Враг по соседству

                    Я почти жалею, что начался сезон отпусков. Да, я сказала это. Хотите знать, почему? Потому что сегодня канун Рождества, а я не могу праздновать его вместе со своей семьей, к тому же женщина, которую я люблю, ненавидит меня.       Позвольте мне начать сначала. Вы наверняка слышали истории о том, как парень влюбился в соседскую девушку? Ну вот, это одна из тех историй, за исключением того, что я не парень. Итак, я девушка, которая влюбилась в девушку по соседству. В этой истории, как и в любой другой, есть свои неожиданные повороты. Один поворот в том, что еще несколько лет назад я ненавидела ее. Она была моим заклятым врагом детства. Еще один поворот заключается в том, что я переспала с двумя из трех ее сестер. Если вы вдруг подумали, что это просто отвратительно, то как вы отнесетесь к тому, что она переспала с одним из моих братьев и обеими сестрами?       Прямо сейчас я сижу на своей кровати в добровольном изгнании и пишу эту историю на ноутбуке. Я забаррикадировала дверь спальни и отказываюсь выходить, потому что, кажется, все, к чему я прикасаюсь, разрушается. Я вроде как начинаю желать, чтобы ангел спустился и сказал: "Тебе был дан великий дар... шанс увидеть, каким был бы мир без тебя", чтобы я могла увидеть, чего стоит моя жизнь.       Может быть, тогда я смогла бы понять, что на самом деле я еще не все испортила, и в конце концов все будет хорошо. Это ведь Рождество. Сезон вечной надежды. Хотя моя надежда безнадежно глупа.              Итак, с чего начать мой рассказ? Думаю, я должна начать с описания. Представьте себе маленький городок с населением в три тысячи человек, спрятанный между двумя горами. Северная долина выживает за счет богатеев, которые отдыхают в горах, небольших групп туристов и лесозаготовительных компаний. Это причудливый маленький городок, который был домом для моей семьи на протяжении нескольких поколений.       Теперь мне придется рассказать о своей семье, но я сразу предупреждаю вас, что все это будет выглядеть довольно сложно. Моих родителей зовут Джейкоб и Маргарет. У меня пять братьев и сестер, всего нас три мальчика и три девочки. Я начну по порядку, чтобы не запутаться. Самая старшая из нас - моя сводная сестра Лили. Следующий - мой сводный брат Джейкоб-младший, которого все зовут Джей-Джей. Между Лили и Джей-Джеем разница всего в пять месяцев.       История моих родителей похожа на одну из сказок Арлекина. Когда-то мои родители были женаты на других людях. Первый муж моей мамы ушел от нее и подал на развод вскоре после рождения Лили, а мать Джей-Джея умерла при родах. Его мама и моя мама были хорошими подругами, поэтому, когда она умерла, мама почувствовала, что это ее обязанность - помочь папе с Джей-Джеем. Некоторые люди думали, что мама пытается заменить родную мать Джей-Джея и занять ее место в сердце отца. Другие считали ее святой за то, что она взяла на себя заботу о чужом ребенке. Мама сказала, что никогда не хотела занимать место матери Джей-Джея. Она просто хотела почтить память своей подруги.       Всякий раз, когда папа рассказывает эту историю, он говорит о том, в каком моральном беспорядке оказался. Он не знал, то ли быть вечно благодарным маме за заботу о его сыне, то ли злиться, потому что она делала все то, что его покойная жена должна была иметь возможность делать. Большую часть своего времени он проводил в основном за работой, пока не вышел из оцепенения. Он изменился, когда узнал, что Джей-Джей разговаривает, а он даже не заметил, когда это произошло.       Папа услышал, как Джей-Джей назвал мою маму "мама", и это навсегда изменило его. Вместо того чтобы злиться, что его сын называет другую женщину "мамой", он понял, что мама действительно стала матерью его сына. Что она была лучшим родителем, чем он. Итак, папа изменил свои привычки. Мама говорит, что было бы невозможно найти более любящего отца по отношению к Джей-Джею и Лили.       В течение двух лет мои родители встречались, а затем поженились. После того как маму бросил первый муж, она гордилась тем, что стала независимой женщиной, поэтому папе потребовалось некоторое время, чтобы убедить ее выйти за него замуж. Предложение руки и сердца, которое она приняла, было примерно таким: "Эй, что ты скажешь на то, чтобы мы оба остались независимыми вместе, а?"              Ладно, вернемся к детям. Вскоре после того, как Лили исполнилось три года, родился Даниэль, а через год после этого в наш мир пришел мой брат Алекс. Через два года после Алекса появилась я. Пришло время представиться. Меня зовут Джессика Найт, но зовите меня Джесс. Через год после моего рождения появилась моя младшая сестра Тейлор.       Я сейчас кратко опишу свою семью и сразу вернусь к истории. У детей со стороны отца в семье обычно темные, непослушные каштановые волосы, темные глаза и коренастые тела.       У детей с маминой стороны более светлая внешность: светлые волосы, голубые глаза и стройное телосложение.       Лили - точная копия мамы в молодости, а Джей-Джей - настоящее яблоко с яблони Найтов. Даниэль представляет собой смесь обоих родителей - светло-каштановые волосы и карие глаза. Мой брат Алекс - красивый, чрезвычайно тщеславный, голубоглазый блондин. Я похожа на папу и Джей-Джея - невысокая, темно-каштановые волосы и карие глаза. Тейлор - еще одна смесь. У нее светлые волосы и карие глаза.              Итак, вернемся к истории. Когда мне было одиннадцать, в соседний дом переехала новая семья. Нам не хотелось иметь возле себя соседей, потому что нам нравилось свободно играть на пустом заднем дворе по соседству. Я должна сразу сказать, что я, мои братья и сестры в основном были хорошими детьми, но, собравшись вместе, мы могли вести себя ужасно. Никто не хотел влезать в драку с одним из нас, потому что все знали: если свяжешься с одним из Найтов, то наживешь неприятности со всем кланом.       Именно тогда она переехала в соседний дом, Кристина Морисон. Крис переехала с родителями и тремя сестрами. Клэр, старшая, была того же возраста, что и Джей-Джей. Следующей была Дженнифер - на год старше меня, а Крис была моего возраста. Младшую все звали Лаванда, хотя ее имя было Эндер, и она была ровесницей моей младшей сестры.       Нам с Крис было по одиннадцать лет, когда мы встретились. Я, Алекс и Тейлор сидели в домике на дереве, который построил для нас папа, когда они подъехали на машине. Мы надеялись получше разглядеть наших новых врагов.       Тейлор воскликнула:       - Смотрите! Они здесь!       Алекс, у которого был бинокль, сказал:       - Итак, давайте посмотрим, с кем нам придется иметь дело. Мама и папа. Пара девочек - одна выглядит как настоящий ботаник. Еще есть маленький мальчик. Бьюсь об заклад, он слюнтяй.       Я взяла у него бинокль и посмотрела сама. Позже я узнала, что у всех сестер Морисон были зеленые глаза и каштановые волосы разных оттенков.       У Клэр, старшей, волосы были волнистые, рыжевато-каштановые с золотыми прядями и острые, пронзительные зеленые глаза. В волосах Дженнифер было больше рыжего, чем каштанового или желтого, а ее зеленые глаза были мягкими и светлыми. Каштановые волосы Эндер были самыми темными из ее сестер. Требовалось прямое падение солнечного лучa в волосы, чтобы увидеть красную или желтую вспышку. Ее зеленые глаза тоже были самыми темными и становились еще темнее, когда она злилась.       В тот момент, когда я увидела Крис в бинокль, я сразу поняла, что рождена для того, чтобы превратить ее жизнь в ад. У нее был высокомерный вид, и она была одета в розовое. Сорванец, живший во мне, ненавидел розовый цвет.       Где-то в самой глубине моего подсознания, которое находилось на пороге полового созревания, я все же отметила, что Крис была симпатичной. В ее каштановых волосах идеально сочетались рыжий, каштановый и золотистый цвета. Ее глаза сверкали разными оттенками зеленого. Они могли быть такими же темными, как у Эндер, и такими же мягкими, как у Дженнифер.       Обдумывая это сейчас, Крис нельзя было назвать милой. Дженнифер можно считать милой. Клэр - потрясающая. Эндер - красавица. Крис можно было назвать всего лишь красивой.       Я помню, как зарычала, глядя на нее:       - Она не продержится и полгода.       Тейлор выхватила у меня бинокль, и настала ее очередь. Мы внимательно наблюдали за ними, чтобы увидеть, какие комнаты они займут. Крис и Эндер разделили комнату, которая находилась прямо напротив комнаты, которую делили мы с Тейлор. Мы могли бы заглядывать в комнаты друг друга, если поднять жалюзи.       В тот вечер за ужином папа упомянул о новых соседях. Мама посмотрела на нас и велела вести себя прилично. На самом деле ей нужно было беспокоиться только обо мне и Тейлор, так как Алекс потерял интерес к соседям сразу, как только увидел, что у соседей нет больших мальчиков, о которых пришлось бы побеспокоиться.              Сразу после ужина папа повел нас всех на встречу с Морисонами. Оказывается, когда-то в детстве мой отец и Джим Морисон были друзьями, и теперь Джим решил вернуться в Норт-Вэлли со своей семьей.       Каждая семья выстроилась в шеренги, как солдаты, по разные стороны поля битвы. Папа и Джим по очереди представили всех, и большая часть моей семьи была удивлена, узнав, что Лаванда не мальчик. Как только она подняла лицо, спрятанное под козырьком бейсбольной кепки, мы поняли, что она девочка.       Наши родители пытались заставить нас пожать друг другу руки и поговорить. Клэр просто зевнула и проигнорировала нас. Крис задрала нос, и я могла бы поклясться, что она сказала одной из своих сестер: "Они явно завидуют моему прекрасному носу. Любой бы позавидовал."       Дженнифер удивила меня, пожав каждому из нас руку. В очках она действительно выглядела немного занудой, но для столь молодой девочки она была на удивление уверенной в себе.       Эндер подошла прямо к моей тогда девятилетней сестре и посмотрела на нее так, как обычно смотрят на жука. Нахмурившись, она произнесла:       - Ты слишком девчачья.       Мэри Морисон ахнула, поняв, что сказала младшая:       - Лаванда!       Я могла бы ударить любого другого за то, что он так обошелся с моей сестрой, но она была меньше меня. И это было бы несправедливо. Возможно, в детстве мы были ходячими ужасами, но старались поступать справедливо.       Тейлор, однако, была не из тех, кого можно унизить безнаказанно. Она усмехнулась:       - Ну, а я думала, что ты мальчик, Лаванда.       В следующий момент мы уже смотрели, как Тейлор и Эндер катаются по земле, нанося друг другу удары со всей своей юной мощью. Я не видела, как Эндер нападала на мою сестру, но она по сей день говорит, что это была именно она. Тейлор, конечно же, клянется, что она нанесла первый удар. Эндер и Тейлор до сих пор мало о чем могут договориться.       Естественно, мы, дети, не собирались их останавливать. Папа и Джим, поняв это, вскочили и разняли своих младших детей. Они брыкались и кричали, пытаясь вцепиться друг другу в глотку. Отправив провинившихся по домам, папа посмотрел на Джима и спросил:       - Хочешь чего-нибудь выпить?       Джим посмотрел на нас, детей, которые глазели друг на друга, и сказал со смехом в голосе:       - Конечно, сэр! Прекрасная ночь для укрощения духов в той или иной форме, сэр!              С того вечера Морисоны стали заклятыми врагами Найтов. Однако я должна уточнить, сказав, что в моей семье только у девочек были проблемы с Морисонами. Тейлор и Эндер стали естественными врагами. Я уже сказала о своей ненависти к Крис. Лили, заявившая, что слишком взрослая для детских ссор, сразу же невзлюбила старшую дочь Морисонов, Клэр.       Мои братья и Дженнифер оставались нейтральными и даже вежливыми по отношению к врагу. Как бы мне ни хотелось ненавидеть всех Морисонов, я не могла. Джим и Мэри оказались хорошими друзьями моих родителей, и я не могла не любить их только за то, что они подарили жизнь нашим врагам. Битва между Эндер и Тейлор казалась мне забавной, а битва Клэр и Лили - интересной.       Так получилось, что Эндер мне понравилась, хотя я никогда ни слова не сказала об этом Тейлор, а Клэр была аккуратной. Для моего юного лесбийского ума она выглядела очень хорошенькой.       Я ненавидела только Крис, зато ненавидела ее всеми своими чувствами. Всеми шестью - зрение, слух, обоняние, осязание, вкус и еще какое-то. Все они начали ненавидеть Крис. Я засыпала, мечтая о том, как сделать ее жизнь несчастной.       Момент, когда я по-настоящему начала ненавидеть Крис, произошел в школе на следующий день. Она была зачислена в мой класс и заняла свободное место рядом со мной. Думаю, можно сказать, что я начала это, но я виню во всем ее высокомерный взгляд, который она бросила на меня, войдя в класс. Поэтому, когда она проходила мимо меня, я выставила ногу. Она споткнулась, но не упала. От ее взгляда, брошенного на меня, могла бы облупиться краска на стенах, и тогда наша война началась официально.       Война началась довольно безобидно, но вскоре прогрессировала. Во время занятий по искусству и рукоделию нам с Крис пришлось делить на двоих бутылочку клея и ножницы. Сначала она взяла ножницы и потратила кучу моего драгоценного времени на вырезание, затем она начала клеить, пока я занималась вырезанием. После этого она с милой, но злобной улыбочкой протянула мне бутылочку с клеем. Когда я попыталась выдавить клей, ничего не получилось. Я уставилась на нее:       - Ты специально израсходовала весь клей?       Она просто показала мне язык, а мне пришлось бороться с собой, чтобы не швырнуть в нее бутылку. Это было только начало.              Когда мне было десять, у меня было только два друга, с которыми я общалась в школе. Одним из них был мальчик по имени Джейсон, а другой - девочка по имени Кайла. Тогда я не была еще по-настоящему популярна, и другие дети, как правило, избегали меня. Наверное, это произошло из-за того, что иногда я вела себя ужасно. Итак, у меня было только два друга, и я была очень привязана к ним. В тот момент, когда Крис вошла в нашу школу, все были в восторге от нее, особенно девочки. В тот день, когда все отправились на перемену, мы с Джейсоном пошли потусоваться под одним из деревьев, которое мы объявили своим. Я спросила, оглядываясь вокруг:       - Где Кайла? Она получила наказание или что-то в этом роде?       Мы огляделись, и я наконец-то заметила Кайлу. Она стояла среди тех, кто столпился вокруг Крис. Они все умирали от желания узнать ее получше, так как, по-видимому, она казалась им классной.       Я же не видела в ней ничего классного, и у меня почернело в глазах от злости. Не думайте, что я преувеличиваю, поскольку Джейсон позже поклялся, что мои глаза из карих превратились в черные. По сей день люди говорят, что мои глаза темнеют, когда я злюсь.       Все, о чем я могла думать, это то, что она украла мою лучшую подругу, и именно тогда я поняла, как же сильно я ненавижу Крис Морисон. Затем Джейсону пришла в голову идея. Не просто идея, а… ужасная идея. Он прошептал ее мне на ухо, и я ухмыльнулась.       Я должна упомянуть, что накануне шел дождь, поэтому земля все еще была мокрой от луж и скользкой грязи. Следуя инструкциям Джейсона, я зачерпнула немного грязи и швырнула ее. Удар пришелся Крис прямо по новой белой блузке, надетой на ней. Ее глаза сразу приобрели темно-зеленый оттенок, мне кажется, что у нее тоже почернело в глазах.       Она направилась прямо ко мне и врезала приличным правым кроссом. Я вскочила на ноги и повалила ее в грязную лужу. Мы были мокрыми и грязными с головы до ног, но извивались в грязи до тех пор, пока учителя не разняли нас.       Меня наказали дополнительными часами отработки, а ее отправили домой, потому что она еще не успела подписать документы, в которых говорилось бы, что ее тоже можно наказать. После того как мне объявили наказание, меня тоже отправили домой, потому что у меня не было чистой одежды. Забрав из школы, мама меня отшлепала, но мне было все равно. Как только я вспоминала ошеломленный взгляд на лице Крис, когда я бросила в нее грязь, вся моя боль уходила.              В то время как отношения Эндер с Тейлор и Крис со мной становились все ужаснее, наши старшие братья и сестры становились все более популярными. Джей-Джей стал настоящим футболистом и в выпускном классе его выбрали капитаном команды. Даниэль начал встречаться со многими девушками. Этому способствовала его мальчишеская привлекательность и обаяние. Лили была популярной спортсменкой. Еще когда она была юниоркой, она уже была капитаном женской баскетбольной команды, а на следующий год она стала к тому же капитаном женской команды по софтболу.       Клэр, которая прибыла как раз во время набора команд, стала болельщицей. Если вы спросите меня или моих братьев, или любого мужчину в радиусе пятидесяти миль, то мы все скажем, что она была очень симпатичной черлидершей. К выпускному классу она стала капитаном команды болельщиц.       Одна вещь, которую вы должны знать о нашей школе, это то, что черлидерши известны своей неприязнью к спортсменкам, а спортивные дамы испытывали к ним похожие чувства. Ни для кого не было секретом, что капитан женской команды по софтболу и капитан группы поддержки приводились к присяге как смертельные враги в тот момент, когда они становились капитанами. Лили и Клэр отлично подходили для этой работы, потому что они уже ненавидели друг друга.       До меня доходили слухи, что они всегда и везде устраивали громкие разборки. Споры прекращались только в том случае, если одна из них уходила. До драки, однако, дело так и не дошло, все свелось к множеству трюков. Трюки, которые они устраивали друг для друга, устанавливали рекорды. Все изменилось, когда мы с Крис перешли в старшую школу. На биту Лили был нанесен суперклей, а на шлепки Клэр - порошок, вызывающий зуд.              После того как мы с Крис попали в беду из-за драки в школе, мы заключили негласный договор. Мы больше не устраивали драки. Все ограничилось словесными перепалками и несколькими сильными толчками, когда мы выходили из автобуса. Наши родители стали встречать нас на автобусной остановке, чтобы вовремя поймать и растащить по сторонам.       Однажды, как я помню, нас ждали наши отцы. Не самые лучшие в том, чтобы удержать нас порознь. Папа рассказывал Джиму анекдот:       - Тогда священник сказал: "Ты, очевидно, никогда не был по уши в монахинях".       Вскоре наши отцы от сильного смеха держались за животы. Тем временем мы с Крис сражались на земле. Я не могу вспомнить, что такого я натворила, чтобы вывести Крис из себя, но выйдя из автобуса, она развернулась и ударила меня своим правым кроссом. Нашим отцам потребовалась минута для того, чтобы понять: они должны разнять нас.              *****              Позвольте мне перемотать события вперед на несколько лет. Вражда наших семей не закончилась. Если уж на то пошло, стало еще хуже. Клэр около двух месяцев встречалась с Джей-Джеем, и они расстались врагами. Джей-Джей изменил Клэр, а Клэр изменила ему.       После того как Клэр, Лили и Джей-Джей закончили школу, они пошли каждый своей дорогой. Джей-Джей отправился в армию, а позже вернулся в колледж, чтобы стать инженером-строителем. Лили, наша гордость и радость, поступила в Йельский университет на стипендию по софтболу и начала изучать медицину. Клэр поступила в Государственный университет на специальность "искусство".       Как только мои брат с сестрой уехали, я наконец-то получила свою собственную комнату. Я переехала на чердак, где жила Лили. Крис тоже получила свою собственную комнату, которая была старой комнатой Клэр. Я была удивлена, обнаружив, что могу заглянуть прямо в ее спальню. Я даже могла бы заглянуть в комнату Дженнифер, если бы встала под правильным углом. Под правильным углом я подразумеваю угол наклона телескопа.       Вероятно, мне следует поговорить о телескопе. Это не я начала подглядывать, телескоп изначально не принадлежал мне. Это Лили владела им, это она начала. Я помню, как несколько раз я заходила в ее комнату и обнаруживала, что телескоп направлен не на небо.              Итак, к тому времени, когда мы с Крис учились в старшей школе на втором курсе, Алекс был уже выпускником, а Дженнифер - на последнем курсе. Даниэль учился в местном общественном колледже в нескольких округах от нас и жил в гараже, потому что хотел иметь место, которое можно было бы назвать своим, но при этом не платить за аренду. Тейлор, Эндер, Крис и я поддерживали ненависть в отсутствие Клэр и Лили. Можно было бы подумать, что все уладилось, но нет. Наши родители давно отказались от идеи подружить нас.       Наша школа, казалось, была разделена на три группы. Ты был либо за Найтов, либо за Морисонов, либо тебе было все равно. На моей стороне было гораздо меньше народу, потому что Крис была более популярной. В годы Тейлор и Эндер Тейлор была более популярной, и я сейчас объясню почему.       Если вы еще не догадались, Крис стала болельщицей, а я играла в команде по софтболу. В баскетболе я не смогла преуспеть, так как у меня не было роста Лили. Алекс играл в лакросс, а Дженнифер, нейтральная сестра, так и осталась ботаником, но она была очень милым ботаником.       Я никогда не могла ненавидеть Дженнифер, она мне даже нравилась. Она была книжным червем, и я тоже. Я даже вела дневник в старших классах, но никому не рассказывала об этом, так как подобное разрушило бы мой образ крутой девочки.       Я помню день, когда я начала думать о Дженнифер как о подруге. Я все еще была второкурсницей, и в субботу меня наказали за то, что я подшутила над командой болельщиц. Вы знаете, что такое воображение? Это ключ к моей темной и зловещей стороне, которая делает мои розыгрыши изобретательными. Шутка, из-за которой у меня появились проблемы, заключалась в том, что я положила краску в душевые лейки в раздевалке для девочек. Почему, спросите вы? Разве это не повлияло бы на команду по софтболу, когда те пошли в душ?       Ответ - нет. Тренировка по черлидингу заканчивалась раньше, чем тренировка по софтболу, в основном для общего благополучия, и они первыми уходили в раздевалку. Я положила сухой краситель, пока моя команда тренировалась, а затем выскользнула обратно на улицу. Я рассказала об этом остальным товарищам по команде, и мы смотрели, как болельщицы пошли в раздевалку, а сами ждали у входа с фотокамерами, пока не услышали первый крик. Ворвавшись внутрь, мы обнаружили шестерых черлидерш в разных расцветках - либо красных, либо синих. Мы смеялись так сильно, что начали плакать, делая снимок за снимком.       Я никогда не забуду Крис, покрытую синей краской. У меня до сих пор есть фотография, на которой она так выглядит. Она рванулась к держателю камеры, то есть ко мне, выглядя при этом очень синей и ужасно злой. Крис была обернута грязным полотенцем с синими пятнами, которое упало с нее, когда она опять ударила меня своим смертельным правым кроссом. Возможно, мне было очень больно, но я никогда не забуду ее груди, окрашенные в синий цвет. Когда нас начали бить все, мы с моей командой убежали, стараясь выжить и продолжить борьбу хотя бы еще на один день. Как бы сильно команда не хотела, я не позволила им развесить эти фотографии в школе. Некоторые из них должны были подвергнуться цензуре, и, хотя я была злой, но не жестокой.       Меня задержали и отправили в библиотеку вытирать пыль и расставлять книги по полкам. Для меня это не было проблемой. Мне нравились книги, и Дженнифер была там. Она была близкой подругой библиотекарши, и поскольку та хотела пойти на свадьбу племянницы, она оставила Дженнифер присматривать за мной.              Я нашла ее за столом библиотекаря, она сидела, закинув ноги на стол, и читала книгу. Увидев меня, она осторожно закрыла книгу и оглядела меня сверху до низу. Мне было любопытно посмотреть, как она отнесется ко мне за то, что я покрасила ее сестру в синий цвет.       Она произнесла с любопытством в голосе:       - Я думала, это ты Крис покрасила в синий цвет, но она, видимо, поделилась им с тобой.       Я осторожно коснулась синяка возле ушибленного глаза:       - Поделилась, - ответила я. - У нее по-прежнему отличный правый кросс. Так она все еще не отмыла синий цвет? - спросила я со злой усмешкой.       Дженнифер удивила меня, рассмеявшись:       - Да, в некоторых областях. Пузырек со спиртом для протирания помог избавиться от большей части, она перепробовала все, чтобы вывести остальное, но безрезультатно.       Я почувствовала небольшое угрызение совести из-за Крис или, может быть, это Дженнифер так влияла на меня. Я вздохнула:       - Ты не слышала этого от меня, но, если потереть кожу кубиком льда, краска сойдет. Для этого нужна очень холодная вода, поэтому лед работает лучше всего.       Она недоверчиво посмотрела на меня:       - Именно с помощью воды была нанесена краска. Как она поможет снять ее?       - Горячая вода помогает нанести ее. Болельщицы всегда расходуют почти всю горячую воду, прежде чем мы приходим в раздевалку, поэтому я знала, что это сработает. А холодная вода снимает краску.       - Гениально! - Дженнифер рассмеялась.       Я постаралась не покраснеть от ее комплимента.       Затем Дженнифер кивнула на тележку с книгами:       - Давай поставим их на полку, и я отпущу тебя, сообщив, что ты потратила на книги все свои шесть часов.              В итоге я осталась с ней на эти шесть часов. Мы провели время, разговаривая, как старые друзья. Тот день многое изменил. Я по-прежнему ненавидела Крис, но подружилась с Дженнифер. Крис не обрадовалась этому, но наши родители были в восторге.       Крис, однако, поквиталась со мной. Она начала встречаться с моим братом Алексом, что еще больше увеличило ее популярность. Он был чрезвычайно красив с точеными мышцами. Их отношения выводили меня из себя по причинам, которые не были очевидны для моего подросткового ума. К счастью, они продержались всего два месяца, прежде чем расстались по взаимному согласию. Мне не понравились слухи о том, что Алекс лишил Крис девственности на заднем сиденье своего джипа. В этой истории для меня мой брат выглядел мерзавцем, а Крис - шлюхой. Может, мне и не нравилась Крис, но мне еще больше не понравилось, что ее оскорбили таким образом.              