По ту сторону Врат

       Тусклый свет фонаря, проникающий сквозь пыльное стекло, выхватывал из мрака лишь небольшой прямоугольник грязного пола и несколько изогнутых четких меловых линий. На фоне темноты этот светлый кусочек казался словно маленькой деталью огромной мозайки, нанесенной на пол и скрытой во тьме. Случайный зритель долго бы ломал голову, пытаясь разгадать как выглядит целый рисунок, и, возможно, ему даже в голову бы не пришло, что эти неприметные линии - часть идеально нарисованного круга, созданного рукой алхимика.В пятно света попадала и рука Кинга Брэдли - на удивление спокойная и расслабленная, не смотря на пробитую насквозь кисть. Под пальцами медленно растекалось алое, почти черное в скудном свете, пятно. Металлическая скоба, некогда бывшая красивым оружием, тускло поблескивала. На сгибах стали чуть виднелись неровные чешуйки, оставшиеся после быстрого преобразования. Весь подвал был погружен во тьму, лишь слабо угадывались очертания и границы помещения. Лешка видел Брэдли еле приметным холмиком, немного выделяющимся на фоне общего, будто осязаемого, мрака. Свет телефона, нисколько не разбавляющий темноту, то взмывал на высоту человеческого роста, то оказывался почти у самого пола, метался из стороны в сторону. Эдвард то брал раскладушку в правую руку, чертя известковую неплотную сероватую линию, тогда слабый свет освещал его бледную от волнения, заляпанную кровью руку, с непослушными от неприятной боли пальцами, серый кусок известки и маленький кусочек пола. То зажимал ее в зубах и неяркий свет выхватывал его сосредоточенное и напряженное лицо. Следовал негромкий хлопок и яркая короткая голубоватая вспышка освещала помещение, прогоняя мрак даже из сырых, покрытых темной плесенью, углов. Но это длилось недолго и спустя несколько секунд вновь все окутывал мрак, кажущийся еще более плотным после свечения реакции. За короткие мгновения света алхимик успевал заметить следующий поврежденный участок круга, и, не теряя времени, перебегал к нему. Тишину нарушали лишь потрескивание молний, возникающих при реакции и шелест восстанавливаемой материи. Тусклый свет исчез. Теперь подвал скудно освещался лишь уличным фонарем. Алексей слышал как алхимик отряхнул руки и поднялся. Во мраке едва различался его силуэт. Эд подошел к нему и Лешка почувствовал как раскладушка скользнула к нему в карман. - Можешь уйти? - спросил он чуть слышно.        В темноте практически ничего не было видно. Глаза Эдварда слабо поблескивали, ловя случайные отблески света при движениях головы. - Какое уйти... - парень слабо улыбнулся. - Меня ноги не держат. Отделюсь от стены, и рухну. Правда не держат. Не чувствую совсем, словно резиновые и без костей.        Парень не преувеличивал. После пережитого, все еще не веря в то, что страшная битва во мраке уже закончилась, и что ни ему, ни Эду ничего не угрожает, Лешка кое-как сохранял вертикальное положение. Ноги слабели и дрожали, норовя согнуться в коленях и обрушить его напуганную тушку на пол. - Тогда прощай. Спасибо за все. Я тебя никогда не забуду. Передавай привет Тамаре. И не смей лезть в алхимию, Лешка-дурак. Береги брата, который родится.        Алексей почувствовал, как холодный автопротез коснулся его плеча и невольно вздрогнул. Эд немного отдернул руку, но тут же улыбнулся и по-братски приобнял Лешку. "Прощай" - это слово врезалось в мозг парня ледяным сверлом. Он понял, что все закончилось. Закончились его приключения с алхимией. Закончились невероятные истории, в которые они с Эдом постоянно влипали. Понял, что больше никогда не увидит голубоватой вспышки реакции, отраженной в золотистых глазах алхимика, придающей им необычный, неестественный оттенок. Сонный Эд больше не будет бубнить по утрам как ему плохо спалось. Он не будет часами ковыряться в автоброне, заливая все вокруг маслом и пытаясь подкрутить ее без помощи механика. Ничего этого больше не будет. И самого Эда больше не будет. Лешка почувствовал, как защипало глаза и, без того чуть видный силуэт Эдварда, размылся. Лешка осознал: его брат сейчас умрет во второй раз, на этот раз уже навсегда, оставив его одного. И можно будет не прятать фотографию улыбающегося Эдуарда, словно перечеркнутую траурной черной лентой. - Ты только не грусти, Лешка. - тихо говорил ему Эд. - Пожалуйста. Я возвращаюсь домой. Я ведь... В этом мире уже давно умер. И все вернется на свои места. Обещай мне, что не будешь лезть в алхимию, без меня ты много чего непоправимого можешь натворить. Лешка-дурак. Ты ведь стал для меня почти братом. Я буду скучать. По тебе, по нашим приключениям, по Тамаре, по этому миру, в конце концов. Но меня ждут там, по ту сторону. Я там нужнее. Прости, что ухожу.        Эд говорил настолько тихо, что Алексей не расслышал и половины. Но он понял смысл сказанного. Этот момент, которого они оба одновременно и ждали, и боялись, настал. Алхимик легонько хлопнул Лешку по плечу и отошел, растворяясь в мраке. "Сейчас уже... Около полуночи? Или меньше? Нет, думаю где-то десять часов." - отрешенно подумал Алексей, поднимая взгляд к окну.        Ноги подкосились, будто кто-то резко толкнул парня под колени. Леша не смог удержаться в стоячем положении и сполз вниз, прижимаясь спиной к стене. Майку задрало вверх и шершавая штукатурка больно царапала кожу, но отстраниться сил у него уже не было. Он и не чувствовал, что его спина превратилась в сплошную ссадину. Он вообще ничего не чувствовал. Восприятие мира стало каким-то чужим и нереальным, будто он был зрителем, а все случившееся происходило совсем не с ним. Ему внезапно захотелось удобно лечь на полу и заснуть, а затем проснуться и понять, что этот подвал, драка, кровь, прощальные слова Эда, что это все просто кошмар. Захотелось проснуться, зевая пойти на кухню, чтобы услышать добродушно-насмешливое "Чего дрыхнешь до обеда?", брошенное давно проснувшимся Эдвардом. Голос алхимика вывел его из этого отрешенного состояния. - Я приступаю, Кинг Брэдли. - прозвучало в темноте. "Кинг? С английского - король. Наверное этот человек был очень могуществен в родном мире. И Эд подчинялся ему..." - подумал Лешка. - Отлично. - голос мужчины был, как всегда, спокоен.        Спустя несколько мгновений Лешка услышал как по полу прокатился небольшой предмет, и, сверкнув металлическим отблеском, замер в кусочке света, ровнехонько возле рук Фридриха. Лешка сразу узнал карманные часы, с которыми алхимик никогда не расставался. Подарок Кинга Брэдли вернулся к нему же в руки.        Слух Лешки уловил легкий хлопок и удар ладоней об пол. Легкое свечение пробилось между пальцев алхимика, освещая его фигуру и бросая контрастные зловещие тени. Линия круга медленно загоралась, подползая к Лешке. Спустя несколько секунд опоясывающая черта сомкнулась, одновременно с этим прорисовались линии, ведущие к центру. Алексей невольно любовался кругом, пытаясь понять происхождение свечения. Яркие лучи били из-под линии, просвечивая ее насквозь. Будто бы пробивались из толщи бетона, не выходя за границы мелового следа. Это завораживало и пугало одновременно.