Дурные пристрастия

— Думаете, я ему нравлюсь? Слова слетели с губ до того, как он успел осмыслить что говорит. Аоба сидел на полу, Курури сидела напротив него, на кровати. Её сестра устроилась у него на коленях. — Вероятно. — Ты ещё спрашиваешь! Всё, что ты рассказал, как он дразнит тебя, оставляет с недомолвками, он хочет, чтобы ты обратил на него внимание, — уверяла его Майру, Аоба поигрывал с прядью её волос. — Так он хочет мне понравиться. Это нечто, — сухо вывел он. — Неверно, — вставила Курури. Её туманный ответ расшифровывался как ты ошибаешься, это необязательно, он телом почувствовал, как Майру захихикала. — Ему не надо тебе нравиться. Главное заполучить твоё внимание. — "All publicity is good publicity"? — английская поговорка странным образом пришлась невероятно к месту. — Да, — подтвердила Курури, и Майру кивнула. С той информацией касательно Таро Танаки, что он располагал, Аоба в сущности не сказал им ничего. Близняшки узнали, что он застал Аобу за чем-то компрометирующим. Что дал ему об этом знать. Что их беседа была некомфортной, но Аоба, конечно, опустил насколько. В нём начинал разрастаться гнев, но он держал себя в руках, играясь с волосами подруги. На самом деле он совсем недавно смог признаться себе насколько он любит у них бывать. Давным-давно он здесь впервые поцеловался. Это было ленивое исследование его не-то-чтобы-латентного интереса к противоположному полу, и их отношения так и не продвинулись дальше дружбы. Но те моменты, когда Майру была у него на коленях, Курури лежала на нём, будто в этом не было ничего такого, всё ещё занимали место в его сердце. Праздно, пассивно, приятно — он искал слово безопасно — но никогда бы его не произнёс. Хотя Аоба и не мог отказаться от той власти, о которой всегда мечтал — не сейчас, когда он был так к ней близок, — он не был слеп к тому, чего она стоила. Он постоянно был начеку, постоянно подозревал, манипулировал, он был жестоким, и истощение, к которому всё это приводило, было закономерным.       Но.             Я не Ран. Эта правда служила ему отдушиной и источником постоянных сомнений. Что было хуже всего в Ране, это не его тупость, не его бессмысленная жестокость. А его бесконечное одиночество. То, насколько исчезающе мало у него было сторонников среди акул, говорило само за себя. Эта мысль отзывалась в Аобе чем-то холодным. Не из-за сочувствия или жалости, а из-за того, что то же самое легко могло случиться с ним самим. Ран был один. Аоба не хотел для себя такого. Вспомнилось, как он бросился на Таро с чем-то подобным. "Друга? Пардон, разве у тебя уже нет друга?" Аоба задумался насколько должно быть одиноким был Таро, хотя откровенно, его это не заботило. Их разговор случился два дня назад, и с тех пор он его не видел. Что беспокоило Аобу, так это то, с какой лёгкостью Таро сорвал с него всю броню. Из-за этого он чувствовал тягу, которая с каждым днём становилась всё сильней, тягу вернуться к нему. Осознание пришло к нему всего несколько часов назад. Их разговор не был приятным. Таро забрался Аобе под кожу, заставил его почувствовать себя уязвлённым, уязвимым, и ему понравилось. Мазохизму он не удивлялся. Аоба открыл в себе эту сторону, когда учился в школе. Способность Курури и Майру вывести его из себя таинственным образом притягивала к ним сильнее. Но его никогда не влекло к кому-то опасному, а Таро Танака безусловно был опасен. Он повернулся к Майру. Она была увлечена рассказом о том, как вся эта история напомнила ей какой-то сериал, или книгу, или что-то — не суть. Сейчас нужно было решить какой шаг выбрать следующим. Майру заёрзала у него на коленях и обвила руками шею. Он немного смутился, она потянулась ближе, он отпрянул в краске. — Майру- — Аоба, когда мы встречались последний раз? — полюбопытствовала она, её лицо было очень близко. Он не мог перестать краснеть, запустил пальцы в ковёр. — Эм, полгода назад? Ты можешь не так близко сидеть? Это отвлекает, — он продолжал отклоняться на руки. — В следующий раз мы должны встретиться завтра. — А вы разве не должны завтра нянчить своего брата-социопата? — Мы ничего не должны, — подчеркнула Майру, Аоба с улыбкой накрыл её руку своей. — Мы скоро встретимся, — сказал он. — Я обещаю.

