Напомни мне, как дышать

      Холодный сентябрьский ветер нагло забирается под одежду, заставляя Арсения поежиться и, недовольно сморщив нос, укутаться еще больше в пальто. Серость улиц только усугубляет и без того паршивое настроение, которое не задалось с самого утра, стоило будильнику вырвать мужчину из цепких лап сна. Разлитый кофе и неудачный шлепок лицом об пол не вспоминались с таким раздражением, как, например, невовремя застрявший лифт или же внезапно начавший моросить дождь. Попов фыркнул со своих же мыслей, запахивая высокий воротник чуть ли не до самого носа. Осень только-только ступила на пост, а погода уже знатно подпортилась, насмехаясь над невнимательными прохожими грязными от земли лужами или же колким морозным ветром, который, кажется, мог превратить любого в ледышку за считанные секунды.       Арсений никогда не отличался пессимистичностью, привыкший смотреть на мир сквозь призму ярко-желтых очков и улыбаться даже с мелких пакостей фортуны, но сегодня эта заносчивая дама, видимо, решила отыграться на нем сполна. За что? Не совсем понятно. Но Попов свято верит, что после этого отвратительного дня, который даже не успел начаться, наступит светлая полоса.       Мужчина взглянул на наручные часы, прикидывая в голове, как долго ему придется объяснять причину опоздания на подготовку к скорому концерту. Устроить сегодня внеплановую прогулку до работы было дурацкой идеей, но кому теперь не все равно, когда половина пути уже с горем пополам пройдена, а от второй отделяет только несколько десятков метров моста.       — Ну что, может еще искупаешь меня сегодня? — Арсений весело усмехнулся и показал небу язык, шкодливо пряча глаза в воротнике угольно-черного пальто. Если он еще и хмурый появится на сцене — выступление можно будет обрубать на корню, толку от такого Арса никакого.       Телефон в кармане завибрировал, подавая признаки жизни вперемешку с тихой мелодией каких-то колокольчиков. Холодные пальцы скользнули по экрану, обводя высветившееся белыми буквами имя. Довольная улыбка тут же заиграла на губах, придвещая нечто хорошее. Кто бы не хотел после такой череды неудач скрасить себе приятным диалогом оставшийся путь, пусть Шастун и выклюет ему мозг за первые пять минут диалога.       — Давай, Антоха, жги, — Попов спрятал свободную руку в карман пальто и пошагал дальше, всеми способами избегая холодного ветра, который ни в какую не хотел отставать от него.       — Ты же понимаешь, что еще десять минут, и тебя даже в морге не опознают? — парень на том конце телефона чем-то недовольно шуршит, в последствие тихо матерясь и наконец, видимо, выуживая нужную вещицу. — Меня Стас скоро если не сожрет, то точно отпиздит. Где тебя носит? Случилось что-то?       Арсений задумчиво цокает, рассматривая немногих прохожих, которые вообще решились выбраться в такую погоду на улицу.       — Спешу, как могу, Тох, — стрелка на часах неумолимо движется вперед, подгоняя чуть скомканное силой воли раздражение к хозяину обратно. — По идее...Так, дай мне буквально пять минут, и мы сами откусим нашей истеричке лицо за преждевременную панику, — Попов буквально кожей почувствовал, как собеседник с той стороны улыбнулся, перебирая одно из многочисленных колец подушечками пальцев.       — Сам скажешь ему это, я передавать не буду, — Шастун чем-то вкусно чавкнул, попутно отвечая кому-то еще. Голоса слишком глушились повседневной суетой в гримерке, отчего разобрать их обладателей было практически невозможно.       — Мне оставь, — мужчина огляделся по сторонам, быстро перебегая дорогу. — Так, ладно, я почти на месте. Не схомячь все как обычно, идиотина.       Арсений отключился прежде, чем Шастун успел возразить хоть что-то, запихивая телефон обратно в карман. Скрежет колес сзади раздается слишком внезапно, отчего Попов инстинктивно отскакивает от проезжей части еще дальше, мгновенно оборачиваясь. Сердце громко стучит в груди, в глазах плещется секундная паника, пока он не понимает, что водитель всего лишь немного не справился с управлением, заезжая на бордюр. Гулкий звук клаксона разносится в разные стороны, а ругань высунувшегося наружу мужчины слышна даже отсюда. Арсений непонятливо хлопает глазами, осматриваясь по сторонам. В голове никак не может сложиться картинка происходящего, потому что водитель уже яростно порывается выйти из машины, а кроме него на крохотном участке обочины и нет никого.       — Еще, блять, раз так сделаешь, самолично будешь оплачивать ремонт, понял?!       Попов фыркает, уже было собираясь смыться от этого ненормального подальше и поспешить на работу, как понимает, что кричат-то на него. Или же на того, кто находится за ним. Как это?       Не успевает Арсений до конца сообразить, как чьи-то руки крепко хватают его за плечи, разворачивая лицом к себе. Антон. Перед ним стоит Антон, бегло оглядывая Попова с ног до головы, и облегченно выдыхает. Секунда. Секунды явно мало, потому что в голове абсолютная пустота. Мысли роятся, борясь и перебивая друг друга, рот приоткрылся в неподдельном изумлении, а на экране телефона вновь высвечивается до боли знакомое и в то же время далекое имя:

Антон