Куда ведёт свет

Жар огня касался кожи, проникая в тело волнами приятной энергии. Рокот пламени и треск сучьев окружают девушку, что просто стоит не месте, посреди леса. Стволы деревьев, кусты, каждый сантиметр земли — всё вокруг было одето в красно-рыжую ткань пожара и благодаря этому чем-то напоминало осенние одеяния лесов. Пространство было соткано из огня, который источал едкий чёрный дым, уносящийся в небеса и заволакивающий синеву. Ало-оранжевое пламя в бешенстве рвёт и мечет территорию друид, однако тут же смиренно успокаивается, находясь близ своей хозяйки, и, словно боясь рыжеволосую повелительницу, не смеет даже полыхнуть в её сторону. Вместо этого огонь вокруг девушки сходит на нет. Однако же, пусть её стихии нет в небольшом радиусе у ног, но тело Рыжовой покрыто длинными, извивающимися языками огня. Пламя выделяло её плечи, концентрировалось на запястьях, ладонях, создавая за спиной небольшие крылья лёгким, кружащимся ураганом. Всё это её огонь. Нет, не так. Всë это лишь половина всей силы, которую Алёна может обрести. И это вызывает восхищение. —Чего я только могу добиться? —задаётся риторическим вопросом императрица, вдыхая приятный аромат гари. Жар, охватывающий не тело, а разум, зажигал внутри девушки странное восхищение, смешанное с предвкушением. —Алёнка! —голос парня доносится из-за спины, едва пробиваясь сквозь хрипы обваливающихся ветвей и голодный хруст пламени, которое мгновенно уничтожает "руки деревьев", упавшие на чёрную землю. —Алëна, я пришёл поговорить! —вновь слышится оклик, который мигом убивает пугающе-вдохновляющую атмосферу. Девушка раздражённо закатывает глаза и чуть поворачивает голову, кидая взор карих глаз за спину. Саша умел раздражать ничуть не хуже, чем Влад... Алёна открывает глаза. Стена огня, полыхающая вокруг девушки кругом, подобно жидкости, опадает на каменный пол. Часть её мигом исчезает. Однако примерно треть всего упавшего пламени медленно скользит к девушке, охватывает руки и собирается на ладони, кружась в сгустке, по размеру не больше теннисного мячика. Алёна поднимает руки, заставляя подняться на уровень глаз и вихрь огня. Когда-то подобная сфера могла держать в себе пламя, способное сжечь целый город, но сейчас... Резкое движение рук, и шар огня летит в стену, разбиваясь об неё рыжим цветком. Алёна прикрыла выжигаемые усталостью глаза. Сколько времени она уже здесь находится, пытаясь увеличить количество пламени, которым она может управлять? Сколько времени она пытается вернуть себе хотя бы частицу прежних сил? Но всё, что она сейчас может — создать искрящийся шарик из пламени свечи. Как же она слаба.... Девушка некоторое время стоит на месте, выравнивания сбившееся дыхание. От высокой температуры было тяжело дышать, в основном из-за маски, что скрывала её лицо, не давая нормально вдохнуть. Алёна аккуратно касается гладкой поверхности и медленно стягивает лёгкий материал. Звякнув об камень, маска упала на пол, позволяя девушке вздохнуть более свободно. Отдых Алёне бы не помешал, но не сейчас, только не сейчас... Так она и стояла на месте, медленно дыша. У неё ещë оставались силы, однако тело заполнила усталость. Девушка словно перенасытилась попытками, из-за чего её организм будто бы не хотел продолжать тренировку. Но нужно продолжать... Алёна сложила ладони вместе. Сконцентрировалась, ощущая, как жар постепенно нарастает в её руках. Приятная лёгкая боль от огня разлилась по коже, давая понять, что пламя готово к дальнейшей работе. Тогда она разняла ладони, поднимая одну руку вверх, другую же опуская, таким образом растягивая тонкую нить золотистого огня, у основания которого появилась вторая полоса, создавая нечто, напоминающее тонкий перевёрнутый могильный крест. Огонёк надежды зажёгся в карих глазах. Неужели трюк, которому обучил её Везнич, получится использовать? Когда-то, когда Алëна только получила браслет, часть её силы приняла облик новой боевой формы и посоха. После этого Рыжова лишь интуитивно призывала эти предметы, пока не научилась направлять силу полностью в боевое русло. Старик обучил тогда ещё маленькую девочку использовать всю возможную силу для пользы. И именно он научил её создавать из пламени различное оружие. Сейчас девушка пыталась создать пламенный меч. Несколько месяцев назад это бы не вызвало трудности, но... Полоса огня медленно обретала более чёткие линии оружия. Но вот рыжее пламя вздрогнуло, словно огонёк свечи, который пытаются задуть. В следующий миг раздался стук в дверь. Скелет огненного меча дрогнул, затрепетал и рассыпался языками пламени, исчезающими в воздухе. Всплеск ярости был подавлен девушкой, потратившей на этот приём большую часть моральных сил. Бывшая королева быстро наклонилась, поднимая маску и возвращая её на лицо. Вещь обжигает кожу, однако тут же это чувство исчезает, как будто организм легко адаптировался к высокой температуре. Тяжёлая высокая дверь отворяется, открывая вид на высокого человека-ящера с зеленоватой чешуёй. —Главнокомандующий отослал меня навас-стить вас и напомнить, чтобы вы не пропустили завтрак, —прошипел он, после чего резко развернулся и удалился. Некоторое время ещё слышалось тихое ворчание на тему "почему ей разрешили занять целый зал? Откуда такие привилегии? " Алёна фыркнула, захлопывая дверь и вновь возвращаясь к центру помещения. Пару секунд она стояла на месте. Тихо выдохнула, пытаясь вернуть себе прежний настрой, однако ей это сделать не удалось. Воительница сжала зубы, опять подавляя всплеск гнева, однако ту же спохватилась. Эти эмоции наталкивают её на не самую безопасную идею, которая, быть может, сработает... Гнев, который сейчас она пытается сводить на нет, раньше всегда помогал ей использовать собственную силу. Так может, он спасёт её и сейчас? Алёна напрягла память, пытаясь вспомнить строки из какого-то старого стиха. —Если взорвётся чёрное солнце, то всё в нашей жизни... Нет, это не то, —тихо бормотала она себе под нос. И тут слова вспыхнули среди пыльных воспоминаний. —Вершина небес и чёрная бездна... Когда-то всесильное, теперь бесполезно. Когда-то великое теперь просто мелко... Строчки из песни, записанной в какой-то старой дурацкой книжке из мира людей, каким-то образом всегда пробуждали в сознании повелительницы огня то странное чувство вседозволенности и ярости. Не дурманящей голову ярости, но именно той, которая указывала, какой удар нужно нанести следующим, и помогала планировать свои действия в дуэли всего за несколько мгновений. Девушка ощущает, как тело заполняется знакомым жаром. Кончики пальцев краснеют. Рыжие искры падают на пол, и с каждой секундой их больше. Но вместе с этим незначительным прибавлением огненных блёсток начинает нарасть и ноющая, пульсирующая боль в голове. Словно кто-то пытается затушить горящую спичку о внутренности её мозга. И чем больше огня бывшая правительница пытается создать, тем сильнее эта боль. Алёна, превозмогая боль, поднимает руку, требуя внутренний огонь объявиться в воздухе, пред ней. Вспышка. Новый всполох огня, после которого гнев перестаёт быть боевым, а боль полностью разносит голову. Рыже-жëлтый огонь обжигает кончики пальцев, от чего в глазах темнеет. Девушка не осознаёт, в какой момент