____

Масаоми был прекрасно осведомлён о странностях в поведении Микадо. Вот сейчас, когда в течение двух часов Микадо переменил шесть поз. Сначала он лежал на кровати как нормальный человек, под одеялом, с ноутбуком на бёдрах. Через полчаса наполовину сполз с кровати. Через пятнадцать минут свернулся клубком. Затем хореография усложнялась. Чтобы знать наверняка, не нужно было даже заглядывать в мусорку — она была заполнена упаковками из-под снэков. Масаоми мог поклясться, что его не-бойфренд ещё нормально не ел. — Микадо, там открылась новая американская закусочная! Хочешь я тебе что-нибудь принесу? — Масаоми весело сунул нос в комнату. Оставив руку на дверной раме, он смотрел за Микадо. Его друг лежал в позе №6, спина наполовину свисала с кровати, ноги на стене, глаза прилеплены к монитору. — Я не голодный, — был дан безучастный ответ. Звуки печатания на клавиатуре. — Угу, а когда ты последний раз ел? Нормальную еду. — Вчера? Ну правда, всё нормально- — Я что-нибудь тебе возьму когда поеду с работы. И в холодильнике ещё должно что-то быть. Микадо нахмурился: — Я думал у тебя сегодня выходной? — С расписанием проблемы, Мацуда попросил поменяться сменами, — просто ответил Масаоми, пальцы Микадо остановились. Он скользнул взглядом по шраму Масаоми, тот почесал голову. Затем Микадо снова обратился к монитору. Вернулся звук печатания. — Ну хорошо.

____

Не хорошо. Некоторые слова и выражения моментально цепляли внимание Микадо, и "поменяться сменами" были из таких. Микадо целый день провёл в неврозе, на грани срыва, с чувством наподобие голода. Он слишком долго никого не убивал, и его начинало ломать. Он опустошил почти все сладкие запасы Масаоми и прочёл почти всё, что мог дать ему интернет. Но никакие статьи о призраках и людоедах не могли утолить его горячее желание. Поток мыслей спиралью вернулся к соседу Масаоми. Юный поджигатель состоял в группировке, торгующей в этих местах наркотиками. Самого Микадо бизнес никогда не привлекал. В лучшем случае это было скучно, в худшем — стесняло свободу действий. Этот риск просто не стоил того. Зачем менять одну унылую жизнь на другую опасную и такую же унылую? Любопытно, что Аоба в этом нашёл, быть может в сфере интересов группировки была не только торговля. Если бы я лучше его знал, — мысленно вздохнул Микадо, усаживаясь на кровати Масаоми. Людьми до странности легко управлять, когда ты их понимаешь. Вот почему Микадо нравилось долго преследовать своих жертв прежде чем убить их. Ему нравилось понимать людей, которые были ему интересны, нравилось знать, о чём они думают. Идея убийства влекла его по этой самой причине. В этом было нечто интимное — знать, как устроено изнутри то, что ты собираешься сломать. Но это было до того, как всё стало скучным, теперь же Микадо понял, что лучшее в убийстве — это его последствия. Простирающиеся куда дальше ограниченного круга общения жертвы. Его текущая цель сегодня выбиралась в город, если сообщения, которые он перехватил, не врали. Он хрустнул пальцами и закусил губу, представляя сегодняшнее убийство. Остаток недели пройдёт настолько проще. И как он вообще собирался держаться так долго. Из-за того, что он так долго сдерживался, в его фасаде появились прорехи. Микадо видел, куда всё идёт. Но он также не мог себе позволить действовать сгоряча. А держать маску становилось всё труднее. В такие минуты он порой допускал мысль о том, чтобы связаться с Изаей. Хоть на то, чтобы избегать его, у него были серьёзные причины. Это плохая идея, — напомнил он себе, пролистывая контакт информатора. Было сложнее, чем должно было, потому что несмотря на все недостатки Изаи, с ним было весело. И не было на свете ничего, чего Микадо желал бы сильнее. Даже в худшие времена, в их отношениях каждый день был наполнен чем-то невероятным. А сейчас… Микадо всерьёз порывался выйти, уехать куда подальше и убить первого встречного. К счастью, он уже не тот импульсивный подросток, которым был, но это всё равно было…             ...