На следующий год Эндер и Тейлор перешли в старшую школу. Еще на первом курсе я стала капитаном команды по софтболу. В начале семестра мы с тренером проводили отбор, проверяя всех девушек, которые хотели играть в команде. Маленький городок живет за счет спорта.       Тренер Кэмпбелл вздохнула:       - Кто следующий?       Мы пытались найти достойного питчера, чтобы заменить того, кто закончил школу. Посмотрев на список, я ахнула и, проглотив жвачку, начала задыхаться. Тренеру пришлось постучать меня по спине, пока я не закашляла.       - Ты в порядке?       - Эндер Морисон следующая, - произнесла я хриплым голосом и помахала Эндер рукой. За эти годы она стала выше меня ростом. Ее темно-каштановые волосы были подстрижены на уровне плеч, а зеленые глаза устало смотрели на меня. У нее действительно тело было как у хорошего питчера.       Тренер спросила:       - Что это за имя такое - Эндер?       Я засмеялась:       - Имя, которое спасает тебя от нападения, но не спасло мою младшую сестру, когда она назвала ее Лавандой.       Эндер рассмеялась, а тренер пожала плечами. Она давно научилась держаться подальше от войн и розыгрышей. Она приказала Эндер выполнить подачу девушке, которая пробовалась на вторую позицию кэтчера. Я была основным кэтчером и выходила в большинстве игр в стартовом составе.       Эндер была хороша, действительно хороша. Мы с тренером сразу поняли это и хотели, чтобы она вошла в состав команды.       Тренер Кэмпбелл сказала:       - Мне бы хотелось, чтобы Эндер стала нашим новым питчером. У нее есть потенциал. Итак, мне нужно знать прямо сейчас, девочки, не возникнут ли какие-либо проблемы в команде, если в ней окажутся и Найт, и Морисон?       Мы с Эндер со злобой посмотрели друг на друга. В этом взгляде мы признали, что ненавидим сестру друг друга, но вполне себе готовы смириться с этим ради команды.       Я спросила:       - Ты не против того, чтобы поиздеваться над черлидершами?       Я имела в виду, что как члену нашей команды ей придется принимать участие в розыгрышах болельщиц. Она, приподняв бровь, посмотрела на меня:       - А ты?       - Прошу прощения?       Эндер казалась удивленной:       - Твоя сестра вчера проходила отбор в команду болельщиц. И прошла.       У меня в глазах потемнело:       - Она бы не стала этого делать.       Эндер не солгала. Моя младшая сестра стала болельщицей. Когда мы вернулись домой, начался настоящий ад.              Я предложила Эндер отвезти ее домой на моем подержанном джипе, который раньше принадлежал Джей-Джею, а затем Алексу. Несмотря на то, что это был подержанный джип, я все равно была рада ему. Я не знала, что получу его на свой день рождения, так как думала, что Алекс возьмет его с собой в колледж. Алекс, кстати, поступил в Государственный университет и специализировался на криминальной психологии, надеясь позже стать детективом. Итак, в мой день рождения папа протянул мне оба своих сжатых кулака и сказал:       - С днем рождения! В одном из них - твой подарок. Выбирай.       Я думала, что это будут наличные, что меня вполне устраивало в подростковом возрасте. Итак, я в хорошем настроении постучала по одному из кулаков, поддразнивая папу:       - Это мой подарок? И без ленты! Без открытки! Без упаковки, коробки или пакета!       Это оказался набор ключей от машины, и, кажется, я завизжала. Когда тебе шестнадцать, машина - это машина. В любом случае, вернемся к истории.              Когда мы вернулись домой, Крис и Тейлор стояли возле нового "Civic" Крис. Ее семья не была богатой, но была намного богаче нашей.       Мы с Эндер посмотрели друг на друга и поняли, что правила изменились. Отныне это будут спортсмены против болельщиц. Эндер ухмыльнулась:       - Нам придется перехитрить дьявола с помощью нашего превосходного интеллекта.       Ухмылка Крис исчезла, когда она увидела Эндер рядом со мной, и потребовала ответа:       - Что ты с ней делаешь?       Я позлорадствовала:       - Поздоровайся с моим новым питчером. Она теперь член команды по софтболу.       Пока сестры Морисон злобно смотрели друг на друга, я повернулась к своей сестре, которая смотрела на меня так, словно провоцировала сказать что-то. Я ничего не сказала, я заорала:       - Ты черлидерша? Ты, черт возьми, с ума сошла?       Крис сделала паузу в переглядках с сестрой и повернулась ко мне:       - Отстань от нее, Джесс-лот. Она взрослая женщина, не говоря уже о том, что у нее это неплохо получается. Итак, Эндер, о чем, черт возьми, ты думала? Ты хочешь стать в софтболе какой-нибудь лесбиянкой?       Джесс-лот - это прозвище, которое я получила в школе в честь Ланселота.       - Что плохого в черлидинге? - потребовала ответа Тейлор.       Мои глаза чуть не вылезли из орбит:       - Что плохого? Что плохого? Ты прыгаешь в коротких юбках и выставляешь себя дурой. Вот что плохого. Размахиваешь этими проклятыми волосатыми штучками и раздвигаешь ноги. Теперь мне придется приглядывать за тобой, чтобы проклятые гормональные пиявки не слетались на тебя. Плюс я собираюсь разыгрывать тебя направо и налево.       Эндер рассмеялась:       - Как ты думаешь, мы могли бы покрасить ее задницу в синий цвет, как ты покрасила мою сестру?       Я присоединилась к ней в смехе, в то время как Крис и Тейлор смотрели на нас. Я сказала:       - Нет. Никогда не повторяй шутку, какой бы классной она ни была. Мы придумаем новые.       Глаза Крис стали такими же острыми, как когда-то у Клэр, а Тейлор выглядела готовой потушить нам свет. Старшая сестра прошипела:       - Не обращай на них внимания. Они такие же, как и любые другие безмозглые спортсменки, у которых есть сиськи, но которые мечтают, чтобы у них был член.              В моих глазах начало темнеть от гнева, но, к счастью для всех нас, подъехала Дженнифер на своем "Civic". Она вышла из машины и прислонилась к двери:       - Что происходит?       Дженнифер заметила, что Эндер стоит рядом со мной, а Тейлор - около Крис. Она расплылась в улыбке:       - Поздравляю с зачислением в команду, Эндер, и то же самое касается тебя, Тейлор - с зачислением в команду. Крис, Джесс, ведите себя прилично, - добавила Дженнифер твердым тоном.       - Как забавно. Все, кроме моей родной сестры, рады за меня. Она предпочла встать на сторону девушки, которая ненавидит меня больше всего на свете. Забавно, как это получается.       Я закатила глаза:       - Даже не начинай свои песни об этом вражеском дерьме. Ты поменяла меня на Крис, эту рыжую Барби, которая ненавидит меня!       Дженнифер вздохнула над моей незрелостью, но я ничего не могла с собой поделать. От старых привычек трудно избавиться.       В карих глазах Тейлор появились слезы:       - Но ты не радуешься за меня. А стыдишься!       С этими словами ее слезы вырвались на свободу, и она убежала. И Крис, и Дженнифер уставились на меня. Эндер сначала выглядела удивленной, а затем почти впилась в меня злым взглядом. Мне кажется, это случилось потому, что она считала себя единственной, кто имеет право расстраивать Тейлор.       Я поморщилась, когда увидела взгляд Дженнифер:       - Хорошо, хорошо. Я ухожу. Проклятые зеленые глаза Морисонов!       - Хорошо, теперь давайте попробуем разобраться с нашей собственной семьей, - произнесла Дженнифер, глядя на сестер.              Я нашла Тейлор в нашем заброшенном домике на дереве. Я знала, что она будет там, и захватила с собой термос с горячим шоколадом. Она сидела в углу, подтянув колени к груди:       - Уходи.       - Я принесла тебе немного горячего шоколада. Не слишком горячего. С дополнительным шоколадом. Взболтать, но не перемешивать. Именно такой, какой тебе нравится.       Я вздохнула и, подойдя ближе, присела перед ней:       - Почему ты так расстроена, Тейлор? Ты прекрасно знала, как я отношусь к черлидершам, и понимала, что мне это не понравится.       - Да, я знала.       - Тогда почему ты так себя ведешь? Раньше тебя никогда не волновало, о чем я думаю, так почему ты так расстроена сейчас? Ты всегда поступала по-своему, что бы я ни говорила. Так в чем дело?       Она пожала плечами, что разозлило меня еще больше. Я схватила ее за плечи и трясла до тех пор, пока она не уставилась на меня покрасневшими глазами. Я отчаянно желала, чтобы рядом оказались Лили или Дженнифер, потому что они понимали женские эмоции лучше, чем я. Я имею в виду, что Лили тоже была спортивной, но она была гораздо более женственной, чем я.       Я поворчала на нее, а затем прижала к себе. Я совершенно не понимала женщин, хотя была одной из них. К моему удивлению, Тейлор обняла меня в ответ. Пытаясь успокоить ее, я сказала:       - Я ничего не понимаю, но уверена, что меня это устраивает, я точно знаю, что рада за тебя. Если ты хочешь именно этого, то почему бы мне не порадоваться за тебя. Но я все равно собираюсь превратить твою жизнь в ад.       - Ты и так постоянно это делаешь, - фыркнула Тейлор.       - Ну, ты с Крис тоже будешь планировать всевозможные розыгрыши над Эндер, мной и другими моими девочками.       Услышав имя Эндер, она напряглась. Я спросила:       - Что? Ты же все равно ненавидишь Эндер, а теперь у тебя появился повод ненавидеть ее еще больше. Что плохого в том, что она в моей команде? Кстати, она чертовски хороша. Вероятно, так же хороша, как ты, когда выполняешь приветствия или что-то еще, что вы, девочки, делаете с командой.       Она, казалось, расслабилась, но только немного. Я оттолкнула ее:       - Черт возьми, Тейлор! В чем твоя проблема? Что случилось с Эндер?       Тейлор уставилась в пол:       - Я чувствую себя глупо. На минуту я приревновала ее к тебе.       Я была в замешательстве. Тейлор ревновала меня к Эндер?       - Почему? Она всего лишь собирается поиграть со мной в мяч, ну, может быть, мы станем друзьями. Я уже дружу с Дженнифер. Ты ревнуешь меня к ней?       Тейлор покачала головой:       - Я думаю, у меня был момент маленькой сестры. Может быть, какой-нибудь ПМС. Я не знаю.       Про ПМС я понимала:       - Все в порядке. Ты моя сестра, а не она. Рыцари* держатся вместе.       * Фамилия Knight переводится как Рыцарь.              - Вместе, - пообещала она, потянувшись за горячим шоколадом.       Я долго не могла понять, почему Тейлор ревновала меня к Эндер, а потом поняла, что с течением года я постепенно начала ревновать ее к Крис. Тейлор хвасталась тем, какой классной была Крис, что она собирается стать капитаном и что она придумывает лучшие приветствия. Она обожала Крис и смотрела на нее снизу вверх. Я завидовала. Оглядываясь назад, Тейлор всегда выглядела напряженной и злой, когда я заводила разговоры об Эндер. Я думаю, здесь было что-то сестринское.              Самым большим событием моего последнего года обучения стало то, что я влюбилась в Дженнифер. Просто однажды до меня дошло, что я влюблена в нее. Мало того, возможно, в самый неловкий день в моей жизни я узнала, что у нее тоже есть чувства ко мне.       Перед событием, из-за которого я вылетела из школы, сгорая от стыда и гнева, болельщицы и игроки в софтбол выкладывались по полной в войне розыгрышей. Моя команда была очень взволнована, потому что мы выиграли региональный турнир, а Эндер была номинирована как лучший питчер-новичок штата. Моральный дух был высок, и нам просто необходимо было сделать что-то экстремальное.       Я не думала, что шутка была грубой, но их команда сочла ее чрезмерной. Мы собрали небольшую брошюру с нарисованными от руки изображениями черлидерш, которые выглядели глупо или совершали глупые поступки. Наш шортстоп был довольно хорошим художником.       Клянусь, все выглядело не так уж плохо. На одном рисунке была изображена болельщица, одетая в старую форму. Вы знаете, та форма, где юбки были до лодыжек. На другом - голова черлидерши была нарисована на теле мускулистого парня, держащего помпоны. Плохих было только три, и это были рисунки капитана Кимберли, Крис и Тейлор. Крис и Тейлор были плохи только потому, что мы с Эндер не могли спорить из-за них, иначе мы выглядели бы нелояльными к команде.       На рисунке Тейлор ее голова была помещена на тело ребенка. Малышка была одета в форму мини-группы поддержки и сосала соску. У Крис было немного хуже. На ней была юбка и очень крошечный топик от бикини, завязывающийся на шее. Она держала два софтбольных мяча там, где должны быть ее груди, и выставляла их на всеобщее обозрение. Да ладно! Она вообще была топлесс, когда я впервые увидела рисунок, но я заставила нашего художника нарисовать на ней бикини.       Я признаю, что рисунок их капитанши был полуплохим. Стоя на коленях в своем наряде, она кланялась рыцарю в доспехах, который держал бейсбольную биту, как меч. Не было никаких сомнений, кому она кланялась.       Потом мы с командой распечатали брошюры и разбросали их по всей школе. Команда знала, кто это сделал, и мы знали, что расплата будет адской. Мы пошли на риск, и над болельщицами смеялись весь день. Тейлор и Крис были в ярости на нас с Эндер. Тейлор на самом деле кричала на меня изо всех сил, а потом неделю отказывалась со мной разговаривать.              Месть пришла неделю спустя, в пятницу. Во время обеда капитан команды болельщиц объявила, что сразу после обеда в спортзале состоится митинг бодрости духа и пригласила всех учеников принять участие. Я не знаю, как ей разрешили воспользоваться микрофоном и как было получено одобрение на митинг, но она добилась этого.       Я стояла около стены рядом с трибунами с Дженнифер и Эндер по обе стороны от меня. Моя команда была рассредоточена рядом с нами. Эндер спросила, глядя на группу болельщиц в центре спортзала:       - Нам стоит беспокоиться?       Посмотрев на микрофоны, проектор и большой экран для слайдов, я ответила:       - Да.       Капитан команды Кимберли взяла микрофон:       - Спасибо, что пришли. Как вы знаете, женская команда по софтболу в этом году преуспевает, и мне кажется, мы уделили им недостаточно внимания. Давайте поддержим их!       Трибуны аплодировали и кричали. Моя команда помахала руками, хотя мы знали: должно произойти что-то плохое.       Кимберли подождала, пока ученики успокоятся:       - Знаете, я не думаю, что мы все так хорошо знаем команду по софтболу. Мне стыдно за это, поэтому мы собрались здесь, чтобы узнать их немного лучше. Свет!       Половина света в спортзале погасла, и включился проектор:       - Вот Рейчел Грин, она играет на третьей базе. Мне кажется здорово, что она похудела, но у нее были такие милые щечки.       Появилась фотография Рейчел, на которой она была значительно моложе и намного крупнее. Очевидно, это была фотография из ежегодника, и она выглядела не очень хорошо. Большая часть толпы покатилась со смеху. Потом члены моей команды были одна за другой унижены показанными фотографиями.       Эндер и я были последними. Экран сменился, и на нем появилась фотография четырехлетней Эндер, голой, как сойка, за исключением фиолетового плаща:       - Это наша потрясающая питчер Лаванда Морисон. Разве она не милая?       Эндер покраснела от гнева и стыда, а трибуны взорвались смехом. Все посмотрели в нашу сторону. Даже Дженнифер выглядела расстроенной. Это была частная семейная фотография, и у болельщиц мог быть только один способ получить ее. Я видела, как Крис и Тейлор смеялись, но выглядели немного бледными. Я была следующей.       Снова зажегся свет, и проектор остановился. Я была в замешательстве, потому что перебирала в памяти все неловкие фотографии, которые могла принести Тейлор. Однако, похоже, у них не было моей фотографии.       Дженнифер положила руку мне на плечо:       - Все будет хорошо, что бы это ни было.       Эндер, которая все еще была красной, кивнула.       - И последнее, но не менее важное: у нас есть наш любимый капитан по софтболу, Джессика Найт. Боюсь, у нас нет фотографии Джесс-лот, но у нас есть кое-что не менее хорошее.       Я с ужасом наблюдала, как она протянула руку Тейлор, которая вручила ей синий блокнот на спирали. Это был мой блокнот, мой дневник. Тот, в котором я ничего не скрывала, даже про свою любовь к женщинам, о которой я никому не рассказывала.       Дженнифер и Эндер наблюдали, как цвет моего лица меняется с бледного на серый, а затем на зеленый. По крайней мере, так потом они рассказывали мне. Все, о чем я могла думать, это о том, что моя жизнь закончилась.       Кимберли прочистила горло:       - Кажется, нашей Джессике нравится писать стихи. Мы подумали, что можем поделиться с вами небольшой частью, которая показывает нам жизнь Джессики на чердаке или, возможно, ее отсутствие.       Она прочитала:       Крылья моего сердца двигались свободно, пока я не увидела тебя       И впервые по-настоящему не разглядела.       Я наблюдаю за тобой на рассвете, в полдень, в сумерках и в полночь.       Я видела, как ты спишь.       Я слышала, как ты смеёшься.       Я видела, как ты улыбаешься.       Ты покорила мое сердце, даже не подозревая об этом.       Я думала, заметит ли она меня сегодня?       Я думала, заметит ли она, что владеет моим сердцем?       Заметишь ли ты, что мое сердце больше не летает свободно?       Заметишь ли ты, что именно твои глаза пригвоздили меня к земле?       Мне все равно, когда люди говорят, что это неправильно,       Неправильно для меня любить женщину.       Для меня вообще неправильно любить.       Все, чего я хочу, чтобы ты пришла ко мне.       Я хочу тебя.       Я могу любить всем сердцем.       Просто оно больше не летает свободно       Потому что ты похитила его.              Когда она перестала читать, наступила тишина. Никто не произнес ни слова. Я не знаю, были ли они шокированы тем, что это я, предполагаемая глупышка, написала это или что я написала это о женщине. Да, это написала я: меня не особо то волнует, что подумают другие люди, но я не понимала тогда, что меня могут выгнать "из шкафа" на глазах у всей школы.       У меня потемнело в глазах, я понимала, что все эритроциты собрались у меня на лице, и представляла, что мое лицо стало ярко-красным. Я не могла смотреть ни на Дженнифер, о которой было стихотворение, ни на Эндер. Я не могла смотреть на свою собственную сестру в страхе, что могу убить ее в ярости, переполняющей меня.       Затем я услышала, как кто-то крикнул:       - Эй! Джесс - лесбиянка! Она одна из тех педиков!       Другой голос крикнул:       - Конечно, придурок! Она же играет в команде по софтболу!       Послышался гул голосов. Возможно, это были оскорбления или слова поддержки, я не уверена. Я совсем ничего не помню. Прежде чем поняв, что делаю, я начала продвигаться в сторону болельщиц. Все замолчали, когда я остановилась возле Кимберли. Она впервые выглядела испуганной и отступила на шаг, как только я подошла к ней. Выхватив из ее рук свой блокнот и микрофон, я громко и четко произнесла:       - Да, я лесбиянка. Или лесба, или дайк, или ковырялка, или квир, или как вам удобнее говорить. Приятно было поболтать с вами.       Я бросила микрофон и направилась к выходу, но остановилась, чтобы посмотреть на сестру, которая стояла рядом с Крис. Обе выглядели смущенными и немного испуганными.       - Мне стыдно, что я считала тебя своей сестрой, - произнесла я Тейлор, прежде чем выйти из шумного спортзала.       Я продолжала идти, пока не оказалась на парковке, а затем побежала к своему джипу. Я была так потрясена, что никак не могла вставить ключ в замок. Мои руки дрожали, а глаза были затуманены слезами.              Я испуганно дернулась, когда теплая рука накрыла мою и взяла ключи. Дженнифер мягко сказала:       - Позволь мне.       Пока я стояла, пытаясь не заплакать, она открыла дверь, помогла мне сесть и обошла машину, чтобы занять пассажирское сиденье. Оказавшись внутри, она протянула мне ключи, и я взяла их дрожащей рукой. Сделав глубокий вдох, я завела джип. Я должна была выбраться оттуда, и Дженнифер, казалось, тоже была не против уйти.       Мне не хотелось никого видеть рядом с собой, особенно девушку, в которую я была влюблена, но тем не менее я завела джип и выехала со стоянки. Смущение, предательство, унижение, гнев, ненависть. Ни одно из этих слов не могло бы в полной мере описать то, что я чувствовала, но они были самыми близкими.       Я вела машину автоматически, а Дженнифер молчала. Я ехала более тридцати минут к частному озеру, которое принадлежало одному из друзей моего отца. Припарковавшись рядом с ним, я уставилась на воду, затем закрыла глаза и положила голову на руль. В тот момент жизнь выглядела ужасно мрачной.       - Мне понравилось это стихотворение, Джесс.       Я вздрогнула, пораженная услышанным. Я уже забыла, что она была рядом и не могла встретиться с ней взглядом, боясь того, что могла увидеть. Проклятые глаза Морисонов!       Она успокаивающе продолжила:       - Мне искренне жаль, что его использовали, чтобы причинить тебе боль, потому что это очень хорошее стихотворение. У тебя талант.       - Оно было о женщине, - удалось выдавить мне.       - Не имеет значения. Думаю, именно поэтому оно мне так понравилось. Быть лесби - это нормально. Хотя подобное никогда не должно было случиться. Никто не должен "выходить" так, они не имели права тебя разоблачать. Предполагается, что это твой выбор.       Я не могла удержаться от смеха. Она была такой серьезной и доброй, и я просто рассмеялась. Она недоверчиво посмотрела на меня.       - Дженнифер, немного поздно для признаний, но я лесби.       Она мило улыбнулась мне:       - Все в порядке. Я тоже.       Когда мне впервые удалось встретиться с ней взглядом, у меня закружилась голова. Она выглядела серьезной. Я несколько минут изо всех сил имитировала рыбу, прежде чем сказать:       - Круто.       Я не могла поверить, что только что сказала "круто". Какая же я идиотка!       - Да, круто, - согласилась Дженнифер с легкой улыбкой.       Затем она спросила:       - Твои родители нормально воспримут это?       - Думаю, да. Лили тоже лесбиянка, ты же знаешь?       - Неужели? - спросила она удивленно.       Я кивнула:       - Она "вышла" в прошлом году.  Мне кажется, что-то произошло в колледже, что вызвало признание. Родители подняли небольшой шум, но всего на несколько минут. Потом они сказали, что их это устраивает. Я думаю, они не будут возражать против того, что я лесби, но никогда не знаешь, как они отреагируют на то, что у них две дочери-лесбиянки.  Мне кажется, мама уже догадалась.       - Я сказала маме и папе, - призналась Дженнифер, - думаю, они обрадовались, что им не придется беспокоиться о том, что я забеременею, как они волновались о Клэр.       Я рассмеялась:       - Это огромный плюс. Ты же понимаешь, что теперь об этом знает вся школа. Примерно через час весь город узнает. Я не против того, чтобы все они знали… Я просто... - я замолчала, а затем тихо закончила: - Мне бы хотелось, чтобы все произошло не так. Я чувствую себя оскорбленной.       Дженнифер взяла меня за руку и, проведя большим пальцем по тыльной стороне ладони, спросила почти застенчиво:       - Могу я задать тебе вопрос?       - Ты только что задала его, - ответила я, пытаясь быть смешной, но внезапно почувствовала головокружение.       - Могу я задать тебе два вопроса?       - Да, но я могу не ответить, - сказала я и внезапно занервничала.       - Кто та женщина, о которой ты написала?       Тишина заполнила джип. Она потянула мою руку к себе:       - Прости. С моей стороны было неправильно спрашивать.       Я не знала, что делать. Если и она откажется от меня, это был бы ужасный конец ужасного дня. И все же где-то в глубине сердца у меня оставалась вера. Вера во что-то еще, когда здравый смысл подсказывает тебе не делать этого.       Я крепче сжала ее руку и прошептала:       - Ты. Я написала о тебе.       Ее зеленые глаза встретились с моими:       - Правда?       Я кивнула, не в силах говорить.       - Я заметила тебя, - прошептала она и наклонилась, чтобы поцеловать меня.              Время остановилось или, возможно, полетело незаметно. Секунды, дни, месяцы. Все они, казалось, прошли мимо в тот момент. Это был всего лишь короткий, сладкий поцелуй, но это был мой первый поцелуй и потому он показался мне невероятным.       Мы улыбались, когда все закончилось. В итоге мы разговаривали несколько часов, обменивались поцелуями и все время держались за руки. Поговорили о том, когда мы впервые поняли, что мы лесби.       Дженнифер сказала:       - Я поняла это прошлым летом, когда ездила на летнюю конференцию по политологии. Мы жили в одной комнате с этой девушкой, и она была умной, забавной и милой. Нам удалось подружиться, а потом мы стали действительно близки. А потом все закончилось. Не знаю почему, но предпочитаю обвинять конференцию. Все, что я знаю: после этого меня интересовали только девушки.       Дженнифер покраснела, и, хотя я приревновала ее к незнакомой девушке, я не могла не поддразнить ее:       - Итак, когда ты говоришь, что вы были очень близки, насколько близки...       Дженнифер шлепнула меня по руке и усмехнулась:       - Тебе пока не нужно знать все подробности. Я уверена, что это тема для второго свидания.       Я была в восторге от ее мыслей о том, что мы будем встречаться:       - Что это значит? Я имею в виду... мы…Ты мне очень нравишься, Дженнифер, - закончила я неубедительно.       - Ты мне тоже нравишься, Джесс. Мне все равно, что думают люди в городе или в школе. Если ты попытаешься пригласить меня на свидание, то я согласна.       Я просияла:       - Правда?       Она кивнула с улыбкой, и я спросила:       - Ты придешь ко мне на свидание, Джен?       Она сказала "да", и внезапно мой ужасный день превратился в замечательный. Я поцеловала ее, потому что могла. Планируя пригласить ее на свидание в пятницу вечером после игры, мы поехали обратно в школу, чтобы она могла забрать свою машину.       Дженнифер мрачно пробормотала, когда мы ехали обратно:       - Я собираюсь надрать задницу Крис.       - За меня или за Эндер? - спросила я, удивленная тем, что кто-то заступается за меня.       Она улыбнулась:       - Возможно, за обеих.       Затем Дженнифер серьезно спросила:       - Что ты собираешься делать с Тейлор? Я видела, как ты что-то сказала ей, когда выходила из спортзала, и твои глаза были почти черными.       Мне не хотелось думать о Тейлор. Она предала меня.       