Кровь на твоих руках...

/Совет от Автора: как было замечено, перед прочтением лучше включить любое произведение группы Apocalyptica - как-то эмоциональней все получается, да ^^/ - Папа! – громкий крик и последующий глухой звук удара, будто что-то уронили. Или кто-то упал, получив сильный удар. Скуало, по непонятным причинам оказавшийся на линии удара Джино, принял большую часть на свой меч, но и ему самому немало досталось. Упав на землю, он с ненавистью посмотрел на итальянца, сворачивающего кнут для новой атаки. - Если бы ты напал со спины, у тебя был бы еще шанс. Но ты решил поиграть в героя и спасти малышку? – блондин усмехнулся, с высоты своего роста глядя на беловолосого и подползшую к нему девочку. Даже не говоря ни слова, она принялась лечить его рану, пытаясь хотя бы остановить кровь. Рико и так за день потратила немало сил, поэтому держалась с трудом, но все равно не отступала. Голова кружилась, а руки тряслись, но страх потерять и отца был сильней. Неожиданно ее руки были перехвачены сильной рукой. Удивленно подняв взгляд на Скуало, ребенок наклонила голову на плечо. Перед глазами двоилось, но она успела увидеть взгляд отца. В нем читалась злоба на самого себя и… тревога? - Не напрягайся, - хрипло проворчал он, с усилием поднимаясь на ноги и выставляя перед собой клинок. – Ты Хранитель Дождя, но атакуешь Грозой? – приподняв одну бровь, мечник встал в стойку, на секунду покачнувшись, но тут же выровнявшись. Он не такие раны переживал и не собирался отступать. Особенно перед Хранителем Мастера. - Это Пламя удобней, но на момент моего появления место Грозы было уже занято, - пожал плечами Джино, рукой поправляя волосы. – Ты уверен, что тебе стоит сражаться? – с фальшивой заботой поинтересовался он, сжимая в руке основание кнута, готовясь к атаке. – Ты ведь совсем один… - Кто тебе сказал такую глупость? Откуда появились близнецы, навряд ли бы смог сказать даже Скуало. Они просто будто выросли из-под земли, скрещенными копьями заслоняя Супербиа. - Какого хрена вы тут делаете? Вы же в другом отряде! – мрачно поинтересовался мечник, опуская клинок и глядя на спины подростков. - А мы уже закончили, - улыбнулся Кё, поворачиваясь на миг к Акуле и выдавая широкую улыбку, казавшуюся столь неуместной в этом залитом кровью помещении. – И готовы продолжать сражаться. Вы ведь позволите? - Делайте, что хотите, - отмахнулся Скуало, садясь на холодный пол. В любое другое время Ито не упустили бы случая удивиться столь нетипичному поведению Дождя, но времени на это не было. Тяжелый кнут вновь взвился в воздух, но натолкнулся на невидимую преграду. Злобно прищурившись, Джино вернул оружие в исходное положение. - Значит, один из вас – Гроза, и он изучил тот же трюк, что и Ягами… - констатировал мужчина. – И кто же из вас? - Догадайся, - хором усмехнулись близнецы, одновременно раскручивая копья в воздухе. Блондин только ощерился в ответ, принимая правила игры. В следующий раз он атаковал выстрелами из пистолета. Пули зависли в полуметре от Рафу, после осыпавшись на землю. - Это ты! – почти радостно закричал Дождь Саблезубых, а в следующий миг чисто интуитивно увернулся от атаки Кё, подобравшегося совсем близко. – Исчезни! - выстрел. И повисшая на приличном расстоянии от младшего Ито пуля. Ехидная усмешка Рафу. – Вот значит как… А в следующий миг Джино исчез. - Черт… - выругался Кё, оглядываясь по сторонам. – Где он?! - Сзади! – крик пришедшей в себя Рико заставил вздрогнуть не только близнецов, но и самого Джино, едва не промахнувшегося от неожиданности. Но реакция Рафу была на высоте, и кнут опять не смог даже прикоснуться к парням. - Ты не сможешь прикрываться вечно! – прошипел итальянец, вновь исчезая. И вновь атака, как казалось, из пустоты. Рафу и Кё просто не успевали следить за ним, только в последний момент ухитряясь отразить атаку или же увернуться от нее. Скуало только сдавленно рычал, наблюдая за этим безобразием. - У меня есть план, - одними губами прошептал Кё, уклоняясь вправо от удара кнутом. По каменному полу пролегла глубокая трещина, как раз в том месте, где парень только что стоял. - Что ты задумал? – Рафу прикрылся щитом от выстрела, среагировав на тихий щелчок за спиной. - Поиграем, братик… Скуало непонимающе наблюдал, как подростки смотрят друг на друга, не отрывая