Достаточно, чтобы он раздумывал стоит ли сегодня преследовать Сидзиму. Был риск не выдержать и убить его, и сейчас он не был в состоянии как следует замести следы. Они с Масаоми должны были отправиться исследовать уголки его города, имеющие репутацию проклятых, но тот в последний момент ушёл. Со словами о "поменяться сменами". У Масаоми был талант выявлять коррупцию в сфере правосудия. И ладно бы талант видеть эти схемы. Проблема заключалась в том, что Масаоми умел уничтожать их изнутри, и этим заработал себе репутацию. Репутацию, которая гарантировала, что его захотят устранить. Отделавшись от попыток Масаоми с ним поговорить, он сосредоточил внимание на кое-чём инновационном. В сущности, это была хакерская программа, позволяющая забраться в компьютер детектива, с которым Масаоми поменялся сменами. И дающая контакты всех людей, с которыми тот когда-либо связывался через этот компьютер. Тем не менее, это было немного чересчур, Микадо это признавал. За некоторые черты ему не хотелось переступать, даже если речь шла о защите Масаоми. Техническая специальность имела массу преимуществ, например, позволяла ему часто путешествовать. Но также она одарила Микадо способностями криминальной направленности. Очень кстати пришлось умение взламывать телефоны — так он узнал о встрече Сидзимы. — Масаоми? — позвал он, друг возвратился в комнату. — Да? — Как ещё раз имя твоего коллеги?

____

Хига был жалким. Не то, чтобы это было открытие, но терпеть становилось сложнее. Но Аоба терпел с нейтральным выражением на лице, наблюдая за их дискуссией с Раном. Хотя это и дискуссие-то было трудно назвать, ор о недосдаче и облаве. Хига вообще недолюбливал копов, но что-то в Масаоми особенно. Его неприязнь быстро переросла в ненависть. Лично Аоба относился к Киде индифферентно, если оставить в стороне проблемы, которые он создавал. Кто пугал, так это его сумасшедший сосед. Аоба задрожал от холода, поплотнее запахнул пальто. Зачем они опять устроили встречу в этом лесу. Были места гораздо лучше, надёжнее, теплее, где можно было планировать его убийство. Но было бы ложью сказать, что идея была для Аобы не привлекательна. По большей части тем, как отреагирует Танака. Он серийный убийца, он на самом деле приехал только повидаться с Масаоми? Или он кого-то преследует? Аоба считал, что скорее второе, или возможно и то, и то. Парни начали поднимать голос, Аоба от удивления вздрогнул. Сосредоточься. Он поднял глаза на говоривших. Большую часть времени он отсутствовал, погружённый в свои мысли. О том, как избавится от Рана, достигнет своей цели и…Таро. Блять. — Кида это проблема. Сколько мы ещё будем с ним ебаться? — Хига говорил ему. Аоба пожал плечами. — Пока его не переведут в другое отделение, или пока от него не избавятся, — сухо ответил он. — И когда это? — Извини, я не контролирую будут его переводить или не будут, — Хига рассвирепел: — Мелкая ты-- — Не реагируй на этого блядёныша, — осёк Ран, Аоба улыбнулся, играя в телефон: — Хига, никто не запрещает тебе самому с ним разобраться, — он встретился с его глазами. Убийство Киды было неверным шагом, но в то же время…отличной возможностью запечь Хигу в тюрьму, заставив его сделать что-то настолько тупое, как убийство копа. На площадке все замолчали. Единственным, что нарушало тишину, были звуки игры Аобы. — Если только, конечно, ты на это пойдёшь, — добавил он, Хига сорвался. Аоба