Я пожала плечами:       - Я сказала, что мне стыдно считать ее своей сестрой. Крис использовала фотографию Эндер. На всех сделали забавные картинки, а Тейлор украла мой дневник. Из-за нее меня "выгнали из шкафа" на глазах у всей школы. Не то чтобы я пряталась, но… она предала меня. Даже если она не знала, что было в моем дневнике, она не имела права брать его, читать или отдавать им. Я не знаю, когда смогу простить ее.       Дженнифер ничего не сказала, но гладила меня по руке, пока мы ехали. Я высадила ее возле машины, школу давно закрыли. Она написала на моей руке номер своего домашнего телефона, хотя мы обе знали, что я уже знаю его. Я усмехнулась:       - 1-800 - ОТШЛЕПАЙ МЕНЯ. Я знаю этот номер.       Она толкнула меня локтем, а затем поцеловала, прежде чем выйти из машины. Я ехала домой, размышляя, что сказать, когда доберусь туда.              Когда я вернулась домой, мама, папа и Тейлор ждали меня в гостиной. Я прислонилась к дверному косяку, игнорируя отчаянные взгляды Тейлор, просящей прощения:       - Я так понимаю, вы слышали, что произошло?       Мама кивнула, бросив взгляд на Тейлор:       - Да. Я знаю, что у вас, девочки, и раньше были разногласия, но твоя сестра согласна с тем, что на этот раз все зашло слишком далеко. Тейлор не имела права брать твой дневник.       - Ну что ж, она сделала это, все кончено. Думаю, вам следует знать, что я лесби.       Возможно, я казалась им спокойной и хладнокровной, когда говорила это, но на самом деле я была напугана до смерти. Я не знаю, что бы я сделала, если бы они не приняли мое признание. К счастью, мне не пришлось это выяснять.       Мама сказала добрым голосом:       - Милая, для нас это ничего не значит. Мы все равно тебя любим.       Папа кивнул и продолжил читать газету. Он лучше всего справлялся с проблемами, просто принимая и отвлекаясь на газету, пока мама разруливала их.       - Я тоже люблю вас обоих, а сейчас я иду наверх, - сказала я, облегчение заполнило каждую мою косточку. Я повернулась, чтобы уйти, но остановилась: - Мне кажется, вы должны знать, что в пятницу после игры я встречаюсь с Дженнифер.       Мама пренебрежительно махнула рукой:       - Все в порядке, дорогая. Иди, повеселись с друзьями.       Я натянуто улыбнулась:       - Нет, мама. Я имею в виду, что в пятницу вечером у меня свидание с Дженнифер.       Новость оказалась настолько неожиданной, что папа отложил газету. Тейлор ахнула, но я игнорировала ее. Мама открыла рот, а затем закрыла его:       - Все в порядке, дорогая. Желаю хорошо провести время.              Я поднялась на чердак, закрыла за собой дверь и заперла ее, когда услышала, что кто-то идет за мной по лестнице. Я знала, что это была Тейлор, но мне не хотелось с ней разговаривать. Она постучала в дверь и позвала меня. Я проигнорировала ее и надела наушники, чтобы не слышать ее голос. Через некоторое время, я полагаю, она ушла. Открыв свой дневник, я просмотрела, что они с ним сделали.       Они пометили страницы цветными маркерами, написали неприятные комментарии, обводя части. На странице, содержащей стихотворение, прочитанное вслух, они написали комментарии типа "Лесба" и "Отстой".       Мой дневник был осквернен, и я швырнула его через всю комнату, а разум мой вращался вокруг поворота от ужасного дня к великолепному.       Через некоторое время я сняла наушники и открыла окно. Услышав крики, я высунулась из него. Чтобы посмотреть на дом Морисонов, мне пришлось повернуть голову, и я увидела, что все три сестры вышли на разборки. Мне было интересно, кто победит.              На следующий день, к большому разочарованию болельщиц, я вошла в школу, держа Дженнифер за руку. Особенно расстроенной выглядела Крис, поскольку, по-видимому, Дженнифер рассказала всей своей семье о том, что будет встречаться со мной, но "забыла" упомянуть об этом Крис.       Люди говорили обо мне весь день. Я была удивлена, обнаружив, что меня это волнует не так сильно, как я думала. Тренер Кэмпбелл никогда не рассказывала о том, что произошло в спортзале, но, встретив, она похлопала меня по спине.       После окончания тренировки я созвала совещание со своей командой, чтобы обсудить случившееся. Я начала:       - Вчера они опустились до нового минимума. Очень низко. Но чего мы могли ожидать от них? Они же черлидерши. Однако мы не собираемся опускаться до их уровня. Ты хочешь отомстить за то, что произошло в пятницу, тогда сделай это в свое свободное время. Я отказываюсь признавать этот удар по всей команде. Это было личное оскорбление каждой из нас, как они и сказали. Когда мы отомстим им, а поверьте мне, мы так и сделаем, это будет очень весело. Итак, у кого какие идеи?       Обсудив все предложенное, мы поняли, что будем делать. Во время следующего футбольного матча мы сидели прямо перед болельщицами и плевали в них жеваной бумагой через коктейльные трубочки. Все выглядело по-детски, но было очень весело. Однажды я выстрелила Крис прямо между глаз, а Эндер выпустила по меньшей мере дюжину пуль в Тейлор.       Эндер подняла соломинку, и фальшиво дунула в ее конец, как будто это был дымящийся пистолет. Я рассмеялась:       - Осторожно, ты выбьешь себе глаз, малышка!              Мое первое свидание с Дженнифер произошло в ту же пятницу. Оно было похоже на большинство наших встреч, но мы держались за руки и целовались каждые десять минут, как новая пара, какой мы и были. В нашем маленьком городке было нечем заняться, но нам было весело. Я так нервничала сначала, но вскоре расслабилась. Как и положено первым свиданиям, оно прошло отлично.       По дороге домой Дженнифер ткнула меня в ребра. Поскольку я была за рулем, я добродушно приказала:       - Прекрати!       - А ты останови меня, - сказала она, ткнув снова. Я дернулась, пытаясь избежать ее щекочущего пальца:       - Я накажу тебя за это, клянусь!       Пока мы устраивали шуточную драку в машине, я не осознавала, что начинаю вилять по дороге, и не видела, что нам на хвост сели полицейские. Ровно до тех пор, пока они не включили синие и красные огни.       - Дерьмо! - выругалась я, съезжая на обочину. Дженнифер прекратила донимать меня и проверила ремень безопасности. Я могла сказать, что она расстроена, и не хотела, чтобы наше первое свидание закончилось вот так. Я поддразнила ее: - Одна из нас отправится в тюрьму... но это буду не я.       Дженнифер восприняла меня всерьез:       - Мы не попадем в тюрьму, Джесс, и ты не получишь штраф. Вероятно, все обойдется предупреждением.       Я взяла ее за руку и сказала:       - Эй, привет! Перестань беспокоиться. Раньше я уже получала штрафы. Правда, не так уж и много.       Полицейский вышел из машины и подошел к окну, которое я опустила. Стараясь быть уважительной, я сказала:       - Здравствуйте, сэр.       - Хочешь штраф, умница? -  рявкнул офицер. Я слишком поздно поняла, что полицейский был женщиной, которой, по-видимому, не нравится, когда ее называют сэром.       - Мне так жаль, - быстро извинилась я, - было темно, и я...       - Лицензия и регистрация, - приказала она.       Я передала документы, и она несколько мгновений смотрела на них, затем посветила фонариком мне в лицо:       - Ты пила?       - Нет, мэм.       - Тогда почему ты виляешь по дороге, как пьяная?       - Это моя вина, мэм, - произнесла Дженнифер, наклоняясь к нам. Женщина-полицейский посветила фонариком в лицо Дженнифер и сказала: - О, правда?       Дженнифер кивнула:       - Да, мэм. Я щекотала ее и не остановилась, когда она просила меня об этом.       Офицер холодно посмотрела на Дженнифер:       - Я собираюсь проверить и твою лицензию.       Как только женщина ушла, мы с Дженнифер посмотрели друг на друга и рассмеялись:       - Ну, я, конечно, никогда не забуду это свидание. Я думала, она может застрелить нас.       - Я тоже так думала, - сказала Дженнифер, глядя в зеркало заднего вида на огни полицейской машины.       К моему бесконечному удивлению, я не получила штраф в тот вечер. Офицер вернулась, вручила мне права и предупредила, чтобы мы ехали безопасно. Мне кажется, она была членом какой-то из наших семей и знала, что у нас свидание. Мы с Дженнифер до сих пор дразним друг друга из-за той ночи.              Моя жизнь оставалась спокойной до конца учебного года. Я сдала все зачеты и экзамены, мы с Дженнифер все еще находились на второй базе и хотели улизнуть из дома. Сезоны софтбола и футбола закончились, наша команда и команда болельщиц разошлись. После того что произошло в спортзале, каждая сторона устраивала розыгрыши без особого энтузиазма. Мы затолкнули к ним в раздевалку козла, а они покрасили нашу белую форму в розовый цвет.       У окончания учебного года была и обратная сторона: Дженнифер закончила школу. Она оказалась первой выпускницей своего класса и была принята в Гарвард. Моя девушка собиралась изучать юриспруденцию и хотела заняться политикой. Я дразнила ее, говоря, что она слишком хороша для того, чтобы быть политиком, но я ожидала, что она станет сенатором.       Мы с Дженнифер знали, что наши отношения подходят к концу. Позже мы обе согласились, что это была скорее дружба с привилегиями. Мне нравилась Дженнифер, я находила ее привлекательной и даже любила на каком-то уровне, но я не была по уши влюблена в нее. Мне кажется, что, если бы в нашем районе появилась еще одна лесбиянка, которая действительно понравилась бы одной из нас, мы, вероятно, расстались бы раньше. Позже в жизни я поняла, что мои отношения с Дженнифер испортили меня. После нее у меня никогда не было мирных расставаний.       Мы решили отправиться в поход в последний раз вместе, как пара. Уходили бы как пара, а вернулись бы просто друзьями. Мы никому не говорили, что планируем расстаться, просто что собираемся в поход.       Наши родители неохотно отпускали нас, но потом они поняли, что, если бы мы хотели просто заняться сексом, нам не обязательно идти в поход, чтобы сделать это. Поверьте мне, когда я говорю, что ни одна из нас не планировала заниматься сексом.       Крис была в ярости, когда узнала о нашей поездке, хотя я так и не поняла, почему именно. Эндер и Тейлор просто покачали головами, глядя на нас. К этому моменту мы с Тейлор снова разговаривали. Она каждый день оставляла мне записку, в которой просила прощения, пока я не простила ее. На это ушло пара месяцев, но я наконец-то сдалась. После 60-й записки я спустилась в кухню, где она завтракала с мамой под какую-то версию Рождественской песни. Когда я вошла, крошка Тим как раз произнес:       - Да благословит нас всех Господь!       Я подошла к Тейлор сзади и поцеловала ее в макушку:       - Я прощаю тебя, соплячка. И хватит уже писать записки.       А потом шлепнула ее, когда она сказала маме:       - Я знала, что она простит меня, если я буду достаточно долго раздражать ее.              Итак, вернемся к истории о походе. Мы с Дженнифер взяли палатку, два спальных мешка, сумки с разными припасами и поехали на частное озеро, где мы признались друг другу в своих чувствах. Припарковавшись у озера, мы провели веселый, но потный час, устанавливая палатку. Мне пришлось на самом деле преследовать ее, чтобы она помогла мне. Когда я сказала, что сначала мы должны установить палатку, она отодвинулась от меня подальше. Я приказала:       - Вернись сюда.       Она побежала:       - Я здесь, ты, большая лошадиная задница, иди и забери меня, пока я не вызвала полицию.       Я застонала, но побежала за ней. Поскольку я была более спортивной, через некоторое время я смогла догнать ее. Мы немного поборолись, и мне пришлось пощекотать ее, прежде чем она закричала, что поможет поставить палатку.       В инструкции было сказано, что в ней могут разместиться четверо, что означало: мы с Дженнифер поместимся с комфортом. Всегда следует делить количество спальных мест в палатке на два, чтобы узнать, сколько человек она действительно вмещает.       Темнеть начало раньше, чем ожидалось, и я нахмурилась, глядя на небо. Погода обещала быть солнечной с небольшой вероятностью дождя. Я думала, что у нас есть небольшой шанс не промокнуть. Дженнифер посмотрела на меня и сказала:       - Нам, наверное, стоит зайти внутрь.       Она оказалась права. У нас едва хватило времени, чтобы затащить наши вещи в палатку, прежде чем начался дождь. Это был тихий устойчивый дождь, который не прекращался в течение нескольких часов.       Я вздохнула:       - Так чем нам теперь заняться?       Дженнифер подняла палец, роясь в сумке, которую принесла с собой, и достала колоду карт:       - Во что будем играть?       - В покер на раздевание? - спросила я, поддразнивая.       Она заставила меня ужасно понервничать, когда просто оглядывала мое тело с ног до головы, делая вид, что обдумывает мою просьбу. Затем она улыбнулась:       - Возможно, в другой раз.       Я вздохнула одновременно с облегчением и разочарованием:       - Но другого раза не будет.       Я пыталась шутить, но мои слова прозвучали серьезно. Другого раза не будет, и мы обе это знали.       Она вздохнула:       - Я знаю. Нам стоит поговорить об этом?       Я покачала головой:       - Осталось ли еще что-нибудь, о чем можно поговорить? Я имею в виду, что мы говорили об этом уже дюжину раз. Серьезно, Джен, я не ранена и не убита горем. Может быть, мне немного грустно. Мы обе знали, что это не продлится долго. Тем не менее, я хочу, чтобы ты знала, я рада, что ты была моей первой девушкой.       Дженнифер усмехнулась:       - Сколько людей могут похвастаться, что они мирно расстались со своей первой девушкой? Я тоже рада, что ты была моей первой.       - Но та девушка в прошлом году...       Дженнифер пожала плечами и сказала:       - Там все быстро кончилось. Мы не встречались. А с тобой мы встречались. Ходили на ужин, держались за руки, смотрели фильмы, читали друг другу книги и целовались. Я думаю, через несколько лет мы сможем сказать, что были очень хорошей парой.       Мы все-таки решили сыграть в покер. Чтобы сделать ставки более интересными, я предложила:       - Тот, кто проиграет, должен раскрыть секрет, связанный с другим игроком.       Она приподняла брови и согласилась. Я проиграла первую партию и призналась, глядя в ее зеленые глаза:       - Мне всегда нравилось, что твои глаза выглядят такими нежными. Как травянистый луг на ветру или зеленое желе.       - Зеленое желе, - выдохнула Дженнифер, прежде чем расхохотаться.       Я надулась:       - Посмотрим, рискну ли я когда-нибудь снова быть романтичной с тобой.       Она все еще смеялась, раздавая карты. Я выиграла в основном потому, что она не могла перестать смеяться. Дженнифер на мгновение задумалась, а затем промурлыкала:       - Мне всегда нравилось, как ты выглядишь в форме для софтбола.       Я покраснела от желания или от смущения, или, возможно, от того и другого. Я сдала карты и выиграла следующую раздачу. Она игриво проворчала:       - Ты жульничаешь. Мне кажется, что, если бы ты постаралась, то могла бы стать великой писательницей.       Я снова покраснела. Мы продолжали играть в течение часа, делясь маленькими секретами, и остановились, чтобы перекусить чипсами и печеньем. Складывая мусор в пластиковый пакет, я сказала:       - Хорошо, это задание для чемпионского раунда. Проигравший должен рассказать секрет, который он никогда не расскажет другому человеку ни в этой, ни в следующей жизни. Хорошо?       Она согласилась, и мы сыграли. Я чувствовала себя уверенно. У меня был фулл-хаус, дамы над десятками. Я положила карты, ухмыляясь, как будто только что выиграла золотую медаль. Будь я проклята, если она вдруг выложит четыре туза! Она выложила       Я запротестовала:       - Ты жульничала!       Она засмеялась:       - Не будь ребенком. А теперь расскажи мне свой маленький грязный секрет, который ты никогда бы мне не открыла. Давай, - произнесла она, пока я продолжала дуться. Я вздохнула и начала бормотать себе под нос. Она наклонилась вперед: - Говори громче.       - Я сказала, что могу видеть твою комнату через мое окно.       Дженнифер шлепнула меня:       - Я знаю это. Комнату Крис ты можешь видеть лучше, чем мою.       - Но я не направляю старый телескоп Лили на комнату Крис. Часто, - добавила я.       Дженнифер ахнула от моего признания, и я была уверена, что она подумала обо мне очень плохо. Она застала меня врасплох, когда толкнула плашмя на спальный мешок и оседлала сверху:       - Ты наблюдала за мной?       Я кивнула, чувствуя стыд:       - Да. Но ты большую часть времени держишь жалюзи закрытыми.       Несколько мгновений она не двигалась. Я рискнула взглянуть ей в глаза, и она ошеломленно уставилась на меня. Это был не гнев или отвращение, которых я боялась. Она, казалось, удивилась, что я наблюдаю за ней и застенчиво спросила:       - Тебе понравилось то, что ты видела?              Теперь была моя очередь для изумления. Я быстро поменяла наши позиции, и как только оказалась сверху, я поцеловала ее со всей своей страстью и желанием, которые испытывала к ней. Мы оторвались друг от друга некоторое время спустя, и я сказала, убирая прядь каштановых волос с ее глаз:       - Дженнифер, как ты можешь не знать, насколько ты красива? Ты прекрасна внутри и особенно снаружи. Мне нравится наблюдать за тобой, когда ты одна в своей комнате, и мне нравится наблюдать за тобой, когда ты стоишь рядом со мной. Да, мне понравилось то, что я увидела, и мне нравится то, что я вижу сейчас.       Я снова поцеловала ее, и она нетерпеливо ответила мне. Когда она просунула ногу между моих бедер, я застонала, а она зарылась пальцами в мои короткие каштановые волосы и крепко прижала меня к себе. Затем оттолкнула.       Я села в замешательстве и беспокойстве, но все эти чувства исчезли, когда она присоединилась ко мне, села и сняла майку. Ее бюстгальтер вскоре присоединился к ее топу. Она осторожно потянула за низ моей футболки, дав мне несколько мгновений удивленно посмотреть на нее. Я быстро сбросила футболку и лифчик, и она снова притянула меня к себе для поцелуя. Одна из нас, но, скорее всего, мы обе - застонали, когда наши обнаженные тела соприкоснулись, а груди прижались друг к другу. Я позволила ей взять на себя инициативу, поскольку она знала больше, чем я.       Тихий дождь продолжал барабанить по крыше нашей палатки, когда наши шорты и нижнее белье присоединились к остальной одежде. Ничего, кроме звуков глубокого дыхания, не наполняло воздух, мы терлись друг о друга до тех пор, пока не осталось сил выносить это. Я кончила, Дженнифер вскоре последовала за мной.       Мы занимались любовью под дождем всю ночь. Утром мы обе проснулись блаженно обнаженными и в объятиях друг друга. Проснувшись, она застенчиво улыбнулась, и я снова поцеловала ее. На сей раз мы занимались любовью медленно и нежно - в последний раз.       Был ли этот первый раз волшебным и идеальным, каким все его себе представляют? Нет. Было много возни и выяснения, что ей нравится, а что нет. Тем не менее, мы заботились друг о друге, и это было приятно. Мы собрали вещи, и с долгим последним поцелуем на берегу озера мои отношения с Дженнифер закончились.              *****              Лето пролетело быстро. Я тусовалась в основном с Дженнифер, Эндер или с подругами по софтболу. В середине моего последнего года обучения в школе Даниэль переехал из гаража в свой собственный дом. Он готовился получить диплом преподавателя, работая неполный рабочий день в автогараже Брайона. Лили заканчивала медицинскую школу. Джей-Джей собирался начать работу в качестве инженера, а Алексу предстоял второй год обучения в Государственном Университете.       Что рассказать о моем выпускном классе? На самом деле не произошло ничего особенного, что запомнилось бы мне. Я осталась капитаном команды по софтболу, а Крис стала капитаном команды поддержки. Мой выпускной год был в основном скучным. Моя команда снова выиграла региональные соревнования. Обе стороны ослабили войну розыгрышей. В любом случае, мне нужно было начать волноваться о колледже. Я решила пойти в Государственный Университет, как это сделали Алекс и Клэр. Команду по софтболу я оставила Эндер, а Тейлор, конечно же, забрала себе корону главной болельщицы. Крис последовала за моей сестрой Лили в Йель, где тоже решила изучать медицину. Мне уже сейчас было жаль любого, кто решится стать ее пациентом.       Моя жизнь в университете тоже была спокойной. Я жила в общежитии с Алексом, который учился на первом курсе по программе криминологии. Впервые за долгое время мне пришлось делить комнату с другой женщиной. Мы с Бэллой Тоусон поначалу не думали, что поладим. Она была глубоко религиозной баптисткой с юга, а я была странной горной деревенщиной. Она всегда произносила глубокие мысли, и ее фирменной фразой было: "Храни, это свято".       Я мало что могу рассказать о своем первом году обучения в колледже. Закончив основные курсы, я, наконец, решила специализироваться на управлении бизнесом, одновременно посещая курсы литературы в качестве факультатива. В первый год я играла в команде колледжа по софтболу, но затем ушла, чтобы сосредоточиться на занятиях.       Небольшие летние каникулы я провела дома, где Эндер и Тейлор закончили школу, но все еще страстно ненавидели друг друга. Обе решили поступить в общественный колледж, как Даниэль. Тейлор хотела стать дипломированной медсестрой. Эндер понятия не имела, чего она хотела, но знала, что должна пойти учиться. Родители были удивлены и разочарованы, что Эндер не поступила в Гарвард, Йель или даже в Государственный Университет, как ее сестры. Эндер не хотела идти в колледж, она была не похожа на своих сестер.       Я закончила второй курс колледжа, а Алекс окончил Государственный университет. Он собирался поступать прямиком в полицейскую академию. Лили теперь работала интерном, а у Джей-Джея была хорошая работа инженера в Бостоне, недалеко от Лили, а также относительно близко к Дженнифер и Крис. Даниэль получил диплом преподавателя и пробовал свои силы на пятиклассниках.       Тейлор хорошо училась в колледже, в то время как Эндер бросила учебу. Она перешла в технический колледж и начала учиться на механика, чтобы работать в гараже Брайона, у которого освободилась вакансия, когда Даниэль начал преподавать. Ее родители были ошеломлены, но после нескольких громких разборок смягчились.              Когда я говорю, что в колледже ничего особенного не произошло, я говорю правду. Не произошло ничего особенного, через что не прошло бы большинство студентов колледжа. Я признаю, что посетила несколько вечеринок, выпила больше, чем несколько алкогольных напитков, и насладилась несколькими женщинами. Я не пробовала наркотики. Вы же помните, что мой старший брат хотел стать полицейским и наблюдал за мной через плечо.       Я помню, как напилась впервые. Это случилось на какой-то вечеринке женского общества, и я, спотыкаясь, вернулась в свою комнату в общежитии. Рухнув на кровать, я тяжело вздохнула. Бэлла посмотрела на меня:       - Я так понимаю, тебе было весело.       Я кивнула, как могла. Заметив пакет с хлебом, лежащий на столе около моей кровати и который я использовала для бутербродов, я схватила его и несколько минут пыталась развязать. Затем я сунула в рот кусок хлеба и, лениво прожевав, застонала, потому что для моего пьяного разума его вкус казался восхитительным.       Соседка по комнате произнесла, забавляясь:       - Не хлебом единым жив человек.       - Во времена Иисуса у человека не было такого хлеба, - парировала я, не выпуская изо рта кусок.       Она усмехнулась, наблюдая за мной. Как только я насытилась, я уронила пакет на пол. Затем я попыталась снять обувь, что оказалось невозможным для моего опьяненного тела.       - Помоги мне! - захныкала я.       - Проси, и будет тебе дано, - вздохнула Бэлла, вставая и помогая мне снять обувь.       - Спасибо. Теперь я спать-спать - пробормотала я невнятно.       - Что ж, свято храни это, - сказала она.       - Я лягу и буду спать спокойно, - ответила я на ее фирменную фразу. Или, по крайней мере, я пыталась это сказать. Бэлла клялась на следующий день, что я просто бормотала что-то на каком-то другом языке.       Меня не интересовали отношения на одну ночь, но я всегда каким-то образом цепляла женщин или они цепляли меня. Первая женщина подобрала меня на вечеринке братства, и она была младше меня. От нее я узнала про концепцию безопасного секса, она показала мне, как пользоваться зубными накладками. Было не совсем весело, но практика хорошая. Бэлла долго смеялась, когда я рассказала ей об этом:       - Планы часто проваливаются из-за отсутствия совета.       Следующей женщиной, переспавшей со мной, была женщина, с которой я встречалась месяц. Однажды ночью, когда ее соседки по комнате не было в городе, мы увлеклись. Я не практиковала с ней безопасный секс, потому как думала, что хорошо знаю ее. Неделю спустя я узнала, что она переспала с полудюжиной женщин и мужчин на стороне. Я рассталась с ней, испытывая огромное отвращение, потому что пришлось пройти тестирование на венерические заболевания. К счастью, я оказалась чиста. Бэлла тоже была благодарна, что я оказалась чиста:       - Давай поблагодарим бога и возрадуемся этому.       Итак, имея за плечами несколько романов на одну ночь и двух подружек, самые длительные отношения с одной из них длились 5 месяцев, я перешла на второй курс. Я очень хорошо справлялась с управлением бизнесом и уже подумывала о том, чтобы вернуться домой на работу. В горах было несколько лесозаготовительных компаний, и всегда находились богатые люди, которые хотели построить большой и дорогой дом.              *****              На последнем курсе я поклялась отказаться от всех связей на одну ночь. И особенно поклялась не заниматься сексом с женщиной, имени которой я не успела узнать. Я полагаю, вы должны услышать эту историю. Был Хэллоуин, и одна из моих студенческих подруг оказалась знакома с кем-то, кто устраивал вечеринку-маскарад, и она взяла меня с собой в качестве гостя.       Ее точные слова были такими:       - Веселая вечеринка-маскарад. Могу ли я убедить тебя пойти со мной?       Я ответила:       - Ты убедила меня.       Естественно, я нарядилась рыцарем. Не смейтесь, пожалуйста. Бэлла без конца дразнила меня по этому поводу:       - Надень всю свою броню. Я хочу посмотреть, как красиво ты будешь выглядеть, сэр рыцарь.       