По ту сторону Врат

       Эдвард перехватил руку Алексея, перекинул ее себе через плечо и помог парню переступить порог. Алексей тихо охнул. Тамара поспешно подхватила его под другую руку и осторожно помогла Эду усадить Лешу на стул. - Простите, мне надо бежать. – прошептала она, обнимая парней. – Буду возвращаться с работы - зайду в аптеку. Эдя, позаботься о Лешке.        Эд кивнул. - Не беспокойся… мама. – он как всегда запнулся.        Тамара чмокнула его в щеку, взъерошила волосы Алексея и выбежала, хлопнув дверью. Алексей сидел как каменный, боясь шелохнуться, чтобы не вызвать резкой боли неудачным движением. Он тяжело дышал. Подъем по лестнице оказался пыткой, которую он стоически перенес. Ноющая боль в боку не проходила. Эд ободряюще положил руку на плечо Алексея, улыбнулся, присел и начал развязывать ему шнурки на кроссовках. Лешка смущенно дернул ногой. - Ну что ты делаешь! Я сам смогу. – пробормотал он, чувствуя себя неловко. - Молчи уж. – буркнул Эд, не поднимая головы. – Надо было думать об этом прежде, чем выписываться из больницы раньше положенного. - Но ведь рана уже заросла. – пожал плечами Алексей.        Шнурок забился между пластинами пальцев автопротеза и алхимик резко дернул рукой, потянув ногу Лешки за собой. Парень охнул. - Может и заросла. – хмыкнул Эд. – Но продолжает болеть. Кто знает, чем это может обернуться. - Врач сказал, что я иду на поправку и ничего страшного не может случиться. – Лешка шутливо попытался пнуть руку Эда.        Эд молча прижал его ступню к полу и легонько сдавил. Алексей зашипел и дернул ею, пытаясь освободиться. - Айяй! Синяки же останутся! – пискнул он.        Эд разжал пальцы и напоследок щелкнул ими по лодыжке. - Не перегружай себя. – сказал он, подняв голову. – Тебе нужен покой.        Алексей кивнул головой. Эд стягивая второй кроссовок с ноги Алексея, поднялся и отряхнул колени. Лешка задумчиво пошевелил пальцами на ногах. Алхимик протянул Алексею руку. Парень схватился за нее и медленно поднялся. - Сможешь до комнаты дойти? – спросил Эд. - Не инвалид, смогу. – ответил Алексей, держась за бок.        Эдвард окинул его взглядом, пожал плечами и направился в свою комнату. Алексей молча проводил его взглядом. Дверь захлопнулась.

