DetermiShift

Пять дней пролетели незаметно. Все это время девочка только и делала, что читала или спала. Поначалу другие дети пытались пригласить ее поиграть с ними, но Чара всегда отказывалась. После инцидента с магией девочке вновь стали сниться кошмары. Поэтому Чара никак не могла выспаться и была совсем не активной. У нее совсем на было настроения общаться и играть. Несмотря на все попытки взрослых помочь девочке с кем-нибудь подружиться, Чара почти не покидала спальни. За пять дней проведенных в этом доме она несколько раз побывала в офисе, и в итоге ей сделали все необходимые документы и внесли в базу данных граждан. За это время Эррол также собрал необходимые свидетельства и смог стать опекуном Чары. Так что сегодня, к зависти многих других детей, девочка уезжала. Проводить девочку, помимо одного из работников, вышло только двое – Джек и всюду бегающая за ним хвостиком Лия. – До свидания, – вежливо, но несколько отстраненно попрощалась с ними Чара. – До свидания. Знаешь, мы почти не общались, но, думаю, со временем мы могли бы стать хорошими друзьями. Удачи тебе, – Джеку, как и другим, было немного обидно, что он не мог найти себе семью уже довольно давно, в то время как Чару забрали почти сразу. Но мальчик не хотел, чтобы его эмоции хоть как-то затронули девочку. Хоть Джек не знал подробностей, он мог понять, что девочка пережила что-то совсем плохое. И скорее всего это «что-то» было хуже, чем у любого другого ребенка в доме. Поэтому мальчик старался быть с Чарой как можно мягче. В то же время Лия была, пожалуй, единственной не завидовавшей девочке, и она со всей своей детской энергией махала Чаре рукой, пока машина постепенно отъезжала от дома. – Это были твои друзья? – спросил Эррол у девочки. – Не знаю… Не думаю. Мы почти не общались, – вяло ответила девочка. – С тобой все в порядке? Ты кажешься очень усталой. … Я думал заехать с тобой в магазин, купить одежду. Или мы можем поехать домой, если хочешь отдохнуть. – Все в порядке, просто немного не выспалась. Давайте поедем в магазин. – Хорошо. Но скажи, если почувствуешь себя хуже. И тебе не нужно обращаться ко мне на «Вы». Девочка лишь кивнула в ответ. Примерно через пол часа Чара уже примеряла подобранную консультантом одежду, попутно вызывая у Эррола головную боль. Когда мужчина спрашивал у девочки, нравится ли ей та или иная вещь, Чара лишь пожимала плечами, не в состоянии определиться. В итоге все продолжалось еще минут пятнадцать, пока Чара вдруг не сказала: «Удобно». Эррол посмотрел, что смогло привлечь внимание девочки. На ней была черная с белыми краями рубашка, почти такая же, как Чара мерила до этого. Хотя, пожалуй, эта была немного великовата девочке. – Чем она тебе понравилась? Чара немного подумала, прежде чем чуть-чуть дернуть рукав. – Она длинная и плотная. Свободная, но не висит. – Ясно, – Эррол быстро просмотрел оставшиеся вещи, прежде чем подать Чаре темно-синюю футболку с длинным рукавом. – Попробуй вот эту, а я пока верну оставшиеся вещи. Девочка кивнула и вновь исчезла в примерочной, в то время как Эррол передал вешалки с одеждой консультанту, прежде чем еще раз осмотреть магазин в поисках чего-то подходящего. Внимание мужчины привлек небольшой стенд с браслетами. Эррол давно заметил, что девочка не снимает с запястья кусочек радужной ткани. Переодевшись и отодвинув шторку, Чара увидела, что для примерки осталась всего пара вещей – еще футболка с кофтой и брюками, а также пижама, серая и немного пушистая. Оставив ее напоследок, девочка взяла первый комплект. Эррол куда-то отошел, а футболка ей все равно не понравилась, потому что немного стесняла движения рук. На самом деле, это не было так уж плохо. В повседневной жизни можно было даже не заметить небольшого сопротивления ткани, и девочка это понимала. Но где-то на подсознательном уровне она не