The Year We Had (MCYT AU)

Для Дрима пятница была самым длинным днем ​​недели. Он вставал рано и выходил из комнаты к пяти тридцати, чтобы пробежаться и разогреться перед предстоящим днем, прежде чем начнется учебный день. Некоторые видели в его усилиях пустую трату полезного времени сна, но для Дрима это был ритуал. Первый из многих шагов по подготовке к еженедельному матчу по лакроссу, который должен был состояться этой ночью. Раннее утро было его единственным временем наедине со своими мыслями. Редкая передышка от всего хаоса и структуры, которые сопровождали повседневную жизнь в Монтвилле. Обычно по пятницам Техно просыпался во время своей тихой утренней рутины. Дрим выскальзывал из комнаты до восхода солнца и встречал своего соседа по комнате в столовой за завтраком, где они обменивались молчаливыми кивками и занимали свое место за своим обычным столом с остальными друзьями. Это был еженедельный ритуал, ставший признаком приближающихся выходных. Но это утро было другим. Этим утром Техно проснулся раньше Дрима, сидя в темноте, нежно держа в руках рамку для фото. "Техно?" — спросил Дрим сонным голосом, когда он сел и поправил изголовье своей кровати. Он всмотрелся в темноту. «Ты в порядке? Ты никогда не встаешь в пять». — Я, э… — промычал Техно, на мгновение замолчав. Его голос был хриплым, но совсем не таким, каким он обычно звучал по утрам. Дриму потребовалось некоторое время, чтобы понять, что голос Техно сдавлен, как будто он плакал. «Я не мог спать. Тяжелый день сегодня». Дрим сел и потянулся, чтобы осторожно включить лампу на столике. Техно взглянул на него, выдавив легкую улыбку. Его глаза были опухшими и красными, его руки сжимали рамку картины, как будто она могла исчезнуть, если он отпустит ее. Его брови на мгновение метнулись вверх, и он отвернулся, выдавив болезненную улыбку. «Извини. Тебе пора на тренировку. Пятница — важный для тебя день». Светловолосый мальчик нахмурился, прислонившись спиной к стене, скрестив ноги под собой и сложив руки на коленях. — Хочешь поговорить, мужик? Техно прочистил горло, снова взглянув на рамку картины в своих руках. — Я, э-э, я не знаю. Он всхлипнул и вытер глаза, прежде чем слезы успели выступить. Эти эмоции были чуждыми и всепоглощающими, как понял Дрим. Техно никогда не демонстрировало уязвимость. Он был гораздо более склонен насмехаться и закатывать глаза, используя юмор, чтобы справиться со своими чувствами, а не противостоять им. Дрим понял тактику. Когда-то он сам им пользовался. Для Техно, который тихо плачет в темноте, даже не пытаясь скрыть свои слезы или красные глаза, прежде чем Дрим встанет на раннюю тренировку, это должно быть плохо. Это должно быть глубоко больно. Дрим наблюдал, как его друг прочистил горло и взглянул на него. Техно потребовалось много времени, чтобы снова заговорить, и когда ему, наконец, удалось произнести слова, в них не было той определенности и ясности, которые они обычно имели. «У меня, эм, сегодня день рождения у моего лучшего друга». Дрим выжидал, потому что было ясно, что за этим стоит нечто большее. Техно судорожно вздохнул и облизнул пересохшие губы, пытаясь прийти в себя. Случайная слеза ускользнула от его внимания. — Видишь ли, он мертв. Так что сегодня не совсем, ммм, непростой день. — Прости, — тихо сказал Дрим, его глаза упали на руки. «Мне очень жаль. Это должен быть один из самых тяжелых дней в жизни». Техно снова всхлипнул, вытирая нос рукавом. - Да, это больнее, чем я думал, - слабо рассмеялся он. «Ему было бы семнадцать». Дрим не знал, что на это сказать. Внезапный приступ раскаяния пронзил его грудь. Его рот открылся, когда он бросился соображать, что сказать, но Техно продолжал говорить. «Он погиб при взрыве. Это была моя вина. Он вернулся за моей тетрадью, потому что я был идиотом и забыл ее на перемене. даже не знают, что он был там. Они никогда... Они даже не нашли его тело. Ничего не осталось. Это на мне. Брови Дрима нахмурились, и он открыл рот, чтобы сказать ему, что это неправда, но Техно еще не закончил. Он рассмеялся, его тон слегка согрелся горько-сладким одиночеством. «Мы всегда так делали, на дни рождения. Мы… мы сидели вместе на улице и пили эту ужасную газировку. Ты знаешь это голубое дерьмо, с достаточным количеством сахара, чтобы пережить тебя в течение года? Да. синий был его любимым цветом. Это первый раз, когда мы этого не сделали. Только