***

       Эд задумчиво качался на стуле, закинув ноги на письменный стол. Он крутил на пальце цепочку часов, подаренных ему Фридрихом. Вздохнув, парень поднес часы к глазам. „Вот ведь лис… Ничем не отличаются от настоящих.” – с досадой подумал он, скользя взглядом по линиям гравюры.        Алхимик открыл крышку и посмотрел на ее обратную сторону. „Все же отличаются…” – подумал он.        Эд провел пальцем по идеально ровной поверхности и, повинуясь внезапному порыву, вывел им слово Don`t. Разумеется поверхность осталась такой же ровной, без единой царапины. Он отложил часы в сторону, откинулся назад, скрестив руки на затылке. За окном началась метель. Начинало темнеть. На кухне брякала ложечка, которой размешивала чай только что вернувшаяся с улицы и замерзшая Тамара. „Ошейник… Но все же…” – Эд хмыкнул.        Парень вытянул правую руку перед собой. Рукав свободной кофты сполз к плечу. Усмехнувшись, Эд коснулся пальцами алхимического круга и провел ими по указательному пальцу автопротеза. Волосы шелохнулись от легкого колебания воздуха. Металл вытягивался с неприятным звуком, пока не принял форму заостренного когтя. Эд опустил ноги на пол, сел в нормальное положение и наклонился над часами. Коготь коснулся обратной стороны крышки и замер в нерешительности. Эд зажмурился, глубоко вдохнул, открыл глаза и нажал на металл. Он поддался. Алхимик провел первую линию. Затем еще одну. И еще. Пальцы дрожали. Когда надпись была готова, Эд сдул со стола металлическую стружку и вернул автоброню в прежнее состояние. - Don`t forget 3.oct.11. – прошептал он.        Раздался едва слышный стук в дверь. Эд торопливо захлопнул часы, отложил их на край стола и сказал: - Не заперто!        Дверь открылась, в комнату зашел Лешка. Он оперся на стену и невольно схватился за бок, шумно втянул воздух носом. - Зачем ты поднялся?! – возмутился Эд и вскочил, едва не опрокинув стул.        Алексей прижал палец к губам. - Тише ты! Маманя убьет меня, если узнает, что я с постели встал. – огрызнулся он. – Можно к тебе?        Эд кивнул, подошел к нему, закрыл дверь и помог парню дойти до кровати. Алексей лег на живот. - Болит? – спросил Эд, садясь на стул. - Немного. – Кивнул Лешка. – Но дело не в этом.        Эдвард вопросительно посмотрел на него. Алексей перевернулся на спину и положил руки под голову. - Я все думаю… Не могу перестать думать об этом. – прошептал он, глядя в потолок. - О чем? – Эд достал из сумки тетрадь и сделал вид, что читает урок. - О Вратах, которые я тогда видел. Это ведь именно те Врата?        Эд промолчал, лишь только сжал пальцы. - Включу свет. – сказал он, поднялся и направился к выключателю. Лампочка зажглась и перегорела с громким хлопком. Эд с досадой несколько раз щелкнул выключателем, словно от этого может что-то измениться. Он чертыхнулся, пошел обратно, нервно сел на стул и включил ночник. Тусклый свет создавал в комнате таинственную атмосферу. - Эд, ты не ответил. – Алексей нахмурился. - Да, это те самые Врата. Только не мои. – сухо ответил Эд, беря в руки тетрадь. - А чьи? – удивился Алексей. - Твои. Почти твои. – еле слышно произнес алхимик. - Из этого я понял еще меньше. – вздохнул Лешка. – Постой… Ты сказал „мои” Врата? Значит, я могу… - Нет, ты не можешь использовать алхимию. – отрезал Эд. - Ну а если…? - Даже не пытайся. – Эд снова не дал ему договорить.        Алексей раздраженно цыкнул. - Через Врата можно попасть в твой мир, мир алхимии! Возможно я смогу… - начал он. - Забудь! – неожиданно рявкнул Эд, хлопнув тетрадью по столу. – Забудь, что тот мир существует! Ты к нему не относишься, тебе нельзя пытаться попасть туда! - Но почему? – Лешка искренне не понимал, что так разозлило алхимика.        Эд провел рукой по лицу, собирая челку в кулак. - Ты думаешь алхимия это магия какая-то? – еле слышно прошептал он с горечью в голосе. – Захотелось чего-нибудь – хлопнул в ладоши и оно –бац! и появилось из ниоткуда?        