пред её глазами прояснятся окружение. Но то, что она видит, заставляет Рыжову лишь сильнее сжать челюсти. Всего на несколько секунд Алëна оказывается в центре выжженного кратера. Взгляд фокусируется на поваленном дереве и на прекрасной, но неестественно бледной девушке. —Снеж..., —она хотела сделать шаг, однако видение растворилось за мгновение, заменяясь новым. В следующую секунду Алёна появляется среди деревьев, стоя с поднятой рукой и ощущая, как пламя покалывает её палец. И в то же время крупные капли холодного дождя охлаждают кожу, заставляя волосы отяжелеть от сырости. Но главное не это... Вдали лежит Алиса, с огромной выжженной дырой в груди. Ещё одна смена "кадров", сопровождаемая болью. Новая фотография также застывает пред глазами лишь на долю секунды. Рыжова лежала на холодной земле, ощущая, как вязкая кровь пропитывает её одежду. Секунда, и девушка вновь оказывается посреди зала с поднятой рукой, едва ли не сжимая огненную полосу. Алёна взглотнула, тщательно изучая пространство вокруг на наличие хоть кого-нибудь, кроме неё. Однако тщетно. В зале не было никого, кроме самой Рыжовой и одинокой, пугающей тишины... Неприятные мысли стали быстро заполнять её голову. Есть ли хоть какой-то шанс на то, что ей удастся вернуться в свой мир без использования пламени? Может, сбежать прямо сейчас? Нет, ей не удастся пройти даже через небольшой городок не привлекая лишнего внимания. Все, кто здесь находятся, все, кто живут в городах страны Огня — её люди. А королева не бросает свой народ. Алëна должна остаться *** Светловолосый мальчишка, одетый в курточку в виде пингвина, сидел на голубом, ледяном полу, собирая из осколков льдинок разные слова и образы животных, словно решая головоломку. Казалось, холод вовсе не тревожил его, благодаря чему он совершенно голыми руками перебирал кусочки льда, делясь результатами с пингвином, сидящим рядом. —Кай, мальчик мой, ты не занят? —холодный, но также и наполненный материнской лаской голос раздался из-за высокой ледяной двери. Блондин мигом поднялся с пола и спокойно направился к двери, каким-то образом совсем не поскальзываясь на гладкой поверхности. —Да, мам? Голубая глыба чуть отъехала в сторону, открывая путь своей королеве. В комнату плавно вошла высокая женщина. Белое облачко из лёгкого морозца и блёсток-снежинок окружало величественный силуэт. Кожа женщины была бледна, как соль, светлые пряди волос переплетались с тёмно-голубыми, ледяными нитями, от чего казалось, будто синий цвет полностью овладел мягкими, завитыми волосами. Именно эти холодные нити держали волосы в необычной причёске. По-морскому голубое платье с тонкими белыми узорами и переливами фиолетового и зелёного (подобно северному сиянию) цвета, с большим меховым воротником, сидело на статной фигуре просто идеально. Всё в этой женщине вызывало чувство уважения и благоговейного трепета перед её силой. Завершением образа служила голубая корона, полностью состоящая изо льда. Кай остановился перед королевой, ожидая, пока мать что-нибудь скажет. Правительница ледяной пустоши улыбнулась, потрепав золотистые волосы паренька. —Идëм, я хочу тебе кое-что показать. Кай послушно кивнул, что вновь заставило женщину растянуть тёмно-синие губы в улыбке. Пройдя по долгим снежным коридорам, сын и мать зашли в просторную комнату, посреди которой стояла высокая, покрытая ломкой блёсткой снега ледяная арка, словно бы созданная двумя изогнутыми деревьями, чьи ветви сплелись и стали единым целым. Королева спокойно прошествовала к нему и провела ладонью по поверхности, закрывающей пространство между двух деревьев, стирая снежинки. Этот простой жест в мгновение ока заставил покрывало снега полностью слететь, медленно оседая в воздухе звёздчатой пылью. Глазам мальчика открывается вторая часть комнаты. Всё ровно то же самое. Те же колонны, стены. Такая же дверь и... Сначала Кай вздрогнул от лёгкого испуга, после чего пригляделся, рассматривая два силуэта, стоящие за аркой. Это были его мать и сам мальчик. Кай, не веря своим глазам, сделал шаг. Двойник повторил движение. И только тогда мальчик сообразил, что пред ним лишь зеркало и отражения в нём. Гладкая, блестящая поверхность отражала каждую ледяную блëстку, каждый локон волос мальчика. Казалось, будто можно сделать шаг и заступить в пространство иного мира, будто там и нет никакой границы в виде зеркала. —Здесь только лёд, —заметив реакцию сына, произнесла Снежная Королева, наслаждаясь восхищением в глазах. Мальчишка поражённо хлопал глазами, теперь уже не веря не только им, но и своим ушам. —Лёд? Но разве он может быть таким... отражающим? Королева тихо рассмеялась: —Сила управления водой и холодом может быть просто поразительна, правда? —одно мановение руки, и пыль снега собралась, чуть растаяла и мигом вновь заморозилась, обратившись в небольшой бокал с зеркальной поверхностью. Кай кивнул, аккуратно касаясь холодной стены, чтобы проверить, действительно ли это стекло, или, быть может, это портал в какое-то другое измерение. Однако же когда матушка создала ледяной бокал, его внимание тут же переключилось на новый объект. —И именно по этой причине я хочу показать тебе всё, на что она способна... —Ч-что? Я могу..., —всё ещё не веря, мальчик проглотил ком в горле, —Ты разрешаешь мне учиться волшебству? —Да, и именно я буду твоим учителем, —ласково ответила женщина, поглаживая светлые волосы будущего мага. Кай не смог сдержать чувств и, развернувшись, крепко прижался к матери, обнимая её. —Спасибо..., —прошептал он, —я не подведу тебя... Он не подведёт мать, отомстив за её гибель и доказав свою силу. Когда же он достигнет пика своего могущества... Кай приложил ладони к каменной плитке, заставляя её покрыться ветвистым узором инея. Следом за инеем пришёл слой снега. Маг упал на колени, судорожно гладя лёд бледными руками. —Нет! Кулаки раздирают кожу об острые выступы. Лёд же под напором стихии трескается. —Почему у меня не получается!? —взмах руками, и вот исчерченное трещинами ледяное плато вздымается, превращаясь в несколько снежно-ледяных клыков, выпирающих посреди зала. С лёгкостью подавив выплеск гнева, парень приглаживает волосы, выдыхая через нос. —Не пристало наследнику Снежной Королевы демонстрировать эмоции, —проговаривает юноша себе под нос. Пусть он устал, пусть тело наполнено болью, но маг продолжит своë дело. Кай вновь выдыхает и касается пола. В этот раз вместо изящных, снежный узоров, пол покрывается тонкой плёнкой воды, которая неспешно поднимается, однако создателя не затрагивает, оставляя единственный сухой круг возле него. Вода останавливается на уровне половины икры, после чего начинает быстро твердеть, превращаясь в огромный пласт льда. Но нужного результата достичь не удаётся. Зеркальный лёд не хочет покоряться юному магу, сколько бы он ни пытался. Однако это Кая не останавливает. Парень продолжит оттачивать свои навыки до тех пор, пока они не станут равными его матери. Тогда он сможет одолеть подружку Рыжовой, а после неё будет повержена и сама убийца его матери. Зачем ему побеждать эту странную, чрезмерно говорливую девушку? Ответ прост: она обязательно встанет на его пути и не даст свершить задуманное. Она вмешается, а