Самурай, Араб, Канарейка и злой Токийский демон.

1— Шизуо! Стой! Это российская пенсионерка, их нельзя бить! — я без особой надежды на удачу схватила блондина сзади за ремень штанов. 1— Один только разок, щелбан дам и успокоюсь! — клятвенно заверил меня Хейваджима, упорно продвигаясь к обидевшей его пенсионерке, я покорно ехала следом на пятках, изображая слишком маленький якорь для грузового лайнера. 1— Ну что она тебе такого сделала, а? — не успокоилась я, на всякий случай пытаясь плюхнуться на задницу, авось так быстрее заторможу. 1— Она меня толкнула, наступила на ногу, выбила из рук сигарету и обозвала…этим… — тут блондин вынужденно притормозил, пытаясь выговорить страшное ругательство, значение которого он, наверняка, даже не понял, — шай-тином, вот! — Шайтаном, — поправила я горячего японского парня. 1— Кстати, что это значит? — трудности языкового барьера сделали свое дело, Шизуо, всерьез заинтересовавшись обзывательством, затормозил, дав тем самым своей обидчице время затеряться в толпе. 1Кто был на Пушкинской площади в час-пик, поймет, о чем я говорю. Для тех, кто там не был, так и быть, приведу красочный пример. Пушкинская площадь считается центром столицы, а чтобы примерно понять, какое количество народа там шастает туда-сюда, достаточно представить себе базарную площадь средних веков с галдящим, спешащим по делам людом. Представили? Теперь смело переодевайте толпу в костюмы двадцать первого века, вуаля. Перед вами Пушкинская площадь и народ, спешащий по домам после тяжелого рабочего дня. 1— Шайтан, — вынужденно повторила я, подбирая подходящие слова, — это такой мелкий демон из мусульманской, вроде как, мифологии, что-то вроде черта у христиан, вот. 1— Я не шай-тин! — возмутился Шизуо, сопоставил себя и «мелкого мусульманского демона», после чего вновь завертел головой, высматривая уже давным-давно сбежавшую бабушку. 1— Пошли, а? — я потянула блондина за рукав. — Иначе такими темпами мы до квартиры часа через три только доберемся. 1— А кстати, куда мы идем? К твоим родителям? — блондин прикурил новую сигарету и поправил очки. 1— Нет, к родителям нельзя, если Орихара и будет нас где-то искать, то в первую очередь именно там, — покачала я головой. 1— Тогда куда мы? 1— К одной моей знакомой художнице, главное, чтобы она сейчас была в Москве. 1— А где ей еще быть? — блондин покорно топал рядом со мной, время от времени любопытно поглядывая по сторонам. 1— Может и в Лондон усвистеть на какую-нибудь выставку, у нее, в отличие от меня, шило в одном месте, — усмехнулась я. 1Да, именно так. Я решила не ехать к родителям и даже не предупреждать их о том, что моя светлость изволила прибыть в Москву. Меньше знаешь – крепче спишь. А единственным человеком из немногих в Москве, к кому я могла обратиться, была одна моя давняя знакомая по имени Лана Грозная. С ней мы познакомились волей случая во время моих кратковременных приездов на родину и как-то незаметно сдружившись, общались посредством интернета. 1Активность и неумение сидеть на месте, присущие данной особе, так меня поражали, что благодаря ей, я, не выходя из дома, побывала в десятке стран. Самым ярким моим воспоминанием, связанным с Ланой, являются ее пьяные звонки по скайпу из Амстердама, там она провела неделю на симпозиуме художников эпохи возрождения, и, кажется, после этого она зареклась пить с неграми. Долгая, в общем, история. Если она захочет, потом сама расскажет. 1Добравшись до пункта назначения, мы некоторое время курили возле подъезда, так как номера квартиры я не помнила, мобильного телефона не знала, а орать под окнами отказалась (хотя Шизуо предлагал еще камушки в окошко покидать, но с его силой этот вариант я тоже решительно отвергла). 1Когда же дверь подъезда открылась, и оттуда вышла классическая русская бабулька с оренбургским платком на голове, мы сделали попытку просочиться мимо. Бдительная пенсионерка ловко захлопнула дверь перед нашим носом и, ехидно улыбаясь щербатым ртом, одновременно грозно нахмурила брови. — Вы к кому? — прошамкал дореволюционный цербер, разглядывая нас с высоты своего низкого роста (ниже меня на пол головы!). 