Ваньнин?

Мо Жань устроился работать бариста еще во время своего студенчества. График спокойно позволял совмещать работу с учебой, в кофейню часто захаживал его сексуальный недоступный профессор, поболтать с клиентами он любил, один клиент его надоумил сделать пару татуировок. В общем, Мо Жань конкретно так забился, и о работе по специальности не могло быть и речи: кто возьмет в офис для работы с серьезными дядьками "глупца, влившего под кожу литры краски". Ладно, может и взяли бы, если бы Мо Жань упаковал свое тельце в приличный костюмчик, замазал тату и вытащил сережки, но мужчину такие вещи абсолютно не устраивали, поэтому он и придумал оправдание. Так, для самого себя. Работать в кофейне ему нравилось. Как может не нравиться работа, на которой ты регулярно смотришь, как твой строгий препод по ахуеть какому сложному предмету заходит в помещение, на дверях звенит колокольчик, оповещая Мо Жаня о начале зрелища. Строгие брови вразлет, глаза феникса, покрытые толстыми льдами. Ты хоть метеорит об этот лед ебани, не треснет. Выглаженный костюмчик, делающий профессора Чу похожим на подростка, спиздившего одежду у своего деда, иногда сто слоев одежды (когда температура падает ниже десяти градусов по Цельсию), но уже не похожая на одежду деда... Строгий голос, дребезжание этой хуйни, позволяющей Мо Жаню радовать посетителей очень вкусным кофе и... Ваньнин, берущий чашку обеими холодными ручками, утыкающийся в напиток, и его забавные усы из молочной пены. "Словно котенок, не умеющий пить из миски," - пронеслось как-то у Мо Жаня в голове. - "Я хочу слизать эту пену." Все, поздравьте. Мо Жань бы мог кому-нибудь сказать, что он продолжает работать в кофейне, радуется своим татуировкам, позволяющим "прохлаждаться свободным от офиса", продолжает упрямо взбивать столько пены, сколько может, лишь бы после каждого дня посещения Чу Ваньнином кофейни яростно себе надрачивать, вспоминая этого котеночка, но его бы отхуярили ссаными тряпками. Преподов трахать нельзя, и Мо Жаня устраивает его жизнь, в которой он яростно надрачивает после работы, иногда, когда этого не хватает, встречается с Жун Цзю, кончая тому на лицо. "Мо Жань, прекрати так делать. Ты же знаешь, что я могу проглотить все, а с лица смыть сложнее. Хорошо, что на волосы не попал." Мо Жаня устраивала его жизнь, пока на третий год после его выпуска Чу Ваньнину не решили ставить вечерние, сука, пары. Вы издеваетесь? Мо Жань представлял, каково приходится студентам, сидевшим на паре Чу Ваньнина перед сном, плетущимся в общагу после пар делать домашку, заданную Чу Ванином, чтобы к восьми утра следующего дня быть на паре Чу Ваньнина. Пизда вам ребята, че. Мо Жань-то выпустился, теперь может только представлять. Зато с утра у него больше заказов, а значит больше зарплата, а значит скоро Мо Жань сделает еще одну тату. Или губу проколоть? Похуй. Но вот студенты не могли представить, каково теперь Мо Жаню. Чу Ваньнин теперь сидел в кофейне после своих пар и как по расписанию уходил за двадцать минут до закрытия. Только Чу Ваньнин сидел с ноутбуком или разбирал бумажки и боялся пролить на них кофе, так что стал брать напиток в бумажном стаканчике, и Мо Жань больше не мог вечерами надрачивать на пенку на лице профессора, он мог довольствоваться только своими воспоминаниями. Кто блять составляет расписание? Зато Мо Жань нашел новое развлечение. Надрачивать на кофейную пенку больше нельзя, но теперь он в течение сорока (сорока!) минут мог стоять, тщательно полируя чашки полотенцем, чтобы пораньше сдать смену, и смотреть на Чу Ваньнина, зарывшегося в бумажки и огромный оверсайз свитер. Чу Ваньнин на него не смотрел, и Мо Жань мог пялиться сколько угодно. Чу Ваньнин много чего больше не делал: не орал, не выгонял за сон в аудитории (Мо Жань просто прикрывал уставшие глаза! И что, что потом последние 10 минут лекции Мо Жань вообще не помнил. Он работал до вечера а потом делал домашку!), не заваливал горой дополнительных заданий, не... Сука, почему с первого по четвертый курс Мо Жань все пытался окучивать Ши Мея, а не эту ледяную (в прямом смысле! Где ваши перчатки, профессор Чу?) глыбу? Ши Мей был красивым. А Чу Ваньнина чертовски хотелось раздеть и трахнуть на том же столе, по которому сейчас разбросаны его ебучие отчеты и планы. Однажды