Свет становился все ярче. Взгляд Лешки метнулся к сосредоточенному Эду, затем перебросился на хладнокровно спокойного Кинга Брэдли и вернулся к алхимику. Поток воздуха, образующий знакомое и с каждой секундой усиливающееся завихрение, заставил его чуть прищуриться. Лешка видел, как одиноко брошенный алый плащ за спиной Эда, взмахнул рукавом и отъехал к стене, подталкиваемый настойчивым ветром. Алексей прижался сильнее к стене и остановил взгляд на фюрере. Тот смотрел в пол, не поднимая глаз. Лешка ощутил какое-то смутное плохое предчувствие. Оно упорно его не покидало.        Сияние круга резало глаза. Алексей приподнял голову, отводя взгляд от пола и заметил появившуюся на потолке, алую точку, будто свет от лазерной указки. Он еще не успел удивиться этому невесть как появившемуся на потолке пятнышку света, как то начало быстро вытягиваться в тонкую линию, чертя окружность. "Еще один круг!" - почему-то это напугало Алексея.        Он попытался подняться, но сил не было. Заметавшийся во все стороны взгляд остановился на Брэдли. Тот смотрел на него с чуть заметной усмешкой и что-то шептал. Слова были непонятны, из-за свиста, закладывающего уши. Лешка сосредоточился, следя за движением губ и понял, что говорил ему мужчина. Сердце ухнуло и куда-то провалилось, оставляя в груди холодную пустоту. - Ты умрешь. - фраза впилась в мозг и, даже закрывая глаза, Лешка видел, как шевелятся губы фюрера, выговаривая два простых и пугающих слова.        Алая черта вывела на потолке круг. Он был точной копией того, что был нанесен на пол, с одной разницей: линии не ограничивались пределами окружности, выходя за опоясывающую черту и упираясь в границы потолка. Слабо мерцал второй, почти прозрачный круг, нанесенный поверх алого. Лешка не мог разобрать как располагались его линии, алое свечение съедало их. В подвале не было ни намека на мрак, свечение заполняло все, ярко освещая каждую трещинку и неровность.        Лешка видел, как Эд закричал, но самого крика не услышал. Он видел, как алхимик зажмурился и стиснул зубы, обреченно опуская голову. Пространство тускнело и стиралось. Исчезли стены, потихоньку растворялся пол и потолок. Последними в белом ничего потерялись оба силуэта - Кинга Брэдли и Эдварда. Алексей не смог уловить этот момент и не понял когда оказался в абсолютно пустом пространстве. - Я помню это место... - прошептал он и поднялся на ноги.        Боль и усталость куда-то пропали. - Здесь должны быть Врата... - парень потер щеку, размазывая по ней полосы грязи, и повернулся всем корпусом, заглядывая себе за спину.        Так и было. Величественные и пугающие каменные Врата возвышались в метрах десяти-пятнадцати от него. Надо было только немножко пройтись... Что-то необъяснимое неумолимо тянуло его туда. Повинуясь этому непонятному желанию, Лешка, качнувшись, сделал неуклюжий шаг. Затем еще один. В конечности возвращалась сила. Еще шаг, при котором Алексей почему-то чуть не упал, взмахнув рукой, но удержался. Не выдержав, он побежал вперед, хватая ртом воздух. Полу-прозрачный силуэт, возникший в паре метров перед ним, заставил парня замереть на месте. Лешка остановился и шагнул назад. Силуэт тоже шагнул назад. Он становился четче и Алексей с удивлением впился взглядом в до боли знакомые черты лица. Свои собственные черты, измененные чрезмерной худобой. На него смотрели его собственные глаза, только с таким же золотым оттенком, какой был у глаз Эдварда. Длинные золотисто-русые волосы скрывали часть лица. Переборов оцепенение, Лешка шагнул вперед. Фигура повторила его движение, приблизившись к нему. Алексей протянул руку и его пальцы коснулись невидимой холодной преграды, будто между ним и силуэтом было стекло. Фигура повторила его движение и теперь кончики их пальцев будто соприкасались, но Лешка не чувствовал прикосновения. - Ты ведь мой двойник? Его настоящий брат? - прошептал Алексей, смотря в золотистые глаза.        Альфонс ничего не ответил. Лешка отдернул руку, а затем коснулся невидимой преграды всей ладонью. Ал повторил его движения. -Ты словно мое собственное отражение. - тихо произнес Лешка и отошел назад на пару шагов.        Альфонс тоже отошел. Алексей скользнул взглядом по выпирающим ребрам и обтянутым кожей костям, представляющим его конечности. - Как ты до сих пор жив с таким телосложением? - удивился он вслух и повернулся назад.        Боковым зрением он видел, что его двойник тоже поворачивает голову. Но, если за спиной Альфонса находились Врата, за спиной Лешки была лишь белая пустота. - И как мне выбираться? - Лешка снова подошел к барьеру и положил на него обе ладони, будто соприкоснувшись ими с ладонями Ала. - Как мне отсюда выбраться, черт подери?!        Парень стиснул зубы и от души ударил кулаком по "стеклянной" преграде. Его двойник отступил назад и улыбнулся. Лешка удивленно посмотрел на его лицо. Теперь он не повторял его движений, а улыбался и что-то говорил. До слуха долетел тихий шелест битого стекла. Лешка поднял голову. Пространство разбивалось на осколки, осыпаясь к его ногам. Все вокруг дробилось. Осыпались и Врата, и улыбающийся двойник. Алексей отскочил назад и с криком бросился бежать, но сразу понял, что как бы ни старался убежать, не двигается ни на шаг. Голову затуманило и он почувствовал, как его кренит назад. В глазах темнело. Последнее, что увидел Лешка, перед тем как потерять сознание - проступающий из белесой пелены угол Врат. Они проявлялись на том месте, где до этого находилось их отражение в барьере. Лешка протянул руку, хватая пальцами пустоту. Он понимал, что барьера больше нет и его собственные Врата в нескольких метрах от него. Но он потерял сознание, прежде чем Врата появились целиком. - Хоэнхайм, а ты молодец. - белый силуэт склонился над бесчувственным парнем. - Твой барьер все же его спас. На счастье он успел потерять сознание раньше, чем увидел меня. - Что теперь с ним будет? - мужчина поправил очки. - Вернется в свой мир. Целый и невредимый. - Истина широко улыбнулся. - А с Эдом? - Хоэнхайм продолжал смотреть на лежащего у их ног Лешку.        Волосы парня начали распадаться на прямоугольные чешуйки. Лешка медленно исчезал. - Он тоже будет целый и невредимый. - неопределенно ответил Истина, отходя на несколько шагов. - А со мной? - Ван повернулся к нему.        Истина щелкнул пальцами. Хоэнхайм растворился, словно был сделан из сухого песка и подул сильный ветер, развеявший его тело на сотни метров. - А ты достаточно натерпелся, старый черт. - Истина улыбнулся шире. - И заслужил отдых. Скажем... На вечность, с любимой женой.

