Привет! Мне осталось жить меньше пары лет!

Как ни странно, в школе в тот день я их более не видел, а потому поспешил в свой класс. Я не высок в росте, а из-за кое какого оборваныша, мне удалось пройти незамеченным, пока его отчитывал учитель. За что? Да, по мелочи. Просто математик у нас был строгий, а этот паренёк не делал ничего, впрочем как и я. Но я хоть списывать умел. Хехе. имя… Не хочу его пока упоминать, особенно когда мы живём в одном доме. Я пока хочу прожить. но вернёмся к истории, буду бесить его в другой раз. Я опустился на свое место и стал дописывать задания, а параллельно снова наблюдал за видом из окна. Странно, но хоть в этой стране и начиналась учеба месяцем раньше, после Питера, особой разницы я не заметил. Под окнами рос клён и лиственница вроде. Они частично падали на окно, выдавая очень красивые узоры теней. Особенно ближе к вечеру, когда в класс светило закатное солнце, тогда они начинали сиять всеми цветами что в них были и отражать все в класс. Но даже во всей этой тихой атмосфере… Почему же я был все ещё один, в классе в котором полно неплохих ребят и девчонок? Правда… Если к ним найти подход конечно, а не хамить всем подряд и нарываться на дерьмо. Моя проблема была несколько в другом. Рёске хлопнул по моему столу рукой. Оказалось что он стоял надо мной добрые минут 5-10 точно. Я вздрогнул и вышел из своих мыслей. Учеников уже не было, мы были вдвоем. Рёске взял стул, подвинул его ближе ко мне и положил руку на плечо — Я понимаю, ты не так давно приехал сюда. Тебе очень сложно. Но что тебя так сильно тревожит? — он сделал паузу готовясь перечислять. Я заметил в дверном проходе высокую фигуру проходящую мимо. Силуэт мне показался знакомым, а вот с учителем я говорить не хотел и грубить ему тоже. — мне нужно бежать! Я-я опаздываю к врачу! — я стал быстро укладывать вещи в рюкзак, руки сильно дрожали и вещи летели мимо. Так и не дав ответа господину Рёске, я побежал за тем человеком. Нагнал его правда уже за школой, он кажется тоже спешил. Как раз куда мне надо — Аскберн! Погоди! — Блондин остановился, настолько быстро что я чуть в него не врезался, вовремя успел затормозить. У меня долго не было слов что сказать под его пристальным взором. Холодным. Мертвым. Я невольно поморщился. От этого даже живот мутило, когда я резко почувствовал как оказался на добрые пару футов над землёй. — слушай сюда, мелочь. Если думаешь, что если тебе помогли — мы уже друзья, ты глубоко ошибаешься. Мне не интересен ни ты, ни твои проблемы. Ты — всего лишь жалкий сопляк, которых тут сотни. Ты — совершенно ничто. И не смей меня назвать даже своим поганым ртом. Он говорил это серьезно, смотрел тоже, но меня эти слова расслабили, я тяжело выдохнул — и ты туда же… У вас это вроде клише, да? Почти все эти фразы я уже слышал. Может найдется что поновее? И чё ты хочешь? Денег у меня нет, на колени перед тобой вставать я не собираюсь, реветь для твоей утехи тоже. Мне казалось ты норм чел, а оказался таким же отбросом как и те от кого я уехал. Меня зовут Алекс. И я, не никто. Я говорил без какого либо энтузиазма или чего то вроде. Мне было. плевать. После глубинки Питера, я даже с какой-то стороны был рад услышать что то такое. Хоть люди адекватные есть. Хоть не скрывается за маской фальшивой приветливости… хотя за такие слова он мне мог легко прописать. хехе. Сейчас у меня действительно не было ничего, что хоть как то было бы нужно ему. На мое удивление блондин не сказал ни слова, странно ухмыльнулся и опустил на землю, протянув мне руку — меня зовут Аскберн Томссон, будем знакомы. Я не собираюсь делать ничего из того списка что ты назвал, но ты мне понравился. Выходит, внешность действительно бывает обманчива. Он пожал плечами и я пожал его руку, она была нежной, одновременно грубой и сильной, крайне странное чувство. Не так я себе представлял все это. Мы долго шли молча. Как оказалось, мы были соседями, точнее жили в нескольких км друг от друга. Мой дом был ближе. —мм, неплохое местечко ты выбрал для жилья. — задумчиво протянул Аскберн, поглядывая на небольшой двухэтажный дом в котором я жил. — я его не выбирал— коротко ответил я — Алекс. — а? Меня резко взяли за руку обнажая бинты по обе стороны рук. Губы невольно сжались, а я по реакции уже стал отбиваться, но