R.E.S.: Run. Explore. Survive.꧂

Ты пытаешься сообразить, кто я, не так ли? Фрагмент записи. Камера №56. Мужчина пулей залетел в один из кабинетов, а затем трясущимися руками стал подпирать дверь всем, что попадёт под руку: коробки, металлические ящики, тумбы и стулья. Всё, чтобы быть в безопасности. Холодный пот стекал по красному лицу, сердце бешено колотилось, будто желая разломать рёбра вдребезги и выбраться на волю. Ватные ноги наливались свинцом, а усталость почти поставила учёного на колени. Лёгкие горели, а воздух приходилось глотать. До уха то и дело доносились чужие крики и мольбы о помощи. Там, за этой металлической дверью, происходило что-то по истине жуткое. О стены то и дело что-то билось, с потолка сыпались маленькие камни и засохшая краска, звуки сигнализации больно резали по барабанным перепонкам, а вопли других сотрудников смешались в один сплошной гул. Пол под ногами дрожал: мужчина чувствовал, как там что-то ползает, заставляя всё здание ходить ходуном. Всё трещит, двигается и рушится. Развернувшись и отбежав подальше от двери, учёный метнулся к столу, стоящему в углу. На нём стоял ещё один старый, покрытый паутиной диктофон. Не теряя времени, мужчина нажал на запись и начал: — Финальная запись. Относительно: эксперимент 9-2-3-8. «Живой сосуд». Эксперимент вышел из-под контроля. Объект выбрался из зоны содержания. С самого начала было ясно, что он агрессивно настроен против учёных. Очевидно, коммуникация и сотрудничество в пределах его возможностей, а также и небольшой набор навыков у других испытуемых. Но на этот раз нами было кое-что упущено: сегодняшнее событие стало огромным пробелом и недостатком в наших исследованиях. Такое ни при каких обстоятельствах не должно повториться. Поэтому я веду все эти записи, чтобы ошибка не повторялась дважды. В будущем оставшиеся эксперименты, если таковые будут, нужно немедленно сохранить, а затем уничтожить в определённом, безопасном месте. Недалеко от двери послышался мощный удар, из-за которого стол чуть подпрыгнул. Где-то в очередной раз треснула лампа и с сильным грохотом разбилась о кафельный пол. Мужчина вздрогнул, но продолжил: — Я не беспокоюсь за себя. Мои исследования приведут нас в светлое будущее! Один прорыв — и всё поменяется местами! Мир перевернётся! И мне плевать, что скажет главное начальство Организации… Мы идём вперёд во имя науки… За Его право… Конец- ОШИБКА! КАМЕРА БЫЛА ВЫВЕДЕНА ИЗ СТРОЯ!