***

       "Что это? Где я? Вообще ничего не вижу. Я жив? Я жив! Но я видел те Врата. Или их отражение... Неважно. Я жив!"        Лешка с мучением открыл глаза, но ничего не увидел. Его окружал непроглядный мрак. Он испуганно дернулся в сторону и ощутил плечом холодную шершавую стену. Чуть успокоившись, парень смог различить в темноте очертания темного окна. Света почему-то не было. Фонарь не горел. Где-то вдалеке слышались людские крики. Лешка на несколько мгновений прикрыл глаза, с облегчением понимая, что все еще находится в том самом злополучном подвале. В полном мраке невозможно было понять что же произошло с остальными. - Эд. - тихо позвал Лешка и крикнул громче. - Эдвард!        Ответа не последовало. Тишину, накрывшую мрачное помещение, ничего не нарушало. - Э-э-э-эд! - Лешка уткнулся лицом в колени.

***

       Алхимик не сразу понял, что пол исчез и под его руками пустота. Он продолжал смотреть в одну точку, не осознавая, что все закончилось, что он достиг своей цели. Что он все-таки смог открыть Врата. Эд сидел, сгорбившись, и не моргал. Пустой взгляд замер. Парень вздрогнул, когда его плеча коснулась чья-то рука. Он резко повернул голову и увидел Брэдли. Не Фридриха, а Кинга Брэдли, такого, каким он его знал в своем мире. Величественного правителя. От смешанной полу-Хоэнхаймовской внешности не осталось и следа. Эд обвел взглядом пространство вокруг и молча поднялся. - Где Врата? - тихо спросил он, глядя в пустоту. - Я же... Все ведь получилось? - Скоро появятся, Стальной. - фюрер проследил направление его взгляда. - Не будь нетерпеливым, требуется немного времени. - Ничего не понимаю... - Требуется немного времени. - повторил мужчина. - Просто подожди. Они появятся. - Что с Лешкой?! Что это был за круг?! - Эд стиснул зубы и кинулся на мужчину, но силы его покинули и он смог лишь ухватиться протезом за ворот рубахи и бессильно повиснуть.        Он выпустил ткань из пальцев и сполз на пол. - Жив твой Лешка. - голос Брэдли заставил его резко поднять голову. - П-правда? - чуть слышно прошептал он. - Как ты видишь, его с нами нет. Значит что-то не дало ему попасть к Вратам. - Кинг Брэдли отошел на пару шагов.        Эд опустился на то, что условно можно было назвать полом, и сжался в комок. - Я рад... Я его не погубил... - прошептал он и улыбнулся. - Ты спросил про круг, алхимик. - напомнил фюрер.        Эд поднял голову, кивнул, и быстро вскочил на ноги, чуть покачиваясь. - Я нанес этот круг уже без тебя. Помнишь, чтобы разрушить планы Отца вы чертили круг, нейтрализующий реакцию круга, созданного из Аместриса?        Эд, помедлив, кивнул, не понимая, к чему клонит Брэдли. - Тот круг, который я начертил, был противоположным по действию. Если первый - ослабляющий и нейтрализующий реакцию, то второй - усиливающий и позволяющий ей протечь и за границами круга. Мне потребовалось много лет изучать земную алхимию, чтобы понять, что здесь, на Земле, возможно создать такой круг. Да, алхимик, я тщательно готовился к этому моменту, даже еще не зная, что ты появишься в этом мире и поможешь мне. Без тебя мне бы ничего не удалось, надо признать. Я не алхимик и открыть Врата мог лишь ты. Свои Врата. Но, благодаря второму кругу, ты открыл и мои, и Врата того паренька. Все трое Врат должны были получить один вход. Земной Ал почему-то не попал сюда, хоть находился в зоне действия реакции. - Брэдли задумчиво потер подбородок. "Хоэнхайм... Старый черт... Так вот что ты имел ввиду!" - внезапно осенило Эда и он, не сдержавшись, захохотал. - Я не говорил ничего смешного, Стальной. - фюрер нахмурился.        Эд лишь махнул рукой. - Не обращайте внимания, Кинг Брэдли. Просто кое-кто очень любит вмешиваться в чьи-либо планы и спасать тех, кто может случайно пострадать. - улыбнулся он, успокаиваясь. - Ты прав, алхимик. - насмешливый голос за спиной заставил его повернуться.        Знакомая улыбка на белом силуэте, напоминающем человека. Эд поежился. Он вдохнул воздух полной грудью и выдохнул. - Он вернулся? - спросил Эд, стараясь чтобы его голос звучал как можно спокойней. - О ком из них ты говоришь, алхимик? Впрочем неважно, они оба вернулись на свои места. - Истина чуть отошел.        