взглядов. Казалось, что они общаются, вот только кроме едва шевелящихся губ больше ничего не разобрать. А затем они одновременно залезли в карманы, доставая парные напульсники и надевая их на запястья, скрывая татуировки. Теперь они стали совсем неотличимы. Одновременно раскрутив копья, братья закружились, таким нехитрым способом отражая пули, и неоднократно меняясь местами. - Кто теперь Облако? – хором произнесли они, останавливаясь в полуметре друг от друга. Кое-чем близнецы все же отличались, помимо разного Пламени. Рафу лучше защищался, а у Кё было преимущество в скорости и силе. Поэтому один старался занимать оборонительную позицию, в то время когда второй атаковал. И Джино это заметил. «Если я атакую Облако, то Гроза поставит щиты на него, а сам останется беззащитным…» - пронеслось в голове итальянца. Остановившись, он оглядел парней. Одинаковые прически, одинаковые улыбки и прищуренные глаза. Ни малейшего отличия. И все же… - Ты! – блондин взмахнул кнутом, атакуя Облако и нацеливая пистолет на Грозу… - Какая жалость, - первый выставил перед собой копье, позволяя кнуту обвиться вокруг внезапного препятствия. - …Ты не угадал! – Кё был уже возле Джино, не успевшего отпустить кнут, который, в свою очередь, удерживал Рафу, не позволяя Дождю Саблезубых освободить оружие. А в следующее мгновение копье младшего Ито пронзило его тело, легко пройдя насквозь. Светлые волосы итальянца взметнулись в воздух, а сам он отшатнулся назад, прислоняясь к стене, оказавшейся поблизости. - Сволочи, - выплюнул он, опуская взгляд на оружие парня, торчавшее из его груди. А затем копье в руках Кё исчезло, возвращаясь в коробочку. Так же дематериализовав свое оружие, Рафу устало опустился на пол. Пошатнувшись, Джино ди Лоренцо выплюнул на землю сгусток крови. Раздался топот, и в помещение ворвался Ямамото. Из-за его спины выглядывали люди из отряда Леви, которые должны были прикрывать наступающих. С одного взгляда разобравшись в ситуации, мечник убрал в ножны катану и подошел ближе к итальянцу, практически сползшему на землю, но облокотившемуся на стенку из последних сил. - Джино ди Лоренцо… - задумчиво произнес Такеши, разглядывая практически добитого противника. – Я удивлен, что такой гордый человек из богатой семьи пошел вслед за Мастером, осознавая степень опасности… - Тебе не понять! – выплюнул блондин, даже сейчас найдя в себе силы, чтобы выдать презрительный взгляд, словно это Дождь Вонголы стоял перед ним практически на коленях, а не наоборот. – Отец решил, что этот выскочка – мой младший брат – более достоин всех денег! Мне уже нечего терять! - Я даже знаю, почему он так поступил, - Скуало поднялся на ноги, подходя ближе. Рико семенила следом, держась за его руку. И впервые за долгое время Акула не возражал. – Потому что он понял, что психически нездоровый сын не принесет много пользы состоянию, накопленному не одним поколением. Он и так прикрывал твои убийства. - Ты подозревался в убийстве тринадцати девушек, - Ямамото положил руку на катану, выражая свое отношение к этому. - Это было необходимо для создания моих картин! – Джино расхохотался, откидывая с лица волосы, но тут же закашлялся, выплевывая кровь на пол. – Никто из вас не поймет настоящее искусство! - Угу, а русский музыкант, прежде всего творческая личность, а потом уже пьяная скотина, - усмехнулся Кё, переводя дыхание после непростого боя. Скуало и Ямамото странно на него покосились, зато итальянец скривился, словно от зубной боли. - Мастер тоже постоянно это говорил… но он не мешал мне творить… Он говорил что-то еще, но Скуало уже не слушал жалких оправданий. Маленькая рука Рико, что непроизвольно сжимал он в своей руке, мелко подрагивала. Мечник даже растерялся, застыв на месте. Он умел убивать, умел заставить подчиняться. Но он совершенно не представлял, как успокаивать. - Чего ревешь? – поинтересовавшись, Супербиа мысленно выругался. Слишком уж грубо получилось. Но девочка, как оказалось, не ждала иного. Опустив голову, она прикусила губу. Хрупкие плечи подрагивали. Чертыхнувшись, Акула опустился перед ней на землю, не обращая внимания на кровь, скапливающуюся в трещинах. Рассеченный кнутом бок отозвался тупой болью, но это оказалось как-то совсем неважно. Протянув руку, покрытую мозолями от частых тренировок – мечник периодически учился