Дерево на букву «Л»

6 мая. Ещё ночной, прохладный ветерок обдувал лицо Джуёна. Они с Гаоном договорились побегать сегодня утром по территории школы. Так то они ни в одном месте не спортивные люди, на физкультуру, и то, через раз ходят. Просто Джисок наткнулся на мотивирующее видео, а кроме Джуёна потащить с собой не кого. Бегали они не спеша, что бы быстро не задохнуться. Солнце только-только вставало, показывая свои первые лучики из горизонта. Птички кажется ещё спали, поэтому слышалось лишь шуршание листьев. Парни присели на скамью отдохнуть, да попить воды, снимая тонус с ног. Всё таки спорт придуман не для них. Вдруг, на рукав Джуёна воссела божья коровка, а за ней и вторая, нерасторопно двигаясь по ткани. — О, — воскликнул Гаон, — мне мама говорила, что если тебе на плечё села божья коровка, то это к любви, а у тебя ещё и в двойном объеме, — хохотнул он, пододвинулся поближе и начал рассматривать пятнистых существ, — блин, я даже завидую. Ли не верил в подобные приметы и не придал сказанному значения. Букашки ползали ещё минуты 2, а после упархали в неизвестном направлении. Температура была уже комфортной, так что Гаон принял решение вздремнуть. Да да, прямо на скамейке. Прогоняя Джуёна, он послал его прогуляться, но далеко не уходить. Тот послушался. Нерасторопные шаги почти не издавали звуков, а взгляд цеплялся почти за каждый красивый цветочек. Ли срывал по одному, вкладывал в ладошку и продолжал так до того, пока рука уже чуть ли не разрывалась. Проходя мимо самого большого дерева, взгляд зацепился за окурки, лежащие у корней. Подняв голову он увидел Джун Хана. Тот сидел, качал ногой, что свисала с ветки и кажется дремал. «А он, что тут делает» пробежало в голове у Джуёна. Обошёл дерево так, что бы можно было видеть лицо, и да, это оказался Джун Хан. Кажется он слушал музыку. — Не божишься свалиться? -довольно громко сказал Ли, что бы тот услышал и сложил руки на груди. Веки приоткрылись и Хан привстал. Голова сначала повернулась направо, в сторону от куда исходил крик, поймав взгляд Джуёна. Играли они в гляделки минуты полторы, но Хёнджун первый прервал тишину. — Будто тебе есть дело, -прыснул Хан и вернулся в былое положение, но все также продолжал смотреть на Ли, -не переживай, место проверенное. Останусь целым и не вредимым. — Было бы славно, — на лице растянулась ухмылка, а глаза приняли форму полумесяца, — не хочется терять самые умелые ручки нашей группы. Глаза Хёнджуна расширились. Это комплимент такой? Каштановые волосы раздувал ветерок. У корней они были влажные, от пота. Пальцы перебирали друг друга. Тот, что сидел на дереве засмотрелся на них, но глаза не долго радовались. — Ну ладно, — выпрямился Джуён, — пойду я. Гаон уснул тут, на скамейке. Боюсь совсем разоспится, потом хер разбудишь, — свой гербарий он положил под дерево. Ноги перекрутились, разворачивая тело в противоположную сторону, — да и ты тут долго не засиживайся. Потом будешь опять на уроках дремать, -и зашагал. Хан лишь угукнуть ему в след. *** 6 часов вечера того же дня. К одному из самых популярных молодежных клубов выстроена огромная очередь, а внутри разогревают свои связки Од и Чонсу, кривя всякие рожицы друг другу. Они берут довольно высокие ноты, от чего уши кажется сворачиваются в трубочку, а мозг раскалывается. Джуён и Гониль опаздывают. Они проиграли в «камень, ножницы, бумагу» и должны были зайти в магазин, за чем нибудь, что можно было пожевать. Но за то время, пока они пропадают, можно было уже выступить раз 5. Гаон ушёл в туалет минут так 30 назад и все ещё не вернулся. «Вообщем то сплошной балаган, как обычно» вздохнул Хан, допивая свой уже остывший кофе из автомата, который стоял недалеко от их гримерки. На самом деле нельзя точно сказать, что это гримёрка. Тут лишь диван, занимавший уже пол комнаты, одно зеркало, маленький столик и два складных стула. Вчетвером то они слабо помещались, было трудно представить, что же будет когда придут опоздавшие. Из-за тонких стен было хорошо слышно происходящие в зале. Там играли какие то легкие, не заводящие песни. Можно догадаться, что ещё не всех зрителей впустили. Когда включится более активная мелодия, это знак того, что весь зал уже полон и до выхода осталось от силы минут 20. Это Джуён рассказал Хёнджуну на одном из похожих выступлений. Тогда он сказал, что эта информация ему не нужна, но видимо ошибся. Недосып Хана взял вверх и глаза сами по себе закрылись, а звуки окружавшие тело притихли. — Ты где эти джинсы достал? Тебя будто собака погрызла, — Джун Хана разбудил хлопок двери и громкий смех Ода и Гаона. Они крючились и зажимали рот рукой, что бы больно много шума не разводить, но получалось у них плохо. Данную истерику у них вызвали новые джинсы Джуёна, которые были порваны в районе коленок уж очень сильно, но не смотря на это, ужасно подходили к его стилю, да и вообще полностью ему. — Эй, вы знаете сколько я за них отвалил? Так что хватит тут, свинарник разводить, успокойтесь! — он поставил пакеты с едой на столик и плюхнулся на диван, рядом с Ханом, — все-таки ты не выспался, — глаза прищурились, созревая на полусонного парня, у которого разум кажется ещё спал