Месть на двоих

Эльф долго не приходил в себя, сражался сам с собой и проигрывал. В редкие минуты пробуждений его едва успевали заставить поесть, но толку это не давало, воин стал ещё худее чем был. Татуировки то светились неустанно, то вовсе бледнели почти до телесного. Лучше ему так и не становилось, максимум чего добился маг - отсутствие ухудшения. Андерс не отходил от него ни на шаг, даже засыпать боялся, дремал вполглаза, чутко прислушиваясь к дыханию эльфа, не выпускал того из рук, окутывая энергией исцеления. - Лито... Очнись... Несколько дней, несколько долгих, казавшихся почти годами дней, Фенрис бродил по лабиринту собственной памяти. Натыкался на тупики, путался в поворотах и выл от бессилья перед надёжно закрытыми дверьми. Сначала пытался взломать, выбить, но тщетно, через какое-то время перестал даже просто дёргать, чтобы проверить заперто ли. Иногда он слышал, что его зовут, бежал в казавшуюся правильной сторону, но не успевал найти выход. Единственное, что не давало отчаяться - тепло. Ему постоянно было тепло и это придавало спокойствия. Ощущение, что его ждут, заставляло идти дальше. Андерс, казалось, сросся с ним, не разжимал рук ни на мгновение, звал, нашептывал какие-то ласковые слова, увещевал вернуться, рассказывал какие-то истории из своей жизни. Долийцы только качали головами - силен Серый Страж, раз выдернул с грани жизни эльфа, освободившего его. Но даже у Стража не хватит сил вернуть заплутавшую коридорами памяти душу. - Возвращайся, Лито, возвращайся. Сегодня такой хороший день, солнечно и тепло. - Маг перебирал его волосы, в очередной раз уговаривая откликнуться. Эльф брёл уже почти по инерции, у него было ощущение, что ещё несколько шагов и он забудет зачем и куда идёт, настолько всё слилось в один большой лабиринт. - Солнечно и тепло, - не отдавая себе отчёта пробормотал воин, сворачивая в очередной коридор, неотличимый от своих братьев. Он уже не понимал зачем, но всё ещё заставлял себя делать шаг за шагом. Идти. Куда? - Лито, очнись. - Андерс в очередной раз поцеловал любимого. Маг конечно не был прекрасным принцем, но это не мешало ему пробовать пробудить эльфа сказочным способом, раз уж даже магические силы не помогали. - Очнись. - Держите его, Страж. Потому что, кроме вас, его некому больше удержать. Андерс кивнул, измученно глядя на Хранительницу, как будто он не знал этого и сам. Он не злился на очевидные советы, она больше ничем не могла ему помочь, хотя хотела. Губы воина беззвучно шевелились, он слово в слово вторил магу, впервые начав откликаться. Он не знал куда идти и зачем, просто шёл, следуя за голосом, который его звал. Это было не сложно, навязчивые кошмары уже не трогали эльфа, измученное сознание просто перестало их воспринимать. - Лито... Андерс с тревогой всматривался в лицо эльфа, гадая, слышит ли тот его или просто отзывается машинально. Резерв должен был уже закончиться, однако маг каким-то чудом, высасывая едва ли не себя самого, поил Фенриса силой. Голос звал так настойчиво и близко, что у эльфа проснулось подобие любопытсва. Одна из немногих доступных сейчас эмоций. Воину стало интересно, кто же это такой упорный и что ему нужно, и Фенрис отозвался, опять услышав своё имя: - Да? - Очнись, пожалуйста, ты так долго отсутствовал... - Андерс устало выдохнул, прикрывая глаза, вымотанный круглосуточными бдениями. - Очнись, Лито, ты меня уже достаточно напугал. - Отсутствовал где? - Эльф был совершенно сбит с толку. Он не понимал кого и почему он успел напугать, если он часть этого огромного лабиринта и только и делает, что ходит по нему. - Глаза открой, - тихо попросил маг. - Посмотри на меня. Горячая ладонь Андерса погладила эльфа по руке. - Глаза? - эльф удивился и даже остановился, что тут же дало о себе знать в реальности и он снова стал терять силы. - Но они открыты, я же не могу идти не видя стен. - Ты не в том мире, - прошептал маг, обнимая его, уже совершенно отчаявшись что либо сделать чарами. - Иди ко мне, Лито. Иди на мой голос. Ты мне очень нужен. - Нужен? - эльф переспросил и сдвинулся с места, пошёл, хоть каждый шаг стал отдаваться болью. Воин ступал по осколкам собственного кошмара. "Ты никому не нужен... ты только материал для экспериментов..." - слова звенели в голове, раскалываясь и осыпаясь битым стеклом под ноги. Эльф помнил, что из-за этого набора простых слов попал в этот лабиринт. Одна из причин. Может и не главная, но несомненно важная. Но кто прав из этих двух голосов, тот или этот? - Очень нужен, Лито, очень. Ты для меня важнее жизни. Вернись, прошу, - Андерс снова поцеловал его. - Вернись... Ну же... "Важнее жизни..." Фенрис сорвался на бег, слова отдавались эхом от равнодушных стен собственного сознания. Эльф вспомнил этот голос, глаза цвета тёмного мёда, светлые волосы, тёплую улыбку и жаркое тело. А так же руки, легко снимающие боль заклинаниями и лечащие душу одним касанием. Воин распахнул глаза, просыпаясь, с разбегу вышибая последнюю запертую дверь и проваливаясь в нежные объятия мага. Притянул к себе едва отстранившегося целителя и жадно поцеловал. Он слишком долго скитался... Андерс прижимал