хотела надевать подобное, ведь в бою даже одно мгновение может оказаться роковым. И Чара испытала это чересчур много раз. Девочка вновь переоделась. В дополнение к выбранному комплекту был красный с желтым браслет, но девочка полностью его проигнорировала, и вышла из примерочной. Эррол к этому моменту как раз вернулся. К сожалению, магазин был довольно маленький, и ничего подходящего девочке больше не нашлось. – Браслет не понравился? – спросил мужчина, заметив отсутствие аксессуара. – Не люблю такие вещи. Эррол немного удивился и указал на запястье девочки. – Тогда?.. – Это – брата, – оборвала его вопрос Чара, с грустью взглянув на обрывок ткани. Двое ненадолго замолчали. – Прости, – наконец прервал тишину мужчина. – … Все в порядке, – пробормотала девочка. – Вы… Ты не знал. Чара выкинула из головы неприятные воспоминания и попыталась перевести тему. – Эта одежда мне нравится. – Хорошо, – кивнул Эррол. – Примерь пижаму, и поедем домой. Ты, наверное, совсем умаялась. Девочка еще раз переоделась, посмотрела на себя в зеркало и не смогла не хмыкнуть. В пушистой пижаме и с теплыми носочками на ногах она выглядела довольно комично. Но главное – Чаре было мягко и тепло. Девочка сразу почувствовала сонливость. В итоге, к удивлению Эррола, пижама оказалась в списке покупок.

***

Когда двое приехали домой, Эррол провел девочку в уже знакомую ей разрисованную комнату, настояв на том, чтобы Чара немного подремала. У девочки особых возражений не было. К сожалению, хоть кошмаров и не было, девочка так и не смогла полностью заснуть, лишь провела в полудреме около получаса, нисколько не отдохнув. Спустившись на кухню, Чара нашла Эррола, занятого приготовлением ужина. «Кажется, он очень старается, чтобы мне стало лучше. Зачем он это делает? Он же меня даже не знает,» – у девочки возникли довольно противоречивые чувства. «Я не хочу говорить о чем-либо. Но… Не хорошо, если я буду игнорировать его. Это может его обидеть. Да и в конце концов, я буду жить в этом доме. Не хочется быть для него головной болью.» Наконец переборов себя, девочка неуверенно спросила: – Нужна помощь? Эррол немного удивился инициативе Чары, до этого лишь отвечавшей на его вопросы, но это показалось ему хорошим шагом вперед. Мужчина быстро подобрал девочке простую работу. – Поможешь сделать салат? Чара не возражала. Готовить она умела лишь самые простые блюда, а вот с ножами обращалась хорошо. Так что, чуть было не воспользовавшись магией, но сумев вовремя опомниться, девочка взяла у Эррола нож и принялась методично расправляться с овощами. «Эти не уклоняются,» – по привычке, грустно пошутила Чара. – Какая ты молодец! У меня так ровно и аккуратно никогда не получается, – похвалил работу девочки мужчина. – Что-нибудь еще? – Ничего, спасибо. Все будет готово минут через десять. Можешь пока включить телевизор или посмотреть дом. Чара решила осмотреться и прошлась по комнатам на первом этаже. Гостиная, санузел, гостевая спальня, маленькая кладовка под лестницей. На втором этаже были спальни Эррола и Чары и еще один маленький санузел. Наконец, Чара зашла в последнюю комнату – рабочий кабинет Эррола. Первым, что привлекало здесь внимание была большая коллекция книг. Шкафы полностью закрывали две стены комнаты. У третьей стоял старый массивный письменный стол, заваленный бумагами и раскрытыми книгами, а на полу лежал пушистый ковер. У девочки было еще немного времени, и она подошла к шкафам, чтобы посмотреть книги. « «Причины распада Мировой Империи», «Традиции и обычаи севера», хмм, а это – на другом языке?» – Чара пробежала взглядом по названиям. Большинство из них были связаны с историей и культурой. Девочка взяла одну наугад. «Эрсильский Союз» оказался скучно-написанной, но довольно познавательной книгой. История и география были одними из самых слабых мест Чары. До такой