Кровь на твоих руках...

Солнечный свет заливал двор Варийского замка. Лето выдалось достаточно жарким, но это нисколько не смущало людей, тренирующихся на площадках. В одной части двора Бельфегор метал стилеты в провинившуюся Саюри, но девушке каким-то образом удавалось увернуться от всех, а пару даже отразить собственными кинжалами. Казалось, что природная неуклюжесть только помогает ей в такие моменты. Неподалеку от них «порхали» Рафу и Кё. Оба выдавали такие пируэты со своими копьями, сражаясь друг против друга, что многие наблюдатели вдруг почувствовали себя громоздкими и неуклюжими. Откуда-то из лесу раздался взрыв, от которого содрогнулись стекла окон замка, но мафиози даже не всполошились. Около часа назад туда ушли Занзас, Реборн и Тсукико – Босс Варии таки взялся помогать девушке, раз у них настолько были похожи методы сражения. С другого боку от замка тренировались мечники из отряда Скуало, а их капитан гонял по полю Сого. Прошло чуть больше недели, а парень не только крепко стоял на ногах, но и вполне уверенно сражался двумя мечами. Даже Ямамото заметил, что после месяца, что тот провел у Саблезубых, Гокудера стал уверенней держать в руках мечи. Хотя, ему все еще было далеко до Акулы. Порывистый удар, и катана вылетела из рук Сого, а сам он оказался на земле, непроизвольно прижимая руку к побитой челюсти – Скуало особо не церемонился и врезал ему кулаком, едва он открылся. А с крылечка за всем этим наблюдали Ямамото и Хаято. И если Такеши сохранял крайне веселый вид – что не отменяло грозных взглядов в сторону Бельфегора, - то Гокудера стоял выше и, облокотившись на перила, задумчиво курил, глядя на сына. Решив, что пора устроить перерыв, Супербиа кивнул пепельноволосому и первым направился в сторону крыльца. Остальные, почувствовав, что пришло время для «перекура», подтянулись ближе, остановив тренировки. Только люди Скуало продолжали тренировку, ведь один взгляд на их капитана сумел их убедить, что они могут без устали махать мечом еще дня три, как минимум. - Слушайте, я вот о чем подумал… - начал было легкомысленно Ямамото, но его тут же прервал Гокудера-старший, мрачно откидывая докуренную сигарету в сторону. - Слушай, бейсбольный придурок, с возрастом в тебе мало что изменилось, а особенно то, что много думать тебе вредно. Саюри невольно хихикнула, но тут же постаралась сделать серьезное лицо. Близнецы же, в свою очередь, совсем не стеснялись и широко улыбнулись. - Да подожди ты, - ничуть не обиделся Такеши, оглядывая остальных. – Мне же интересно. Вот когда Реборн занимался с Тсуной, он просто стрелял ему в лоб, и тот пробуждал пламя. Почему не сделать так с Тсукико ранее, стрельнул, и… - Нет! – практически выкрикнул Гокудера, но тут же фыркнул и отвернулся, прикуривая новую сигарету. - Но почему? – удивленно поморгал Дождь, снизу вверх глядя на подрывника. - Мне тоже интересно, - ненавязчиво произнес Сого, поправляя мечи на поясе. Их уже посвятили в трудности детства Савады, и он сам задавался вопросом – почему Реборн не сделал так изначально? Хаято надолго замолчал, выдыхая дым и наблюдая за тем, как он рассеивается в воздухе. Наконец, он серьезно глянул на тех, кто ожидал его ответа, и приподнял бровь. - А вы так и не догадались? – получив отрицательные ответы – Бельфегор только злорадно усмехнулся, так как уже давно понял, - Гокудера вздохнул. – Потому что когда «воскресал» Десятый, он оставался в одних трусах… Отвернувшись, он вновь выдохнул дым в небо, оставив остальных наедине со своими фантазиями. Судя по тому, как оскалились близнецы и слегка порозовел Сого – фантазия у всех оказалась достаточно богатая. - …Ну, и еще кое-что, - продолжил подрывник, убедившись, что остальные более-менее успокоились. – Реборн подозревает, что именно из-за этого вмешательства Тсуна очень долгое