Рыжова будет только рада. Повелительница огня не играет по правилам и, скорее всего, всегда будет искать какие-то лазейки для победы. А Сора... Если он победит её, то, быть может, она не станет вмешиваться в их битву. Она что-то говорила о чести, так что, может быть, ей известны правила дуэли? Кай фыркнул. В эти действия со стороны мага лазера ему совсем не верилось. Но разве был выбор? Кисть сковал лёд, принимающий форму блестящего меча. Маг поднял руку, разглядывая мутно-голубое лезвие, в котором едва отражались его собственные глаза. Он продолжит оттачивать свои силы и достигнет льда, который способен отражать всё вокруг, подобно зеркалу. Это позволит ему противостоять странным силам Соры. Лёд обращается в облако белого пара и исчезает под потолком. Всю эту ночь парень пытался создать лёд, который будет подобен тому льду, что создавала его мать. И отсутствие сна даёт о себе знать тягучей тяжестью в мышцах. Нужно хотя бы пять минут на передышку, и после снова в бой. Маг холода лег на камень, глядя в потолок. Пусть тело его находилось в расслабленном состоянии, однако же разум всё ещё пытался решить проблему "зеркального льда". И сделать это не удавалось. Сыну Снежной Королевы нужен полностью гладкий лëд, но как добиться такого состояния? —Туча-са-ан! —нараспев раздался зов из-за двери. —О, нет..., —парень закатил глаза, роняя ладони на лицо. «Только не этот бесячий голос...» Но даже мысленная фраза не остаётся закончена. Дверь легко отворяется, и в зал едва ли не залетает девушка. Немного постояв в дверях, девушка неспешно идёт к Каю, всё ещё лежащему на полу. —Галактический Гарнизон вызывает пилота! —приложив ладонь к уху, воскликнула девушка. Ответа не последовало, что заставило Сору сложить руки на груди. —Эй! Я не верю, что спишь ты! —маг лазера опустилась на корточки. Некоторое время она так и сидела. Японка поднимает руку, сжимая пальцы в кулак. Кай же слегка, незаметно приоткрыл глаза, чтобы понять, что происходит. Медленно Сора заносит кисть над головой парня. Мысленно она отсчитывает до трёх и выкрикнув: —ichi, ni, san! —после чего её кулак молнией понёсся вниз. Юный маг холода зажмурился, ожидая удара. Но ничего не происходит. Несколько секунд, и вот горячий кончик пальца касается носа парня. Кай мгновенно открывает глаза. Сора склонилась над ним с хитрой усмешкой в глазах и радостной улыбкой. —Я уже знала! —воскликнула она, —Идëм, завтрак приготовили! Девушка поднялась на ноги и протянула руку юноше. Кай фыркнул, нехотя принимая помощь. —У тебя какая-то странная тренировка, или ты уснул, когда тренировался? Знаешь, у меня тоже так было. Как-то уроки делала, а потом меня подкосило. Яна-чан тогда помогла мне и дала списать утром. Поскорее бы с ней пересечься... А Каю оставалось только обречённо закатить глаза и начать молиться Агидель, прося богиню воды дать ему больше терпения... *** Везнич неспешно шёл по длинным коридорам, сложив руки за спиной. Лицо его было сосредоточенно и хмуро. Этим утром ему доложили о том, что двое повстанцев всю ночь занимали залы тренировок. И кажется, глава повстанцев даже знает, кем были эти двое. Да, конечно, это мог бы быть Байан — заместитель главнокомандующего — который часто изучал свои возможности перед тем, как отправиться на важную боевую миссию. Он искал свои слабости, устранял их и проверял, насколько сумел улучшить свои навыки. Но другие бойцы всегда прикрывали его, да и Везнич не был против. К тому же, в остальное время Байан всегда соблюдал режим. Отбой — значит отбой. Внезапный тренировочный подъём среди ночи — парень уже собрался за то время, пока горит половина спички. Не даром Байан занимает свой пост и имеет уважение среди всех повстанцев. Остальным бойцам прекрасно известны правила, и они не станут их нарушать. Это означает, что зал занимал кто-то, не знающий здешних правил. Кто-то из новоприбывших. Сора ночью предпочитает спать. Девушка чётко знает, что для выполнения ежедневных заданий и поддержания её активной жизни сон обязателен. "И чем его больше, тем лучше" — что-то вроде этого она говорила. Теперь можно чётко сказать, что зал занимали госпожа Рыжова и молодой человек из Снежной страны. Однако остаётся лишь один вопрос: каким всё же образом Алëна сумела завербовать сына Снежной Королевы? «Что ж, теперь остаётся лишь решить вопрос о том, чтобы позволить госпоже Рыжовой пребывать на совете.» Императрица явно захочет узнать, кто находится во главе всей армии повстанцев, а также изучить планы. Пока что нужно сохранить ей анонимность. У Алëны есть маска, которая скрывает её истинную личность, делая обычным повстанцем. Но командиры ни за что не пустят на обсуждение планов простого, к тому же недавно прибывшего бойца. Если задействовать магию света, то, быть может, её и не смогут засечь. Но это всё так же небезопасно... Старый маг огня остановился у высокой двери. Кулак встретился с крепким деревом несколько раз, после чего опустился. Несколько секунд глава восстания ожидал ответа, после чего коснулся ручки и потянул её на себя. Негромкий скрип противно резал слух, и для повелительницы Рыжовой он бы мигом стал сигналом тревоги. Чем старше становилась Алëна, тем быстрее теряла режим сна. Когда-то она могла спать в любой ситуации, а пробудить девушку не мог даже взрыв, раздавшийся над самым ухом. Теперь же Рыжова спала дёрганным сном, просыпаясь от малейшего шороха. После того как Несмеяна покинула поле боя, Сора иногда перебиралась в комнату Рыжовой. По какой-то причине Алëна не выгоняла мага лазера из своих покоев. Дверь открылась, позволяя старику заглянуть в помещение. Сора с Каем уже сидели за накрытым, точно так же как и в прошлый раз, столом. Однако к еде они не притронулись. Королевы в комнате и духа не было, что лишь подтверждало предположение о том, что Рыжова занималась и, скорее всего, занимается тренировкой. Что же касается парочки за столом... На парня было крайне жалко смотреть. Кай лежал на столе, зажимая виски руками. Лицо омрачено отчаянием, что уж говорить про глаза. Однажды Везничу в руки попала одна книга. Одним из главных действующих лиц той истории был маг-недоучка, который по собственной глупости был обращëн в гигантскую говорящую болонку. И в таком состоянии он сумел уболтать некоего пса — демона пустыни. Вероятно, демонический пёс выглядел точно так же, как маг льда сейчас. Функцию неудачника-волшебника выполняла Сора. Девушка явно сумела довести парня, что и не удивительно: мало кто мог выдержать долгую беседу с подругой Несмеяны и Рыжовой. —То есть мало того, что ты не пробовал в жизни ни суши, ни якитори, так ещё не попробовал даже лапшу соба? Ну как так-то? Названия другие, а еда такая же! Маг льда не ответил, медленно сползая на поверхность стола. —Тогда расскажи мне про свою любимую еду! —Надеюсь, я не помешал вашей беседе? —покашляв в кулак, чтобы привлечь внимание пары, произнёс старик. Кай медленно перевёл взор в сторону входа в помещение. —Если пришли убить меня, то я только с радостью..., —фыркнул Кай. Старик прошёл в комнату, чуть покачав головой. —Нет-нет, что вы. Если госпожа Рыжова этого не сделала раньше, то и мне смысла нет. Юный маг, находясь в неком подобии отчаяния, уронил