степени, что она не только не знала названия соседних государств, но даже размеры родной страны не знала. Оказалось, что Эрсильский союз располагается на юго-востоке от империи Крэйн, родной страны девочки, и является преемником Мировой Империи людей. Однако в данный момент он является просто объединением нескольких довольно крупных княжеств и сильно отстает как от Крэйн, так и от королевства Тарсиль – еще одной новой для девочки страны, по-видимому, удерживающей доминирующую позицию в мировой экономике. Однако самым интересным, что подчерпнула Чара, был факт, что официальной религией Эрсильского союза была Церковь Семи Святых. «Учитывая преемственность, скорее всего семеро – те маги, верно?» – Чара продолжала перелистывать страницы, в попытках найти еще что-нибудь интересное. Но ее довольно скоро остановили. – Что ты здесь делаешь? – стоявший в дверях Эррол нахмурился, заметив у девочки книгу. – … Прости, – девочка виновато потупилась, поняв, что брать что-то в кабинете, не спросив разрешения, было не очень-то вежливо. Мужчина подошел ближе, взглянув на название. – Чем она тебя вообще привлекла? – Эррол несколько удивился, потому что даже ему книга казалась скучноватой. Однако за эти короткие десять минут девочка освоила уже три главы. – Случайная. – Так ты просто любишь читать? – уточнил мужчина. – Нет, просто… – Чара замолчала и отвела глаза в сторону. – Чем больше знаешь – тем больше забываешь, – закончила она шепотом. – Ты не права, – девочка с удивлением посмотрела на Эррола. – Если ты будешь это делать, то просто сможешь ненадолго отвлечься. Мужчина горько усмехнулся, глядя на странно растерянное лицо Чары, и кивнул в сторону книжных шкафов. – Как видишь, я пытался. На секунду задумавшись, девочка все-таки посмотрела на душу Эррола. На тускло-зеленом сердце был небольшой, но отчетливо видный серый фрагмент. Девочка открыла рот, но так и не смогла что-то сказать. Чара почувствовала небольшую вину перед мужчиной. Она не задумывалась, что с ним тоже приключилось что-то плохое, и считала себя единственной страдающей. – Все в порядке, – Эррол как будто прочитал ее мысли. – Сказать по правде, ты сейчас гораздо лучше, чем я был тогда. Просто твоя потеря произошла недавно, верно? А я уже успел более ли менее прийти в себя. Мужчина присел на корточки, оказавшись на уровне глаз Чары. – Вдобавок, знаешь, ты уже довольно взрослая. Но это не отменяет того, что ты все еще ребенок. Наверняка на тебе все сказалось куда сильнее. А то, что ты хоть каким-то способом стала показывать, что тебе плохо, на мой взгляд, куда лучше чем игнорирование этого факта, как при нашей первой встрече. Эррол улыбнулся и погладил девочку по голове. – Пока, если хочешь, можешь брать отсюда книги. Два правила: книги возвращать на место, и главное – не трогать ничего со стола. А теперь… – мужчина легонько щелкнул Чару по лбу, оторвав девочку от размышлений, – пойдем ужинать. Все уже, наверное, остыло. Эррол поставил книгу обратно в шкаф, мягко подтолкнул застывшую на месте девочку к двери, и двое направились на первый этаж. – Кстати, это напомнило мне, ты же не училась в школе, верно? Нам с тобой нужно будет завтра пройтись по предметам…

***

С момента разговора в кабинете, прошло чуть больше недели. Мужчина с девочкой проводили почти все время вместе – готовили, гуляли, читали и занимались другими повседневными делами. Чара постепенно осваивалась в новой обстановке, пытаясь быть более открытой, но пока у нее не очень получалось. В то же время, под руководством Эррола, она начала догонять школьную программу. В точных науках все было более чем в порядке. Информатика была довольно простой для изучения, а знания девочки по физике и математике даже превосходили таковые у ее ровесников. Так что ей просто нужно было все упорядочить и проверить, есть ли расхождения с