эльфа к себе, не сознавая что на глазах проступают слезы, целовал, держась сам, насколько хватало остатков сил, сумасшедше улыбаясь. - Лито, мой Лито. - Всё хорошо, я вернулся. - Фенрис не удержался от улыбки, обнял мага и стал гладить по волосам. Ему всегда это нравилось, у Андерса были мягкие волосы, их было приятно касаться и каждый раз хотелось развязать ненужный шнурок, распустить небольшой хвостик и зарыться пальцами. Что воин и сделал, не отказывая себе в удовольствии. - Ты меня вывел... - Это первый раз, когда я кого-то вывел из себя с пользой для выводимого, - Андерс подставлялся под касания, пытаясь пошутить, показывая, насколько большой камень только что свалился у него с души. - Все хорошо. Справедливости больше нет, я не одержимый. Маг улыбался, тепло и устало, глаза неумолимо закрывались, его тянуло в сон, самый обычный сон от усталости. - Прости, что заставил тебя нервничать, я не смог справиться сам и чуть не заблудился навсегда. - Фенрис сел, продолжая обнимать целителя и осторожно его поглаживать, коснулся ладонью щеки, легко провёл большим пальцем под глазами, стирая слёзы. - Не плачь, я никуда больше не денусь... - Я плачу? - изумленно пробормотал Андерс. - Да... Действительно. Тихо и внезапно вошедшая Хранительница вежливо кашлянула от входа, привлекая к себе внимание: - С возвращением, друг мой. Может быть, мы поговорим, пока Серый Страж отдыхает? Ему ничего не угрожает, не волнуйтесь, он всего лишь утомлен ночными бдениями над вашим телом. Фенрис не ответил, молча притянул мага к себе и снова поцеловал. В эту минуту ему было наплевать на весь мир, слишком было хорошо, чтобы самому от такого отказаться. - Ты стоишь того, чтобы рисковать всем, - воин собрал оставшиеся солёные капли губами, - и я не хочу тебя отпускать, но тебе правда надо отдохнуть, ты засыпаешь на ходу, даже мне видно. Пожалуйста. - Хорошо, - прошептал Андерс, еле удержав откровенный зевок. Ресницы казались совсем неподъемными, маг лёг на ложе и тут же провалился в сон, обыкновенный сон, не отягощенный демонами и духами, простая темная пелена, дарующая отдохновение, убаюкивающая на ладонях. Эльф тихо усмехнулся, помог магу лечь и только затем встал и подошёл к Хранительнице, поклонился. Она поманила его за собой и они вышли из шатра, чтобы не беспокоить мага. - Спасибо, вы оказали мне неоценимую помощь. Я... могу как-то отплатить вам? Фенрис понимал, что долийцы им фактически подарили новую жизнь, и был действительно благодарен, пусть и выражал это как обычно грубовато. - Серый Страж уже расплатился с нами. - Хранительница печально улыбнулась. - Он рассказал нам о причинах Мора и успокоил наши сердца, развеяв страх перед новым Мором. Как жаль, что новая жизнь его омрачена проклятием Стражей. - Я постараюсь скрасить это проклятие, насколько смогу. - Фенрис ответил не менее грустной улыбкой. Он безумно хотел спросить сколько Андерсу осталось, но боялся услышать ответ, каким бы он ни был. Тяжело знать и отсчитывать дни, неизвестность в данном случае почти благо. - Хранительница! - К ним подошёл эльф-подросток, смущаясь и теребя подол рубашки. - Хранительница, Тейс, он... - Что случилось? - Он пошел в ту пещеру еще на рассвете и его до сих пор нет. Хранительница всплеснула руками: - Мальчишки. И что нам теперь делать, охотники вернутся еще нескоро. Подросток еле слышно всхлипнул: - Простите, Хранительница. Но Тейс сказал, что там нет ничего страшного. - Я могу сходить, если вы мне доверите. Должен же я хоть как-то оплатить ваше гостеприимство, - негромко напомнил о себе лириумный эльф. Он никогда не напрашивался вот так, сам, без просьбы со стороны или выгоды, но теперь пришло время переучиваться, раз уж вся жизнь пошла заново. - Это... Это будет огромной помощью нашему клану. - Хранительница явно обрадовалась предложению эльфа. - Будьте осторожны, мы не знаем, что там внутри, пещеру пока что никто не успел толком обследовать. Однако никаких странных звуков из нее слышно не было, это обнадеживает. Подросток с немой надеждой в глазах взирал на Фенриса, все еще тихо всхлипывая. - Вы ведь спасете Тейса, правда? Все будет хорошо? - Рад помочь хоть чем-то, тем более, что мы ещё некоторое время вряд ли сможем покинуть ваш лагерь, и мне совестно пользоваться вашей помощью безответно. Фенрис поклонился Хранительнице, а затем скрылся в шатре, чтобы забрать меч, переодеться и надеть доспехи, а, главное, укрыть Андерса пледом и осторожно коснуться поцелуем уголка губ, шепнуть тихое "я скоро вернусь". - Я готов идти. - Выйдя обратно, лириумный воин посмотрел на мальчишку, придерживая рукой на плече двуручник. Тот робко кивнул и поспешил по едва заметной тропинке наверх, к вершине холма, полностью укрытого деревьями так, что в просветах между стволами виднелись другие стволы. Эльфик скользил меж ними, не задевая ветвей, словно призрак. - Вот здесь эта пещера. Лес обрывался неожиданно, сплошной ровной линией, будто неведомая сила прочертила границу и запретила чему-либо произрастать за ней. А дальше были камни, молчаливые и холодные, площадка, усыпанная отполированной дождем галькой, производила гнетущее