Осенняя серенада

— Олеж, смотри, как тебе этот? — Антон вышел из примерочной в тёмно-синем костюме. Из-за шторки показались ещё пять пар штанов и пиджаки, которые не подошли по размеру. Они тоскливо свисали с вешалки, словно расстроились, что их решили не брать. Антон тоже выглядел помятым — синяки под глазами от недосыпа, впервые за долгое время неуложенные волосы, в рубашке со складками. Услышав вопрос, Олежа отлип от телефона. Он приподнял брови, оценивающе посмотрел на Антона и покачал головой: — Штанины не слишком длинные? Мне кажется, тебе будет неудобно. Ну или подшить нужно. Олежа прищурился ещё немного. На его лбу залегла небольшая складка, и Антону показалось это забавным. Хотелось провести большим пальцем по его лбу, разгладить морщинку плавным жестом. Желание было почти сбыточными, вот он, Олежа, в двух метрах от него, абсолютно расслабленный, точно принявший бы такое поведение за шутливую заботу. Антон поправил волосы пятернёй. Он на секунду прикрыл глаза, надеясь, что Олежа не заметил краткой заминки. — Я уже не знаю, в чём идти на выпускной, раз ничего не подходит. — вздохнул Антон. Последние недели выдались тяжёлыми — госы, диплом, злобная комиссия на их кафедре, завалившая почти всех, про Дипломатора тоже не стоило забывать. Снова посадили журналиста, снова митинги каждые выходные то на Пушкинской, то на Сахарова, снова выборы, из-за которых вот-вот должны были начаться первые протесты. — Ну, ты можешь померить ещё. — неловко улыбнулся Олежа. — Или выбрать из того, что у тебя уже есть. У тебя точно есть что-нибудь официальное. — Возможно, ты прав. Может, хочешь посмотреть что-то себе? — Антон снова скрылся в примерочной. Олежа неловко сложил два указательных пальца и прикусил губу. — Мне не нужно. Тем более тут всё… немного дорогое. Я не думаю, что потяну. — парень вздохнул, оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что консультантки не услышали его. Антон громко цокнул языком из примерочной. — У тебя тоже выпускной через год, всё равно придётся. Давай ты хотя бы посмотришь? — Антон звучал убедительно. Впрочем, как и всегда. Олежа оглянулся по сторонам. Костюмы всех цветов радуги стояли ровными рядами, глаза разбегались от разнообразия, и парень не знал, в какую сторону смотреть. — Сейчас не стоит этим заниматься. Ближе к делу буду смотреть. Да и вообще, может в рубашке одной пойду, как на школьный выпускной. — Олежа неловко улыбнулся. — Ты можешь хотя бы начать приглядывать костюм. Размер прикинешь. И идти красному дипломанту без костюма — не дело. — в голосе Антона слышалась улыбка. Он вышел из примерочной в повседневной одежде и кинул сумку рядом с Олежей. — Пойдём выбирать. — Ладно. Можно. Только посмотреть. — Душнов поплёлся в сторону костюмов. Он не знал, что его пугало больше — официоз всей одежды в магазине или ценники на неё. Антон шёл следом, приглядываясь к костюмам. Чёрные привлекали больше, они бы подошли под любимые клетчатые рубашки Олежи. С размерами было легко — Душнов был среднего роста, достаточно щуплым, так что сорок восьмой должен был подойти идеально. Консультантка сняла мерки и подтвердила догадки Антона, дав на примерку два костюма. Когда Олежа направился в примерочную, она предложила ему бабочку в довесок. Первый костюм был маловат и жал в плечах, зато второй сел как влитой. Антон удивился тому, как органично в нём смотрелся Душнов — чёрные волосы казались ещё темнее, голубые глаза словно светились в жёлтом свете магазинных ламп. Звёздочкин невольно залюбовался, но тут же отогнал непрошенные мысли. Не стоило заглядываться на своих друзей-коллег. Это как минимум было неправильно, и Антон ещё даже не брал в расчёт то, что Олежа — парень. — Непривычно, но мне нравится. — улыбнулся Душнов. — А теперь я переодеваюсь, и мы идём за салатом и кофе в Кофикс, я проголодался. — Как скажешь. Олежа не знал, что Антон перед уходом сфотографировал бирку костюма, который понравился другу. На следующий день новоиспечённый выпускник вернулся в магазин и купил весь комплект. На чеке красовалась невиданная для Олежи сумма — сорок тысяч рублей, но Антону было всё равно. До дня рождения Душнова оставалось три месяца, чем тебе не подарок? Лучше Антон всё равно бы не смог придумать.

***

Олежа никогда не праздновал дни рождения как делали это сверстники. Раньше они с Олей любили ходить в кафе только вдвоём, есть маленький торт, а потом шли на какой-нибудь фильм. Сестра осталась в Петербурге, так что на первом курсе весь свой праздник Олежа провёл в общажной комнате в окружении конспектов. С появлением Антона ситуация стала чуть лучше — уже второй год на день рождения Олежи Звёздочкин приносил символические подарки, они ели торт и пили чай, в кой-то веке болтая не о работе. В этот раз они снова договорились встретиться в общаге. С утра Олежа прибрался в комнате, сходил на пары, а когда вернулся, то вскипятил чайник и достал конфеты, купленные на последние деньги, оставшиеся со стипендии. Антон задержался на несколько минут. За окном во всю шёл снегопад, и припарковать машину было практически невозможно. Олежа повесил вещи друга на вешалку, рядом с батареей, и сразу налил ему чаю. От поздравлений щёки Душнова запылали красным, губы расплылись в смущённой улыбке. Он отвёл взгляд в сторону — Это тебе. — Антон протянул большую коробку. Олежа удивлённо раскрыл рот. — Что там? — голос парня был настороженным, он аккуратно взял подарок в руку и развязал широкую ленточку. Костюм был красивым. Он идеально сидел на парне — тот помнил это. А ещё он не успел забыть цену такого удовольствия. Олеже стало неловко, страшно, а ещё немного стыдно. Когда первый шок после распаковки прошёл, Олежа протянул коробку обратно. Антон приподнял бровь и склонил голову на бок. — Я не могу это принять. Он слишком дорогой. В смысле, спасибо тебе огромное, правда, но не стоило. Лучше верни его и купи ниток, чтобы я зашил плащ. — В коробке лежат нитки, я помню, что ты просил. И я купил его давно, так что вернуть не получится, а на меня, увы, не сядет. — Антон улыбнулся и осторожно, чтобы не спугнуть, коснулся плеча Олежи. — Считай, что я так отплачиваю тебе за всю твою помощь. Тишина, повисшая в комнате, была тяжёлой, почти осязаемой. — А ещё мне нравится, как ты в нём выглядишь. — Антон лучезарно улыбнулся, и щёки Олежи вспыхнули с новой силы. Он не знал, куда деть взгляд и как себя вести. Сказать ничего не получалось, лёгкие и голосовые связки, кажется, пребывали в коме после таких слов. — Спасибо большое… Ладно, давай потом это обсудим. Ты замёрз, наверное, пойдём пить чай? — протараторил Олежа, судорожно ища взглядом кружки. Антон улыбнулся ещё шире и кинул взгляд на бабочку, лежавшую на самом верху содержимого коробки.