Я показала ей язык, а Бэлла произнесла, не сбиваясь с ритма:        - Гораздо благороднее отдавать, чем получать.       Я закатила глаза:       - Ты натуралка, но ничего из этого не понимаешь. К тому же, я не думаю, что твой парень одобрил бы это.       - Ах, Джейсон, - счастливо вздохнула Бэлла, - я принадлежу своему возлюбленному, а мой возлюбленный - мне.       Итак, после того, как я изобразила, что меня тошнит, я надела костюм. У меня на груди была реалистичная пластиковая броня и деревянный меч, темный плащ и черные хлопковые джинсы дополняли наряд. Затем я надела черную тканевую маску, чтобы прикрыть глаза.       Когда подруга привела нас на вечеринку, мне кажется, у меня отвисла челюсть. Дело было в особняке. Я ахнула:       - Твой друг, должно быть, при деньгах!              Подруга пожала плечами, и, оказавшись внутри, я больше ее ни разу не видела. Я молилась, чтобы мой костюм не выглядел дешевым, и была приятно удивлена, обнаружив костюмы других гостей, начиная от дорогих и заканчивая просто очками.       Побродив по бальному залу, где происходила основная вечеринка, я поболтала с несколькими гостями. Это была отличная вечеринка, но без компаньона или друга, мне было довольно одиноко. В конце концов я остановилась возле бара с напитком в руке и принялась наблюдать за гостями. Бесплатный бар порадовал меня. Я заметила женщину в золотой маске для глаз и в потрясающем изумрудном шелковом платье, которая подошла к бару и заказала бокал вина. За такое тело можно было умереть, и я была удивлена тем, что мой взгляд на расстоянии не снял с нее платье.       Она поймала мой заинтересованный взгляд, и я, с трудом подавляя румянец, улыбнулась ей чем-то средним между застенчивостью и очарованием, а затем стояла неподвижно, пока она осматривала меня с головы до ног, задерживая взгляд на определенных частях моего тела. Я тоже потратила время, любуясь ее платьем, которое плотно облегало ее тело в нужных местах. А еще я заметила, что у нее были волнистые золотисто-каштановые волосы, а глаза казались карими из-за обрамляющей их золотой маски.       Она взяла бокал с вином и направилась ко мне. Мое желание усиливалось с каждым шагом, который сближал нас. Остановившись совсем рядом со мной, она еще раз оглядела меня с головы до ног, а затем спросила страстным голосом:       - Ты здесь с кем-то?       Она сразу перешла к делу. Я покачала головой, не отрывая от нее взгляд, и спросила полным желания голосом:       - А ты?       Она тоже покачала головой. Я спросила:       - Хочешь потанцевать?       Она осушила свой бокал, прежде чем поставить его на стойку, а затем вложила свою руку в мою. Я вывела ее на танцпол, где мы были благословлены отличной песней. Медленно танцуя, мы прижались друг к другу. Она сказала:       - Ты хорошо танцуешь, сэр рыцарь.       Я ухмыльнулась, желая сыграть в ее игру:       - Это благодаря вам, моя прекрасная леди.       Мы еще немного потанцевали и вскоре уже целовались. Я не знаю, было ли это из-за спиртного, которое я выпила к тому времени, или из-за тайны наших масок, но я действительно завелась.       Прижав губы к моему уху, она спросила:       - Тебя не обидит, сэр рыцарь, если я скажу, что мне ужасно хочется, чтобы ты меня трахнул?       Я не могла остановить дрожь, которая прошла сквозь меня:       - Вовсе нет. Мне хочется сорвать с тебя платье и посмотреть, не мягче ли твоя кожа, чем ткань платья.       Она взяла меня за руку и повела с танцпола:       - Тогда пойдем со мной, мой рыцарь.       - Куда угодно, моя прекрасная леди, - пообещала я.              Она провела меня через дом и вверх по лестнице, в какую-то комнату. Моя миледи заперла дверь и, подойдя к кровати, ответила на мой любопытный взгляд:       - Хозяйка - моя подруга. Она не будет возражать, если мы воспользуемся ее комнатой.       Она крепко поцеловала меня. Я зарычала и прижала ее спиной к стене. Схватив одно из ее запястий, я другой рукой начала задирать платье. Ее свободная рука лежала на моей шее, затягивая меня в более жесткий и глубокий поцелуй.       Как только я задрала платье до талии, я отпустила ее запястье и оторвалась от поцелуя, чтобы получше рассмотреть ее. Утробно зарычав, я провела ладонью по ее кудрям на лобке, которые, как я заметила, были другого цвета, чем волосы на ее голове:       - Какая непослушная девочка! Пришла на вечеринку без трусиков. Возможно, мне придется наказать вас, миледи.       Она ахнула, когда я проскользнула в нее:       - Да, возьми меня. Накажи меня.       - Долго и упорно. Я все умею, - пообещала я.       Остаток ночи прошел как в тумане и состоял из нескольких сексуальных актов. Мы ни на секунду не останавливались, чтобы задуматься о защите. Ну, в некотором смысле мы все же сделали это. Когда она достала страпон из прикроватной тумбочки, мы надели на него презерватив. Скользя игрушкой по ее влажному отверстию, смазывая его, чтобы проникнуть в нее поглубже, я пробормотала:       - Ты действительно хорошо подготовилась.       Она, задыхаясь, рассмеялась:       - Это не мое. Моя подруга упомянула об этом, когда давала мне разрешение пользоваться комнатой. Богатые приходят подготовленными и у них есть всевозможные секреты.       Мы обе застонали, когда я глубоко скользнула в нее.       - Милые, грязные, забавные секреты.       Единственное, что мы не сделали в ту ночь; мы не сняли маски. Для нас это была ночь загадок.              Я проснулась в объятиях моей незнакомой женщины. На ней все еще была надета маска, и я была очень удивлена, обнаружив, что моя маска тоже на месте. Можно было бы подумать, что они должны были покинуть нас, пока мы кувыркались в постели.       Она проснулась через несколько минут после меня, потянулась, села, не обращая внимания на то, что абсолютно голая, и сказала:       - Доброе утро.       Я тоже села, решив, что глупо стесняться после всего, чем мы занимались всю ночь. Оглядевшись, я заметила часы:       - Уже 11:30.       Она выглядела удивленной, насколько я могла судить по ее маске, и нахмурилась, глядя на меня:       - Не могу поверить, что твоя маска все еще на тебе.       Я пожала плечами:       - Как и твоя.       Она дотронулась до своего лица и, обнаружив, что маска все еще на ней, засмеялась:       - Она, наверное, уже отпечаталась на лице.       - Могу я спросить тебя кое о чем? - произнесла она, внезапно став серьезной. Я кивнула, и она спросила: - Не хочешь как-нибудь сходить куда-нибудь выпить кофе?       - Конечно, моя прекрасная леди. Я полагаю, нам следует сначала обменяться именами и открыть наши лица.       Она улыбнулась:       - Я полагаю, да. Но надо ли?       Она опустила голову, чтобы развязать маску, и я сделала то же самое. Нам никогда не следовало этого делать. Мы должны были оставить эту ночь как ночь таинственного секса. Тот, кто сказал: "Правда сделает тебя свободным", солгал. Тем не менее, все это привело меня к моему будущему. Когда я встретилась с ее зелеными глазами, я почувствовала, как вся моя кровь отхлынула от лица. Она тоже побледнела.       - Джессика? - ахнула она.       - Клэр?              С этими словами мы обе нырнули в укрытие. Я скатилась с кровати, пытаясь найти свои штаны, она нырнула под простыни, так как прошлой ночью я сдержала свое обещание в том, чтобы содрать с нее платье. Мне удалось натянуть штаны и майку. Наизнанку, но в тот момент мне было все равно.       Мы обе уставились друг на друга в простом и явном шоке. Я провела рукой по своим непослушным волосам:       - Господи Иисусе, я только что переспала с Клэр Морисон.       - Я только что переспала с младшей сестрой Лили.       - У меня есть имя! - отрезала я. Я же не называла ее "сестрой женщины, которую ненавижу больше всего на свете" или "сестрой моей бывшей девушки". Хотя все, о чем я могла думать, это то, что я переспала с сестрой Крис. На мгновение я задумалась, почему я подумала о Крис, а не о Джен.       Я начала шарить вокруг, разыскивая ботинки. Клэр сказала почти застенчиво:       - Джесс, я бы предпочла, чтобы моя семья не узнала об этом.       Я бросила на нее раздраженный взгляд:       - Как будто я хочу, чтобы кто-то из наших семей знал о том, что произошло прошлой ночью. Я обойдусь без этого до конца своей жизни.       - Это не из-за прошлой ночи, - оправдывалась она: - Ну, не только из-за прошлой ночи. Они не знают, что я лесбиянка.       Надев один ботинок, я выпрямилась, когда ее слова ударили меня. Последнее, что я слышала о Клэр, она работает в художественной галерее и встречается с порядочным мужчиной. Я ахнула:       - Ты все еще "сидишь в шкафу?"       Она выглядела раздраженной и сердитой:       - Не совсем. Здесь в городе я открыта. Я просто не хочу, чтобы моя семья знала.       - Но почему? - ошеломленно спросила я.       - Они не поймут, я не знаю, как им сказать.       Мне пришлось сесть поудобнее. Пол вполне сгодился для этого. Она посмотрела на меня наполовину с удивлением, наполовину с разочарованием. Я воскликнула:       - Клэр, где, черт возьми, ты была последние несколько лет? Ты вообще поддерживаешь связь со своей семьей?       - Что? - сорвалась она. Я недоверчиво покачала головой:       - Господи, женщина. Клэр, Дженнифер не была дома со средней школы. Она была моей первой девушкой.       Я оглушила ее своим заявлением. Она слабо улыбнулась:       - Правда?       Я решительно кивнула.        - И они не против?       Я снова кивнула. Она положила руки на голову и застонала:       - Я не могу поверить, что моя младшая сестра "вышла" раньше меня.       Я произнесла, находя удовольствие в том, чтобы помучить ее:       - Полагаю, сейчас неподходящее время говорить тебе, что несколько месяцев назад Эндер прислала мне электронное письмо, в котором говорилось: она рассказала твоим родителям, что лесбиянка. И добавила, что они восприняли это гораздо легче, чем то, что она бросила колледж, чтобы стать механиком.       Клэр снова застонала, глубже зарываясь головой в ладони:       - А Крис?       Я воскликнула, потрясенная и возмущенная:       - Откуда мне знать? Я не слежу за сексуальными предпочтениями дьявола.       Она начала смеяться, и я присоединилась к ней. Она поддразнила:       - Я не спрашивала о Лили, Джесс. Я спрашивала о Крис.       Я улыбнулась от уха до уха и сказала:       - Лили лесбиянка. Она открылась нашим родителям, когда ей было 22. Кстати, она хирург, если тебе интересно.       - Боже мой! - воскликнула Клэр, - она режет людей? Пожалуйста, скажи мне, что они разрешают ей использовать только резиновый скальпель.       - Возрадуйся в надежде! - засмеялась я. Она все еще не любила Лили, как я все еще не любила Крис. Я не видела ее четыре года, но все еще считала Крис своим смертельным врагом. Клэр, очевидно, чувствовала то же самое к Лили, хотя прошло по меньшей мере десять лет с тех пор, как они не видели друг друга.       Я возразила:       - Ну, та инопланетянка, которую ты называешь своей сестрой, тоже пытается стать врачом. Мне жалко любого, кто окажется ее пациентом.       Она просто рассмеялась. Пока я искала в комнате что-нибудь, что она могла бы надеть, я произнесла, поддразнивая:       - Знаешь? Мне кажется, что ты могла бы понравиться Лили.       Она посмотрела на меня с явным недоверием.       - Что заставляет тебя так думать?       Я пожала плечами, открывая комод, стоящий в комнате. Клэр была права. Богатые пришли подготовленными. В ящике лежало несколько комплектов одежды. Я вытащила пару спортивных штанов и футболку, которые выглядели так, как будто они ей подойдут.       - Я думаю так, потому что, когда она поступила в университет, я переехала в ее старую комнату. Она оставила мне свой телескоп. Играя с ним, я заметила, что могу хорошо рассмотреть твою старую комнату и комнату Дженнифер. Затем я вспомнила, что несколько раз, заходя в комнату Лили, я видела, что телескоп был направлен не на звезды.       Все, что Клэр могла сделать, это уставиться на меня. Наконец она запротестовала:       - Возможно, она просто шпионила за мной.       Я пожала плечами:       - Может быть. Но, как и Крис, я помню, ты никогда не закрывала жалюзи. Бьюсь об заклад, она мельком видела тебя в компрометирующей позе.       Клэр зарычала:       - Ах ты маленькая вуайеристка, то же самое относится и к тебе. Ты шпионила за моими сестрами?       Я закатила глаза:       - Ты знаешь, что если смотреть на Медузу, то превращаешься в камень. Что касается Дженнифер, я признаюсь в этом. Думаю, это у нас семейное.       Я передала ей одежду и позволила одеться. Когда мы вышли из особняка, я была удивлена, что наша ночь дикого секса превратилась в дружбу. Мы пошли выпить кофе, но как друзья. Мы все еще бесконечно дразним друг друга из-за той ночи. Домой на Рождество мы также поехали вместе, где Клэр сказала родителям, что она лесбиянка. У них не было с этим проблем, но они начали задавать себе вопрос, как так получилось что почти все их дети стали лесбиянками.       Их подозрения подтвердились, когда через несколько дней после того, как приехали мы с Клэр, Крис вернулась домой под руку с Лили. Думаю, мне следует начать с начала этой истории.              *****              Наши родители решили устроить вечеринку в доме Морисонов, так как все, казалось, хорошо ладили друг с другом. Приготовили гоголь-моголь и закуски.       Даниэль пришел с невестой, тоже учительницей. К моему удивлению, Тейлор, ныне работающая медсестрой в местной больнице, провела ночь, не споря с Эндер. Все выглядело так, как будто она избегала ее. Они не поделились ни одним ехидным замечанием. Я спросила у Клэр и Дженнифер, которая прибыла рано утром в элегантном костюме:       - Как вы думаете, это рождественское перемирие или что-то в этом роде?       Дженнифер пожала плечами:       - Может быть, вам с Клэр тоже стоит дать клятву и оставить Крис и Лили в покое, когда они вернутся домой.       Это было странно. Весь день она твердила нам, чтобы мы оставили в покое Крис и Лили. Снова и снова. Я знала, что моя бывшая подруга что-то задумала, но я не знала, что именно. Поскольку она что-то скрывала от меня, я не рассказала ей о том, что произошло между мной и Клэр. Мы сообщили всем, что встретились в кофейне, и просто начали общаться как старые друзья, которыми когда-то были. Они купились на это, хотя мне кажется, что нашего семейного адвоката Дженнифер посетили совсем другие мысли по этому поводу.       Мы с Тейлор разговаривали с будущей женой Даниэля, Кайлой, которая нам действительно приглянулась. Клэр и Даниэль говорили о каком-то художнике, который ему нравился, а Эндер и Дженнифер тихонько разговаривали в углу комнаты. Я слышала, как Дженнифер сказала Эндер:       - Не бойся, просто верь.       - Но что, если... -  начала Эндер. Дженнифер прервала ее: - Будь сильной и смелой. Все будет хорошо.       Раздался стук в дверь дома Морисонов, и Дженнифер бросилась открывать, пока кто-нибудь не успел опередить ее.       - У тебя назначено горячее свидание, Джен? - съехидничала я. Она проигнорировала меня и открыла дверь. Минуту спустя она вернулась в комнату в сопровождении Лили и Крис, которые держались за руки. В комнате повисла неловкая тишина.       Мэри Морисон спросила:       - Ты хочешь мне что-то сказать, Кристина Кэтрин Морисон?       Крис действительно поежилась под пристальным взглядом матери, которая использовала ее полное имя. Она занервничала:       - Ну, ты ведь не возражала, когда Дженнифер и Эндер рассказали тебе или когда Дженнифер и Джесс-лот встречались.       Слава Богу, некоторые вещи никогда не меняются. Она высмеяла мое имя с нашей старой ненавистью.       Мэри раздраженно вздохнула:       - Я вырастила четырех дочерей-лесбиянок.       - Четырех? - Крис ахнула, глядя на Клэр. Лили рассмеялась: - Поздний цветок?       Клэр бросила на них злобный взгляд:       - Ты встречаешься с этой?       Я обрела голос и сказала, насмехаясь над Крис:       - Клэр, дорогая, не говори так о сестре. Сегодня Рождество.       Я услышала, как Мэри пробормотала:       - Я просила Бога о дочери, когда была беременна Клэр. Он исполнил желание моего сердца. У Бога, несомненно, есть чувство юмора.              Наши родители удалились на кухню. Я уверена, они думали, что их семьи сами разберутся между собой. У Даниэля и Кайлы хватило ума присоединиться к ним. Тейлор, Дженнифер и Эндер не двинулись с места.       Глаза Крис и Лили широко распахнулись, когда я назвала Клэр "дорогая". Я не это имела в виду. Вы ведь помните Бэллу? Что ж, прожив с ней так долго, я переняла ее южный акцент и начала легко произносить ласковые слова, например, называть людей "милая", "дорогая", "куколка" и "сладкая".       - Вы встречаетесь? -  закричала Крис. Клэр огрызнулась, прежде чем я смогла отрицать это:       - Да!       Я бросила на Клэр удивленный взгляд, но хорошо скрыла это. Мне не хотелось встречаться взглядом с Дженнифер, потому как я понимала, что она сразу увидит правду, которую другие не смогут обнаружить.       Чтобы доказать свою правду, Клэр повернулась и крикнула на кухню:       - Мама, папа, мистер и миссис Найт, мне нравится Джесс, я встречаюсь с ней с Хэллоуина. Это нормально?       Наши мамы выкрикнули усталые согласия, а Лили закричала на Клэр, дико жестикулируя:       - Она на семь лет младше тебя, грабительница колыбелей!       Я огрызнулась:       - Даже не пытайся использовать этот кусок дерьма, Лили! Ты тоже на семь лет старше докторши Черлидерши.       - Тебе нравится хранить это в семье, не так ли? -  подначивала меня Крис. Конечно, она была из тех, о ком тоже можно было бы поговорить, так как она встречалась с Алексом, а позже я узнала, что она переспала с Тейлор.       Клэр предупредила:       - Не смейся, капитан Нарцисс. Должно быть, тебе тоже нравится что-то в нашей семье, потому что ты годами шпионила за мной через окно. Тебе нравилось то, что ты видела, да?       Капитан Нарцисс - это прозвище, которое Клэр дала Лили в старших классах школы.       Лили побледнела, а затем покраснела от слов Клэр. Она была поймана. Клэр погрузилась в ошеломленное молчание. Она не поверила мне, что Лили шпионила за ней.              Я видела, как Тейлор окинула каждую из нас долгим, изучающим взглядом, прежде чем ее взгляд остановился на Эндер. Тейлор позвала:       - Мама...       Мама прервала ее. Усталая и немного раздраженная, она сказала:       - Да, Тейлор, все в порядке, если ты тоже лесбиянка. А если ты влюблена в одну из девушек Морисон, то это тоже нормально. У тебя есть мое благословение.       Все на кухне засмеялись. Мы могли бы сделать то же самое, если бы не видели серьезное выражение лица Тейлор.       Она сказала, наполовину обращаясь к маме, наполовину к нам:       - Спасибо, мама. Я влюблена в Эндер. Уже давно. Мы поссорились на днях, и я не могла не поцеловать ее, потому что она выглядит такой чертовски красивой, когда злится. Она поцеловала меня в ответ. Спасибо, что сказала, что все в порядке. Я люблю ее, правда люблю.       Смех на кухне стих. Мама и Мэри высунули головы из двери, чтобы посмотреть на своих младшеньких. Эндер выглядела удивленной, но в то же время ее глаза были полны надежды, а Тейлор тепло улыбалась.       Мама и Мэри вернулись на кухню и выглядели совершенно побежденными. Я слышала, как Джим сказал:       - Не полагайся на свое собственное понимание.       - Что это должно означать? - рявкнула Мэри.       Мой отец рассмеялся:       - Это значит, что даже не пытайся понять, что здесь происходит. Как так получилось, что мы вырастили две семьи, полные лесбиянок. Лучше не задерживаться на такой мысли. Я думаю, просто наши девочки очень похожи на своих отцов. А нам нравятся красивые женщины, вот и все.              Мне пришлось остановиться и подумать. Все стало слишком сложно. Тейлор нравился Эндер? Нет, черт возьми, Тейлор призналась, что любит Эндер! Они целовались? Как они могли быть влюблены, если ненавидели друг друга с тех пор, как переехали в соседний дом? Как, черт возьми, они могут быть влюблены? Когда у них появилось время влюбиться друг в друга? Для меня это было то же самое, что Лили и Клэр вдруг полюбили бы друг друга или что мы с Крис оказались влюблены. Меня передернуло от такой мысли.       Каждая из нас пристально смотрела на них. Я не смогла бы сосчитать, сколько раз я видела, как они цеплялись друг другу в глотки, а теперь Тейлор говорила нам, что Эндер казалась ей красивой, когда злилась. Мне было очень трудно в это поверить. Я имею в виду, даже если бы они действительно считали друг друга привлекательными, они не смогли бы влюбиться? Верно?       Эндер оторвала взгляд от Тейлор и прорычала:       - На что ты таращишься?       Дженнифер рассмеялась и произнесла, обхватив себя руками:       - Кто-нибудь заметил, как холодно стало? Мне кажется, Ад только что замерз.       Я посчитала ее слова довольно забавными и попыталась не рассмеяться вместе с Дженнифер, но ничего не могла с собой поделать. Эндер храбро взяла Тейлор за руку и заявила:       - Мы пойдем на прогулку.       Я крикнула им вслед:       - Верни домой мою маленькую девочку до полуночи, слышишь?       Они обе посмотрели на меня злым взглядом, на который я ответила лихой ухмылкой. Как только они ушли, мы снова остались в тишине. Я посмотрела на Клэр, Дженнифер, Лили и моего врага:       - Так на чем мы остановились?       Дженнифер усмехнулась:       - Мы обсуждали гены вашей семьи, которые приводят вас к тому, что вы становитесь лесбиянками-вуайеристками. Кажется, у вас с Лили были плохие привычки шпионить за нами, девочками Морисон.       Я посмотрела на нее:       - Спасибо, Джен. Я знала, что ты умеешь хранить секреты.       Затем я задумалась:       - Но ты же знаешь, что Тейлор может видеть комнату Эндер, так как они находятся прямо напротив друг друга. Напомни мне спросить ее об этом.       Примечание: После серьезного давления Тейлор призналась, что наблюдала за Эндер из своей комнаты. Клянусь, это в наших генах.       - Извращенка, - заявила Крис, бросив на меня уничтожающий взгляд. Я закатила глаза, глядя на нее:       - Это не я разгуливала с голой задницей по раздевалке, загорала на заднем дворе и сверкала обнаженными булками перед командами на футбольных матчах, не так ли? Поверь мне, дорогая, все, что у тебя есть, я видела раньше, не наблюдая за тобой в твоей комнате. Кроме того, мои взгляды были сосредоточены на более зрелой теме.       Дженнифер пошевелила бровями, но я все равно бросила на нее взгляд, который говорил, что я не слишком довольна ею. Клэр, казалось, вышла из транса и сказала:       - И возвращаясь к твоему замечанию о разграблении колыбели, Лили, но можешь мне поверить, потому как я скажу, что к тому времени, когда я спала с Джесс, она уже давно покинула колыбель и лежала подо мной на кровати с четырьмя столбиками и балдахином. И поверь мне, когда я скажу, что я нисколько не жалею об этом. Она может трахать тебя всю ночь и заставлять кричать, требуя большего.       Я стала ярко-красной. Я знала, что она хотела поиздеваться над Лили, и действительно погладила мое эго, но, ради бога, наши мамы находились в соседней комнате. Лили тоже покраснела, а Крис недоверчиво посмотрела на меня сверху вниз.       Дженнифер добавила свои два цента:       - Я поддерживаю это утверждение и да будет тебе известно, что Джесс была естественной с самого начала. Я знаю это, потому что я была ее началом.       Я думала, что умру от смущения, и пробормотала, ни к кому конкретно не обращаясь:       - Какого черта я всегда выбираю женщин, которым нравится меня унижать? Знаете, что в этом самое худшее? Я спала с ними только по одному разу. Ну, не по одному разу, а только по одной ночи. Вот что в этом самое плохое.       Лили прервала мое бормотание:       - Что значит "только один раз"? Ты не встречаешься с Клэр?       Я решила положить конец этому недоразумению:       - Нет, я не такая. Клэр - моя подруга, с которой я переспала на Хэллоуин, не зная, кем она была.       Мягкие зеленые глаза Дженнифер загорелись весельем и восторгом:       - Как ты могла не знать, кто она? Я имею в виду, что мы с тобой не спали вместе до того дня, как расстались.       - Ты настолько плоха? - подразнила меня Лили. Я уставилась на сестру, все еще красную: - Нет. Я так прекрасно выглядела на вечеринке в честь Хэллоуина, где все были в масках, что женщина в дразнящем шелковом платье затащила меня в одну из спален.       Клэр запротестовала:       - Я не тащила тебя. Ты шла добровольно, я всего лишь спросила у тебя, не хочешь ли ты трахнуть меня.       - Но откуда мне было знать, что это была ты? Ты покрасила волосы, а я была слишком возбуждена и не заметила, что ковер не подходит к занавескам.       Крис фыркнула, я уверена, что невольно. Я бросила на нее взгляд, прежде чем повернуться к Дженнифер, которой погрозила пальцем:       - Теперь ты посмотри сюда, леди. Прекрати дразнить меня, или я расскажу всем о твоей школьной влюбленности в определенного учителя. Хочешь, я расскажу им, кто это?       Она быстро сменила тему:       - Тогда ладно. Теперь, когда все высказали свои мысли об отношениях Крис и Лили, как насчет того, чтобы насладиться Рождеством?              Все неохотно согласились. Почувствовав умиротворение в гостиной, все вышли из кухни, а Эндер и Тейлор вернулись с прогулки, застенчиво держась за руки. Дженнифер не могла быть более точной со своим комментарием о замерзании Ада. Это казалось просто невероятным.       Я отвела их обеих в сторону:       - Лучше бы это были длительные отношения. Я серьезно. Я люблю вас обеих, как младших сестер, и не хочу лишаться кого-либо из вас, если вы расстанетесь. Вы обе знаете, что и дальше будете ссориться, но я ожидаю, что после этого вы всегда помиритесь. Вы двое, вероятно, будете самой сексуально удовлетворенной парой в штате с таким количеством секса, который будет у вас двоих.       Эндер стала темно-красной, в то время как Тейлор толкнула меня, сама немного порозовев. Я обняла их обеих и неохотно пошла искать Крис. Я не хотела с ней разговаривать. Мне даже не хотелось с ней драться, что было неожиданностью, а хотелось просто игнорировать ее. Тем не менее, я должна была занять свою позицию Рыцаря и угрожать избить любого, кто мог причинить вред моей семье.       