впечатление. Вход в пещеру чернел, словно жадно распахнутый рот, только и ждущий возможности поглотить кого-либо. - Хорошо, жди меня в лагере, всё-таки тут может быть опасно. - Лириумый воин поправил чёрную чёлку, чтобы не лезла в глаза, и решительно отправился в недра пещеры. Юный эльф хотел было заикнуться про факел, но не успел, татуировки Фенриса засветились сначала слабо, а потом куда сильнее, давая голубоватый отсвет на стены, свод и валяющиеся камни. Не весть что, но чуткому эльфийскому зрению этого вполне хватало, а главное не прогорит невовремя и руки не занимает. В пещере было сухо и прохладно. И пахло чем-то, до отвращения сладким и приторным, запах забивал все пространство, не рассеиваясь, напоминая смеси, что раскуривают на торжественных похоронах у некоторых народов. Чем дальше шел путь, петляя по коридорам, спускаясь вниз, под землю, тем больше к сладкому аромату благовоний примешивался едва уловимый запах крови и разложения. Смутить Фенриса запахом было невозможно совершенно. Он принюхивался как волк, анализируя и делая какие-то свои выводы, откладывая крупицы информации в корзинку общей картины. Спускаться пришлось достаточно глубоко, но эльф никуда не спешил, уже слишком много прошло времени с момента пропажи, чтобы нестись сломя голову. Либо он успеет, либо уже безнадёжно опоздал. Откуда-то слышался странный шелест и заунывные не то песнопения, не то плачи, от которых разом хотелось зажать уши руками, только б не слышать этого воя. Будто там, внизу, разместились какие-то жрецы, проводящие церемонию погребения. Запахи становились все сильнее, превращаясь в смесь, от которой выворачивало легкие. Вот теперь воин краем сознания пожалел, что выкинул свой шарф, который носил в Тевинтере, он бы сейчас очень помог. Но, тем не менее, эльф шёл совершенно бесшумно. Босые ступни не давали звука шагов, дыхание было ровным, тихим, единственным, что могло как-то шуметь были перчатки, но Фенрис как сжал руки на рукояти меча, так больше и не отпускал её. Когда звуки ощущались уже совсем близко, Фенрис ещё сбавил шаг, чтобы не пропустить нужное место и успеть оценить обстановку, не проявив себя. Это и впрямь была церемония, только не погребения, а жертвоприношения - на каменном алтаре, пол вокруг которого был забрызган подозрительными бурыми пятнами, был распят молоденький эльф, тихонько стонущий на одной ноте от ужаса. Тело парня было разрисовано какими-то странными символами, видимо, обозначавшими что-то важное для тех, кто стоял вокруг алтаря: семь замотанных в льняные бинты существ, воздевавших к потолку костлявые руки и что-то нараспев бормочущие. Язык был незнакомым, однако, судя по изображению какого-то маленького пузатого уродца с рогами, у ног которого стоял алтарь, молились именно ему - то ли призывали сойти и принять жертву, то ли уже хвастались тем, какое молодое и свежее тело они поймали. Фенрис с лёгким интересом осмотрел "ритуал", всё-таки надо будет как-то отчитаться перед Хранительницей. Это заняло у него секунд пять, может шесть, не больше. Воин на пару мгновений прикрыл глаза, ища некое внутреннее состояние нирваны, становясь лириумным призраком, вызывая обострённые рефлексы и делая себя почти нематериальным, лёгким и быстрым. Первый противник даже не успел понять, что произошло, эльф снёс ему голову двуручником и, не думая сбавлять скорости, влетел во второго, вертя огромным мечом как танцовщица веером. Мумии прервались, залопотали что-то на своем языке, быстро-быстро. По стенам затанцевали тени, все удлиняясь и приобретая очертания странных птицеобразных созданий с когтями, они стекли на пол и ринулись к двухметровой статуе древнего бога, вливаясь в нее. Глаза статуи зажглись алым огнем, каменная громада неуверенно сделала первый шаг вперед. Эльф на алтаре затих, должно быть, лишился от ужаса сознания. Прервать общее заклинание Фенрис не успевал, значит приоритеты менялись - нужно было вытаскивать мальчонку. Лириумный воин в один прыжок оказался на алтаре, каким-то чудом не наступив на распятого мальчика, а встав ногами ровно по обе стороны от его груди. Оживший монстр выглядел бы смешно, если бы не сила, чувствовавшаяся в каждом движении, но Фенрис тоже был не прост и нанёс удар первым, метя в запястье статуи. Камень, если это был камень, перерубался плохо - лезвие вязло в странном материале, нехотя шло сквозь конечность, но сопротивление преодолевало. Статуя замахнулась для удара, неповоротливая, тяжелая, однако чудовищно сильная. Мумии снова что-то забормотали плачущими высокими голосами, зашипели, окружая алтарь и дрожа, словно от судорог. Поняв, что ослабить статую таким образом Фенрис если и сможет, то просто не успеет, он дернул меч на себя, используя как рычаг, оттолкнулся и запрыгнул на самого противника, упираясь ногами в плечи. Отпустив меч, чтобы удерживать равновесие хоть как-то, Фенрис собрал лириумную силу в кулак и ударил в алое свечение глаза, готовый в любой момент отпрыгнуть назад, если оживлённый окажется и правда достаточно глупым, чтобы с замаха попытаться ударить по воину. Статуя обозленно рявкнула, алое свечение погасло, по полу