Искусство мысли

      Где-то у самого уха с грохотом рухнул на пол табурет. Чечил подорвался с места, точно испуганный кот. Ну как, подорвался… попытался вскочить на ноги, однако покачнулся явно не на штормовых волнах и едва не въехал головой в штурвал.       — Хорошее пойло. — Лис постучал ладонью по уху, надеясь прекратить вращение мира вокруг. Не то чтобы это помогло, но Чечил вдруг обнаружил, что волны и правда штормовые, а качает не его, а все-таки палубу под ногами. И знатно качает!       Где, черт возьми, все матросы?! Почему они гонят в самый шторм на полных парусах?! Чечил задергал ушами, силясь обнаружить команду. Капитанский мостик пустовал. Штурвал был накрепко зафиксирован привязанной к нему тяжелой цепью. Необычно. Чечил мог поклясться, что цепь терпко пахла водорослями, будто совсем недавно была извлечена с морского дна.       Посеревшие паруса трепал колючий соленый ветер. Дождя еще не было, лишь нарастающая буря: темное грозовое небо и необузданное море, кажущееся черным в этот час. Стропила пусты и изорваны. В трюме не горел свет. Ящика с демигрифом на палубе не обнаружилось, зато четко был виден след свежих царапин, будно что-то большое, тяжелое и квадратное проехалось по палубе и вылетело за борт. Да, да, вон за тот, где вместо прочного борта здоровенная дыра.       Чечил поежился, невольно посочувствовав зверюге. Та еще смерть — утонуть в клетке.       Ветер же набирал силу, бросая огромный корабль из стороны в сторону. С оглушающим треском ломались весла, отчего-то не убранные во время шторма. Где-то впереди, слишком близко и страшно вспыхивали ослепительно белым ветвистые молнии, уходя в бездонные воды. Мореные доски скрипели на все лады, точно призывая бурю к себе.       Корабль снова бросило вперед. Соленая волна окатила Чечила с головой, едва не утаскивая за собой с палубы. Лишь развитая ловкость помогла ему уцепиться за канат и удержаться. Может, команда спряталась в трюме? Чечил неуверенно покосился на темную решетку и с удивлением услышал плеск, и плеск этот шел изнутри. Вода уже была там, в трюме. Много воды. Корабль шел прямо в шторм и уже тонул.       Понимание окатило холодной волной не хуже соленой воды.       Его забыли здесь. Сбежали как крысы. А его просто забыли, бросили одного, последним на тонущем корабле, обрекли на верную смерть.       Сердце неприятно защемило. А он почти поверил…       Когти как-то сами вырвались на свободу. Чечил зло полоснул влажную древесину мачты, оставляя на ней пять длинные царапин, затем замахнулся еще и еще. На десятом ударе пошел дождь. Хлынул ледяной тяжелой стеной, пронизывающей до самых костей. Чечил остановился, бездумно рассматривая щепу у себя под ногами.       Мачта гулко застонала, зарокотала, клонясь в бок. С острым щелчком и хлестом оторвался центральный парус, вздулся вверх, закручивая корабль еще больше. Лис снова вцепился в канат. Совсем близко полыхнула молния. Новая тяжелая волна обрушилась на палубу, лома пару досок у сломанного борта. А за этой волной последовала вторая, третья, четвертая… Она рушились на истрепанный корабль явленьем рока. И Чечил все обреченно ждал, когда вместо очередной доски сломаются под соленой тяжестью его кости.       Но ведь были пережившие кораблекрушение! Находились! Переживали неделю в море, догребали до неизвестного берега. У него тоже есть шанс! Надо только удержаться!       Он с трудом перекинул канат вокруг мачты, привязывая себя к ней. Замерзшие руки плохо слушались, а мокрая веревка все никак не хотела нормально затягиваться. Но он справился. У него еще есть шанс. Есть шанс! Светлый огонек надежды зародился в душе, отгоняя навязчивую пучину обреченности.       А потом Лис перевел взгляд на вспыхнувший белым горизонт. На корабль шла волна. Нет, не так. Волна! Она казалась размером с гору, выше башен города прогресса. Волна рокотала и пенилась. Волна поглощала белые молнии и вся точно светилась изнутри. Волна двигалась к нему неприступным мрачным хищником, с когтями и клыками которого ему никогда не справиться.       «Ты ведь тоже не хочешь умирать», — прошептал чей-то голос. Зачарованный грядущей смертью Чечил, даже не сразу отреагировал на него. Но голос повторил: «Ты не хочешь умирать, как и я». Необъяснимый шепот, идущий из ниоткуда и одновременно отовсюду. Голос не мужчины и не женщины. Голос вековечных сосен, из которых ладилась мачта и вощились доски, голос истерзанных парусов, голос скованного цепью штурвала, голос бухт и канатов и даже забытых в трюме гамаков и ящиков рома. Шепот раненого корабля, что тоже увидел свою смерть.       — Не хочу, — покладисто согласился Чечил. Почему бы не согласиться с кораблем за пару минут до смерти?       «Тогда отдай мне свою душу, она заделает порехи в моей палубе, залатает дыры и паруса. А я дам тебе жизнь в своем теле. Мы оба выживем». Так и заключаются договора с демонами, да? Звучит так себе. Чечил нервно засмеялся.       Волна подошла совсем близко. Чечил почувствовал дуновение смерти, безжалостно срывающее с лица кожу солеными иглами. Уши заложило от низкого рокота. Мир исчез, оставив перед ним лишь равнодушную стену черной воды. Волна склонилась, раззявила влажную пасть, скалясь обломками досок, трупами морских тварей и людей, воняя кровью, солью и гнилью. Сердце встало, пропуская по телу разряд холодного ужаса.       — Согласен, — едва шевеля губами, прошептал Лис.       И мир угас.