уклонился, кулак мазнул его по щеке, он ухватил Хигу за руку и отбросил его, тот пролетел через его голову. Аоба поднялся и сжал кулаки. Сердце колотилось в груди, адреналин растекался по телу. Может, ему было нужно это. Драка. — В Блу Сквер всё так решается? — раздался знакомый вкрадчивый голос, Аоба помрачнел. Как по часам. Он улыбнулся и повернулся лицом к Сидзиме. — Выпускаем пар. А у тебя как дела? — он достал платок, чтобы стереть с лица капли крови. С запозданием он отметил, что Хига за это заплатит. Затем он переключился на поставщика. Ключевая фигура. Второй по важности человек в Хэвенз Слейв. Откровенно говоря, распустившееся ничтожество. — Продолжайте, я посмотрю, — сказал драгдилер, собирая всех вокруг себя. — Итак, говорите, у нас имеется какая-то проблема? — Хига говорил о местном полицейском, полюбившим к нам наведываться. Его это беспокоит, — Аоба разъяснял, не обращая внимание на гневный взгляд Хиги. Сидзима усмехнулся, переведя на того взгляд. — Капитан? — Нет. — Лейтенант? — Нет, просто детектив. — Мы сможем с ним справиться? — Легко, — ответил Аоба, снова прячась в телефоне. Он играл на черте, которая делала Сидзиму нежелательным в их структуре. На его высокомерии. Не сказать, чтобы Аоба ненавидел высокомерных людей, напротив, ими было гораздо легче манипулировать. Но ярче высокомерие играло в серьёзной организации, нежели чем в группировке скромной. Нестабильной. Именно поэтому Аоба всерьёз задумывался о том, что Блу Сквер лучше работать под крылом Авакусу. — Так чего вы ждёте? Исполнять, — с этими словами Сидзима вынул из карманов пакетики с товаром. — Есть ещё какие-то проблемы? Перед Аобой встала фигура Рана. — Один придурок потерял товар, — сообщил он Сидзиме, глаза того сузились. — Опять? Вы с ним ещё не разобрались? — Не навсегда, но мы рассматриваем этот вариант, — в ответ на это Сидзима пожал плечами: — Повторится, будет навсегда, — пренебрежительно бросил он. — А теперь займёмся делом. Собрание завершилось вскоре после этого, Аоба с другими парнями пошли разными дорогами. Было… лучше, чем я представлял. Хиге он открыл дорогу вникуда. Теперь можно сфокусировать на Ране--       Танака. Мысль промелькнула в его голове, когда он шёл мимо дома Киды к своему. Даже не думай об этом. Иди. Пальцы в кармане против воли тронули зажигалку. Когда он последний раз что-то жёг? Неделю назад? Подожди подольше. Интервалы между поджогами постепенно сокращались. А Аоба не хотел предаться полному саморазрушению, невзирая на свои мазохистические наклонности. Какая-то часть его хотела испытать боль, но ни одна его часть не желала себе конца. Как я могу предаться этим чувствам, не дав ему уничтожить меня? — Аоба, вам не холодно? Вы одеты не по погоде, — вывел его из забытья беззлобный голос. Аоба приходил в себя по частям. Он понял, что крепко сжимал зажигалку брата, и в какой-то момент встал на месте. Он заставил плечи опуститься и повернулся лицом к соседу. — Ничего, Танака, — сдержанно ответил. Танака к нему подошёл. — Мне ещё нужно кое-что распаковать, и помощь пришлась бы кстати. Если, конечно, предложение ещё в силе, — сообщил он, Аоба не мог не распознать месседж. Это приглашение. На секунду он просто уставился на него, не зная как ответить. Во многом потому, что ответ на свой собственный вопрос он так и не нашёл. — Всё в порядке? Таро остановился аккурат не вторгаясь в личное пространство Аобы. Интересно, как соседи отреагируют, видя их вместе. Они вообще в курсе про него и Масаоми? — В порядке, — он наконец поднял голову и посмотрел Таро в глаза. Ничего сложного. В этом на самом деле нет ничего сложного. Я могу зайти, поговорить с ним, что-то выяснить и сразу уйти. А если после