***

      Белый свет, режущий глаза, постепенно исчезал, позволяя увидеть смутные очертания чего-то высокого. Головная боль резко ударила по вискам, чуть ли не сбивая с ног. Было ощущение, словно сердце стучит где-то в горле. Хотелось заткнуть уши, лишь бы не слышать весь этот шум!       Агата наконец смогла открыть глаза и нормально осмотреться. Взору зелёных глаз предстало серо-керосиновое небо, смутно напоминающее об Уровне 7. Тут и там виднелись здания: это были серые многоэтажки, низкие домишки с садами и забором, магазины и заброшенные, почти разрушенные заводы. Какие-то дома перекрывали друг друга, проходя насквозь, какие-то стояли друг на друге, а какие-то вообще были подобием на бутерброд — какая-то часть дома была у дороги, затем шёл другой кусок целой многоэтажки, а за ним была вторая часть первого здания! И как всё это держится?! У некоторых построек были выбиты окна, в то время как у других они были целые. Здесь встречался и серый бетон, и гнилые доски, и трубы… На некоторых балконах висела чья-то одежда. Возможно, кто-то когда-то повесил её сюда сушиться, а потом забыл забрать. Вот на стенах виднеются цветные граффити: пёстрые буквы хорошо выделяются на однотонном сером цвете, как попугаи среди голубей. Помимо домов Агата видела разные вывески и рекламу, тротуары, фонарные столбы, длинные провода, делящие небо на несколько крупных частей, дорогу, уходящая далеко вдаль… Появилось некое чувство Дежавю. Агата точно знала, что не была на этих улицах, но это место казалось смутно знакомым… Этот уровень очень похож на город из реальности. Всё сделано так, будто он лежит прямо на Земле! Вся эта реклама, транспорт, автобусные остановки, светофоры… Агата прекрасно помнила эти предметы. Только сейчас, после бесконечного океана и огромного заброшенного завода, глазу непривычно видеть такие обыденные вещи. Такое ощущение, будто мозг уже отвык. Неужели Блер стала постепенно забывать о реальности?       Но несмотря на всю схожесть с настоящим городом, этому месту не хватало последнего пункта: жителей. У подъездов не сидели кошки, что хитрым взором следят за прохожими, не было ворон на тонких, словно нити проводах. Никто не каркал, будто ссорясь друг с другом, разлетаясь в разные стороны, разбрасывая свои длинные, как когти перья. До уха не доносился смех, шёпот и крики прохожих. Не слышно звука цокающих каблуков или крутящихся колёс велосипеда… Это место… Оно будто не доделано. Оно похоже на опустевшую сцену или кукольный городок, к которому должны прилагаться куклы. Фальшивое, явно созданное не с целью заселения. В обычном мире ты теряешься в толпе, идя по дороге, крепко держась за руки со страхом быть задавленным, а тут… Будто на сцене резко выключили свет, и только один прожектор направлен на вас. Все зрители замерли в ожидании, затаив дыхание… Такое ощущение, будто Закулисье, усмехаясь, говорит: «я могу запросто скопировать всё что угодно!». Этот уровень пытается надурить своей схожестью с реальностью! Он словно пытается вписаться в привычный нам шаблон описания городов… Но нет. Агата чувствует эту разницу. Она понимает, что это место — жалкая попытка быть похожим на что-то знакомое многим. Этот город казался… Неживым, фальшивым, не таким, как в реальности. И Агата видит эту границу, которая часто размывается, как мел на доске.       Острая головная боль заставила вернуться в реальность и оторваться от рассматривания местной архитектуры. Агата обернулась, ища взглядом Кевалина. Тот стоял недалеко от зеленоглазой, потирая виски. Похоже, сероглазый тоже испытывал противную мигрень. На ходу доставая из маленького кармана рюкзака таблетки, Агата подошла к напарнику. — Дай угадаю: здесь тоже другое давление? — Именно. — Кевалин тяжело вздохнул, прикусив губу. — Давай, сам говорил: болеть будем дома. — Агата улыбнулась ещё шире, передав русоволосому одну таблетку, а вторую закинув себе в рот. Рюкзак снова оказался на плечах. На слова зеленоглазой Кевалин хмыкнул, слабо улыбнувшись, но от помощи не отказался. — Итак… Какой у нас план? — Зеленоглазая слегка наклонила голову вбок, выгнув бровь. — Стоит осмотреться. Мы наверняка сможем найти что-нибудь годное. — Кевалин щёлкнул пальцами, а затем продолжил. — И конечно, найти выход. — Ладно. — Зеленоглазая кивнула, а затем указала на дорогу. Она была широкой и ровной, а по бокам от неё шли ряды домов. Какие-то были жилыми, а какие-то, судя по их виду, больше походили на офисные центры. — Пойдём в ту сторону? — По дорогам идти опасно. — Кевалин покачал головой. — Нам стоит петлять между домами, если не хотим навлечь на себя лишнее внимание. Этот уровень тоже огромен, но в отличие от Уровня 7, вполне себе живой. Здесь встречаются Смертомоли, Гончие, Безликие и сущности побольше. — То есть «побольше»? — Агата напряглась, чувствуя, как к горлу медленно подступает огромный ком. — Например Чудовища Спайка. Это пауки, которые могут достигать восьми, а то и десяти метров в длину и пяти метров в высоту. Эти сущности обитают на Уровнях, напоминающих города, поля и посёлки, твари, к слову, очень неповоротливы. Редко можно их встретить группами. В основном Чудовища Спайка агрессивно настроены даже по отношению друг к другу и прочим сущностям. А название произошло от первооткрывателя этих тварей — Спайк Дженифорк. Когда-то он был исследователем и занимался изучением Уровня 9 и 11. Он очень хорошо помог Б.И.Г. и многое сделал для нас. — Спокойно пояснил Кевалин и, взявшись за руку Агаты, повёл её ближе к домам. Агата внимательно слушала речь напарника, стараясь запомнить самую важную информацию. Зеленоглазая не любила пауков. Именно не любила, а не боялась. Её всегда раздражало, когда мелкий гад начинал бегать по её столу, а затем сплетал свои паутины везде где только можно и нельзя: у компьютера, на полках между книг, в углах комнат, под диваном… Всегда так хотелось поймать этих маленьких сорванцов и прихлопнуть на месте. Но сейчас их будет сложнее прибить. Тут скорее всего пауки это быстрее сделают.       Дорога продолжала бежать куда-то вперёд, пока путники шли дальше. Приходилось часто петлять и вслушиваться в звуки. Уровень 11 действительно был живее, чем предыдущие: зеленоглазая слышала ехидное хихиканье и странный шёпот в некоторых домах, видела, как под сломанной машиной мирно посапывала Гончая. Такое чувство, будто сюда специально поставили сломанные машины, остановки, автобусы, стоящие у светофоров, маленькие киоски, в которых должны продавать хлеб и лапшу… Всё, чтобы быть похожим на когда-то оживлённое место. И как подметила Агата, сущности здесь вели себя немного не так, как она представляла: Безликие, коих тут было немало, прогуливались по тротуарам, качались на качелях и скатывались с горок на детских площадках, бегали друг от друга, будто полицейский гонится за малолетним воришкой… Прямо как люди. Гончие вели себя, как самые обычные собаки: рыскали по пустым контейнерам для мусора, пытались гавкать, рычали друг на друга, пробегали по дорогам, спали и пировали в заброшенных кафе, попав туда через открытые двери и разбитые стёкла. Прямо как в реальности. Но Кевалин всё равно старался не попадаться на глаза «местным жителям». Никто не знает, что будет, если заговорить с ними.       В голову стали невольно подкрадываться мысли. Подумать только: из-за одного необдуманного действия началась вся эта история. Из-за одного шага Агата уже забыла, какого это, жить в обществе. Вся эта массовка… Наивные детишки, ничего непонимающие подростки, серьёзные взрослые, хмурые кассирши и уставшие промоутеры… Когда-то они являлись частью огромной бесконечной рутины, напоминающей цикл. А сейчас многое поменялось. Сколько вообще времени прошло с момента исчезновения Агаты? Что сейчас происходит в мире? Поменялось ли что-то? Если да, то в какую сторону? Плохую или хорошую? Агате не нравилось чувство, будто тебя резко отрезали от мира, выдернули из игры, не давая даже посмотреть, кто победит. Враги или твои товарищи? Будет ли кто-то скучать и помнить тебя? Чем вообще должна закончиться вся эта история? Выход должен находиться где-то далеко-далеко, в пучине бесконечных уровней… Возможно ли добраться до туда? Если и так, то что придётся потерять ради цели? Агата знает: каждая история рано или поздно должна прийти к концу, а мысль к логическому заключению. Рано или поздно придётся показать последнюю серию. И плевать, сколько глав или частей путникам придётся пройти, этот рассказ должен найти свою последнюю точку. Страниц в книге становится меньше, стоит нам погрузиться в чтиво. Часы фильма превращаются в минуты, а те в секунды, стоит нам начать просмотр. Рано или поздно Агата дойдёт до конца. А вот какой он будет — хороший или плохой, будет зависеть только от её выбора и действий. Да, это действительно сложно и тяжело осознавать, что ты можешь жить только за счёт своих решений, где в большинстве случаев у тебя есть только одна попытка на успех. Но Агате повезло: она не одна.       А ведь когда-то зеленоглазая думала, что с Кевалином вообще нереально завести нормальные взаимоотношения. Тогда он казался ей грубым, сухим и холодным, будто к его виску подставили пистолет и сказали: «если ты не пойдёшь с ней — я всажу тебе в голову свинец!». В начале он явно не хотел подпускать Агату ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Начать общение было действительно сложно, но любой цели можно достичь, найдя нужный подход и решение. Путники узнавали друг друга всё лучше и лучше, и сейчас, обходя высокие и низкие дома, Агата уверена, что Кевалин поможет ей в беде не из-за приказа, которое ему дало Б.И.Г. Можно ли сказать, что они привязываются друг к другу? Возможно.       Изредка путники заходили в дома. Некоторые жилые постройки были разрушены: где-то провалился пол или потолок, по стенам шли огромные трещины, в которые можно легко просунуть голову и посмотреть, что творится на улице, под ногами вечно скрипел пол, а некоторые доски даже проваливались вниз, оставляя после себя громкое эхо, постепенно тонущее в глубокой тишине. Частички пыли витали в воздухе, попадая в лёгкие, касаясь пола, полок, шкафов и тумб. На полках лежали старые книги, от которых остались только несколько страничек и обгрызенные, расходящиеся по швам обложки. Иногда Агата замечала иконы. Странностью было то, что лица многих святых были зачёркнуты или выжжены чем-то, а рамки разбиты. Похоже, в этом районе жили атеисты или ненавистники Бога. Хотя почему сразу ненавистники? Может, у них была своя вера, а другие религии они не признавали, считали выдумкой и чем-то пустым, несуразным, как оптические иллюзии. Ботинки пачкались в опавшей побелке, осыпавшейся с потолка. Иногда взор зелёных глаз замечал старые, потрёпанные игрушки: разбитые головы фарфоровых кукол, плюшевые медведи, почти полностью покрытые швами и заплатками, какие-то рисунки, краски… Помещения были частично обставлены: у окон с разбитыми стёклами и гнилыми рамами стояли хлипкие столы, на некоторых стенах висели куски ковров и оборванные фотографии — в основном это были виды на густой лес, пронизанный утренним солнцем, глубокое озеро, отражающее далёкий салют из города, пустая улица с одиноким фонарным столбом… Всё это навевало некую ностальгию, ведь если подумать, то мы все видели эти простые пейзажи. Согласитесь, каждый из нас хоть раз бывал в лесу, гулял по вечерним переулкам, разводил костры рядом с водоёмами… Это очень похоже на реальную жизнь. Самую обычную, разбавленную мирными и спокойными выходными и отпусками, знакомую и любимую многими из нас…       Внезапно до уха донёсся слабый звук, точно не подходящий под ситуацию — шаги. Их было очень отчётливо слышно на фоне гробовой тишины, едва разбавляемой завыванием холодного ветра. В голове сразу возникла самая тёмная и страшная догадка: Чудовища Спайка. Вдруг это они? Тогда стоит немедленно спрятаться! Но… Если подумать, то это просто гигантские пауки, верно? Тогда их приближение наверняка Агата должна была заметить намного раньше: это могла быть едва заметная вибрация земли, возможно какой-то грохот, ведь Чудовища Спайка неповоротливые, а значит они вполне могут случайно задеть часть здания, тем самым снеся какую-то стену или потолок этажа. Зеленоглазая глянула на Кевалина. Тот сбавил шаг, вслушиваясь в звуки. Юноша тоже заметил появление незваных гостей. До уха то и дело доносились тихие, едва уловимые шаги: их было много. Похоже, это целая группа или компания. Вот только кто это? Стая Гончих? А может люди?       Кевалин нахмурился, а затем жестом приказал Агате стоять на месте, пока сам медленно, стараясь переступать все гнилые и скрипучие доски, подошёл к одному из окон, которые открывали вид именно в ту сторону, откуда шли звуки. Агата видела, как рука сероглазого медленно тянется к пистолету. Напряжение с каждой секундой росло, заполняя собой всё пространство: приходилось его вдыхать и выдыхать, чувствовать некое потрескивание, пока в груди из ниоткуда появилась гора камней, что начинала давить на органы. Но стоило Агате сглотнуть, как лицо Кевалина тут же изменилось: в серых глазах проскочило изумление, которое следом сменилось беспокойством, а затем и настороженностью. — В чём дело? — Как можно тише спросила Агата, мысленно вспоминая, как глубоко она положила охотничий нож в рюкзак. — Группа Н.Т.О.З. — Едва шевеля губами ответил Кевалин. Внезапно с улицы раздался громкий, почему-то радостный и одновременно спокойный призыв: — Эй, вы, там! Спускайтесь!       Делать было нечего: Кевалин молча повёл Агату вниз, пока та старалась не отставать. Её смутила реакция напарника. Это ведь люди, а не монстры! Они могут помочь! Уж они точно не набросятся на путников, как стая голодных, обезумевших Гончих, видящие во всех живых организмах только еду. Люди не станут бежать на путешественников с кусками стекла или арматурой. А раз это Н.Т.О.З, то для Агаты эта встреча — повод хотя бы поверхностно познакомиться с новыми людьми.       Об этой группе шло очень много разговоров и бесед. Кажется, эта организация — одна из самых важных в Закулисье. С ней наравне должны стоять Б.И.Г. и «Backrooms Robotics». Хм, а что вообще Агата знает о Торговой Организации? Ну… Они занимаются сбором разных полезных вещей: оружие, еда, Миндальная вода, возможно даже строительные материалы. Проще говоря крысы или хомяки, тащащие всё к себе в норы. Также Н.Т.О.З. занимаются поставками провизии… Хм, если сотрудники этой группы собирают почти всё, что видят на самых разных уровнях, можно ли их считать самыми профессиональными путешественниками? Ведь если подумать, то именно они чаще всех спускаются в разные измерения. Наверняка для того, чтобы отправиться на задние, нужно пройти огромный курс тщательной подготовки. Наверняка сотрудники Н.Т.О.З. имеют большой опыт в путешествиях: они наверняка знают большинство существ, порождённых Закулисьем, и их методы истребления, входы и выходы, свойства уровней… Ох, голова может заболеть от такого количества информации!       Наконец перед глазами появился выход. Агата уже хотела двинуться вперёд, но Кевалин на секунду остановился, перекрыв ей дорогу. Едва повернув голову в сторону напарницы, юноша произнёс: — Держи язык за зубами и на все их вопросы не давай прямых ответов. — Что? Это ещё почему? — Зеленоглазая выгнула бровь. — Разве Б.И.Г. и Н.Т.О.З. не партнёры? — Никому не стоит доверять, Агата. — Юноша нахмурился. — Любую информацию, сказанную нами, они могут использовать против нас. И мало ли, вдруг это вовсе не люди? По спине пробежался холодок. А ведь верно. Агата совсем не подумала: а как их вообще нашли? Вдруг это действительно вовсе не люди, а какие-нибудь монстры, способные менять облик? А если и люди, то как они смогли так точно определить местоположение путников? Ведь они явно целенаправленно подошли именно к этому дому, смотрели именно на тот этаж, на котором были напарники. Всё это стало казаться чем-то странным… Кажется, Агата теперь поняла некое беспокойство Кевалина.       Взор зелёных глаз зацепился за две фигуры, стоящие почти у самых окон жилого дома, который исследовали путники. Агата подметила ярко-жёлтую аббревиатуру Торговой Организации, вышитую на чёрных прямоугольниках. Одежда незнакомцев смутно напоминала Б.И.Г.: куча аппаратуры, рюкзаки, слегка запачканные дорожные ботинки… За спиной обоих сотрудников виднелись винтовки. Но одежда — не единственная схожесть.       Первый сотрудник, стоящий ближе, имел светлые, едва спутанные волосы, родинку под левым глазом, бледную кожу и яркие ядовито-зелёные глаза. Юноша спрятал руки за спиной, вскинув брови, пока на его лице застыла хитрая, тонкая линия — улыбка. Второй же сотрудник, который был выше первого на пол головы, скрестил руки на груди, не сводя с приближающихся путников холодного взгляда карих глаз. Чёрные, похожие на смоль волосы, были собраны в низкий, короткий хвост. Агате даже показалось, будто незнакомец самолично отстриг себе часть одним резким и кривым движением ножа или ножниц. И опять эта странная улыбка… Хитрая, будто натянутая. И несмотря на серьёзный взор, второй сотрудник тоже слабо улыбался. Это выглядело странно и напрягающе. — Приветствую, путники! — Начал первый, светловолосый сотрудник, стоило путешественникам подойти ближе. — Моё имя — Ник Коллинз, а это, — юноша указал на стоящего рядом второго сотрудника, — Мой напарник — Эван Фишер. Мы являемся работниками «Национальной Торговой Организации Закулисья». Как я вижу, вы двое совсем не похожи на местных. С какой вы базы? — Рад вас видеть, господа. — Кевалин опередил Агату, не дав ей сказать ни слова. Юноша склонил голову в знак вежливости. Агата не припоминала такую резкую смену поведения. — Моё имя — Кристиан Грин, а мою напарницу зовут Аделина Джеймс. Мы обычные путешественники, бродящие по уровням. — Я тоже очень рад вас видеть, друзья. — Ник ещё шире улыбнулся, прикрыв глаза и слегка наклонив голову вбок. — Как я понимаю, вы начали своё путешествие с Уровня 5? — Всё верно. — Решила вставить своё слово Агата, одобрительным кивком ответив на вопрос сотрудника. Девушку напрягла эта игра с ролями, но она старалась выглядеть более естественно. Кажется, вся эта ложь — способ запутать сотрудников. Только вот зачем? — В таком случае я предлагаю вам пойти с нами! — Ник хлопнул в ладоши. — В паре километрах отсюда лежит город, принадлежащий Торговой Организации. Там вы сможете передохнуть, пообщаться с нашими приветливыми жителями и весело провести время! Где-то Агата уже слышала эти слова. Приветливый и весёлый… Хм…

