Atracción musical или Музыкальное влечение

Но давайте же посмотрим, что в это время происходило в семье Мадригаль: (Сразу после ухода Лив на репетицию) — Камило! Негодник, иди сюда! — пыталась докричаться до сына Пеппа: он пытался уйти незаметным из дома и никому не помогать, но, — семье Barrasa нужна будет твоя помощь с детьми, ты как раз на улицу собирался, тебе будет по пути. — Ну мам… — Иди давай! Хоть кому-то поможешь, — ворча на сына-бездельника, рыжеволосая ушла помогать фермерам с орошением полей. — Отлично, блин, ещё и помогать кому-то… Ладно, надеюсь, что потом меня не будут трогать… Дойдя до места назначения, Камило был ошеломлён, сколько малышей бегало вокруг дома семейства. — «Возможно у них праздник и они решили позвать всей детей Энканто к себе в дом… Ну ничего, я справлюсь, подумаешь орда детей, которые при малейшем желании снесут тебя и задавят, ничего страшного…» — мысленно «успокаивал» себя парень, ведь ему явно не хотелось играть в детском саду воспитателя. — Всем привет! — натянув добродушную улыбку и моля всех богов, чтобы все прошло удачно, юноша зашёл во двор домика, где был уже атакован толпой озорных детишек. — Помянем парня, — сказал своей жене мужчина, смотря как Мадригаля уже и невидно за всеми детьми, — Так, а ну-ка быстро отстали от мальчика, он с вами поиграть хотел, а вы его все задавили! Видимо этот взрослый обладал навыками командира, так как все присутствующие дети быстро отстали от полуживого Камило, кой уже еле дышал. — Спасибо вам, — пытаясь хотя бы немного прийти в себя, парнишка встал с земли, смотря на старшего с ожиданием поручения. — Камило, hijo, просмотри за детками до вечера, сегодня день рождения нашей дочери, мы пойдем получать подарки, и тебе кое-что принесём, — с лёгкой улыбкой ответила за мужа женщина, добродушно смотря на юношу. — О, что вы, конечно, о чем речь, я с радостью без всяких наград посижу с этими ребятишками, — натянув улыбку, слегка приврал парнишка. Естественно без награды он не особо хотел с ними сидеть, но что поделать, он Мадригаль, ему нужно всем помогать. — Пока-пока! — выходя со двора, семья Barrasa, без именинницы разумеется, пошла готовиться к празднику, оставляя Камило на растерзания детям… (Вечер того же дня) Парень, с явным облегчением из-за снятия с него ответственности за маленьких проказников, шёл домой с тортильей, намереваясь все съесть в одиночку. Сегодня он так умаялся, что, возможно, отрубиться сразу, как только его голова коснётся подушки. — «Я знал на что иду, но блин, чувствую себя выжитым лимоном, как же сложно с этими детьми… Надо бы Лив написать, как у нее репетиция прошла…» К счастью или нет, его никто не ждал и не расспрашивал о сегодняшнем дне, так что парень просто пошёл в свою комнату и, поставив блюдо на стол и успев снять с себя только пончо, завалился спать, надеясь, что его никто не разбудит… К слову, Лив он так и не написал… (Утро следующего дня) Как ни странно, Камило проснулся в хорошем настроении, несмотря на полную выжимку вчера вечером. Был выходной, так ещё и в конце дня намеревался пройти предпоследний концерт семьи Райс. Предпоследний… — Их было так мало… Вот почему всё самое лучшее заканчивается так быстро? — глядел в потолок парнишка, лёжа на кровати, засыпая вопросами не проснувшемуся мозгу, кой отказывался переваривать эту информацию. Всё же, уговорив себя встать, Мадригаль, слегка покачиваясь от тяжести своего тела, отправился в ванную, дабы привести себя в порядок. Он хотел сегодня навестить свою любимую, поэтому решил одеться праздничнее, а именно поменять своё слегка потёртое жёлтое пончо на красивую рыжую накидку с хамелеонами. Решив, что он бессмертный, Камило взял расчёску и немного пригладил волосы ей, правда на пятой секунде она уже запуталась у него в кудряшках и ему пришлось её чуть ли не вырывать. — Чёрт! Да блин, я теперь на барашку похож… Да всё равно уже, она же меня не за волосы любит, переживу, — последний раз взглянув в зеркало, юноша ушёл завтракать. — Всем доброе утро! — поприветствовал Камило семью, после чего принялся уминать арепу и думать над тем, как он проведет свой день. К слову, на ум ему так ничего и не пришло, несмотря на то, что он проснулся в хорошем настрое, голова наотрез отказалась работать. — «Да что ж такое! Я как будто в воде нахожусь — вроде свежо и легко, но в тоже время полная дезориентация». — Камило, сынок, всё в порядке? Ты сегодня сам не свой, случаем не заболел? — мягко полушёпотом спросила у племянника Джульетта. — А? Нее, у меня все хорошо, тётя Джули, просто не до конца проснулся, вот и всё, — отмахнулся Мадригаль, он привык к тому, что целительница постоянно заботится про его здоровье, ведь Камило, по словам Пеппы, был лентяем и не хотел ничего делать, а так и мышцы могли атрофироваться. Нет, мама его безусловно любит, но его пристрастие к диванам и кроватям в рабочее время старшая Мадригаль никак не переваривала. — Ну как знаешь, но если вдруг что — я буду на кухне, — нежно улыбаясь на кивок кудряша, отчётливо замечая его пушистую голову и прогоняя мысли о том, как бы ей хотелось её потрогать, Джульетта возвращается к разговору с Пеппой, оставляя Камило наедине. (Вечер того же дня) Как бы не хотелось парнишке, но его загрузили работой на весь день, так что на концерт он еле плёлся и то только под тем предлогом, что там будет его Оливия. Занимая свои места, Мадригалю было невтерпёж увидеть ту самую, ради которой терпел невыносимые для него работы. И вот она появилась, но, как ему показалось тогда, была немного бледная и как будто находилась не на своем месте. — «Что с ней?» — волновался за неё парнишка, она была для него сокровищем, так почему же с ней что-то вечно происходит… К его счастью или сожалению, она только играла, партий с микрофоном ей не давали, что было странновато, ну да ладно, главное, что они уже закончили и он к ней подойдёт, да? Нет. Там была такая давка, что какая там Оливия, самому бы не задохнуться, а все потому что он сел вдали от семьи, хотел полюбоваться на свою красоту, а в итоге чуть не был раздавлен всем Энканто. Семья Мадригаль ушка в Каситу, ну как сказать ушла… Сбежала. — Больше я в общие ряды садится не буду, если и уходить, то только последними, — недовольно выразилась Альма, все были слишком уставшие чтобы вставить свои пять копеек, поэтому просто кивнули и разбрелись по комнатам… Все, кроме Камило; он остался на кухне и неспеша ел, думая, что за кипиш творился на концерте. Вскоре и он ушёл в комнату, совсем уставший и с больной головой, но недолго он оставался один… Дверь в Каситу с тихим скрипом отворилась и послышались тихие шаги, направлявшиеся на второй этаж. — «Неужели воры? Нет, невозможно, в Энканто никогда их не было, с чего бы им сейчас появится?» — гадал Камило, параллельно беря в руки тяжёлую книгу, дабы оглушить человека, взобравшийся к ним, но только он успел подойти к своей двери, как она сама распахнулась и в комнату влетел не кто иной, как вор его сердца. — Лив?!