голову на стол. Обстановка на столе вызвала у старика несколько вопросов, которые он поспешил задать: —Почему же вы не едите? Опять подозреваете, что пища отравлена? Кай приподнял голову, уставившись на учителя Алëны не самым весёлым взглядом, после чего скосил глаза в сторону сидящей рядом девушки. Сора же мгновенно замахала руками: —Ох, Нет-нет! Мы просто ждём Алëну-чан! Нельзя начинать принимать пищу до того, как все члены семьи не соберутся за столом! —Я тебе даже близко не семья, —буркнул Кай. —И где же на данный момент находится госпожа Рыжова? Японка отвела взор. —Ну... Я обещала не говорить..., —завела руки за голову она. —Мне всё равно, —отозвался Кай, водящий покрытым снегом пальцем по столу. Везнич кивнул и сделал несколько шагов по комнате, маг лазера же опять повернулась к сыну Снежной Королевы. —Ну а ты пробовал хотя бы лахат-рукум? Этот вопрос, казалось, всё же заинтересовал паренька. Он поднял голову, чуть нахмурившись, и ответил вопросом: —Ты про Рахат-лукум? Девушка закивала. Парень задумался на несколько секунд и тихо проговорил: —Да... Мама любила эту сладость и... —И ты тоже? Кай снова кивнул, тогда владелица стихии лазера тихо хмыкнула: —Я знаю, как его надо готовить, может быть, сделаем как-нибудь? Глаза парня вновь наполнились холодом: —Только не с тобой, —отрезал он. Между тем старик вышел из задумчивости. —Послушайте, юноша, я бы хотел кое о чём с вами поговорить, —повернулся он в сторону парня. —Надеюсь, это не про Рыжову, —скрестив руки на груди, тихо буркнул парень. —О, нет, что вы! —наигранно рассмеялся старик. —Это насчёт ваших тренировок. —И что с ними? —не меняя тона, нахмурился сын повелительницы холода, вероятно, ожидая какой-то подставы. —Я бы попросил вас заниматься оттачиванием навыков днём, нежели ночью. Здесь крайне строгий распорядок дня, из-за чего как у вас, так и у меня могут быть некоторые проблемы. Разве вам нужны сложности? Кай недовольно фыркнул, но согласно кивнул. Уладив вопрос с парнем, глава повстанцев повернулся к японке, выстраивающей домик из вилок прямо пред собой. —И, я надеюсь, вы не будете отрицать того, что госпожа Алёна сейчас проводит время за тренировкой? И вновь Сора попыталась отрицать очевидное: —Нет! Алëна-чан сейчас... —За вашей спиной, —женский голос действительно раздался из-за спины. Все находящиеся в комнате обернулись к двери. На пороге стояла рыжеволосая девушка, чьё лицо скрывала алая маска. Чернь на месте прорезей для глаз не выдавала эмоций и лишь едва слышное тяжёлое дыхание и пот, покрывающий открытые плечи и руки воительницы, выдавали, насколько она устала. —Доброе утро, Везнич. Рыжова прошла к столу и опустилась на стул. —Ура! Itadakimasu! —воскликнула Сора и накинулась на свою порцию, теперь уже не мешая сидящему рядом парню. Алёна сдвинула маску вверх, на макушку, чтобы можно было нормально есть. Старый маг не спешил начать диалог, позволяя девушке восстановить силы. И вот, когда повелительница огня покончила с основным блюдом, старик, как бы невзначай, произнёс: —Тренировки, заменяющие сон, могут очень нехорошо сказаться на организме и... Тут же старик замолк. Тишина разлилась по комнате. Замерла Сора, держа вилку у рта. Кай остановился, заинтересованно глядя на замершую Алёну. Напряжение постепенно натягивало воздух, как какую-то струну. Королева бы вспыхнула за пару секунд и тогда бы предсказать, что произойдёт дальше, было бы сложно... —То есть, в этом также есть и плюс. Таким образом, тратя больше времени на оттачивание навыков, можно разбудщить вашу прежнюю силу. И всё же я рекомендую периодически... —Не стоит, Везнич. Я всё понимаю, —прервала его девушка. Струна была плавно отпущена, благодаря чему и Сора, и старик тихо и облегчённо выдохнули. Видеть столь спокойную Рыжову было крайне непривычно, учитывая, сколь легко она расправлялась раньше с теми, кто осмеливался перечить. —Везнич, ты ведь что-то говорил насчёт совета сегодня, разве не так? —Верно. И вы хотите на нём присутствовать, не так ли? —Именно, —кивнул Алёна. Старик усмехнулся в усы и задал ещё один вопрос: —Не хотите ли вы представиться хотя бы пред главным кругом? Но девушка, как до этого и предполагал маг огня, отказалась: —Нет, я пока предпочту сохранить свою личность в тайне, если есть такая возможность... Везнич вновь задумчиво кивнул: —Что ж, у меня есть одна идея, однако давайте о ней поговорим позже. Когда вы закончите с едой. —Тогда вы направляетесь на совет, а я с Каем на тренировку! —мигом вклинилась Сора, отрываясь от кусочка мяса. Восклик девушки спровоцировал и мага льда оторваться от еды: —Кто сказал, что я собираюсь тренироваться с тобой? Мне и одному прекрасно. На что девушка, философски подняв палец вверх, проговорила: —Бьясь со стеной, ты много не добьëшся. Однако если ты дерёшься против того, кто сильнее, достигая своих пределов, однако всё ещё не побеждая врага, то у тебя есть шанс раздвинуть свои пределы силы. —Ты такие умные слова сама придумала или подсказал кто? —скептически изогнув бровь, поинтересовался юноша. —Не знаю, вычитала где-то и пре... Перефла... Перефразировала, —наконец выговорив слово, горделиво подняла носик девушка. В это же время Алёна вновь обернулась к старику: —Вы не раскроете мне состав вашего Совета? На что Везнич лишь отрицательно покачал головой. —Нет, пока что нет. Однако я спешу вас уверить, что там находятся только те люди, которым вы могли доверять. Алëна лишь хмыкнула. —Будто бы я могу хоть кому-то доверять здесь... *** —И как ты обеспечишь мою анонимность? —спросила Алёна, ступая вслед за Везничем, но не выходя вперёд него. —Очень просто, —ответил архимаг. —Я временно наложу на вас заклинание невидимости, что позволит вам незаметно присутствовать на собрании. —Твои люди, надо полагать, маги, —констатировала Рыжова. —Значит, почуять меня для них не проблема. —Вы правы, они действительно маги, но их таланты не столь высоки, как вы могли подумать. Они больше управленцы. К тому же, вы до сих пор не вернули свои силы, и энергию духов в вас почувствовать большая проблема. —Пожалуй, ты прав, —согласилась девушка. —Тогда неприятностей не предвидится. —Я скажу больше, Ваше Высочество, —сказал старик. —Как только вы окажетесь в зале заседаний, то поймёте, что это ваши люди. Алёна кивнула, но полностью принимать позицию былого наставника не спешила. Она, конечно же, помнила большинство своих генералов, советников (по крайней мере тех, кто остался при ней до конца войны) и наместников. Но действительно "своими" для неё всегда были члены небольшого круга доверенных лиц. Круг этот состоял из Везнича, Соры, Несмеяны и Влада. Однако к середине войны состав его сократился из-за ухода Несмеяны. А затем нож в спину вонзил и Морок. Она никогда не простит его за предательство её доверия. Теперь во всём Сказочном мире было лишь два человека, которым Алёна могла доверять как самой себе: Сора и Везнич. Они никогда не оставят её. «Как жаль, что я не могу отплатить тебе тем же, Везнич, —с горечью думала Рыжова. —Прости меня.» Тем временем маги — если считать Рыжову таковой — дошли до кабинета архимага. Без слов Везнич открыл дверь при помощи ключа и, пройдя во тьму помещения, поманил за собой и