общепринятыми данными. Гуманитарные науки давались труднее, но ненамного – обучаемость девочки была поразительной. Больше всего ей нравилось изучать историю. Как выяснилось, это была специальность Эррола. Он работал преподавателем в городском университете, поэтому слушать его было очень интересно. Труднее всего девочке давалась биология, но и с ней ситуация была не критичной. У Чары было еще достаточно времени до начала учебного года. Единственным раздражающим фактором стали кошмары. Хотя из-за высокой загруженности их и стало меньше, но Чара все же была вынуждена пару раз в день отправляться поспать, чтобы ей хоть как-то хватало энергии на повседневную рутину. Однако сегодня отдохнуть девочке, кажется, не получится. – Волнуешься? – спросил Эррол. – Немного, – не стала скрывать Чара. – Не знаю, чего ожидать. Двое стояли перед кабинетом психотерапевта, к которому была направлена Чара по рекомендации органов опеки. После разговора с Эрролом, девочка подумала, что хуже от посещений все равно не будет. Нужно просто следить за собой, чтобы не сболтнуть лишнего. Да и кто знает, может, психотерапевт действительно сможет ей помочь? Предварительно постучав, двое вошли в кабинет. – Добрый день, проходите, располагайтесь, – поприветствовала их женщина с короткими черными волосами. – Здравствуйте, – двое заняли места на диванчике перед прямоугольным кофейным столиком. Психотерапевт устроилась напротив, взяв в руки блокнот и ручку. – Давайте для начала познакомимся. Вероника Коуэлл. Можно просто Вероника, – девушка приветливо улыбнулась Чаре, после чего перевела взгляд на мужчину. –А Вы – мистер Грант, верно? – Да. – Хорошо, – психотерапевт вновь посмотрела на девочку. – Чара, – ответила та. – Замечательно. Итак, мне уже в общих чертах описали, почему вас сюда направили, но хотелось бы услышать больше из первых уст. Мистер Грант, не возражаете, если начнем с Вас? – Нисколько. – Вы уже некоторое время являетесь опекуном Чары. Можете рассказать, какое впечатление она на Вас произвела? Эррол ненадолго задумался. – Умная, любознательная девочка. Старательная. Думаю, немного чересчур сдержанна. Быстро устает, но не думаю, что это личностное качество. Просто следствие ее проблемы. – О причинах вы не говорили, верно? – Только о самом факте наличия кошмаров. Я не углублялся, раз Чара не хочет говорить об этом. Я решил подождать, когда она будет готова. – Ясно, спасибо. Дальше я хотела бы продолжить с Чарой. Можете, пожалуйста, подождать снаружи? – Конечно, – Эррол повернулся к девочке. – Я буду прямо за дверью. Чара кивнула, и мужчина вышел. – Итак, Чара, расскажешь немного о себе? – Меня зовут Чара Дримурр, мне четырнадцать лет. Я живу вместе со своим опекуном – Эрролом Грантом, – после этих слов Чара снова замолчала. «Кажется, ей не очень комфортно без ее опекуна рядом,» – отметила про себя Вероника, прежде чем продолжить. – Как тебе мистер Грант? – Ну, – задумчиво произнесла девочка, – он хороший. – Хм, ясно. Можешь сказать, что тебе в нем нравится? – Он добрый. И умный. Уделяет мне много времени, возможно, даже слишком много. Наверняка ведь ему есть чем заняться, кроме как возиться со мной. – Понимаю. Тогда скажи, может, в нем есть что-то, что тебе не нравится? Немного подумав, Чара покачала головой. – Ладно, давай тогда вернемся к тебе. Как считаешь, что из сказанного мистером Грантом правдиво? И с чем ты не согласна? – Наверное, я действительно достаточно умная, но вряд ли «любознательная» и «старательная». Я ведь просто не знаю, чем мне заниматься… А по поводу «чересчур сдержана», – Чара опустила взгляд и продолжила чуть тише, – пожалуй, сейчас это про меня. Но не могу с этим ничего сделать. – Не переживай, – подбодрила Вероника. – Ты ведь пришла сюда, чтобы справиться с этим. А я постараюсь тебе в этом помочь, ладно? – Чара слегка кивнула в