Hope It Haunts You

Среди раздумья стылых плит

Твоя душа себя узрит, —

Никто не внидет в сумрак ложа,

Твой сокровенный час тревожа.

Молчи наедине с собой,

Один ты будешь здесь едва ли.

Ведь духи мёртвых, что толпой

Тебя при жизни окружали,

И в смерти вновь тебя найдут:

Их воля явственнее тут…

Пэнси вышла из кабинета директрисы МакГонагалл уставшей, морально истощённой и чертовски злой — какого драккла эта поехавшая решила сделать её префектом для оставшихся восьмикурсников, которые вернулись в Хогвартс ради продолжения обучения?! Почему не Грейнджер, которая всеми характеристиками и заслугами подходит для этого идеально? Ладно, она приняла как факт, что ей придётся учиться вместе с теми, кто её презирает (после двадцатиминутной истерики в женском туалете) и даже то, что её соседками стала грязнокровка Грейнджер (ага, попробуй назови так Героиню Войны, тебе все волосы повыдёргивают) и Рыжая Подружка Того-Кто-Выиграл-Войну (оскорбление последнего так вообще сразу карается жёсткими издевательствами). Но вот новое назначение тотально выбивает из привычного ритма жизни, потому что кто её будет слушать? Она грозилась выдать Поттера на растерзание, хотя и по вполне понятным для неё причинам (плевать ей хотелось тогда на всех, Пэнси всегда была эгоисткой и волновалась только о близких, которых могли убить). МакГонагалл тронутая женщина — Паркинсон знает, что её загрызут и придётся потом давиться собственными слезами. А новой главе школы, как оказалось, насрать на учеников Слизерина — Минерва явно доказала это уже тогда, когда отослала их подальше и даже не удосужилась понять. Всё же Пэнси очень скучает по профессору Снейпу — тот был единственным на их стороне. В полупустом помещении эхом раздаются её шаги — женский туалет на восьмом этаже никто реставрировать не собирался: он формально существовал и в мирное время приходили сюда не поссать, а пострадать и нареветься в компании с призраком Плаксы Миртл. Которая, впрочем, после Битвы переместилась на первый этаж. Пэнси приходит сюда всё чаще после занятий и перестаёт появляться в общей спальне, изредка ночуя в Выручай-Комнате. Лютая неприязнь по отношению к ней от девчонки Поттера не даёт спокойно находиться там. Последняя их ссора пару недель назад ещё больше убедила Паркинсон в том, что её продолжат ненавидеть до выпуска. Кажется, только Грейнджер относится к ней нейтрально — однако сочувствие и жалость, которые испытывает Героиня к Пэнси, мешает им наладить связь. Она была бы рада не спасать Гермиону тогда от Авады Пожирателя — но для слизеринцев дружба, честь и обещания не пустые слова: Теодор был её лучшим другом и он любил эту грязнокровку, хотя та променяла его на никчёмного нищего Уизли. Ещё одна причина ненавидеть Грейнджер. Она крепко сжимает раковину бледными пальцами и пытается не заплакать. Не получается. Пэнси плачет каждый раз, когда вспоминает о тех, кого потеряла на той Войне. Тео, Блейз, Винс, Милли, родители… Паркинсон смотрит на своё отражение в зеркале — почему они погибли, ради чего? У неё не осталось банального, самого крошечного, стремления жить. Так какого хрена Пэнси уцелела, а её близкие — нет? Это шутка такая? В следующую минуту девушка разбивает зеркало кулаком и зловеще улыбается — становится немного лучше, но хочется ещё. С бледных рук на грязный пыльный пол падает пару капель алой крови. Пэнси царапает кожу шеи ногтями упиваясь этой болью. Поднимает осколок и подносит к запястью. «покончи с этим навсегда. Тебе же хочется встретить друзей?» Стекло впивается в её кожу, оставляя огромные порезы. Пэнси нравится. Пэнси хочет ещё, поэтому проделывает то же самое на другой руке, проводя осколком по всему левому запястью. У неё никогда не было Метки, но от этого не становится легче — её презирают. Драко был Пожирателем Смерти — и что? Его оправдали потому, что он помог победить Тёмного Лорда. Малфой отрёкся от взглядов отца в обмен на защиту для него и Нарциссы. Стал таким же двойным агентом, каким в своё время был Снейп. Убедил друзей в неправильности их решения. Поменял отношение слизеринцев к чистоте крови и примкнул к рядам Победителей. Но смысла в этом нет, ведь Драко не смог спасти Теодора и Блейза от смерти. Они были его лучшими друзьями. Нотт так вообще прикрывал Малфоя и знал его с девяти лет. Паркинсон перешла на их сторону только после того, как Волдеморт убил её родителей. До этого клятвенно обещала не предавать и умоляла о том, чтобы ей не ставили Метку — её пощадили. Потому что Пэнси не хотела, чтобы Драко тоже погиб. Не из-за веры в успех планов слизеринца. И их отношения — а потом расставание — на тот момент тоже не были важны. Пэнси ведь только и нужно было быть уверенной в том, что Тёмный Лорд не станет его убивать. Она не являлась непосредственной участницей тех событий, но косвенная связь существовала. По сути, ей тоже пришлось стать Двойным Агентом, ради этого Паркинсон даже освоила Окклюменцию. И поступала она так, чтобы защитить того, кого безумно любила — чёртового Драко Малфоя, который теперь возненавидел Пэнси. Только её заслуг никто не оценил — вместо этого, девушка получила презрение от всех из-за своего предложения отдать Поттера Тёмному Лорду. Пэнси всё ещё верит, что если бы они послушались её совета — Теодор Нотт, Блейз Забини, Миллисент Булстроуд, Винсент Крэбб и её родители остались бы в живых. А Драко разрешили поступить по собственному желанию — и он уехал во Францию с матерью, даже не попрощавшись с Пэнси. Ей уже не обидно, не грустно и не тоскливо — мёртвые эмоций не испытывают. Мёртвые не плачут и не страдают от любви к тем, кому они никогда не были нужны.