время не мог пробуждать Пламя самостоятельно, вы же знаете, что только незадолго до смерти Девятого он научился полному владению Пламенем. - Первая вариация мне нравится больше… - задумчиво произнес Кё, но тут же шарахнулся в сторону, старательно изображая страх. – Сого, успокойся! Я ничего такого не имел в виду! Пепельноволосый кашлянул и сделал вид, что просто поправлял катану на поясе. - Врой! Я гляжу, вы уже отдохнули?! – нарушил тишину Скуало, взмахнув тяжелым мечом, который чуть не попал по Ямамото – последний увернулся интуитивно, он слишком хорошо знал «учителя». – Тогда вперед тренироваться! - Ха~ай! – нестройным хором протянули подростки, расходясь в разные стороны. Сого, впрочем, остался стоять возле отца, пользуясь тем, что Ямамото выразил желание проверить свои силы в бою с Акулой. Гокудера вновь затянулся, глядя в небо. У него было много вопросов к сыну, но за прошедшую неделю им так и не удалось поговорить нормально: то Хаято, то Сого заняты. Дел и правда накопилось немало. Впрочем, один вопрос подрывник собирался задать прямо сейчас, воспользовавшись небольшой передышкой. - Сого, - начал он, очередной окурок растирая об перила и прицельно закидывая его в специальную пепельницу, стоявшую неподалеку. – Ты стал очень уверенно держать в руках меч. - Я стараюсь, - коротко ответил длинноволосый, но Ураган только поморщился. Не это он хотел услышать. - Тебе ведь уже пришлось убивать, верно, Сого? – после долгой паузы прямо спросил Хаято, не глядя на сына. Впрочем, не глядел он и на Ямамото, со смехом уворачивающегося от взмахов разъяренного таким легкомыслием Супербиа, несмотря на то, что взгляд его был устремлен именно в ту сторону. Теперь настала пора молчать для Сого. - Слушай, Патлатый, ты завтра идешь со мной. Приказ Мастера, – красноволосый мужчина без стука ввалился в комнату мечника, оглядывая бедное убранство помещения. – Твою мать, как ты тут живешь?! - Слушаюсь, - коротко ответил пепельноволосый, пропуская мимо ушей предыдущий вопрос. При его терпеливом характере играть куклу оказалось довольно просто. Единственное, чего он опасался, что однажды Касуми решится перейти грань обычных поцелуев. Пока девушка ничего не подозревала, потому что вовремя закрытые глаза обеспечивали необходимой фантазией. Но однажды Сого мог просто не сдержаться, несмотря на его флегматичность по жизни. Нельзя сказать, что его совсем не трогали ее бесконечные слова о любви, забота… но это было все не то. Каждый раз он представлял совсем другую девушку… и именно мысль, что все это ради Тсукико, помогала ему держаться. Он слушал, запоминал, учился. На следующий день Сого ждал Ивана возле дверей точно в назначенное время. Прошло всего пять дней с тех пор, как они прилетели сюда, но он уже запомнил расположение всех коридоров и комнат, благо, их было не так много. И привычки жильцов он тоже начал понимать. Например, он точно знал, что, чтобы не опоздать на встречу к Ивану, достаточно придти на полтора часа позже. Минут через десять должен появиться и сам Облако. Но Гокудера должен был играть свою роль. Именно поэтому он пришел в назначенное время и терпеливо стоял на одном месте в течение полутора часов. Кажется, красноволосый даже удивился, но потом махнул рукой, понимая, что от «куклы» ничего не добьется. Большой дом, освещенный множеством фонарей. Казалось, он изнутри сияет, столько ламп различных было включено. Из открытых окон шла веселая музыка, вызывающая нехороший оскал на лице Облака. - Слушай сюда, Патлатый, - произнес Иван, останавливаясь в нескольких метрах от поста охраны. – Знаю, что тебе бесполезно что говорить, но на всякий случай. Сейчас в этом доме сорок четыре человека, из них только восемнадцать не могут дать отпор. Среди них официантки, повара и подкупные шлюхи, сопровождающие богатеев на подобные