использовать и вторую руку, на случай, если в момент боя с левой что-то случится, - осторожно, словно перед ним стоял не человек из крови и плоти, а хрупкая фарфоровая кукла, погладил Рико по голове, приглаживая запутавшиеся длинные волосы, не скрепленные ничем. Почувствовав такую нехитрую поддержку, Супербиа подалась вперед и, уткнувшись лицом в здоровое плечо отца, жалобно всхлипнула. - Я… я не смогла их спасти… Скуало прикрыл глаза, медленно выдыхая. Рико так стремилась помогать наравне с остальными, что он чуть не забыл, что она маленькая восьмилетняя девочка, а не взрослый мафиози. И пусть она пользуется Пламенем практически так же хорошо, как и Луссурия. Она все еще ребенок, не больше и не меньше. - Никто не всесилен, я тоже, бывает, проигрываю, - наконец произнес он, приоткрывая глаза и глядя прямо перед собой, на мафиози, вытаскивающих тела погибших товарищей и обыскивающих убитых Саблезубых. Супербиа не умел говорить длинных подбадривающих речей. Это было... слабостью? До сего дня у мечника не было особой причины рассказывать свои мысли и эмоции. Напротив, все эмоции прятались за агрессией и вспыльчивостью. А Рико будто одним существованием вынуждала его учиться заново разговаривать нормально. Это было столь нетипично для Супербиа, что Акула сам себе удивлялся. Но ничего не мог с этим поделать. В глубине души он уже понял, что влип. - Угу… - всхлипнула Солнце. Слезы еще текли по ее лицу, но мечник с удивлением отметил, что она уже успокаивается. Вновь вздохнув – разговаривая с дочерью, Скуало чувствовал себя стоящим посреди заминированного поля, - мужчина попытался припомнить, как общались окружающие со своими детьми. - Хочешь мороженого? – рискнул он, не мигая глядя на ребенка. А про себя вновь выругался. Какое мороженое после кровавой бойни?! Но у дочери Акулы оказалась непробиваемая психика. Быстро утерев слезы вперемешку с кровью и грязью рукавом, она кивнула и слабо улыбнулась. - Тогда сейчас едем в больницу, а по возвращению попросим Луссурию достать нам мороженое, - решил мужчина, поднимаясь на ноги, едва не забыв про ранение. Сдавленно зашипев от резкой боли, он не сразу заметил, что Рико нерешительно дернула его за рукав рубашки. – Чего? - Я хочу сходить с папой за мороженым в город… - тихо сказала она, опуская взгляд. А Супербиа в очередной раз медленно выдохнул, подавляя желание заорать – не на дочь, просто привычка. - Черт с тобой, - все же выдавил он, а Рико тут же радостно подскочила, словно не было слез и робости. – Жди меня в машине. - Угу! – кинула беловолосая, убегая на улицу мимо Ямамото. Темноволосый Дождь только улыбнулся, глядя ей вслед. - Скуало! – встряхнувшись, Такеши убрал с лица улыбку и повернулся к «учителю». – Боюсь, что и от этого мы ничего не добьемся. - Почему? - Он мертв, - пожал плечами Ямамото, только глаза его на миг потемнели от горечи. Повернувшись в сторону близнецов, бывший бейсболист вздохнул. – Одиннадцатое поколение отличается от нас… - Хм? – задумавшийся Акула не сразу понял, о чем речь, но тут же усмехнулся, больше напоминая себя прежнего, словно возвращаясь к обычному состоянию. – Они, в отличие от вас, сразу поняли, что убийства неминуемы. - К лучшему ли это? – Такеши с сомнением покачал головой. Супербиа только усмехнулся и, больше ничего не говоря темноволосому, повернулся к Варийцам, снующим по зданию, бывшему ранее убежищем для подчиненных Саблезубых. - Врой, мусор, пошевеливайтесь! Ямамото, закончишь? - Да, конечно, - бывший бейсболист кивнул, понимая ситуацию. – Ты ранен… забери с собой Ито, пожалуйста. - Значит, для нас больше работы нет? – раздался из-за спины Такеши голос одного из близнецов, как обычно подошедших незаметно. - Да, поезжайте со Скуало, - Ямамото, впрочем, ничем не выдал то, что не заметил их изначально. Да и, похоже, что у них не было цели – напугать. Просто для них стало привычным занятием подходить как можно тише и незаметней. - Хорошо, - кивнул Кё – то, что это именно он, стало понятно, когда он стянул с запястий напульсники, скрывающие татуировку. – Рафу! Старший из Ито попытался повторить жест брата со сниманием напульсников, но в последний момент закатил глаза и повалился на землю. Кё еле успел подхватить его, предотвращая падение. Присев рядом с ним, он положил руку на лоб близнеца, а затем слабо улыбнулся. - Что с ним? – встревожено поинтересовался Такеши, присаживаясь рядом. - Потратил слишком много сил, только и всего. Все будет хорошо, - Кё волновался, это было видно по его лицу. Но он понимал, что ничего не может поделать, а жизни Рафу ничего не угрожает. И все равно, бледное лицо и нервно прикушенная губа выдавали его с головой. - Я отнесу его в машину к Скуало, - решил Ямамото, поднимаясь и наклоняясь за подростком. - Спасибо…