Эд раздраженно посмотрел на Алексея, который притих как мышь. - Так вот, это никакая не магия и не чудесная сила. – продолжал алхимик. – Это всего лишь наука, даже, если она позволяет осуществлять почти невозможное. Как и каждая другая наука, она существует благодаря законам. Точнее всего одному важному закону: нельзя что-либо получить, не отдав что-нибудь равноценное взамен. Ты это понял? - Но причем тут… - начал Алексей.        Эд вздохнул. - Проходя через Врата ты должен будешь отдать плату. Жестокую плату. Часть тела… - на этих словах Эд невольно шевельнул металлической ногой. - …или, возможно, даже душу. - Ничего не понимаю. А ты как прошел через них? – Алексей подмял под себя подушку. - Это и было моей платой. Моим наказанием. – Эд посмотрел в окно.        Он понимал, что что бы не спросил сейчас Алексей, Эд бы ему ответил правду. Ему было слишком тяжело все скрывать и держать в себе. - Что же ты такое сделал, что получил изгнание? – удивился Лешка.        Эд засмеялся. - Изгнание? Как точно сказано! – ухмыльнулся он. – Я всего навсего заплатил за свои грехи, за свою ошибку!        Эд закрыл лицо ладонью и его спина запрыгала от беззвучного смеха. - Изгнание… - выдавил он. – Это действительно то, что я заслужил.        Он со вздохом отнял руку ото рта и придал лицу серьезное выражение. Алексей настороженно наблюдал за этой сменой настроения. - Успокойся! – голос Алексея прозвучал неожиданно твердо.        Эд усмехнулся и откинулся назад. - Я спокоен. – прошептал он.        Алексей протянул руку и схватил часы со стола. Эд проследил за его движением взглядом. - Откуда они? – удивленно спросил Лешка, крутя их в руках. - Подарили. – Коротко ответил Эд. – Фридрих. Ты ведь это собирался спросить?        Алексей хмыкнул, провел пальцем по линиям и открыл крышку. - Это ведь ты нацарапал? – удивленно спросил он, рассматривая свежую надпись. – Don`t forget 3oct.11... Не забывай… 2011? Что тогда произошло?        Эд отобрал у него часы, захлопнул и отбросил на другой конец стола. Часы прокатились по столешнице и остановились, поприветствовав подоконник. - Не 2011. Намного раньше. Здесь указан 1911 год. – вздохнул Эд. – Именно в этот день я начал путешествие, которое закончилось тем, что я сижу здесь. Именно в этот день я сжег дом, думая, что делаю это, чтобы не иметь места, куда вернуться и избежать искушения свернуть с пути… А как оказалось я просто пытался сбежать от своей ошибки, от того, что совершил… - Да что же ты такое натворил?! – Алексей поднялся на локтях и ойкнул от боли.        Эд сжал кулаки. Автоброня отозвалась скрежетом. - Раньше бы я тебе не рассказал. – прошептал он. – Но теперь… Когда тобой так овладела идея изучать алхимию… Тебе придется узнать настоящую цену этой адской науки. Только не пожалей потом.        Эд закинул ноги на стол, пытаясь придать себе небрежный вид. Алексей молчал. - Только сначала скажи мне одну вещь… - Эд посмотрел в его сторону и встретив вопросительный взгляд Алексея, продолжил. – Что ты видел до этого? Я говорил тебе, что хочу это знать. Что ты видел, где и когда?        Лешка задумался. Он уже успел позабыть просьбу Эда. - Кажется, когда ты пытался создать философский камень… - неуверенно начал он. – Да, именно тогда. Во время реакции я почувствовал… Как бы объяснить… Потоки энергии, что ли. Сам ход реакции. А в тот момент, когда концентрация энергии была максимальной, то есть перед самим завершением трансмутации я внезапно увидел тебя. Маленького. Окровавленного. Ты был без сознания на руках у человека в громоздких доспехах. Все было в крови. У тебя не было руки и ноги. Ужасное зрелище… - Не надо было мне втягивать тебя в это. – чуть слышно прошептал Эд и добавил громче. – То, что ты видел… Именно это было началом. Но на самом деле началось все гораздо ранее.        Эд нерешительно замолчал, вздохнул и спросил у Алексея. - История будет неприятная и жестокая. Готов ли ты принять правду обо мне? Алексей кивнул. - Я надеюсь это расставит все на свои места. – прошептал он. - Это будет история, о двух братьях, которые пошли против законов и правил, и попытались вернуть умершего к жизни, за что жестоко поплатились…

