Попытка помочь математику.

Лампы, которые до этого момента горели белым светом, создавая ощущения комфорта в школе, резко изменили свой цвет на кроваво-красный, отчего становилось неприятно на глазах, было сложно различать какие-либо оттенки, кроме алого.  Громкий говор был слышен по всей школе, даже слух резало.  Это был голос математика, который был явно недоволен результатами ученика. С каждой новой тетрадью игрок допускал ошибки, одна была нелепее другой. Пик агресии учителя был достигнут именно в момент, когда семь тетрадей были "в кармане" у ученика. Линейка чаще и чаще наносила удар руке учителя, громкий хлопок разносился по всему коридору, уведомляя главного героя о том, что совсем скоро Балди может настигнуть его, и уже будет не так весело, как это казалось в начале поиска. Игрок прекрасно это понимал, поэтому не замедлялся ни на секунду, ноги плохо держали его, его немного трясло в разные стороны. Вполне нормально, если от тетради до тетради приходилось тратить всю свою энергию на бег. Математик находился почти за спиной ученика, уже надеясь на то, что поймает его и преподаст урок о том, что математику тоже стоит учить. Пару шагов.. Неожиданно для себя учитель оказался в начале того самого коридора. Балди посмотрел на свой свитер, который преобрел для себя новые краски: в центре красовалось большое синее пятно, которое при этом было липкое. Математик сразу понял, в чем подвох.  Продолжать погоню было бесполезно – ученик открыл последнюю дверь выхода и убрался из этой школы. Левый глаз учителя дернулся, рука, крепко сжимающая линейку, поднялась вверх и сразу опустилась в руку Балди, издав настолько шумный треск, что хозяин своей школьной пренадлежности изменился в лице. Голубые глаза слегка уменьшились в размерах, а рот приоткрылся, то ли от боли, которую доставил ему удар, то ли от агрессии, которую было совсем не сложно заметить. На плечо математика опустилась мужская рука. Вполне можно догадаться о том, кто стоит позади, по крайней мере Балди сразу узнал личность того человека. — Стоит соблюдать спокойствие в таких ситуациях, а не корить себя за свои же неудачи, — голос Директора был такой же мягкий и сдержанный, как обычно, — лучше пойдем и заглянем ко мне в кабинет, я обработаю твои раны. Балдимор всем телом повернулся на своего собеседника, осматривая его так, будто видит впервые. — Не откажусь от твоего предложения, Принци, – это прозвище математик дал ему еще с первых дней их знакомства. Спустя некоторое время оба находились в нужном кабинете. Ричард глянул снизу вверх на учителя математики. – Секунду, – после этой фразы директор отлучился буквально на несколько секунд, чтобы выщатить аптечку с нужными для него вещьми, — я бы хотел поговорить с тобой по поводу твоей неконтролируемой агрессии. Ты пока руки показывай, не буду же я воздух бинтовать. — Мм? — Балдимор протянул свои руки Ричарду. Учителю не очень хотелось затрагивать тему, связанную с его эмоциями. Директор стал обрабатывать руки дорогому приятелю, продолжая: — Мне не нравится то, что ты постоянно используешь эту линейку, как наказание для ученика, и для себя тоже. Не обязательно причинять вред себе или кому-нибудь еще. Можно найти множество других решений своей проблемы. — Нельзя! – голос Балдимора не казался спокойным, — если я не буду использ..– — Хихихи, — без предупреждения в кабинет к Ричарду влетает Переменка, которой было скучно бродить по коридорам в полном одиночестве, — вы случайно не видели хулигана? — Лично я не видел, был занят немного другим делом, — математик был рад этой встрече и увидел в этом возможность улизнуть от ненавистного разговора, — Принци, ты вроде закончил с бинтами, да и мне пора. Ничего больше не говоря, Балди вышел из кабинета, оставив Переменку и Ричарда вдвоем. Директор опустил руку на голову девочке, слегка потрепав ей волосы. — Наверняка, он в столовой. Направляйся туда, я тоже скоро подойду, — услышав эти слова, Маша радостная убежала в столовую, оставив Ричарда наедине со своими мыслями.