Врата за его спиной бесшумно открылись. Непроглядный мрак, находящийся внутри, пугал. Брэдли отстранил Эда рукой и твердо направился вперед. Он прошел мимо Истины, даже не посмотрев в его сторону. Тот широко улыбался и рукоплескал, провожая фюрера движением головы. Из темноты скользнула черная плоская ручка. За ней еще несколько, и устремились к мужчине. Кинг Брэдли твердо шел вперед. Когда ручки приблизились к нему, мужчина остановился, и раскинул руки в стороны. Весь его вид говорил: "Вот он, я! Встречайте короля!". Эд невольно восхитился. Брэдли знал, что с того момента, как Врата поглотят его, он может перестать существовать, но ни капли страха, ни капли сомнения не отражалось в гордой и величественной твердой фигуре. Ручка обвила его ногу до самого бедра и дернула. Фюрер переступил шаг, но сохранил равновесие. Следующая ручка обвила его руки, еще пара - шею и туловище. Они будто приподняли его над неопределимой поверхностью пустоты, и потащили к зияющей дыре мрака. Тело фюрера поглотила тьма. Врата так же бесшумно закрылись, лишь одна ручка, словно на прощание, вырвалась в щель и коснулась щеки ошеломленного Эда.        Тот смотрел туда, где несколько секунд назад была фигура Брэдли и не мог полностью осознать произошедшего. Вот так, ни сказал ни слова, гордо и величественно, фюрер исчез, поглощенный Вратами. Эдвард облизал пересохшие губы и спросил: - А как же... я? - А мы с тобой, алхимик, подождем. - Истина улыбнулся еще шире. - Скажу честно, я удивлен, что ты все же попал ко мне. Не думал, что смогу тебя увидеть. Это заслуживает уважения.        Эд беспомощно посмотрел по сторонам. Он не понимал, почему Истина не проводит его через Врата. - Ничего удивительного, ведь я - Стальной Алхимик. - тихо пробурчал он. - Из самого Ада выберусь, если понадобится. - Ты заставляешь меня играть по своим правилам, человек. - невозможно было понять, какие эмоции вложил Истина в эту фразу. - Может проведешь меня наконец в мой мир? - тихо произнес алхимик. - Может подождешь? - тут же ответил силуэт. - Хватит, натерпелся уже! Чего ты еще хочешь?! Жертва получена, возвращай меня назад! - Эд не выдержал и повысил голос. - Храбрый... - Истина улыбнулся еще шире, хотя казалось, что это невозможно. - Ты хорошо меня развлек. Спасибо.        Истина картинно поклонился, прижимая руку к груди. В этот момент Врата резко распахнулись и над согнутой фигурой пролетело нечто серо-зеленого, с золотистым отливом, цвета. Нечто огромное и пугающее. Эд бросился в сторону и почувствовал, как его слабо хлестнуло по щеке костяным шипом. Тени бесшумно втягивались обратно во тьму. Эдвард испуганно отскочил назад, не удержался на ногах и сел на пятую точку, продолжая пятиться. Перед ним корчился огромный змей. Гладкая крупная чешуя отблескивала при каждом движении, переливаясь волнами от движений. Змей словно бился в агонии, сражался с самим собой. Огромная голова метнулась к Эду и замерла перед ним. Алхимик увидел свое отражение в фиолетовых, с бардовым отливом, глазах. Вертикальные зрачки существа то сужались, то чуть расширялись, пульсируя в завораживающих и пугающих неестественных ирисах. Змей мучительно урчал, тяжело дыша и оскаливая пасть, полную острых треугольных зубов. Эд понял - перед ним Уроборос. То самое мифическое воплощение Потока, чьей энергией они, алхимики, пользуются. Источник их сил. Он отступил несколько шагов назад, не выдерживая хищного, но в то же время мудрого и глубокого взгляда змея. Тот содрогался, отчего его тело словно пузырилось волнами. Уроборос хрипя приоткрыл пасть, жмуря глаза, и вытянул тонкий язык, с которого капала мутная зеленоватая слюна. Небольшие перепончатые крылья на его спине то раскрывались, то прилегали плотно к чешуе.        Уроборос издал неясный пугающий звук и резко скорчился, чуть не мазнув крылом по голове парня. Костяной шип просвистел в десятке сантиметров от Эда. Тот поспешно отошел еще дальше. Уроборос противно закричал и впился зубами в собственный хвост, морщась от боли. Острые клыки пробили чешую и алая кровь, собираясь струйками, капала вниз, растворяясь в белом пространстве. Фиолетовые глаза горели яростью, меняя оттенок от холодного, до почти бардового. Зрачок того глаза, который был обращен к Эдварду, скользнул вбок, и остановился на парне. Существо не выпускало из пасти свой хвост. Крылья улеглись спокойными буграми, лишь чуть приподнимаясь, следуя дыханию существа. Алая кровь пачкала морду Уробороса. Тот хрипло дышал. Эд отвел взгляд и чуть повернул голову, не выдерживая взгляда существа. Змей заурчал и дернулся, выпуская хвост из пасти. Уроборос собрал свое тело, словно пружину, и, пронзительно закричав, бросился в белую пустоту, извиваясь и корчась. Эд провожал его взглядом и невольно вздрогнул, когда змей резко исчез. - Что с ним будет? - спросил он, поворачиваясь к Истине. - Твой друг... - начал Истина, но Эд перебил его. - Он мне совсем не друг. - прошипел парень. - Бывший гомункул почти захватил его сознание. Точнее вытеснил сознание Уробороса, замещая его своим. Змей не смог и дальше находиться во Вратах. Его выбросило в один из множества миров, связываемых Вратами.        