***

Вой сирен скорой помощи, выехавшей к очередному больному, оглашал небольшой чистый дворик больницы. Кто-то торопился к друзьям или родственникам, по какой-либо причине оказавшимся здесь, кто-то напротив – как можно скорей покидал уже опротивевшее за время лечения место. На крыльце стоял пепельноволосый мужчина в дорогом костюме и курил. Проходящие мимо врачи даже не думали ему запрещать – слишком уж известно им было это лицо. Дверь открылась, и на улицу вышел подросток со светлыми волосами и необычными изумрудными глазами. На запястье левой руки виднелась татуировка в виде креста. - Как они? – не поворачиваясь, поинтересовался Гокудера. Ито подошел ближе, облокачиваясь на перила, опуская голову и запуская пальцы в распущенные волосы. - Рико почти не пострадала, а Скуало-сана зашивают, - все же произнес он, пересилив себя. - А как Рафу? – тут же зацепился за это Ураган, по приказу Десятого приехавший к больнице, как можно скорей. - Он все еще без сознания, сказывается усталость. Слишком сильная нагрузка на его слабый организм, - младший из Ито не поднимал головы, сообщая новости. Он явно не мог ни о чем думать из-за тревоги о старшем брате. - Держи, - Гокудера не глядя, протянул парню сигареты и зажигалку. - Накуривать детей не хорошо, - невесело усмехнулся зеленоглазый, но протянутое принял. Руки дрожали, когда он пытался справиться с зажигалкой, в итоге Хаято не выдержал и отобрал у парня зажигалку и подпалил кончик сигареты самостоятельно. Кё благодарно кивнул и затянулся в первый раз, впрочем, тут же закашлявшись. Непривычный дым опалял легкие и обжигал горло, вместе с тем вынося неприятные мысли из головы. Когда приступ кашля прошел, Облако утер выступившие слезы и усмехнулся, глядя в небо. Пальцы неуверенно сжимали сигарету, словно боясь раздавить или сломать ее. - Иногда только это и спасает, - отозвался Гокудера, отворачиваясь и, так же, как и Ито, посмотрел на облака. - Почему Вы начали курить, Гокудера-сан? – Кё затянулся более осторожно, но в горле все равно защипало от колкого дыма. Зато не закашлялся, уже лучше. - Не помню, - повел плечами мужчина, словно костюм стал ему жать. – Пойду, проверю Скуало, чтобы он там в приступе «любви» к врачам не разгромил половину больницы… Усмехнувшись, Ито кивнул и отвернулся от отошедшего Урагана, вновь обращая взгляд к небу. - Рафу меня убьет, - в пустоту произнес парень, туша догоревшую лишь до середины сигарету об перила и бросая ее в мусорный контейнер. – Но не важно. Главное, чтобы с ним все было хорошо.

***

Минутка стеба для тех, кому было интересно, как проходят тренировки Тсукико. Участвующие персонажи: Занзас, Реборн, Тсукико. Локация: лесная поляна. «Занзас сидит на большом пеньке, мрачно наблюдая за остальными, Тсукико стоит неподалеку, сжимая в руках один из парных пистолетов, созданных Леоном, Реборн стоит в нескольких метрах спиной к остальным». Реборн: Самое главное, что стоит запомнить – не позволяй себе сомнений. Стреляй только тогда, когда ты четко уверена в необходимости этого, но старайся не затягивать, иначе получится очень неприятная ситуация… Занзас, жестом подзывая Тсукико, негромко: Короче, берешь и стреляешь. Например, в него. Тсукико, так же шепотом: А если я попаду?! Занзас: Не волнуйся, эта сволочь увернется. «Кивнув, Тсукико целится в киллера и стреляет, не давая ему договорить очередное предложение. Раздается взрыв, несколько деревьев выкорчеванные лежат в стороне, еще от одного остался только подпаленный пенек и несколько хлопьев пепла». Реборн, невозмутимо отряхивая брюки от пепла: И что это было? Занзас, усмехаясь: Я же говорил, что увернется! Тсукико, радостно: У меня получилось! Занзас, довольным тоном: В следующий раз научу тебя новым приемам, чтобы никто не сбежал от твоего пламени Ярости! Реборн, в сторону: Чтоб я еще хоть раз взялся обучать девушек…