1Шизуо вопросительно на меня глянул, видимо, требуя перевода. Я, вздохнув, взглядом ответила что-то типа «потом» и перешла к общению непосредственно с бабулькой. 1— К Лане Грозной, — коротко ответила я и зачем-то добавила, — она на втором этаже живет. 1— К художнице ентой непутевой? — вздернула брови бабка. — Тада не пущу, морды нерусские. 1У меня отвисла челюсть, откровенный расизм бабули напряг, Шизуо требовательно потянул меня за рукав, видимо, по физиономиям оценивая уровень официальности разговора. 1— Почему не пустите? — наконец оправилась я от шока и недовольно скрестила руки на груди. 1— Потому что шастают тут террарюги всякие, потом метро взрывается!— припечатала бабушка и, доковыляв до лавочки, устроила на ней свой костлявый зад. — Пшли вон! 1— Слушай, у нее морда противная, как у Орихары, — вставил свои пять копеек Шизуо, — давай забудем про то, что мы гости, а? 1— В смысле? — рассеяно спросила я, прикидывая, какой подход к бабке нужно подобрать, чтобы она нас впустила. 1За моей спиной раздался дикий скрежет, резко обернувшись, я узрела Шизуо, который аккуратно поставил выдранную железную дверь у стеночки. 1— После тебя, — усмехнулся блондин, делая рукой шутливо-приглашающий жест. 1— Православные!!! Да что ж это делается! Посредь белого дня вандалы двери ломают!!! — заголосила бабка, подрываясь с лавочки и на несвойственной ее почтенному возрасту скорости несясь к соседнему подъезду. 1Мы проводили бабку недоуменным взглядами ни в чем не виноватых людей и скрылись в подъезде.

***

1Стучать в дверь художницы пришлось долго, потому что звонок у нее не работал. Сперва стучала я кулаком, потом двумя, потом ногами. От услуг блондина я в очередной раз вежливо отказалась, подозревая, что дверь Лане еще пригодится, и она может не оценить нашего эффектного появления. 1Наконец, в квартире послышалось какое-то шуршание, мужское оханье, аханье и кряхтенье, после чего дверь открыл смуглый черноглазый парень, из одежды на котором были только тонкие женские шаровары, явно от костюма для танца живота. Кудрявые, длиной, видимо, где-то до плеч, волосы были собраны в кривой хвост над левым ухом. 1— Чего долбитесь, как дятлы на пожаре? — задал нам незнакомец очень образный вопрос, разом поставив мой разум в ступор. 1В голове у меня тут же появилась картинка, где прыгал мультяшный дятел Вуди посреди горящей в огне деревни и стучал в двери. 1— Мы к Лане Грозной, она тут проживает? — пролепетала я, усилием воли пытаясь выгнать дятла Вуди из своих мыслей. 1— Вай мэ, — выдохнул парень, и я опознала в нем араба, кто кроме них будет употреблять подобные междометия? Скорее всего, это очередная модель Ланы. — Грозная завтра только прилетает, приходите завтра. 1— Слушай, нам идти некуда, дай ее телефон, я с ней при тебе договорюсь, — попросила я. Араб задумчиво почесал пузо (точнее пресс, пуза там не наблюдалась, как такового), хлюпнул носом и, в итоге, посторонился, пропуская нас в квартиру. 1— Спасибо тебе, — искреннее поблагодарила я парня и чуть не растоптала в холле здоровенного персидского кота, который с диким мявом рванул в сторону. 1— Али, — кивнул парень, протягивая мне руку. 1— Шихасу, — присоединилась я к рукопожатию, — а мой спутник Хейваджима Шидзуо. 1— Японцы? — хмыкнул парень, провожая нас на кухню. 1— Ну да, — кивнула я, — а ты, ну… эээ… кто? 1— Самарканда, родной мой город, — с небольшой запинкой ответствовал Али, протягивая мне свой телефон, — Лана, быстрый набор единичка. Чаю хотите? 1— Хочу, — кивнула я и обернулась к Шидзуо, — ты чай будешь? 1— Лучше молока, — отозвался блондин, с интересом изучая здоровенный кальян. 1— Молока так молока, — пожал плечами Али, а у меня второй раз за последние полчаса отвисла челюсть. 1— Ты говоришь по-японски? 1— Я полиглот, знаю порядка шестнадцати языков, — равнодушно пожал плечами парень, заглядывая в холодильник. 