Маска Демона.

      Этот день был одним из самых худших. Очередной патруль. И с кем? С этим идиотом, что буквально плюётся во всех ядом! Фэн Синь был более чем недоволен. Точно так же, как был недоволен и идущий рядом с ним юноша.       Но, несмотря на общую неприязнь, они не разделялись, так как каждый год случалось одно и то же — их встреча с Хуа Чэном, что не упускал возможности поиздеваться над Богами Войны и подразнить их. Так что в этом году они были на чеку. Рвано выдохнув, юноши опасливо оглядывались. Было темно, хоть глаз выколи, поэтому они использовали пламя.       — И почему так происходит каждый год? — ворчал Фэн Синь, на что Му Цин молча поджимал губы, крайне недовольный всем происходящим. Выдохнув тяжело, они остановились на развилке. Разделяться не спешили. Они оба сильны, но не настолько, чтобы по одиночке противостоять Непревзойдённому.       Всё бы ничего, но в какой-то момент на дороге появилась чёрная тень, и они тут же вооружились. Тень остановилась, смотря на них. И на удивление это был не Хуа Чэн.       — Демон? — произнёс Му Цин мрачно. От незнакомца исходила густая и плотная тёмная Ци. Все они замерли, пока тень не двинулась дальше, игнорируя Богов Войны.       — Эй! Стоять! — Фэн Синь не выдержал такой наглости и шагнул вперёд.       Демон остановился и снова повернулся к ним. Это был стройный юноша чуть ниже их.       Чёрные одежды и толстая жуткая маска. — Кто такой? — произнёс угрожающе генерал Наньян.       — Я патрулирую границу призрачного города, — тихий спокойный голос. И до мурашек знакомый.       Немного помолчав, он отправился было дальше, но Му Цин не позволил. Он напал на юношу. Неожиданно для всех, этот демон вытащил меч и ловко блокировал выпад небожителя, отчего тот опешил, но не успел сориентироваться, как атака была не только отражена, но и перешла в контратаку. Му Цина отбросило и он едва успел частично заблокировать чужую удар. Атака вмешавшегося в бой Наньяна тоже не принесла никаких результатов.              В конце концов, Боги Войны оказались на земле, когда противник вкладывал клинок в ножны.       — Я не желаю драться с вами, — этот голос обоим казался настолько знакомым, что становилось не по себе и они оба хотели одного — увидеть, кто под маской. В какой-то момент демон расслабился, и Му Цин сделал выпад. Демон, решив, что его хотят ранить, встал в защитную стойку, но обманный манёвр сделал своё дело, и в следующий момент маска слетела с лица, открывая лик скрывавшегося под ней. И оба Бога замерли в изумлении.       — Ваше… Высочество? — сглотнув вязкую слюну, произнёс Фэн Синь. Перед ними стоял Се Лянь собственной персоной. И его было… тяжело узнать. Прежний свет в глазах уже не сиял так ослепительно как раньше. Он был бледен и худ, а ещё… от него так и веяло демонической Ци.       — Какие вы всё-таки упрямые, — выдохнул Се Лянь, вкладывая меч в ножны и поднимая маску. Му Цин словно язык проглотил, смотря на бывшего господина. — Все такие же как и восемьсот лет назад.       Наступило неловкое молчание.       — Ваше высочество, Вы… от вас разит тёмной Ци… — начал было Фэн Синь, и но голос подвёл, дрогнул. Ком в горле встал. — Где Вы… были всё это время? Раздался глухой смешок.       — А вам ли есть разница, где я был? — глухо, наверняка из-за маски, ответил Се Лянь. — На горе Тунлу. Насколько я знаю, Небесное царство прозвало меня… Чёрным Лотосом? Какая скудная фантазия. Не люблю лотосы.       Этот глухой, словно безжизненный тон заставлял сердце болезненно сжиматься.       — Я не убью вас, по старой дружбе, но если вы нападёте на меня снова — не ждите пощады. Отметелю и выставлю ваши тела на обозрение у самого входа в Небесное царство. С этими словами он хотел было развернуться и уйти, но Му Цин выкрикнул:       — Стой! — в глазах неверие и боль. Се Лянь послушно остановился. — Почему ты проверяешь границы Призрачного города?       Этот вопрос отдавал страхом и нежеланием верить в то, что они увидели. Принц, нет, Бывший принц только хмыкнул.       — Потому что это мой дом. Уже как триста лет я живу в Призрачном городе и мой нынешний Хозяин — Хуа Чэн, радушно принял меня и относится более чем хорошо. На этом всё? — произнёс он устало.       И в этот момент его обвили руки, а Боги Войны встали в боевую позу. Позади Принца стоял хозяин Призрачного города и властно обнимал Се Ляня.       — Гэгэ, я просил тебя не бросаться такими фразами, — неодобрительно проворчал он, и его рука скользнула под складки одежды, проходя по груди и нащупывая уже чуть-чуть затвердевший сосок.       С губ Чёрного лотоса сорвался стон — до того пошлый и неприличный, что богам стало на мгновение дурно.       — Убери от него свои руки! — злобно прошипел Фэн Синь. На что Хуа Чэн только хмыкнул, подхватив на руки Се Ляня. Тот обвил руками шею, сдавленно охнув.       — Что же, этот господин ужасно соскучился по гэгэ, — промурчал Хуа, поцеловав в лоб принца. — И желает немного отведать его плоти.       В этот момент Се Лянь уткнулся в грудь Градоначальника.       — Сукин сын! — взревел Му Цин и напал, но его отбросило стайкой серебряных бабочек.       — Сань Лан! Не трогай их, пожалуйста. — произнёс не громко Се лянь, но что Хуа только выдохнул и проворчал что-то про то, что его гэгэ слишком добр.              Они оба исчезли так же внезапно, как и появились, оставляя недоумевающих Богов Войны.       — Он его… они… этот ублюдок… трогал его… так… — Фэн Синь не знал, как правильно сформулировать услышанное. Му Цин Мрачно молчал, сжимая кулаки.              ***              В призрачном городе было как всегда шумно. По дороге к дому блаженства шли двое.       Один в алом нёс на руках юношу в чёрном.       — Гэгэ, я не твой господин, — мрачно заметил Хуа Чен.       — Правда? Но мне казалось, что я проспорил, — хихикнул Се Лянь. — Или я не по вкусу этому господину?       На что градоначальник только выдохнул:       — Конечно, Гэгэ самый вкусный! Но, я не твой господин. Единственный, кто тут господин — это ты, — проворчал он недовольно. — Мой принц, я не хочу даже слышать ничего, что может ущемлять твоё положение. Ты мой супруг и всё моё — это твоё, включая мой прах, моё дыхание и сердце.       — Ладно-ладно, не обижайся, мой дорогой супруг. Но тогда больше не загадывай такие желания, — на эти слова Хуа возмутился.       — Я хотел, чтобы Гэгэ был моим господином! — возмутился Кровавый Дождь, совсем по мальчишечьи нахмурившись.       — О? Тогда, тебе следовало уточнять. Да и тебе понравилось, когда мы с тобой играли утром, — промурлыкал Се Лянь. — Что же, раз я господин, то сегодня вечером буду играть ведущую роль.       На это Хуа мягко улыбнулся.       — Всё, что пожелает мой принц…