первый день рождения. Наступила долгая мучительная пауза. Когда Дрим заговорил дальше, его голос был мягким. Нежным. Честным. «Техно, ты не виноват в том, что с ним случилось. Ты… ты был без сознания, верно? Ты ничего не мог сделать». «Да, ну, его все еще нет», — сказал Техно, и в этом была горечь. Он продолжал смотреть на рамку картины. Пара слезинок бесшумно скатилась по его щекам. «Я даже не смог присутствовать на похоронах. Я все еще был в больнице. А Уилбур был весь в юридическом дерьме. То же самое с Филом. Так что Томми пошел вместо меня. Дрим долго и тяжело смотрел на него, уже приняв решение. Он на мгновение взглянул на свой будильник, а затем сел немного прямее. «Сегодня я пропускаю тренировку. Нам нужно кое-что сделать». Взгляд Техно метался между ним и часами. — Нет, Дрим, тебе не нужно… — Одевайся, — сказал Дрим, вставая и потягиваясь. «Повседневная одежда. У нас выходной». Он направился к двери, остановившись всего один раз. — Будь готов, когда я вернусь. А потом он ушел. --- — Итак, позвольте мне прояснить ситуацию, — повторил Сэм, устало протирая глаза. «Вы взломали школьную сеть специально, чтобы поиграть в Minecraft?» Фанди взглянул на своих друзей в поисках помощи. "Уххххх." "Нет?" Уилбур попытался, выдергивая аккорд на своей гитаре и изображая самое невинное лицо. — Послушай, Сэм, все не так плохо, как кажется, — сказал Таббо с нервной ухмылкой. «Мы просто играем в кубики. Тебе нравятся кубики, не так ли?» «Таббо, тебе удалось пройти через все защитные шпионские программы, которые придумал технический отдел», — категорично сказал Сэм, глядя на лица детей, которые, казалось, были очень довольны тем, что ничего не выдали. «Это не нормально». "Хорошо, но это довольно забавно, не так ли?" — спросил Джордж, оглядываясь в поисках поддержки. — Типа, это немного забавно. — Это очень смешно, Джордж, — подтвердил Квакити с легким смехом в голосе. «Вы не можете просто взламывать сеть, потому что вам так хочется!» Голос Сэма был полон тревоги. — Я имею в виду, что мы вроде как можем, — сказал Томми, задумчиво глядя на него. «Томми, заткнись», — вмешался Уилбур, не успев продолжить. Он повернулся к Сэму и вежливо улыбнулся. «Мы ничего не сломали. Просто немного повеселились, потому что мы чувствуем, что заслуживаем». «Эта шпионская программа предназначена для вашей защиты», — заверил Сэм, переводя взгляд с Уилбура на Фанди, затем на Томми и Таббо. «Мы защищаем друг друга». — сказал Таббо, пожав плечами. — Я имею в виду, онлайн. Кроме того, если бы хакеры попытались что-то сделать, Фанди просто бы их сразил. — Ты собираешься сказать директору? Томми застонал, откинув голову назад. «Сэм, пожалуйста, ты намного круче». Сэм слегка замялся. Он не знал, что сказать. В конце концов, он вздохнул и протер глаза. — Я не скажу директору. Все обрадовались. «Но! Но ты должен быть осторожен. И если что-то пойдет не так, ты должен немедленно сказать мне». "Ты лучший Сэм!" Таббо ухмыльнулся, поднял камеру Томми и сделал снимок, который почти наверняка был не в фокусе. "Даааа, Сэм Нук!" Томми рассмеялся, снова повернувшись к своему ноутбуку с коварной ухмылкой. --- «Это так здорово, парень», — бредил Томми, проводя руками по волосам и громко смеясь. «Чувак, это так хорошо сделано. Я не могу дождаться». «Аууу, Томми», — улыбнулся Уилбур, протягивая руку и взъерошивая волосы. "Спасибо, чувак. Тебе не кажется, что это немного пошло?" «О, это определенно дрянно», — подтверждает Томми, кивая. — Но это же ты, так что, думаю, все получится. К тому же ты ведь не один играешь, верно? «Нет, нет, думаю, я делаю около шести», — согласился он, подбирая мелодию, пока они говорили. «У меня есть тридцать пять минут, так что на самом деле это все, что я могу вместить в слот». «Мне это очень нравится», — сказал Таббо, улыбаясь с того места, где он сидел на своей кровати. "Ты играешь эту песню для Салли?" Уилбур кивнул. Улыбка Таббо только расширилась. "Аааввввввв". Дверь в спальню внезапно открылась, и в дверях появился Карл. — Эй, чувак, — помахал Уилбур. «Как дела? Просто показываю Томми и Таббо мою новую песню, если хочешь присоединяйся». Карл посмотрел на него со странной смесью эмоций в глазах. Ему потребовалось мгновение, чтобы заговорить. «О, для Салли? Это очень, очень мило, чувак. Я бы хотел, но мне нужно найти Кью. Извини, что прерываю». Томми слегка