***

.--. .-. .. .-- . - ... - .-- ..- ..-- --..-- -... .- --.. .- .-.-.-

-. .- ..- .-. --- .-- -. . .---- .---- .--. .-. --- -.. --- .-.. ...- .- ..-- - ... .-.- .- -.- - .. .-- -. -.-- . .-. .- -... --- - -.-- .-.-.- -.- .- -.- .. . .. -- . -. -. --- — .--. --- -.. .-. --- -... -. . . -.. --- .-.. --- ...- ..- .-- ... .-.. . -.. ..- ..-- --.- . -- --- - ---. . - . .-.-.- .-.- -.. --- .-.. ...- . -. ..- -... . -.. .. - -..- ... .-.- .-- -.. --- ... - --- .-- . .-. -. --- ... - .. .. -. ..-. --- .-. -- .- -.-. .. .. .-.-.- . ... - -..- .--. --- -.. --- --.. .-. . -. .. .-.- --..-- ---. - --- --.. .- -- -. --- .--- .. -.. . - -. .- -... .-.. ..-- -.. . -. .. . .-.-.- -. .. .-.. -- . .--- ... --- -. .-.-.- № ...-- ----- ----- ..... -....

***

      Путники шли в достаточно быстром темпе, но на этот раз их команда стала чуть-чуть больше. Ник то и дело шутил, что-то спрашивал у Кевалина или Агаты, часто жестикулируя, виляя между темами. Порой юноша мог несколько минут вести монолог на какую-то очень простую и несуразную тему. Например, о странной погоде: вроде бы простой вопрос, где тут копаться? Но нет, зеленоглазый лез глубже, размышляя, что сам Бог когда-то оставил это место, а перед уходом остановил время и погоду. И всё действительно зависло, пока человек не стал исследовать Уровни Закулисья, открывая для себя много нового. Что если каждая новая реальность оживает, стоит какому-то путнику попасть в неё, но стоит ему уйти, отыскав выход, как время в ней останавливается? Что если кто-то наблюдает за тем, как мы живём, пытаемся выбраться из моря проблем, отыскать кусочек карты, который может указать дорогу в Рай? Ведь если подумать, то все наши жизни очень коротки, прямо как серии. В таком случае можно ли сказать, что весь мир — один огромный сериал, тянущийся на несколько сотен сезонов? И каждая новая серия — жизнь одного мультипликационного героя. Что если Закулисье было придумано для поднятия интереса зрителей? Ведь мало кто из нас живёт, а не существует. Мы растём, проходим через боль и агонию, работаем, а потом за этой же работой и умираем. Но если нас случайно выдернуть из колеи, переместить в другие обстоятельства, наблюдать будет интереснее. Кому любопытно смотреть на скучное, цикличное бытие, если можно выбрать приключения, будоражащие нервы, заставляющие нас неотрывно наблюдать за картинкой на экране… Задумайтесь: а какой ВЫ мультипликационный герой? Что в вас есть особенного? И мало ли, вдруг когда-нибудь вас тоже затащат в Закулисье?       Агата часто кидала косые взгляды на Кевалина, но его взор будто стал пустым, холодным… Прямо как в начале их совместного путешествия. Вот только сероглазый скрывал эту отчуждённость за спокойствием и безразличием. И не поспоришь: у юноши хорошо получалось играть эту роль. Даже Агата, которая знакома с ним уже несколько дней, а возможно и недель, не могла прочитать ни одной эмоции. Кевалин будто снова заперся глубоко в себе, наблюдая за происходящим из окна. На все расспросы Ника юноша отвечал спокойно, часто уходя от вопроса, снова и снова толкая сотрудника Н.Т.О.З. в новые размышления, а вот когда любопытный зеленоглазый начинал беседу с Агатой, та в ответ часто отшучивалась, заваливая вопросами блондина. Она спрашивала всё, что приходило в голову: как зовут знакомых Ника, из реальности он или был рождён в Закулисье, как долго он работает в Н.Т.О.З, какую должность занимает… Всё, что уж точно не подставит Агату.       Девушка очень редко использовала ложь. В основном только в те моменты, когда мать вдруг замечала отсутствие дочери, а потом лениво допрашивала, где она была. Агата знала, что её опекунше будет всё равно, если зеленоглазая скажет, что была на уроках или на дополнительных секциях. О прогулках по городу и встречах с друзьями приходилось умалчивать, ведь стоило русоволосой заикнуться о своём свободном времени, как мать начинала долгую и муторную ссору, твердя, что её дочь делает всё, кроме учёбы. На самом деле было обидно слышать такие слова от единственного близкого человека, но со временем Агата привыкла ставить перед собой что-то в духе барьера или стены, которые не позволяли обидным словам сделать больно. Иначе говоря, самообман.       В очередной раз кинув взор на окружение, Агата подметила, что многоэтажек стало значительно больше, а жилые дома расходились, плавно переплывая на задний фон и постепенно исчезая из виду. Зелёные глаза уже не замечали чьей-то давно высохшей одежды на балконах, рекламные щиты, плакаты которые были разорваны на несколько частей, свисающих вниз… Дорог стало больше: они то расходились, то соединялись, превращаясь в огромную полосу. То и дело по улицам проносились какие-то жухлые, пожелтевшие от времени листы бумаги, подгоняемые прохладным ветром. Небо так и не прояснилось: серо-керосиновое полотно продолжало простилаться далеко вперёд. Интересно, здесь когда-нибудь ездили машины? Реальные автомобили, управляемые не Безликими, а людьми.       Интересно, а вдруг каждый уровень — это маленькая Земля? Что если на самом деле путешественники передвигаются по целым планетам? В таком случае понятно, откуда появилось бесконечное море и огроменный город, который, судя по всему, даже не собирается заканчиваться. Но откуда тогда копирующие друг друга офисные помещения и залы? Они же должны быть… Где-то. В каком-то здании… Не может же весь мир покрываться только коридорами и комнатами? Ладно, море, возможно и пещеры, но вот бесконечный отель… Хотя кто знает, кто знает… Есть ли тогда шанс увидеть звёзды? Пусть и далёкие, едва мерцающие… Есть ли вообще что-то там, за этой серой пеленой, состоящей из облаков?       Агата отвлеклась от своих раздумий, заметив огромные, высокие бетонные стены и таких же размеров металлические ворота. В отличие от Б.И.Г., Н.Т.О.З. явно не отказывает себе в пространстве. Что ж, похоже позволяют ресурсы и возможности… Зелёные глаза то и дело замечали кривые надписи, написанные явно баллончиком ярко-жёлтой краски. «База Вольт» и «Национальная Торговая Организация Закулисья» — вот о чём говорил текст на стенах аванпоста. Похоже, этим местом руководствуется само Н.Т.О.З. Стоило путникам вплотную подойти к воротам, как послышался грохот пришедших в работу шестерёнок. Агата чувствовала, как земля под ногами едва подрагивает, а маленькие камни подскакивают на месте. Постепенно металлическая преграда открывала проход дальше, а когда весь шум стих, Ник громко и чётко провозгласил: — Итак, Аделина и Кристофер, добро пожаловать на Базу Вольт, принадлежащую Н.Т.О.З! Мы безумно рады видеть вас здесь!