бывшую императрицу. В морщинистой ладони загорелся желтоватый огонёк, осветивший кабинет. Миг, и стоявшие на столе свечи зажглись по велению старого архимага. Девушка, затаив дыхание, смотрела на пляшущее пламя, увлекающее за собой лежащие на стенах, полу и потолке тени. Оно казалось ей прекрасным, будто произведение искусства. Плавное, спокойное и грациозное — таким было пламя Везнича, архимага Огненного королевства. Ему было далеко до плотности и обширности огня, создаваемого Алёной. Но столь же далеко огню Алёны было до отточенной смиренной грации этого жёлтого огонька. Не без горечи она вспоминала свой собственный огонь. Какое же это было чувство! В груди разливалось тепло, сердце билось учащённо, и концентрированное пламя, вспыхивая на её ладони, издавало треск нетерпения и будто готовилось наброситься на её врагов, растерзать их в клочья. Но сейчас этого чувства не было. Не было и ощущения всемогущества, навеваемого тёмной энергией и опьяняющего разум. Теперь она в шаге от того, чтобы стать обычной девушкой, не обладающей и тенью шанса защитить себя от кого-то крупнее кучки тщедушных воришек. Её словно опустошили изнутри, усмирили, погасили её душу. В мыслях не роились, как это раньше бывало, амбициозные мечтания о силе и власти, о захвате Сказочного мира и установлении нового, идеального порядка. Но это вовсе не печалило лишившуюся клыков повелительницу пламени. Впервые с начала войны она чувствовала себя такой собранной. Как будто дурман, завладевший всем её сознанием, растворился, позволяя мыслить здраво. И сохранить в голове эту ясность ей хотелось так же сильно, как вернуть внутренний огонь. —Итак, —пробормотал Везнич, —подойдите ко мне, можем приступать. Алёна подошла ближе, и тёплая старческая рука осторожно коснулась её лба. Она и не заметила, как на руке архимага зажглось желтоватое свечение. В одно мгновение этот свет окутал Рыжову с головы до ног. Она зажмурилась рефлекторно, а уже спустя секунду карие глаза открылись. Вот только различить эти глаза среди кабинета отныне было невозможно. Так же и всё тело девушки, вмиг ставшее прозрачным и абсолютно незримым для простого глаза. —Думаю, этого хватит, чтобы оставить ваше присутствие на собрании незамеченным, —удовлетворённо проговорил старик, придирчиво всматриваясь в, казалось бы, пустоту перед собой. —Вы готовы отправляться? —осведомился он. —Да, —ответила Рыжова, —можем идти. Свечи в кабинете погасли точно так же, как и зажглись, когда архимаг покинул кабинет и закрыл дверь. Старик направился по коридору, а Алёна — следом за ним, будто стараясь слиться с его тенью. По пути им иногда встречались другие бойцы-мятежники. Каждый раз те почтительно кланялись, выражая своё глубокое почтение персоне Везнича. Алёна в это время старалась осторожно ступать за старым учителем, дабы не выдать себя даже парой лишних звуков. Им понадобилось некоторое время, чтобы оказаться возле двери в большое помещение, оборудованное как зал для совещаний. На несколько секунд старик остановился возле этой двери, как бы молча спрашивая Алёну, готова ли она. Та осталась безмолвной, и нынешний лидер восстания, потянув за ручку, вошёл в зал. За ним прошмыгнула и недоволшебница. Там их встретили стоящие на посту бойцы, незамедлительно отвесившие поклон. Везнич отдал им немую отмашку, и стражи удалились, оставшись за дверью зала снаружи. Также Алёна заметила, как группа мужчин — кто-то пожилой, а кто-то всё ещё в расцвете сил — поднялась со своих мест. Каждый из участников собрания склонил голову и поднял её, молча приветствуя архимага. —Прошу, присаживайтесь, друзья мои, —сказал он, одаривая тех благосклонным взглядом. —Раз все собрались, объявляю совет Пламенных Сердец открытым, —огласил он. «Посмотрим, что они задумали, —решила Алёна.» *** Собрание было объявлено открытым, и его участники — некогда высокопоставленные наместники, советники и генералы — принялись осведомлять своего лидера об успехах и неудачах организации. Девушка, пребывая под действием заклинания невидимости, стояла слева от Везнича, будто и впрямь пребывала в зале на правах его ученицы, набирающейся опыта у старших — как в старые времена. Правда, на этот раз о её присутствии было известно лишь одному человеку, тогда как остальные были уверены, что никого более в помещении нет. Про себя Рыжова подметила, что сам Везнич явился на собрание последним. Впрочем, это не было чем-то удивительным. Во время своего правления она и сама постоянно приходила на совет с опозданием — небольшим, но ощутимым. По словам наставлявшего её архимага, так правитель обозначал своё вышестоящее положение перед подчинёнными, позволяющее ему проявлять вольность. Кроме того, этим опозданием он предотвращал неловкую ситуацию, в которой ему, как правителю, пришлось бы ожидать нижестоящую инстанцию, а затем делать той выговор. Это понимали и другие, а потому принимали опоздания как должное. Первый говорить начал Велизар. Генерала южной группировки войск Рыжова отлично знала. На протяжении всей войны он нёс ей исключительно благие вести. Даже о поражении мужчина докладывал так, что у человека, не имеющего к военному делу никакого отношения, могло и правда сложиться мнение, будто всё хорошо. Пришлось сдать несколько важных деревень — за время отступления удалось выстроить новую линию укреплений и полностью перевооружить армию. Целая дивизия оказалась в окружении — врагу понадобится стянуть много сил, чтобы удерживать от прорыва этих храбрых львов, в то время как силы южного фронта нанесут удары в ослабленные позиции противника. Впрочем, генерал никогда не сообщал ложных сведений, хотя и заметно приукрашивал свои успехи. Дело своё он исполнял добросовестно и позиции удерживал обычно дольше всех, решаясь отступить только в случае угрозы полного разгрома. Выглядел он типично для высокого армейского чина Огненного королевства: бурые жёсткие волосы, грозные черты лица, бросающий вызов карий взгляд и пышные усы с бородой. На текущем собрании он сообщал Везничу об успехах в подготовке и оснащении бойцов. По его словам, недавно налётчикам удалось раздобыть внушительное количество огненных рукавиц — рунных боевых перчаток, испускающих огненные шары. Кроме того, в ряды Пламенных Сердец пришло новое пополнение, состоящее аж из дюжины хорошо обученных солдат, прошедших войну и сохранивших преданность королеве. Следующим выступил Данияр — ещё один генерал, служивший Алёне и командовавший центральной группировкой войск. Вот уж кто действительно удерживался на своём посту чудом. Рыжова до сих пор не была уверена в его способностях как военачальника. Обманывать её он не смел — сообщал расстановку сил как есть, вызывая порой у императрицы мигрень. Не было ни дня, когда девушка не подумывала, что центральная часть фронта вот-вот будет прорвана. Но, к её удивлению, ситуация каждый раз, доходя до критической точки, налаживалась. Весь секрет был в феноменальной способности Данияра пустить пыль в лицо противнику. Когда под его началом находилось от силы полторы тысячи бойцов, он штамповал громогласные заявления о контрнаступлении и даже умудрялся проводить крупные наступательные операции, заставляя врага готовиться к обороне, стягивая