нахмурился. — Пока, Карл? Карл улыбнулся. "До свидания." А потом он закрыл дверь. «Карл — странный парень, — заметил Таббо. Два других мальчика кивнули в знак согласия. Телефон Томми зазвонил, и светловолосый парень хмуро посмотрел на него, пока не увидел, кто звонит. Его хмурый взгляд исчез, он ответил и включил громкую связь. "Привет, пап." — Привет, Томми, — сказал Фил с улыбкой в ​​голосе. — Просто проверяю, как у тебя дела. Томми тяжело сглотнул, переглянувшись с братом. Они оба знают, что на самом деле это было не о них. Их отец волновался за Техно, поэтому сначала проверил их на случай, если они что-нибудь услышат. «О, э-э, да, да, я в порядке. Я и Уил, мы в порядке. То же самое с Таббо». «Хорошо, хорошо. Просто проверяю. Я слышал, Техно взял выходной?» — спросил Фил, и Томми кивнул, радуясь, что сразу перешел к делу. Он действительно не хотел зависать вокруг этой темы. «Да, он и Дрим проводят день психического здоровья. Что бы это ни значило». Уилбур фыркнул и слегка толкнул брата. «Заткнись, дитя». Он схватил телефон и поднес его ближе к себе. «Но нет, у нас здесь все хорошо, Фил. Все в порядке». «Хорошо. Я рад. Позвони мне, если что-то изменится». --- Техно осторожно поставил рамку картины перед надгробным камнем. Он не был таким отполированным, как в первый раз, когда он увидел его, но это был все тот же камень, который он посещал ранним утром, когда не мог заснуть. Это по-прежнему было неопровержимым доказательством того, что Скеппи когда-то существовал. Он существовал и был лучшим другом Техно. Эта надгробная плита была всем, что осталось от его друга. Томми сказал, что они похоронили некоторые из его любимых вещей вместо тела, и родители Скеппи уехали вскоре после его смерти, забрав с собой все оставшиеся воспоминания. Там, где когда-то была жизнь, полная любви и радости, теперь стоял резной кусок гранита. Это было несправедливо и никогда не будет таковым, но на нем было имя его друга, и поэтому Техно крепко держался за него. Это все, что у него осталось. Был пасмурный день. Дождя нет, но и не особенно солнечно. Воздух был вязким холодком, но он не возражал. Дрим осторожно сел рядом с ним, стараясь не задеть рамку картины, и достал две банки дерьмовой, чертовски ужасной синей газировки. Техно молча взял одну и подержал в руках, чувствуя, как металл охлаждает его горящие ладони. Вес был знакомым и легким. Если бы он закрыл глаза, он мог бы притвориться, что все было так, как было раньше. Но закрытие глаз не изменит прошлого. Это не избавит его от шрамов и не вернет его друга. Техно уставился на картинку. Его любимая картина. Двое детей с одинаковыми улыбками сидят на выцветшем диване в доме Скеппи. Томми сделал это несколько лет назад, как раз после того, как Техно начал красить волосы. Конечно, Скеппи тоже подкрасил свои волосы синим цветом, просто потому, что не хотел остаться в стороне. Он всегда был таким другом — таким, который не позволил бы тебе заниматься ерундой в одиночку. Верный до конца. Техно знал, что никогда не перестанет скучать по нему. Сколько бы времени ни прошло и как бы тяжело ни становилось вспоминать заразительный смех друга, он знал, что это ощущение пустоты останется. На картине перед ним были лица двух мальчиков, навсегда потерянных во времени. Один умер, а другой изменился навсегда. Воспоминания были всем, что осталось от бесчисленных часов озорства и дурных идей, которые почти наверняка навлекут на них неприятности. "Готовый?" Слева от него раздался голос Дрима, и Техно был рад, что, несмотря ни на что, он не один. Глаза Техно не отрывались от лица Скеппи, но он безмолвно кивнул, поднимая банку содовой. С удовлетворительным щелчком он открыл ее, еще паре слез удалось вырваться и скатиться по его лицу. Его глаза горели, а голова начинала болеть от обезвоживания. Ком в горле, казалось, никогда не исчезнет. Часть Техно не хотела этого. Часть его хотела крепко держаться за это чувство, потому что в каком-то смысле это был единственный способ почувствовать что-то новое для своего лучшего друга. Техно на мгновение закрыл глаза. Он увидел улыбающееся лицо Скеппи и заставил себя соответствовать ему. Банка газировки привязала его к кладбищу, и он был этому рад. Нежная рука легла ему на плечо, и когда Техно открыл глаза, Дрим молча держал свою банку. Техно глубоко вздохнул. Он достаточно наплакал сегодня. «С днем ​​рождения, Скеппи».