мероприятия. Остальные – мафиози, как и мы, вместе с охраной. Только без Пламени, ибо идиоты, - красноволосый достал пистолеты, перепроверил местонахождение запасных патронов и сплюнул на землю. – Они здорово мешают Мастеру, поэтому никто не должен уйти, ты понял? Утром здесь должно остаться пепелище и в нем ровно сорок четыре трупа. Ну, или сорок пять, смотря, как хорошо ты дерешься, - не упустил возможности позубоскалить бывший наркоторговец, снова сплевывая, на этот раз уже презрительно. – Как там говорила цыпа? Короткие команды? Окей. Убей всех, не дай никому уйти, приказ понял? - Да, - коротко ответил Сого, ни на миг не поколебавшись. В отличие от Мацумото, Иван был гораздо опытней и мог заметить любую осечку. В доме они разошлись в разные стороны, и Гокудера был этому несказанно рад. И пусть он не имел права оступиться, но так он хотя бы сможет настроиться. С каждым шагом внутри него пробуждался настоящий мафиози, каким он должен был стать ради Тсукико. С каждым шагом исчезал страх. Сого знал – рано или поздно, но он вернется. Но сейчас Ураган не имел права на ошибку… Первой жертвой оказалась девушка. В платье, открывающем взгляду красивые ноги до середины бедер, с угольно-черными волосами, собранными в сложную прическу. Она не успела даже испугаться, она так и упала, с улыбкой, навечно застывшей на ее лице. А Сого помчался дальше, не в силах даже стряхнуть кровь с лезвия вакидзаси. На какой-то миг ему показалось, что он отключился, потерял способность здраво мыслить. Он не считал, сколько людей погибло от его меча. Он не обращал внимания на раны, что нанесли ему мафиози, защищая свои жизни. Очнулся он, уже глядя на яркое пламя, охватившее все здание. Это значило, что в доме больше не осталось живых людей. Рядом стоял Иван и задумчиво курил, глядя на огонь. - Хорошо работаешь, Патлатый, - неожиданно усмехнулся он. – Хоть меня и бесит, что ты так легко сдался цыпе, но ты силен, - и уже усевшись на мотоцикл, он протянул шлем пепельноволосому, намекая, что пора уже сваливать. – И не вздумай проболтаться, что я тебя похвалил! – прорычал он, когда Сого уселся сзади, послушно хватаясь за его плечи руками. И, хоть и Иван сделал крайне грозный вид, Гокудера вдруг почувствовал, что он не такой уж и плохой, хоть и занимается своей работой с видимым удовольствием. И оба не знали, что в огне уничтожались улики убийства всего сорока трех человек… - У меня не было выбора, - когда Хаято решил, что сын промолчит, парень все же заговорил. И на миг подрывнику показалось, что в единственном глазу Сого промелькнула какая-то печаль. - Ты же работал в паре с Иваном… - задумчиво произнес Хаято, отлипая от перил и отходя в сторону дверей в замок. – Тогда ты должен знать, что на следующий день после того, как ты вернулся, он покончил с собой. - Я знаю, - мгновенно отозвался длинноволосый, на этот раз отворачиваясь от отца. А подрывник удивленно оглянулся. - Откуда, я же не рассказывал тебе… - Каждый из нас получил приказ: «Если попадетесь в лапы Вонголе, и выхода не будет – умрите», - процитировал мечник, следя взглядом за продолжающейся тренировкой Ямамото и Скуало. – Иван понимал, что Мастер не будет грустить о его смерти, но он поклялся до самого конца быть ему верным. Ураган Десятого поколения молча развернулся и зашел в замок. У него были еще дела с документами и пара отложенных звонков. И все же его не отпускало ощущение, что Сого изменился больше, чем казалось раньше. Иначе, стал бы он так грустить по убитому врагу? - И что они нашли в этом Мастере? – выругался он, распахивая дверь своей комнаты. Гокудера действительно не мог принять того, что люди так легко последовали за настолько жестоким человеком. «Да, я сам признал Десятого только после того, как он меня спас. Но ведь Десятый действительно хороший человек!»

