Под колпаком ведьмы

      Я сжалась, пытаясь вырвать руку из чужой хватки, но ничего не вышло. Девушка зашипела, пока я старалась не пересекаться с её взглядом. Машина развернулась и проехала мимо.       Я понимала это. Тот факт, что автомобиль спокойно сумел бы выехать, не приблизившись ко мне. Но каждый раз, когда возникала похожая ситуация, её передёргивало. Всё заканчивалось одинаково. Она хватала меня и вынуждала остановиться, замереть. Следила за маршрутом транспорта, людей, животных, и только потом отпускала, позволяя выйти из этого оцепенения. Позволяя сердцу вернуться к спокойному ритму.       Это было глупо.       Это случалось постоянно.       Я закатила глаза, ускоряя шаг. Огибая забор, пытаясь упустить её из виду. Но она всё время мелькала рядом. Везде. Неизменно. Куда бы я ни шла. Везде были следы её и ей подобных. Ржавые пятна, гниение, запах… В городе это было не так заметно лишь из-за того, что улицы постоянно вычищали. Возможно, кому-то из людей это напоминание о ней надоедало, вот они и взялись за попытки стереть его. Доказать себе и окружающим, что её нет.       Что жизнь прекрасна.       Охрана в метро в очередной раз остановила меня и какого-то парня, прося показать наши билеты. Меры безопасности, необходимость в современных условиях жизни, спасибо, что ещё не заставляли каждый раз закидывать сумку на ленту.       На вокзале постоянно заставляли закидывать сумку на ленту.       В общем, да. Тихая, мирная, спокойная и прекрасная жизнь, постоянно напоминающая о том, насколько она неестественна. Насколько тонка грань между ней и тем, что произошло здесь лет десять назад.       Всё в порядке. Жизнь прекрасна. То, что происходило тогда, не произойдёт снова.       Самолёт пронёсся над головой. Взлёт, затем падение, плашмя. Снова взлёт. Грань между успехом и провалом в таком деле, насколько она велика? Даже в те моменты, когда я наблюдала, я чувствовала, как у меня сжималось всё внутри. Но наблюдение за верно выполненным фигурами пилотажа приносило невероятное удовлетворение и ощущение жизни. Куда больше, чем вся эта мишура в городе.       Я сошла с поезда, спрыгнула с платформы и направилась обходным маршрутом, беспокойно оглядываясь по сторонам. Убеждаясь, что здесь не ожидалось опасное появление ещё одного состава. Это, конечно, не машина, не велосипед и даже не самокат, чтобы вылететь из-за угла и чуть не снести случайного прохожего. Меня. Я прошла дальше, к дороге, по которой оставалось лишь добраться до дома. Какое-то пятно рядом…       Она сжала мои виски пальцами, заставляя развернуться к нему. Замереть на секунду. Плоское, раздавленное тельце воробья. Перья. Грязные. В них не узнавался бурый цвет. Крови не было. Наверное, она засохла. Ничего не было. Только это очертание того, что когда-то было живым и щебечущим. Крохотная, мирная птаха, не удержавшая эту грань.       Падение с высоты грозило чем-то похожим. Только хуже.       Я поджала губы, отталкивая девушку и ускоряя шаг. Обходя пятно как можно дальше, стараясь не думать о нём, о пилоте, самолёте, себе. Нас обеих это во мне злило. То, как я убегала от картин деяний ей подобных. Привычное дело для живых с инстинктом самосохранения, вот только одно «но» в этом всём выворачивало восприятие наизнанку.       Никто не ценил бы свою жизнь, если бы та не была «конечна».       Без смерти нет жизни, простыми словами. Ха. Вот ирония. Смерть всё заканчивала, но, если бы не она, то и не было бы ничего. Те, кто терял вкус или запах, могли это понять. Становилось безразлично и неважно, чем ты питался, когда не существовало «альтернатив».       Я опустила сумку и присела, чтобы снять обувь, когда она вцепилась в меня. Кошка, пробегавшая мимо, отшатнулась и зашипела. Я закрылась руками, вспоминая случай, когда она сдавила мне глаза в попытке их открыть. Я тогда её отпнула со всей дури, но ещё минуту или около сидела, пытаясь разглядеть своё окружение. Она засмеялась. Как будто я была всего лишь шуткой для неё. Меня трясло. Я подскочила и почти побежала в комнату, скидывая куртку. Кошка протестующе мяукнула, тут же запрыгивая на диван, стоило мне пройти мимо. Девушка пошла следом, проводя ладонью по лицу.       Я села, пытаясь прийти в себя. Очень хотелось есть. Сил никаких не было. Нужно было встать. Подняться. Она сверлила меня взглядом, я это чувствовала. Это действовало на нервы. Нужно поесть и вернуться к учёбе. Сделать проект, сделать…       — Самая большая ложь в твоей жизни?       У меня дёрнулся глаз. Девушка рухнула рядом со мной, вызывая тем самым протест кошки. Она копалась в моём телефоне, который я забыла в куртке, брошенной на входе. Я потянулась, пытаясь отобрать у неё телефон. Замечая какую-то картинку с идиотской цитатой. Нет, конечно, в чём-то она может и была правдивой, но не в моём случае.       — Прекращай.       — Отвечай.       — Я не умею врать.       Её лицо перекосило. Она хотела возразить, но затем замерла, подозрительно ухмыляясь. Возвращаясь к тому, чем занималась. Я прикрыла глаза, просто чтобы перевести дух, раз уж она даже не стала допытываться до меня дальше после такого ответа.       Я открыла их через полчаса, услышав звонок в дверь. Поднялась, прошла. Открыла дверь и встретила маму. Осознание потраченного впустую времени оглушало. Ещё столько нужно было сделать, а я просто отключилась. Даже не поспала. Зависла, ничего не делая. Ни о чём не думая.       — Ты ела?       Безобидный вопрос, про ответ на который я привычно не задумалась.       — Да, конечно.       Лишь бы не уточнила, что конкретно… не помню, что было у нас в холодильнике. Услышав тихое согласие и поняв, что больше моё присутствие не требовалось, я вернулась в свою комнату. Нужно было включить компьютер, открыть учебник и…       Живот скрутило. Нужно было взять хотя бы стакан воды или сока и перебить это чувство. Произошедшее дошло до меня только в тот момент, когда я увидела её, крутящуюся на стуле с этой отвратительной, довольной улыбкой.