этого я захочу вернуться, вернусь. — Конечно, помогу, только я не могу оставаться допоздна. — Ты не голоден? В холодильнике должно что-то быть, — рассказывал Микадо, Аоба тихо следовал за ним вглубь квартиры Масаоми. — Нет, спасибо, — кротко ответил он, Микадо обернулся на звук того, как что-то вдруг упало. Аоба опустошил карманы, скинул на пол телефон, зарядку, ручку. Безмолвно он сбросил пальто в ту же кучу. — М, что ты делаешь? — просто спросил Микадо, Аоба улыбнулся. — Заручаюсь твоим доверием прежде чем я задам несколько важных вопросов. Есть настроение на них ответить? Что ты задумал, Аоба? — Ну, ммм, это зависит…от сути вопросов? — всё так же просто ответил Микадо, задержавшись в дверях. Несмотря на осторожничание, в нём заиграла шалость. Потому что это было интересно, а могло даже стать весело, при лучшем раскладе. А Микадо уже порядком устал от беспросветной тоски жизни с Масаоми. От беспросветной тоски вообще всей своей жизни. — Ты правда серийный убийца? За окном полил дождь, и окна задрожали от ветра. Чего же ты хочешь? — Да, — он ответил, а улыбка на лице малыша даже не дрогнула. Может, Аобу вообще невозможно пробить, удивить. Нет, возможно, напомнил он себе, вспоминая их последнюю встречу. Вторгнуться в его пространство и задеть то, что он надеялся скрыть…. С этими мыслями Микадо растянулся на диване Масаоми. Аоба остался стоять, и не увеличивал и не сокращал дистанцию между ними. Получится ли снова? Сегодня? Микадо наблюдал, распознавая признаки тревоги. Он не мог почувствовать дыхание с такого расстояния, а язык тела говорил, что он спокоен. Уверенность, но не напускная ли? — Почему ты сюда переехал? — Масаоми попросил. — Да, но это не единственная причина, верно? Ты кого-то преследуешь, — и Аоба нахмурился. — Я знаю, что это так, я спрашиваю кого. — Тебя это не касается, — спокойно ответил Микадо, и Аоба начал раздражаться. — Почему ты отнёс труп в то здание? — Я изначально так планировал. Это было идеальным местом для хранения. А то, что ты ещё и устроил пожар, было приятным бонусом, — он улыбнулся Аобе. — И так это стало способом сказать привет. — Ещё можно было просто сказать привет, — вставил Аоба, Микадо его прервал: — И ты бы воспользовался этим рычагом, да? Я не был уверен, потому что я не знал тебя. Но ты же поджигатель, верно? Так что не похоже на то, что ты любишь следовать правилам или нормам поведения в обществе, — установив зрительный контакт, Микадо продолжал: — Но теперь я тебя знаю, и я уверен, что ты повесил бы всё на меня. Так что я рад, что принял меры предосторожности. Улыбка Аобы застыла, и на мгновение Микадо увидел, как в глазах у того вспыхнула ярость. Но она испарилась. — Знаешь, у тебя не очень получается заводить друзей, семпай, — нежно произнёс Аоба, а дождь за окном забарабанил сильнее. — Да? А по-моему неплохо, мы же с тобой сейчас разговариваем наедине. Уже во второй раз. У Аобы задёргались уголки рта. Может быть, он сможет расколоть эту маску раз и навсегда. — Аоба, как ты себя чувствуешь? Ты выглядишь несчастным, мне кажется даже немного на взводе. Когда ты последний раз что-то жёг? — он спросил, глядя на фальшивую улыбку. — Мне вот…становится не по себе, когда я долго никого не убиваю. Порой нестерпимо. Мне кажется, в этом мы с тобой похожи, — закончил он, дождь перешёл в ливень. Микадо встал и подошёл к окну, минуя Аобу. — Видишь ли, я очень сильно ненавижу тех, кто на меня похож. Так что, Таро Танака, не думаю, что у нас с тобой много общего, — сказал Аоба ему в спину. — Не думаешь? — он развернулся, Аоба так и не сдвинулся с места. Сейчас он покачал головой, на его лице была лёгкая усмешка, по мнению Микадо, гораздо более подходящая