***

Взмахи мечом, брызги крови. Выстрелы, сноп высекаемых пулями искр. Скуало чертыхнулся и отмахнулся клинком от пули, как от назойливой мухи. Оставались еще несколько человек, и эта точка будет зачищена. В это место, указанное Сого, он пошел единственным из Хранителей, взяв с собой десяток своих подчиненных. В принципе, особых сложностей не предвиделось… Телефонный звонок заставил Акулу вздрогнуть. Во внезапно наступившей тишине он прозвучал особенно оглушающе. - Какого черта? – не слишком любезно поинтересовался мечник в трубку, все же ответив на вызов – не так часто сам Савада звонил ему. - Скуало, ты все еще на позиции? – голос показался Хранителю взволнованным, но он не придал этому особого значения – в отличие от Занзаса, Тсунаеши зачастую паниковал без особой причины. - А не слышно?! – рыкнул беловолосый, резко возвращаясь за угол. По стене пролегла дорожка из пуль, так и не нашедших свою цель. – Чего хотел? - Четвертый отряд практически уничтожен, - наконец произнес Десятый, шумно выдыхая. – Ты ближе всех, не мог бы оказать им поддержку? - С какого это?.. – но Савада уже отключился. В бешенстве швырнув мобильный в стену, Скуало издал коронный вопль. С той стороны баррикад стихли выстрелы, а затем раздался шум борьбы. - Капитан, мы справимся дальше сами! – один из подчиненных, то ли подслушав разговор, то ли просто обладая телепатией, нарисовался перед беловолосым мечником. Цыкнув, Акула кивнул и поспешно выбежал из здания, их стараниями превращенного в руины. Несмотря на то, что все происходило в достаточно людном районе, ни полиции, ни зевак не было. - И почему именно я?.. – Скуало замолчал, от неожиданности даже замерев, не открывая дверей автомобиля. Он вспомнил, кто был в четвертой команде. Восемь человек из группы Бельфегора и Рико, напросившаяся работать наравне со всеми. Так как не ожидалось особого сопротивления, Рико была единственной из Хранителей в четвертом отряде. И теперь такие новости?.. Зарычав, как дикий зверь, Скуало распахнул дверь автомобиля и тронулся с места, на ходу уже закрывая дверь и даже не пристегиваясь. Он беспокоился за дочь?

***

Кровь повсюду и полубезумный смех. А в углу сидела на коленях восьмилетняя девочка. Пачкая хрупкие руки в крови, она пыталась залечить одного из мужчин, но кровь не останавливалась. Несколько минут назад этот человек заслонил ее от вражеской атаки и теперь умирал на ее руках. - Рико-сан, Вы должны бежать… - по подбородку мужчины пролегла дорожка крови, но он отчаянно цеплялся за жизнь, глядя на беловолосую девочку. - Нет! – Супербиа почти кричала, не боясь привлечь внимание врагов. Вот раздался грохот, и еще один из подчиненных Бельфегора, что были в четвертом отряде, рухнул, изломанной куклой распластавшись по полу. - Я уже все равно не жилец, - усмехнулся мужчина, голова которого лежала на коленях ребенка. Одежда девочки была безнадежно испачкана в крови – пока в чужой. И Вариец понимал – еще немного, и одежда может украситься кровью самой Рико. - Я не хочу проигрывать смерти… - на глазах беловолосой показались слезы, но она их не утирала, боясь еще больше запачкать лицо. – Я не выбирала себе судьбу, но я не хочу видеть смерть таких хороших людей, как вы! - Это мир мафии… это наш мир… - прошептал подчиненный, а затем раздался выстрел, и его голова безвольно соскользнула с колен Рико. - Нет! – крик, переходящий в визг, пронесся по всему полуразрушенному зданию. Безвольно опустив голову, девочка не видела того, кто выстрелил. А он все приближался. Длинный гибкий кнут извивался по полу, как змея, ожидая только команды от хозяина – блондинистого итальянца. Красивое лицо и дорогая одежда были забрызганы чужой кровью, но это совсем не огорчало Джино. Он будто получал от этого всего удовольствие. - Привет, малышка, - итальянец опустил руку с пистолетом, которым только что закончил страдания Варийца. Рико подняла взгляд, в ее глазах стояли слезы. Но это заставило итальянца только усмехнуться. - Зачем ты их убил? – даже в такой ситуации беловолосая не боялась за себя. Конечно, можно было списать это на то, что в силу возраста она просто не понимает сложившуюся ситуацию… но она знала, что такое смерть. И не боялась ее. В глазах блондина мелькнуло удивление, но тут же исчезло. - Тебе не понять творческую личность! – пафосно заявил он, оскаливаясь и подтаскивая свое любимое оружие ближе к себе. По всей длине кнута пробежались искры, словно он был одним концом подключен к источнику электричества. – И сейчас я завершу свою картину! Кнут взвился в воздух, направляясь к беззащитной беловолосой. Она даже не успела закрыть глаза. Удар. Капли крови, дополнившие картину общей разрухи. Искры. И крик ребенка, распахнувшего в страхе глаза. - Папа!..