1— Ну ни фига себе, — поразилась я, наконец тыкая единичку на телефоне и прикладывая трубку к уху. Некоторое время я слушала какую-то заунывную органную музычку, затем в динамике зашипело, и недовольный голос явно нетрезвой московской художницы недовольно поинтересовался: 1— Али, я тебе, кажется, сказала, я завтра буду в Москве к вечеру, хрена ли ты мне названиваешь каждые полчаса? 1— Лана, привет, это Хасу. 1— А где Али? — бестолково спросила трубка, мигом меняя тон. 1— Делает чай, — честно ответила я, наблюдая, как араб задумчиво смотрит за струей воды из-под крана, переливающейся в чайник. 1— Понятно, ты-таки выбралась в Москву? 1— Ага, только в отеле жить не хочу и к родителям поехать не могу, — вздохнула я, — не приютишь? 1— Да без проблем, — радостно отозвалась Лана, — у меня квартира большая, скажи Али, что я даю добро, живи. 1— Я с другом… 1— И друг пусть живет, — захихикала трубка, — если он симпатичный, конечно. 1— Аполлон во плоти, — усмехнулась я. 1— Твой натурщик? 1— Нет, мой друг. 1— Значит, будет моим натурщиком, давненько я аполлонов не рисовала. 1— Он японец, — добила я подругу. 1— Боже мой, его надо срочно заносить в красную книгу, — совсем уж откровенно заржала Лана, — японские аполлоны большая редкость, гляди, чтоб к моему приезду он не превратился в сатира, иначе я обижусь. 1— Да ничего с ним не станется, слушай, а Али — он вообще кто? 1— Ой, это долгая история, — неожиданно замялась подруга, — приеду, расскажу, окей? Соседей не обижайте, они у меня нервные. Ладно, я побежала, у меня сейчас встреча, завтречка свидимся. 1— Договорились, удачи, — трубка противно запищала в ухо. 1Али молча поставил рядом со мной чашку с чаем, а перед Шизуо литровую пивную кружку с молоком. Блондин недоуменно вздернул брови при виде подобной посуды. 1— Богатырю — богатырская посуда, — белозубо улыбнулся араб, вызвав у нас прилив теплых эмоций к своей персоне, — или, если на ваш лад, то самураю — самурайскую чашку. 1Мы несколько секунд смотрели друг на друга, а затем кухня содрогнулась от дружного хохота. Думаю, это можно было считать началом грандиозной дружбы.

***

1Неторопливо потягивая чаек с халвой, — других сладостей в квартире обнаружено не было, а искреннее расстроившийся Али порывался было сбегать в магазин, но мы его не пустили — я разглядывала захламленную кухню. Нет, не то что бы я была поборником чистоты, но данная кухня выглядела как логово закоренелого холостяка. 1Повсюду валялись коробки от пиццы, в раковине немытой горой высилась башня из тарелок, по высоте вполне способная конкурировать с вавилонской. Пол ровным слоем устилал пепел и хлебные крошки, а кое-где и раздавленные сухие макароны. А что самое интересное, по широкому подоконнику на солнышке были разложены свежевыстиранные носки (по крайней мере, мне хотелось бы думать, что они были выстиранные). 1Араб непринужденно трепался с Шизуо о сложностях мужского характера (о бабах, короче), и, если уж быть совсем честной, то говорил в основном Али. Блондин вежливо его слушал, время от времени вставляя свои пять копеек. По сути, их беседа выглядела примерно так: 1Али (с видом знатока): Грудь девушки должна быть не большой, но и не маленькой, ну, такой, чтоб в ладони помещалась, да? Хотя арбузы и дыни, конечно, смотрятся неплохо, но спать с такой трудновато. Того и глядишь, задавит на фиг, или, не дай бог, обнимет и задушит. Ты вот как думаешь? 1Шизуо философски молчит, используя кальян как пепельницу. Неутомимый араб решает, что молчание – знак согласия. 1Али: Вот и я думаю, что маленькая женская грудь — это хорошо. Но ты обо мне плохо не думай, я просто женщин люблю, ага. Поэтому так много о них и говорю, ну, еще мужчин, конечно, люблю, но в другом смысле, да? Суть уловил? 1Шизуо: Уловил… 1Али: Слушай, самурай, ты какой-то необщительный, у вас там все такие? Ты прости, я мало японцев знаю, да и вообще с людьми мало общаюсь, вот меня и прорывает на поговорить, ты ж не против? 1Шизуо: Да трещи, пока вроде не сильно жмет… 1Али (заботливо): Тебе трусы, что ль, жмут? Хочешь, свои одолжу? 1Шизуо (закатывая глаза): Ничего мне не жмет, успокойся. 1Али: Ну, ты смотри, если что, я всегда помогу. 1Шизуо: Не сомневаюсь. 