Аскберн не сказав ни слова отпустил, от чего я просто упал на землю — тебе тоже досталась плохая семья? — он глядел так строго, даже непонятно, стебется или всерьез. Я коротко кивнул. Послышался тяжкий вздох с его стороны. Вокруг нас не было народу, ибо все были на работе или дома. — даже если так. Не стоит резаться. Ему это не понравится. — впервые, он снова улыбнулся, уже не так высокомерно, ну или я уже привык его так видеть. В любом случае, он ушел. Мне пришлось остаться наедине со своими мыслями. За кого он говорил? Про что? Я не знал. Возможно он говорил за моего отца. Хотя нет. Он не мог об этом знать. Мы знакомы меньше дня. Хотя сегодня он вел себя тоже странно. Смотрел так, словно и без моих слов он все что я хотел сказать - знал, а в прочем - Плевать. По приходу домой, меня ждал выговор, слушал его конечно же, как подобает провинившемуся. Отец взял меня за руку, прямо за место ран и шрамов. Лицо у меня конечно перекосилось от боли, и я вскрикнул. Мои крики утонули в его грозном голосе. — Ты где шлялся я спрашиваю?! Уже полчаса как прошли уроки! Где ты был?! — он выглядел страшно. Хмурые полуседые брови, темные волосы спадали на лицо, такие же темные глаза что смотрели не в душу, а на что то более. нужное только ему. — я-я хотел прогуляться со своим другом-. Начал было тихо говорить я, как только он сильно ударил мне по лицу. Удар пришелся по обе щеки и губам. Рука у него была очень крепкой, очень грубой. Немудрено, что у меня потекла кровь и с губы, которая порвалась, и с носа по которому тоже пришелся неплохой удар. — молчать! Я тебе ещё слов не давал! У тебя нет друзей! Запомни это! Какие тебе прогулки мелочь?! Ты свои оценки видел?! ЭТО ОТКУДА ТАМ ЧЕТВЕРКА ПО МАТЕМАТИКЕ?! ТЫ ЧТО, ОПОЗОРИТЬ НАС ХОЧЕШЬ?! МАРШ В СВОЮ КОМНАТУ! ЖИВО ЗА УРОКИ! НИКАКОЙ ЕДЫ И ИЗ ДОМА НЕ НОГОЙ ПОКА ТЕТРАДЬ НЕ ЗАПОЛНИШЬ! Меня в прямом смысле пнули под зад, я оказался в своей комнате. Сердце сильно болело и ныло, тогда ещё причин я не знал. в голове тоже звенело, все что я смог сделать, это опереться об дверь и так же сползти с нее к полу. Обнял коленки, в надежде заглушить боль. Ничего не вышло. Отец был явно не трезв раз был настолько строг… Просидев так добрую четверть часа, я все же поднялся с места. Подошёл к столу, провел по нему рукой. Хороший был подарок на день рождения… Жаль, что этот стол был наполовину уже заклеен изолентой и скотчем. На него слишком часто нападал отец. То там стукнет, то тут ударит, под «воспитательным процессом» И вот, от него почти ничего не осталось. Я принялся писать. Выполнять то, что на самом деле было не нужно. Звонок в дверь. В прочем ничего удивительного, сейчас кто нибудь откроет поговорит и уйдет. Да тот же отец, хоть он и был пьян. Я продолжил писать. Кровь на губе уже засохла, в носу тоже, жаль что синяк на щеке это не убирало. завтра в школе будет ещё больше вопросов… Звонок повторился. И ещё раз. И ещё раз. С тяжелым вздохом я спустился со второго этажа. В коридоре было тихо, а из отцовской комнаты был слышен храп. Я открыл дверь. За ней, стоял для меня высокий, а сам по себе нормальный, паренёк. Со светлыми волосами, с почти белоснежными, так было видно на солнце. Он был в капюшоне, но я все равно видел. На глазах были очки. Кожа бледная. Очень официальная одежда, не считая плаща. Парень наклонился ко мне и провел по недавнему следу от побоя, я вздрогнул и тут же попятился назад, неуверенно смотря на самого человека — в-вы к кому??! — молчание. Затем он просто вошел, прошел в комнату моих родителей и там же закрыл дверь. Дальнейшего разговора я не слышал, но за это время успел хоть немного поесть. Услышав что дверь открылась вновь, я быстро забежал на лестницу наблюдая уже за тем как парень уходил, отец стоял с каким то озадаченным видом и чесал затылок. Хотя что то в его глазах я видел. Азарт. И наглость. Он надурил того паренька? За что? В этот вечер пришла мама с работы немного раньше. Я поприветствовал ее, как она обычно просила, небольшим поклоном, но на ее лице я видел странные и ранее чуждые ей эмоции. Она была радостна. Мы с отцом переглянулись, мол не показалось ли? Мама улыбнулась и резко обняла нас обоих. Не знаю как отец, но я был в шоке. — дорогой! Я беременна ахах! Мне кажется у нас будет девочка! Ее голос был подобен