ситуации. — Ничуть. Ты очень рисковал, устраивая этот спектакль ради внимания незнакомого тебе человека. Я бы никогда этого не сделал. Так что может мы оба и…преступники, но на этом схожести заканчиваются, — заключил Аоба, Микадо подошёл к нему ближе, на опасное расстояние. — Правда? Я с тобой не согласен, но это занимательная мысль, — он наблюдал за дыханием Аобы. Обыкновенные, лёгкие вдохи и выдохи. Не было похоже, что он притворялся. Тишину между ними разорвал громкий звук, а дождь захлестал ещё яростней. Микадо обернулся на шум, прежде чем понял, что это было. Гром. Вздохнув, он повернулся обратно к Аобе и понял, что тот стал ближе. Гораздо ближе. Он развёл бедром ноги Микадо, и, когда наклонился, они коснулись друг друга кончиками носов. Микадо стало жарко, впервые с начала разговора его собственное дыхание стало тяжелее. Улыбка Аобы в мгновение стала хищнической, но говорил он сладко: — Таро-семпай, я тебе нравлюсь? — спросил он, едва коснувшись губами губ. У Микадо перехватило дыхание. Взяв его за плечи, он не был уверен, хочет оттолкнуть или прижать ближе. До них донёсся звук открытия двери, Аоба шагнул назад, довольный как кот, объевшийся сливок, и таким он встретил Масаоми. — Так, я что, пропустил вечеринку? — тот с неуверенной улыбкой смотрел на них двоих. — Нет, я как раз уходил, — Аоба наклонился поднять выроненные вещи. — Но хорошо, что я зашёл, было весело, — впервые с момента их встречи с искренней улыбкой на лице он направился к выходу. — Спокойной ночи. Масаоми с непониманием уставился на Микадо, Микадо собирал мысли в кучу. — Мы говорили об учёбе. Аоба изучает математику, как я первые два года, — объяснился он, оторвав взгляд от закрывшейся двери. Удачно придумал. Кида с пониманием закивал: — Угу, да, задротская хреновня. Я принёс еды. Ты будешь? — Микадо уклончиво кивнул, стараясь оторвать мысли от Аобы. — Да, давай поедим. Как работа? — спросил он, и отключился сразу же, как Масаоми открыл рот. Он не мог перестать думать о поджигателе, которого пустил в дом, и который видел сквозь него проще, чем думалось. И какую волну ощущений тот ему подарил. Нежели чем компаньон, Аоба скорее потянет на соперника. И эта мысль нравилась ему больше, чем должна была. Потому что, несмотря на все опасения, застой окончился. Должно было быть…очень весело. Мысли Аоба вращались вокруг того же самого, но с другой стороны медали. Он вышел из дома Киды с твёрдой уверенностью и новообретённым ощущением власти. Пальцы нащупали зажигалку, Аоба задумался, стоит ли отправиться на поиски новой точки, о которой мечтал весь день. Но так скоро? Дом, наверное, будет не лучшим способом отпраздновать его победу. Полиция сейчас работает куда активнее, после обнаружения тела, так что лучше подойдёт что-нибудь не такое крупное. Он лениво поиграл зажигалкой и отправился в город. Строительный мусор, бытовые отходы, это могло быть что угодно легко воспламеняющееся. Вскоре он нашёл то, то искал. В городе было много незакрытых мусорных баков, он поджёг самый непримечательный. Для удовлетворения такой пожар никуда не годился, но сейчас этого было достаточно. Аоба не чувствовал и близко такого отчаяния, как раньше. Напряжение покидало его тело, пока он смотрел на горящий мусор. — Значит, вот так ты расслабляешься? Хотел бы я удивиться, но ведь ты у нас всегда был маленьким фриком, — разрезал голос Хиги дымку перед глазами. Сколько он за ним шёл, что он ничего не заметил. — Есть что-то, чего ты хочешь? — с раздражением спросил Аоба, Хига усмехнулся. — Да ничего особенного, разве только знать хули ты забыл в квартире Киды. Или мне лучше спросить об этом Рана и Сидзиму? — спросил Хига. Кровь застыла в жилах.       Это проблема.