Halloween Blues

And I’m gonna make you need me.

  Крис опаздывает на работу.   Он просто не может остановиться. Выбранная новым знакомым песня так идеально заливается каждой нотой в душу, так гармонирует с ритмом сердца Криса без единого резонанса, что тот слушает её весь вечер и собирается под неё утром.   Мысли то и дело возвращаются к напоминающей морг лавке и её обитателю.   Крис – честный человек. Перед другими и перед собой.   Он уже знает, что вернётся.   В баре днём всегда малолюдно, а сегодня – особенно, и посетители едва ли могут заинтересовать витающего в облаках бармена. Крис наливает на автопилоте, крепкие руки меняют бутылки и бокалы местами размеренными движениями. Напевает всякое под нос, приветливо улыбается, но не чувствует волнующего нервную сетку холодка, скованности пальцев, дребезжания сердца.   Всё просто, спокойно. Скучно.   Он передаёт смену к вечеру, забирает конверт со скромной пачкой зелени и выходит из бара. Улица абсолютно неприветлива. От полотна туч воздух тускнеет, ветер гонит вдоль асфальта листья и ошмётки мусора, треплет пшеничные волосы на макушке парня и вынуждает поднять ворот куртки повыше, закрывая горло.   Остаётся надеяться, что не заблудится. Из этой части города до «Диеза» он не ходил, а вчерашним днём просто брёл, куда вели ноги. Сегодня, впрочем, изменилось немногое: вчера Крис знал, зачем идёт, но не знал, куда; сегодня же он знает точку на карте, но понятия не имеет, зачем мысленно выстраивает до неё маршрут.   Трусовато будет оправдывать себя желанием прогуляться в вечернюю октябрьскую стужу за парой новых дисков. Он выбирает другой путь – не заморачиваться о побуждениях, а остановиться на предвкушении, снедающем его всю рабочую смену.   В этот раз Крис отмечает, что на двери магазина нет расписания. Он понятия не имеет, когда лавка начинает работу, когда заканчивает, когда перерывы, когда выходные.   Идея неопределённости и полагания на удачу ему нравится. Добавляет острого променаду до магазинчика.   Внутри обстановка не изменилась ни на йоту. Густой воздух, сегодня, правда, согревающий после предураганного ветра, острые тени от полок и стеллажей на дощатом полу.   Дэн сидит на том же самом месте в той же самой позе. Точно так же похожий на статую или ледяную скульптуру.   – Привет, – Крис выглядит уж больно воодушевлённым, но его это не волнует.   Ему на секунду кажется, что вчерашний визит в магазин ему приснился. Зацикленность событий пускает у барабанных перепонок эхо.   Однако, видимо, после радушного приёма, клиенты редко возвращаются, от чего на точёном лице Дэна мелькает оттенок удивления, и он сегодня даже здоровается в ответ секундой позже.   – Привет.   Улыбка Криса сияет ещё более довольно.   – Я хотел поблагодарить тебя. И за диск, который я искал, и за тот, что ты мне подобрал. Мне очень понравилась песня.   – Я рад, – Дэн ведёт плечом а-ля «ладно, и что дальше?». Ожидает от Криса более конкретного завершения мысли.   Дальше этого момента Крис ничего не придумал.   С губ срывается мягкий смешок, серые глаза проходятся по окружению.   – Здесь миллион дисков, как ты в этом ориентируешься? – Крис искренне не понимает. У Дэна даже компьютера на столе нет, а вчера он сходу вытащил два нужных диска из кипы других.   – Не больше пяти тысяч, – Дэн откидывается на спинку стула, скрестив руки на груди. – Да и я здесь не первый день.   – Что из этого всего слушаешь ты? – любопытствует Крис и поворачивает голову в направлении, указанном пальцем Дэна, куда-то ему за спину. Недалеко от прилавка, в середине стеллажа располагается более широкая, чем другие, полка.   Крис наклоняется ниже, вчитываясь в названия компактов. Рок. Disturbed, The amity affliction, Eisbrecher. Крис находит и знакомые альбомы. Некоторые из них он знает как «никогда не слушать, если не хочешь заработать кровотечение из ушей».   – Ты ничего, кроме рока, не слушаешь?   Дэн смотрит куда-то в пространство на уровне окна.   – Нет.   – А выглядишь спокойным, – шутит Крис, выпрямляясь и возвращаясь к прилавку. С его ростом под два метра наклоняться привычно, но за долгое стояние сгорбленным спина «спасибо» не говорит.   Дэн медленно переводит взгляд от окна и фокусирует на нём.   – Ты обо всех так быстро делаешь выводы только по первому впечатлению? – глаза на миг щурятся, не то предупреждающе, не то насмешливо.   Вчера Крис всё списал на паршивый свет, но сегодня почти уверен: они либо синие, либо тёмно-серые.   – Нет, – не смущается острого обращения, и засовывает пальцы в карманы куртки. – Я люблю узнавать людей лучше первого впечатления. Никогда не знаешь, что в ком скрывается. Поэтому мы и интересные.   Дэн смотрит на него со своего места внимательно. А затем интересуется, протягивая приглушённым тоном прямой как палка вопрос.   – Как часто ты в них разочаровываешься?   Крис удивлённо моргает и озадаченно хмурится.   – Я не разочаровываюсь. То есть, я могу злиться или мне может быть обидно, но каждый уникален, нет смысла пытаться кого-то изменить. Мы как... «It Came Out Of The Sky», который ты мне вчера дал. Я понятия не имел, что это за песня, не мог послушать её прежде, чем отдать за неё деньги. Но я рискнул. И она оказалась прекрасной.   Философскую нить разговора ласково накрывает тишина. Дэн мысленно пропускает через мясорубку разума сказанное новым знакомым. Крис, которому спешить абсолютно некуда – более того, он не горит желанием прекращать любопытную беседу и выходить на колкий ветер – смотрит на него, подыскивая намёк на то, какую эмоцию его мысль вызвала у Дэна.   Ответ растворяется на приоткрытых чётко очерченных губах, когда со стороны раздаётся звук резко открывающейся двери.   В помещение заходит сбитый невысокий мужчина. Чёрное удлинённое пальто на манер шинели, зализанные назад редкие волосы цвета красного дерева. Узко посаженные глаза проходятся по Крису и останавливаются на Дэне.   – Powerwolf, «Dancing with the Dead», – хриплым, явно прокуренным голосом чеканит он.   Дэн медленно, настороженно поднимается и равняется ростом с облокотившимся о стойку Крисом.   Сам Крис чувствует напряжение каждой клеткой кожи. Оно распространяется повсюду, вокруг каждого атома, щекочет ноздри ощущением наэлектризованного воздуха во время грозы. Крис его невольно перенимает, смотрит на Дэна. Двух секунд недостаточно, чтобы он понял, что происходит, он может только ощущать. И это ощущение ему не нравится, хотя ничего и не случилось.   – Сюда, – Дэн шагает к двери у стойки. Очевидно, подсобка. Открывает приглашающе дверь и поворачивает голову к застывшему, внимательно наблюдающему за происходящим Крису.   – До встречи, Крис.   В голосе нажим. Не грубый, но достаточно красноречивый, чтобы Крис последовал неозвученному совету «тебе лучше уйти».   Незнакомец скрывается в подсобном помещении, и Дэн разрывает зрительный контакт, следуя за ним.   Крис подавляет желание приблизиться к двери ради ответов на рой вопросов в своей голове. Он хмуро следит за закрывающейся дверью и направляется к выходу.   Что бы там ни происходило – это не его дело.   На улице уже глубокие сумерки, сожравшие все краски с мира. Ветер несёт на себе мелкие капли. «Диез» с каждым шагом Криса растворяется во мгле студёного воздуха.   Крис чувствует облегчение. Чувствует, как спешная поступь вытесняет из капилляров адреналин. Он оставляет магазин за спиной, но не может уйти оттуда мысленно.   Мужчина, точно так же, как и Крис сутками ранее, пришёл за диском в музыкальный магазин. Диска не оказалось на прилавках, и продавец пригласил его за товаром в подсобку.   Вот логическое объяснение. Его Крис разжёвывал во время пути до дома, но чувствовал кислый привкус.   Зачем такому человеку компакт-диски с музыкой? Почему Дэн смотрел на него с такой обличающей внимательностью? Стоило человеку войти внутрь – Дэн вытянулся как готовая к броску кошка.    «Бред, – одёргивает себя Крис, проворачивая ключ в замочной скважине, – Может, они были знакомы и состоят не в очень хороших отношениях. Это просто неприятный покупатель. Такие всегда бывают, самому хватает…».   За рассуждениями про себя он стягивает верхнюю одежду, разувается и вдруг замирает, поражённый одним фактом, упускаемым за баталиями сомнений в мозге. Осознание вспыхивает молнией перед глазами и реальность дублирует её настоящим раскатом за окном.   Дэн не сказал «уходи» или просто «пока».   Он сказал «до встречи».   А значит, у Криса ещё будет возможность придать своим вопросам цвет ясности.