Жаркая Италия

Полдень следующего дня. Да, я все ещё была пьяна. Не знаю, была я в алкогольном или сексуальном опьянении, но на утро я ничего не помнила. Помнила, конечно, жаркие подробности, её тело, её сок, запах и вкус. Но все остальное было стёрто и не подлежало восстановлению. Болела шея. Я с трудом встала с постели, на которой осталась спать Лали в одних коротких шортиках. Солнечные лучи красиво лежали на её груди. Вчера мы забыли закрыть окно, поэтому от оставшейся в комнате прохлады её сосочки стояли. Пару минут я гипнотизировала их своим взглядом. Думала поцеловать их, или уйти всё-таки посмотреть, что случилось с моей шеей. Мне безумно хотелось продолжения, хотелось владеть ей снова и снова, душить её, закрывать ей рот, чтобы чувствовать вибрации её стонов. О, и поверь, мне было плевать на Влади. Да, я люблю его член, люблю скакать на нём и стирать кожу на коленях до красноты, но эта девочка - что-то невероятное. Когда она вчера была сверху я текла, как Риенца. Я отвлеклась от воспоминаний, потому что мои трусики уже намокли. Тяжелой походкой проследовала в ванную, встала напротив зеркала и оглядела себя. Голова гудела уже не от опьянения, а от мыслей. Что Лали нашла во мне? Да, грудь у меня восьмого размера, да, я хорошо занимаюсь сексом, да, владею языком. Но что во мне такого на первый взгляд? За что она зацепилась? На шее синел укус. Лали постаралась, видимо ей было так хорошо, что она впилась зубами в мою шею, стонала и выла, когда я взяла её пальцами. Я стояла полностью голая у зеркала около двадцати минут. Разглядывала себя, думала. Увидела, что у меня на груди тоже багровые следы. Когда Влади узнает меня ждёт наказание. Если честно, меня это совсем не пугает, скорее заводит. Он будет пороть меня плетью, заткнёт рот кляпом, а ещё, возможно, позовет нашего соседа доминировать надо мной за то, что я была плохой девочкой и изменила ему. Ты не помнишь, чтобы я говорила, что у нас есть сосед? Да, есть. Мы живем вчетвером: я, Влади, Рафаэль и наша с Влади собака. Оставался последний день, думать о парнях вообще не хотелось. Я решила принять холодный душ, чтобы смыть остатки возбуждения. Капли быстро падали вниз, едва касаясь моей кожи. Я взяла гель для душа у Лайзы, открыла, чтобы почувствовать её аромат. Кофейный запах, как будто, проник сразу ко мне в мозг, такой сладкий, женский, сексуальный. Возбуждение нарастало. Подумала: "Я же пришла мыться". Попыталась намылить тело, руки скользили по каждой складке, по груди. Я опустила руку, провела по своей промежности и почувствовала обжигающую ноющую боль чуть слева. - Блять, Лайза! - я очень громко выкрикнула её имя. Эта сучка оставила мне засос именно там! Ты можешь в это поверить? Я выключила воду, не вытираясь направилась в комнату. Лайза все ещё спала, а её сосочки всё так же стояли. Я взяла шелковую повязку для волос, нежно завязала рот Лайзы. В ящике тумбы нашла пушистые наручники, подняла ее прохладные тонкие руки, прислонила к прутьям кровати и защёлкнула замки. Я провела языком по ее груди, ненадолго задержалась там, пробуждая её поцелуем, стянула с неё шортики и опустилась вниз. Оставаясь сонной Лайза застонала. Её последнее утро со мной началось не с кофе.