Я нашла Крис, стоящей в большом арочном проходе между кухней и гостиной, и подошла к ней сзади, войдя в кухню с другого входа. Она просто наблюдала за всеми. Эндер и Тейлор, все еще крайне стеснительные из-за внимания к ним публики, сидели рядом на диванчике, пока Лили разговаривала с ними. Вероятно, она угрожала им, как и я. Даниэль, очевидно, говорил о чем-то мужественном с нашим отцом и Джимом. Мама и Мэри обсуждали какой-то рецепт. Кайла разговаривала с Дженнифер и Клэр о чем-то или о ком-то. Они разожгли камин и выпили по чашке гоголь-моголя. Хорошая была картина.       Крис оглянулась через плечо и вздохнула, увидев меня. Отворачиваясь, чтобы вновь смотреть на остальных, она тихо произнесла:       - Я не хочу ссориться, Джессика. Мне нравится твоя сестра, и мне нравится быть с ней. Это может стать чем-то серьезным, а может и не стать. Но что бы ты ни сказала, твои слова ничего не изменят. Так что давай не будем ссориться и пусть у наших семей будет хорошее Рождество.       Я продолжала смотреть на нее, ошеломленная и впечатленная. На какой-то краткий миг я разглядела женщину, в которую превратился мой надоедливый враг детства. Мне было неприятно признавать это тогда, и я пообещала забыть об этом позже, но на мгновение она мне вроде как понравилась.       Затем я шокировала нас обеих, коснувшись губами ее щеки и прошептав:       - Счастливого Рождества, Крис.       Прежде чем она успела сказать хоть слово, я указала вверх. Когда она подняла голову и обнаружила омелу, я отодвинулась. К тому времени, когда она снова опустила взгляд, я присоединилась к Клэр, Дженнифер и Кайле. Дженнифер прошептала мне:       - Я видела. Это было рождественское чудо.       - Ты видела женщину, смирившуюся со своей судьбой, что ее заклятый враг, вероятно, станет частью ее семьи. Мы просто были вежливы.       Дженнифер ухмыльнулась:       - За все судьбу благодари.       - Боже, ты заговорила, как моя соседка по комнате в колледже, - сказала я, забирая у нее гоголь-моголь, чтобы выпить самой.       - Вера, надежда и любовь - три вещи, которые Бог дал нам, Джессика. Величайшая из них - любовь. Может быть, тебе нужно немного любви в твоей жизни.       Мне нечего было сказать ей на это.              *****              Давайте перенесемся на семь лет вперед, к Рождеству. Я окончила Государственный Университет штата и, вернувшись домой, начала работать на друга моего отца. Он владел одной из крупнейших в радиусе пятидесяти миль строительных компаний, и я начала работать его помощницей. Через два года я полностью взяла на себя управление компании.       В течение шести месяцев я жила на чердаке над гаражом, откладывая свои первые зарплаты, чтобы внести большой первоначальный взнос за дом и 10 акров земли, на которых он находился. Это было старое бельмо на глазу, которое продавалось с тех пор, как я была маленькой, но это бельмо на глазу можно было легко превратить в красоту с помощью терпения и труда. Земля находилась за чертой города, поэтому никто не хотел ее покупать. Если бы я не знала все тонкости строительного бизнеса, казалось, что снести его и построить новый дом обошлось бы дешевле. Тем не менее, я знала строительный бизнес и могла сравнительно дешево отремонтировать его.       Это был старый двухэтажный дом, построенный в пятидесятых годах. В доме было три спальни, две ванные комнаты, просторная кухня, большая гостиная, чердак и старый подвал. У него даже было большое парадное крыльцо, но его тоже нужно было перестроить. Я застряла в гараже еще на какое-то время, пока копила деньги на дом и попыталась найти время, чтобы действительно отремонтировать его.       Большую часть работы я сделала сама, но для тяжелых работ я звала приятелей из строительной компании. Им всегда нравилось подзаработать немного денег. Я также благодарна за то, что фундамент и стены все еще были в хорошем состоянии. Они сделаны были из твердой сосны. Тем не менее, перегородки и половицы требовали замены по всему дому. Мне потребовалось несколько лет, чтобы пройтись по своему дому с ремонтом, переходя из комнаты в комнату. Шесть лет, если быть точной.              Полагаю, в этот момент я должна рассказать вам обо всех остальных. Тейлор и Эндер все еще вместе, хотя постоянно ссорятся, а когда не ссорятся, они запираются в своей спальне и занимаются примирительным сексом. В качестве своего дома они используют уровень над гаражом Эндер. Тейлор любит свою работу медсестры.       Мой красивый брат-детектив Алекс был последним из нас, Найтов, кто "вышел из шкафа". У него отношения с таким же красивым школьным психологом Ником. Мама действительно любит Ника, хотя папа все еще иногда притворяется потрясенным. На его месте можно было бы давным-давно привыкнуть к этому. Возможно, что-то все же находилось в воде, которую мы все пили вместе с соседями и что сделало большинство из нас геями. Я не жалуюсь. Я люблю красивых женщин и с радостью оставляю красивых мужчин Алексу.       Даниэль и Кайла только что отпраздновали пятую годовщину свадьбы со своим сыном, трехлетним Томасом Найтом, и еще одним ребенком на подходе. Джей-Джей недавно женился на симпатичной книгоиздательнице Хоуп, они ожидают мальчика, над которым планируют поиздеваться, назвав его Джейкобом третьим. Я не знаю, как называть его. Джей-Джей-Джей? Тройной Джей?       Дженнифер встречается с супермоделью Анной, у которой, как оказалось, есть докторская степень по химии. Это совершенно несправедливо. Что меня больше всего раздражает, так это то, что мне нравится Анна. Она абсолютно идеальна для Дженнифер, и Джен даже намекала, что все между ними может стать более серьезным. Они будут хорошо смотреться вместе в Белом доме, когда Джен станет президентом. Она еще даже не в сенате, но я все-таки надеюсь.       Когда я впервые встретила Анну, я спросила у Джен:       - Как ты это делаешь? Получаешь таких замечательных женщин, то есть. Научи меня.       Дженнифер рассмеялась:       - Ну, первое, что тебе нужно сделать, это стать адвокатом. Тогда ты сэкономишь красивым женщинам много денег в судебном процессе. Остальное только от хороших манер.       Клэр сказочно одинока, как она сама говорит. Королева одной ночи, но теперь она хотя бы уверена, что видит их лица. Она владеет собственной галереей и любит городскую жизнь. И все же я думаю, что она одинока.       Крис и Лили прожили вместе полтора года после того Рождества. Они расстались, сказав, что одного врача в доме достаточно и что им лучше остаться друзьями. Я не знаю, кто втайне был более рад их расставанию, я или Клэр. Крис получила степень доктора медицины и работает в Бостонском университете. Там же работает и Лили, но она хирург-травматолог, а Крис - акушер. Последнее, что я слышала, они обе одиноки.       Это должно было быть особенное Рождество, потому что все, и я действительно имею в виду всех, возвращались домой. Дело в том, что мы забеспокоились, переживая, что у нас не хватит места для всех.       К нам уже приехали Джей-Джей и Хоуп со своим сыном, Алекс с Ником. Лили тоже приезжает домой. Клэр, Дженнифер с Анной и Крис тоже возвращаются. Итого - девять человек, приезжающих на две недели Рождества.       Мама с папой превратили чердак в мансарду, а чердак в гараже был забит старым хламом, так что у них было только три свободные комнаты. У Морисонов тоже было три свободные комнаты, но одну они превратили в склад для мусора. Таким образом, у них осталось только две свободные комнаты. Пять на девять взрослых и ребенка.       Для Даниэля и Кайлы не было места с малышом и ребенком на подходе. У Эндер и Тейлор была очень маленькая свободная комната, но никто не хотел жить рядом с постоянно сражающейся парой, которая занималась сексом хотя бы раз в день. Так что я понимала, если кому-то понадобится комната, я буду той, кто разместит гостей. У меня было две свободные комнаты, хотя одна из них использовалась как кабинет и библиотека, а я жила одна.       Все сводилось к тому, кто первым приехал, того первого обслужили. Мама и Мэри рассказали мне все это до того, как начали прибывать другие. Я даже не предложила свою дополнительную комнату, а меня и не спрашивали. Мама просто сказала:       - Так мило с твоей стороны принять гостей у себя, Джесс.       Мэри согласилась:       - Я почти уверена, что это будет одна из моих девочек, но мы все равно благодарны. У тебя такая хорошая девочка, Мэгги.       Меня просто-напросто обманули. Вероятно, все пройдет не так уж и плохо. Ну и что, если Клэр или Дженнифер с Анной поживут у меня в доме. Вы знаете, мысль о том, что какая-то другая дочь Морисонов останется со мной, никогда не приходила мне в голову. Я должна была понять, как сильно меня обманули, потому что мама и Мэри знали, что Крис приедет последней и что мы окажемся вместе под одной крышей. Теперь я понимаю, что они, должно быть, видели что-то, чего не видели мы с Крис.              Единственным утешением для меня было то, что я была не единственной, кого обманули в то Рождество. Мама и Мэри хорошо позаботились о Клэр и Лили. По крайней мере, мы с Крис не были заперты в подвале вместе на целый день, хотя нас немного занесло снегом. Я вернусь к этому позже.       Итак, когда все начали возвращаться домой и устраиваться, я поняла, что определенно кого-то не хватает. И когда этот кто-то прибыл, свободных кроватей уже не было, кроме как в моем доме.       Я помню, как мы сидели на кухне у Морисонов с мамой, Мэри, Клэр, Тейлор, Анной, Хоуп, Кайлой и Ником, и они обсуждали моду. Я собиралась сказать, что это заседание клуба жен, но Клэр не была ничьей женой, и я, черт возьми, уверена, что тоже нет.       Когда Крис наконец-то вошла, я уже была в плохом настроении от необходимости слушать то, как они болтают о том о сем. Мне не хотелось сидеть с ними, и я постоянно сообщала им об этом, глубоко вздыхая каждые две минуты, скрещивая руки на груди и надуваясь. Я могла бы сидеть в соседнем доме и смотреть игру с мужской частью пар, но нет, моей матери нужно было, чтобы я осталась и что-нибудь сделала. Я уже час ждала, чтобы сделать это "что-нибудь".       Мама, раздражаясь, произнесла:       - Сядь, Джесс. У меня кружится голова от твоей ходьбы.       Мне пришлось сосчитать до десяти, прежде чем ответить, не закричав от разочарования. Я предупреждающе прорычала:       - Мама...       Звук открывающейся двери и чей-то крик остановили меня. Мама мило улыбнулась и сказала:       - То, что я хочу, чтобы ты сделала, находиться здесь, - эта просьба мамы заставляет меня краснеть от злости даже сейчас, когда я думаю об этом. Этот кавардак был задуман? Как интересно!       Мэри позвала:       - На кухне, милая.              Мое божье наказание вошла на кухню с сумками на обоих плечах и чемоданом в руке. Она посмотрела на меня, и я еще раз поблагодарила бога, что некоторые вещи никогда не меняются. Она поздоровалась со всеми остальными.       После представления и приветствий Крис спросила, поднимая чемодан:       - Мама, куда я могу положить свои вещи?       Вы когда-нибудь испытывали чувство погружения в воду с головой? Именно это я испытала, когда Мэри мило начала:       - Ну, дорогая, видишь ли, ты останешься с...       Я быстро и громко перебила ее:       - Нет! Нет! Нет! И ради всего Святого, нет! Даже не думайте об этом!       Я развернулась и посмотрела на Клэр, которая начала ухмыляться, когда поняла, что происходит (позже она получила то, что заслужила), и я приказала ей:       - Иди собирай свои вещи, Клэр. Мы уходим прямо сейчас.       Клэр ухмыльнулась:       - Ничего не поделаешь, Джесс. Я распаковала вещи, и мне действительно не хочется спать в той штуке, которую ты называешь домом.       Я запротестовала:       - Ремонт закончен, и дом выглядит действительно красивым.       В первый и единственный раз, когда Клэр посетила мой дом, она провалилась сквозь пол. Но я же предупреждала ее, чтобы она была осторожна. Она покачала головой.       Я повернулась к Анне:       - Давай, Анна. Вы с Дженнифер можете остаться со мной, и вам двоим не придется иметь дело с "родителями прямо по коридору". Там большая, хорошая, удобная кровать. У меня есть отличные наушники, и вы можете заниматься сексом, сколько захотите.       Анна отказала мне с легкой улыбкой, скрывая смех, который сдерживала внутри:       - Мне, возможно, гораздо проще разобраться с "родителями прямо по коридору", чем с "бывшей любовницей моей любовницы прямо по коридору", которая хочет, чтобы мы "занимались сексом, сколько захотим".       Я бросила умоляющий взгляд на каждую из них, надеясь, что Тейлор или Кайла примут ее или другие поменяются с ней. Но все они покачали головой.       Крис, понятия не имевшая, что происходит, быстро сообразила и потребовала ответа:       - Что происходит?       Я ветвисто выругалась, когда поняла, что застряла с ней.       - Джессика Саксон Найт, - мягко пожурила меня мама.       Клэр, внезапно обрадовавшись, спросила:       - Саксон? Как опустошающий, большой и мускулистый саксонский воин?       - Заткнись, - ответила я, села в кресло и скрестила руки на груди: - Не трогайте меня.       - Прямо сейчас! - приказала мама.       Я поворчала и встала, смирившись со своей судьбой. Взяв чемодан из ее рук и одну из сумок с плеча, я прорычала:       - Пошли!       Меня дернуло назад, когда Крис отказалась отпустить сумку, которую я схватила. Она вновь потребовала ответа:       - Какого черта, по-твоему, ты делаешь? И куда идти? Я никуда с тобой не пойду, психопатка.       Мэри нахмурилась:       - Кристина, где твои хорошие манеры. Джесс достаточно любезна, чтобы приютить тебя на время каникул. Ты должна благодарить ее, иначе тебе пришлось бы спать на полу в гостиной, а не на кровати.       Уже зная, что Крис проиграет битву, которую она собиралась затеять со своей матерью, я вырвала сумки из ее рук и, выйдя из дома, положила их на заднее сиденье своего джипа. Да, он все еще у меня. Я собиралась купить новый на те деньги, которые скопила, но решила, что в жизни есть более важные вещи. Кроме того, он все еще работал хорошо с помощью Эндер.              Пятнадцать минут спустя Крис выбежала из дома и направилась к моей заведенной машине, села в нее и захлопнула дверь. Приятно понимать, что все эти годы обучения на врача не сотворили чудес с ее навыками общения с людьми.       - Клэр говорит, что твой дом - это смертельная ловушка, - пробормотала Крис, когда я направилась к своему дому.       Я закатила глаза.        - Если Клэр останавливается в отеле, у которого меньше четырех звезд, она думает, что поселилась в кемпинге.       Крис хихикнула, потому что это была правда. Я знала, что Крис ожидала увидеть старый дом, который вот-вот развалится, и мне было приятно, когда она оказалась способна только глазеть на мой дом. С заменой наружного деревянного сайдинга он выглядел великолепно. На это ушли миллионы копеек, тысяча синяков, миллион заноз и шесть лет работы, но дело было сделано. Я заглушила двигатель джипа и схватила сумки, которые ранее отобрала у нее.       Крис молча следовала за мной, пока не взошла на крыльцо. Там она остановилась, чтобы полюбоваться вырезанными бензопилой орлами, которые я купила у мужчины на работе.       - Они хороши, - сказала она, присаживаясь на корточки, чтобы полюбоваться ими. - И отлично смотрятся на крыльце.       Я не могла поверить, что мы пытаемся вести обычный разговор, и сказала первое, что пришло в голову:       - Они будут парить на крыльях, как орлы.       Взгляд, брошенный на меня Крис, заставил меня понять, что я действительно прозвучала как идиотка, как и предполагалось. Отпирая дверь, я пробормотала:       - Я жила с сумасшедшим на протяжении всего колледжа. Это пройдет когда-нибудь.       Крис удивила меня тем, что промолчала. Вместо этого она была слишком занята, осматривая дом, как только мы вошли:       - Ты все это сделала сама?       Я пожала плечами, внезапно почувствовав смущение:       - Кое-что я сама сделала, а кое в чем мне помогли.       Она недоверчиво посмотрела на меня:       - Я помню этот дом, Джесс-лот. Это была смертельная ловушка. Очевидно, ты сделала больше, чем "кое-что".       Я не знала, то ли меня похвалили, то ли оскорбили:       - Не называй меня так.       Она ухмыльнулась:       - Как? Джесс-лот? Разве ты больше не хочешь быть похожей на Ланселота? Завоевать любовь замужней королевы?       Я ворчала, пока вела ее вверх по лестнице:       - Просто к твоему сведению, Ланселот - не самый мой любимый рыцарь Круглого стола.       - Кто твой любимый рыцарь?       Я сделала паузу, удивленная тем, что она спросила. Открывая дверь напротив своей комнаты, я ответила:       - Гавейн или Галахад.       Она размышляла, осматривая комнату, которую я ей показывала:       - Рыцарь, давший свободу женщине, которую любил, или рыцарь, искавший Святой Грааль. Хороший выбор.       Я была удивлена тем, что она так много знала об артуровской мифологии. Сама я экспертом не была. Оглядев комнату, я почувствовала себя потерянной. Это была вторая по величине спальня, моя, конечно же, самая большая. В комнате стояла двуспальная кровать с чистыми простынями, которые я постелила накануне. Обычная гостевая комната с простым декором.       Крис заявила:       - Довольно мило.       Она казалась искренней, но я восприняла ее слова неправильно. Разговор, который мы вели без драки, заставлял меня нервировать:       - Я так рада, что вы одобряете, ваше высочество.       - Пошла ты.       - Как пожелаешь, - бросила я в ответ.       Она закричала:       - Должно же быть место лучше, чем здесь! Мы не можем этого сделать. Они были не в своем уме, когда думали, что сможем. Я собираюсь найти отель или что-то в этом роде, потому что я не могу оставаться с тобой под одной крышей.       - Удачи в поиске, - усмехнулась я. - Здесь только один мотель, и в праздники он всегда битком набит родственниками мужа хозяйки. Тебе повезет, если ты найдешь картонную коробку, в которой сможешь остаться.       - Все равно в ней будет лучше, чем здесь. Лучше, чем с тобой, - парировала она.       Я пожала плечами:       - Продолжай. Не стесняйся пользоваться телефоном, но лучше поторопись, потому что из-за гор надвигается снежная буря, которая к вечеру окажется здесь. Я думаю, мы обе согласны с тем, что не хотим, чтобы нас вместе занесло снегом.       - Аминь!              Благополучно спустившись в гостиную, я схватила диванную подушку и начала бить ею об диван:       - Сукина дочь! Тупая... дура! О чем, черт возьми, ты думала?       Я была в ярости и не могла понять почему. Я была зла на маму и Мэри. Я была зла на всех, кто не захотел поменяться местом с Крис. В основном я злилась из-за чувства беспомощности, которое охватывало меня, когда я находилась рядом с ней. Этого не было, когда мы были подростками. Почему я сейчас чувствую себя такой невежественной?       Мне даже не хотелось думать о том невинном поцелуе, который произошел у нас несколько рождественских праздников назад. Он был таким невинным, я его совершенно не планировала, а просто заметила омелу и решила, что было бы неплохо увидеть ее ошеломленное выражение на лице. И уж точно я не планировала, что он мне понравится, и конечно же не планировала, что он будет мешать мне спать по ночам в течение последних нескольких лет.       В итоге я лежу лицом вниз на диване и колочу по нему кулаком, продолжая осыпать его оскорблениями. Я не могла выбросить ее из головы и не слышала, как она вошла в комнату.       - Чем тебя обидел диван?       Мне хотелось сбежать. Вместо этого я вцепилась в подушку и, уткнувшись в нее красным лицом, просто хмыкнула в ответ. Она вздохнула:       - Я не могу найти комнату. Все забронировано в радиусе двадцати пяти миль. Давай, скажи, что я тебе говорила.       - Я же тебе говорила, - произнесла я в подушку. Следующее, что я осознала: меня душат, воротник рубашки затягивается вокруг моей шеи. Задыхаясь, я выпрямилась, чтобы ослабить давление. Она тянула меня за рубашку сзади.       Я закричала, вырываясь от нее:       - Ты пытаешься убить меня?       - Не думай, что я никогда не испытывала подобного искушения, - мрачно ответила она, - мне нравится видеть лицо человека, когда он разговаривает со мной, и ты бы задохнулась, если бы продолжала лежать, уткнувшись в подушку.       Натягивая рубашку на место, я пробормотала:       - Я все равно чуть не задохнулась. Или мне следует сказать, ты чуть не задушила меня?       - Хорошо, я тебе не нравлюсь.       - Давно доказано, - подтвердила я.       - И ты мне не нравишься.       - О, два раза подряд доказано. Колледж пошел тебе на пользу, - рассмеялась я.       - Ты можешь заткнуться?       Я заткнулась, а она продолжила:       - Но у меня нет другого выбора. Мама действительно не хочет, чтобы я осталась в доме. На самом деле она сказала, что вышвырнет меня на снег, если я попытаюсь остаться у нее. Как бы сильно я тебя ни ненавидела, а ты меня, я знаю, ты не выгонишь меня на снег. Так что, пожалуйста, могу я остаться здесь, пока не появится другой вариант?       Я пару мгновений колебалась. Уверена, что обо мне только что было сказано что-то хорошее, но я никак не могла понять, что именно. И наконец я кивнула:       - Конечно.       Я встала, чувствуя себя неуютно в собственном доме. Наши глаза на мгновение встретились, но я отвела взгляд и начала бессвязно бормотать:       - В холодильнике есть еда, если ты голодна. Если захочешь принять душ, первая дверь слева от твоей комнаты. Если хочешь вздремнуть и тебе нужно больше одеял, то они лежат в верхней части твоего шкафа. А я собираюсь просто пойти и застрелиться, если ты не возражаешь.       Я выбежала из комнаты, мысленно крича на себя. Как, черт возьми, я могла так сильно облажаться? Не думаю, что когда-нибудь я снова смогу посмотреть Крис в глаза. Я пряталась в своем кабинете до конца дня, пока голод не загнал меня на кухню.              Пока я рылась в шкафах на кухне, я заметила, что на улице пошел снег, и не могла не улыбнуться, когда упали первые несколько хлопьев. Решив и дальше сходить с ума, я использовала упаковку мяса для гамбургеров, которую разморозила ранее, для приготовления спагетти. Все еще чувствуя себя не в своей тарелке, я открыла бутылку вина и отставила ее в сторону, чтобы вино подышало. Запах готовки выманил Крис вниз, когда я уже заканчивала приготовление еды.       Она нерешительно спросила с порога:       - На двоих готовишь?       Не зная точно, что сказать, я ответила ей с ужасным средневековым акцентом:       - Если ты не против разделить еду со своим врагом.       - Я не боюсь врагов, - ответила Крис. - Держи друзей близко, а врагов еще ближе.       Затем дочь Морисонов, которую я всегда ненавидела, накрыла на стол и налила нам вина. Мы начали ужин в тишине, потому что никто из нас не знал, что сказать, и даже должны ли мы вообще что-то говорить.       Я отпила вина из бокала:       - Какую безопасную тему мы можем обсудить, не рискуя, что все закончится дракой?       Это был трудный вопрос. Все, что связано с мнением, наверняка закончится катастрофой. Крис предположила:       - Рост травы?       Я рассмеялась, хотя и не хотела. Она усмехнулась. Я сделала еще один глоток вина:       - Расскажи мне о своей работе. Тебе она нравится?       Бинго! Она рассказала мне о своей работе и некоторых наиболее интересных случаях, от которых у меня пальцы сжались в кулак.       Крис сказала, вертя в руках вилку:       - Единственное, что мне не нравится, это то, что я плохо знаю своих пациентов. В городе нужно просто как можно быстрее вести прием и обслужить как можно больше людей. Я была бы не прочь поселиться здесь и работать тоже здесь. Возможно, в соседнем округе. У них хороший региональный медицинский центр, и вокруг всегда много беременных женщин.       Мне было интересно. Вспомнив об инциденте, который произошел накануне, я спросила ее:       - Ты сама хотела бы иметь детей? Я имею в виду, со всем тем, что ты видела?       Она замолчала, и я поняла, насколько серьезно она отнеслась к вопросу, который я задала. Мне хотелось, чтобы наше общение было легким и простым. Я быстро попыталась объясниться:       - Я спрашиваю только потому, что позавчера твоя мама подняла этот вопрос. Все сидели в гостиной, она играла с маленьким Томасом и, с тоской вздохнув, сказала: "Я бы хотела, чтобы у меня тоже был внук". Твои сестры посмотрели друг на друга, молясь, чтобы она на этом закончила, но она одарила каждую из них свирепым взглядом и произнесла: "Я знаю, что лесбиянкам не хватает определенной части тела, чтобы оплодотворить друг друга, но, ей-богу, я хочу внуков. Когда хоть одна из вас собирается забеременеть?"       Крис рассмеялась:       - Я не могу поверить, что она это сказала. Рада, что меня там не было, но, черт возьми, мне бы хотелось увидеть лица других сестер.       Я ухмыльнулась:       - Да, за такой вид можно умереть. Клэр смертельно побледнела от такой мысли. У Джен отвисла челюсть, она начала неистово краснеть. Эндер слабо улыбнулась, но выглядела так, словно была готова выскочить из комнаты. Ей совсем не стало лучше, когда Тейлор сказала: "Может быть, когда-нибудь". Эндер чуть не потеряла сознание. Анна добавила: "Когда-нибудь - звучит неплохо". Ты бы видела глаза Дженнифер, ее контактные линзы чуть сами не повыскакивали. Клэр поклялась, что пока она жива, у нее никогда не будет детей.       Крис так сильно смеялась, что чуть не упала со стула. Промокнув глаза салфеткой, она произнесла:       - О, как здорово! Я так благодарна судьбе, что пропустила это.       Как только Крис успокоилась, она ответила на мой вопрос:       - Я думаю, мне придется согласиться с Тейлор и Анной. Когда-нибудь - звучит неплохо, но сначала я хотела бы найти ту, с кем мне захотелось бы иметь детей. Поскольку я вроде как пока еще не жената, мне кажется, что до этого дня еще далеко. А как насчет тебя? -  спросила она.        Ее вопрос был справедлив, и я ответила:       - Мне бы хотелось иметь детей и детей во множественном числе. Плюс партнершу, с которой их можно вырастить. Мне кажется отстойно быть единственным ребенком в семье. Но я бы точно не хотела ни шесть, ни четыре. Три звучит как хорошее четное число.       