Эд задумчиво потер левое плечо, совершенно забыв о ранении, и поморщился от боли. - А как же Великий Поток? Что будет с источником силы алхимиков? - спросил он. - Исчезновение материальной сущности Врат никаким образом не повлияет на их энергию. - ответил Истина. - Ничего не понимаю... А как же случай с Фламелем? Когда Уроборос сбежал в тот мир, Поток ослаб. Я слышал это от Брэдли. - алхимик искренне недоумевал. - Не стоить сравнивать то, что произошло много веков назад, и то, свидетелями чего мы сейчас стали. - Истина по своему обычаю широко улыбнулся. - Разница огромна. Тогда Уроборос сбежал сам, сохраняя при себе свое сознание. А сейчас его вытесненное сознание осталось во Вратах. Он остался здесь, исчезла лишь оболочка. Да и после возвращения из того мира, змей перестал существовать как нечто обособленное. Послужив одновременно и элементом для трансмутации, и энергией, необходимой для ее проведения, Уроборос слился с Вратами, лишь условно продолжая быть чем-то обособленным.        Эд задумчиво втянул носом воздух, пытаясь переварить эту информацию. Все, вроде бы, было предельно ясно, но в то же время непонятно. Решив, что это его не касается, алхимик мысленно махнул рукой, и направился к Вратам. Истина пошел следом за ним. - Теперь-то ты меня не будешь останавливать? - тихо спросил Эд, не поворачиваясь. - Нет, алхимик. Только вперед. - Истина как всегда улыбался.        Не закрывшиеся после прорыва Уробороса Врата и манили, и отталкивали непроглядным мраком. Эдвард твердо шел вперед, пытаясь предугадать момент, когда ненавистные черные ручки вырвутся за их пределы и затянут его в холодную тьму. Но этого не происходило. Алхимик уже подошел вплотную к Вратам. Темнота волной колыхалась у его ног. Эд с недоумением повернулся к Истине. - Иди. - кивнул тот. - А как же?.. - Эд не стал заканчивать предложение. - В этот раз ты сам проходишь через них. Они тебя не тронут. - Истина прошел несколько шагов и первым шагнул во Врата.        Эд приподнял ногу, чтобы сделать шаг, но тут же опустил ее обратно. - Все закончилось? - спросил он. - Все и правда закончилось?        Истина остановился и обернулся. - Все закончилось, алхимик.- кивнул он, на этот раз не улыбнувшись. - Ты вернешься домой.        Эд зажмурился, сжал кулаки и глубоко вдохнул. Выдохнув, он резко мотнул головой из стороны в сторону и, оттолкнувшись от условного пола, прыгнул в мрак. Он окутал его, словно алхимик резко нырнул в холодную воду. Эд бежал, увеличивая скорость. Он не знал куда, но бежал. Истина неторопливо шел рядом и, как бы не ускорялся парень, силуэт не отставал. - Куда спешишь? - спросил он. - Хочу... Быстрее... Попасть... Домой! - Эдвард отрывисто бросал слова. - Ты глуп. Можно и не бежать. Скорость путешествия от этого не изменится. - хмыкнул Истина.        Эд остановился. Он снова почувствовал то самое ощущение, когда тело будто дробит на атомы, в то же время оставляя его единым целым. Он обернулся. Врата исчезли, его окружал плотный мрак. - Путешествие уже началось. - пояснил Истина. - В тот раз все было по-другому. - алхимик поморщился, вспоминая как его швыряло, дробило и собирало, при прошлом проходе через Врата, забросившем его в тот мир. - Тот раз был другим. - ответил Истина. - Ты победил, алхимик. Домой доберешься с удобствами. Ну что же, пойдем?        Они не спеша направились вперед. Истина шел рядом с Эдом и молчал. - Спрашивай. - неожиданно сказал он. - Что спрашивать? - растерялся Эдвард. - Ты собираешься меня о чем-то спросить, алхимик.        Эд усмехнулся краем губ. - Кто ты? А может, даже вернее будет сказать, что ты? - тихо поинтересовался алхимик. - Вы, алхимики, называете меня Богом, Миром, и даже Вселенной. Называете всем. - Я это уже слышал. Вот именно: мы называем. Но что же ты на самом деле? Постой, и почему на этот раз ты не сказал: "Я, это ты."? - Правильно заметил, алхимик. - кивнул Истина. - Вы называете. Маскируете меня под разными именами, чтобы скрыть мою истинную сущность. Да, я Мир, Вселенная, может даже и Бог. Но вспомни в каком случае любой из алхимиков попадает ко мне. Лишь посягнув на человеческую трансмутацию. Я, это ты, алхимик. Я - Грех. Твой, всех, и каждого по-отдельности. - Я понял. - Эд улыбнулся и наклонил голову. - И я хочу попросить тебя кое о чем. - О чем же? - с интересом спросил силуэт. - Когда я забирал отсюда Альфонса, я жертвовал своими Вратами. Лиши меня алхимии, как и должно было случиться. Я не хочу больше быть алхимиком. - Ты не перестаешь меня удивлять. - улыбнулся Истина. - Будет по-твоему. - Спасибо. - Эд чуть заметно улыбнулся. - Вот мы и пришли, алхимик. - Истина остановился.        Мрак перед ними расступался, словно открывались створки дверей. Эд не удержался и бросился вперед, где виднелось знакомое белое ничего. Он не успел добежать дотуда. Все смазывалось и теряло очертания. Алхимик полетел вперед, но удара об поверхность не почувствовал.