***

- … Теперь ты понимаешь, почему я не хочу, чтобы ты связывался с алхимией. Возомнив, что она всесильна, можно совершить жестокую ошибку. Как я. За это я поплатился ногой… рукой… детством… свободой… В конце концов всем, что у меня было. – этими словами Эд закончил свой рассказ.        Алексей лежал на животе, обнимая подушку и смотрел в одну точку. - Почему ты не рассказал мне это с самого начала? – тихо спросил он. – Я ведь ничегошеньки не знал. - Думаешь легко говорить о том, что пытаешься забыть уже много лет? – шепотом спросил Эд. – Легко рассказывать о своем чудовищном поступке? Легко осознавать, что за мои ошибки другие платят больше, чем я?!        Эд скрестил пальцы и опустил голову на ладони. Алексей слегка приподнялся и сказал: - Не вини себя. Это была не только твоя ошибка. Думаю твой брат никогда не винил тебя в том, что произошло, а если и винил, то себя он винил намного больше. Я ведь не виню тебя в том, что попал под нож, это было моим выбором. Немного корявое и натянутое сравнение, но тот Ал наверняка чувствовал то же самое. - Не понимаю… - прошептал Эд. – Почему ты настолько привязан ко мне, зная, что я не тот Эдуард, который был твоим братом? Или ты до сих пор думаешь, что во мне осталось что-то от Эдуарда? Или может думаешь, что он, то есть я просто спятил? Или веришь, что он вернется в это тело, как только я покину этот мир?        Алексей качнул головой и хмыкнул. - Нет. Мертвых нельзя вернуть. – при этих словах Эд невольно вздрогнул. – Я осознаю, что он умер, хотя поначалу не мог этого принять. - Почему же ты продолжаешь считать меня своим братом? – Эд вновь вернулся к теме, которая мучила его уже пару месяцев. - Я не считаю тебя своим братом. – ответил Алексей. – В смысле, не считаю тебя Эдуардом. Я воспринимаю тебя как друга, про которого говорят „брат”. Очень близкого друга. Ради которого готов на все.        Эд хлопнул ладонью по столу. - Я не понимаю! – крикнул он. – Хоть убей, не понимаю. Я не твой брат, я хочу уйти отсюда, оставив тебя одного. Тем не менее ты мне помогаешь, спасаешь жизнь. В чем подвох, твою мать?! - Тише ты! Мама услышит! – рявкнул Лешка. – Если она узнает, что ты не Эдя, то она этого не переживет! - Не услышит. – нахмурился Эд. – Она вышла минуты три назад, я слышал как открылась входная дверь. Отвечай же, ну! - Не ори на меня! Мало того, что я ему помогаю, так он еще и хайлает! – разозлился Алексей и резко поднялся.        Его скрючило от боли и он прижал голову к коленям, прошипев что-то невнятное. Эд испуганно вскочил и бросился к нему. - Ты в порядке?! – он присел рядом и тревожно посмотрел в лицо Алексею.        Парня перекосило. Он выдохнул. - В полном. – прошептал он. – Чего ты ко мне привязался: почему, да почему? Может быть мне тебя просто жалко… Ведь потерять всех родных, друзей, близких, это намного хуже, чем мне потерять одного-единственного человека. Да, я такой. Да мне жалко остальных, больше чем себя! - Да не горячись ты! – Эд поднялся и отвесил ему легкий подзатыльник.        Алексей взглянул на него с недоумением. Эд улыбнулся. - Я все понял. – прошептал он. – Схожу, налью нам чаю с печеньками, а то я немного замерз.        Эд хлопнул парня ладонью по плечу и вышел из комнаты. Едва дверь захлопнулась, улыбка исчезла с его лица и он всхлипнул. „Какого черта ты так похож на Ала?” – подумал он, поднял голову, закрыл глаза и глубоко вдохнул.        Руки слегка дрожали.