Крис фыркнула в вино:       - Три - нечетное число.       - Просто проверяла, насколько ты пьяна.       - Ты хотела бы сама выносить их?       Разговор становился довольно личным, и мне было страшно от того, как легко было говорить с ней:       - Может быть. Роды и все эти девять месяцев не похожи на Рай, но я действительно хочу детей. Думаю, у меня для этого достаточно широкие бедра, - пошутила я, вставая и забирая посуду.       Крис осмотрела меня с ног до головы, задержавшись на бедрах. Мне вдруг стало очень тепло, и я быстренько отнесла посуду на кухню. Крис последовала за мной с остальной посудой и бокалами. Все выглядело почти по-домашнему.       - Я бы не возражала против четверых детей. В детстве нам было весело, - сказала Крис, протягивая мне бокалы. - Конечно, я никогда не задумывалась о том, каково было моим родителям, но, вероятно, просто вырастить одну из нас свело бы меня с ума.       - Я думала, ты уже давно сошла с ума, - поддразнила я, подмигнув. Моя гостья с каштановыми волосами игриво ткнула меня в ребра:       - Заткнись. Иначе, если ты не будешь хорошо себя вести, мне придется снова покрасить твое белое белье в розовый цвет, как я сделала в старших классах.       - Эй, я хорошо выглядела в розовом! - возразила я, указывая на нее вилкой. - Настоящие бучи могут носить розовое.       Она подняла руки:       - Я никогда не отрицала этого.       Мы вместе посмеялись, а потом остановились. Тишина, воцарившаяся в комнате, внезапно стала неуютной. Крис заметила:       - Это все так странно.       - Рада, что наше чувство взаимно.       - Ты мне никогда не нравилась, - размышляла Крис, - В то первое Рождество, которое я провела с Лили... Ты мне все еще не нравилась, но на этот раз я уже не испытывала к тебе полного отвращения. И сегодня, по большей части, я не испытываю к тебе ненависти.       - Только когда я открываю рот, - пошутила я. Она рассмеялась, и наши глаза встретились. Ее зеленые глаза были мягкими, и я поняла, что мы стоим слишком близко.       - О, я не знаю. Я не чувствовала ненависти, когда смотрела, как ты избиваешь диван.       Я покраснела:       - Это полный идиотизм.       Она не смогла сдержать смех:       - Это ты сказала.       Я предупредила, погрозив ей пальцем:       - Тебе лучше остановиться прямо сейчас, док, или завтра ты найдешь несколько своих фотографий в прекрасном синем цвете, расклеенных по всему городу.       Ее глаза грозно прищурились:       - Ты не сделаешь этого! У тебя все еще есть те фотографии? - она ахнула, когда поняла, что моя угроза может сбыться.       - Я хочу видеть их, Джесс-лот! - потребовала она, ее глаза потемнели, но я все равно видела, что она играет. Я ухмыльнулась:       - Конечно. У меня есть по крайней мере дюжина копий, а еще я сохранила их на компьютере. Это хороший повод для шантажа, который нужно держать под рукой.       Крис замолчала, а затем заговорила тихо, не в силах смотреть на меня:       - Джессика, есть кое-что, о чем я давно хотела поговорить с тобой. О том дне в старшей школе, когда мы украли твой дневник. Я давно хотела сказать тебе, как мне жаль, но просто не знала, как подойти. Все, что я могу сказать сейчас, это то, что мне действительно очень жаль. Все могло бы пойти ужасно плохо из-за этого. Это единственное, о чем я больше всего жалею со школьной скамьи, о том, что я тебя вот так открыла перед всеми. Мне действительно жаль.       Я никогда не ожидала, что Крис извинится передо мной. Я уже давно не вспоминала о том дне и никогда не испытывала по этому поводу ни малейшего гнева. Я повернулась, чтобы поставить посуду в теплую воду для замачивания:       - Не беспокойся об этом.       - Почему?       Я повернулась, чтобы вытереть руки о полотенце:       - Не волнуйся. Это было давно, Крис, мы были тогда перевозбужденными подростками. Я никогда не ожидала, что ты извинишься передо мной, но я принимаю твои извинения, если тебе от этого станет лучше.       - Разве ты не злишься на меня? -  спросила она.       Я сделала паузу, чтобы подумать:       - Злилась. Однако, теперь, когда я думаю об этом, я считаю, что все обернулось хорошо для меня. Мне больше не нужно было прятаться, и у меня появилась девушка. Я действительно почувствовала себя оскорбленной, когда нашла комментарии, написанные в дневнике, но в конце концов это сработало на меня.       Крис поклялась:       - Я ничего не писала. На самом деле мне понравилось кое-что. Ты была очень талантлива.       Я приподняла брови:       - Я все еще талантлива.       Она закатила глаза:       - Это ты так считаешь.       - Ну, спроси у Дженнифер или Клэр, насколько талантлива я. Особенно хорошо расспроси Клэр.       Она выглядела слегка возмущенной от этой мысли.        - Я не собираюсь расспрашивать своих сестер, хороша ли ты в постели. Хотя… - она замолчала.       - Что? - потребовала ответа я.       Она злобно усмехнулась:       - Мне хотелось бы знать, как вы с Клэр оказались в одной постели. У меня такое чувство, что Клэр была далеко не трезвой, потому что сознательно она никогда бы не переспала с одной из младших сестер Лили.              Меня разрывали сомнения. Мне действительно хотелось рассказать ей, просто чтобы увидеть ее шокированный взгляд, но я знала, что она после этого будет безжалостно дразнить Клэр. Я все еще злилась на Клэр за то, что она не помогла мне раньше. Опять же, это было отчасти личное дело. Мне кажется, вино сделало выбор за меня.       Я жестом пригласила ее пройти в гостиную, прихватив с собой еще одну бутылку вина и бокалы. Располагаясь на диване, я спросила:       - Ты хочешь версию с рейтингом XХХ или мы будем придерживаться PG-13?       Крис выбрала версию с рейтингом XХХ. Возможно, она не ожидала, что это будет настолько дико, но я не стала скрывать никаких подробностей. Думаю, мне хотелось шокировать ее. Вино не помогло мне удержать мой язык за зубами. Когда я закончила, она могла только таращиться на меня. Затем она одним большим глотком допила вино из почти полного бокала:       - Ух ты!       - Да, действительно, ух ты, - ответила я, гордясь собой.       Крис сказала, глядя на дно пустого бокала:       - Возможно, нам стоит немного отдохнуть.       - Я дам тебе такую возможность, - ответила я ленивой шутливой репликой.       Она хихикнула и протянула мне свой бокал:       - Налей еще.       Разливая остатки вина из бутылки нам обеим, я спросила:       - Итак, а как вы с Лили оказались вместе?       Вино помогло нам немного раскрыться. Снег на улице падал все сильнее и быстрее. К утру мы окажемся отрезанными от остального мира.       - Мы встретились в гей-баре в Бостоне и были удивлены, увидев друг друга, но несколько напитков заставили нас поговорить. Вроде как мы с тобой сейчас. Она пригласила меня на танец, и я согласилась. После еще нескольких рюмок она поцеловала меня, а затем извинилась. Я сказала ей, что все в порядке, и она пригласила меня на ужин. Так все началось.       - У тебя не было дикого секса в масках в первую ночь? - спросила я.       Она хихикнула:       - Нет. Лили никогда не была дикой со мной. О, все было очень мило, и она может заниматься любовью всю ночь, но наш секс был совсем не похож на то, что делали вы с Клэр. Я думаю, Лили тоже может быть дикой, но она никогда не была дикой со мной. Мы ждали шесть месяцев, прежде чем заняться сексом, и еще шесть, прежде чем съехаться. Мы знали, что все это не продлится долго, а потом расстались. На самом деле, никаких обид. Мы знали, что нам не суждено быть вместе. К тому же она любит город, а мне он не очень нравится. Нет места лучше дома.       - Ты знаешь, чего хочу я? - спросила она. Я допила вино и почувствовала себя очень пьяной:       - Нет, чего?       - Я хочу чего-то вроде того, что есть у Тейлор и Эндер. Я имею в виду, что они постоянно ссорятся, как кошка с собакой, но все равно видно, насколько они влюблены. Мне потребовалось время, чтобы понять это, потому что я всегда думала, что они ненавидят друг друга, но сейчас я вижу любовь между ними. К тому же, ты же понимаешь, что их сексуальная жизнь, должно быть, великолепна. Я хочу с кем-то состариться, но кого мне все еще захочется ущипнуть за задницу, когда я буду сидеть в инвалидной коляске. Дразнить детей и баловать внуков. Вот чего я хочу. Жену на всю жизнь. Лили не была моей половинкой на всю жизнь. Она может быть чьей-то половинкой, но не моей. Она не хочет детей. Это еще одна причина, по которой мы знали, что у нас ничего не получится.       Она нахмурилась, глядя на меня:       - Зачем я тебе все это рассказываю? Ты мне даже не нравишься.       Я, смеясь, изобразила притворный удар в сердце:       - Как больно, Крис! Я только начала думать, что мы поладили, а ты произносишь вот такое. Но ты же знаешь, что я хочу того же самого. Это именно то, чего хочу я. Целая жизнь борьбы, любви, боли и счастья. Взлеты и падения. Разделить все это и все еще оставаться влюбленной. Это то, чего я хочу, да, сэр Э. Боб*.       *Сэр Э. Боб - главный человеческий персонаж в сериале "Друзья щенков". Получил это звание за спасение попавшего в беду рыцаря.              Она захихикала вместе со мной, потом бросила на меня долгий взгляд и сказала серьезно, но слегка заплетающимся языком:       - Я думаю, ты начинаешь мне нравиться, Джесс-лот.       - Не называй меня так, - добродушно огрызнулась я.       Она драматично вздохнула:       - Но я не знаю, как тебя называть. Джессика - тебе не подходит, и ты никогда не казалась мне Джесс. Я не думаю, что смогу называть тебя Рыцарем после того, что ты рассказала мне о себе и Клэр. Так как мне тебя называть? Эй, напомни, какое у тебя второе имя?       Мне пришлось задуматься об этом.       - Саксон.       - Саксон, - попробовала произнести она, - думаю, мне нравится. Значит, я буду называть тебя Саксон.  Приятно познакомиться.       - Мне следует называть тебя Кэтрин?       - Нет, если не хочешь пострадать, - ответила Крис, подмигивая мне и заглядывая в окно: - Посмотри, какой снег! Посмотри, насколько он глубокий!       Крис с трудом выбралась из кресла. Поднявшись на ноги, она остановилась, чтобы убрать несколько прядей каштановых волос с глаз, и я посчитала это движение слишком сексуальным. Полулежа на диване, я произнесла:       - Мне кажется, мы с тобой, возможно, немножко пьяны.       - За такие слова ты можешь отхватить, - шепеляво пригрозила Крис и спотыкаясь, направилась ко мне. Я спросила:       - За что именно?       - Я не знаю, но звучат они именно так. Ты действуешь мне на нервы.       Она споткнулась о край журнального столика, и я едва успела раскинуть руки, прежде чем она упала на меня. Инстинктивно я притянула ее тело поближе к себе, но, почувствовав, как она прижимается ко мне, я перестала дышать. Я ощутила, что ее изгибы совпадают с моими, и видела, как ее глаза темнеют. По опыту общения с Морисонами я знала, что это означает: либо она сошла с ума от злости, либо возбуждена. Мой разум кричал мне, чтобы я перестала думать о том, о чем думала. Я не хочу Кристину Морисон! Мой разум продолжал говорить мне, что я ненавижу ее, что я пьяна и что пожалею об этом утром. Однако мое тело и, возможно, мое сердце подсказали мне пойти на это.       - Привет, красотка! - Эти слова сорвались с моих губ прежде, чем я смогла остановить себя.       Крис тепло улыбнулась:       - Ты со мной разговариваешь?       - Ни одна другая красивая женщина, кроме тебя, не лежит на мне.       Крис долго смотрела на меня, прежде чем приблизить свое лицо к моему:       - Я не верю, что ты способна проделать все то, чем ты хвасталась, что делала с Клэр.       Я как глупая рыбина заглотила ее слова вместе с крючком, леской и грузилом.       - Ты хочешь получить документ, нотариально заверенный домашним адвокатом... или ты хочешь ощутить это сама?       - О, я хочу почувствовать это сама, - прошептала она, сокращая расстояние между нами. Наши губы мягко соприкоснулись один раз, затем второй. Я приоткрыла рот, чтобы поцеловать ее нижнюю губу, и почувствовала, как ее рука скользнула под мою рубашку.              Хотелось бы мне рассказать вам, что произошло после этого, но я, честно говоря, не помню. Последнее, что я отчетливо помню, это мысль: "Пресвятая Богородица, она умеет целоваться!"       Следующее, что я помню, я просыпаюсь от оскорбительно яркого света. Я приоткрыла глаза и поморщилась от яркого солнца, светившего прямо на меня. Передвинув голову, я попыталась разобраться, где нахожусь. Из-за комковатых подушек подо мной и ужасной судороги в шее, я сделала обоснованное предположение, что сплю на диване. Изо всех сил я пыталась вспомнить предыдущую ночь, и первое, что пришло мне в голову, был поцелуй с Крис.       Внезапно проснувшись, я попыталась подскочить на диване. Моя голова запротестовала против такого движения, как и некая женщина с каштановыми волосами, страдающая похмельем, которая использовала меня в качестве кровати. Она лежала наполовину на мне, наполовину на диване.       Я была в шоке. Женщина, которую я ненавидела столько лет, спала, обняв меня и крепко прижавшись, чтобы не упасть с дивана. Ее голова лежала на моей груди, очевидно, ей нравилась ее новая подушка, еще она закинула ногу на мою. Ей не понравилось, что я попыталась сесть, она потянула меня обратно вниз с силой, о которой я и не подозревала. И все это она проделала, не просыпаясь.       Пока я лежала под ней, мой разум не переставал работать. Я заснула с кем-то, кого ненавидела, и, кроме того, мы целовались прошлой ночью. Что мне теперь делать? Еще один вопрос волновал меня: мы переспали? Слегка повернувшись, я протянула руку вниз, чтобы проверить ширинку. Молния все еще была застегнута, а я все еще была одета. Позже мы обе пришли к выводу, что в ту ночь у нас не было секса.       Когда первоначальный шок прошел и страх улегся, я повернула голову, чтобы посмотреть на нее. Крис была очень красива, когда спала, с мягким и расслабленным телом. Мне было приятно чувствовать ее рядом. Я удивила себя, когда провела кончиками пальцев вниз по всей длине ее руки, обнимавшей меня, и обратно. Это показалось мне правильным.       Оказавшись между молотом и наковальней, я не знала, что делать. Ладно, на самом деле я оказалась между бугристым диваном и теплым телом, но вы уловили мою мысль. Она сойдет с ума, когда проснется и обнаружит нас такими, какие мы есть. Затем я задумалась. Почему я до сих пор не убежала в горы или не закричала на нее, чтобы она проснулась и рассказала мне, что случилось? Мое сердце подсказало мне несколько причин, но я проигнорировала их. Я подумала, что, когда она проснется и как только пройдет первоначальный шок, мы сможем обсудить произошедшее как разумные взрослые.       Я закатила глаза и прошептала:       - Как будто такое когда-нибудь возможно.       Итак, имея в виду наполовину подготовленный план, я притянула ее ближе к своей груди и была удивлена тем, как легко смогла снова заснуть. Возможно, это произошло потому, что я смертельно устала, а в голове слегка пульсировала боль. Или это случилось из-за нее. Из-за красивой женщины, прижавшейся к тебе, - это всегда хороший повод снова заснуть.              В следующий раз, когда я проснулась, кто-то пытался вырваться из моих рук. Я даже не попыталась помочь ей, а потом услышала, как она издала приглушенный стон разочарования и перестала сопротивляться. Я почти чувствовала, как ее глаза блуждают по мне, пока я притворяюсь спящей. Ее голова вернулась на мою грудь, и я услышала, как она вздохнула. Я понятия не имела, вздыхала ли она от досады или от еще чего-то, но была уверена, что она слышала, как бьется мое сердце. Как барабан, прямо у нее под ухом, однако она не подала ни малейшего знака о том, что знает, что я проснулась.       Я чуть не выпрыгнула из кожи, когда почувствовала мягкое прикосновение к руке, которая не держала ее. Она спустилась по моему плечу к запястью и вернулась обратно. Поскольку моя ладонь была повернута вверх и открыта, она смогла провести пальцем по линиям моей руки и почувствовать подушечки мозолей. Мне потребовалось все мое терпение, которое у меня еще оставалось, чтобы не двигаться, потому что то, что она делала, было щекотно.       Идя на огромный риск, я взяла ее ладонь в свою, соединив наши пальцы. Она дернулась, и я почувствовала, как ее голова оторвалась от моей груди. Я открыла глаза и увидела, что ее зеленый взгляд выглядел диким, в нем было слишком много эмоций, которые можно было бы объяснить. Она открыла рот, но я не дала ей возможности сказать хоть что-то и твердо заявила:       - Десять минут. Мы собираемся лежать так еще десять минут. Мы не скажем ни слова, пока это время не истечет, потому что мы обе прекрасно знаем, что ничего хорошего сказать мы не сможем.       Ее открытый рот стал еще шире. Она выглядела так, как будто собиралась заговорить, но я одарила ее взглядом, молящим о повиновении. Она снова разочарованно зарычала и отвела взгляд. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем она опустила голову на мою грудь, признавая свое поражение.       Я не сомневалась, что за эти десять минут миллион мыслей пронесется в наших головах. Не знаю, почему я попросила десять минут, но это был хороший знак, потому что она не протестовала. Я воспользовалась этим временем и мягко потерла большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, наслаждаясь ощущением ее кожи. У меня не было возможности узнать, когда истекли десять минут. Через некоторое время она тихо произнесла:       - Хьюстон, у нас проблема.       - Я знаю, - так же тихо ответила я. Она тоже провела большим пальцем по тыльной стороне моей ладони: - Ты знаешь, почему все это так странно ощущается?       Я тщательно обдумала ответ:       - Ну, для меня это потому, что мне это приятно и кажется правильным. Я так долго ненавидела тебя, и все же, когда мы поцеловались прошлой ночью, я что-то почувствовала… Я... О, я не знаю. Это должно казаться неправильным, но это не так. Ты практически растопила меня своим поцелуем.       Она призналась:       - Это был потрясающий поцелуй. Не могу поверить, что я так тебя лапала.       - Ты, очевидно, помнишь больше, чем я.       Крис рассмеялась и приподнялась на одном локте, чтобы посмотреть на меня, а потом дерзко улыбнулась:       - Значит, я поджарила твои мозговые клетки одним поцелуем?       - Ну, поскольку ты всегда говорила, что их у меня мало или вообще нет, то это нельзя считать достижением, - пошутила я. - А может, и нет, - рассуждала я, - отсутствие клеток, вероятно, удержит меня от чрезмерных размышлений. Я всегда слишком много думаю.       - Я перестала думать об этом сейчас, - призналась она, все еще глядя мне в глаза. Это хороший знак, что нам удалось поддерживать зрительный контакт.       Мое желание заставило меня спросить:       - Хочешь, я попробую поджарить и тебе несколько твоих мозговых клеток?       "О черт! - подумала я. - Я сказала что-то не то". Но я должна была спросить об этом. Ее глаза широко распахнулись:       - Обычно я не целуюсь на первом свидании.       Я восприняла это как "да". Мне не хотелось воспринимать это как-то иначе. Я бы все равно поцеловала ее снова, даже если бы она, смеясь, ответила: "В твоих мечтах".              Одним движением я выдернула свою руку из ее ладони и перекатила нас так, что она оказалась подо мной, и все это, не падая с дивана. Я могла бы добавить, что это требует мастерства.       - К счастью для нас, мы еще не начали встречаться. И все же, - добавила я, прежде чем поцеловать ее. Я чувствовала себя очень уверенной. Когда она не отстранилась и начала целовать меня в ответ, я углубила поцелуй. Нам все же пришлось расстаться, и она спросила:       - О чем я должна думать теперь?       - Не имею ни малейшего представления, - ответила я. Она сказала с притворной серьезностью:       - Я думаю, ты должна поцеловать меня еще раз. Может быть, тогда я вспомню.       Всегда делай то, о чем просит леди. Через несколько минут после того, как поцелуй подошел к концу, она спросила:       - Почему мне кажется, что все это закончится, как только мы встанем с дивана?       Чтобы ответить на вопрос, я неохотно отстранилась от нее и встала. Она встревоженно посмотрела на меня. Я протянула ей руку, предлагая помощь, и она приняла ее. После того как я помогла ей подняться с дивана, я подняла ее ладонь, за которую держалась, и поцеловала тыльную сторону, а затем переднюю. Затем, прежде чем заговорить, я выглянула в окно, чтобы кое в чем убедиться.       - Это не закончится только потому, что мы встали с дивана. Мы не собираемся забывать о произошедшем только из-за того, что это смущает нас. Мы не собираемся убегать, и даже если бы мы захотели убежать, мы не сможем. Мы застряли в этом доме.       Она выдернула руку:       - Что?       Я подошла к окну, чтобы получше выглянуть наружу:       - Нас занесло снегом. У меня такое чувство, что "мы больше не в Канзасе"*.       *Популярная фраза из сказки "Волшебник страны Оз".       Она присоединилась ко мне и обнаружила, что все вокруг покрыто почти полуметровым снегом. Я повторила:       - Итак, мы застряли в этом доме. По крайней мере, еще на три или четыре часа. Эту дорогу чистят обычно последней.              Телефон своим звонком нарушил наши мысли. Я подпрыгнула и выругалась, прежде чем ответить на звонок. Услышав, как Крис смеется надо мной, я, по какой-то причине, почувствовала себя лучше. Это была мама, она спросила, все ли с нами в порядке. Я же спросила у нее:       - Мама, как ты убираешь кровь с ковра? Я чистила всю ночь, но ничего не выходит.       Мама замолчала, а затем она услышала смех Крис на заднем плане:       - Джессика Саксон Найт, не поступай так со своей матерью!       Я застенчиво извинилась и подтвердила, что с нами все в порядке. Затем я услышала крики на заднем плане:       - Кто это?       Мама вздохнула:       - Клэр и Лили, кто же еще? Вы двое приходите, как только сможете. Хотя, если вы тоже собираетесь ругаться, то лучше оставайтесь у тебя дома.       Мы повесили трубки, и я сказала:       - Она говорит, чтобы мы приходили, но только если мы будем вести себя хорошо.       - Мы сможем? -  спросила она. Я устало посмотрела на нее и сказала, или мое похмелье сказало:       - Я не знаю. Все может закончиться тем, что я захочу вышвырнуть тебя на снег, или я могу закончить тем, что прижму тебя к стене и продолжу поглощать каждую частичку тебя, которую смогу получить.       Ее рот открылся, но она ничего не произнесла. Наконец Крис закрыла его, прочистила горло и, покраснев, спросила:       - Правда?       - Да. Нет. Я не знаю. Мне нужно немного тайленола, душ, чуть-чуть еды и чашку кофе, и я буду лучше готова к твоим двадцати вопросам, клянусь.       Она засмеялась:       - Давай попробуем сначала позавтракать и потом посмотрим, что получится.       Итак, мы поднялись наверх, чтобы принять душ и переодеться. Конечно же, по отдельности. Она уже готовила завтрак на кухне, когда появилась я и застонала от запаха жареного бекона:       - Проклятая женщина, ты умеешь готовить?       - Не часто. У меня нет времени на это.              После завтрака я поблагодарила ее, потому что было вкусно. От моих слов она залилась румянцем. Я не знаю, что с нами происходило. Не знаю, как мы вообще поладили, если я так долго ненавидела эту девушку, живущую по соседству. И тут меня осенила мысль. Я ненавидела девушку по соседству, но Крис не была девушкой. Она была женщиной и больше не жила по соседству. Может быть, именно поэтому мы так хорошо поладили?       Позже мне позвонил кто-то из мэрии и сказал, что они не смогут сегодня отправить снегоочиститель на мою дорогу, и спросили, смогу ли я пережить ночь. Я ответила им, что смогу, и передала это сообщение Крис и нашим родителям.       Мама сказала:       - Все в порядке, дорогая. Вы с Крис просто постарайтесь вести себя прилично, пока сидите в снегу.       Я почти услышала ухмылку в голосе матери и закатила глаза:       - У вас как-то удивительно тихо. Клэр и Лили продолжают изматывают друг друга?       - О, они где-то здесь.       После этого мама повесила трубку, а я в замешательстве нахмурилась, глядя на телефон. Ее слова прозвучали как-то очень странно. Позже я поняла, что это произошло из-за попытки мамы зловеще не рассмеяться.              Так чем вы займетесь, когда окажетесь в снежном плену с красивой женщиной? Вы:       А) Сделаете пару снежных женщин в комплекте с большими сиськами       Б) Поиграете в снежки       В) Свернитесь калачиком на диване с чашкой гоголь-моголя       Г) Займетесь страстной любовью у камина       Д) Все вышеперечисленное       Ответ, конечно же, Д, но мы сделали только A, Б и B. Мы договорились, что хотим попробовать обойтись без помощи алкоголя. Итак, я провела утро, знакомясь с Крис, доктором медицины, а она провела утро, знакомясь с Джессикой, бизнес-менеджером.       Во время игры в снежки у нас все же произошла небольшая ссора. Она бросила снежок, но я увернулась от него. Я бросила снежок и попала ей прямо в лицо.       - Глупая спортсменка! - крикнула она, вытирая снег с лица. На секунду я вернулась в старшую школу и ответила, не подумав: - Лучше быть глупой спортсменкой, чем тупой болельщицей!       Да, я знаю, что я уже давно взрослая. Крис прищурила глаза и зарычала:       - Отвали, Джесс-лот!       - Заставь меня это сделать, Кэтрин! - бросила я вызов. - Давай, сделай мой день лучше!       Следующее, что я помню, мы боремся в снегу. Как будто мы снова стали детьми, только на этот раз все было по-другому. Одиннадцатилетняя я никогда не смогла бы должным образом оценить борьбу в снегу с Кристиной Морисон. Одиннадцатилетняя я наносила бы удары и пыталась ткнуть ее лицом в снег. Сейчас я была больше заинтересована в том, чтобы прижать ее к себе, чтобы насладиться близостью ее тела. Нынешняя Кристина, должно быть, была заинтересована в том же, потому что следующее, что я помню, она прижала меня к земле.       Торжествующий взгляд на ее лице когда-то пробил бы мне крышу, и я бы сошла с ума от злости. Теперь все, о чем я могла думать, насколько она прекрасна, покрытая снежной пудрой.       Я старалась не дуться на нее:       - Какая из меня крутая спортсменка, если я позволила болельщице превзойти меня.       