***

       Первое, что Эд увидел, было ошеломленное лицо Альфонса. Настоящего Альфонса. Лохматого, худого и до невозможности по-детски удивленного. Рядом, не в силах сдержать эмоции, смешно рыдала Мей Чан. Даже Сяо Мей, сидящая рядом, поблескивала влажными бусинками глаз, чувствуя, что этот худой паренек, и есть тот огромный и такой добрый доспех. - Альфонс! - завопил Эд, вглядываясь в неподвижное лицо брата.        Он вернулся. Они вернулись. В тот момент, когда сражение с Отцом уже было завершено и с недавнего поля боя прохладный ветер еще уносил поднятую битвой пыль. - А? - удивленно уронил Ал, все еще не понимая, что произошло.        Он перевел взгляд на Эда. Альфонс отлично помнил как его брата затянуло во Врата и Истина говорил, что он его больше не увидит. Но вот, Эд сидел перед ним, живой и, хоть не совсем, но здоровый. Сидел, и смотрел на него, часто моргая, чтобы удержать упорно накапливающиеся в уголках глаз поблескивающие слезы. - Альфонс-самааа!!! - Мей Чан бросилась к нему и крепко обняла, сжимая худые плечи и утыкаясь в грудь. - Ай!        Девочка выпустила его из рук и села рядом, смешно корча личико, чтобы сдержать слезы. Но слезы не слушались и все равно стекали по щекам. - Прости, что заставил тебя сделать это. - виновато улыбнулся Альфонс.        Он повернул голову и остановил взгляд на сидевшем рядом Хоэнхайме. Тот заметно постарел за сражение. - Йо. - улыбнулся отец. - Папа... - прошептал Ал. - С возвращением! - улыбнулся Хоэнхайм и протянул ему руку. "С возвращением... Нас обоих!" - подумал Эд и поднял голову.        Небо Аместриса. Как давно он его не видел...

***

"Новость дня: Левиха возвращает себе былую "славу". Вчера, приблизительно к полуночи жители поселка, прославившегося в 2005 году своим массовым захоронением, приметили странное свечение, исходящее из подвала старой заброшенной больницы. Один из жителей проник туда, сопровождаемый своим другом. Открывшаяся их глазам картина ужасала..."

***

       Яркий холодный голубоватый свет ударил из окон подвала. Провода затрещали и возле столба взорвались фонтаном искр. Уличные фонари моргнули и погасли. Вслед за ними весь поселок медленно погрузился во тьму. - Что случилось?! - прокричал пожилой мужчина, выходя на крыльцо и натягивая на плечи ветровку. - Да вот, электричество пропало! - крикнули ему из темноты. - А еще говорят перед этим в больнице на окраине свечение странное было. Потустороннее такое. - добавили откуда-то неподалеку.        Вспыхнул огонек сигареты.Мужчина затянулся и выдохнул облачко дыма. - Вот детский сад. - покачал он головой и спустился с крыльца. - Пойду, посмотрю чего там с вашей больницей. Веня, давай со мной. - Так ведь темно же, Михаил Иваныч. - послышался робкий голос. - А ты у нас призраков боишься? - гоготнул мужчина и обернулся. - Да что за дети! Давай, шевели булками и за мной. Надо проверить, вдруг там старую проводку коротнуло, погорим ведь. Блин, у кого-нибудь фонарь есть? Нету? Ну свечу возьму.       Свет пламени выхватил из темноты меловую линию. Подвал оставался в кромешном мраке. Михаил поднял свечу над головой. - Матерь Божья... - выдохнул мужчина, отступив назад и выпучив глаза.        Свеча вспыхнула ярче, выхватывая из темноты обшарпанную стену подвала. Отблески света заплясали по спине лежащего на границе начертанного на полу круга длинноволосого парня. Мужчина бесшумно подошел ближе, присел на корточки и коснулся его шеи. -Мертв... - прошептал он. - Что за чертовщина?!        Рука со свечей поползла в сторону, освещая металлическую руку, переходящую в запятнанный кровью клинок. Михаил вздрогнул. Капли крови дорожкой уводили в сторону. Мужчина поднялся и последовал по ним, держа свечу над самим полом. Внезапно он отшатнулся. Свет огня отразился в остекленевших глазах. Не было смысла проверять пульс. Мужчина, прикованный к полу поблескивающими скобами, был мертв. - Да что здесь произошло?! - прошептал Михаил.        Отблески пламени судорожно дрожали. - Веня! Полицию вызывай! Кажется здесь сатанисты побывали, круг какой-то... И два трупа! - крикнул он, повернув голову к выходу. - Хорошо! - послышалось оттуда.        Неподалеку кто-то тихо простонал. Послышался шорох. Рука Михаила судорожно метнулась в том направлении. Пламя осветило уставшее и перепуганное лицо парня, отразившись живыми огнями в его золотисто-карих глазах. Парень подобрал под себя ноги и сел. -Живой? - спросил Михаил.        Парень кивнул. Мужчина перевел взгляд на связанные руки. - До тебя не успели, значит, добраться. - вздохнул он с облегчением. - Как звать тебя?        Парень облизал пересохшие губы. - Лешка. - тихо прошептал он, упираясь спиной в стену и устало прикрывая глаза.        Его била дрожь. Парень тихонечко всхлипнул. - Знаешь погибших? - тихо спросил Михаил, кладя руку ему на плечо.        Парень кивнул. - Мой брат... И мой отец.