Чу Ваньнин себе изменил. Он вваливался в кофейню после последнего потока посетителей и спокойно сидел еще сорок минут. Как будто у него где-то будильник был заведен. Профессор Чу, уже ровно двадцать два сорок, через минуту тут и след ваш должен простыть! Но на этот раз он сел за другой столик - поближе к окну (и батарее) и выглядел настолько уставшим, что Мо Жаню захотелось его пожалеть. Профессор Чу, все нормальные люди в это время спешат к себе домой, к семье, к любимым, кормить животных, выгуливать собак, чтобы запущенный случайно робот пылесос не размазал по квартире говно зигзагами, готовиться ко сну в одиночестве, в конце концов! Чу Ваньнин выглядел сонно. Периодически он откидывался в кресле и минут пять сидел с закрытыми глазами, пока голова не начинала падать на грудь, а потом осоловелым взглядом снова смотрел в ноутбук и пытался что-то печатать. Потом хмуро исправлять. А потом снова откидывался головой на кресло. Мо Жаню казалось, будь его воля, он бы залез на кресло с ногами и окончательно заснул, свернувшись клубочком. За десять минут до закрытия Мо Жань понял, что профессор не проснется, и, опершись на стойку локтями, продолжая протирать чашку полотенцем, больше похожим на салфетку, засовывая его внутрь чашки двумя пальцами, негромко окликнул посетителя. - Профессор Чу! - голос, который уже полчаса не выдавал "Добрый вечер! Погода за окном просто ужасная, не хотите согревающего чаю? А, сегодня по классике, хорошо, чудесный выбор!" был хриплым настолько, что Мо Жань бы сам себе отсосал, будь его два. Чу Ваньнин тоже перемену заметил и встрепенулся в своем кресле. Глаза сонно пытались найти источник звука, взгляд упал на старательные руки Мо Жаня, но спустя мгновение профессор покраснел и окончательно проснулся. Посмотрел на время в своем телефоне, принявшись судорожно собираться. Если не поторопится, он опоздает на автобус. И где ему ночевать? На лавочке в парке? Или вернуться в университет, пройти мимо спящего охранника и завалиться спать на диванчик у себя в кабинете? Одинокий Чу Ваньнин окончательно женился на своей работе и спит у себя в кабинете, прекрасно. Ваньнин принялся собирать бумажки в стопки и агрессивно запихивать их в портфель, попутно роясь в карманах в поисках ключа от квартиры. Хорошо, вот он. Чу Ваньнин все успеет и будет ночевать у себя в кровати. Хорошо. Пока профессор собирался, Мо Жань успел помыть полы (че там еще мыть, и так чистое, можно просто тряпкой пройтись, все равно с утра дождь обещали), закрыть кассу и начать выключать свет. Одевались они одновременно, Мо Жань придержал двери перед Чу Ваньнином и начал ставить сигнализацию, когда профессор за неимением освещения со стороны уже закрывающейся кофейни обо что-то споткнулся. Послышался металлический звон. Мо Жань не обратил внимания, бодро сбежал по лестнице и уже было хотел попрощаться с профессором, когда заметил, как Чу Ваньнин обиженно смотрит на асфальт. Чуть подойдя, Мо Жаню увидел (ему показалось!), что в отсветах автомобильных фар по лицу Чу Ваньнина скатилась слезинка. Он проследил за ней, бесследно исчезающей в горловине свитера, и понял, что Чу Ваньнин сверлит взглядом сток для дождевой воды в асфальте. Атмосфера стала неловкой. - Профессор Чу, что-то случилось? - решил поинтересоваться Мо Жань. Он и так все понял, но что делать он не понимал. - Ключ. - кивнул профессор на асфальт. - Я могу помочь убрать решетку и поискать, - начал было Мо Жань, но Чу Ваньнин его перебил. - Нет смысла, если его сейчас доставать, то я не успею на автобус, - решил все-таки поделиться Чу Ваньнин. - завтра можно будет достать, все равно придется ночевать в университете. Мо Жаня хватил ужас. Чу Ваньнин так спокойно об этом говорил, будто ночевки в университете были обычной практикой! Конечно, можно было бы поделиться горем с друзьями и напроситься переночевать, но это Чу Ваньнин! Не то, чтобы у него не было друзей (а как же дядя Сюэ?), но такие гордые люди, как Чу Ваньнин видимо действительно предпочтут спать в университете, чем обратятся кому-то за помощью. Чтож, теперь Мо Жань знал что делать. - Профессор Чу, я как раз живу неподалеку... - начал было Мо Жань, когда увидел, что Чу Ваньнин затрясся в беззвучных рыданиях. Первой мыслью было обнять его, что Мо Жань и сделал. - Ваньнин?