Жёлтые розы

Слэш
R
Завершён
42
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
42 Нравится 2 Отзывы 5 В сборник Скачать

они пахнут как ты

Настройки текста
После Вегаса палата пахнет розами. Отравляя воздух и стекая ядом по лёгким, их едва уловимый аромат мешает дышать, он оседает на коже невидимым пеплом позабытого прошлого и в виде терпких воспоминаний поселяется в мыслях. Кинн ведь уже давно похоронил те события где-то далеко на задворках своей памяти, и они бы так и остались закопанными там глубоко под землёй, если бы Вегас сегодня вдруг не решил, что дарить Поршу те самые цветы и флиртовать с ним теми самыми словами, когда Кинн лежит буквально в паре метров от них — хорошая идея. Кузен ушёл, кажется, уже целую вечность назад, забрав с собой и источник этого невыносимого запаха, но он за те жалкие несколько минут, что Вегас пробыл в палате, успел пропитать собой всё вокруг, и Кинн теперь не может избавиться от ощущения, будто и он сам — а не только одеяло и подушки — весь насквозь пропах этими чёртовыми желтыми розами. Он прекрасно знает, что удушающий, мурашками разбегающийся по телу запах будет преследовать его до тех пор, пока он не заменит его запахом чужого тела, пока новые воспоминания о близости с кем-то другим снова не вытеснят из его головы навязчивые мысли о том, что произошло много лет назад. Но растерявшийся Кинн позволил Поршу уйти, не оставив себе другого выбора, кроме как вспоминать, вспоминать и вспоминать. \\ Когда Кинн выпускается из университета, он позволяет себе на мгновение притвориться свободным. Идёт в бар с другими выпускниками, чтобы отметить начало «новой жизни», пьёт один коктейль за другим, стараясь не думать о том, что теперь у него не будет отговорки в виде учёбы, что он больше не сможет сбегать из своего мира в мир нормальных людей и обычных студентов, что с этого момента он будет исключительно первым наследником Главной семьи и что вокруг её, а не его, блага будет строиться вся его последующая жизнь. Кинн хочет насладиться последними крупицами свободы до того, как её у него окончательно отнимут, но присутствие Вегаса, которого кто-то — возможно, он сам — тоже пригласил на эту вечеринку, не даёт ему этого сделать. Кузен одним своим видом напоминает Кинну, кто он на самом деле, напоминает о его обязанностях и о его семье со всеми её грязными и неотложными делами. Но хуже всего то, что, даже осознавая всю абсурдность данной ситуации, он не может не завидовать Вегасу, который всё ещё учится. Злость, смешавшись с алкоголем, раскаленным железом растекается под кожей, и Кинн выхватывает в толпе танцующих людей совершенно незнакомого ему парня, отводит его в сторону, угощает напитками и флиртует с ним до тех пор, пока не чувствует на себе знакомый прожигающий взгляд. Тогда он резко подаётся вперёд и впивается в губы незнакомца своими, целует его агрессивно и показательно, потому что знает, как сильно этим выведет Вегаса из себя, и потому что их близкие, но слишком сложные и недостаточно определённые отношения это всё ещё позволяют. Поцелуй не приносит ему ни малейшего удовольствия — Кинн недостаточно пьян, чтобы наслаждаться близостью с человеком, которого не знает, но с другой стороны, если бы он был достаточно пьян, то незнакомый парень точно бы не оказался тем, к кому Кинн бы полез с поцелуями. Лёгкий триумф от того, что ему всё же удалось выбесить Вегаса, сразу же улетучивается, стоит Кинну увидеть, как тот откровенно напивается, сидя за барной стойкой. Он всегда считал, что его кузен прекрасно умеет пить, но когда ему приходится сначала помогать шатающемуся Вегасу дойти до туалета, а потом — наблюдать за тем, как того рвёт, Кинн начинает искренне сомневаться в правильности этого суждения. Отпустить его одного в таком состоянии Кинн просто не может, поэтому он лично довозит Вегаса до дома Главной семьи и, игнорируя удивлённо-подозрительные взгляды своих телохранителей, тащит того к себе в комнату. Устроив кузена на кровати и укрыв его одеялом, сам Кинн ложится на диван и, разглядывая потолок, понимает, что в итоге его же собственные действия, а никак не присутствие Вегаса, оказались тем, что испортило его последний вечер на свободе. Он уверен, что после произошедшего Вегас будет дуться на него ещё как минимум несколько недель, и заранее пытается придумать красивый способ извиниться, но наутро с удивлением обнаруживает себя на кровати вместо дивана. Кинн видит на подушке рядом с собой одиноко лежащую жёлтую розу и думает, что, возможно, он просто всё ещё спит, но кровь, стекающая по пальцу после того, как он неосторожно хватает усыпанный шипами цветок — реальная. Такая же реальная, как и крики садовника, разъяренного тем, что кто-то смеет рвать цветы в саду Терпаньякунов. \\ Кинн нервничает, когда встречает Вегаса после занятий. Мнёт в руках букет из жёлтых роз — купленный в магазине, а не нарванный в саду, — пока наконец не замечает, что тот из-за его действий постепенно теряет свою привлекательность; оглядывается по сторонам, пытаясь выцепить кузена в толпе студентов, и мысленно репетирует то, что собирается сказать. Вегас выглядит подавленным, выходя из здания университета, но заметив Кинна, начинает буквально светиться, и тот сглатывает, заранее чувствуя себя ужасно виноватым. Протягивая букет, который должен был стать прощальным, он хочет сказать Вегасу что-то вроде: «Нам не стоит этого делать.» или «Ты мне больше не нравишься.» Но видя, как бережно кузен берёт эти дурацкие цветы, и с каким счастьем в глазах он на них смотрит, несмотря на их довольно примятый и не впечатляющий внешний вид, Кинн, неожиданно для самого себя, почти шёпотом объясняет Вегасу, что жёлтые розы символизируют дружбу и заботу, а также любовь, которая не ждёт ничего взамен. Эти слова сами срываются с его губ, и Кинн, злясь на собственную глупость, до крови прикусывает язык. Он ведь знает, что так только делает ситуацию сложнее, а неизбежное расставание — болезненнее для Вегаса, но контролировать себя, когда тот настолько радостный и живой, словно ему снова двенадцать и жизнь не настолько невыносима, Кинн просто не может. Он не сопротивляется, когда Вегас берёт его за руку и куда-то тащит, не сопротивляется, когда тот закрывает за ними дверь в комнату и начинает целовать, запустив руки в волосы. Кинн осознаёт происходящее только тогда, когда видит тяжело дышащего кузена под собой, явственно чувствуя своё и чужое возбуждение. Пытаясь сохранить ясный разум и остановиться, пока не стало слишком поздно, Кинн напоминает Вегасу, что для того это первый раз, и предлагает хотя бы ещё немного подождать, но слышит в ответ лишь смех. — Don't worry, Кинн, я буду хорошо стараться, — обещает Вегас, и у Кинна от этих слов мурашки бегут по коже, а низ живота стягивает от сладкого предвкушения. — Я сделаю всё, чтобы тебе понравилось. «Это не то, что меня волнует, » — Кинн правда хочет объяснить, но кузен медленно проводит языком по его шее, и все мысли тут же будто вышибает из головы, а изо рта вместо слов вырывается стон. Кинн думает, что, он, вероятно, никогда, что бы ни делал и как бы сильно ни пытался, не сможет забыть, как Вегас сначала морщится от боли, а потом выгибается от наслаждения, толкаясь навстречу, как стонет, как обнимает его ногами за талию и как одной рукой царапает ему плечо, а второй крепко сжимает белые простыни. Кинн уверен, что никогда не сможет забыть, как Вегас смотрит на него глазами, полными боли и страха, когда на следующий день он говорит ему, что между ними всё кончено, потому что Вегас был недостаточно хорош, потому что Кинн в нём разочарован и предпочёл бы никогда больше не видеться. Он никогда не говорил Вегасу про другие значения жёлтых роз, но ему кажется, что тот и так, скорее всего, догадался. \\ Кинн глубже вдыхает уже почти полностью выветрившийся аромат и невольно гадает, помнит ли Вегас те события так же хорошо, как и он сам. Сказал ли он сегодня те слова специально, чтобы заставить раненного кузена почувствовать себя ещё хуже, или, может быть, они вырвались у него сами, как и у Кинна много лет назад? Вспоминает ли он о произошедшем хоть иногда, или тоже пытается закопать эти воспоминания как можно глубже? Жалеет ли он? Потому что Кинн жалеет. Но не о том, что между ними было, нет. Он больше всего на свете жалеет о том, чего между ними не было, и о том, каким человеком Вегас стал из-за того, что его брат повёл себя как трусливый идиот. Кинн глубже вдыхает призрачный запах жёлтых роз и думает, что ему, во что бы то ни стало, нужно попытаться поговорить с Вегасом.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "КиннПорш"

Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.