запрыгали осколки камня, выпавшего из глазницы. Каменный истукан заворчал и попытался удариться в стену головой, расплющив наглую букашку, осмелившуюся то тыкать его какой-то железкой, то бить в глаз. Второго удара не последовало просто потому, что Фенрис таки не удержался и упал, ощутимо ударившись спиной о пол и осколки камня, но это было не критично. Эльф перекатился в сторону сразу же, ближе к своему мечу, вскочил, подхватывая оружие и прикидывая где ещё есть уязвимые места у громадины. Статуя была сплошь монолитной, вырубленной из цельного куска скалы. Однако видно было, что она уже очень стара - истукан был покрыт трещинами, чуть потрескивал, рассыпая каменную крошку. Воин краем сознания озадачился: откуда она тут вообще взялась и как никто умудрился не заметить? Но не его ума это было дело, поэтому он выкинул мешающуюся мысль из головы. Мумии тем временем завыли еще надрывнее, новые тени поползли в статую, пытаясь заживить трещины, напитать силой древнее божество, древнее настолько, что даже храмов не осталось, ничего, что могло бы дать ему силу. Увидев, что оживлением последователи древнего культа не ограничились, Фенрис решил лишить истукана возможности зализывать раны и, пока статуя не сориентировалась, рывком подскочил к ближайшим "мумиям", расшвыривая их как тростинки, не задавался целью убить поголовно, просто вывести из строя, чтобы не мешали. Отчасти воин метался совершенно нелогично, но тем лучше, противнику не надо давать предугадывать удары. Бормотание стихло, статуя завертелась на месте - очевидно, направляли ее именно эти молитвы, отголосок которых стихал в воздухе подземелья - затем направилась к своему постаменту, водружаться на него. По пути истукан ненароком растоптал одну из мумий, отлетевшую прямо на его путь. В воздух взвилось облачко сухой пыли. "Так просто?" - мелькнуло в голове воина. Он не верил, что так легко отделался, слишком уж всё выглядело грозно, но тем не менее. Прежде всего эльф прошёлся и посрубал головы последователям культа, и только затем подошёл к парнишке, его руки и ноги были туго перетянуты ремнями с каким-то странным узором. Разбираться особо Фенрису не хотелось, и он просто сорвал их, два ремешка правда засунул в маленькую поясную сумку, показать Хранительнице и Андерсу, пусть поломают головы. Статуя хоть уже и была фактически неопасна, лириумный воин всё равно не упускал её из вида - лучше подстраховаться. Истукан чуть пошевеливался, но вяло, видимо, без молитв он был не способен ходить сам, слишком уж ослабел. Алый камень в глазнице тускло мерцал, медленно затухая - не получившее жертвы божество вновь засыпало, чтоб быть разбуженным в следующий раз, когда появятся его жрецы и разыщут новую жертву. - Идти сможешь? - спросил Фенрис, даже не смотря на спасённого, а раздумывая что же делать со статуей. Разбить? Теоретически можно, но долго ведь... Проще всего дождаться долийских охотников и сходить с ними, надеясь, что за это время истукан не успеет сбежать. Фенрис усмехнулся над собственной шуткой и вернул внимание юному долийскому собрату. Эльф, успевший прийти в себя, слабо застонал и кивнул. В глазах плескался ужас. - Вы ведь меня заберете домой? Пожалуйста... Он был совсем еще мальчишкой, становилось понятно, почему полез сюда, любопытство повело. На его счастье, приятель с ним не пошел и вовремя поднял тревогу. - Ты идти можешь или тебя тащить придётся? - Фенрис вздохнул и невольно задумался над тем, был ли он сам таким же до ритуала, непосредственным, наивным и открытым. - Я не знаю, - всхлипнул тот. - Но идти надо. Паренек действительно очень старался перебирать ногами, желая убраться отсюда поскорее, похромал вперед, стремясь вырваться из душного подземелья. Фенрис догнал его почти сразу, некоторое время потратив на попытку выдрать битый камень из спины. Осколки были крупными и не желали покидать тело, а пальцы скользили от крови, в итоге воин плюнул, решив разобраться с этим на поверхности. Эльфик хоть и не был ранен, но выглядел неважно и, главное, шёл слишком медленно. Фенрис легко обогнул мальчишку, присел перед ним и фактически закинул его на плечо. Неудобно, конечно, но другого варианта сейчас не было, а лириумной силы вполне хватало на такое безобразие. На границе их уже встречали: Хранительница отправила нескольких молодых охотников дожидаться возвращения эльфа. - Тейр! Ты жив! - Один из воинов протянул руки, принимая тело подростка. Скинув мальчишку прямо в руки охотнику, лириумный эльф устало присел, переводя дух. Спину саднило, дышать тоже было немного больно, видимо под нагрузкой камень только вошёл глубже. Всё-таки Фенрис слишком привык иметь за спиной фактически личного целителя и сейчас испытывал явное неудобство, но пройти оставалось не много, а там можно будет упасть в заботливые объятия мага, если он уже проснулся, или просто поваляться и отдохнуть нормально. Теплая волна исцеления окутала тело, выталкивая каменное крошево. Кто-то из эльфов тоже оказался магом, однако это лечение было каким-то обезличенным, затрагивающим только тело, вычистило самое основное и исчезло. - Вам просили передать, что Серый