птички на свободе, но в этот момент, я ощутил сильную пустоту. А кто я? Разве я не твой ребенок, мама? Я ведь тоже твой сын… Почему же ты так счастлива с тем кого даже на свете ещё нет, но ненавидишь "меня"? Странное чувство, чувство пустоты и одиночества. Да, думаю это было оно. Оно охватило меня с головой, а я в нём утонул. Отец казалось было был тоже рад, он поднял ее на руки, страстно поцеловал, покружил с ней и они оба объявили о том что это самое величайшее счастье! Заиметь ребенка! Они восхищались оба, оба были рады, оба смеялись и улыбались. Хвалились мне, словно я был не их сыном, а так. Знакомым. Но кем был я для них? Неужели для них я стал всего лишь помехой от которой они хотели быстрее избавится? Я не знал кто живёт в утробе матери, но если ему предстояло это счастье, в той прекрасной атмосфере что была между моими родителями, поздравлю его, чего уж. Ему повезет чуть больше чем мне. Вернувшись в комнату, я снял бинты, взял концелярский нож и очень резкими, холодными движениями провел по коже. Сначала раны охватил дикий холод, потом острая боль, а затем горячая, ноющая, тянущая… Мне хватило три неглубоких пореза чтобы все мои лишние эмоции подавила боль. Мне было больно, я про себя, я смеялся. Мне было хорошо. Я — мазохист. И ловил с этого немного болезненный, но кайф. На следующей день. В школе на второй перемене, я встретился с хердом, случайно. Заметил на его лице пристыженную улыбку, он коснулся моего плеча. — хэй, приветик, Алекс, у меня к тебе предложение. Не хочешь сегодня с нами потусить? Мы пойдем в какую нибудь кафешку или где нибудь во дворе, будет весело! — в его голосе был энтузиазм, он был приятен, что слуху что виду, это заставило меня слегка Улыбнуться в ответ. Да только есть одно но. Мне было нельзя. — я буду только за! Согласился я, подделывая его же улыбку. Получилось не так плохо как я думал, кажется он и правда купился. — отлично, тогда после уроков, встретимся на первом этаже у входа. — он улыбнулся, а я кивнул. Он сбежал куда то, хотя я заметил как он же обронил небольшой квадратный плоский целлофан. С виду ничего в нем такого, а подняв, до меня дошло. Это был презик. Что то… Мне перехотелось идти с ними… Может он специально? Может те двое встречаются? Насколько я помню, на моей родине призирают эти отношения. Ну… Гомосексуальные. С другой стороны, я что то не очень верил что они пара. Просто были не похожи на пару. За кого мог сказать Аська? За отца? Нет, исключено. Он просто не мог знать этого. Единственный за кого мог говорить блондин был Херд. Но как связан я и Херд? Верно. Никак. Кроме этого презика что я подобрал, совершенно никак. С чего бы мне вообще беспокоиться за то что понравиться ему или нет? Это моя жизнь и мое тело, делаю с ним что хочу. Кстати касательно презика. все равно ведь… К концу уроков я пошел к тому месту. Херд мне активно махал рукой, а Аскберн стоял, залипал в телефон, ему казалось было вообще все равно. — приветик! Ты все же пришел! Сказал парень, но его тут же перебил Аскберн — ты опоздал. — его голос был так же холоден и когда я подошёл, мы с Хердом оба посмотрели на него в недоумении. Затем Херд посмотрел на меня и засмеялся. А я так и не понял с чего. Посмотрел на него с недоумением. Херд потрепал нас с Аськой по головам, я неловко улыбнулся, а Аскберн фыркнул. — нам бы поторопиться. — а мы куда-то спешим? — уточнил я, глядя на то как блондин убирает телефон. Ответа не последовало. Я оглянулся на херда. Мол — объясни пж. — эх, да наш богатенький сынок просто имеет дохуйлион дел помимо обычной школы, у него каждый день поминутно рассписан. Мамка не любит, понимаешь? Херд говорил открыто, но я замечал как коситься Аскберн. Хотя пусть коситься, сам виноват, не сказал сам, терпи. Хотя и я узнал что то новенькое. Я возможно не один тут с ужасной семьёй и что, что Аскберн богат. — а что, у него мама высокую должность занимает? Неуверенно спросил я у херда, получив грозное «кхм кхм» со стороны Аскберна. Он шел немного впереди нас. И я совершенно не понимал его проблем. Хотя ладно, шучу. Понимал. Но опять же. Не рассказал сам, я не виноват. — и да и нет. Дело Больше в нем, но думаю сейчас это не так важно. Я пожал плечами, не стал больше расспрашивать. Место куда мы шли наверняка было поинтереснее.