ответ. – Может, ты хочешь рассказать что-то еще? Например, что ты любишь, или что тебе не нравится? – … Я люблю сладкое. В особенности – шоколад. И не люблю горькое, – подумав еще секунду, девочка продолжила. – Наверное, мне нравится читать. – Наверное? – уточнила Вероника. – Я не знаю, – попыталась объяснить девочка, – я просто люблю читать, или читаю, потому что не знаю, что мне нравится. – А, понятно, – психотерапевт сделала пометку в тетради. – Может, есть ее что-нибудь? – Не думаю… – Хорошо. Тогда давай проведем небольшое упражнение, – Вероника взяла со своего стола бумагу. – Не против немного порисовать? Перед Чарой появился чистый листок и пластиковая корзинка с карандашами. – Могу дать краски, если хочешь, – Чара лишь покачала головой в ответ. – Тогда, я бы хотела, чтобы ты придумала и нарисовала три вещи: дом, дерево и человека. Можешь рисовать, как захочешь. И не переживай, если получится не так хорошо, как ты рассчитывала. Просто постарайся над рисунком, и все будет прекрасно, – закончила Вероника. – Хорошо, – коротко ответила девочка, взяв простой карандаш. Минут на семь комната погрузилась в тишину – Чара сосредоточила все внимание на рисунке, а Вероника, видя это, решила не прерывать девочку. – Я закончила, – Чара передала рисунок женщине. – Мне нравится, как много деталей ты добавила, – похвалила Вероника, рассматривая рисунок. – Мне кажется, что ты особенно постаралась над деревом и домом, верно? – психотерапевт указала на ветку наряженной ели, где были видны следы графита от дважды стертой и перерисованной линии. – Да, пожалуй, – подумав, ответила девочка. – Расскажешь, почему? – Ну, – немного замялась Чара, – я не смогла ничего придумать и попыталась нарисовать что-то знакомое. – Ничего, не волнуйся. Это тоже неплохо. Раз ты изобразила знакомый пейзаж, значит он чем-то тебе запомнился, так? – … Это мой дом. Во всяком случае, был им. – О, понятно, – Вероника еще раз тщательно осмотрела рисунок. – Хм, а сейчас на твоей картинке Новый год? – Нет, эта ель просто всегда такая стоит. Не знаю, почему, – пожала плечами Чара. – И ты никогда ни у кого не спрашивала? Да не может такого быть, – заговорщически улыбнулась девушка. – Нет, я как-то не обращала на это внимание, – это было почти правдой. До того, как девочка попала в Подземелье, она никогда не отмечала Новый год. Или, во всяком случае, не помнила этого. А после того, как Чара поселилась в Сноудине, то думала, что это просто забавно и скрашивает белый пейзаж. Какого же было ее удивление, когда в праздничный день Рэй потащил ее за подарками. – Ясно. Может, тогда расскажешь про дом? Хотя, давай кое-что попробуем. Представь, что ты и есть этот домик и расскажи от его лица. Как ты выглядишь и где находишься. Чара подумала, что это немного странно, но все же кивнула. – Эмм, я — дом, в котором раньше жила Чара, – неуверенным голосом начала она. – Хорошо, продолжай. Попытайся рассказать о том времени, когда ты все еще была там. – Хорошо. Во мне живут четыре человека, – на этом слове девочка чуть запнулась, но быстро продолжила, – но часто здесь находятся только двое. Я – большой двухэтажный дом из дерева и внутри меня всегда тепло. Я стою на краю городка, где всегда идет снег, – Вероника подметила этот момент, но посчитала его небольшим преувеличением со стороны Чары. – Я стою в отдалении от других домов, поэтому вокруг всегда спокойно. А еще рядом есть еловый лес, который хорошо пахнет, – девочка остановилась, думая, о чем еще сказать. – Звучит как прекрасное место, – улыбнулась ей психотерапевт. – Но ты стоишь на краю города, верно? Тебе не бывает одиноко? Чара серьезно задумалась над вопросом. – Наверное, мне становится немного одиноко, когда все уходят. Вероника подумала, что, возможно, ей еще рановато затрагивать эту тему, но все же решила рискнуть. – Чара, как тебе