***

      К сожалению, Нику и не проронившему ни слова Эвану пришлось оставить путников наедине. Как объяснил очень разговорчивый сотрудник, на данный момент База Вольт только развивается и растёт: жители приходят, а от главного аванпоста Н.Т.О.З, находящемся на Уровне 2, присылаются сотрудники, готовые работать и обучать новобранцев. Простыми словами: жизнь кипит и только зарождается.       Здесь было намного больше людей, чем на Базе Б.И.Г. Агата замечала маленьких детей, выбегающих из-за углов. Их громкий хохот немного резал уши, но всё равно растворялся в толпе. Были и подростки, прогуливающихся по дорогам, занятые взрослые, которые то и дело метались из одного угла улицы в другой. Все были такими разными: кто-то имел ядовито-зелёные глаза, а кто-то угольно-чёрные или светло-голубые, напоминающие кусочки льда… Что скрывать, Агата даже видела ребёнка с гетерохромией! Здесь так много народу… Голова начинала болеть от слишком большого количества звуков: это были разговоры, смех, топот ног… Интересно, сколько людей здесь будет, когда База окончательно освоится и наберёт нужное количество сотрудников, оружия для защиты и провизии?       Но у всех этих людей была одна общая схожесть: улыбки. Те же хитрые, тонкие, будто нарисованные карандашом. Такие же ухмылки были и у Эвана с Ником. Каждый улыбался прохожим, несмотря на то, что он сам делает: вот какой-то нервный мужчина летит по улице. Видно, как пот рекой бежит с его лица, а глаза бегают, но на лице всё равно была улыбка. Или другой случай — подросток чуть не наехал на проходящего мимо взрослого, но вместо испуга или короткой перепалки, которая обычно обрывается на извинениях, они ухмыльнулись ещё шире. Это было… Немного странно. По крайней мере Агата ещё не видела настолько позитивных и оптимистичных жителей. Что сказать, они улыбаются, даже когда кто-то ссорится или что-то не поделил!       Тем не менее Агате очень нравилась эта атмосфера в городе. Она очень давно не видела смутно знакомые домишки, бегущие силуэты на фоне гигантской массовки… Глаза разбегались, цепляясь за огромное количество деталей, встречающихся по пути: редкие провода над головой, фонарные столбы, которые скорее всего сделаны просто для красоты, скамейки, какие-то ларьки, шумные заведения и цветные вывески, многие из которых написаны от руки… До ушей уже очень давно не доносилось шарканье едва поднимающихся от земли ног, цоканье каблуков, утопающее во всеобщем гуле… Слева и справа Агата часто слышала приветствия в свою сторону. Многие местные жители приветливо махали руками, всё так же широко улыбаясь. Кто-то даже подпрыгивал на месте, не в силах сдерживать свои эмоции. Чувство Дежавю вновь слабо обняло со спины, еле слышно молвя что-то нечленораздельное. Зеленоглазая давно не чувствовала себя маленькой частичкой одного огромного, вечно двигающегося механизма. До этого момента она всегда была на виду: единственной тенью, перемещающейся по грязным стенам домов, единственным голосом, чьё эхо бьётся о звенящую тишину. А сейчас Закулисье будто предоставило возможность вновь раствориться в толпе, скрыться за кучей ног, лиц и глаз… Кстати о глазах. Как подметила Агата, многие прохожие часто кидали взгляды на неё и Кевалина. Зелёные глаза то и дело встречались с другими взорами: холодными, пустыми, радостными и даже жуткими. Смотрели дети, взрослые, хозяева ларьков, стоящих на улице… Так пристально, неотрывно, пока путники не скрывались среди других прохожих. Это странно. Быть может, они как-то выделяются среди толпы? Каким-то элементом одежды или цветом? Ведь не могут же почти все прохожие в один момент заметить идущих путешественников, так ведь?       Агата кинула косой взгляд на Кевалина. Он выглядел очень мрачно. Юноша опустил взгляд в пол, лишь изредка поднимая голову, чтобы бегло осмотреться. Русоволосый спрятал руки в карманах, а в серых глазах застыла высокая тень нервозности и обеспокоенности. Агата видела такого Кевалина только один раз: в их первую встречу. Тогда юноша тоже был сбит с толку, вырван из колеи… Будто что-то пошло не по его плану… — Хей, здесь так шумно и оживлённо! — Агата хмыкнула, повернув голову к компаньону. — Здесь все такие радостные и счастливые!.. — Не сказал бы, что всё так поверхностно. — Сухо бросил Кевалин, не преставая осматриваться и недоверчиво хмурясь. Агата выгнула бровь. Что это с ним? Стоило путникам переступить порог Базы, как на сероглазом лица нет! Хотя… Нет, всё началось с появления Ника и Эвана! Зачем была вообще начата эта лживая игра с ролями? Неужели у русоволосого опять какое-то чутьё на что-то опасное? Или вдруг те сотрудники знакомы ему? Ведь когда-то Н.Т.О.З. шло бок о бок с Б.И.Г., верно? Но сколько времени прошло с того момента? — Эти люди напоминают мне о Дженни. — Прокомментировала Агата, снова попытавшись вывести разговор хоть в какое-то русло. — Джейн родилась здесь. — Кратко ответил Кевалин, слабо кивнув. Снова эта сухость и холод… Такое чувство, будто общение путников резко откатилось назад, превратившись в то, что было в самом начале путешествия. Он же знает, что Агата ненавидит его через чур краткие и совершенно безэмоциональные ответы… Зачем тогда снова вставать на те же грабли? Он издевается?

Как же…

Это…

РАЗДРАЖАЕТ!

      Агата крепко вцепилась в руку русоволосого, а затем потащила того в первый попавшийся переулок, где не было лишних глаз и ушей. Широко шагая, Агата несколько раз сворачивала и петляла, уходя куда-то вглубь узких проходов. Зеленоглазая ловила на себе кучу пристальных взоров, но ей было плевать. Путь смотрят. Какая кому разница, что тут происходит?! Наконец путники остановились. — Да что с тобой?! Что опять не так?! — Русоволосая сжала руки в кулаки до такой степени, что костяшки стали белеть на глазах. — Это всего лишь люди! Что тебя снова не устраивает?! Их приветливость и гостеприимность?! — Ты просто не знаешь многих тонкостей. — Кевалин нахмурился, но пока что держал спокойный тон. — Так объясни! Если тебе было дано задание, это не означает, что ты не можешь мне что-то рассказать! В конце концов, я не какой-то там сотрудник, который может вскрыть все ваши Биговские планы! Всё было так классно ровно до тех пор, пока ты СНОВА не начал вести себя, как какой-то выродок! — Агата сцепила зубы, злобно сверкнув ярко-зелёными глазами. — А главное ты говоришь, что «ты не должна это знать», «тебя это не касается», а потом по ТВОЕЙ ЖЕ вине мы и попадаем в полную чертовщину! Кажется, это прозвучало слишком грубо и громко. Агата не хотела этого говорить. По крайней мере не в такой форме. Зеленоглазая тут же пожалела о сказанных словах, но к сожалению, она опомнилась слишком поздно. Едкое пламя гнева стало меньше, а совесть подала голос, больно пройдясь своими острыми когтями по сердцу. Послышался хруст — ладони Кевалина тоже сжались в кулаки, но в отличие от русоволосой, юноша молчал, судя по всему подбирая слова. — П-подожди, я не совсем это хотела сказать! — Разговоры в сторону, Блер. — Чётко процедил Кевалин, не дав Агате договорить. Последовал тяжёлый вздох, после чего тон сероглазого совсем чуть-чуть смягчился. — Ты устала, я устал. Думаю, какое-то время нам стоит провести по отдельности. Я не хочу с тобой лишний раз ссориться, так что пойми меня правильно. С этими словами юноша удалился, оставив зеленоглазую в полном одиночестве. Та не успела догнать напарника, ведь тот довольно быстро скрылся в толпе. Гнев окончательно оставил Агату, но ему на смену пришёл стыд и укор совести. Она правда не хотела.

***

.--. .-. .. .-- . - ... - .-- ..- ..-- --..-- -. .. .-.. .-.-.-

.-.- - . -... .-.- .--. --- -. .-.- .-.. .-.-.- .. -. ..-. --- .-. -- .- -.-. .. .-.- -... ..- -.. . - .--. . .-. . -.. .- -. .- .- -.. -- .. -. .. ... - .-. .- -.-. .. .. -... .-.-.- .. .-.-.- --. .-.-.- . --.- . .-. .- --.. -... .-.. .- --. --- -.. .- .-. ..-- - . -... .-.- --.. .- ..- ... . .-. -.. -. ..- ..-- .-. .- -... --- - ..- .-.-.- -... . .-. . --. .. ... . -... .-.- .-.-.- .. -. ..-. --- .-. -- .- -.-. .. --- -. -. -.-- .--- -... .-.. --- -.- .-.-.- --. .-. ..-.. --. --. .-. .. -. .-.-.- № .---- ---.. --... -....