на его участок дополнительные силы. Каково же было удивление вражеских командующих, когда даже спустя неделю никто не спешил брать штурмом подготовленную таким трудом линию укреплений. Данияр же, выиграв время, успел пополнить состав армии, возвести уже свою оборону и связаться со своим боевым товарищем Велизаром. С генералом южного фронта они часто кооперировались и проводили совместные операции. Когда враг не вёлся на обман Данияра, Велизар проводил наступление, беря удар на себя. Это и стало причиной, по которой Алёна не была уверена в компетентности первого. Практически всеми своими победами мужчина был обязан своему другу, каждый раз переводя удар на него. С другой стороны, ему удавалось каждый раз выиграть немало времени и отвлечь уже на себя внимание противника, тогда как южные войска проводили наступления. У Данияра были огненно-рыжие пышные волосы; жёлтые глаза отдавали озорным блеском, производя ложное впечатление о своём обладателе как о разгильдяе; на лице нарисована готовность хоть сейчас двинуться в бой. Генерал с жаром сообщал архимагу об установлении контакта ещё с одной ячейкой повстанческого движения. Говорил о лидере ячейки как о человеке чести, готовом сотрудничать с Пламенными Сердцами. Следом за ним подал голос Деян. Его Алёна знала как опытного мага и хорошего друга Везнича. Когда архимаг по какой-либо причине не мог провести для неё урок магии, он звал Деяна. Тот, хотя и не был столь же хорош в подаче теории, как Везнич, компенсировал её практикой. С огоньком в глазах он демонстрировал разнообразные приёмы с огнём. Правда, почти всегда девушке приходилось обращаться за разъяснениями к Везничу. Любви к магии, впрочем, это Деяну не умаляло. Выглядел он всегда опрятно: ровно уложенные тёмно-красные волосы переходили в чёлку, лежащую справа. В тёмных глазах его блестел огонь энтузиазма, однако лицо было сосредоточенно и спокойно. Как оказалось, сейчас он занимался подготовкой особого подразделения магов огня — оборонительных магов. Везничу он с удовольствием рассказывал о продвижении учеников, которые, по его словам, уже достигли уровня, на котором могут мгновенно оградить себя защитным полем. Упомянул он и о менее талантливых бойцах, надежды на которых в нём становилось всё меньше с каждым днём. Следующим заговорил Спытимир — мужчина в самом расцвете сил, на тёмных волосах которого уже стали проглядываться седые пряди. Когда-то он был главным дипломатом Огненного королевства, неизменно присутствующим на важных переговорах вместе с Алёной. Так, мужчина сидел за столом переговоров во время заключения договора о неиспользовании вод реки Хавы для ведения боевых действий. Лицо Спытимира за многие годы практически не изменилось, всё так же не выражая толком ничего за радушной улыбкой. Судя по всему, нынче он занимается переговорами с противниками новой власти, пытаясь перелечь тех на сторону Везнича. Результатам таких переговоров и был посвящён его доклад. Повстанцы — практически все — охотно шли на сотрудничество, видя в архимаге настоящий авторитет. И лишь одна группировка — оставшаяся дивизия капитана Самбора — упорно не хотела идти на сотрудничество. Стоум и Збигнев выступили вместе. Всегда, сколько Алёна знала двоих стариков, они работали сообща, не доверяя важных дел кому бы то ни было ещё. Как и раньше, при королеве, они выполняли работу казначеев. Стоум говорил много и порой не по существу, тогда как Збигнев предпочитал отмалчиваться, порой вставляя несколько слов-комментариев по поводу сказанного напарником. Стоум отлично разбирался в экономике, и только поэтому мятеж Пламенных Сердец имел средства на закупку провизии, хотя часто прибегал и к рейдам на караваны или стражу. Девушку это разочаровывало, ведь её доверенные подчинённые были вынуждены вести образ жизни разбойников. Видимо, прав был Морок, когда перед атакой на цитадель со стороны Ветровой говорил "Мы начали войну почти святыми, а заканчиваем — почти бандитами." У стариков, уступающих в возрасте разве что Везничу, всё шло хорошо (учитывая положение). Стоуму удавалось весьма эффективно распределять награбленные денежные средства, закупая как еду, так и одежду и снаряжение для бойцов. Везнич слушал своих подчинённых со всем вниманием, периодически уточняя интересующие его детали. Он кивал, когда слышал хорошие вести, и хмурился, когда ему сообщали о провалах. Тем не менее, архимаг выступающих не перебивал. —Вижу, —сказал он своим скрипучим голосом, —дела у всех идут с переменным успехом, без значительных перегибов. От себя скажу, что я изучил списки боевых отрядов и практически не нашёл в них ошибок. —Все списки? Удивительно, когда вы только успели это сделать, —сказал Данияр. —Раз не нашли ошибок, то с сегодняшнего дня их можно считать утверждёнными? —заключил Велизар —Не торопитесь, —возразил Везнич. —Я сказал, практически не нашёл ошибок. Одна всё же попалась. И знаете, в чём? Вполне способного парня, освоившего защитные заклинания, по неизвестной мне причине не включили в соответствующий отряд. Что скажете, мастер Деян? —Даже не знаю, —беззаботно ответил тот. —Обычно я сразу вижу талант. В досье были упомянуты способности к защитным заклинаниям? —дождавшись утвердительного мига глазами, мужчина продолжил: —Гм, право не знаю. Если упомянуты, стало быть и я знаю про его навыки. И мне самому крайне любопытно, как так могло случиться, что господин Велизар не определил способного бойца в мою группу. Везнич, а вместе с ним и все остальные обратили внимание на генерала. —Что ж, —задумчиво проговорил он, —вероятно, я не воспринял способности бойца всерьёз. Кроме того я до сих пор скептически отношусь к вашей затее с защитным отрядом. К счастью, вы исправили мою оплошность, господин Везнич. —Не беспокойтесь об этом, —сказал старик, —всё было улажено. Но впредь прошу вас быть внимательнее к навыкам в области магических барьеров. Генерал кивнул, а Везнич продолжил разговор. —Друзья, а теперь я хочу кое-что предложить, —сказал старик. —Конечно, —сказали почти все в один голос. —Мне бы хотелось перенести время начала рейда на лагерь военнопленных в Хорборе. —Ещё дальше? —уточнил Велизар. —Думаете, нам нужно больше времени на подготовку? —Звучит разумно, —высказался Спытимир. —Напротив, —ответил Везнич, —я хочу провести нападение как можно скорее. Поверьте, на это есть причины. «И эта причина — я? —подумала Алёна, стоявшая возле архимага.» —Но это невозможно, —возразил Велизар как ответственный за боеспособность отрядов. —У нас нет в распоряжении достаточных сил. Везнич таинственно — Алёна бы даже сказала, лукаво — посмотрел на собравшихся. —На самом деле, недавно к нам присоединилась весьма сильная воительница, обладающая даром и весомым талантом к магии огня. —Насколько мне известно, пока на нашей стороне лишь отозванная со своей позиции шпионка, —сказал Стоум. —И по её поводу у меня имеются к вам вопросы. —Ах да, ещё мне докладывали, —вмешался Данияр, —что в наших стенах ходит маг воды. Как вы это объясните, ваше превосходительство? —Что касается Соры, —начал Везнич, —то она перестала приносить по-настоящему ценные сведения. У меня были основания думать, что она была раскрыта. К тому же, сейчас