кажется, похожи ли Вы с этим домом? – Я… – девочка остановилась на полуслове. – Это… сложно. В подземелье Чара редко оставалась одна. Хоть она и проводила много времени на своих постах в разных частях Подземелья, если не лукавить, то там она просто дремала. Все остальное время она проводила с Рэем, Папирусом и остальными, либо просто сидела у Гриллби. Но, хоть девочка редко оставалась одна, иногда она чувствовала себя одиноко даже общаясь с кем-то. Особенно – в начале ее появления в подземелье, когда треть монстров ее боялась, треть не любила, а оставшиеся смотрели на нее как на диковинного зверя. Сейчас… На удивление, девочка не так часто думала об этом. Безусловно ей очень не хватало родных и друзей. Но проводя время с Эрролом, одинокой она себя не чувствовала. – Наверное, мы чем-то похожи. Но и не совсем. Мне бывает одиноко. Но раньше так тоже бывало, даже когда я была в шумной компании. Казалось, меня плохо понимали... Но, наверное, многие так себя чувствуют, – предположила Чара. –Сейчас я не думаю, что мне на самом деле одиноко. Скорее… – девочка остановилась, подбирая слова, – больно и грустно. Вероника не смогла не посмотреть на девочку с некоторой жалостью, но заметила, как та отводит взгляд, а ее ладони сжались в кулачки, как будто она сдерживала что-то. – Чара… я не буду против если ты хочешь закрыть эту тему. Но если ты хочешь еще что-то сказать, я обязательно выслушаю и постараюсь помочь тебе. Девочка подняла глаза на психотерапевта, но та смотрела на нее со всей серьезностью, ожидая ответа. – Скажите… Как бы Вы себя чувствовали, если бы кого-то потеряли? – Мне было бы плохо, – честно ответила Вероника. Под взором темно красных глаз девочки, она чувствовала, что не должна скрывать то, о чем думала. – Больно и грустно, как ты и сказала. Будто потеряла частичку себя. Но, со временем, я думаю, все эти чувства притупятся. Люди живут: заводят новые знакомство, делают любимые вещи и занимаются разными делами. Смерть – это тоже часть жизни. Чара посмотрела на свою ладонь, вернее, так показалось психотерапевту. На самом деле там парило видимое одной лишь девочке сердце. – Потеряла частичку себя… – тихо протянула она, рассматривая серые части. – Это очень подходящее описание. Но знаете, – Чара почти перешла на шепот, но была так же серьезна, как и Вероника до этого, – смерть – это не часть жизни. Это что-то полностью противоположное. Это несправедливо, и иногда бывает холодно. Но всегда – темно, страшно и больно. Женщина не знала, что ответить. После слов девочки, Вероника почувствовала себя очень некомфортно, будто она в промозглый и ветреный день стояла на улице без куртки и зонта. – Можем, пожалуйста, закончить на сегодня? – вдруг спросила Чара. – ... Конечно, если хочешь, – подумав, Вероника решила согласиться. Девочка и так сегодня много чем с ней поделилась. –Ты очень хорошо поработала. У нас есть еще довольно много времени до конца. Хочешь отдохнуть, или можем поиграть во что-нибудь? Чара вновь вернулась в свое немного неуверенное состояние, не зная, чем больше хочет заняться. По ней совершенно невозможно было сказать, что только что она была ужасающе серьезной. Видя возникшие у девочки трудности, психотерапевт протянула спасительную соломинку. – Может, хочешь раскрасить свою картинку? Чара кивнула и подвинула обратно к себе рисунок и корзинку с карандашами. Тут она открыла для себя нечто новое, раскопав на дне пастельные мелки. Из интереса она решила использовать их и все оставшееся время провела за раскрашиванием, разговаривая с Вероникой на отвлеченные темы. Хотя, в итоге, картинка ей не очень понравилась. Вообще, с раскрашиванием у девочки почему-то всегда было не очень – что красками, что карандашами. Но было интересно попробовать пастель, да и беседа прошла приятно. Так что Чара покинула кабинет в приподнятом настроении.