Она рассмеялась:       - Бедная Саксон! Ты, должно быть, стареешь.       Прежде чем я успела сказать, что она на два месяца старше, она поцеловала меня. После этого я уже не смогла бы вспомнить, какой сегодня день, а тем более, сколько нам лет.       Позже той ночью мы провели еще один матч по реслингу. Я отставила свой гоголь-моголь и сказала:       - Кристина, я должна тебе кое-что рассказать.       Она тоже поставила свою чашку, боясь, что все станет серьезным. Я посмотрела ей прямо в глаза и сказала:       - Я вижу мертвых людей.       - Какая же ты маленькая! - воскликнула Крис, прежде чем уложить меня спиной на диван. Та ссора закончилась тем, что мы снова поцеловались. У нас не было никаких проблем со всей нашей страстью.       Но вы же знаете, как нелегко перейти от ненависти к свиданиям. Это было доказано на следующий день.              Все началось достаточно невинно. Дорогу только что расчистили, и мы собирались отправиться к нашим родителям. Она попросилась сесть за руль джипа, но я сказала "нет", оправдываясь тем, что городской девушке в горах нельзя садиться за руль в зимнюю погоду.       - Это смешно. Я выросла, разъезжая здесь, как и ты, и это не значит, что раньше я не водила твой джип.       Это остановило меня. Я уставилась на нее в замешательстве.        - Что значит "раньше"? Ты никогда раньше не водила мой джип. Если, конечно же, ты и Тейлор не развлекались на нем однажды ночью.       И тут я вспомнила. Она встречалась с Алексом, и ходили слухи, что она спала с ним.       - Это Алекс позволил тебе сесть за руль джипа?       Крис пожала плечами:       - Однажды мы поехали на озеро, и он показал мне, как это делается.       - Держу пари, помимо всего прочего, - произнесла я, прежде чем смогла остановить себя. Не знаю почему, но мысль о том, что Крис спит с Алексом, беспокоила меня больше, чем мысль о том, что она спит с Лили.       Крис выглядела ошеломленной моими словами и тоном. Вскоре она оправилась и возразила:       - Да, помимо всего прочего. Что ты хочешь услышать? Да, я спала с твоим братом. Мы сделали это на заднем сиденье джипа, а затем на переднем в другой выходной. Ты хочешь сказать, что никогда не трахала Джен в этом джипе?       - Нет! - отрезала я. - Я никогда никого не трахала в этом джипе, потому что...       - Но ты трахнула ее, а потом трахнула Клэр...       - Да, я трахнула Клэр, но с Дженнифер я занималась любовью, потому что любила ее! - закричала я.       - Ну, а я просто трахалась с Алексом, и это было приятно, но знаешь, что? Ты еще ничего не слышала. Алекс ничто по сравнению с твоей сестрой.       - Я удивлена, что ты вообще знаешь, что такое хороший секс, поскольку ты сказала, что Лили никогда не была дикой с тобой. Ты, должно быть, зануда в постели, - огрызнулась я.       Она толкнула меня:       - Я не зануда в постели! Мы с Лили делали это так часто, что нам приходилось ходить на работу на дрожащих ногах. Лили была потрясающей в постели, и мне приходилось умолять ее остановиться. Но я говорила не о Лили.       Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что именно она имела в виду, а затем я взорвалась:       - Ты трахала мою сестру?       - Обеих. Лили и Тейлор, - ответила она с самодовольным выражением лица.       Я была вне себя от ярости. Она переспала с моим братом и обеими моими сестрами. Крис ткнула меня в грудь:       - Посмотри на себя, лицемерка! Ты злишься, потому что я спала с твоими сестрами и братом, но сама ты переспала с двумя моими сестрами.       Я зашипела, и глаза мои почернели:       - Если бы я знала, что это Клэр, я бы никогда не переспала с ней! Я не сплю намеренно с кем попало, как шлюха!       Я была слишком зла, чтобы тогда сожалеть о сказанном. Я пожалела об этом позже, когда успокоилась и слегка остыла, потому что Крис уложила меня на холодный снег своим мощным правым кроссом. Она стояла надо мной и усмехалась:       - Ты все-таки, должно быть, тоже шлюха, раз готова была переспать со мной в эти несколько дней, если бы я позволила тебе.       С этими словами она развернулась и пошла прочь. Я села и принялась смотреть, как она идет по дороге к дому своих родителей. Зачерпнув комок снега, я прижала его к глазу, он уже болел, и я знала, что вскоре у меня появится адский синяк. Я сидела и размышляла о том, что сказала. Я на самом деле лицемерка, потому что мне не понравился тот факт, что она спала с Алексом и Лили. Давайте не будем забывать, что с Тейлор она тоже переспала. Это было что-то новенькое для меня. Я ни разу не подумала о том, чтобы переспать с Эндер. Для меня это было бы все равно что спать со своей младшей сестрой, и это казалось мне отвратительным. Мне кажется, Крис не думала о Тейлор как о сестре.              Я, наконец, встала и села в джип. Я не могла позволить ей пройти весь путь до города, и мне действительно нужно было извиниться. Я догнала ее в миле вниз по дороге. Она шла быстро, подпитываемая гневом. Притормозив, я поехала рядом с ней и опустила стекло. Она даже не взглянула на меня.       - Мне очень жаль.       Ответа не поступило, и я продолжила:       - Я лицемерка, и у тебя было полное право ударить меня. Я заслужила это и даже больше.       По-прежнему ничего.       - Не могла бы ты хотя бы залезть в этот чертов джип? Ты не можешь пройти весь путь до дома своих родителей. Впереди еще восемь миль.       Крис высоко подняла голову и продолжила идти. Хорошо, что на ней были сапоги. Я ехала рядом с ней, то извиняясь, то прося ее сесть в джип. В итоге за мной выстроилась целая вереница машин, так как теперь мы находились в зоне, запрещенной для обгона. Водители начали сигналить.       - Крис, пожалуйста, садись в джип, пока они не решили убить нас, - умоляла я.       Еще через минуту Крис наконец-то села в машину. Я быстро ускорилась, чтобы угодить другим водителям. Она ничего не сказала. Когда мы остановились во дворе моих родителей, она наконец произнесла:       - У нас ничего не получится.       Я вздохнула, ставя машину на стоянку:       - Я знаю. Что бы ни было между Эндер и Тейлор, это, должно быть, что-то особенное, потому что нельзя за одну ночь перейти от ненависти к симпатии.       Она кивнула и вышла, не сказав больше ни слова. Казалось, мы только что расстались, но как это могло произойти, если мы никогда не были вместе? Все собрались в доме моих родителей, разговаривали и украшали дом. Мама ахнула, когда увидела мое лицо:       - Что с тобой случилось?       - Упала.       Это был автоматический ответ из моей юности. Мама взглянула на Крис, которая легко перенесла ее взгляд, но вздрогнула, когда ее мать пристально посмотрела на нее.       - Ничего страшного, - сказала я, отходя, чтобы помочь Анне украсить мишурой огромную елку, которую они срубили ранее. До Рождества оставалось всего несколько дней. Я решила не обращать внимание на взволнованный обмен взглядами между моей мамой и Мэри.       Помогая Анне, я огляделась вокруг:       - Где Джен? Где Лили и Клэр?       Анна вздохнула:       - Последние два дня Джен приклеила к уху мобильный телефон и постоянно разговаривает с сенатором, на которого работает. Она обещала не отвечать на звонки, но не сделала этого. Она в соседнем доме. Что касается Лили и Клэр, я не видела ни одну из них со вчерашнего дня.              Ну, я точно не собиралась позволить кому-то испортить Рождество Джен и ее подруге. Извинившись, я отправилась в дом Морисонов и нашла в гостиной Джен, разговаривающую по телефону. Она на мгновение подняла руку, продолжая разговаривать. Я дала ей пару мгновений, а затем выхватила телефон из ее рук.       Потрясенная Дженнифер наблюдала, как я говорила в ее телефон:       - Мне очень жаль, но Дженнифер сейчас немного занята. Да. Да. Нет, я не могу вернуть ее к телефону. Да, я знаю, что вы сенатор, но Дженнифер сейчас в отпуске. На самом деле, я помню, что у вас есть красивая семья, так почему бы вам не провести с ними время, чтобы Дженнифер могла сделать то же самое? О, и не пытайтесь позвонить ей позже, ее телефон будет отключен. Счастливого вам Рождества, а Джен увидится с вами после Нового года.       Джен дернулась, когда я сломала ее маленький раскладной телефон пополам. Отбрасывая кусочки, я произнесла:       - У тебя есть отличная девушка, которая вынуждена одна терпеть обе наши семьи. Ты должна быть рядом с ней.       Я ожидала, что она начнет кричать о том, что я разрушаю ее карьеру, но вместо этого она удивила меня, спросив:       - Что произошло? И что случилось с твоим глазом?       Я изобразила свое лучшее воплощение Брандо:       - Возможно, я кому-то наступила на любимую мозоль.       - Ха-ха, очень смешно. Джесс, ты выглядишь так, как будто кто-то только что ударил тебя молотком - физически и эмоционально. Что-то случилось с Крис?       - Нет... да... вроде того. Возможно, что-то и могло получиться, но я все испортила.       - Расскажи мне, что случилось! - приказала она. Я покачала головой и сказала:       - Нет. Ты идешь целоваться и мириться со своей девушкой. А я собираюсь найти немного тайленола для моего глаза. Твоя мама все еще хранит свои лекарства на кухне?       Джен кивнула, а затем протянула мне ключ:       - Будь осторожна, когда станешь открываешь эту дверь, но обязательно открой ее.              Я совершенно не понимала, что она имела в виду. Когда она ушла, я покачала головой и пошла на кухню. Найдя несколько нужных мне таблеток, я запила их стаканом воды и заметила совершенно новый замок на двери подвала. Я все еще смотрела на него, когда дверь началась трястись:       - Мама, это ты? Не могла бы ты, пожалуйста, открыть дверь? Джен? Выпусти нас.       Мои глаза широко распахнулись, когда я поняла, что это Клэр заперта за дверью. Я побежала, чтобы побыстрее открыть ее. Клэр распахнула дверь с дикими глазами, готовая убить кого угодно:       - Как ты посмела запереть нас там на всю ночь! Я должна...       Она остановилась, когда увидела, что это я. Я продолжала смотреть, как Лили поднимается по лестнице, такая же помятая, измученная и злая, как Клэр.       Я пробормотала, глядя на Джен, которая находилась на безопасном для себя расстоянии:       - Это еще один прекрасный беспорядок, в который ты меня втянула.       Затем я спросила их:       - Что, черт возьми, случилось с вами?       Клэр открыла рот, вероятно, чтобы начать долгий рассказ о том, что случилось, но я подняла руки и остановила ее.        - Послушайте, почему бы вам обеим не пойти и не освежиться? Я знаю, что там внизу есть ванная, но одному Богу известно, через что вы двое прошли. У нас есть несколько часов, прежде чем нам придется пойти на праздничный парад с остальными членами семьи.       Клэр спросила:       - Ты останешься со мной, пока я принимаю душ?       Я кивнула, не желая возвращаться к себе домой и сталкиваться с Крис. Я едва взглянула на свою сестру, она смотрела, как мы поднимаемся по лестнице. После того как Клэр приняла душ и начала собираться, она рассказала мне кое-что из того, что произошло. Она стала мне очень близкой подругой, и меня совсем не волновало, что она одевается прямо у меня на глазах. Клэр рассказала, что ее и Лили обманом заманили в подвал, а затем заперли дверь. Что они кричали несколько часов, но их крик игнорировали.       - Это был ад, Джесс. Застрять там с ней на всю ночь...       Клэр замолчала, погрузившись в свои мысли. Я спросила:       - Между вами там что-то произошло?       Клэр испуганно вздрогнула, а затем усмехнулась:       - Как будто я позволила бы чему-то случиться.       Я не поверила ей, а позже узнала, что кое-что действительно произошло. Клэр призналась, что в подвале стояла только одна раскладушка и достаточно одеял, чтобы им было тепло, если они прижмутся друг к другу. Сначала они спорили, потом прижимались друг к другу, чтобы согреться, и одно привело к другому. Вот почему их одежда выглядела помятой. Есть только один чертовски хороший способ согреться, если вы спросите меня.       Задумчивый взгляд появился на лице Клэр, когда она стояла передо мной полураздетая:       - Ты мне нравишься, Джесс.       Я удивленно моргнула:       - Ты мне тоже нравишься, Клэр.       - Ты хороший друг. Ты забавная, умная, привлекательная и хорошо зарабатываешь.       Мне не понравилось, на что она намекала.       Клэр начала приближаться ко мне:       - Ты великолепна в постели, и ты всегда оказываешься рядом, когда нужна мне. Я была дурой, что не увидела того, что находилось прямо передо мной.       Затем она поцеловала меня. Отсутствие протеста с моей стороны она восприняла как сигнал к продолжению и, углубив поцелуй, села ко мне на колени. Обнаружив, что я соглашаюсь с Клэр, я поцеловала ее в ответ. Я имею в виду, теоретически она была всем, что я хотела бы видеть в своей девушке, и все наши общие друзья постоянно говорили нам, что мы были бы идеальной парой. Я не могла сказать, что не испытываю к ней никакого желания. Клэр сногсшибательная и чертовски хорошо целуется. Несмотря на все это, наш поцелуй начал медленно угасать.       Клэр оторвалась от моих губ и, разочарованно покачав головой, спрыгнула с моих колен:       - Черт возьми, почему это не можешь быть ты? У тебя есть все нужные мне качества, но...       - Я не тот Рыцарь, - закончила я за нее и невесело рассмеялась: - Все хотят любить девушку по соседству, но никто не учитывает, что произойдет, если их будет больше одной.       - Так не должно быть. Мы вроде как поладили прошлой ночью, а потом, когда мы... в любом случае, так не должно быть. Я ненавидела ее с тех пор, как мы переехали сюда. Я не могу влюбиться в капитана Нарцисса.       Было бы забавно, если бы я не оказалась в такой же ситуации:       - Я думаю, ты уже влюбилась.       Клэр остановилась и уставилась на меня. Затем она заметила мой синяк и рассмеялась:       - Я думаю, у тебя тоже что-то случилось. Правый кросс?       Затем она спросила:       - Что произошло?       Я рассказала ей все. Я не могла рассказать об этом Джен, потому что она не поняла бы меня так, как Клэр. Когда я закончила, она покачала головой:       - Тебе лучше радоваться, что Крис тебя только ударила, потому что, если бы это была я...              Клэр повернулась, чтобы посмотреть на меня:       - Ты помнишь утро после того, как мы переспали?       - Довольно ярко, - ответила я, смутившись из-за смены темы.       Она коротко улыбнулась и отвернулась, чтобы посмотреть в окно:       - Я думаю, ты тогда была права. Я бы никогда не переспала с тобой, если бы знала, кто ты. Все, о чем я могла думать в то утро, это то, что я переспала с сестрой Лили.       Что-то как будто ударило меня. Я спросила:       - Почему ты думала обо мне как о сестре Лили, а не Джей-Джея? Ты же встречалась с ним.       Клэр засмеялась:       - Не напоминай мне. Это было тогда, когда я думала, что я абсолютная натуралка, просто немного любопытная. На самом деле мы изменяли друг другу с одной и той же черлидершей.       Это была довольно тревожная информация, но я продолжила:       - Тем не менее, ты встречалась с ним два месяца. Почему ты сначала подумала о Лили?       - Я не знаю, Джесс. Что за допрос? - потребовала ответа Клэр.       Я объяснила, переходя к сути:       - Лили всегда была в твоих мыслях. Возможно, это давнее влечение. Может быть, мы всегда что-то чувствовали к ним.       - Я думаю, ты сошла с ума, - торжественно заявила Клэр, - Возможно, нам следует пойти и убедиться, что Крис подлечит твои мозговые клетки.       Я разочарованно покачала головой:       - Я не говорю, что мы были влюблены в них или любим сейчас. Я просто говорю, что, возможно, тогда мы чувствовали к ним нечто большее, чем ненависть. Если мы сможем признать то, что мы чувствуем прямо сейчас, может быть, нам будет легче принять это.       Клэр ответила, все еще глядя на меня, как на сумасшедшую:       - Начинай первой.       Я застонала и, упав спиной на кровать, прижала ладони к лицу:       - Ее красота убила во мне зверя. Я всегда считала ее красивой.       - Хорошо, мы обе думали, что они были горячими.       Я резко отдернула руки, когда ушибленный глаз напомнил мне, что он протестует против такого вольного обращения с ним. Я улыбнулась:       - У Крис всегда был такой мощный правый кросс.       - Значит мы могли бы уважать их.       - Она никогда не бегала к кому-то за помощью, когда я подшучивала над ней.       - Значит, у них есть гордость и уверенность в своих силах.       - Я никогда не видела, чтобы она была грубой с кем-то, кроме меня и моей команды.       - Значит они могли быть порядочными людьми. К чему ты клонишь? - возмутилась Клэр.       Я рассмеялась, садясь обратно на кровать:       - Значит, вполне возможно, что они нам нравились, Клэр, и мы просто не знали, как назвать наши чувства.       Она многозначительно спросила:       - Ты готова признать это сейчас?       Я занервничала:       - Я готова признать, что, возможно, она мне вроде как нравилась тогда. Но только самую малость.       Теперь настала очередь Клэр, и она тоже занервничала:       - Я признаю то же самое.       - О нет, нет, нет! Ты должна произнести это! - запротестовала я.       Она закатила глаза:       - Возможно, мне немного нравилась Лили.              Итак, мы признали это. Я не почувствовала никакой разницы, поэтому мне стало интересно, принесет ли это какую-то пользу. Не знаю, почему я вообще беспокоилась, так как мы с Крис уже договорились, что это не сработает. Может быть, я надеялась на рождественское чудо?       Клэр наконец-то надела свитер, и мы вернулись в дом Найтов, где все вели себя так, как будто Клэр и Лили не проторчали в подвале всю ночь. Я была рада, что Джен и Анна, похоже, помирились, и немного менее рада была видеть, что Лили и Крис практически приклеились друг к другу. И снова я оказалась лицемеркой, потому что мы с Клэр тоже оставались рядом друг с другом. Безопасность в мелочах, знаете ли.       Трехлетний Томас выбежал ко мне из коридора в костюме оленя. Я встала у него на пути и произнесла низким голосом:       - Ты должен заплатить пошлину. Покажи мне свои деньги.       Он захихикал и попытался проползти между моими ногами. Я остановила его:       - Сначала деньги!       Томас знал, как победить меня. Он поднял руки:       - Вверх, Джесс!       Итак, я признала поражение и, подняв его, спросила:       - Как поживает мой любимый маленький человечек?       Томас вскинул руки и провозгласил:       - Я большой!       Я шумно поцеловала его в щеку:       - Ты все еще мой маленький мужчина.       - Он будет выше тебя через несколько лет, - передразнил меня брат Даниэль, подходя ко мне, чтобы пощекотать своего сына.       - Заткнись, Даниэль. Ты выше меня всего на дюйм. Он будет высоким, как его мама.       - Ну, тогда иди и посади этого маленького человечка в машину. Мы должны поторопиться, чтобы успеть к началу парада.       Я взяла Томаса, чтобы надеть на него пальто, а затем отвела его к машине. Пристегнув к автокреслу, я постучала кулаком по его подбородку:       - Удачи, Томми. Я смотрю за тобой, парень.       Наблюдая, как он машет рукой, когда машина отъезжала, я поняла, что хочу детей. Мои биологические часы громко бились в моем сердце, причиняя ему боль. Затем я заметила, что Крис наблюдает за мной, от чего мое сердце заболело еще сильнее.              Через час мы спустились на главную улицу, чтобы посмотреть парад. Мы всегда ходили смотреть его, но этот год был особенным, потому что детский сад Томаса приготовил повозку. Несмотря на то, что мама уже видела его в костюме, она была взволнована и принесла две фотокамеры и видеокамеру. Она отдала по одной Джей-Джею и папе и приказала им фотографировать.       Я действительно наслаждалась парадом. У моей компании тоже была украшена платформа, состоявшая из двух игровых блоков на большом трейлере. Один блок был собран в форме половины пиратского корабля. Сверху у него была палуба с гигантским штурвалом, на которой могла поместиться пара детей. По борту спускалась гигантская горка, и дети могли играть даже на дне корабля. На платформе собралась куча детей сотрудников, которые играли на корабле или махали руками, пока трейлер ехал. Папа рассмеялся, увидев их лица, выглядывающие из иллюминаторов:       - Вам скоро понадобится лодка побольше.       Второй блок снаружи выглядел как миниатюрный дом, но все окна и двери в нем были открыты, чтобы люди могли видеть, что он переполнен игрушками, набитыми внутри. На боку трейлера висела большая табличка, и мы прочитали ее, когда он проезжал мимо:       "Пожертвовано детскому приюту округа Джексон компанией Kingston Construction с особой благодарностью Джессике Найт".       Внезапно осознав, что все смотрят на меня, я боролась с собой, не желая краснеть.       - Особая благодарность? - спросила мама. - Что означает "особая благодарность"?       Если бы кто-нибудь еще спросил, я бы ничего не сказала, но поскольку это была моя мать, я пробормотала:       - Ну, это была моя идея сделать пожертвование, вот и все.       Папа заговорил:       - Это была не только ее идея, она поощряла других сотрудников тратить время на создание игровых декораций и уговаривала их жертвовать деньги. Она сказала, что за каждый доллар, который они дадут, она даст вдвое больше. Билл сказал мне, что они собрали две тысячи долларов, а Джесс дала четыре тысячи. Я по-настоящему горжусь тем, что она моя дочь.       Билл был папиным другом, поэтому меня не должно было удивлять, что папа знал мой секрет. Вы должны понимать, что папа редко говорит много, но, когда он говорит, это что-то значит. Я начала краснеть:       - Держу пари, Билл не сказал тебе, что он пожертвовал в два раза больше, чем я. Он дал восемь тысяч.       - Но только когда услышал, что ты сделала. Ты была главным вдохновителем, - парировал папа.       Я расстроилась и покраснела еще больше, пока они продолжали пялиться на меня.       Эндер смутила меня еще больше:       - Я думала, ты копила эти деньги, чтобы купить новый джип?       Я проигнорировала ее слова:       - Я скоро вернусь. Собираюсь купить сладкой ваты. Кто-нибудь еще хочет?              Я ушла, не дожидаясь ответа и чувствовала себя ужасно. Я пожертвовала эти деньги, потому что так было правильно. И все же небольшая часть меня сделала это, чтобы почувствовать себя хорошо. Поскольку теперь все знали, что я сделала, мне было жаль, что это не был по-настоящему бескорыстный поступок. Но когда люди жертвовали, разве они не чувствовали себя хорошо? Разве они не сделают это снова, чтобы вновь почувствовать себя так же и поступить правильно? Я сдаю кровь, потому что это правильно, и после этого я чувствую себя хорошо, потому что спасла чью-то жизнь. Я знала, что делаю это не ради удовольствия.       Когда я платила за несколько пакетиков сахарной ваты, я начала думать, что, возможно, я слишком много думаю. Я подумала, мне нужен умопомрачительный поцелуй, чтобы избавиться от нескольких надоедливых клеток мозга, а затем я впала в депрессию, когда поняла, насколько мала вероятность того, что это произойдет.       Я вернулась вовремя, чтобы увидеть, как мимо проплывает повозка маленького Томаса. По тому, как вели себя моя мама, Мэри и Кайла, можно было подумать, что Томас, одетый в костюм северного оленя, был Элвисом Пресли. Я вручила Джен, Нику и Хоуп остальные пакеты с сахарной ватой и помахала Томасу.              - Ты идиотка, - произнесла Лили, напугав меня. Я не заметила, как она оказалась рядом со мной. - Ты идиотка, раз позволила Крис уйти. Не говоря уже о том, что ты чертова лицемерка, которая расстраивается из-за того, с кем она спала, - сказала она, бросив на меня взгляд, полный отвращения.       Мы с Лили никогда не были близки. Она намного старше меня, и я была гораздо ближе с Тейлор, чем с ней. Я люблю ее, но думаю, что единственное общее у нас - это кровь, любовь к женщинам и софтболу. Сказать, что я разозлилась, ничего не сказать.       - Во-первых, пошла ты нахер. Во-вторых, кто ты такая, чтобы так разговаривать со мной? В-третьих, если я идиотка, то ты просто чертовая Королева идиотов, поскольку позволила Крис сбежать с Клэр.       - Ты тоже позволила.       Я ухмыльнулась:       - Кто сказал, что я позволила Клэр уйти? Сегодня утром она сказала, что хочет меня, а ты ведь знаешь, что все вокруг всегда говорят, что мы были бы идеальной парой.       Лили нахмурилась:       - Ты лжешь.       Я не лгала. Я подразумевала ложь. Неправильно, да, я знаю, но она действовала мне на нервы.       - Да неужели? Сегодня утром она, казалось, торопилась уйти от тебя, а потом очень долго принимала душ. Как будто пыталась что-то смыть с себя. После этого она подошла и поцеловала меня, как...       - Ты лжешь! - закричала Лили, толкая меня.       Какой же тяжелый день выдался! Сначала Крис меня ударила, потом я сломала пополам телефон Джен. Затем Клэр поцеловала меня, а теперь Лили толкает. Я начала думать, что в это утро мне следовало остаться в постели.       Но я не могла позволить ей безнаказанно толкать меня, поэтому толкнула ее в ответ. Следующее, что я помню, это то, что мы сражаемся, валяясь на земле. Конечно же, бой длился недолго. Даниэль, Алекс и Джим оттащили Лили, а Эндер, папа и Джей-Джей оттащили меня. Я смогла бросить в нее свой пакет с сахарной ватой, прежде чем они меня скрутили.       Своей дракой мы привлекли внимание полиции. Слава богу, нашего папу любили в городе. Он просто оглянулся и спросил: "Есть проблемы, офицеры?" и на этом все закончилось.              Дорога домой была долгой. Эндер, Джен, Анна, Клэр и я шли впереди. Наверное, чтобы удержать меня подальше от Лили. Они продолжали спрашивать, что случилось, но я была слишком зла, чтобы говорить. Мама, папа, Мэри и Джим шли посередине. Лили, Крис и остальные шли сзади. Я никогда не видела маму такой разъяренной и боялась возвращаться в дом, а потому надеялась, что смогу сбежать, сохранив свое тело в целости и сохранности. Тогда я точно поняла, что мне следовало остаться в постели. Когда мы вернулись, мама приказала:       - Лили, Джессика, сейчас же в дом. Не могли бы остальные извинить нас?       Мы с Лили переглянулись, прежде чем направиться в дом вслед за мамой. Мама привела нас в гостиную и молча указала на диван. Мы обе сели на противоположных концах.       