***

       Тамара не спала. Она сидела на диванчике, подогнув под себя ноги и, при тусклом свете ночника, комкала в руках оставленную ее детьми записку. "Мы уехали в Левиху с ночевкой. Не жди до утра." - ровный почерк алхимика на этот раз почему-то дрожал.        Тамара вздохнула и обняла плечи, роняя листок Ее мучило плохое предчувствие. Электронные часы алели в полу-мраке мигающими цифрами и показывали почти час ночи. Завибрировал телефон. Женщина вздрогнула, не с первой попытки смогла поймать в пальцы ускользающий аппарат и, чуть прищуривщись, посмотрела на экран. Высветился незнакомый номер. Секунду поразмышляв, Тамара приняла вызов и поднесла телефон к уху. - Але. - осторожно и тихо произнесла она. - Мама, это я, Лешка. - голос Алексея дрожал. - Где вы? С вами все в порядке? - взволнованно спросила Тамара. - Мама... Я в Левихе. Меня завтра утром к тебе привезут. Ты только сейчас не волнуйся... - Что произошло? - твердо спросила женщина. - Говори быстро! - На нас напали. - тихо ответил Лешка. - Я цел и почти невредим. - Что с Эдей?        Молчание. - Что с Эдуардом? - повторила Тамара. - Он погиб. Как и отец. - тихо ответил Лешка. - Мама, я завтра к тебе приеду и поговорим. Меня местный житель к себе на ночь взял. Прости, слабость очень сильная. Больше не могу говорить...        Тамара уже не слушала. Она опустила руку с телефоном, уставившись в неопределенную точку. Ее сын погиб. Женщина не могла в это поверить. Все ведь было хорошо, ничего не предвещало беды. Тамара упала на подлокотник дивана и ее спину затрясло от рыданий. Ребенок тревожно шевельнулся под сердцем.

***

"Эдуард Элрик и Фридрих Элрик были мертвы. Алексей Элрик не пострадал, но находится в больнице - произошедшее повлияло на его психическое здоровье. Возбуждено уголовное дело. У погибшего Эдуарда было обнаружено пропавшее на днях из музея кольцо из Берлинской коллекции. Был ли он похитителем драгоценности, или же приобрел ее у кого-то другого, следствие установит."        Мария захлопнула газету, посмотрела на бегающего по детской площадке сына и снова открыла страницу, на только что прочитанной статье. - Он погиб... - прошептала она. - Я не верю.        Она подозвала Сашку и приобняла его одной рукой. - Сыночек, мы скоро поедем далеко. - прошептала она, наклоняясь к ребенку. - Куда? - не понял мальчуган. - В Екатеринбург. - улыбнулась Мария и нажала аккуратным пальчиком ему на нос "Я хочу найти его брата..." - подумала она.

Эпилог

       Эдвард лежал на траве, положив руки за голову и с легкой улыбкой смотрел на звезды. Легкий ночной ветерок развевал его волосы. Альфонс лежал чуть поодаль, и смотрел на брата. Эд только что закончил свой рассказ. - Очень необычные приключения. - тихо произнес Ал, срывая травинку и растирая ее в пальцах. - Согласен. - кивнул Эдвард.        Одинокий светлячок сел на его торчащую прядку волос и неторопливо ползал по ней. Эд тихонько подул, прогоняя насекомое, а затем отмахнулся от него правой рукой. Настоящей, живой рукой. - А я и не сомневался, что ты не принесешь того паренька в жертву. - улыбнулся Ал. - Ты не такой. - Ты прав, Альфонс. - Эд сел и сжал в ладони деревянный клык.        Почему-то он прошел с ним через Врата, попав в его родной мир. Эдвард с ним не расставался. Прощальный подарок Марии не давал ему забыть о приключениях в том мире и доказывал, что они все же были, а не почудились ему, даже через столько лет. - Мне интересно: что случилось со всеми, с тех пор как я ушел. - Эд вздохнул и плюхнулся обратно на траву. - Прошло целых пять лет...