Страж проснулся, - доложил Фенрису один из эльфов. - Спасибо, - кивнул лириумный эльф, ни к кому конкретно не обращаясь. - Передайте Хранительнице, что пусть меня позовёт, как появятся свободные воины, я не всё там закончил, хоть это и не срочно. И передайте ей вот это. Фенрис отдал один из ремней ближайшему собрату и отправился, наконец, к Андерсу. Маг действительно уже не спал, дремал, обнимая подушку, пребывал в расслабленно-легком состоянии, ожидая возвращения эльфа. Заслышав шаги, он приоткрыл один глаз и сел. - Лито... В голосе Андерса звучала ничем не прикрытая радость. Эльф невольно улыбнулся, целитель сломал одни цепи в душе воина и заменил их на другие, не менее прочные, но Фенрис не был против, он этим наслаждался. Хотелось снять с себя пропитанную кровью одежду, но желание обнять мага оказалось куда сильнее, и Фенрис присел рядом с любовником, провёл рукой по его волосам, пропуская между пальцами. - Прости, что уходил. Целитель окинул его долгим нежным взглядом, обнял, укутывая в свою магию исцеления. Все хорошо, его любимый эльф вернулся, ругаться не на что. - Главное - ты вернулся. Все прошло нормально? Надеюсь, паренек просто заблудился? - Нет, там обнаружился какой-то зачуханный, но очень древний культ, я на глаз не смог определить. Пришлось героически посражаться с их божком и вырвать мальчика из его цепких лап, - пытаясь сдержать улыбку, поведал воин, переводя всё в шутку, приобнял мага в ответ. Очень хотелось сказать, что "да, просто заблудился" и не вдаваться в подробности, а заняться чем-то более приятным. - Да ты герой, - промурлыкал Андерс. - Гроза древних богов... Значит, тебе положена награда. Судя по лукаво сверкающим глазам мага, весьма недвусмысленно прижимающегося к Фенрису, тому уже явно было наплевать на судьбу спасённого парня. - Ты мне поверил на слово? - Эльф более чем удивился. Сам бы он с первого раза в такой бред скорее всего не поверил и принял за издёвку. - Хотя от награды я не отказываюсь... Андерс улыбался, прикрыв глаза и откинув голову, открывая горло бестрепетно и доверчиво. - Тогда твоя награда принадлежит тебе. На губах его играла привычная счастливая улыбка, просыпавшаяся в моменты близости с эльфом. - Знал бы ты, как я соскучился, пока блуждал... Думал эти серые стены меня окончательно сведут с ума... я даже успел тебя забыть, не узнавал голоса... - эльф сбился на тихий шёпот, лаская мага, но пока не торопясь продолжать. Спешить не хотелось, момент был слишком сладок, чтобы не насладиться его вкусом до последней капли. Фенрис медленно коснулся губ Андерса, мягко, изучая как в первый раз. Маг отвечал, привычно легко, поддразнивая ответными прикосновениями, впитывая всю сладость момента и понимая, насколько же он соскучился по этим поцелуям. - А я звал тебя, все время звал. И думал, что сойду с ума, если не ответишь, боялся, что потеряю... - Я слышал. Спасибо тебе. - Фенрис чуточку спустился, чтобы добраться языком до шеи, целовать, принося ласки и нежность, которую раньше некому было дарить. - Я так и не смог нормально тебя поблагодарить... без тебя я бы не нашёл дороги. До последнего не верил, что такой как я может быть кому-то нужен... не как оружие. - Ты не просто мне нужен, Лито, ты мне необходим. Губы эльфа, прикасаясь, будили во всем теле мага что-то огненное, вместе с тем тягучее, медленно разливающееся по телу, словно Андерс в одночасье воспламенился изнутри. Он прерывисто дышал, продолжая улыбаться. - Теперь я никуда не денусь. Ты посадил волка на самую прочную цепь. - Фенрис говорил чистую правду, не лукавя. Эльфы, стоило им влюбиться, были верны до самой смерти, именно поэтому никогда не было проблем с переделыванием свадебных татуировок у долийцев - это было не нужно. - А ты сумел сделать то, чего не удавалось никому - удержал беглого мага... Серые Стражи тоже были верны, по крайней мере, те из них, кто понимал, что значит быть для кого-то нужным не как щит от порождений тьмы. - Правильно, тебе же нужно держать другой конец цепи, - усмехнулся воин, приподнимаясь и заглядывая любовнику в глаза. Ловкие пальцы эльфа уже добрались до застёжек одежды мага и активно пытались их если не расстегнуть, то вовсе содрать, чтобы не мешали. - Эй, я думал, это волк держит меня клыками за горло, - отозвался Андерс, влюблённо смотря на эльфа. Застежки поддавались на удивление легко, мантия сама распахивалась под руками Фенриса, едва застегнутая, больше для приличия. - А клыками за горло тебе нравится больше? - Эльф негромко зарычал, прижал мага к ложу и коснулся зубами шеи, проводя одновременно языком по коже, очертил кадык. Фенрис шёл на уступки, переступая через себя, но Андерс видел как воину нравится другая игра и разрешал ему быть таким каким хочется, чем вбивал в цепь верности последнее кольцо. - Мне нравится все, что со мной проделываешь ты, Лито. Кадык чуть дернулся, маг сглотнул, облизнул внезапно пересохшие губы, чувствуя, как потихоньку начинает плавиться от жара ласк. - Ты можешь не пользоваться возможностью, главное помни, что она у тебя есть, - прошептал лириумный эльф, постепенно спускаясь поцелуями ниже по телу