и видел сны, — может мне начать тебя контролировать. Мне жаль твой организм. Ответа не последовало, слова никак не хотели выскакивать. На самом деле Хёнджун бы действительно не отказался бы от какого нибудь живого таймера, напоминавший ему хотя бы в часов 12 ночи, что пора ложиться спать. Он снова прикрыл веки, давая себе подремать ещё минут 5, но почти сразу ощутил у себя на голове чью то ладошку. Догадавшись кто это, была попытка спихнуть руку, но Джуён тоже не отступал, сказав, что волосы растрепались и требуют немедленной поправки. Движения были нежными, воздушными. Пальцы кажется перебирали каждую волосинку, укладывая ее в нужном направлении. Вскоре, рука начала просто поглаживать волосы, окончательно расслабляя мозги. *** Выступили ребята отлично и вот уже стоят возле чёрного входа, готовясь разойтись по домам. Пересекаться с толпой ликующих девчонок и не только хотелось не очень, поэтому выходить всегда приходилось через подобные места. Ночь уже окутала город. Клуб переливался сине-фиолетовым, а улицы просто освещались тёплыми фонарями. Небо в этот раз было облачным и лишь через облака виднелся размытый силуэт Луны. Пока все договаривались зайти куда то перекусить, Джун Хан отделался тем, что очень устал и неторопливо направился к общежитию попутно пытаясь найти зажигалку где то в своём рюкзаке. Джуён выпросил ключи у Гаона от его комнаты и побежал за ним, толком не объяснив причину своей спешки. Ну а все остальные решили просто зайти в ближайший круглосуточный магазинчик и поесть лапши. Догнав Хёнджуна, Ли протянул ему его зажигалку, которую тот все никак не мог найти. — Где ты ее взял? — Ты видимо забыл ее на столе. Вот же растяпа, — покачал головой Джуён и пошёл вперёд. — Эй! -возмутился Хан уже зажигая сигарету, — почему не пошёл с остальными? — нагнал он. — Не хочу, устал, -фыркнул и начал напевать какую то песенку, засунув руки в карманы джинс. Хан схмурил брови: раньше того не останавливала никакая усталость, а тут… Джуён по дороге к кампусу кажется успел рассказать сотню забавных историй детства, сопровождаясь все это активными размахами рук, а другой удивлялся их количеству, лишь иногда кратко, что то отвечал и все-таки тихо хихикал. *** — Можно у тебя переночевать? -промолвил Джуён смотря в пол, стоя напротив комнаты Джун Хана. — Зачем? — этот же стоял в дверном проёме и уже был готов захлопнуть дверь, — тебе же Гаон дал ключи от своей комнаты. — Да но, — тот замялся, — там так одиноко, а сегодня я нуждаюсь в чьём то тепле, — наконец подняв голову, он растянулся в улыбке, перекатываясь с одной ноги на другую. — Ну уж нет, у меня всего 2 односпальной кровати, придёт Гониль останется одна, а тесниться там как то не очень хочется, — брови изогнулись, показывая недовольство Хана, — у Гаона есть ещё и диван, вроде… — Вот именно, что вроде, — и Джуён ввалился в комнату, побежав к одной из кроватей. После долгих криков и попыток выпихнуть Ли из комнаты, Хёнджун с громким вздохом плюхнулся на стул. — Это что мои цветы? — Джуён стоял возле стола, рассматривая букетик цветов, которые собрал утром, а после оставил под деревом. Черноволосый быстро открыл глаза, но те предательски бегали по всему силуэту стоящего рядом парня, выдавая растерянные мысли. — А чего ты ими раскидываешься, — руки сложились на груди, — я люблю полевые цветы, так что решил забрать. — Не думал, что ты любишь такое, — после последовал мягкий смешок, — мило. Лицо Хана кажется опустили в кипяток. Оно горело, казалось, вот-вот взорвется. Как и сердце. Но на самом деле со стороны все выглядело обычно, лишь кончики ушек залились алым цветом, цепляя взгляд Джуёна. Хёнджун листал очередную книгу, взятую с библиотеке, пока его новый сосед плескался в ванной комнате. Гониль должен был уже давно вернуться, но видимо не сегодня. Было принято решение уложить Ли на пол, хоть и не единогласно. На полу довольно холодно, поэтому Хан собрал огромную стопку одеял, что бы тот ни в коем случае не простыл. Наконец когда оба улеглись повисла тишина. Лишь где то на улице изредка слышался шум проезжающих машин и проходящих мимо орущих людей. — Сладких снов, — в пол голоса сказал Джуён, повернулся на бок и затих. — Сладких. И кажется и тот, и тот засопели, но нет. Спустя минут 20, послышалось шуршание одеял, а после Хан почувствовал как его явно теснят. — Эй, что ты творишь, — шёпотом прокричал он, пытаясь столкнуть нечто. — На полу очень холодно, — послышалось в ответ низким шёпотом. На очередные споры не было сил, да и разум кажется уже спал и видел 33 сон. Тело опять расслабилось. Хёнджуна лишь ещё больше прижало к стенке, а чья та рука лаского при-обняла за талию. После этого их сон ничего не тревожило, они лишь посапывали друг другу в ушки, из-за малого количества места, и наваливались на друг дружку, но кажется их это не напрягало, так как сны были такими же сладкими и манящими. На утро, когда прозвенел будильник и Хан продрал глаза, Джуёна уже не было. Не было никого. Комната пустовала, если не считать его. То, что запомнил мозг за ночь, быстренько пробежалось в разуме. Сам Хан снова завалился в кровать, давая себе ещё 5 минут подремать. Конец 3 главы.