***

      Вся эта чёртова история так глупа. Даже противно осознавать, что ты являешься её частью. Да и вообще эта ссора была создана на пустом месте. Как же она не понимает: это для её же блага. Ради её чёртовой безопасности. Никто не знает, что было, если бы за обоими путниками кто-то отправил преследователей. Ладно, с сероглазым всё ясно: он может постоять за себя. Практика уже не раз показала, что юноша способен направить дуло пистолета на человека, несмотря ни на что. Если этот кто-то встал на пути Кевалина или попытался сорвать его миссию и навредить другим, то уже никакие связи не спасут. Сероглазый всё равно догонит, всё равно отомстит, дав ответный удар. Кевалин больше не позволит случиться непоправимому. Он дал ей обещание. И поверьте, он сделает всё что угодно, потому что своё слово ты обязан держать, раз позволил себе произнести клятву. Прямолинейное, но простое правило, которое соблюдает не каждый из нас.       Кевалин молча шёл по дороге, изредка сворачивая в переулки и выходя на другую часть улицы. Он не знал, куда вообще идёт. Мозг в тот момент был занят своим делом, пока ноги неслись в неизвестном направлении. В голову медленно ползли мысли и воспоминания. Они были похожи на чёрные нити или цепи, тянущие назад, прямиком в огромную пропасть — бездну оживших кошмаров, несбывшихся желаний и сожалений. Если подумать, то здесь, в этом проклятом Закулисье, Кевалин потерял уже достаточно большой кусок своей жизни. И подумать только: в реальности прошло всего четыре года! Но что юноша успел повидать за эти четыре года…       Юноша отчётливо помнил ту самую экспедицию. С какой же прытью ещё молодой Пейдж рвался туда, за ворота. Он думал о самых разных местах, которые ему было суждено увидеть: это был и бесконечный океан, и огроменный отель, тёмный лес, на земле которого лежит толстый слой багровых листьев, смутно напоминающих алые капли крови, бесконечно повторяющиеся комнаты и коридоры, из которых нужно искать выход… Конечно, это пугало. На каждом шагу сотрудника могла поджидать опасность: монстры, неожиданное изменение уровней, ложные выходы, ведущие неизвестно куда… Но Кевалин был не один. Кто сказал, что все странности и тонкости Закулисья юноша познавал в одиночку?       Их было трое. Русоволосый прекрасно помнил их имена: Каролина Гастман, Оливер Роджер и Купер Кейс. Вся тройка крепко связана с ним, а сероглазый с ними. Каролина и Оливер были точно такими же стажёрами, как когда-то и Кевалин, но с более обширным опытом, а Купер был командиром и наставником, самым главным и старшим в маленьком отряде сотрудников Б.И.Г. Тогда Закулисье только изучалось, оно казалось более устрашающим и жутким, огромным капканом, в который попало несколько запуганных кроликов. Тогда человек почти ничего не знал об этих бесконечных коридорах, а в душах каждого горело яркое желание приложить все усилия для поиска выхода. Все старались, никто не сидел на месте: группы объединялись, находили провизию и оружие, защищали друг друга, стоя плечом к плечу… Каждый Попаданец хотел вернуться домой. Кто-то оставил по ту сторону реальности слишком много: семья, друзья, дом, родные люди… И в истерзанных агонией и болью душах горела маленькая свечка надежды. Много кто не хотел мириться со своей судьбой, пытаясь изменить её. Дорога к выходу из Закулисья не была построена из досок или труб. Нет… Она построена из гор костей и разлагающихся трупов — тех, кто так и не смог обмануть саму Смерть.       Пожалуй, это был самый тёплый опыт работы в команде. Вместе с отрядом было не так страшно путешествовать по незнакомым уровням, обороняться от монстров, открывать что-то новое, пока необузданное человеком, ведь даже самую страшную ситуацию можно скрасить колкой шуткой, заставляющей смех вырваться наружу. …Почти любую ситуацию.       Всему хорошему рано или поздно суждено закончиться. Невозможно быть вечно счастливым и удачливым. Рано или поздно Судьба посмотрит на тебя, очередную куклу, с которой можно хорошо развлечься.       Оливер… Он был очень смышлёным парнем. Немного запуганным и нервным, но в целом очень хорошим работником. Кевалин помнил его очки, которые всё время разбивались, ярко-зелёные глаза, вечно бегающие и смотрящие по углам, трясущиеся потные ладони, из которых то и дело что-то выскакивало и билось… Но несмотря на свою неуклюжесть, Оливер был приятным собеседником. Он интересовался всем, что только видел: строение Закулисья, эволюция и развитие сущностей, своя физика на каждом уровне… Зеленоглазый юноша, гордо носящий номер 2005, хотел ответить на все вопросы, заткнуть все дыры, не дающие посмотреть на всю картину целиком. Пазл за пазлом, шаг за шагом… Желание знаний ярко горело в его душе.       Оливер боялся больше всех. Он часто нервничал, дёргался и почти никогда не отпускал оружие из своих трясущихся рук. Юноша был очень мягким для Закулисья: он с трудом мог выстрелить в человека, даже если тот обезумел и давно перестал быть разумным существом. Жалость и страх. Оливер был просто не готов к тому, что Закулисье преподносило путникам. Желание знаний и милосердие циркулировали в его венах, хотя холодные и когтистые лапы страха и неуверенности сомкнулись на шее молодого сотрудника. Юноша боялся, но всё равно шёл. Но даже его страсть двигать исследования Закулисья вперёд не смогла уберечь его. Оливер не дожил до своих дней. Пожалуй, нервозность и неуклюжесть его и погубила.

***

      Тогда, в Котельной на Уровне 5, было особенно жарко. Кевалин отчётливо помнил, как нёсся по узким проходам мимо огромных, вечно работающих машин. Они то и дело выпускали из себя горячий воздух, из-за которого приходилось сворачивать и резко менять своё направление. Кислород будто заканчивался, а уставшие глаза на тот момент практически закрывались. Объекты окружения двоились, расплывались, проходя сквозь друг друга… В тот момент юноше казалось, что он вот-вот выплюнет свои горящие лёгкие, а сердце переберётся в голову. На фоне шума работающих механизмов сероглазый слышал и другие звуки: бег других сотрудников и громкий визг, режущий ухо, заставляющий бежать ещё быстрее. Кевалин чувствовал, как пол под ногами медленно, но верно покрывается слоями чернильной субстанции, напоминающей кисель. …Чёртов Утопленник.       За спиной послышался громкий крик, но уже совсем другой. Еле слышный на фоне лязга металла и крутящихся шестерёнок. Полный боли и агонии… Этот вопль одним ударом вырвал Кевалина из реальности. Весь страх будто притупился, спрятавшись где-то в самой глубине души. Ноги автоматически отказывались бежать дальше, а команды в голове поделились на два плана — одни кричали: «беги, если дорога жизнь!», а вторые молили: «кому-то нужна помощь!».       Резко развернувшись, юноша бросился обратно, не обращая внимания на возгласы других сотрудников. Голоса Каролины и капитана Купера тонули в белом шуме, что с каждой секундой разрастался всё больше, давя на черепную коробку. Одно мгновение — и юноша понял, что почти опоздал. Высокая чёрная сущность вцепилась в шею побледневшего от ужаса Оливера, с силой прижимая того к одному из прессов, пока сотрудник глотал воздух как пёс, пытаясь выбраться из крепкой хватки. В уголках зелёных глаз выступили слёзы, а зубы твари опасно блеснули в ярком свете жёлто-оранжевых ламп. Сердце пропустило удар, а затем больно стукнуло по ребру. Время будто стало растягиваться. Звуки стали тише, будто Кевалина от всего происходящего отделяло толстое матовое стекло. — Оливер, чёрт тебя дери! — Рука автоматом нащупала пистолет. Послышался громкий выстрел, а за ним разочарованный визг. Утопленник отбросил Оливера в сторону, как тряпичную куклу, пока сам напуганный до смерти сотрудник оказался на огромной металлической основе. Монстр покачнулся, а затем ударился о другой механизм, стоящий за его спиной. Послышался лязг металла и неприятный жёваный звук, будто чем-то острым провели по сырому мясу. Тварь взвыла, чувствуя, как всю спину и затылок ошпарил раскалённый воздух, а быстро крутящиеся шестерёнки разрывали чёрную кожу. Но было одно но: послышался стук металла о что-то, а за ним последовал истошный крик, полный адской боли и мучений. Кевалин застыл. Подождите… Он же… Выбрался? Верно?..       Все органы будто разом сжало, а кровь остановилась, перестав течь по организму. Холодный пот пробил, а из трясущихся рук чуть не выпал пистолет. Тени стали сгущаться. Юноша с силой прикусил нижнюю губу, а руки потянулись к ушам. Крики повторялись снова и снова. Это были истошные, почти переходящие на хрип мольбы о помощи, но с каждым ударом пресса голос становился всё тише. О, чёрт…       Громкий и разъярённый визг монстра заставил Кевалина опомниться. За секунду до того, как сущность набросилась на сероглазого, юноша успел отпрыгнуть и всадить в голову Утопленника ещё свинца. Сущность скорчилась. На грязный пол стали капать какие-то чёрные ошмётки и жидкость, служащая для монстра кровью. — Что, сука, не нравится?! — Сорвалось с уст сотрудника. Голос предательски дрожал. Юноша хотел окончательно добить монстра последим выстрелом, но вместо громкого и резкого звука послышался щелчок. Твою же мать, ну надо же было патронам закончиться именно сейчас! Монстр что-то прорычал, а затем поднял голову. Серые глаза встретились с несколькими парами диких, узких, как щёлки, зрачков. Ноги стали наливаться свинцом, но Кевалин всё равно заставил себя сдвинуться с места и понестись прочь. Подальше от других сотрудников. Нужно немедленно запутать его. Потеряться среди машин и оставить там.       Страх побуждал ускориться, даже несмотря на то, что ноги уже устали, а в организме не хватало кислорода. Раскалённый воздух был тяжёлым, дышать просто невозможно. В глазах всё слегка размывалось. Юноша часто спотыкался, но заставлял себя вставать, ставя на бег почти все силы. Не можешь защититься — беги. Ещё одно правило выживания в Закулисье. Сероглазый слышал, как неповоротливая тварь ударяется о механизмы, не рассчитывая свою скорость при резких поворотах. Она рычала, пыхтела, скрипя своими острыми зубами, выла как волк, разочаровано вздыхая. Сущности тоже было крайне тяжело гнаться за своей жертвой.       Эти убийственные догонялки не могли длиться вечно. Силы были на исходе, да и убежать слишком далеко Кевалину не удалось. Впереди показался тупик. Юноша чуть не напоролся на острые металлические трубы, опасно поблёскивающие в тёплом свете ярко-жёлтых ламп. Это был огромный конвейер, везущий на себе всякий хлам: какие-то формы, платина, пластины и шестерёнки. Сбоку в стене виднелась огромная дыра, из которой лил красно-оранжевый свет. Эти вещи идут в мусор, прямиком в объятия лавы. За спиной послышался громкий и нечеловеческий визг, после чего монстр накинулся на русоволосого, с силой прижимая того к раскалённой полосе. Послышалось слабое шипение, после которого Кевалин почувствовал дикую боль в районе левой части лица. С уст сорвался громкий крик. Было ощущение, будто кто-то стал резко сдирать кожу, при этом проводя по разрастающейся ране раскалённым ножом. Юноша чувствовал, как голова начинает гудеть от сильного давления. Кажется: немного — и череп русоволосого расколется пополам! Тёплая кровь хлынула на конвейер, размазываясь по нему, превращаясь в длинный багровый след.       Юноша всеми силами пытался выбраться. Он царапал ледяные лапы сущности, но стоило ему хоть немного оторваться, как монстр начинал давить ещё сильнее. В какой-то момент сероглазому удалось подбить ноги Утопленника, тем самым сбив его с ног. Русоволосый смог выбраться, но сил на бег уже не было. Ватные ноги больше не держали, а темнота в глазах сгущалась. По вискам будто били молотком. Стены сливались с проходами, а пол с потолком. Послышался стук, больно отразившийся на голове — юноша больше не мог держаться на ногах. Лёгкие горели, как и раненая часть лица. Кевалин чувствовал, как тёплая кровь бежит по носу и губам, капая на грязный пол. Шум машин и раздасованное рычание Утопленника превратились в один сплошной гул, будто рой пчёл поселился в голове.       Внезапно послышался ряд громких выстрелов и истошный вопль сущности, после которого её размытый силуэт пропал из виду. В смутных очертаниях Кевалин смог разглядеть кого-то. Он был цветным и едва знакомым. Неизвестный буквально подлетел к русоволосому и, схватив сотрудника Б.И.Г. за плечи, стал слабо трясти. Постепенно слух возвращался, позволяя расслышать хоть какие-то слова. — Кевалин! Ты в порядке?! — Это капитан Купер. Сероглазый смог это понять исключительно по голосу. Всё продолжало плыть, но русоволосый мог едва различить карие глаза, светлые волосы и бледную как мел кожу. Одно отрадно: Кевалин остался в живых. Но в этот же момент пугало другое: юноша одним глазом не видел вообще ничего — просто чернота. — Капитан?.. — Едва шевеля губами спросил Кевалин. Юноша давно не видел Купера таким обеспокоенным и нервным. Наставник всегда был спокоен и непоколебим, будто это вовсе и не человек, а ожившая статуя, которой чужды все эмоции. Но сейчас… — Давай-давай, нам срочно нужно уходить! — Обеспокоенно подгонял капитан, помогая стажёру встать на трясущиеся ноги. — Где… Каролина и Оливер?.. — Кевалин пытался соображать, но за последние пару минут все воспоминания резко вылетели из головы. После огромного цунами, состоящего из страха и напряжения, вся новая и свежая информация в памяти будто стёрлась, как мел с доски. — Каролина ждёт нас. — Купер замолчал на мгновение, но затем продолжил. — Нам… Нам нужно придумать, куда лучше спрятать тело. Сердце в очередной раз больно ударило по ребру. Сколько времени уже прошло, но я всё никак не могу забыть этого.