нам нужен её потенциал как боевого мага. Что до Кая — того самого мага воды — то он сам связался с Сорой и убедил её в том, что желает присоединиться к нам. Конечно же, я также проверил его. —Но это же бессмыслица, —сказал Велизар. —С чего бы магу воды с нами сотрудничать? —Как я понял, причиной всему стало предательство его со стороны власти Ветряного королевства. Его неприязнь к Штормграду сейчас выше, чем к нам, —объяснил Везнич. —Кажется, вы говорили что-то о присоединившейся к нам воительнице, —напомнил Деян. —Почему же вы мне не сообщили? Я бы непременно провёл тренировку и проверил её уровень. —Видите ли, я решил взять её под своё покровительство. И причин тому три. Во-первых, я вижу в девочке настоящий талант, достойный моего преемника. Даже Её Высочество во время своего обучения не показывала столь глубоких познаний в магии. Во-вторых, она обладает острым умом и превосходными аналитическими навыками. Вы удивлялись, как мне удалось так быстро закончить с отчётами. В этом немалая заслуга моей новой ученицы. Не беспокойтесь, Велизар. Я проверил все отчёты, с которыми она поработала. И досадную ошибку в распределении обнаружила именно она. Наконец, к моему прискорбию, девушка пережила много потрясений во время войны. Она рано осталась без родителей, а с началом войны потеряла почти всех своих друзей. Ей очень трудно вновь научиться доверять другим, и поэтому отправлять её к вам, Деян, на общие тренировки я не стал. Кроме того вы сами можете представить, какие ужасы принесла Великая Война. Она скрывает своё лицо за маской и, смею надеяться, вы не станете её об этом расспрашивать. Всё время, пока Везнич говорил, никто не решался перебить его. Все предельно внимательно слушали архимага и с каждым озвученным тезисом согласно кивали. —Что ж, если вы что-то в ней увидели, нет причин вам противоречить, —сказал Деян. —Но могу ли я увидеть её в скором времени? Уж очень мне интересно, на что способна эта воительница. —Хорошо, я не имею на этот счёт никаких возражений. —Господин Везнич, —обратился к архимагу Стоум, —скажите же, уж не сама ли королева скрывается за этой маской? Практически все члены собрания посмотрели на старика с недоумением. —Если бы, —вздохнул Везнич, ничуть не смутившись такого вопроса. —Как бы я хотел, чтобы Её Высочество вернулась и сменила меня на посту главы Пламенных Сердец. Не те уже годы, чтобы я мог управлять крупной структурой. —Да что вы говорите! —возразил Деян. —Вы ещё хоть куда. Без вас мы не сможем сплотить страну Огня. Везнич благодарно посмотрел на Деяна. И тем не менее, именно такой реакции, как была уверена Алёна, он и ожидал. Стоум не стал возражать или задавать дополнительные вопросы. —Как вы могли догадаться, именно на новую ученицу я возлагаю надежды во взятии лагеря. Недавно мне стало известно от лазутчиков о быстром перемещении сил Ветряного королевства. Велика вероятность, что на территорию страны Огня введут дополнительные гарнизоны. Вот почему я хочу сделать ход как можно скорее. В случае успеха в нашем распоряжении окажутся более семи сотен обученных магов огня. С такими силами мы могли бы угрожать столице. —И всё же, —произнёс Велизар, —неужели ваша ученица так сильна, что сможет обеспечить нам победу над рунными башнями? —Отнюдь, сейчас она не превышает по своим возможностям среднего бойца. Однако этого уровня ей удалось достичь всего лишь за три дня. Я собираюсь серьёзно заняться её обучением. Смею надеяться, что уже через неделю она не будет уступать даже мастеру Деяну. —Если таково ваше решение... то мы его примем. —Надеюсь, вы не зря верите в неё, —сказал Велизар. —Время покажет, друзья мои, —ответил Везнич. —Время покажет. *** С наступлением вечера солнце уже начало заходить за горизонт, пылающим золотым диском сияя вдали. Светило выглядело по истине величественно в такие моменты, словно то был глаз самого Сварога, следящий за простыми смертными во всех мирах. Настоящий символ могущества своего творца — никто не посмел бы задержать свой взгляд на божественном лике — и вместе с тем его величайший подарок, согревающий в своих заботливых лучах всё живое. В такие моменты Аристарх особенно ясно ощущал свою незначительность, ничтожность перед стихией. Что бы ни случилось, он никогда не забывал, что значит быть магом. Благодарно использовать дар Сварога и нести в этот мир его волю. И потому вся его сущность приходила в бешенство всякий раз, когда высокомерная девчонка — дочь уважаемого правителя — заговаривала о становлении Богом. А ведь даже владея ключом, что, согласно поверьям, воплощал в себе сердце Бога Огня, она так и не смогла одолеть наследницу династии Ветровых. Не женское это дело — управлять страной. Масштабы не те. Давным-давно, когда Аристарх был ещё совсем юнцом, король воплощал в себе могущество. Правитель страны Огня был настоящим сыном Сварога. Чтобы заставить кого-то преклониться, ему было достаточно лишь обратить на него свой взгляд. Но всякий раз, когда его дочь извергала неистовое пламя, силу в чистом виде, когда вопила, срываясь на визг, о беспрекословном подчинении, генерал видел в ней лишь капризного ребёнка. Соплячка, вкусившая небывалой силы и возомнившая себя властительницей Сказочного мира. Когда же времена успели поменяться? Откуда появились избалованные девицы, пред которыми он был обязан преклонять колени и гнуть спину? Немногих женщин он уважал настолько, что был готов за них умереть. Одной из них была королева Елена. Это была настоящая женщина — сильная духом и кроткая нравом. А самое главное — она никогда не лезла в мужские дела. Зато во дворце её авторитет был непререкаем, и даже сам король покорно следовал её правилам. Кроме того, нынешнему губернатору было известно о настоящем происхождении Елены Рыжовой. Она была простой крестьянкой до встречи с благородным принцем. И такой подъём заслуживал в глазах Аристарха уважения. А смогли бы нынешние девицы — хоть Рыжова, хоть обе Ветровы — стать, оказавшись на её месте, кем-то повыше одной из его горничных? В этот момент мужчина поймал себя на мысли, что вновь начинает мыслить предвзято. Алёна Рыжова, по словам Везнича, отличалась невиданным талантом к магии огня, что он и сам смог наблюдать впоследствии. Всё-таки даже лишившись древнего артефакта, она стала только сильнее, а её ораторские способности в некоторые моменты поражали. Не раз он задумывался о том, что принцессе не повезло родиться женщиной — все остальные качества в ней были на высоте, за исключением самоконтроля. Варвара Ветрова на поле боя показывала себя как первоклассный полководец и маг ветра. Александра Ветрова же, по его мнению, была скорее политиком, чем магом или военачальником, но и способностями в магии была не обделена. В то время как генерал размышлял, экипаж двигался к поместью, в котором мужчина планировал остановиться до утра. Он был удивлён, когда Ветрова младшая сообщила ему о возвращении ключа огня в собственность королевства — в его собственность. Но расценивать этот жест как дружелюбие или — вот уж точно исключено — глупость он не спешил. Аристарх был прекрасно осведомлён о возвращении Алёны Рыжовой в Сказочный мир. Отныне он обязан постоянно держать руку на пульсе, поскольку