***

       Ветер сдул черный платок с головы женщины и она торопливо его поправила. Порыв затерялся в листве, нарушая тишину нарастающим шелестом. Пятилетний мальчик жался к ее ноге, со страхом и детским любопытством глядя на надгробия. С черно-белых фотографий на холодном камне на них смотрели улыбающийся длинноволосый парень и серьезный мужчина аристократического вида. Тамара вздохнула и наклонилась, опуская на могилу букет цветов. Она потянула мальчика за руку. - Пошли, Сереженька. - тихо сказала она, погладив мальчугана по лохматым светлым волосам. - Мам... - прошептал он. - Это мой братик, да? - Твой братик. - кивнула Тамара. - А я его не помню. Куда он ушел? - как и все дети, маленький Элрик не понимал, и не принимал, факт смерти. - Он ушел туда, откуда не возвращаются и где лучше, чем здесь. - женщина улыбнулась. - Пошли быстрее, Сережка, на автобус опоздаем.        Теперь уже неугомонный сынишка тянул ее за собой за руку. Тамара обернулась и в последний раз посмотрела на надгробия. Их похоронили рядом. Отца и сына. Ровно пять лет назад.

***

       Длинноволосый парень вышел на сцену и махнул рукой, приветствуя собравшуюся публику. Радостный возглас волной прошелся по толпе. За пять лет парень, превратившийся в молодого мужчину, сильно изменился, но будто переломленный нос сразу напоминал о родстве с греками. Длинные волосы все так же непослушно кудрявились. Артур взял в руки микрофон и его голос разнесся над стадионом. - Всем привет! - ровный голос возвысился к концу фразы. - С вами группа "Арт" и наше сегодняшнее выступление мы начнем с песни, которая принесла нам известность.        Восторженный возглас заставил его сделать паузу. - Да, вы угадали. Это песня... - Артур набрал в грудь воздуха и его объемный голос заполнил все пространство. - "Алхимик"!

***

       Змей лениво шевельнулся и попробовал воздух длинным языком. Фиолетовые глаза прищурились. Пустой, незаселенный мир - это было не то, о чем желал Кинг Брэдли. Хотя, в этом сером мире, где не было ни единой живой души, он был королем. Уроборос расправил крылья и взлетел.

***

- Ну чего ты плачешь? - добродушный на вид врач погладил восьмилетнего мальчугана по голове. - Дядя Александр, а моя рука скоро заживет? - всхлипывая спросил паренек, касаясь здоровой рукой гипса. - Скоро, Петька. - молодой врач-практикант щелкнул его по носу. - А если не заживет? - по щекам напуганного Пети скатились крупные слезы. - Заживееет. - протянул Александр. - А знаешь, я когда-то знал мальчика... Давно это было, много лет прошло... Да и для тебя он целым дяденькой бы был. У этого мальчика-дяденьки была рука из железа, представляешь? - Как так? - удивился паренек.        Он успел забыть, что собирался плакать. - Вот так. - кивая головой, врач выпучил глаза. - И знаешь, что этот мальчик-дяденька сделал? - Что? - тихо спросил Петя.        Александр поманил его к себе, наклонился к ушку и прошептал: - Он хорошенько мне врезал чтобы я не зазнавался и перестал быть трусом. - и захохотал. - Да ну тебя, дядь Саш. - надулся ребенок. - Это всего-лишь перелом. Заживет, не волнуйся. - врач растрепал его волосы. - А то, что я тебе рассказал, это правда. И этот парень показал мне, что всегда надо идти вперед, что бы не происходило. если бы не его пример, то твой дядя Саша никогда бы на врача не пошел. Я ведь такой трус.        Мальчик улыбнулся.

***

       Повзрослевший и изменившийся Алексей сидел на корточках перед камином. Отблески пламени отражались в тонких стеклах его очков. Зачесанные назад волосы чуть распушились от тепла. За пять лет Лешка сильно изменился. Из смешного парня, застрявшего на границе между подростком и юношей, он превратился в видного молодого мужчину. Он провел рукой по аккуратно оформленной короткой бородке и завороженно следил за тем, как сереют и сворачиваются листы, объятые пламенем. Женская рука коснулась его плеча. Не оборачиваясь, Алексей накрыл хрупкую ладошку своей. - Ты все-таки решился. - прошептала женщина. - Да. - кивнул Алексей.        Женщина вздохнула. За эти пять лет она совсем не постарела, оставаясь все такой же красивой. Она тряхнула головой, отбрасывая черные с красным отливом волосы назад. - Ты же хотел изучать алхимию... Хотел понять, как попасть в другой мир... - с недоумением прошептала Мария. - И все эти пять лет собирал информацию, готовился. А теперь... Просто сжег его записи?        Алексей кинул еще одну тетрадь в огонь. Пламя съедало страницы, съеживая их и рассыпая пеплом. - Я многое понял за эти пять лет. - прошептал он.        Мария промолчала. Алексей продолжил: - Смотри: я только краем глаза увидел Врата, их незначительную часть. И мое зрение упало на несколько единиц. Истина меня наказал. Сначала я этого не понял, но за столько лет я сумел понять что же он такое. - И что же? - тихо спросила Мария, приобнимая его плечи. - Истина - наказание. Он - грех. И не надо стремиться к нему. Он отберет все, чем дорожишь. Как в Библейской истории, про Адама и Еву: они посягнули на запретное, и лишились всего. Так же и в этом случае: потянусь к Истине: он заберет все, что мне дорого, наказывая за гордыню, лишая собственного маленького "рая". А мне есть чем дорожить.        Алексей коснулся губами лба женщины. В комнату зашел зевающий сонный Сашка. - Опять телячьи нежности. - пробубнил он, обводя взглядом Алексея и Марию. - Мам... Тебя завтра в школу вызывают, я за ужином забыл сказать. - Что натворил? - сердито сверкнула глазами Мария. - Ничего. - Сашка замахал руками. - Просто собрание.        Мария вздохнула, поднялась и подошла к сыну, уводя его в свою комнату. Алексей проводил их взглядом и снова повернулся к огню. В языках пламени исчезало последнее напоминание об алхимии. Все то, что осталось после Эдварда Элрика, Стального Алхимика.