любовника, почти не поднимая головы, так что тёмные пряди волос вторили движению, лаская и щекоча одновременно. Андерс простонал что-то нежно-неразборчивое, лаская эльфа легкими прикосновениями. Пальцы мага, привычные к перебиранию хрупких травяных стеблей, касались кожи Фенриса легко, словно пролетающий ветер, путающийся в верхушках сосен. Эльф не отрываясь от своего увлекательного занятия, стянул перчатки, даже не заметив куда их отбросил, приспустил на маге бельё и коснулся языком твёрдой плоти. Опыт хоть и был, но поистёрся за время скитаний, так что за вбитыми в голову движениями проступала небольшая неловкость, неуверенность, но свой порыв Фенрис не бросил, продолжая пусть и не быстро, но настойчиво. Андерс застонал, долго и продолжительно, совсем ошалев от ощущений, таких забытых, но таких острых и ярких. И наплевать ему было на некоторую неуверенность эльфа - все равно, было так волшебно и хорошо. Таких стонов мага Фенрис ещё не слышал, усмехнулся в душе и решил посмотреть до чего вообще можно довести любовника. Горячий язык очертил головку члена, пощекотал самый кончик, в то время как губы мягко продолжали скользить по стволу. Вверх... вниз... не останавливаясь, лаская, но как будто мучая, подчиняя. Андерс стонал в голос, выгибаясь навстречу ласковым умелым губам, пальцы скребли по постели, сжимаясь и разжимаясь. Обычно тихий, едва слышно разговаривающий маг сейчас откровенно выражал свои чувства, нимало не стесняясь того, что их и услышать могут. А эльфу начало казаться, что после всего что случилось в его личной Тени, у него выработалась зависимость не только на тепло Андерса, но и на его голос. Воину хотелось его слушать и слушать, чтобы маг не переставал откликаться. В то же время Фенрис не упускал из виду особо эффективные движения и повторял их, стараясь найти то, что понравится любовнику больше всего. Андерс отзывался, словно пригревшаяся в тепле птица, довольно курлыкающая от счастья, что все беды остались далеко позади. И то всхлипывал, то невнятно вскрикивал, жмурясь до боли, ощущая жар, что снедал обоих, ища выхода. Андерсу казалось, что он скоро сорвет голос напрочь в стоне, однако эльф был для него наркотиком почище, чем чистый лириум для духа в Тени, так что никакой возможности перестать стонать или хотя бы сбавить громкость, не было. К демонам все, они спаслись, они через столько прошли, что сейчас глупо отказывать себе в том, чтобы сполна получить все возможное удовольствие. Эльф довольно щурился, ему нравилось видеть, что творится с магом от достаточно простых касаний, действий, ласк. Воин приподнялся, медленно отрываясь, провёл языком вдоль всего члена любовника, лизнув напоследок кончик. - Мне продолжить так или, может, ты хочешь чего-то другого? - в хриплом голосе слышалась тёплая усмешка и выдержанное желание, не опаляющая страсть, а ровное притяжение. Андерс медленно развел ноги и улыбнулся, невинно и развратно одновременно. - А как насчет того, чтобы поиметь меня и удостовериться, что мы оба живы? Форсировать события не стоило, для эльфа этот минет был огромным испытанием на прочность и доверие, маг догадывался, насколько Фенрис мог ненавидеть такой вид секса. Все впереди, однажды он позволит и большее, но за один раз переламывать все барьеры Андерс не спешил. Теперь у них есть время, можно выстраивать все с нуля, переучиваться, понимать, что секс дарит удовольствие обоим, не сопровождаясь болью и унижением. - Обязательно. - Лириумный воин усмехнулся, едва обозначив улыбку уголками губ, провёл рукой по груди мага, задумавшись о чём-то своём, вопросительно попросил. - Разденешься? Я хочу тебя всего... Фенрис сел, стал расстёгивать тугие застёжки собственного нагрудника, не сводя взгляда с мага, как будто тот мог куда-то деться. Андерс медленно выпутывался из мантии, привычно стряхивая с себя слои ткани, оставаясь одетым лишь в теплый воздух, струившийся вокруг тела, сбросил мантию и белье с постели на траву. Губы беззвучно что-то шептали, маг не уставал любоваться воином, таким прекрасным в этот момент. И таким вечно желанным. - Я уже говорил тебе, как ты прекрасен и как я хочу укрыться с тобой вместе от всего мира где-нибудь, где мы сможем быть вдвоем, не опасаясь, что нагрянет очередная напасть? - Мы обязательно найдём однажды такое место. Обещаю. - Фенрис стянул через голову влажную рубашку, откинул в сторону и приник к любовнику, снова увлекая его в нежный поцелуй. - Ты сделал для меня столько, что я просто обязан исполнять твои желания. - Ты их уже исполняешь, - хрипловато пробормотал маг, обнимая стройное тело любимого. - Ты даже не представляешь... Я расскажу потом... Эта нежность сбивала с толку и немного пугала - маг был вынужден признаться сам себе, что понятия не имеет, как реагировать на такое. Разве что быть в ответ нежным, настолько, насколько он может. Нет, даже больше. - Не забудь только. Я хочу знать. Хочу тебя слушать... Фенрис закрыл глаза, чтобы чувствовать больше, впитывать каждое касание. О да, он умел быть чувственным и внимательным любовником, уроки неугомонной пиратки не пропали даром, пусть их и было не так уж и много, но