1Али: Это знаешь, как называется? Доброе дело, без какой-либо выгоды для себя. Если я буду добрым и хорошим, то попаду в рай, где меня будут ждать семьдесят две прекрасные гурии… 1Шизуо (иронично хмыкая): Прямо райский бордель какой-то. 1Али (недоуменно хмурясь): Э, зачем бордель? Это наш прекрасный мусульманский рай! 1Шизуо (пофигистично): Я атеист. 1Али: Твою душу заберет шайтан и будет над ней глумиться, а еще он тебе в уши нассыт… 1Шизуо (с круглыми глазами): Чего сделает? 1Али: Ну… вообще, ты не мусульманин, значит будешь просто гореть в аду. Шизуо (задумчиво): Почти как отпуск на карибах. 1Али: Ууу, неверующий, посмотрим, кому после смерти лучше будет. 1Шизуо (скептически приподнимая брови): После смерти? Посмотрим? 1Али, надувшись, на некоторое время замолкает, задумчиво гоняя по чашке остывший кофе, затем вновь заводит беседу. 1Али: А тебе какие больше нравятся девушки? Брюнетки или блондинки? Хотя, наверно, рыжие, да? Я угадал, да? 1Шизуо: Цвет волос не важен. 1Али: Как не важен?! Ты что, по цвету волос можно определить характер человека, например, все блондинки тупы как пробки… 1Шизуо не выдерживает жизнерадостного трепа болтливого араба и пытается отвесить ему щелбан, памятуя о моей просьбе на территории России никого сильно не калечить. 1Али (потирая ушибленный лоб): Аллах тебе этого не простит… 1Озвучить ответ Шизуо не успел, в дверь невежливо постучали (судя по звуку, чем-то тяжелым). 1— Ты кого-то ждешь? — удивилась я, глядя на не менее удивленного араба. 1— Неа, — помотал головой Али, — а вы? 1— Мы только приехали, — резонно возразил Шизуо. 1Я автоматически схватилась за сердце: неужели Орихара так быстро добрался до Москвы и уже нашел нас? 1Блондин, видимо, прочитал у меня на лице все мои мысли и, покачав головой, отправился открывать дверь. За ним порысил араб, сверкая яркими голубыми семейными трусами через газовую ткань нелепых женских штанишек. 1Решив не паниковать раньше времени, я робко высунулась в коридор, да, мне тоже интересно, кого же черти принесли.

***

1За дверью в позе конан-варвара, уперев руки в бока, гордо стояла та самая горбатая пенсионерка в оренбургском платке. За ее спиной с клюками наперевес стояло еще около пяти бабушек, различить которых можно было разве что по цвету их платков. В остальном создавалась впечатление, что старушек в этом доме кто-то шутки ради клонирует и помечает разноцветными платками, чтобы не запутаться. 1— Э… чем могу помочь, досточтимые ханум? — растерянно поинтересовался Али на правах хозяина квартиры, стыдливо пытаясь прикрыть ладошками свои газовые шароварчики. 1— Я ж говорю! — торжественно возвестила главная бабка. — Тут у них целый притон! Узкоглазые террористы с утра приехали и дверь сломали, а этот (неуважительный кивок на медленно краснеющего Али) вообще араб, он тут уже месяц ошивается. 1— Чего им надо? — обернулся ко мне Шизуо. 1— Они считают, что мы все в этой квартире террористы, — покорно доложила я, предусмотрительно стоя подальше от входа, — зачем пришли пока еще не сказали. 1— Так чем я могу вам помочь? — уже сквозь зубы процедил еще минуту назад вежливый и жизнерадостный Али, мигом становясь каким-то уж больно серьезным и недружелюбным. 1— Выметайтесь из нашего дома и из страны, мы не за тем воевали, чтоб тут всякие селились и двери ломали! — выложила свои требования предводительница бабок. 1— Слушай сюда, Гитлер в юбке, — вспылил араб, тоже вызывающе упирая руки в бока, — чеши отсюда, пока твоя вставная челюсть еще при тебе, я ведь араб, как ты заметила, а по вашим понятиям, у нас ничего святого нет… 1— Петровна, — затрещала бабка из заднего ряда, — он чей-та, угрожает нам? 1— Милиции на них! — возмутилась еще одна. 1— Микулишна, на черта нам эта милиция-шмилиция, — вступила в разговор еще одна старушка, — своими силами их отсюда выгоним, зря, что ль, всю молодость по окопам партизанили? 1— Иванна права, — поддержала предводительница стада бабулек и грозно погрозила нам пальцем, — мы вам житья не дадим, выселим отседа, мы вам войну объявляем! 1— А если мы дверь починим? — не выдержала я. — Ну или заплатим за починку двери, тогда вы не будете с нами воевать? 