***

Эд нажал на ручку локтем и зашел в комнату перед спиной, неся в руках две чашки, над которыми клубился пар. Алексей все так же лежал на кровати, но сейчас он держал в руках плеер, перелистывая композиции. Алхимик прислушался к тихой музыке и усмехнулся. - Metallica. – определил он. - Угу. – кивнул Алексей. – Быстро же ты привык к моей музыке. - Она мне нравится. – Эд слегка приподнял плечи.        Он прошел через комнату и поставил чашки на стол. - Иди чить пяй. – сказал он и хихикнул, не удержавшись. - Уже встаю. – ответил Алексей, оставляя плеер в стороне и неуклюже пытаясь принять вертикальное положение. – Пяечитие объявляю открытым!        Они говорили таким образом с тех пор, как Тамара, один раз оговорившись, позвала их на кухню не „пить чай”, а „чить пяй”. С тех пор случайно поменянные местами буквы в словах прилипли к самому обычному выражению, придавая ему ребячества и беззаботности.        Снег продолжал идти. Эдвард молча смотрел в окно, отпивая чай небольшими глотками. Алексей тоже молчал. Он был в наушниках. Эд пытался вспомнить, где же он видел такой-же снег. „Кажется… Это был Бригс…” – подумал он.        Выпив чай, Эд еще долго держал пустую чашку в руках, смотря на желтые окна домов. Их было едва видно – снег и темнота съедали все за окном, словно мир обрезали ножницами. Алексей давно допил и отвернулся к стене. Эд поставил кружку, вздохнул и достал тетрадь. - Слушай, а ты сделал уроки? – спросил он у спины Лешки. – Тебе ведь еще наверстывать.        Спина не ответила. Эд тихонько приподнялся и взглянул в лицо Алексею. Парень тихонько посапывал. Алхимик слегка улыбнулся и выключил плеер. Алексей даже не шелохнулся. Он крепко спал.

***

       Эд потер глаза, потянулся, зевнул и… чуть не упал. Кое-как заставив себя открыть глаза, алхимик обнаружил, что вчера так и заснул на стуле, с тетрадью в руках. Он еще раз потянулся. Спина затекла и болела. Подняв голову, Эд увидел, что Алексея уже не было в комнате. Алхимик широко зевнул, завершив зевок эффектным щелчком челюстей, встал и направился в ванную.        Когда он зашел в кухню, Тамара и Алексей уже допивали чай. - Почему меня никто не разбудил? – недовольно проворчал Эд, созерцая остатки завтрака на столе. - Слишком уж мило ты спал. – хмыкнула Тамара. – Давай, не ворчи, а наливай себе чаю и присоединяйся.        Эд подошел к мойке, взял из шкафа чашку и плеснул себе заварки. Телевизор в соседней комнате сообщил о начале новостей. - Добрый день! Сегодня суббота, 29 ноября и к самым главным событиям этого дня… - Остался один день до начала зимы. – задумчиво протянул Алексей. - Ага. – Эд кивнул в сторону окна. – Скажи ей лично, что она малость временем ошиблась.        На улицах давно лежали сугробы, а температура не поднималась выше минус пяти-семи градусов. - Я наблюдаю это с начала этого месяца. – насупился Алексей. – Так не справедливо! По календарю зима должна была начаться только завтра. И терпеть такую погоду еще месяца три, не меньше. - Что ж, друг мой, просто ты родился в России. – сказал Эд серьезным голосом и тут же засмеялся. - Как насчет того, чтобы отметить новый год за границей? – неожиданно предложила Тамара.        Парни разом уставились на нее. - Просто я получила приглашение от подруги, живущей в Болгарии приехать с вами на Новый Год, билет она оплатит. Когда-то давно я оказала ей огромную услугу, за что она мне очень благодарна. Что скажете? - А учеба? – спросил Эд. - Большая часть поездки должна выпасть на каникулы. Те темы, которые вы пропустите - узнаете и возьмете в школе, выучите в Болгарии. Алешка, тебе надо будет подтянуться, поэтому ты потащишь огромный рюкзак учебников. Шучу, не такой уж и огромный, но все равно тяжелый. Так что о учебе не беспокойтесь, я уже все продумала. - А загранпаспорта? А визы? – не унимался Эдвард. - Завтра пойдем на них подавать, сделают в течении десяти дней. – ответила Тамара. – С визами тоже проблем не будет. Полетим мы, скорее всего, 23 декабря. - Еще целый месяц… - разочарованно протянул Алексей. - Как раз полностью восстановишься. – Тамара перевесилась через стол и щелкнула его по носу. - А… - снова начал Эд, но Алексей вскочил и зажал ему рот ладонью. - Может прекратишь возмущаться? – сказал Лешка и в следующий момент отдернул ладонь и замотал ею в воздухе. - В следующий раз, когда попытаешься меня заткнуть, зажимая мне рот ладонью – укушу больнее. – буркнул Эд.