эльф запомнил и отложил в памяти всё, чтобы когда-нибудь начать применять. Сейчас оказалось самое время. Андерс не умел быть нежным, единственное, чем он владел в совершенстве - покорность - здесь было не слишком-то уместно. Маг на ходу учился многому - обнимать, прикасаться, целовать, пусть неумело, но тепло и с любовью. Тело, не знавшее толком ласки, растерялось, не понимая, как поступать, а затем принялось восполнять недостающее, подстраиваясь под желание, ориентируясь интуитивно. Эльф чувствовал некоторую скованность целителя и старался стать ещё осторожнее, неправильно её истрактовав. Сильные руки воина скользили по телу мага, направляя. - У нас есть какое-нибудь ненужное зелье? - открывая глаза поинтересовался Фенрис, притянул мага к себе ближе, заставляя почти оседлать себя, меняя положение. Андерс кивнул, вытащив из сумки пузырек. На данный момент все его зелья были совершенно ненужными в какой-то степени. - Да, вот... Ответом магу послужил очередной поцелуй в губы, правда совсем не долгий. Далее внимание эльфа было уделено баночке и её содержимому, быстренько оказавшемуся на пальцах воина. Поза более чем располагала к разврату и Фенрис одной рукой сжал ягодицу любовника, чуть раздвигая, чтобы можно было осторожно смазать, подготовить к продолжению. - Ты знаешь, что ты сводишь меня с ума? Зачем ты это делаешь? - Лириумный эльф усмехался, кипящие чувства искали выход из непривычной для него ситуации и он стал удивительно разговорчив. - Я догадываюсь... Точно так же, как и ты - меня. А зачем... Ты восхитителен в этом безумии, Лито, восхитителен настолько, что ради такого выражения в твоих глазах я готов перевернуть всю Тень, в одиночку остановить Мор и сойти с ума следом за тобой, разделяя это сумасшествие, чтобы оно никогда не заканчивалось. - Ты уже один раз сходил с ума. Не надо, мне не понравилось, - снова поцелуй, настойчивый, требовательный. - И в одиночку не надо, зачем тогда нужен я? Теперь, когда нас только двое, я не выпущу тебя из-за своей спины, даже не надейся. Эльф тонул в ощущениях, но это не мешало ему продолжать, мягко надавить на податливые мышцы, скользнуть пальцами внутрь, чувствуя жар желанного тела. - Да, теперь нас двое, Лито... Андерс чувствовал себя так, словно залпом выпил бутылку чего-то крепкого и алкогольного в хорошей компании - голову приятно вело, блаженное тепло разливалось по телу. А еще рядом был самый любимый, самый родной и дорогой его эльф, при взгляде на которого опьянение усиливалось с той же скоростью, с которой захлестывало желание. - Надеюсь, ты не пожалеешь о замене. Я никогда не буду так близок тебе, как он, но зато я могу быть ближе по-другому, - Фенрис убрал руку, распутал застёжку своих штанов. Ждать не было никаких сил и даже промедление на возню с зельем показалось слишком долгим, но он не хотел причинять боль. Как следует смазав свой давно возбуждённый член, воин крепко сжал бёдра любовника, направил, заставляя опуститься, впуская в себя твёрдую плоть. - Ты не замена. Ты - единственный, - успел пробормотать маг прежде, чем задохнулся коротким вскриком, принимая возлюбленного, двинулся на пробу, приноравливаясь к движению, не отрывая взгляда от лица эльфа. - Ты отказался от него, чтобы остаться со мной... быть может я просто неверно выразился. - Эльф позволил себе лечь, продолжая направлять мага руками, задавая приятный обоим темп. - Вот теперь у нас точно всё как в женском романе. Но, знаешь, мне это нравится... - Мне тоже, Лито... Мне тоже. Насчет женских романов маг ничего точно сказать не мог, потому продолжал двигаться, млея от удовольствия, преисполненный счастья. Близость приносила блаженство, лишала воли и мыслей. Эльф просто отдавался размеренным движениям, наслаждаясь любовником. Единственное, что не нравилось Фенрису - он не слышал столь полюбившихся ему стонов мага. Ловкие, хоть и немного грубые пальцы воина коснулись члена Андерса, сжали, чтобы тут же начать ласкать в такт движению, довести до исступления. Стоны возобновились, может быть, не такие громкие, как были вначале, но не менее полные счастья и наслаждения близостью. Маг двигался, чувствуя, как с каждым движением внутри вспыхивают колючие искры счастья, так приятно царапающие сердце. - Лито... Желанный... - губы с трудом разомкнулись, пропуская на выдохе заветное имя. Андерс застонал, чувствуя, как его с головой накрывает горячая волна удовольствия, выдал протяжный долгий стон, кончая. Маг вздрагивал в руках воина, отдавался ему без остатка, податливый как воск. Удовольствие перехватывало дыхание и Фенрис не думал ни о чём, кроме жара чужого тела, отдаваясь животным рефлексам, инстинктам. Даже испытывая наслаждение оргазма у эльфа снова получился скорее звериный рык, нежели стон. Фенрис сел, обхватывая любовника руками за плечи, прижимая к себе, чтобы сердца бились так близко как это возможно. - Мой, только мой Андерс... - расслабиться получилось не сразу, губы касались чужой шеи, в долгом поцелуе. - Да... - шепотом подтвердил маг. - Только твой. Андерс все еще плавал в теплых отголосках любви и нежности, шевелиться не хотелось совсем, он вслушивался