Мама скрестила руки на груди:       - Объясните.       Мы с Лили посмотрели друг на друга и пожали плечами. Нам не нужен был диалог - у нас на лицах все было написано. И особенно четко выглядела фраза: "Пошла к черту". Мама просто стояла и смотрела на нас холодным взглядом. Лили раскололась первой, но я думаю, она просто давно не встречалась с маминым взглядом. Обычно я получала его раз в два месяца по той или иной причине.       - Она начала это, - воскликнула Лили, указывая на меня.       "Боже, кем мы были? Двенадцатилетками?"       - Она врет! Это она начала! - захныкала я. "Нет, нам, по-видимому, по десять".       Мы с Лили одарили друг друга жарким взглядом, собираясь снова продолжить драку. Мама закричала:       - Хватит!       Мы обе отвернулись друг от друга.       - Я надеюсь, вам обеим стыдно за себя. Вести себя так перед маленькими детьми, вести себя так перед всем городом! Вы опозорили меня и своего отца. Вы пытаетесь испортить Рождество нам и Морисонам?              - Это твоя вина, - пробормотала я. "Боже, когда я стала такой смелой? Я никогда не перечила своей матери". Лили и мама выглядели ошеломленными, но мама справилась первой:       - Простите, юная леди?       - Это твоя вина. Твоя и Мэри. Если бы вы двое не пытались свести меня с Крис, а Лили с Клэр, мы бы вообще не поссорились, черт возьми! - произнесла я, вставая и направляясь к входной двери. Я только успела взяться за ручку.       - Не смей говорить со мной таким тоном! - крикнула мама. Я была так расстроена, что пропустила торжествующий взгляд в ее глазах. Если мы с Лили поссорились из-за Крис и Клэр, то они, очевидно, что-то значили для нас.       - Я могу использовать любой тон голоса, который захочу. А теперь я возвращаюсь к себе домой и собираю вещи Крис. Она может поменяться местами с Клэр, спать у Эндер и Тейлор или в постели Лили. Мне все равно.       Я захлопнула дверь, оглушив людей внутри дома и группу ожидающих снаружи.       Все потрясенно посмотрели на меня. Тейлор была первой, кто заговорил:       - Ты просто… ты только что отговорила маму. Что с тобой такое?              С меня было достаточно. Я слышала, что лесбиянки чаще устраивают большие драмы, чем кто-либо другой, и могу сказать, что в тот момент это было правдой для меня. Я подошла к той части, где я уже испортила Рождество и почему я прячусь в своей комнате, если вы забыли начало моего рассказа.              Я закричала:       - Что со мной такое? Со мной? Что случилось со всеми нами! Что находится у нас в крови, что заставляет нас хотеть не только девушку по соседству, но и всех их! Я слышала о том, чтобы удержать секс в своих семьях, но это просто смешно!       Я не уверена, что в моих словах был хоть какой-то смысл, но я произнесла их. Эндер посмотрела на меня:       - Джесс, о чем, черт возьми, ты говоришь?       - Я говорю обо всем этом чертовом беспорядке. Я говорю о том, что из шести наших детей только один не спал с Морисоном. Ты же не спал? - спросила я, пристально глядя на Даниэля. Все повернулись, чтобы посмотреть на него, особенно его жена. Он поднял руки:       - Я чист от Морисонов.       Благодарю бога за маленькие чудеса. Позже я подумала, что брат оказался самым умным из нас всех и не вляпался в липкую кашу, которую заварили остальные.       - Зато все вы спали с Найтами! - прокричала я, махая руками на сестер Морисон.       Все смотрели на меня так, словно я сошла с ума, и, вероятно, гадали, где находится ближайшая психиатрическая лечебница. Но мне было уже все равно. Я была зла из-за того, что все, казалось, объединились против меня. Я не могла получить ту, которую хотела. Я не хотела ту, кого могла получить, а все счастливые пары хвастались тем, что обрели то, что желали. Это разозлило меня еще больше, и особенно я разозлилась на Тейлор и Эндер. Именно в тот момент Эндер приняла неразумное решение заговорить.       - Не маши здесь руками. Да, мои сестры спали либо с тобой, либо с кем-то из твоей семьи, но только ты, Лили, Крис и Клэр не можете удержать себя в своих штанах. У остальных из нас была только одна девушка по соседству.       Мне следовало держать рот на замке. О, ну почему я не удержала свой рот на замке?       - О, правда! - усмехнулась я, - тогда ты, очевидно, не так хорошо знаешь свою партнершу, как думаешь!       На лице Эндер отразилось замешательство. Она повернулась и посмотрела на Тейлор, которая побледнела. Крис бросила на меня злобный взгляд, но мне кажется, она была удивлена тем, что Тейлор сама не рассказала об этом Эндер.       - Тейлор, о чем она говорит?       Челюсть Тейлор задвигалась, но слова не появились. Эндер повторила, повысив голос:       - Тейлор, о чем она говорит?       Казалось, Тейлор все еще не могла говорить, поэтому Эндер взяла разговор на себя:       - Ты спала с одной из моих сестер?       Тейлор кивнула. Эндер крикнула:       - С которой!       - С Крис, - тихо призналась Тейлор.       Эндер переводила дикий взгляд с Тейлор на Крис. Я никогда не видела ее такой разъяренной.       - Ты спала с Крис, - произнесла Эндер устрашающе спокойным голосом.       - Эндер, это произошло еще в старшей школе. Задолго до того, как мы с тобой начали встречаться, - объяснила Тейлор, - и только один раз.       - И за все это время, что мы с тобой вместе, тебе ни разу не пришло в голову упомянуть об этом?       - Я не думала, что это важно...       - Это определенно важно, если ты молчишь об этом в течение 8 лет! - закричала Эндер и повернулась ко мне.        - А ты! Ты знала и не сказала мне!       Я вдруг поняла, что моя жизнь может оказаться в опасности, и попыталась защитить себя, потому как знала, что никто другой этого не сделает:       - Эй, я знаю об этом всего шесть часов. Все это слишком отвратительно, чтобы я могла поверить в это.       Эндер скрестила руки на груди:       - Ты права. Это отвратительно.       - Прошу прощения? - сказала Тейлор. - Отвратительно?       - Да, - ответила я. - Это все равно, как если бы мы с Эндер спали вместе.       Мы с Эндер вздрогнули от такой мысли, и дрожь эта была не из приятных.       Я услышала, как Анна пробормотала:       - Ну, лично я думаю, что это было бы довольно жарко.       Краем глаза я наблюдала, как Дженнифер толкнула локтем свою подругу. Я сказала:       - Эндер мне почти как сестра, и мы, спящие вместе, было бы отвратительно. Я думала, что Крис и Тейлор...       - Я не знаю, почему мы вообще обсуждаем это, - прервала Тейлор. - Мой секс в прямом эфире - не твое дело, Джесс. Я могу спать с кем захочу, когда захочу, и мне не нужно ничье разрешение.       Мне кажется, Тейлор чуть-чуть позабыла, что она была практически жената. Никто не знает, почему они до сих пор не съездили в Массачусетс, чтобы связать себя узами брака. Эндер зарычала:       - Ты можешь спать с кем хочешь и когда захочешь, но тогда ты точно не будешь спать со мной!       Мы все смотрели, как Эндер запрыгнула в свой грузовик и уехала. Когда Тейлор разрыдалась, Лили закричала на меня:       - Ты видишь, что ты наделала? Кого ты собираешься разлучить следующими? Джен и Анну? Алекса и Ника? Почему бы тебе не пойти дальше и не поджечь рождественскую елку, раз уж ты так стремишься испортить всем Рождество!       Последними словами, которые я сказала своей семье, были:       - Давайте, идите вперед и наслаждайтесь своим Рождеством, потому что меня там точно не будет. Счастливого пути, детка!              *****              Это возвращает нас к настоящему времени. Все это случилось два дня назад, и с тех пор я заперта в собственном доме. Вернувшись домой, я сердито собрала вещи Крис и выбросила их на крыльцо. Затем я заперла и забаррикадировала двери, потому что у мамы есть запасной ключ, а Алекс обучен взламывать двери. Я выключила мобильный телефон, отключила домашний, не проверяла электронную почту и игнорировала частый стук в дверь.       Если не считать, что я чувствую себя ужасно из-за того, что сделала, это была очень приятная пара дней. Я посмотрела все шоу на видеомагнитофоне, много рождественских фильмов и проводила время за чтением фанфиков. Я была так занята, чтобы не думать о том, что я сделала, но я, очевидно, потерпела неудачу, потому как я только что написала всю эту историю о том, что произошло.       Итак, канун Рождества, а я заперта в своей комнате. Вам, наверное, интересно, почему я сижу в своей комнате? Видите ли, когда я услышала, как кто-то ломится в парадную дверь, я схватила кучу нездоровой еды и помчалась наверх. Затем я подтолкнула комод к двери спальни. Потом я похлопала по нему и сказала:       - Пристегните ремни безопасности - ночь будет неспокойной.       Я не выходила и ни с кем не разговаривала. Я писала всю эту историю в наушниках. Я веду себя глупо? Да, но после прочтения всей этой истории разве вы еще не поняли, что я немного незрелая. Я живу за счет нездоровой пищи и воды, которую беру из раковины в главной ванной. Обещаю, после Рождества я выйду, но я совершенно уверена, что для всех будет лучше, если я пропущу этот день. Я не могу видеть Тейлор и Эндер друг без друга. Мне невыносимо видеть разочарование в глазах каждого или хуже того - ненависть. Так что я просто подожду, когда закончится Рождество, чтобы…              Некоторое время спустя              Я думаю, вы заметили, что я вроде как оставила вас одних. Видите ли, меня прервали. В середине написания я подняла глаза и громко заорала, когда увидела, что кто-то стоит возле моей кровати. Я сорвала наушники и крикнула Крис:       - Ты напугала меня, черт возьми!       - Она живая! Она живая! - издевалась надо мной Крис: - В любом случае, так тебе и надо.       Я огляделась. Комод все еще стоял у двери, а окна были закрыты. Я спросила:       - Как ты сюда попала?       - Ты забыла закрыть окно в ванной, - сказала она, с отвращением оглядывая комнату. - Какой же у тебя бардак!       Я тоже огляделась. На полу валялась какая-то одежда, а большой шкаф выглядел так, словно по нему пронесся торнадо. Тем не менее, все было не так уж плохо.       - Здесь всегда так.       - Неряха, - усмехнулась она.       - Уродливая чистюля, - догадалась я.       - Свинья.       - Доктор.       Мы обе посмотрели друг на друга, прежде чем разочарованно отвернуться. Почему она оказалась здесь? Я имею в виду, я же знала, что мама пошлет кого-нибудь, но почему она? Я собиралась спросить ее об этом, когда она прокомментировала:       - Пахнет не так плохо, как я думала.       - Мне приходится жить с собой, а мне нравится жить с приятно пахнущими людьми, поэтому я приняла душ. Что касается моей грязной одежды, то здесь есть желоб для грязного белья.       - Твоя одежда в шкафу вытянется и покроется пылью, - заметила она.       - Нет. Обычно я провожу по ней большой кистью каждые несколько месяцев или когда не могу найти свою любимую… Эй, подожди секунду! Что ты здесь делаешь? - спросила я, приходя в себя.       Она проигнорировала мой вопрос и обошла комнату. Заглядывая в шкаф, она спросила:       - Тебе нравятся кошки или собаки?       - Зависит от кошки или собаки. А теперь перестань менять тему. Почему ты оказалась здесь? - потребовала ответа я.       Она снова проигнорировала меня и продолжила осматривать мою комнату. Я упала обратно на кровать и закричала в матрас:       - Ты самая раздражающая женщина, которую я когда-либо... тьфу.       Внезапно я почувствовала, что задыхаюсь, потому что моя рубашка туго натянулась на горле. Я изо всех сил попыталась сесть и ослабить давление.       - Ты растянешь мою рубашку, - огрызнулась я, потирая горло.       - Мне нравится, когда люди смотрят мне в лицо, разговаривая со мной.       - Ты все равно игнорировала меня, - пробормотала я.       Крис скрестила руки на груди, оглядывая на меня сверху вниз:       - Твоя мама хочет, чтобы ты пришла открывать подарки, она говорит, что завтра ты придешь на рождественский ужин, даже если ей придется сжечь твой дом, чтобы вытащить тебя отсюда.       Я тщательно обдумала мамину угрозу. Хотя я сомневаюсь, что она подожжет мой дом, но я знала, что она сделает все, что сможет сделать. Я все еще не думала, что заслуживаю Рождества.       Я покачала головой:       - Я не пойду. Ты можешь отнести мой подарок маме, если хочешь, но я останусь здесь до конца Рождества.       Крис пришла в ярость:       - Ты ведешь себя как эгоистичная соплячка! А теперь иди и собирайся к своей матери, или, клянусь, я подобью тебе второй глаз!       Я уставилась на нее, потрясенная, а затем опустила голову от стыда. Оторвав нитку на одеяле, я сказала ей:       - Я не хочу портить всем Рождество, а это все, на что я, кажется, способна.       Удивительно нежная рука взяла меня за подбородок и приподняла мне голову.       - Поворачивайся ко мне лицом, когда разговариваешь со мной, - напомнила мне Крис, - И единственный способ, которым ты можешь испортить Рождество, Джесс-лот, - это не появиться на нем.       - Но Тейлор и Эндер...       - Они снова вместе, - перебила меня Крис, - Тейлор плакала десять минут, волновалась двадцать и бушевала тридцать. Она уже собралась отправиться на разборки к Эндер, когда та остановила машину на подъездной дорожке. Сначала они выглядели готовыми убить друг друга, но потом упали в объятия, плача и признаваясь в любви. Эндер все же бросила на меня один пугающий взгляд.       - Это моя вина. Если бы я держала рот на замке...       Крис заткнула мне рот, чтобы я не болтала.       - Если бы Тейлор все сама рассказала Эндер. Если бы мы с Тейлор не напились однажды вечером. Если бы я не рассказала тебе об этом, просто чтобы расстроить тебя, потому что ты расстроила меня.       Я убрала ее руку со своего рта и призналась:       - Я знаю, что выгляжу лицемеркой, но меня беспокоит, что ты спала с Алексом... и Тейлор... и Лили.       Крис села рядом со мной на кровать. Я догадалась, что она устала стоять. Откинувшись на руки, она сказала:       - Меня беспокоит, что ты спала с Клэр и Джен.       - Думаю, мы квиты.       - Квиты? - спросила она. - Твои два к моим трем?       - Ну, я не собираюсь спать с Эндер так что будем считать, что мы квиты, - сказала я, пытаясь изобразить улыбку на своих губах, поскольку мне не хотелось оставаться серьезной.       Она усмехнулась. Я воспользовалась возможностью поговорить с ней, пока она в таком хорошем настроении и спросила:       - Так почему ты оказалась здесь?       - Я устала смотреть на Лили и Клэр, которые целуются как голубки.       - Что? - спросила я, потрясенная услышанным. - Ты серьезно?       - Когда ты ушла, Клэр подошла к Лили и ударила ее...       - Правый кросс? - прервала я с усмешкой.       Крис ухмыльнулась:       - Нет, левый кросс. Ты забыла, что Клэр левша. После того как Клэр повалила ее на землю, она начала ругать ее за то, что Лили была такой стервой по отношению к тебе. Затем, все еще лежа в снегу, Лили потребовала ответа, кого хочет Клэр, тебя или ее. Ошеломленная на мгновение, Клэр перевела вопрос обратно на нее. Кого хочет Лили? Лили сказала "ее", а затем Клэр сказала "ее". Клэр рывком подняла Лили на ноги, поцеловала ее, и они вошли в дом, а наши мамы разразились радостными криками. Последние два дня я смотрела и слушала, как миленько они разговаривают друг с другом в перерывах между сеансами поцелуев. Это отстойно, я оказалась единственным одиноким человеком в доме, поэтому я решила, что приду к тебе и заставлю тебя присоединиться ко мне в этих страданиях. Я думаю, хуже всего для меня было признание Клэр в том, что, возможно, еще в старшей школе ей немного нравилась Лили, а Лили выглядела готовой растаять от любви.       - Я заставила Клэр признаться в этом после того, как она поцеловала меня тем утром, - заявила я и вдруг забеспокоилась, что Крис рассердится из-за этого, но она только кивнула: - Лили прибежала из дома моих родителей тем утром, как летучая мышь из Ада. Она схватила меня за руку и потащила наверх, а потом сказала, что мы были такой замечательной парой, и она хочет, чтобы это повторилось. Затем она поцеловала меня. Я поцеловала в ответ, потому что мы были отличной парой, но поцелуй закончился неловко. Это был приятный поцелуй, но все, что у нас было когда-то, ушло. Я заставила ее рассказать мне, что произошло в подвале между ней и Клэр. Какой интересный способ согреться!       Тейлор и Эндер все еще вместе, а Лили и Клэр тоже теперь вместе.        - Значит, я не испортила Рождество? - спросила я, оживившись.       - Испортишь, если не пойдешь готовиться, - ответила Крис с улыбкой.              Я поспешила подготовиться. Я имею в виду, я знала, что мне придется умолять и просить прощения у мамы за мое поведение, но была уверена, что она простит меня. Я подумала даже о том, чтобы в качестве покаяния надеть ужасный рождественский свитер, который она купила мне на прошлое Рождество, но выбросила эту идею из головы. Если я появлюсь в этом свитере, она позвонит в психиатрическую лечебницу.       Пока стояла в душе, я думала о себе и Крис. Мы ладили с ней последние десять минут; конечно же, это хороший знак. Я уверена, что, если бы мы просто поговорили... Затем я избавилась от этой ужасной идеи, поскольку разговоры между нами обычно заканчивались плохо. Я могла бы просто поцеловать ее, чтобы показать свои чувства, но мой синяк под глазом только что начал желтеть. Я не знала, как ей сказать о том, что я влюбилась в нее.       Я вышла из ванной уже одетая, не хватало только ремня и обуви, и остановилась как вкопанная от того, что увидела, а затем побледнела. Крис пристально смотрела на мой ноутбук и угадайте, что там было открыто? Да, вы угадали. Вот эта история.       Я рявкнула резче, чем хотелось бы:       - Что ты делаешь?       Крис смущенно подняла глаза. Я бросилась к кровати и, вырвав у нее ноутбук, захлопнула его. Я на мгновение понадеялась, что сохранила историю (очевидно, сохранила), и прорычала:       - Это не твое!       - Прости. Он стоял там, и я просто...       Я ворвалась, ужасно расстроенная произошедшим:       - Сначала мой дневник, теперь ноутбук. Ты когда-нибудь узнаешь, что такое конфиденциальность?       Она выглядела ошеломленной моими словами:       - Крис, мне очень жаль. Я не имела в виду...       - Как много ты прочитала? - взорвалась я снова, прижимая к себе ноутбук.       Она опустила голову:       - Первые несколько страниц.       Несмотря на то, что я была очень расстроена, я не могла не думать о том, что мне не придется говорить ей, что я влюблена в нее. Она уже прочитала об этом. Тем не менее, устное подтверждение ускорило бы все, через что бы мы ни проходили.       Я бросила ноутбук на кровать и, взяв ее за подбородок, приподняла голову. Я ругалась, но в моем голосе явно слышалась радость:       - Мне не нравится, когда люди не смотрят мне в лицо, разговаривая со мной.       Я уловила огонек, который начал светиться в этих проклятых зеленых глазах Морисонов. Наклоняясь к ней, я сказала:       - Зато мне нравится, что люди смотрят на меня, когда я собираюсь их поцеловать.       Не думаю, что у Крис были проблемы с моими словами, она притянула меня к себе для поцелуя. Поцелуй Джен когда-то казался мне невероятным, поцелуй Клэр когда-то сводил меня с ума, но именно поцелуй этой женщины заставил меня ослабеть в коленях. Буквально. Я согнулась, Крис протянула руку, чтобы поймать меня, прежде чем я упала, и посадила к себе на колени.        - Ну вот, это совсем другое дело.       Было странно чувствовать себя той, кто сидит у другой женщины на коленях, но не совсем неправильно. Я пробормотала:       - Я могу потерять свою буч-карту за это.       - Я никому не скажу, - пообещала она, прежде чем снова поцеловать меня. Я постепенно забыла о том, что странно сидеть у нее на коленях, но начала вспоминать, почему она оказалась здесь. Я прервала поцелуй и с сожалением произнесла:       - Нам нужно идти.       Когда она вздохнула в знак согласия, я встала и воспользовалась этим моментом, чтобы признаться.        - Я влюбилась в тебя, Кристина Морисон. Знаю, это ужасно странно - переходить от ненависти к симпатии к тебе, но, как я призналась Клэр, я думаю, что ты мне всегда немного нравилась. Или, по крайней мере, мне нравилось ненавидеть тебя.       Крис рассмеялась:       - Я признаю, что тогда было весело придумывать розыгрыши и ругаться. Мне кажется, ты мне тогда тоже нравилась, зато я точно знаю, что ты мне нравишься сейчас, несмотря на наши ссоры. Итак, что это нам дает?       - Ну, ты живешь в Бостоне, так что...       - Я еще не говорила тебе, - перебила Крис, - но причина, по которой я так поздно приехала сюда на Рождество: я отрабатывала дни по заявлению о расчете. Я буду жить дома с мамой и папой, пока буду искать работу и жилье здесь. Я ненавидела это место, когда мы только переехали сюда, но теперь я не могу представить, что могу назвать какое-либо другое место домом. Я уверена, что найду здесь работу.       - Значит, нам не придется иметь дело с отношениями на расстоянии? -  спросила я, счастливая от того, что она прервала меня.        - Так что ты мне ответишь, если я приглашу тебя на свидание?       - Я скажу тебе, чтобы ты забрала меня в восемь. - Мы обе похихикали над нашими словами. Боже, во что мы превращаемся?       Крис наблюдала за мной, пока я заканчивала собираться:       - Ты скоро снова сядешь ко мне на колени?       Я бросила на нее взгляд:       - Хотя это было очень мило, но я бы предпочла, чтобы ты сидела у меня на коленях.       Она с улыбкой пожала плечами:       - Я бы поспорила с тобой по этому поводу, но для меня это беспроигрышная ситуация. Может быть, я посижу у тебя на коленях в доме твоих родителей.       - О, это приведет в восторг наших мам, - рассмеялась я. - Ты знаешь, наша десятилетняя встреча выпускников не за горами. Ты могла бы на ней посидеть у меня на коленях.       Мы обе рассмеялись, представив лица всех выпускников, когда они увидят нас вместе. Она помогла мне отодвинуть комод, и мы направились вниз. Я стояла, моргая, возле входной двери. Она выглядела так, как будто команда S.W.A.T. ворвалась в мой дом.       - Тебе следовало открыть ее до того, как твоя мама приказала Алексу сломать дверь, - прокомментировала Крис. Я пожала плечами:       - Я попрошу папу помочь мне исправить это. Я собираюсь сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться, - добавила я, снова пробуя свои силы в подражании. Крис только покачала головой, глядя на меня.              Позже тем вечером мы все сидели в гостиной Морисонов, просто разговаривая или наблюдая, как маленький Томас играет с коробками, в которых лежали его игрушки, вместо самих игрушек.       Эндер со смехом прокомментировала:       - Как оказалось, Дженнифер - единственная Морисон, которой не досталось Найта.       - Я не жалуюсь, - ответила Джен, ослепительно улыбаясь своей девушке. Джен получила новый телефон от своих родителей. Я получила новую дверь от своих. Мама всегда знала, что мне подарить.       - На самом деле мы можем очень легко это исправить, - прокомментировала я. Все повернулись и уставились на меня. Мама сказала:       - Надеюсь, ты не предполагаешь, что у нас с твоим отцом будет еще один ребенок.       Все засмеялись, но я продолжила, пытаясь сохранить серьезное выражение лица:       - На самом деле я настаиваю на своих словах.       - У тебя все в порядке с головой, Джесс? - спросила Тейлор. - Надеюсь, ты понимаешь, Крис, во что ввязываешься.       Крис, которая сидела на полу передо мной между моих ног, пожала плечами и наклонилась вперед. Она обнаружила, что я могу делать приличный массаж спины, и теперь наслаждалась им.       Джен сказала, качая головой:       - Я ожидала от тебя большего, Джесс.       - Все, что я предлагаю, это удочерить Анну. Я думаю, из нее получился бы очень хороший Рыцарь.       - Это отличная идея, Джессика, - согласилась моя мама. - Дженнифер, поскольку ты юрист, ты сможешь оформить документы на нас.       Анна сказала, добавляя свои мысли к общему разговору:       - Я не думаю, что мои родители будут слишком счастливы, если я позволю удочерить себя.       - Разве ты не хочешь стать частью семьи Найт? - рассмеялась я.       - Не раньше, чем через сто лет, - легко ответила она. Дженнифер выбрала умную девушку.       Я оглядела комнату, размышляя о нашем будущем. Как узнать, где мы окажемся в будущем? В конце концов, завтра будет новый день.              Вообще-то, у меня не оказалось времени и дальше думать о будущем, потому что Кайла, беременная вторым ребенком Даниэля, спокойно сказала, что у нее только что отошли воды. Вы никогда не видели такого хаоса. Крис, наконец, взяла ситуацию под контроль, в конце концов, она была акушером и детским врачом, и отвезла Кайлу в больницу. Мы все последовали за ними как стадо овец.       В больнице папа напутствовал Даниэля, прежде чем отправить его в палату к Кайле. Я имею в виду, в конце концов, папа уже был опытным родителем. Я ждала вместе с остальными в приемной. Три часа спустя, вскоре после того, как пробило полночь, Маргарет Кэтрин Найт родилась на Рождество. Маргарет - в честь моей мамы, которая плакала, как маленькая девочка, а Кэтрин - в честь Крис, которая помогала при родах.       После того как все по очереди посмотрели на малышку, мы отправились домой. Когда я везла нас обратно в дом на своем джипе, Крис спросила меня:       - Ты собираешься изменить имена в этой истории, не так ли?       Я ухмыльнулась:       - Боишься, что люди узнают правду о нас?       - Боюсь преследователей, - заметила она. - По крайней мере, измени название города.       - Я подумаю, - ответила я, прежде чем она шлепнула меня по руке.              Все это произошло четыре года назад. Сегодня моя жизнь по-настоящему прекрасна. Мы с Крис все еще вместе, и почти пять месяцев назад я родила нашего сына. Его зовут Морисон Найт, у него волосы и глаза как у его матери. Я помню, как она взяла его на руки после того, как он родился, и подняла, чтобы остальные члены семьи смогли увидеть малыша в окно. Посмотрев на меня, а затем на него с такой любовью, какой я у нее никогда не видела, она сказала:       - Поздоровайся с нашим маленьким мальчиком!              Конец