1— Будем, — пошушукавшись, решили бабки. 1— Почему? — поразилась я такой несправедливости. 1— Потому! — весомо отрезала предводительница назревающего движения «Мы против туристов в нашем доме». 1— Идите отсюда, а? — наконец совладал с гневом Али. — Не доводите до греха… 1— Петровна, ты смотри, опять угрожает! — радостно проскрипела активистка «вызовем милицию». 1— Блин, да переведите вы мне уже наконец то, что тут происходит! — потребовал Шидзуо, который даже разгневаться толком не мог по причине непонимания общей ситуации. Единственное, что он пока что осознавал, что бабульки ему не нравятся, и, скорее всего, не зря. 1— Короче, слушай сюда, — легко перешел на японский Али, невежливо хлопая дверью перед носом у обалдевших от такой бесцеремонности старушек, — Эти старые дряхлые коровы, да простит мне мой бог такое неуважение к их сединам, приперлись сюда потому, что, видимо, ты, мой новоявленный светловолосый друг, выломал с утра дверь. Теперь эти ослицы горят желанием вести партизанскую войну, дабы отомстить за дверь и не посрамить отечество, ибо мы с вами приперлись из далеких стран и на их языке хоть и шпрехаем, да им, видите ли, сие все равно не нравится! Короче, мы нерусские, поэтому нас тут видеть не хотят… Прибалдевший блондин переварил страстную красноречивую тираду араба, затем глянул на меня и получил утвердительный кивок, мол, так оно и есть, озадаченно почесал в затылке. 1— Стареньких бить нехорошо… 1— Вот именно, о свет очей моих, — грустно подтвердил Али. 1В дверь вновь упоенно заколотили неутомимые пенсионерки. Шизуо решительно отодвинул араба в сторону и открыл дверь, возвысившись над бабульками как пастух над баранами. Али, не будь дурак, тут же слинял куда-то в глубь квартиры. 1— Ой, глянь, светлый какой, — поразилась уже знакомая нам бабушка. 1— Не верь ему, глаза узкие, рожа хитрая, под своего маскируется! — бдительно проскрипела Микулишна. 1— Уважаемые дамы, я искренне приношу вам свои извинения за доставленные вам неудобства и сломанную дверь. Поверьте, я не хотел. Мы оплатим все расходы за ремонт и впредь будем вести себя спокойно и покладисто, ничего не ломая и не доставляя вам проблем. 1Бабушки, услышав японскую речь, удивленно застыли, смешно вытягивая шеи (будто им это поможет понять, что только что было сказано). 1Блондин глянул на меня. Вздохнув, я покорно перевела все сказанное им. Бабки недоверчиво переглянулись, пошептались, после чего их главная вновь встала в позу и с пафосом, достойным золотого глобуса, возвестила: 1— Мы вам не верим! 1И это мне пришлось переводить. 1— Почему? — не понял Шизуо. 1Я вновь продублировала вопрос. 1— Потому! — исконно по-русски отозвалась бабулька. 1— Шизик, подвинься, — забывшись, на русском попросил араб. Блондин, видимо, уловил общую суть чисто интуитивно и освободил дверной проем. 1Али радостно выплеснул на пенсионерок ведро воды, после чего под громкое старушечье верещание захлопнул дверь. 1— Достали, — вздохнул он, глядя в мои осуждающие глаза, — они ко мне так почти каждый день ходят. 1— Аллах тебя не простит, — одобрительно усмехнулся Шизуо. 1— Вай дод, — вздохнул с плутоватой улыбкой Али, — он на востоке, я на севере. Совершая грех, я стоял к нему спиной, а значит, он мог и не разглядеть, что я тут делаю. 1— Хитро, — оценил его находчивость Шизуо и обратился уже ко мне, — Канарейка, скажи мне теперь, чем мы будем заниматься весь день? 1— Квартиру убирать, — решительно заявила я. 1Али и Шизуо как-то очень по-мужски переглянулись, после чего блондин уступил право голоса своему новому другу. 1— Не мужское это дело, в хате порядок наводить, — убежденно произнес Али, — так что мужчины идти кушать, женщина идти убираться. 1— А если женщина сейчас навещает оплеух грязной сковородкой одному разговорчивому арабу? 1— Э… — подрастерял свое красноречие араб, беспомощно косясь на Шизуо, — ну, если так, то да, конечно, равноправие, эмансипация, равные права, с чего тебе угодно начать? 1— С кухни! — твердо объявила я, и смерив Али задумчивым взглядом, добавила, — Только штанишки переодень, ладно?