***

       Сразу после завтрака Алексей и Тамара уехали в больницу. Эд сел за уроки, до которых руки не доходили уже последние три дня. «Где же тетрадь по географии?». – подумал он, шаря в сумке. – «Точно, я же дал ее Лешке!»        Эд вышел в коридор, прошел одни дверь и остановился у следующей, взялся за ручку и замер в нерешительности. Алексей очень не любил, когда в его комнату заходили без его ведома и в его отсутствие. Даже убирался он всегда сам. Поколебавшись секунду, Эд все же открыл дверь, зашел и направился к стеллажу. «Где же она...» - думал он, передвигая книги с места на место.        Неожиданно он увидел кончик фотографии, которая явно была специально спрятана за стопкой книг. Он схватился за кончик и вытянул ее. Сердце на секунду замерло и дыхание остановилось. Эд с ужасом разжал пальцы и снимок скользнул на пол. На фотографии был он. Точнее Эдуард, очевидно пару лет назад. Вроде бы ничего страшного, парень улыбался и выглядел жизнерадостным, но... «Черная лента!...» - ужаснулся Эдвард. – «Лешка и вправду принял смерть брата!»        Он почувствовал, что ему стало нехорошо. Алхимик наклонился, поднял снимок, взглянул в веселые глаза парня, провел пальцем по узкой атласной ленточке в углу и осторожно сунул фотографию обратно на место. Было весьма неприятно видеть самого себя на траурной фотографии.

***

       Земля заскользила за иллюминатором и менее чем через минуту Эдвард почувствовал, как огромная машина оторвалась от земли. Ощущение было необычным, непривычным и слегка пугающим. Уши немного закладывало. Алексей спокойно слушал музыку, а Тамара читала книгу. В отличии от Эда они летели на самолете не в первый раз. Эд восторженно наблюдал, как горизонт расширялся, а размеры всего, что находилось внизу, под днищем, уменьшались. «Интересно, поверили бы мне Ал, Уинри, бабуля и остальные, если бы я им сказал, что был на машине, которая летает по воздуху, словно птица?” – подумал он.        Эд вздохнул. Такие чудеса инженерии давно перестали его удивлять. В который раз он подумал, что слишком быстро слился с этим миром. Даже на некоторое время умудрился почти забыть, что он алхимик. А может об этом не стоило вспоминать? Эд невольно посмотрел на Ала. Ему было искренне жалко этого парня. „У него слишком добрая душа. Такая же как у Альфонса. Он готов принести себя и свои интересы в жертву, ради других.” – подумал Эдвард и вновь отвернулся к иллюминатору.        Они должны были приземлить в аэропорту Бургаса – небольшого по российским, но достаточно крупного по болгарским меркам города, имеющего полу-туристический характер. Они планировали провести там десять дней, встретить Новый год, а второго января уехать в Турцию, где пробыть еще три дня, а дальше самолетом вернуться в Россию. Эд поначалу считал это пустой тратой времени, хотя теперь был не против посмотреть на другие страны этого удивительного мира. „Возможно… Маловероятно, конечно, но все же… Я смогу найти какую-нибудь информацию о философском камне. Глупо сидеть в четырех стенах и ждать, пока он сам свалится на голову.” – подумал он.