опасность могла настичь его в любой момент. С действующими мятежниками также следовало поскорее заканчивать. Да, всех он передавить не мог, но о логовах нескольких десятков банд был извещён. Предполагалось, что по их следам ему удастся выйти на рыбу покрупнее, однако тяжёлые времена требовали решительных мер, если генерал не хотел лишиться того, что уже имеет. Даже посланный к нему (очевидно, для слежки) мальчишка, коего уже трудно было назвать человеком, не обнадёживал, несмотря на свою пользу в ликвидации нескольких группировок. Рыжова была обязана явиться к нему лично — не сегодня, так завтра или через неделю. И рассчитывать маг огня может лишь на свои силы: телохранители, окружающие его во время публичных мероприятий внутри Огненных земель, всегда были просто декорацией, хотя и полезной при нападениях диверсантов. Козырем могли послужить умелые кузнецы, работающие лично на Аристарха. Они были не только мастерами закалки металла и придания ему идеальных правильных форм, но и отменными специалистами по рунам. Мужчина был намерен воспользоваться талантом своих подчинённых и сделать заказ на комплект доспехов и меча, пропускающих магию огня. Всё-таки генерал дураком не был и отлично понимал: в прямом столкновении с бывшей госпожой у него шансов немного. Пусть в конце войны кто-то, ссылаясь на игры той с тёмной магией, и распустил слухи, будто бы Рыжова силы свои терять стала и уже не представляет из себя угрозы, сам Аристарх знал, сколь могущественна наследница династии Рыжовых. Неприятностей добавляло недавнее донесение от одного из патрулей стражи Игниграда, коим был обнаружен ещё один отряд, перебитый кем-то, предположительно, во время обхода стражниками территории города. Выжил лишь один юноша из того отряда, который и сообщил о предательстве лазерной волшебницы. От подруги Алёны Рыжовой Аристарх преданности и не ожидал: знал, что она пойдёт за своей властительницей, стоит той появиться. Вот почему он распорядился, чтобы девчонка несла службу в страже города Игниграда. Теперь он может предполагать местонахождение бывшей правительницы, а также новых групп мятежников, с коими беглецы, скорее всего, и связались. Вдвоём им не удалось бы скрываться от патрулей. И вот, находиться в Хорборе стало небезопасно: столица находится слишком близко к Игниграду, в котором и скрывается свергнутая императрица. За мрачными мыслями и прошла поездка. В какой-то момент Аристарх выглянул в окно экипажа и обнаружил, что на улице стало смеркаться. Если он не успеет добраться до поместья к заходу солнца, придётся заночевать в поле — неприемлемый риск. —Кучер, —обратился он к сидящему на облучке слуге, —как скоро мы доберёмся до поместья? Голос генерала был громкий и резкий, а своею чёткостью создавал впечатление прямого выпада, из-за чего подчинённые зачастую боялись заводить с господином диалог. —Верста, ваше превосходительство, —дрожащим голосом доложил кучер, —не больше, —добавил он, сглотнув. —Ускорь темп, —скомандовал генерал, —до захода солнца мы должны прибыть. —Как пожелаете, —проговорил слуга и, взмахнув вожжами, ударил лошадь по спине. *** —Чего застыла? Иди да на стол накрой, —рявкнул на служанку Аристарх. Довольно молодая рыжеволосая девушка испуганно захлопала глазами и мгновенно исчезла из поля зрения. —А ты неси сюда посылку! —скомандовал мужчина дворецкому. —Да не вздумай открывать. Тот, сохраняя на лице собранность, незамедлительно отправился исполнять указание. Сам маг огня прошёл в гардеробную, чтобы повесить всё ещё используемый им мундир на вешалку. Поношенный мундир сидел на вешалке как влитой. За многие годы использования ни один рукав не был протёрт и ни одна пуговица не была оторвана. Работой лучших портных Аристарх имел полное право гордиться. Войдя в столовую, — кружащая вокруг стола служанка едва не сжалась от испуга — Аристарх услышал за спиной быстрые шаги. Это был дворецкий, нёсший в руках металлическую коробочку с выгравированными на ней рунами. Взяв коробку и повертев в руках, мужчина серьёзно посмотрел на слугу. —Как её открыть, не сообщали? —Нет, господин, —ровно ответил ему немолодой дворецкий. —Сказали только, что эта вещь принадлежит вам. —Ясно. Конечно же, Ветрова распорядилась запечатать ключ Огня. В противном случае посылать его через обычных стражей — а то и кого слабее —, а потом передавать в руки дворецкого было бы опасно. Но и на такую глупость как передача ему коробки без возможности открыть Александра бы не пошла. Он уверен: весь смысл был в завоевании доверия нового губернатора, что стало бы гораздо труднее, не будь у него возможности проверить наличие артефакта внутри. —Поторапливайся, —рявкнул он на служанку и пошёл в сторону двери. Спрашивать, куда направился генерал, никто не решился. Сам мужчина вышел на улицу, где уже стояла кромешная темнота. Если он не может открыть коробку при помощи ключа, он сделает это иным путём. Однако использовать магию огня прямо в доме было бы верхом глупости, а потому мужчина принял решение подальше отойти от крыльца, ближе к огораживающему всю территорию забору. В левой руке зажглось насыщенно-красное пламя, освещая двор. Защитные руны, как и сам металл, наверняка не были рассчитаны на длительный напор. Коробка служила защитой, скорее всего, от слабых магов или и вовсе от существ, магией не владеющих. Генерал лихо бросил футляр прочь от себя. Когда тот оказался на траве, губернатор выбросил в его сторону обе руки. И в тот же миг агрессивное пламя вспыхнуло, словно взбесилось, в покрытых мозолями ладонях. Бурая струя бросилась к защитному футляру, уже на пути к нему становясь похожей на неподконтрольный человеку поток. Руны на краткое время вспыхнули, а вокруг коробки замерцал голубоватый щит, но продержалась защита недолго. А вскоре стальной футляр стал плавиться, пузыриться и шипеть, одновременно краснея и раскаляя землю под собой. Спустя минуту на месте футляра находилась лужа раскалённой стали, в середине которой лежал раскалённый браслет. Артефакт, однако, как и рассчитывал маг огня, остался невредим. Совершенно не опасаясь получить серьёзные ожоги, — они стали для генерала не более чем страхами существ, не владеющих стихией огня — Аристарх подобрал сверкающее украшение. От одного лишь удерживания в ладони артефакта творцов мужчина ощущал беспричинное, суеверное напряжение, словно то был не браслет, а порох, готовый разворотить ему руку при малейшей искре. Ключ огня распространял вокруг себя поистине мощную энергетику, пульсируя, словно сердце. Какая жалость, что Аристарху не дано направлять мощь стихии, ведь для этого недостаточно быть сильным магом — нужно родиться избранным самим Богом. «Рыжовой повезло родиться везучей, —мрачно отметил про себя губернатор Огненных земель.» И всё же он мог черпать силы из ключа, пусть и в ограниченных масштабах. Пусть сейчас в его власти почерпнуть не более капли в море чистого пламени, но однажды он станет достоин этого дара. Быть может, тогда народ страны Огня обретёт свободу. А прежде следует разделаться с Рыжовой. Не сможет — умрёт, жалко, будто пёс. Сжав браслет в руке, Аристарх направился обратно в поместье, где его уже дожидался своевременно накрытый для ужина стол.