые сроки и сорвался с места, успев только пообещать И-Пин вернуться максимум через два дня. Уже вечером он был в Италии. И сразу же выдвинулся на место, чтобы как можно быстрей закончить с делом и вернуться к жене, находившейся на восьмом месяце. Он успел вовремя. Одну пулю отбив стальными тонфа, вторую он мужественно принял в плечо, даже не поморщившись. - Травоядное! – если бы голосом или взглядом можно было убивать, то Десятый уже лежал бы замертво, но вместо этого он лишь вздохнул с неким облегчением. - Хибари. Ты приехал. Кёе хотелось высказать ему многое. Начиная с того факта, что он настоятельно просил не трогать его в ближайшие полгода, и заканчивая тирадой в стиле: «Если засиделся в кабинете, какого дьявола решил сейчас погеройствовать?!». Но вместо этого он только мрачно цыкнул и отвернулся. - Забью до смерти, - холодно пообещал он это то ли Ягами, то ли Саваде, то ли обоим сразу. А дальше все завертелось с невероятной скоростью. Гроза Саблезубых успел выстрелить три раза по Хибари. А затем стальное оружие бывшего Главы Дисциплинарного Комитета, укрепленное пламенем Облака, без особых проблем пробило защиту мужчины, награждая того увесистым ударом в грудь. Раздался явственный звук ломающихся ребер, и мужчина затих, даже не пытаясь настаивать на реванше. С возрастом Облако Вонголы стал только сильней, а сейчас, пребывая в ярости из-за прерванных дел в Японии, и вовсе озверел. Выпрямившись, он оглянулся на Босса, сжимая в руках оружие. Кажется, он хотел еще что-то сказать, но, плюнув, развернулся и вышел через чудом уцелевшую, но изрядно покосившуюся дверь. Склонившись над бывшим противником, Савада вздохнул. - Ну вот, Ягами, даже своей смертью ты умудрился мне подгадить, - обреченно качнул головой он. – Думаешь, мы не заметили, что перед атакой Хибари ты ослабил защиту? Зачем? Хотел закончить это поскорей? - А ты не думал… - Ягами с трудом откашлянул порцию крови и приоткрыл глаза. – Что я действительно влюбился в Киоко? – каждый вдох давался ему с невероятным трудом, все тело отзывалось страшной болью, но он твердо решил оставить последнее слово за собой. – Что не у тебя одного есть совесть?.. Качнув головой, Савада выпрямился и перешагнул через затихшего – теперь уже навсегда, - Грозу Саблезубых. Откуда-то снизу раздался взрыв, от которого задребезжали редкие уцелевшие стекла. - Встретились все же… - понял Десятый, говоря про Хибари и Рокудо, с возрастом так и не изменивших отношение друг к другу. Впрочем, одним взрывом дело и обошлось – это Тсуна понял по взревевшему мотору и спешно умчавшейся машине, до этого привезшей сюда Хибари. - Джудайме! – Гокудера подскочил к Боссу, огорченно оглядывая запачканный костюм того. – Мы опоздали!.. - Все нормально, - устало улыбнулся мужчина, рукой взъерошивая свои каштановые волосы. – Возвращаемся домой. Сегодняшняя миссия увенчалась успехом.

***

А дома, то есть, в замке Варии Тсунаеши Саваду ждал новый неприятный сюрприз, от которого и так лежащие в беспорядке волосы Десятого встали дыбом окончательно. - С возвращением, Неудачник Тсуна. Как я понимаю, после шести лет сидения в кабинете ты совсем забыл все наши тренировки?..