***

       Эд лежал на диване и читал болгарскую газету. Его не волновало, что он понимал лишь очень малую часть слов. Он хотел хоть как-то разбавить скуку. - Сходи, погуляй. – сказала ему Тамара. – Чего дома-то сидеть? - Мам, я четыре дня вообще не заходил домой, только для того, чтобы поесть, поспать и сходить в туалет. Я даже два раза заблудился, один раз с Лешкой, второй раз потерял его и заблудился сам, пока искал. – Монотонным голосом ответил Эд, не отрываясь от газеты. - Ну я же вижу что тебе скучно! – вздохнула Тамара. – Сходили бы в кафе с Лешкой.        Алексей заметно оживился. Они находились в гостиной, оформленной в исконно болгарском стиле – белые стены были завешаны полосатыми ковриками, которые назывались в народе „черги”, темный деревянный потолок был занижен. Массивный стол был низким, как и длинные скамьи. Один угол был украшен камнем, а на деревянных полках стояло множество самых разных сувениров. - Да ну его, это кафе! Хотели же завтра в ресторан идти. – махнул рукой Эд. – Что толку идти одному в дешевое кафе, если я не смогу объяснить, что я хочу. Корявый язык. У нас как говорится? Один кофе – мужского рода. А у них – едно кафе. Едно. Среднего рода. У нас за такое двойку в школе ставят, а у них это официальный язык. - Чего ты разворчался с утра пораньше? – огрызнулась Тамара. – Не стыдно тебе? Мариш, скажи ему, а?        Молодая женщина, сидевшая на табуретке, цыкнула языком и отобрала у Эда газету. - А ну-ка дай сюда, хлопец! – задорно прикрикнула она. – Сейчас посмотрим, чего нового творится в этой стране.        Она опустила глаза и воскликнула: - Ого? - Что? – любопытно спросила Тамара.        Все повернулись к Марине, даже Эд скосил глаза. - Ничего себе! В Бургасе сегодня утром, буквально перед выходом тиража, у немца цыгане стибрили колечко. Да не простое, а золотое. То есть серебряное. Эксклюзивное какое-то. Вроде как старое очень. И этот немец подал объявление в газету с просьбой разыскать дорогое ему кольцо. - И что такого в этом кольце? – спросил Эд. - Не знаю… Тут написано, что оно серебряное, с красным камнем и оправой в виде змеи.        Эд вскочил. - Ты чего? – удивилась Тамара. - Пойду, уроками займусь! – крикнул Эд, выбегая из гостиной.        Он забежал в комнату, которая была предоставлена ему и Алексею с барского плеча на время их пребывания заграницей и бросился к столу. Схватив с него несколько небольших блокнотных листов, Эд быстро набросал на них парочку алхимических кругов, заметался по комнате, накинул на себя плащ и сунул круги в карман. Когда он уже собирался выбежать из комнаты, дорогу перегородил Алексей. - Куда намылился? – спросил он.        Эд молча попытался отодвинуть его в сторону, но Лешка крепко вцепился пальцами в косяк. - Ты думаешь, что это то самое кольцо Уробороса? – спросил Алексей, заталкивая алхимика обратно в комнату. - Не уверен, но я должен попытаться его найти! – ответил Эд, вновь пытаясь пробиться к выходу. - Тогда подождешь меня, я куртку накину. – сказал Алексей, отходя от дверного проема. - С какой стати я должен тебя брать с собой? – Эд не двинулся с места. - А что я должен сказать Тамаре, когда она обнаружит, что ты исчез? Что ее сына пошел искать украденное кольцо, потому что оно может оказаться алхимическим колечком, способным открыть Врата и вернуть его в параллельный мир? Интересно, как быстро дурка приезжает? - Хорошо, убедил. – вздохнул Эд. – Чтобы спустя секунду был готов. - Отлично! – Улыбнулся Алексей и положил ему руку на плечо. – Оправдание вместе придумывать будем!