***

      Сколько времени уже прошло, но Кевалин всё никак не может забыть этот жуткий день. Рука на автомате потянулась к повязке на левой части лица — этот шрам останется с русоволосым на века, до самой его кончины. Он не сможет повернуть время вспять и предотвратить то, что случилось несколько лет назад. Ему очень жаль. Он ведь мог всё предотвратить, избежать, не дать случиться тому, что всё-таки произошло… Ему очень жаль.       Купер… Кевалин помнит с ним не так уж и много воспоминаний. Тем не менее это не означает, что капитан был плохим наставником! Просто… Такое чувство, будто юноша с каждым днём теряет частичку воспоминаний. Маленькую, размером с пылинку… Но эта самая пылинка порой может оставить огромную дыру, испортив и исказив всю картину. Сероглазый смутно представлял светлые волосы, в которых иногда проскакивали пряди седины, шрамы, доставшиеся капитану в приключениях, какие упали на его век. Томный и глубокий взгляд серо-керосиновых глаз всегда и без ошибок подмечал даже маленькие детали, которые порой раскрывали целые тайны: так однажды командир провёл целые сутки, рассматривая афиши, висящие на доске объявлений. Кевалин отчётливо помнил, что когда-то их команда оказалась на уровне, очень напоминающим школу. Там были кабинеты, уборные, целая столовая и всего-навсего одна сущность. В тот момент юноша не понимал, зачем уделять столько времени таким глупым и незначительным вещам? Но как оказалось, эти маленькие кусочки записок и отчётов помогли сотрудникам Б.И.Г. выбраться с уровня целыми и невредимыми. Хм, какой же был номер у этой реальности?.. Подождите, а разве у Купера были серые глаза?       Кевалин помнил, как только учился держать оружие в руках. На лицо невольно натягивалась слабая улыбка, когда в голове всплывали короткие диалоги между наставником и стажёром. — Ургх, чёрт! — Снова бурчал себе под нос ещё молодой Кевалин, издалека видя, что снова попал в молоко. Приходилось очень долго и муторно тренировать меткость. И вроде всё прекрасно: были четвёрки, пятёрки, а порой даже и тройки… Но буквально через одну мишень снова появлялись шестёрки и молоко. Это очень раздражало. — Наберись терпения. — Спокойно отвечал ему Купер, потягивая сигарету. В своде правил Б.И.Г. был давно принят указ о запрете курения на территории корпусов, но когда это останавливало капитана? — Опыт и навыки приходят со временем. В наших же интересах развить их. Здесь главное не быстрота, а качество работы. Ты знаешь, у нас разные работники: кто-то схватывает налету, а кому-то нужно для этого время, кто-то торопится, делая ошибку на ошибке, а кто-то не спешит, взвешивая все свои возможности и выбирая то направление, в котором ему стоит двигаться. И Кевалин хмурился, но продолжал. Он старался всегда выводить результаты на максимум, на самый высокий уровень, какой позволял сероглазому. Работать усердно, работать продуктивно. Чётко, уравновешенно, без единой помарки. А если такая находится, то нужно выяснить, в чём же ошибка. Именно этому юноша научился у Купера. Использовать всю информацию, которую преподносит Закулисье и более терпеливо относиться к окружающему миру. Да, порой сероглазый слишком груб и прямолинеен, но он учится давать людям поблажки и вторые шансы. В конце концов мир правда жесток, а у многих из нас всегда будет ещё одна попытка, шанс не допустить провала и добиться цели. Но к сожалению, даже с командиром Судьба обошлась очень жестоко.

***

      Быстрый бег, сбитое дыхание и почти полная отключка мозга. Да, воспоминание в очередной раз начиналось с погони. Но на этот раз обстоятельства были слегка изменены: теперь сущностей было много. Стоило сероглазому обернуться, как на него тут же устремлялись сотни, нет, тысячи белых, совсем крошечных зрачков. Сущности, гонящиеся за путниками, издавали громкий визг, пока в это время их огромные и очень широкие улыбки, наполненные ослепительно-белыми зубами, раскрывались. Боковым зрением Кевалин мог видеть чёрные, потресканные в нескольких местах стены. Под ноги то и дело попадали какие-то обломки труб, маленькие лужи… А впереди виднелся только мрак. Юноша бежал практически в слепую, ориентируясь по размытым пятнам, которые на деле являлись стенами.       В горле пересохло, а на лёгкие давила целая гора камней. Голова наливалась свинцом, но ноги продолжали бежать. Позади слышался едкий хохот. Он переливался с хриплого на звонкий, с грубого на нежный и наоборот. Улыбающиеся, преследующие путников, будто ссорились друг с другом, хотя их общение было сложно таковым назвать.       Где-то рядом с Кевалином бежал Купер. Капитан часто приказывал разделиться, если впереди показывалась развилка — так можно запутать Улыбающихся и избавиться от части толпы. Наставник тоже выдохся — это легко понять по сбившемуся тяжёлому дыханию, больше напоминающим хрип. Навигаторы на руках обоих слабо светили голубым светом, показывая, что путешественники вот-вот наткнутся на выход. Порой обоим удавалось оторваться и выиграть для себя немного времени: Улыбающиеся очень неповоротливы и медлительны. Этот факт заметно повышал шансы исследователей на спасение.       Трещин стало меньше, а злобный хохот сущностей стал тише. Они были где-то там, за поворотом, пока путники наткнулись на выход: лифт. О, да, это чёртов лифт! Несколько раз нажав на кнопку вызова, Кевалин быстро выключил всю мерцающую аппаратуру. Только из-за её слабого пищания и свечения монстры обнаружили обоих исследователей. Пот рекой стекал по лбу и красным щекам, грудная клетка то вздымалась, то опускалась. Ледяной воздух резал горло изнутри, принося огромный дискомфорт, а ноги чуть ли не прирастали к полу. Наконец двери лифта открылись. Не теряя ни минуты, Кевалин пулей заскочил в кабину. Они почти на свободе! Но было одно но: Купер остался стоять на месте. На его лице сероглазый заметил обречённую, очень слабую улыбку. Обычно так улыбаются люди, которые вот-вот расстанутся с близким человеком или потеряют свою жизнь. — Капитан? — Кевалин опешил. Он хотел уже продолжить, но его остановили. — Этот лифт очень стар. Внутри нет никаких кнопок. И выдержит он лишь одного человека. — Сероглазый (а серые ли у него глаза?..) покачал головой. Смех и визг Улыбающихся стал намного ближе. Время поджимало. — Ты знаешь, я уже стар и почти ничем не помогу Б.И.Г. — Командир отвёл взгляд. — А ты… На тебя можно положиться. Ты знаешь, у нас больше нет времени и сил на эти догонялки. — Кэп, что Вы несёте?! Я не оставлю Вас здесь! — Кевалин уже хотел выйти, но наставник перекрыл ему дорогу. До уха донёсся звук нажатия кнопки, после чего двери лифта стали закрываться. Сероглазый увидел море блестящих во тьме глаз, что с дикой злобой и жаждой застыли, стоило им увидеть своих жертв. Мгновение — и громкий хохот стал резко приближаться. — Мне очень жаль, Кевалин. Двери окончательно закрылись, после чего по ним несколько раз ударили кулаком. — Нет… Нет, нет, НЕТ! — По щекам стали течь слёзы. Отчаяние поставило русоволосого на колени. Он не верил. Всё не могло закончиться именно так. Почему им достался именно этот выход?! Почему они просто не могли побежать в другую сторону?! Зачем вообще было строить обратный маршрут до Базы Б.И.Г. через Уровень 6?! Что сероглазый скажет начальству и Каролине?!. Кевалин всей душой ненавидел Уровень 6.