в биение сердца эльфа, улыбался счастливо, тихо мурлыкал от тепла и расслабленности. Несколько долгих секунд мужчины сидели в тишине, слушая только собственное сбитое дыхание и громкий стук сердец, но чуткий слух эльфа уловил шаги. Фенрис в последнее мгновение успел извернуться и накинуть на обоих лежащее рядом тонкое одеяло, закрывая компромат от посторонних глаз, но, даже так, вошедший молодой парнишка заметно покраснел, кашлянул и нарочито чётко сказал: - Хранительница передаёт, что охотники вернулись. - Спасибо, - сухо бросил лириумный воин, и мальчишка пулей вылетел из шатра. - Отправимся в ту пещеру и осмотрим ее? - Андерсу хотелось валяться ближайшую вечность, обнимая эльфа, однако долг звал, следовало расплатиться с долийцами за помощь. - Надеюсь, что это просто один из обветшавших культов, которые остались осколками прошлых религий, а не нечто, набирающее силу заново. - Отправимся, - согласился эльф, - но вот я тебя пока никуда не отпускал. Несколько минут ничего не решат. Фенрису хотелось просто немного посидеть рядом с любовником, чувствовать его тепло, игнорируя всё окружение, скользить пальцами по коже, поглаживая. - Если тебе так не терпится, то я прихватил кое-что из пещеры, можешь поизучать. - Из сумки был извлечён ремень и выдан магу, а сам маг привлечён обратно в объятия. Андерс прильнул к любимому, задумчиво рассматривая ремень. - Никогда такого не видел... Интересно... Может быть, Хранительница знает что-то большее. Маг убрал ремень в сторону, обнял эльфа покрепче, потерся щекой о его грудь, пытаясь выразить переполнявшие его чувства. - Ты колешься, - не выдержав, рассмеялся воин, потому что ему было на удивление щекотно. Фенрис погладил любовника по волосам, поискал глазами шнурок, нашёл и медленно стянул волосы Андерса в его извечный хвостик. Сломав собственные барьеры отчуждения, эльфу постоянно хотелось касаться мага, просто так, можно и без повода. Маг рассмеялся в ответ: - Хорошо, побреюсь, как только вернемся из пещеры. Андерс приподнялся на локте, заглянул в глаза Фенриса, улыбаясь. Он не представлял себе, как теперь можно хотя бы на минуту оторваться от любимого. Впервые хотелось обнять, прильнуть и не отрываться ни на минуту. - Ты мне нужнее воздуха, Лито. - Только не переусердствуй, мне нравится твой обычный вид. Хотя за время бдения у моей постели ты вообще за собой не следил, это же не дело... Хотя, именно это и спасло мне жизнь. - Фенрис усмехнулся, застегнул брюки, наконец встал, потягиваясь всем телом до хруста в позвонках, пару раз присел, разминаясь. - Располагай мной, господин магистр. Андерс задумчиво облизнулся, судя по веселым огонькам в глазах, эльфа он располагать собирался строго определенным образом. Однако маг сдержал комментарий, поднялся, одеваясь в свою очередь. - Я постараюсь оставаться в таком же разгильдяйском виде, - пообещал он. - Надо ограбить кого-нибудь из охотников, - глубокомысленно изрёк эльф с отвращением смотря на рубашку. Стирать и зашивать её ещё раз у Фенриса уже не было никакого желания, а больше у него с собой ничего не было, поэтому он совершенно наглым образом взял только перчатки и нацепил их как есть, меч же привычно закинул на плечо. - Идём, и так задержались уже. И, да, мне очень нравится твой разгильдяйский вид. Андерс так и прикипел взором к эльфу. - Мне твой тоже нравится, - пробормотал он. - Только ты уверен, что ты в таком виде хочешь пойти? И где, кстати, те замечательные носки? Маг покрепче вцепился в посох, чтобы не начать тянуть руки к Фенрису. - Выкинул перед кораблём, - хмуро ответил эльф, смотря из-под чёлки на мага. - Ты предлагаешь мне идти в окровавленой тряпке, которую только по недоразумению можно назвать одеждой? Или взять у тебя перьевую накидку, прикрывающую мне полгруди? - Ммм, Лито, не соблазняй меня. - Андерс явно представил эльфа в своей накидке. - Ммм. Хотя я б не отказался увидеть тебя в ней, но чтобы это видел только я, а не десяток посторонних эльфов. - Хорошо, я подумаю над этим, - с тихим стоном вздохнул эльф, поднимая взгляд к куполу шатра и смешно изгибая брови. - Но потом. А сейчас, я так понимаю, других вариантов у тебя нет, так? - Моя запасная мантия, как вариант. Или действительно попросить у кого-то из эльфов. Андерс усилием воли переключился на дела. Нужно разделаться с долгами, чтобы быть свободными ото всего и спокойно заниматься уже своими делами. - Ты представляешь воина в мантии? Я же в ней запутаюсь. Не глупи, ну, подумаешь, пройдусь так. Что, тут все такие скромные, что обнажённый мужской торс не видели? Не глупи, - повторил лириумный эльф, фыркнул, наморщив нос, и вышел на свежий воздух, небрежно придержав ткань шатра. Андерс последовал за ним, мысленно удивляясь сам себе - это что, ревность проснулась внезапно? Нет, правда, Фенрис же всего лишь полуобнажен, а не... Маг принялся судорожно вспоминать лекции Круга, переводя мысли в более безопасную плоскость. Ревность - это плохо, ревность - это форма собственничества и чем, в таком случае, он лучше того же Данариуса? http://laterne-magica.deviantart.com/art/shine-326806236 иллюстрация для тех, кто дочитал ))