Знакомство

Солнце стало чуть менее палящим, склонившись от зенита к закату, когда мы пришли на нашу поляну. Было время, когда я считал её только «своей», но с тех пор прошла целая вечность (по земным меркам всего восемнадцать лет) — и сейчас мы приезжаем сюда всей семьёй. В середине июля, в зените лета, в день знакомства с моей «магиней» — как год назад и как предыдущие годы. Папа, мама и ребёнок — это, конечно, полноценная «ячейка общества» (у меня в детстве и такой не было), но, по моему нескромному мнению, полная семь-я должна быть не меньше нашей. Не знаю, за какие заслуги она была дана мне, но за такую семью готов благодарить всех богов и все силы. — Тебе помочь? — по привычке спрашиваю я у Леры, расстилающей пледы поверх высокой душистой травы. — Спасибо, любимый, но мы с Кирой справимся. Раньше мы устраивали настоящие пикники — сейчас еда, похоже, нужна только Адриану, чтобы хоть чем-то себя занять, и девочкам перехватить по бутерброду перед прогулкой. — Боги-боги! Здесь вообще есть интернет?! — вопит на всю округу второй сын. Судя по тону голоса, уже убедился в отрицательном ответе. — И как он раньше без интернета жил? — отзывается Лера. — Так он и не жил раньше. Жена смеётся — Адриан хмурится сильнее, не понимая шуток о своей «молодой душе», и продолжает яростно давить пальцем в экран смартфона. Наш третий, Ромка, убежал на край поляны — вприпрыжку и со смехом, будто ему семь лет, а не двенадцать. Его макушка вмиг скрылась из виду — похоже, упал в траву и вот-вот улетит в один из «тонких» миров. Я за него не волнуюсь, ибо на нашей поляне лучшая защита для таких путешествий. Немного беспокоит состояние Святослава — уж слишком сосредоточенный и молчаливый ещё со вчерашнего вечера. — Отец, сегодня я должен пойти в лес, — наконец, решается сообщить он, прикасаясь к груди, где под футболкой амулет с собственноручно вырезанной руной Ансуз. — К ночи вернёшься? — Нет, только к утру. — Иди, — киваю я и провожаю старшего сына взглядом, думая, как быстро он обретает самостоятельность на нашей стезе. Интересно, когда мой отец поймал себя на подобной мысли? Мне тогда было явно не семнадцать — скорее, ближе к двадцати четырём. За спиной вздыхает Лера — чувствую, думает о том же, и ей как матери тяжелее принять эту истину. — Андрей, ты уверен… в тех силах, с которыми он связан? — еле слышно спрашивает она. — Уверен. Мы оба понимаем абсурдность и, можно сказать, бестактность вопроса, но я должен утешить жену, пока она сама не справилась с волнением. Присаживаемся на плед, опираясь на большой камень, наблюдаем за детьми. Кире удалось отвлечь старшего брата от смартфона и вовлечь в швыряние яблоками. Не по годам рассудительная Тая предпочла рассматривать жучков и бабочек. — Давай посмотрим фильм, — вдруг предлагаю Лере. — О чём? — она не уточняет способ, хотя многим другим он показался бы, как минимум, удивительным. — О нашем прошлом. — Насколько давнем? Ух, моя любимая зануда! Целую в макушку и шёпотом выдыхаю: — Розги… Жена распахивает глаза — точно вспомнила! Улыбается, кивает, закрывает глаза, положив голову мне на грудь. Закрываю глаза вслед за ней — прислушиваясь к сердцебиению друг друга, мы спускаемся в коридоры сознания, чтобы извлечь оттуда один из самых значимых дней нашей жизни.