***

      Каролина… Пожалуй, она была самой активной и юркой сотрудницей из всех, кого Кевалин мог вспомнить. Она была шустрой и острой на язык, да и в целом никогда не сидела на месте. Стоило Кевалину выйти из конференц-зала после очередной длинной и нудной лекции, как Гастман чуть не сбивала его с ног, несясь по коридору с кучей карт, книг и документов в руках. Казалось, что из Каролины можно качать энергию, и поверьте, её бы хватило на очень долгое время! Именно она брала на себя роль охранника во время отбоя, пока команда путешествовала по уровням злосчастного Закулисья. Девушка была везде: она помогала обработать раны, выдвигала много теорий и гипотез по поводу строения бесконечных лабиринтов и комнат (некоторые из которых даже подтвердились!), рвалась вперёд, желая почувствовать адреналин… В общем, очень заводная сотрудница. Язва и выскочка, активистка и неугомонный ребёнок в теле взрослого. Чем-то сотрудница Б.И.Г. напоминала сероглазому Агату. Такая же легкомысленная, совсем не задумывающаяся над последствиями…       К сожалению, Кевалин имел мало воспоминаний, связанных с Каролиной, а если такие и обнаруживались в пыльных углах памяти, то они уже стали размытыми, чем-то непонятным и мутным. Юноша вырисовывал в голове светлые, обломанные, чем-то напоминающие засохшую траву волосы, собранные в хвост, тёмные глаза, напоминающие водную бездну, тонкие пальцы, покрытые царапинами и незажившими ранами… Каролина всегда отрывала заусенцы и чаще всего одним грубым рывком. Три родинки на левой щеке, напоминающие треугольник… Стоп, а их точно было три?       Тем не менее что-то да осталось в голове. В основном очень размытые и неприятные воспоминания. Нет, Кевалин ни в коем случае не ненавидел свою бывшую напарницу! Да, порой они ссорились друг с другом, но эти споры чаще всего были шуточными и не такими обидными. Пейдж и Гастман были готовы на время перестать друг друга подкалывать и язвить, если дело доходило до парной работы. Но всего лишь на время.

***

      Юноша очень плохо помнил это воспоминание, хотя всё, что связано с Каролиной, должно быть более-менее свежим в памяти, ведь с ней сероглазый виделся чаще, чем… Чем с другими напарниками. Кевалин отчётливо помнил огромный конференц-зал, в углах которого то и дело уборщики обнаруживали немаленькие паутины. Некоторые из кресел, которые обычно занимали обучающиеся студенты (или же стажёры) уже просили о починке: где-то виднелись трещины на хлипких досках, где-то не хватало каких-то деталей… Да и вообще та аудитория давно просила обратить на себя внимание. Ковры нужно было вычистить, убрать достаточно большой слой пыли, проверить аппаратуру, которой пользовались учителя и профессора… Но тогда мало кого интересовал интерьер.       Кевалин представлял целую толпу размытых силуэтов — сотрудников, которые никак не находились в глубинах памяти. Но сероглазый отчётливо помнил бывшего стажёра Коннора. Да, в тот момент оба капитана ещё не получили свои звания. Тогда они были лишь учениками, только познающими всю тяжесть и жестокость Закулисья. Тогда Коннор ещё не получил свой шрам на щеке и ещё парочку на шее и ключицах. Тогда молодой сотрудник смог вернуться из той экспедиции целым и невредимым вместе со своим наставником. Рядом с голубоглазым стояли Нил и Грэг — будущий агент, выполняющий особые задания с определённым рангом сложности и программист, отвечающий за связь с другими группами и систему безопасности Базы Б.И.Г. В сравнение с Коннором эти двое почти не изменились: остались такими же сдержанными и спокойными удавами. Здесь был даже командир Остин — управляющий Б.И.Г. или простыми словами самая главная шишка всей Исследовательской Группы!       Но вот все они случайно оказались не в то время, не в том месте, застав очередные разборки. Всё это… Так выводило. На тот момент прошло уже больше двух недель после возвращения на Базу. Да, многие всё ещё были в подавленном состоянии: почти каждый второй сотрудник не смог добраться до Уровня 1. Будь он капитаном, стажёром или человеком с другим званием — не важно. Закулисье в тот момент не щадило никого. Но помимо разбитых сотрудников были и те, чьи разумы затуманились, а в сердце разгорелась злоба и желание мести.       И вот в очередной раз пустой взор Кевалина встретился с синим, дико устремлённым прямо на него. Юноша прекрасно читал злобу и ненависть в глазах бывшей напарницы. Он знал, что она желает своими же руками свернуть шею русоволосого, дать ему самую мучительную смерть, которую только можно представить. Она винила его в смерти других. В смерти Оливера и Купера. — Нет! Как же вы не понимаете?! Это его вина! Это из-за него капитан не вернулся домой! Это из-за него Оливер не вернулся! Дайте мне в руки что-то, и я отомщу ему за всё, что этот поганец натворил! Клянусь Богом, я заставлю его глотать собственную кровь, пока он не задохнётся в ней! Я его ненавижу! Почему вы его защищаете?! ОН — МОНСТР! ЭТО ЕГО НУЖНО ЗАПЕРЕТЬ К ЧЁРТУ! — Светловолосая визжала, брыкаясь и вырываясь из чужой крепкой хватки других сотрудников, уводящих её прочь из конференц-зала.       Кевалин чувствовал вину. За всё. Он знал, что мог избежать всего этого. Но к сожалению, он совершенно не думал о последствиях, выбирая дорогу, милостиво предоставленную самой коварной и хитрой Судьбой, по которой он пойдёт. От части сероглазому повезло, что Каролина отправилась другим путём, больше не желая видеться ни с Купером, ни с самим русоволосым. После смерти Оливера та весёлая напарница быстро превратилась в нервную и очень агрессивную, уставшую от жизни сотрудницу. Блондинистые волосы постепенно превращались в седину, а живой и здоровый блеск в синих глазах бесследно исчез, оставив только безумие и глубокую пустоту. А ведь если бы Гастман отправилась вместе со стажёром и наставником, то неизвестно, что бы случилось с Кевалином. Вторую смерть девушка бы ему точно не простила. — Довольно, стажёр №2003. Это переходит все границы. — Остин, всё это время сидящий на одном из кресел, встал со своего места, сверкнув ледяными глазами. Его голос был груб. Командир тоже устал. Ему надоело слышать вести о смерти других сотрудников. Ему наскучило разбираться с последствиями «озверевшего» Закулисья. Каролина помрачнела. Её губы мелко задрожали, а синие зрачки на мгновение расширились. Кевалин чувствовал почти весь спектр эмоций бывшей напарницы. Русоволосый поник. Ему было очень жаль. Он правда не хотел, что бы события развернулись именно так. — Пф… Что, ничего не можешь сказать, а? — Голубоглазая кинула взор на него. Он продолжал смотреть в пол, слегка обняв самого себя. — Какой же ты жалкий… Запомни мои слова, предатель… Рано или поздно Карма вернётся… И тогда я лично буду смотреть, как тебя разорвут на части. И я буду смеяться. Долго, даже после того, как твои уродские глаза окончательно захлопнутся на века. Я желаю тебе скорейшей смерти! СЛЫШИШЬ?! — Безумный смех эхом ударился о стены, а затем деревянные двери захлопнулись, оставив после себя гробовую тишину.       Кевалин устал. Ему надоело слышать всё это. Он устал от всего этого кошмара, который вдруг выбрался в реальность. Ему больше не хотелось каждый день просыпаться и делать что-то. Ему было противно смотреть в своё собственное отражение. Эта грёбанная повязка, прячущая за собой ослепший глаз и содранную кожу, всё равно напоминала о том, что случилось. Хотелось забыться и никогда не возвращаться в реальность. Хотелось забыть всё это к чертям, лишь бы жизнь снова стала нормальной. Хотелось исчезнуть и больше никогда не находиться. Хотелось поставить над собой точку и вычеркнуть себя из этого бесконечного сна, не несущего ничего хорошего.

— «Пообещай мне, что будешь беречь свою спутницу.»

Это были последние слова Каролины. Именно её тогда Кевалин встретил на Уровне 2. Именно в её обезумевшую голову он без раздумий всадил свинец. Именно она была старым товарищем. Но она больше не посмеет сомневаться в сероглазом. Она больше не имеет права сбивать его и путать. Он не позволит повториться тому, что случилось несколько лет назад. Он приложит все усилия, но доведёт Агату до безопасного места. А ссора… Всем нам свойственно ругаться.       От мыслей сероглазого отвлёк еле слышный свистящий звук, после которого в плечо вонзилось что-то острое. Стоило юноше развернуться, как он смог заметить двух смутно знакомых типов в одном из переулков. Чьи-то ядовито-зелёные глаза сверкнули в полумраке, а тонкая ухмылка в один миг превратилась в оскал. Перед глазами весь мир стал расплываться и отдаляться, превращаясь в одну маленькую точку. Весь мир будто стал замедляться. Неожиданная волна слабости поставила русоволосого на колени. Голову пронзала неприятная боль. В глазах помутнело. Последнее, что смог услышать юноша, перед тем как потерять связь с миром, были приближающиеся шаги и знакомый голос. — Прошу прощения за столь жестокое действие, Кристофер, но Ваша персона заинтересовала кое-кого.

***

      Шаги утопали во всеобщем хаосе звуков. До уха то и дело доносились чьи-то крики, возгласы и приветствия. Перед глазами мелькали цветные силуэты. Они были низкими и высокими, медленными и шустрыми. Они шли компаниями или одни. Кто-то хохотал, а кто-то просто молча шёл с улыбкой на лице. Но сейчас Агате было плевать на то, что происходит. Она просто брела по улицам, смотря куда-то сквозь землю.       Чувство вины душило, сжимая шею как тиски. Все мысли вдруг резко окрасились в чёрный, будто став той чернильной субстанцией, которую Агата видела на Уровне 2. Голова медленно, но верно наливалась свинцом, становясь тяжёлой от тревожных мыслей. Зеленоглазая не хотела. Она правда не стремилась разжигать всю эту ссору, хотя по факту она была начата с пустого места. Просто… Кевалин снова начал вести себя так, как будто ему на всё происходящее вокруг абсолютно всё равно! Будто до этого ничего не было, и путешественники вообще только начали свой путь! Ладно, опустим эту дурацкую ложь при Нике и Эване, но даже когда эти двое ушли, сероглазый продолжил вести себя по-идиотски! Это так раздражает!       Хотя… Что-то же должно было так на него повлиять, верно? Агата не помнила, что б Кевалин начинал злиться или кричать просто так. Он вёл себя вполне естественно: никаких резких перепадов настроения… Хотя, Агата не врач, что б ставить кому-то диагнозы. Но факт остаётся фактом: нервозность и напряжение Кевалина не могли взяться просто так. Тогда… Что могло произойти? В первую очередь Агату посетила одна мысль, связывающая Б.И.Г. и Н.Т.О.З.: всё ведь началось с появлением сотрудников Торговой Организации, верно? Может, между этими группами что-то произошло? В конце концов, мы — люди. Нам вполне свойственны ссоры и конфликты, потому что мы не научены жить в мире. Каждый день что-то да происходит: отравляются реки, начинаются войны, сотни, а то и тысячи людей гибнут из-за других, стоящих на уровень значимости выше. Одни зависят от кого-то другого, а тем в свою очередь весьма потешно наблюдать, как их личные марионетки готовы сделать всё что угодно, лишь бы остаться на сцене.       Большинство встреч не случайны: люди, которых мы видим, очень часто преподносят нам какой-то урок. Только так Судьба может общаться с нами — косвенно, через других. И порой нужно смотреть сквозь реальный и невсамделишный мир: возможно, именно ваш сосед по комнате может играть роль главного чудовища в ваших кошмарах, а человек, с которым вы раньше дружили, но по каким-то причинам разошлись, может взять на себя маску некого спасителя. Но стоит помнить: эти роли — иллюзия. Мир снов значительно отличается от реальности, пусть по началу пытается казаться нам настоящим миром.       Агата отвлеклась от мыслей, вдруг подметив для себя, что она больше не слышит чьих-то голосов. Зеленоглазая остановилась и осмотрелась: никого. Совсем никого! Такое ощущение, будто все жители попрятались в домах и переулках! Появилось слабое чувство Дежавю. Однажды Агата также перестала слышать окружающий мир, а потом подметила странную дверь. Стоп, только не говорите, что…       Зелёные глаза снова подметили странный проход. Деревянная основа была покрыта царапинами и рубцами, ручка практически отваливалась, а сквозь трещины в сырой от влаги древесине проскакивали какие-то растения, смутно напоминающие мох. Погодите, да это же та же самая дверь, которую Агата видела в метро! — «Ну нет. Не в этот раз.» — Пронеслось в голове, после чего девушка развернулась, пойдя в обратном направлении. Ничем хорошим это не пахло. Русоволосая больше не купится на этот трюк со странной дверью! Хотя… А вдруг она сможет привести путницу в реальность?.. …Нет. Кевалин сам говорил: выход из Закулисья только один. Всё это — полная чушь.       Агата кивнула сама себе, более уверено шагая вперёд. Ей тут нечего делать. Не стоит вестись на сладкую ложь. Ничем хорошим вся эта история не кончится. И вообще… Стоит найти Кевалина. Отыскать его и извиниться. Зеленоглазой просто не нравилось общение сероглазого, она не хотела говорить о проблемах и опасных ситуациях, в которых она успела побывать за это время. Если подумать, то тогда, на Уровне 2, Агата сама отошла слишком далеко от напарника, хотя тот просил не уходить. Да и история с тем Многоруким тоже не закончилась хорошо, если бы юноша последовал мыслям русоволосой и выстрелил в монстра. Это ничем бы не помогло, ведь Многоруки — всего лишь конечности, в которых не течёт кровь, но по какой-то причине они продолжают двигаться и работать. Да уж, Закулисье, умеешь же ты создавать себе сущностей…       Агата вновь отвлеклась от своих мыслей и воспоминаний. Девушка остановилась, а затем осмотрелась: перед глазами были всё те же дома, дорога, нерабочие фонари, скамейки… И опять дверь. Кажется, зеленоглазая ходит по кругу. Но хей, она же просто шла прямо! Только не говорите, что у неё нет никакого выбора! — «Да вы издеваетесь…» — Пронеслось в голове, пока Агата подходила к двери. Она была очень грязной, будто на неё вылили целое ведро грязной воды с помоями. До уха вдруг донёсся странный звук, отдалённо напоминающий белый шум. Это напрягло. — Что ж, была не была… — Пробурчала себе под нос зеленоглазая, покрепче взявшись за ручку. Одно движение — и дверь стала открываться с противным, очень громким скрипом. Эта история явно не приведёт ни к чему хорошему. Совершенно…

***

— Итак, мой дорогой Кристофер… — Послышалось за спиной, после чего до уха донёсся звук звякнувших ключей и поворот замка. Юноша вновь попытался выбраться, но толстые верёвки, не дающие встать со стула, только царапали бледную кожу, оставляя синяки. Свет от маленькой лампы, прикрученной к потолку, не давал нормально осмотреться. Но Кевалин знал одно: в помещении, в котором он оказался, нет окон, зато есть один выход, который только что кто-то запер на замок. Чёрт. На стол, стоящий перед самим русоволосым, грохнулась немаленькая пачка каких-то документов. — Это же не твоё настоящее имя, верно? И да, прости, мне удобнее обращаться к моим гостям на «ты». Русоволосый встретился взглядом с ярко-зелёными, хитро блеснувшими в полумраке глазами, под которыми виднелись достаточно большие синяки. Похоже, неизвестный не спал несколько суток подряд. Кевалин подметил тёмно-русые, слегка растрёпанные волосы, похожие на иголки. Та же тонкая, будто сделанная ножом улыбка… Сам неизвестный был одет в белый халат, рукава которого были закатаны до локтей. Длинные штаны, начищенные до блеска ботинки… Кажется, это какая-то важная шишка. Тогда дела плохи. Неизвестный подошёл к путнику и приподнял его подбородок, долго всматриваясь в серые глаза. — Кого-то ты мне напоминаешь… Кевалин продолжал молчать. Юноше не нравился весь этот диалог. Его напрягало положение, в которого его загнали. В конце концов, будь это просто беседа, то руки и ноги русоволосого бы не привязали к стулу. — Ну же, я не такой уж и жуткий! Я всего лишь пригласил тебя на собеседование. Да, вновь извиняюсь за своих подчинённых: порой они понимают мои приказы слишком буквально, ха-ха! — Неизвестный хмыкнул, отойдя от Кевалина и скрестив руки на груди. — Меня зовут Джеф Фрост, и я являюсь главным директором исследовательского блока на нашей Базе. — Что Вам нужно? — Юноша нахмурился, сверкнув серым глазом. Его бесили все эти прогулки вокруг да около. — Ох, ты так быстро решил перейти на главную причину твоего нахождения здесь? Хорошо, давай сразу перейдём к теме нашего диалога… — Джеф улыбнулся ещё шире, а затем его руки стали быстро перебирать документы, валяющиеся на столе. Как подметил Кевалин, пальцы Фроста были все исцарапаны. Кажется, этот исследователь бóльшую часть своего времени занимается бумажной работой. — Мы оба прекрасно знаем, что вам обоим стоило лучше подготовиться перед тем, как сунуться на Уровень 11. О вашем местоположении мы узнали чуть ли не с самого начала. Ведь вот незадачка: наши радары вдруг уловили ответную волну от навигатора. Не подскажешь-ка мне, чей он? И ведь верно. Кевалин совсем не подумал, что за ними могут наблюдать. Тогда понятно, как те двое сотрудников Н.Т.О.З. смогли отыскать их. Но хей, юноша помнил по последним сводкам, что в Бесконечном городе появилось всего-навсего новое поселение, но никак не База, которая, судя по всему, является необычной, под прикрытием дружелюбного города! — И раз вы двое — всего лишь путешественники, я предлагаю сделку. — Джеф наконец вытащил из горы документов какой-то бланк и положил его перед Кевалином. Рядом с листом оказалась синяя ручка, которую так любезно положил зеленоглазый. — Вы можете остаться с нами и помочь в исследованиях. Самая простая работа: быть манекеном! Или… — Я не согласен на Ваш контракт. Прошу прощения, но меня не интересует роль подопытной крысы. — Прервал исследователя Кевалин, сцепив зубы и закатив глаза. — Или мы воспользуемся вместо тебя твоей подружкой. — Джеф улыбнулся ещё шире. — Я так понимаю, ты сопровождаешь её… А раз так, то вряд ли твоя наёмница справится без тебя. Кевалина будто током ударило. Это чётко выражало безумие и неверие во взгляде, что проскочили на короткое мгновение, но именно этой доли секунды хватило учёному на то, чтобы убедиться в существовании слабого места русоволосого. — Бедняжка может заблудиться в бесконечных улицах, случайно провалиться на другой уровень… Или умереть от чужих рук. И не поверишь, как тебе повезло: ты можешь решить, что будет с вами двоими! Сердце пропустило удар, а по спине будто прошлись острыми когтями. Пейдж пытался унять нарастающий гнев, но его и так мрачный вид и сжатые до громкого хруста кулаки выдавали его с головой. — Ну так что… Кристофер? Или мне стоит обращаться к тебе по-другому? — Джеф насмешливо улыбнулся, хотя будет вернее считать эту улыбку оскалом. Кевалин прикусил губу. Останется здесь он — неизвестно, что с ним сделают, но Агата будет в порядке. Но как тогда она пойдёт дальше?

Останется здесь она — неизвестно, что с ней сделают. И Бог знает, что сделают с Кевалином.

Нет. Он обещал, что будет защищать Агату. А слово нужно держать. Он не позволит ей мучиться. Ей есть что терять, в отличие от сероглазого. За тяжёлым вздохом последовал ответ: — Я согласен. Но при условии, что она будет в порядке. — Хороший выбор, мой друг! — Джеф хлопнул в ладоши, а затем зашёл за спину русоволосого, развязывая руки. — Возможно, я даже пойду тебе навстречу и отправлю поисковую группу… Она найдёт твою подружку и в полной целости приведёт на базу Вольт. Там её никто и пальцем не тронет… После верёвок оставалось неприятное покалывание и спазм. Взявшись за ручку, Кевалин оставил подпись и её расшифровку. Он поставил себе приговор. Самолично.       Джеф выхватил листок, стоило сероглазому оторваться от документа, подняв ручку. Исследователь внимательно вчитывался в строки, а затем произнёс: — Ха, Кевалин Пейдж… Так вот, как тебя зовут. Тот самый ученик мистера Купера? Ха-ха! Когда-то мы с ним были приятелями! Как же приятно видеть его последователя… Ох, ты будешь прекрасным сосудом для моих исследований!